Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Честное зеркало"


Ведущий Иван Толстой

Александр Генис:

Зеркало, о чем и поет в своей песне Вероника Долина, ненадежный и опасный инструмент самопознания. Мало того, что зеркала лгут, они еще внушают заведомо ложные представления. Глядя на свое отражение, мы видим себя не так, как нас видят другие. Нашего зеркального двойника не существует в природе, он обманчив, как тень, призрачен, как мираж, и опасен, как химера. Переворачивая изображение, зеркало выдает сходство за тождество. Левое похоже на правое, но не равно ему. Из-за этого там, где отражение показывает нам дружескую улыбку, окружающие видят зловещую ухмылку. Влюбленный взгляд может обернуться кислой гримасой, кокетливое подмигивание нервным тиком. С коварством зеркал прекрасно знакомы американские школьницы. Самые привередливые из них прежде, чем выйти из дома, снимают себя поляроидом. Глядеться не в зеркало, а в поляроидный автопортрет суетно, но разумно. Дело в том, что лишенные надежного самоконтроля, мы проецируем в мир неверный образ, даже не догадываясь об этом. Дефицит знания о себе обрекает нас на ошибки, иногда роковые. Такая катастрофа замечательно описана в булгаковском "Театральном романе". Его герой драматург Максудов пытается произвести хорошее впечатление на могущественного Ивана Васильевича, возглавляющего независимый театр. Тут-то и происходит драма с зеркалом, которую, как и всего Булгакова, лучше не пересказывать, а цитировать.

"Я стал производить репетиции по ночам. Я брал маленькое зеркало, садился перед ним, отражался в нем и начинал говорить. И все шло как нельзя лучше. Порхала на губах пристойная и скромная улыбка, глаза глядели из зеркала и прямо и умно, лоб был разглажен, пробор лежал как белая нить на черной голове. Однажды ночью я решил произвести проверку и, не глядя в зеркало, произнес свой монолог, а затем вороватым движением скосил глаза и заглянул в зеркало для проверки и ужаснулся: из зеркала глядело на меня лицо со сморщенным лбом, оскаленными зубами и глазами, в которых читалось не только беспокойство, но и задняя мысль. Я схватился за голову, понял, что зеркало меня подвело и обмануло".

Чтобы исправить врожденную лживость зеркала, его нужно учить тому, чему учили ученые мудрецы и поэты - смотреть на мир прямо и отражать его таким, каков он есть. Патент на "честные зеркала" еще в 1887-м году получил английский священник Джон Хукер. Но только нью-йоркский изобретатель Джон Уолтерс первым нашел способ производить их. С тех пор как этим летом в южном Манхэттене Джон и его сестра Кетрин открыли галерею "правдивых зеркал", за 200-300 долларов их может купить каждый, дождавшись, впрочем, своей очереди, которая растянулась на два месяца. Вот что рассказывает о галерее "Правдивых зеркал" наш корреспондент Владимир Морозов:

В.Морозов:

"Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи" - мне кажется, что эти стихи написали про наш товар" - считает хозяйка галереи "Прямое зеркало" Кетрин Уолтерс.

Подходя к галерее, я столкнулся с прохожим, который разглядывал себя в стоявшем на витрине так называемом "прямом зеркале". "Я тут урод какой-то", - посетовал он мне. В молодости он был боксером, нос немного свернут на бок. "Давно к этому привык и не замечал, но вот в "прямом зеркале" нос смотрит в другую сторону". «Врет зеркало?, - "Нет, нет, нет, - возражает Джон, совладелец галереи и брат Кетрин. - Наше "прямое зеркало" правдивее, чем обычное. В нем вы видите себя таким, каким вас видят другие. В обычном зеркале вы дурачите себя".

Я посмотрел в "прямое зеркало", оттуда подмигивал похожий на меня господин. Только порез от бриться был почему-то у него на правой щеке. Утром в ванной я видел его на левой. Я недоверчиво потрогал порез и на всякий случай осторожно протянул зеркалу правую руку для пожатия. Обычное зеркало здоровается с вами левой рукой, это протянуло мне правую. Кэтрин охотно пояснила: "Когда вы стоите лицом к лицу с другим человеком, ваш правый глаз смотрит в левый глаз собеседника, а в обычном зеркале ваш правый глаз смотрит сам на себя. Как известно, левое и правое полушария мозга имеют различные функции, и информационное содержание левой и правой сторон лица также различны. Поэтому обычное зеркало дает вам неверную информацию. А тут вы видите себя настоящим, каким вас видят со стороны. Вы больше узнаете о себе и это придает вам уверенности".

С этим согласна и вот эта покупательница:

"Мне нравится "прямое зеркало", потому что там я настоящая. Да, лицо немного другое, чем то, к которому я привыкла, но зато глаза более живые. Смотрю в плоское зеркало и там мертвая картинка, а тут есть атмосфера. Много лет я пыталась понять, кто же я такая, и "прямое зеркало" еще один путь к этому".

С такой же целью использует созданное Джоном Уолтерсом необычное зеркало и психотерапевт из Манхеттена Джеральд Эпстин, который успешно применяет его в работе с пациентами. "Конечно, - считает он, - прямое зеркало не исцеляет и не решает ваших проблем, но помогает лучше разобраться и в этих проблемах, и в самом себе".

Александр Генис:

Неудивительно, что известный нью-йоркский психотерапевт Джеральд Эпстин стал первым покупателем "честных зеркал". Заставляя смотреть в них, он учит своих пациентов познать себя как другого. Раньше такое знакомство происходило в церкви, сейчас теологию заменяет психиатрия. Никогда еще Америка не была так занята своей душой. Тучные годы американской экономики, убедившие страну в том, что за деньги счастья не купишь, привили ей жажду покоя. На него сегодня Америка пытается обменять самую старую из своих привилегий - свободу. Ведь свобода это, когда ты делаешь то, что тебе нравится, а покой обретает лишь тот, кому нравится то, что он делает. Чтобы достичь покоя, надо заключить перемирие между амбициями и возможностями. Жить искусно - значит быть в центре своего я. Каждый раз, когда нужда, соблазн, а чаще зависть гонит нас за границы собственной личности, мы попадаем в чужой и враждебный мир постороннего. Уверенность в себе, которую мы ощущаем, возвращаясь из этой вредной отлучки, свидетельствует о верности выбранного направления. "Философия, - говорит Шлегель, - учит всюду быть дома. И ностальгия - тоска по себе».

"Честное зеркало" способно если не унять, то ослабить ее. Оно предлагает скорректированную концепцию реальности, спасающую от монопольной власти отражений.

Как и у многих других изобретений, у "честного зеркала" есть своя длинная увлекательная история, и началась она с пробора. В школе Джона Уолтерса не любили девочки, они считали его зубрилой и мямлей. Глядя на себя в зеркало, он не мог с ними не согласиться. Но однажды, поддавшись загадочному порыву, Уолтерс изменил свою и, может быть, нашу судьбу. Они причесался так, что пробор оказался не справа, а слева. Результат оказался сногсшибательным. Уолтерс оказался самым популярным кавалером во всей школе. Устав отбиваться от поклонниц, он зачесал волосы назад, что сделало его жизнь нормальной. Этот удачный психологический эксперимент заставил Уолтерса вплотную заняться деятельностью полушарий головного мозга. Его левая часть, согласно общепринятым теориям, отвечает за логику, математику, язык. В нашей культуре эти области традиционно связаны с типично мужским интеллектом. Поэтому пробор слева служит подсознательным знаком успеха для мужчин. Лишь у шести американских президентов, причем наименее удачливых, пробор был справа. Как, кстати сказать, и у Ала Гора. Три президента - Линкольн, Картер и Рейган, сменили привычку зачесывать волосы справа налево. Джимми Картер, правда, сделал это лишь в 79-м году, после того, как Уолтерс написал ему письмо с советом, но было поздно, вторые выборы Картер проиграл. С женщинами все наоборот. Пробор справа намекает на то, что в ее голове доминирует правая, связанное с образами и музыкой, полушарие. Это делает дам более желанными в глазах поклонников, но не избирателей. Поэтому Маргарет Тэтчер и Хилари Клинтон носят пробор слева и известны успехами не столько в личной, сколько в общественной жизни. Теория пробора навела Джонса Уолтерса, ставшего к тому времени физиком, и присоединившуюся к нему сестру антрополога Кэтрин, на мысль о связи зеркала с интеллектуальной асимметрией. Дальнейшее - вопрос техники. Устройство "честного зеркала" объясняет его изобретатель Джон Уолтерс.

Джон Уолтерс:

Обычное плоское зеркало - это пластина стекла, на которую нанесен зеркальный слой, отражающий свет. А наше "прямое зеркало" - это не одна, а две стеклянные пластины, которые вмонтированы в специальную коробку и поставлены под прямым углом друг к другу. Правая сторона вашего лица отражается в правой пластине зеркала, затем в левой пластине и оттуда возвращается к вам. За счет этого вы видите правую часть вашего лица в левой части зеркала, а не в правой, как в обычном зеркале. То есть у вашего отражения ваша правая щека справа, а не слева, как вы привыкли видеть. Поначалу это очень странно, поэтому бриться с помощью нашего зеркала не рекомендуется. Сделать прямое зеркало непросто. Нужно приставить две отражающие пластины друг к другу так, чтобы линия между ними стала практически невидимой. Чтобы скрыть ее, надо очень точно и аккуратно резать стекло. Кроме того, у наших зеркал серебряный отражающий слой нанесен не на заднюю, как у обычных, а на переднюю сторону стекла. Поэтому, хотя соединительная черта находится прямо перед вашими глазами, вы ее не замечаете, и две пластины, из которых состоит наше зеркало, воспринимаете как одну. Сейчас "прямое зеркало" делают тут же в небольшой комнате при галерее. Но скоро завод в штате Нью-Джерси станет выпускать пластмассовые коробки для зеркала. Пока мы сами делаем для него деревянные, на что уходит много времени. Сейчас в год мы выпускаем сотни зеркал, а тогда будем тысячи.

Александр Генис:

Как уже говорилось, пользоваться "прямым зеркалом" очень непросто. Если мы делаем шаг вперед, то наше отражение не приближается, а отдаляется от амальгамы. Из-за этого почти невозможно взять вещь со стола, глядя на нее в зеркало. Всем, кроме самоубийц, нельзя пользоваться зеркалом в машине. Оно не годится и для хороших актеров, которые, в отличии от плохих, и так знают, как проецировать нужный им образ на зрителей. Во всех остальных случаях "честное зеркало", как далеко не всякая правда, может изменить вашу жизнь к лучшему. Сперва кривое отражение вас будет раздражать, целый месяц вы учитесь жить с этим конвульсивным калекой. Еще через месяц вы смиряетесь с собой. Теперь начинается главное - полюбить себя не таким, каким вы себе кажетесь, а таким, как вас знают другие. Жить с правдой также мучительно, как и без нее, только пользы больше. Во всяком случае, так считают изобретатели зеркала. А вот что думает по этому поводу академик Вячеслав Всеволодович Иванов, который согласился прокомментировать эффект прямого отражения.

В.Вс.Иванов:

Этот вопрос о зеркале, о роли зеркала в человеческом восприятии очень занимает сейчас многих ученых, в частности, психологов и нейропсихологов, с которыми я в Москве работал, а также интересует многих художников. Жена моя тоже художник, которая занимается использованием зеркал в своей работе. В принципе, мне эта проблема очень интересна. Это попытка иметь прямое изображение, как если мы на себя действительно смотрели бы как на другого человека.

А.Генис:

А что вы думаете о теории этого пробора. Насколько действительно, пробор у меня на голове слева-справа, насколько это меняет мою личность?

В.Вс.Иванов:

Я думаю, что какое-то отношение к реальности это имеет, но опять таки здесь довольно много преувеличений. Во всем, что писалось на эти темы лет 15-20 назад, была такая популярная книга "Как научиться живописи с помощью правого мозга", ее можно часто здесь видеть в книжных магазинах, она, видимо, большим тиражом была издана, такого рода вещи были очень популярны лет 15-20 назад и у нас в России тоже, не только в Америке. Но было много преувеличений. Я думаю, что здесь тоже преувеличение. Во-первых, многие люди вообще не делают никакого пробора, так что у них, что же, вообще нет какой-то магистральной линии психологической? Но даже не в этом дело, а в том, что это, конечно, слишком грубый признак. Но, тем не менее, скажем, по тому, как человек держит в правой или в левой руке, если он правша или левша, ручку или карандаш, оказывается, можно сделать очень интересные выводы о его мозге. Так что такого рода наблюдение возможно, но, я думаю, не слишком прямо и не слишком грубо.

А.Генис:

Меня именно интересует слишком прямо, слишком грубо. Скажем, всю жизнь я причесывался налево, то есть у меня пробор где-то с правой стороны. Если сейчас заведу его слева, что я стану несколько мужественнее, решительнее, нет?

В.Вс.Иванов:

Вы знаете, я думаю, что как раз противопоставление женственности-мужественности - это одна из сторон этой идеи, которая мне кажется слишком прямолинейной, потому что в разных людях эти свойства, я думаю, в разных пропорциях. Поэтому едва ли так уж легко поймать человека на этом. Я думаю, кстати, многие мужчины именно потому и никаких проборов не делают, что как-то не обозначают себя в этом плане. Так что, я думаю, что так уж быстро изменить свою личность трудно, но изменить то, как на вас другие смотрят или то, как вам хочется показаться другим, это что-то вроде маски, как театральная маска. Интересно, что наше слово "персона", я лингвист, поэтому люблю языковые примеры, слово "персона" происходит от древнегреческого слова, которое означало театральную маску. Человеческая личность имеет в себе элемент маски и вот в эту маску, не в то, какие мы реально, не в глубине души, а в то, как мы кажемся, вот этот пробор входит.

Александр Генис:

В окончании этой беседы мне, как и сопровождающей нашу передачу Веронике Долиной, хотелось бы порассуждать на общие темы, связанные с опасными свойствами зеркал. Главное из них заключается в том, что злое волшебство зеркал позволяет им оградить нас от сырой действительности. Самые темные стекла не скрывают глаза так надежно, как зеркальные очки. То, что они, эти самые зеркальные очки, вышли сегодня из моды - симптом выздоровления от нарциссизма, заразившего предыдущее поколение. Предметы обихода, вырванные из быта казалось бы недавних 50-х и 60-х годов, поражают своей противоестественностью. Глядя этот убогий скарб, мы обнаруживаем, что той эпохе, как глупой сороке, нравилось все, что блестит. Подчеркнуто искусственный антураж тогдашней Америки, который, кстати сказать, соблазнил Хрущева добавить химизацию в сакральную формулу коммунизма, заявлял о себе ослепительно полированными поверхностями. Американцы жили среди своих отражений в тостерах и кофейниках, в зеркальной коже небоскребов, в никелированных бамперах машин, на глянце обложек, в жухлой желтизне пластмассы, покрывавшей все, до чего она дотягивалась своими полимерными щупальцами. Миф зеркала, довлевшего над эпохой, определил главный закон консюмерийской цивилизации. В формулировке романа Бартена звучит так: "Реклама не создает, а отражает массовую психологию". Это значит, что вся наша культура работает на зеркальной, на обратной связи. Нам продают лишь то, что мы покупаем. Совершенный механизм рынка идеально связывают спрос с предложением. И если мы отдаем предпочтение Незнанскому перед Тополем, а не Толстому перед Достоевским, то пенять не на кого. Потребитель не только заказывает музыку, но и сочиняет ее. Мы соавторы реальности, которую по нашим запросам создает массовая культура. Внешний мир - это зеркало, послушно отражающее наши вкусы, желания, прихоти. В этом секрет всякой успешной рекламы. Действенным будет лишь тот призыв, который мы услышим, тот образ, который нам понравится, тот соблазн, перед которым мы не устоим. Поэтому все потребители рекламы несут ответственность за ее содержание. Попав в зеркальный мир, мы бродим по заколдованному кругу. Глядя вокруг, мы видим лишь себя. Исследуя этот парадокс, американский ученый Кейвин Келли задался вопросом: какого цвета будет хамелеон, если ему не под кого мимикрировать? Не удовлетворившись умозрительной метафорой, Келли поставил практический эксперимент: он купил хамелеона и посадил его в зеркальную клетку. Не выдержав испытания, несчастное животное погибло. Подобно ему мы мечемся в зеркальном лабиринте, бесконечно тиражирующем наш образ. Чтобы выйти наружу, надо избавиться от засилья зеркальных метафор с их пафосом размножения и экспансии. Путь к выходу, как всегда, указывает мода. Прихоть коммерции не бывает случайной, она заставляет общество проговориться о том, что оно, общество, и само о себе не знает. Поэтому так красноречиво появление на рынке скромных, почти незаметных прозрачных товаров - мыло, бензин, даже пиво. Прозрачное мыло моет ни чуть не чище желтого или синего, и прозрачное пиво не вкуснее коричневого. Разгадка не в продукте, а в потребителе. Прозрачный продукт успокаивает совесть. Если экологическое движение изменило палитру, резко увеличив в ней долю зеленого цвета, то прозрачное пиво идет дальше - доминирующей гаммой становится никакая. Оно хочет стушеваться, стать незаметным, раствориться в воздухе, этакий оборотень из супермаркета. Нечто притворяется ничем. Вместо цвета один свет, беспрепятственно проходящий сквозь бутылку. Соблазн такого напитка не во вкусе, а в психологическом привкусе. Подразумевается, что он не оставляет следов не только на скатерти, но и на совести. Потребляя прозрачное, мы словно возвращаем себе растраченную цивилизацией невинность. Характерно, что мифология зеркал всегда связывалась со смертью. Евреи завешивали зеркала в знак скорби, в них искали души мертвых шаманы, китайцы клали зеркало в могилу - освещать вечную тьму. И конечно не зря считается, что нигде так хорошо не умирается, как в столице зеркал Венеции. И если зеркальность делает вечный мир безжизненным, то прозрачность упраздняет его вовсе. Невидимое, вездесущее, оно напоминает о мощи бесцветных стихий - воды, воздуха, ветра. В их таинственном, лишенных границ и пределов царстве, нечему отражаться, тут негде ни заблудиться, ни спрятаться. Не потому ли запуганные своей историей немцы сделали новый купол рейхстага абсолютно прозрачным? "Честное зеркало", усвоив азы прозрачности, уже не столько отражает, сколько продлевает нас в зазеркальном пространстве. Оно дает нам шанс сбежать из герметического плена отражений, позволяет сделать лишний шаг от себя к другому.

XS
SM
MD
LG