Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Схватка с белым китом. 150 лет роману Германа Мелвилла "Моби Дик"


Ведущий Иван Толстой


Диктор:

"Среди людей суеверных ходили о Белом ките самые невероятные слухи. Что им движет некая нездешняя сила, потому что нырнув в одном месте, он через минуту мог вынырнуть в совершенно другом, слишком отдаленном, даже для кита. Что он вездесущ, потому что его встречали под разными широтами, и даже что он бессмертен. Китобои говорили, что даже если целые рощи гарпунов вырастут на его боках, и когда-нибудь он все же начнет пускать кровавые фонтаны, то это только будет проявлением его дьявольской хитрости. Однако своей ужасной славе он был обязан не всем этим свойствам, и не грандиозности своей, и даже не цвету, а беспримерной, расчетливой злобе, которую он проявлял, нападая на людей".

Марина Ефимова:

Это отрывок из самого, может, знаменитого произведения американской литературы, из романа Германа Мелвилла "Моби Дик". Роман этот Мелвилл начал в 1850 году, когда ему было только 30 лет и он только что снискал литературную славу. Правда, совершенно не того рода славу, которой он увенчан сейчас. Популярность ему принесли два первых романа - "Тайпи" и "Ому" - описание путешествия американского матроса на экзотические острова Тихого океана. Вот как характеризует их одна из биографов Мелвилла Лори Робертсон-Лоран.

Лори Робертсон-Лоран:

Это была яркая, убедительная, артистичная атака на американскую экспансию за океаном. Критикуя ее, Генри Мелвилл резко отделил себя от когорты своих сверстников - молодых, энергичных политиков, в том числе своего старшего брата Гансворда, веривших, что судьба их страны - править миром. "Еще больше, еще, - писал один из них по поводу аннексии Техаса, - пока весь бескрайний континент не будет наш". Другой, по этому же поводу восклицал: "Дух молодой Америки не удовлетворится достигнутым, но раскинет свои юные крылья для более дальнего и победоносного полета. Надежда мира будет опираться на эти крылья". Герман Мелвилл считал эти высказывания высокомерными. Он побывал в нетронутой еще Полинезии, потом на полуозападненном Таити и затем на Сандвичевых островах, по которым уже прошел так называемый "марш цивилизации". Писатель называл его "дьявольским маршем" и был уверен, что в конце концов этот марш разрушит жизнь и мир местного населения и развратит самих колонизаторов.

Марина Ефимова:

К удивлению Мелвилла, писателя рафинированного и гражданственного, широкая публика расхватывала его романы, как горячие пирожки. В нашей передаче участвует главный американский специалист по творчеству Мелвилла его биограф профессор Хёршир Паркер.

Хёршир Паркер:

Это интереснейший феномен. Для широкого читателя Америки 19-го века Мелвилл был описателем сексуальных приключений янки на экзотических тихоокеанских островах и создателем любимой героини широкой публики Фэй Уэй - экзотической красавицы с острова Тайпи. В течение нескольких лет после выхода романа "Тайпи" Мелвилл был первым секс-символом Америки.

Марина Ефимова:

Нашлись и критики приключенческих романов Мелвилла.

Хёршир Паркер:

Он ярчайшим образом описал зло, приносимое миссионерами на Гавайях и других тихоокеанских островах. И вскоре по выходе его роман был сурово раскритикован представителями евангелической церкви. Так что, несмотря на успех у публики, первый роман Мелвила "Тайпи" возбудил страшный скандал.

Марина Ефимова:

Мелвиллы были американскими аристократами. Одним из самых старинных и уважаемых семейств в Новой Англии. Так что все они были несколько озадачены, когда Герман, которого в семье считали веселым оболтусом и бродягой, стал, как говорится, за одну ночь политическим оппозиционером, еретиком и национальным секс-символом. Однако может быть потому, что их предки участвовали в борьбе за независимость Америки, независимость суждений, тона, вкусов была у них в крови. К тому же им всем было свойственно чувство юмора. Мать Мелвилла сказала кому-то из соседей, осуждавших Германа за то, что он защищает дикарей: "Не знаю. Приехав из Полинезии он никого из нас не съел, французской болезни не принес, и даже его ужасные манеры не стали хуже". После возвращения из своего последнего китобойного морского путешествия, знаменитый автор, к тому же аристократ, красавец и холостяк стал достопримечательностью Новой Англии. И невесты со всей округи вились около него, как мотыльки у огня. Но Герман прятался от них в доме верховного судьи Ламира Шоу и проводил дни в беседах с его серьезной ясноглазой дочерью Элизабет. Лори Лоран пишет:

Диктор:

"Лизи была цельной, надежной и вполне земной женщиной янки. Она была скромна, образована и способна на абсолютную лояльность к любимому человеку. Он рассказывал ей о тяготах матросской жизни, и она, как Дездемона, его за муки полюбила. А он ее, как Отелло, не только за нетронутое кокетством провинциальное обаяние, но и за то, свое, отражение, которое он видел в ее любящих глазах. В те месяцы влюбленности он придержал, а она не заметила его холодного, проницательного, беспощадного и талантливого сарказма. Они поженились весной 1847 года".

Диктор:

"Теперь, старина, о моем китобойном литературном вояже. Издателю я написал так: "Книга представляет собой романтическое приключение, основанное на моем двухлетнем опыте гарпунера и на одной из тех диких легенд, что ходят между китобоями южных морей. Тебе же скажу, что книга выходит странной. Конечно, болтовня есть болтовня. Но в этой, мне кажется, я смешал ворвань с поэзией, которая сочится со страниц, как сироп из замерзшего клена. Такая книга по природе своей требует странности. В ней должна быть та же неуклюжая грация, которая отличает пируэты китов".

Марина Ефимова:

Так описал Мелвилл в письме приятелю Ричарду Дейна работу над "Моби Диком". Роман был написан быстро. На 760 страниц ушло меньше двух лет. Итак, в 1851 году, 150 лет назад был опубликован "Моби Дик" - роман, а скорее, поэма, американский вариант "Медного всадника", о непомерной гордыне капитана Ахава, задумавшего отомстить стихии, и о беспомощной мудрости его помощника Старбака, решившегося поднять руку на своего обезумевшего капитана. Послушаем, как характеризует роман "Моби Дик", его место в американской литературе профессор Дартмута поэт, Лев Лосев.

Лев Лосев:

Когда я приехал в Америку, я был немножко обескуражен статусом Мелвилла и, в особенности, "Моби Дика" в американской литературе. Книга мне нравилась, но я выяснил, что здесь она почитается, и речь идет, разумеется, о кругах американской интеллигенции, как высшее достижение американской литературы 19 века. У нас, в русской литературе, пожалуй, нет такого одного романа. У нас есть "Евгений Онегин", "Мертвые души", "Герой нашего времени", "Война и мир", "Анна Каренина", романы Достоевского, но одного такого пика национальной прозы, как "Моби Дик" в Америке, у нас нет. Мелвилловедение - это огромная отрасль литературно-критической промышленности. Так вот даже читая труды критиков и литературоведов, все-таки до конца мне трудно было понять, оценить значение Мелвилла в американской литературе и, шире говоря, в американской культуре. И озарение, я надеюсь, понимание, пришло как-то неожиданно. Это было во время приятного туристского путешествия на Гавайи, где я случайно забрел в маленький краеведческий музейчик и разглядывал там дневники, письма, приходо-расходные книги, корабельные журналы старых гавайских семей. Прежде всего, речь идет о капитанах торговых судов, которые обосновались в середине Тихого океана. И вот, мало-помалу, мне вдруг стало ясно, что это огромное пространство Тихого океана, и вообще мирового океана для англичан и американцев было то, что римляне называли "маре нострум" - "наше море", обжитая территория. Океан был для них тем же, чем для русских были спокон века лес и степь. И поэтому после того, как мне удалось повернуть этот ключик, я стал понимать, какой же, прошу прощение за длинное слово, символопорождающей силой обладал и обладает для американских читателей "Моби Дик" Мелвилла. Это, безусловно, очень, очень американское по своему духу произведение, именно потому, что такая фанатическая, страстная приверженность одной идее, преследование одной цели, такая вот мономания, одна из центральных тем в американской литературе 19 и 20 века. И, пожалуй, большинство центральных героев американской литературы - они моно-маньяки. От одержимых персонажей Эдгара По до страстных карьеристов Драйзера, золотоискателей Джека Лондона, великого Гетсби, героев Фолкнера, одержимых поисками какой-то высшей истины, героев Селинджера, одержимых поисками своего внутреннего "я" и, конечно, архетипическим персонажем является мелвилловский капитан.

Марина Ефимова:

И, тем не менее, ни в 1851-м, не в последующие 70 лет "Моби Дик" успеха в Америке не имел. Известный исследователь творчества Мелвилла Элизабет Хардвик, считает, что публика, увлеченно читавшая приключенческие романы Мелвилла, была совершенно не готова к смелому метафорическому исследованию всепоглощающей страсти мщения. Так или иначе, но роман провалился. И, наподобие Белого кита, утянул за собой в омут своего автора.

Герман Мелвилл сжег множество писем, в том числе были сожжены все его письма к жене, поэтому о дальнейшей жизни писателя существует больше предположений, чем фактов. Тем не менее, известно, что он, так любивший общество, и, особенно, веселую мужскую компанию, после провала "Моби Дика" и следующего своего романа "Пьер", стал отшельником-мизантропом и о нем поползли такие же зловещие слухи, как о Белом ките. О сумасшествии, о том, что он бьет жену, о том, что однажды он даже столкнул ее с лестницы. Профессор Паркер, было ли это правдой?

Хёршир Паркер:

Нет, все, что касается его физической грубости или жестокости, выдумано. Но его сарказм, язвительность, желчность в общении с близкими - это было. Свою дочь, например, за ее серьезное отношение к материальным благам он прозвал "мисс собственность" и дразнил: "Мисс Проперти, Проперти, Проперти". И, конечно, эта нетерпимость к близким была отчасти результатом его ситуации. Талантливейший писатель, терпящий провал за провалом, но упрямо продолжающий литературную карьеру. Все, что он писал после "Моби Дика", было жестоко раскритиковано в прессе. Он чувствовал себя, и он действительно был, в полной литературной изоляции.

Марина Ефимова:

Драма усугублялась разрывом с Натаниэлем Готорном. Почти одновременно с "Моби Диком" вышел в свет и главный роман Готорна "Алая буква", принесший ему не только литературную славу, но и такую общественную репутацию, что вскоре он был назначен американским консулом в Ливерпуль. Вот что рассказывает об их отношениях профессор Мэрилендского университета Роберт Левин.

Роберт Левин:

Между Мелвиллом и Готорном несколько лет продолжались очень тесные напряженные отношения, но потом, постепенно, Готорн охладел к этой дружбе. Кое-кто приписывает их разрыв сексуальным посягательствам Мелвилла. Чисто теоретически, поскольку этому нет никаких свидетельств. С другой стороны, Готорн был, бесспорно, человеком гораздо менее оригинального мышления, особенно в сфере религии. Он не ведал той экзистенциальной тревоги, в которой жил Мелвилл. Так что, может быть, Готорну было слишком беспокойно с Мелвиллом.

Марина Ефимова:

Надо сказать, что сексуальное, а точнее, гомосексуальное, истолкование прозы Мелвилла преследует писателя начиная с 1924 года, когда его труды выудила из забвения группа молодых англичан-интеллектуалов по преимуществу гомосексуалистов. И это толкование продолжается до сих пор. У микрофона Борис Парамонов.

Борис Парамонов:

В творчестве Мелвилла безусловно присутствуют гомосексуальные обертоны. Едва ли будет ошибкой сказать, что в "Моби Дике" есть на этот счет некий манифест. Глава о пенисе кита. Там много чего еще о ките сказано, но эта глава как-то, согласитесь, выделяется. Этот сюжет запоминается и неспроста. Символически "Моби Дик" - это и есть некий мировой фаллос, с которым вступает в схватку капитан Ахав. Схватка эта обретает черты гомосексуального, скажем так, соперничества. Есть у Мелвилла еще одна вещь, интересная в указанном смысле - "Билли Бадд". Тут проще. Билли Бадд - красивый мальчик-юнга, в которого влюблены все матросы. Но к нему придирается боцман Клагарт. И потому придирается, что больше всех его обожает, но не хочет в этом себе признаваться. Старый служака, носитель жестких социальных норм. В конце концов, он провоцирует Билла на ответные действия. Тот ударяет боцмана, а за такие деяния в старые добрые времена, на военном корабле, одно было наказание - смертная казнь. Билли Бадд - это притча о ненужной красоте в мире суровой социальной необходимости.

Марина Ефимова:

Однако, вот, что пишет литературовед и биограф Мелвилла Лори Лоран:

Диктор:

"Сексуальные интерпретации прозы Мелвилла имеют отношение не к Мелвиллу, а к его интерпретаторам. В его времена, как и во времена Марка Твена, мужская дружба была нежнее, теснее и невиннее. Жизнь была беднее, друзья часто спали в одной постели, писали друг другу нежные письма, ходили в обнимку и никто их не в чем не подозревал. Мужчинам было разрешено просто любить друг друга. Возможно, эти времена прошли, но это не значит, что их не было. И те, кто фокусирует внимание Мелвилла на воображаемых гомосексуальных мотивах, только уводят исследования от истинной духовной значительности его романов, новелл и поэм.

Марина Ефимова:

С возрастом, Мелвилл все больше напоминал капитана Ахава, одержимого одной страстью - литературой. Непризнанной, даже ненапечатанной, уничтоженной, попранной, но высокой.

Хёршир Паркер:

В отличие от общепринятого мнения, Мелвилл не замолчал. Он, например, несколько лет писал поэму длиной в 19 тысяч строк. Его стихи только сейчас начинают обсуждаться критикой, но я не сомневаюсь, что когда-нибудь они будут признаны сокровищами английского языка.

Марина Ефимова:

Нельзя, конечно, не упомянуть написанную им в 1853 году новеллу "Бартлби" про загадочного писца, который на все поручения своего босса: "Бартлби, проверьте пожалуйста документ, Бартлби, не отнесете ли письмо на почту?", тихо и вежливо отвечал: "Не хотелось бы". Был ли это сам Мелвел?...

Хёршир Паркер:

С годами он воспринимал свою судьбу все с большей горечью. Особенно после 1879 года, когда издательство Патнема уничтожило тираж его поэтической книги. Это было последней каплей. И вся его желчь вылилась в сетование на американскую культуру, на победившую в ней тягу к компромиссу с дурным вкусом, на фетишизацию популярности, ради которой всякая сложность упрощается, всякая интенсивность разжижается, на литературный карьеризм. Он восстал на свое время.

Марина Ефимова:

В сентябре 1867 года Мелвилл поссорился со своим старшим сыном - 19-летним Малькольмом, который стал гулякой и часто проводил ночи в нью-йоркских барах. Мелвилл мог бы отнестись к сыну снисходительней. Во-первых, Малькольм уже работал и сам оплачивал свои забавы, а во-вторых, Мелвилл в его возрасте был точно таким же. Однако, Мелвиллу, как пишет биограф Лори Лоран, при всех профессиональных неудачах, было необходимо чувствовать себя хозяином и главой хотя бы в своей семье. Поэтому он устроил Малькольму разнос, пустив в ход весь арсенал своего уничижительного сарказма. И предупредил, что в полночь дверь дома будет запираться на замок. Это случилось 10 сентября. Не решаясь спорить с мужем, Элизабет все утро ждала сына, который вернулся под утро. Она встретила его приветливо, поцеловала на ночь, пожелала крепкого сна. А в 5 часов утра Малькольм застрелился в своей комнате. Дело разбиралось в суде, на котором даже обсуждалась роль Мелвилла в гибели сына, поскольку об их ссоре стало известно полиции. Второй сын Мелвилла Стенвикс после гибели брата оглох и через два года умер в Сан-Франциско от неизвестной болезни.

Хёршир Паркер:

Известно, что с детьми у него были холодные отношения. И трудно сказать, в какой степени это повлияло на состояние души его сына. Кое-кто из исследователей считает, что Билли Бадд является своего рода запоздалым выражением любви к сыну. Достоверно ничего не известно. Но это очень интересная трактовка его неразгаданной новеллы.

Марина Ефимова:

19 последних лет жизни Герман Мелвилл благополучно прослужил инспектором таможни, но слухи о нестабильности его психики или даже о сумасшествии не утихали. Отец жены, судья Шоу, по слухам, дал ему денег на поездку в святую землю, в тайной надежде, что он оттуда не вернется.

Хёршир Паркер:

Многие биографы считают, что получив работу в таможне, он примирился и со своим браком и со своей жизнью. Однако для Мелвилла, этот вариант как-то уж слишком благостен.

Марина Ефимова:

Новелла "Билли Бадд" - реквием по красавцу матросу - была последним произведением Мелвилла. Он закончил ее в 1891 году и через полгода умер. Опубликована новелла была только в 1924-м и этот же примерно год знаменует собой второе открытие "Моби Дика" и начало ренессанса Мелвилла. О том, во что он вылился сейчас, наш корреспондент Владимир Морозов.

Владимир Морозов:

В начале января, в городке Нью-Бедфорд на острове Нантакет состоялся ежегодный марафон, посвященный Герману Мелвиллу. Участники сутки подряд без перерыва, по очереди читали роман "Моби Дик". Рассказывает сотрудница местного музея китобойного промысла Мария Пантагес.

Мария Пантагес:

Марафон начинается в полдень 3 января. Именно в это время, 160 лет назад, из нашего порта Нью-Бедфорд вышло китобойное судно "Феа Херен", на борту которого находился будущий писатель. Каждый из участников марафона читает не более 10 минут подряд. Из штата Мен приехал праправнук Мелвилла Питер Уидабо, из Вашингтона - член Конгресса соединенных штатов Барни Френк.

Владимир Морозов:

В марафоне участвовало более 150 человек. Из них к финишу пришли 13. В 6 вечера марафонцам подавали ужин, потом несколько раз кофе и бутерброды. А в 8 утра - завтрак. Рассказывает библиотекарь музея Лора Перреро.

Лора Перреро:

Несколько глав книги мы драматизируем. А одну сцену мы разыгрываем в соседней церкви, которая описана в романе. При этом наш священник играет роль священника из "Моби Дика" и по роману читает нам проповедь об Ионе и ките.

Владимир Морозов:

Нью-Бедфорд давно сменил квалификацию. Последний раз отсюда отправлялись на промысел 75 лет назад. А последний из китобоев умер в прошлом году. Но к острову Нантакет и сейчас один за другим подходят суда. Правда, прибывают на них туристы - посмотреть на тот порт, в котором начинается действие романа "Моби Дик".

Хёршир Паркер:

Мелвилл все еще трудный писатель. Но те, кто его читает, те относятся к нему со страстью. Его трудно назвать и популярным писателем, но в то же время, если вы хотите выпить чашку кофе в Нью-Йорке, вы, скорее всего, зайдете в модную кофейню "Старбарк", названую так в честь первого помощника капитана Ахава из романа "Моби Дик". Так что в нынешней Америке "Моби Дик" Мелвилла на каждом углу.

Марина Ефимова:

Ну вот, даже в Америке нашелся писатель, которому подходят слова русского поэта: "Они любить умеют только мертвых".

XS
SM
MD
LG