Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Памяти Энтони Куина


Ведущий Иван Толстой


Диктор:

О молодом режиссере Феллини я уже слышал, хотя и не смотрел «Белого шейха», который сделал его в Риме притчей во языцах. Мы встретились на Виа Венето, на голове у Феллини была ковбойская шляпа, которую он не снял даже в ресторане. Улыбаясь своей кривой улыбкой, он сказал мне: «Антонио, я слышал ваше интервью. Зачем вы говорите журналистам правду? Я всегда им лгу. Например, всегда говорю им, что у меня есть брат близнец, который работает на рыбо-консервном заводе и потом вижу это в газетах. Ложь развивает воображение. Если вы говорите правду, вы потом должны на ней стоять и, значит, никуда не двигаться. В творческом смысле правда - это тупик».

Марина Ефимова:

Так описывает Этони Куин в книге воспоминаний «One Man Tango» - «Танго для одного» - свою первую встречу с Федерико Феллини в Риме золотого века неореализма - 1953 году. Рим бурлил. На Виа Венето можно было каждый день встретить всех голливудских звезд: Ингрид Бергман, Грегори Пека, Гарри Купера, Уильяма Холдена. Голливуд был для них лишь портом приписки - они все работали с итальянскими режиссерами. По Риму ходила популярная шутка: в Италии 40 миллионов актеров, и только плохие снимаются в кино.

Диктор:

Феллини положил на стол сценарий, на котором был написано: «Ла Страда». Я сказал:

- Я не читаю по итальянски, просто перескажите мне сюжет.

И он рассказал мне историю бродячего циркача Зампано. У Зампано уже много лет один и тот же заплесневелый номер - усилием мышц он якобы разрывает цепь на груди. Он покупает себе девушку-рабыню в нищей деревне и губит ее - единственную женщину, которая способна его любить. Это была не просто история из жизни, это была страшная история запоздалого пробуждения души. Так это и есть нео итальянского реализма. Когда Федерико кончил рассказ, я сразу сказал, что меня устраивает роль Зампано и восхищает философия Феллини относительно лжи и правды.

- Да это не философия, - сказал Феллини, - просто игра.

Марина Ефимова:

Игра, ирония, насмешка, это было как раз то, чего Зампано не выносил. Это было то, из-за чего в фильме «Дорога» он возненавидел настоящего артиста - канатоходца Матто. Многозначительное предупреждение Зампано: «Слабонервным лучше покинуть помещение - может брызнуть кровь», потом барабанная дробь и в это время паясничающий голос Матто кричит: «Зампано, тебя к телефону!». Сам Энтони Куин так незабываемо сыгравший мрачного недочеловека Зампано был воплощением артистизма. Говорит актер Мики Руни - партнер Энтони Куина по фильму «Реквием по тяжеловесу».

Диктор:

В нем навсегда осталось мальчишеское озорство. Игра была для него естественным делом, и поэтому работать с ним было истинным наслаждением. Он легко соблазнял партнера на такую же естественность. Это ужасно несправедливо со стороны критиков отмечать только две роли - Грека Зорба и Зампано в «Дороге». А «Реквием по тяжеловесу»? А «Туфли для рыбака»? Он был там неподражаем.

Марина Ефимова:

Свою первую роль в кино Энтони Куин получил исключительно благодаря своему врожденному артистизму.

Диктор:

- Мистер Демиль, сказал я, - я слышал, вам нужен молодой индеец для фильма?

- Да, - обернулся режиссер, - но что-то я не вижу в тебе ничего индейского, парень, мексиканское вижу.

Я мысленно перекрестился. Демиль был ведущим режиссером Парамаунта. И сказал:

– Ксаи ксаким элецки чамбалум.

– Это что? - спросил Демиль.

Это была абракадабра. Но я сказал:

– Шаен, язык индейцев шаен. Я говорю на нем довольно свободно.

– О кей, - удивился Демиль и подозвал гримера.

Марина Ефимова:

К моменту первого опыта в кино Энтони Куин, сын сезонного рабочего из Калифорнии, пробовал много занятий и профессий: от боксера до уличного проповедника. И все начинал со страстью и все со страстью бросал. Одна мудрая женщина, узнав, что в нем течет мексиканская и ирландская кровь, сказала: ну и смесь, ты должно быть в постоянной борьбе с самим собой. И была права. Рассказывает Жаклин Биссет, игравшая с Энтони Куином в картине 1978 года «Греческий магнат» - об истории отношений Жаклин Кеннеди и Аристотеля Онассиса.

Жаклин Биссет:

В нем была поразительная смесь искренней застенчивости и натурального же артистизма. Ему необходимо было женское внимание, причем всех женщин в съемочной группе - будь она звезда, гримерша, секретарша, неважно. Мы все должны были быть у его ног. И мы все были в каком-то смысле, потому что каждая за что-то им восхищалась. Я - за роль в феллиниевской «Дороге» - любимом моем фильме. Но главное с ним было так легко, так естественно играть. На репетициях он валял дурака, кокетничал, рассказывал истории. И, вдруг, на первой съемке вышел - вылитый Онассис. Я всегда мечтала еще хоть раз сыграть с ним. В нем было это трогательное сочетание победительности и ранимости. И он был самый рыцарственный мужчина с которым мне когда-либо приходилось работать.

Марина Ефимова:

В жизни Энтони Куина кроме двух законных браков и одного гражданского было множество романов. Не связей - именно романов, нежных и страстных.

Диктор:

Вы смеетесь, что я влюбляюсь чуть ли не в каждую женщину. Как можно их не любить. Женщина - слабое и небогатое возможностями создание, и она отдает нам все, что у нее есть.

Марина Ефимова:

К 53-му году 35-летний Энтони Куин уже сыграл более чем в 20 голливудских фильмах, которые все забылись, кроме одного - фильма режиссера Элии Казана «Вива Запата». В этом фильме он играл неистового мексиканца Эфимио, в паре со своим кумиром Марлоном Брандо. В этой роли, за которую он получил Оскара, уже видны главные его актерские качества - темперамент, естественность и потрясающая изобретательность. В одной из лучших сцен фильма в момент ликования он взасос целует по очереди свою женщину и свою лошадь. Так что уже в Рим в 53-м году Энтони Куин приехал звездой, сниматься у продюсера Дино Де Лаурентиса в фильме «Атилла». И тем не менее, и после Оскара и после «Атиллы» и, главное, после феллиниевской «Дороги», Энтони Куин продолжал в Голливуде играть проходные роли индейцев, арабов и латинос в фильмах, которых никто не помнит. Вот что рассказывает киновед, профессор Колумбийского университета Роберт Скляр.

Роберт Скляр:

Если посмотреть на большинство мужчин голливудских звезд, то нельзя не признать, что как раньше, так и сейчас им очень тяжело вырваться из своего амплуа. Даже после роли Зорбы Энтони Куина брали играть все те же этнические роли. А сейчас они так и говорят своим кадровикам: «Найдите мне актера типа Энтони Куина».

Марина Ефимова:

Почему он снова не играл у Феллини или у других итальянских режиссеров?

Роберт Скляр:

Дело было в том, что у него появился шанс вернуться в Голливуд. Ему как раз предложили роль Гогена в фильме с Керком Дугласом «Жажда жизни» о художнике Ван Гоге. Для его карьеры в Америке это было, конечно, важнее.

Марина Ефимова:

Не знаю как для карьеры, а для доходов - безусловно. В книге воспоминаний «Танго для одного» он пишет, что перед съемками «Дороги» Феллини спросил его, сколько ему в Голливуде платят за роль. Узнав сумму, режиссер сказал, что она равна всему бюджету его картины и предложил Куину 25% от того, что заработает фильм. И Куин согласился. Когда фильм уже был снят, актер организовал небольшой его просмотр для своего агента и нескольких других американцев. В основном критиков.

Диктор:

После просмотра все почесывали в затылках - никто ничего не понял. Они дружно убедили меня, что фильм ждет провал, и я через агента продал свои 25 % за какие-то вшивые 12 тысяч долларов. Так я превратил самую выгодную сделку своей карьеры в самую провальную.

Марина Ефимова:

Но не только американцы так оплошали с оценкой этого шедевра. Энтони Куин пишет:

Диктор:

Договорившись с Федерико о «Дороге» я предупредил Де Лаурентиса, что по утрам буду сниматься у Феллини, но это не будет мешать съемкам «Атиллы», которые проходили вечерами.

- Феллини? - сказал Де Лаурентис, - этот бездарь? Да у него в голове одна чушь - я не понимаю ни слова из того, что он говорит. Он хотел, чтобы я финансировал какую-то его историю о циркаче. Я отказался.

- Это она, та самая история, - воскликнул я.

- Не будь идиотом, Тони, парень просто хочет занять в картине свою жену. Если бы он взял на эту роль Лолобриджидду - куда ни шло. Да и вообще ты не сможешь сниматься в двух картинах. Надо что-то с этим решать.

Решилось все таким образом, что «Дорогу» взялись финансировать Дино и Карло Понти, чтобы скоординировать расписание съемок и чтобы я не испортил их «Атиллу». В конце концов «Дорога» имела колоссальный успех, получила Оскара за лучший иностранный фильм, и продюсеры сделали на ней миллионы. Насколько мне известно, они ни разу не поблагодарили режиссера за его идею, за его сценарий, за его талант.

Марина Ефимова:

Профессор Скляр, Энтони Куин в своей книге пишет, что однажды великий британский актер Лоуренс Оливье, играя с Энтони Куином в фильме «Туфли для рыбака», попытался определить разницу в игре британских и американских актеров. Он сказал: «Вы, американцы, еще до старта хотите дознаться до истины, а потом бежать. А я сначала бегу, а истина пусть догоняет». Возможно, Энтони Куин больше тяготел к европейской школе игры и поэтому великие свои роли сыграл в иностранных фильмах? А может быть, он не сделал ничего выдающегося в Голливуде потому, что был трагическим актером, а Голливуд не терпит трагедии?

Роберт Скляр:

С Голливудом все ясно. Если добро не побеждает, если герой не триумфант, публика на такой фильм не пойдет.

Марина Ефимова:

Не сложились у Энтони Куина отношения и с русским кино. Рассказывает Слава Цукерман.

Слава Цукерман:

Было это где-то лет 12 тому назад. Но уже начались перемены, появились какие-то связи с Россией. И в этот момент мне кто-то из друзей рассказал, что у Энтони Куина есть мечта жизни - сыграть последние дни Толстого. Меня это страшно заинтересовало, я подумал, что это действительно может быть великолепно, потому что Куин был уникальный актер для трагических ситуаций, больших конфликтов. Его самые большие роли, как Грек Зорба, Поль Гоген - он играл исторические персонажи в самые драматические моменты их жизни. И даже такой неожиданный для него фильм, но при этом, на мой взгляд, его лучшая роль - Зампано в «Дороге» Феллини - это история глубочайшего перерождения души человека. Я начал искать общие знакомства, нашел его, позвонил, он сказал: приходите. Я пришел к нему домой. Это была обыкновенная нью-йоркская квартира в районе Верхнего Ист Сайда в таком, я бы сказал, совсем не артистическом районе. Эта квартира была превращена в мастерскую художника. Кругом были его мольберты, его картины. Он занимался живописью в этот момент очень активно. Я ему сказал, что слышал про его идею, и меня бы это очень заинтересовало. На это он мне сказал, что он уже пытался сделать в России подобный фильм. Но первое, что он понял, что ему дико не понравилось, что такой фильм будет сниматься не меньше года, а то и полтора года. В Америке никто фильмы так долго не снимает. И, несмотря на это, ему так сильно хотелось сыграть Толстого, он сказал: я не могу себе это позволить, я старый человек, мне немного осталось, мне очень много нужно сделать, я не могу позволить себе посвятить больше года одному фильму. Он не выглядел как слабый и умирающий человек. Наоборот, идея была, что нужно много сделать - мало актеров сыграло больше ролей, чем сыграл он. То есть он действительно заботился о том, чтобы сделать много. И эта энергия в нем сидела.

Марина Ефимова:

Не исключено, что Энтони Куин с его энергией сам загнал себя в ловушку необходимости высокопроизводительности - высокого КПД. Он снялся в 130 фильмах. При этом он сыграл несколько замечательных ролей: Поля Гогена в «Жажде жизни», за которую он получил второго Оскара, боксера в фильме «Реквием по тяжеловесу» или, скажем, роль Андреа в увлекательном фильме 1961 года «Пушки острова Наварона». Я помню, там в самом конце фильма его герой объявляет, что он собирается вернуться в тыл немцам, откуда они только что выбрались. И его спрашивают: но какой у тебя шанс выжить? И Андреа отвечает: Меня не так легко убить.

Роберт Скляр:

Куин создает эффект плотской, животной убедительности своих персонажей. Когда он на экране, от него не оторвать глаз. Зажигательный актер.

Диктор:

У вас все есть, кроме одного - вам не хватает немножко безумия. А без этого, без этого человек не может обрезать веревку и стать свободным.

Марина Ефимова:

Так говорит Алексис Зорба - Энтони Куин в фильме режиссера М. Какоянниса поставленному в 1964 году по роману Никоса Казандзакиса «Грек Зорба». Любопытно, что в многочисленных статьях памяти Энтони Куина где-нибудь да непременно таится фраза «Он создал только два значительных образа - циркача в фильме «Дорога» и Грека Зорбу». Это все равно, что сказать о Сервантесе: он создал только один значительный образ - Дон Кихота. Грек Зорба - вторая великая роль Энтони Куина. Как говорят американцы, «больше чем жизнь». Об этой его роли Александр Генис.

Александр Генис:

Грек Зорба - замечательный роман, отличный фильм и великая роль, погубившая Энтони Куина, который до смерти не мог отделаться от приросшего к нему амплуа. Придумавший этого героя писатель Казандзакис воплотил в нем оба облика эллинской души. Зорба дополнил Аполлона Дионисом. Ведь раньше Грецию, царство ясной красоты и строгой меры, любили за Аполлона, теперь - вопреки ему. Вспомним, как в хрестоматийном рассказе Глеба Успенского «Выпрямила» герой обретает душевный покой и человеческое достоинство возле Венеры Милосской из Лувра. Ту же, в сущности, тему развивает и Грек Зорба. Он дает своему чужеземному другу урок чистой страсти и безудержного темперамента. Английская, викторианская, буржуазная, короче, западная чопорность расплавляется под греческим солнцем. В первом случае героя выпрямил Аполлон, во втором - Дионис. Кажется, что цивилизация и варварство поменялись местами, но это только кажется. Как говорят в чеховской «Свадьбе», «в Греции все есть». Те же греки, что писали на статуях «ничего сверх меры», в вакхическом опьянении разрывали на части живых оленей. Мы творим историю по своему подобию, вернее, выбираем из прошлого то, по чему тоскуем в настоящем. Раньше нам не хватало классической простоты и ясности, теперь в цене не менее классическое безумие. Высший урок классики заключен в гармонии между порядком космоса и бездной хаоса. Идеал этой уравновешенности - волевой покой в момент высшего напряжения всех сил. Греческая статуя никогда не торопится и никогда не волнуется. Дискобол напряженно статичен. Искажено усилиями тело борца, но лицо его осеняет бесстрастная потусторонняя улыбка. С той же непринужденной миной, в фильме «Грек Зорба» пляшут знаменитый сиртаки. Экстаз пополам с безмятежностью. Не писатель, ни режиссер. А именно актер Энтони Куин поднял свой образ над естественным натурализмом кинематографа, чтобы превратить Зорбу в фигуру одновременно мифологическую, историческую и реалистическую. Он играет Сатира и Пана, Сократа и Диогена. Жизнелюбивого бродягу и нищего философа, мудрого и беспутного, великодушного и ненадежного Грека Зорбу. Наверное, он все-таки не был великим актером. Те показывают всех, кроме себя. С Энтони Куином вышло иначе. Мир не простил его главной удачи. Зорба так ему шел, что никак не поверить, что между ними была разница.

Марина Ефимова:

О да, в Энтони Куине было много от Зорбы. Он всю жизнь находил и терял, хватал и бросал, ликовал или страдал, бил или охладевал. Он создал новую третью семью, когда ему было 80 лет. Он оставил после себя 13 детей и не считанных внуков. Наш корреспондент Владимир Морозов позвонил в городок Бристоль в штате Род Айленд, где Энтони Куин жил со своей последней семьей и поговорил с его соседом Джорджем Сиссоном.

Джордж Сиссон:

Он любил бродить по окрестностям, кататься на велосипеде. Я его помоложе, хотя мне тоже уже за 80, но велосипед я давно забросил, а он катался. С женой, детьми - они всей семьей катались. Его жене нет и 40 лет, сыну 4 года, дочери 6. Ферма у них большая, и им помогали управится с хозяйством домработница и садовники.

Владимир Морозов:

Скажите, а показывал ли вам Энтони Куин свои картины?

Джордж Сиссон:

Его картины напоминали мне об этом, как его, итальянец, француз, он еще в Испании жил... Ах да, Пикассо.

Владимир Морозов:

Джордж, а кроме вас Энтони Куин общался с кем то из местных?

Джордж Сиссон:

Он был очень общительным человеком. Часто приходил с семьей в местный ресторан, охотно болтал с людьми. Энтони Куин очень помог нам в сборе средств на восстановление исторического здания городского суда. Энтони открыл свои студии для всех желающих. 1000 долларов за вход. Желающих было полно. Все хотели посмотреть на его работы и на его ферму, и вообще вблизи на великого артиста. Все деньги пошли на восстановление здания суда.

Владимир Морозов:

А какие его фильмы нравятся вам больше всего?

Джордж Сиссон:

Зорба - это же сам Энтони Куин. Он тоже наслаждался каждой минутой жизни, у него это на лице было написано. У нас в городке все считают, что это его лучшая роль.

Марина Ефимова:

Энтони Куин умер 3 июня. Вся Америка помнит его как грека Зорбу. Посмотрим, что он сам вспоминал незадолго до смерти во время своего последнего приезда в Рим.

Диктор:

Сегодня пришел пакет от моей первой жены Кэтрин. Почему-то сейчас, через четверть века после развода, она решила прислать мне все вещи, которые до сих пор оставались в ее доме - мои записи, дневники, фотографии и письма. Я не знаю, что я в них увижу, не знаю, какой ужасный автопортрет глянет на меня из этих бумаг. Поэтому прежде, чем взяться за них, я сел на велосипед и поехал в деревню Латино под Римом. Деревня выглядит также как в 53-м. У жителей все те же феллиниевские лица. Феллини принципиально не работал с массовкой. Он дождался времени, когда на деревенской площади собралась вся деревня, и выпустил нас с Джульеттой Мазиной. То бишь, Зампано с Джельсаминой, чтобы мы разыграли свой номер прямо в толпе деревенских жителей. Мы оба были в ударе. Номер с разрывом цепей удался на славу. Жители смеялись и аплодировали, к толпе бежал опоздавшие, требовали повторения. Это был чудесный день. После обеда я повез жену по магазинам, потом на концерт, вернулись в гостиницу поздно, и сразу раздался звонок. Звонил Феллини.

- Как ты себя чувствуешь, Антонио?

- Что за вопрос? Великолепно. Съемки были на славу.

- Нет Тони, нет, - сказал он. - Все было неверно. Вы оба были слишком хороши, слишком талантливы. Это не работает на историю Зампано. Мы должны повторить это, но только бездарно. Я почувствовал, что преклоняюсь перед этим человеком. Артист меньшего масштаба, человек меньшего масштаба переписал бы сцену. Но Федерико был выше этого. И мы все пересняли. Мы сделали плохую сцену, чтобы получилось хорошее кино.

XS
SM
MD
LG