Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как на события в России реагируют российские, американские и европейские журналисты


Сегодня мы поговорим о том, что происходит в России в последние дни, о том, как на эти события реагируют российские, американские, европейские журналисты, а также о том, какие публикуют статьи о ситуации в стране в зарубежных изданиях некоторые российские политики.

В петербургской студии Радио Свобода известный правозащитник Юлий Рыбаков, главный редактор "Новой газеты" в Санкт-Петербурге Николай Донсков и редактор "Известий" в Санкт-Петербурге Павел Пашнов.

Нашим радиослушателям мы предлагаем ответить на вопрос, должен ли реагировать президент Владимир Путин на выдвигаемые против него обвинения, по телефону в Петербурге 118-81-81. Жители других регионов России могут позвонить нам по бесплатному телефону 8-800-200-22-12, но только не с мобильного, а лучше по домашнему.

Я хочу начать наш разговор с загадочной истории исчезновения и возвращения кандидата в президенты России Ивана Рыбкина. Незадолго до своего исчезновения 5-го февраля он сделал ряд примечательных заявлений в прессе и не только российским журналистам.

Послушаем репортаж корреспондента Радио Свобода Ольги Писпонен.

Ольга Писпонен: Незадолго до своего загадочного исчезновения кандидат в президенты Российской Федерации Иван Рыбкин специально для американского издания "Уолстрит джорнал" написал статью под заголовком "Царь Владимир", которая была опубликована 10-го февраля. "Я выступаю против господина Путина, потому что он не держит своего слова", - пишет Иван Рыбкин. "Где быстрая победа в чеченской войне, что являлась главным его обещанием, благодаря которому господин Путин попал в Кремль. Где наши обновленные вооруженные силы? Где обещанное нам экономическое процветание? Где наше восстановленное величие сверхдержавы и национальная гордость? В истерических высказываниях кремлевских шутов или в бреде хулиганствующих националистов? Эти средства стали дешевым способом улучшения имиджа господина Путина", - подчеркивает на страницах американского издания "Уолстрит джорнал" Иван Рыбкин.

Не менее скандальная статья Ивана Рыбкина появилась в этот же день и в российской "Новой газете", на страницах которой он назвал Владимира Путина олигархом. Это высказывание Иван Рыбкин объясняет дружбой действующего президента с братьями Михаилом и Юрием Ковальчуками, которые приходятся Путину соседями по дачному кооперативу "Озеро" под Петербургом. Кроме того, Михаил Ковальчук имеет должность советника президента по стратегическим технологиям. Также братья контролируют Главное управление банка России по Санкт-Петербургу. Этот банк обслуживает серьезные финансовые потоки некоторых отраслевых министерств. Среди его клиентов "Совкомфлот" и "Новороссийское пароходство". Мало того, по сведениям Ивана Рыбкина, братья Ковальчуки являются владельцами банка "Еврофинанс", которому принадлежат 49 процентов акций "Газпром-Медиа", так называемые акции "НТВ", и также 49 процентов акций "Первого канала". То есть, по мнению Ивана Рыбкина, братья Ковальчуки определяют кадровую политику на "НТВ" и "ОРТ". "Их деятельность столь полезна для власти, что сейчас готовится сделка по передаче 100 процентов акций "Газпром-Медиа" банку "Еврофинанс"", - прогнозирует Иван Рыбкин на страницах "Новой газеты".

Виктор Резунков: Мой первый вопрос к правозащитнику и экс-депутату Госдумы Юлию Рыбакову. Юлий Андреевич, но вот обвинения Ивана Рыбкина в адрес Владимира Путина. Что вы думаете по этому поводу? Вообще, как, может реагировать президент на эти обвинения, и, вообще, вот эта вся история?

Юлий Рыбаков: Ну, во-первых, президент действительно не выполнил своего обещания - он не обеспечил безопасности россиян, не закончил успешно, как обещал, антитеррористическую операцию в Чечне, а превратил ее в полномасштабную войну по уничтожению этого народа.

Обвинения Рыбкина в адрес президента по поводу братьев. Ну, что ж, действительно, братья очень богаты. Тогда надо установить все-таки взаимосвязь между этими братишками и, собственно, президентом. И кто кому служит, это тоже еще вопрос. Может быть, все совсем наоборот. А, может, и вообще не так. Это вещи, которые надо доказывать. К сожалению, то, что, так сказать, я слышал из выступлений Рыбкина за последние дни, было весьма сумбурным, хотя впечатляющим.

Должен ли отвечать президент? А почему вы думаете, что он не отвечает? Он отвечает: он игнорирует эти обвинения точно так же, как игнорирует и общественное мнение России.

Виктор Резунков: Спасибо, Юлий Андреевич.

У нас уже звонок. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Вы знаете что? Я хочу свое мнение, могу я сказать? Владимир Иванович из Ленинграда. Вот тут обвиняют Путина. Я бы мог не согласиться, но это лучше делать с позиции времени, критерий истины время всегда. В данной ситуации, вы посмотрите по телевизору, Путин спокойный, это называется по Библии "рука руку моет". Но так он же ведь политик, политика-то дело грязное. Но самая чистая политика, самая прозрачная, это когда фашисты приходят, они ничего не скрывают, там нет нужды просто скрывать. А здесь, понимаете, закулисное вот это вот. Но не Путин будет, другой ту же самую политику. Пока в основе религиозность, православие (я не против религии внутри, фантазирую, лишь бы польза была, поддержка), но когда внешняя, начинаются конфликты. С этим согласны? Закон равновесия разделяет пополам, а закон борьбы - противоположности сталкиваются. Законы природы действуют.

Виктор Резунков: Спасибо большое за ваше мнение.

У меня вопрос к Николаю Донскову. В последнем, вот сегодняшнем номере, "Новой газеты" опубликована ваша статья, в которой рассказывается о том, какие злоупотребления совершались администрацией Анатолия Собчака и конкретно его заместителем, председателем Комитета по внешним связям Владимиром Путиным в начале 90-ых. Должен ли, вообще, президент реагировать на эти обвинения, и что вы, вообще, думаете по поводу вот заявлений Рыбкина?

Николай Донсков: Заявления Рыбкина, собственно, базируются в основном именно на этих обвинениях. В свое время они были собраны депутатской комиссией Ленсовета, возглавляемой известной правозащитницей Мариной Салье. Именно оттуда всплыли и братья Ковальчуки, и иные фигуранты, которые присутствуют в данном деле. Ну, вот деятельность Путина в администрации Петербурга, как известно, проходила с 1991-го по 1996 год. Именно к этому периоду все это и относится. Вернее сказать, даже к начальному периоду, потому что материалы своего расследования Марина Салье в 1992-ом году уже передала Юрию Болдыреву, который в то время возглавлял контрольно-ревизионное управление администрации президента. В данной ситуации удивляет что? Что это расследование не было доведено ни до какого логического финала, потому что по идее, конечно, нужно поставить в этом деле какую-то точку: либо признать, что обвинения бездоказательны, либо, если там есть какой-то повод для доказательств, провести более глубокую проверку. И я думаю, что это было бы актуально сделать даже сегодня, несмотря на то, что прошло очень много времени. Правда, Юрий Болдырев, отвечая на мой вопрос на эту тему, сказал, что (вот Болдырев так объяснял), что, понимаете, в то время у нас не было большого интереса к Путину, потому что он в то время был достаточно мелким чиновником для нашего высокого федерального ведомства, и кто мог предположить, что он вознесется так высоко? Ну, безусловно, это так. Но, тем не менее, коль скоро эти вопросы существуют уже фактически второй десяток лет, то надо поставить в этом деле точку. Документы имеются, имеются свидетели тех лет, и надо в этом разобраться.

Виктор Резунков: Спасибо, Николай Донсков.

Вот Юлий Андреевич Рыбаков хочет добавить.

Юлий Рыбаков: Два слова. Пожалуй, я выразил бы сомнения в том, что эти документы сегодня доступны. Ведь вскоре после того, как они поступили к Болдыреву, его управление было распущено. Эти документы при, так сказать, героических действиях его собственных сотрудников были под опись переданы в архивы. Но где они сейчас, я думаю, что теперь это спецхран президента, и вряд ли мы когда-нибудь их увидим.

Виктор Резунков: Да, тем более, насколько мне известно, после того, как Путин уехал в Москву, все документы из Смольного были изъяты из архива Смольного.

Пожалуйста, Николай.

Николай Донсков: Юрий Болдырев как раз говорил мне о том, что эти документы сохранились. Правда, я не знаю, как в реальности это получится, если попытаться запросить эти документы, но такой ответ со стороны Юрия Болдырева был дан.

Виктор Резунков: Павел, пожалуйста. Павел Пашнов, редактор "Известий" в Петербурге.

Павел Пашнов: Я бы, прежде всего, хотел посоветовать всем, посмотреть на календарь и сказать о том, что сейчас мы имеем просто-напросто президентскую выборную кампанию со своими всеми правилами игры, со своими всеми плюсами и минусами.

Если Иван Рыбкин имел все эти сведения раньше, почему об этом он не сказал? Почему он сказал это сейчас? Если Юрий Болдырев (вся эта история была известна 10 лет назад), я сейчас не оправдываю Путина, я просто говорю о том, почему эти люди начинают говорить о том, что есть какой-то компромат, когда до выборов остается совсем немножко времени. Просто ситуация стандартна: мы имеем ее на муниципальных выборах, на городских выборах, на думских выборах. Это стандартная ситуация. Я просто призываю относиться к этому нормально. Если бы были какие-то доказательства, о них бы говорилось бы давным-давно, и все бы это уже давным-давно было бы известно. Это такая реплика просто.

Виктор Резунков: Понятно, почему журналисты обращаются в попытке объяснить некоторые вопросы.

Ну, вот, пожалуйста, Николай Донсков.

Николай Донсков: Хочу несколько оправдать Юрия Болдырева: он не начинал этот разговор, вопрос этот задавал ему я. А вопрос этот был основан на заявлениях Ивана Рыбкина. Поэтому в данном случае никакой вот такой кампании со стороны Болдырева и прочих лиц не было. Но, тем не менее (я понимаю, что идет предвыборная кампания), но все равно на вопросы должны быть даны ответы. Это моя позиция.

Павел Пашнов: Я согласен с Николаем, но хотел бы подчеркнуть, что все-таки хотелось бы, чтобы в России мы видели не борьбу компромата, а борьбу идей. А этой борьбы идей мы, к сожалению, не наблюдаем ни с одной стороны.

Юлий Рыбаков: Точно так же, как и не видим президента, который отказался, например, даже выступать в дебатах, так сказать, по собственному избранию. Он настолько уверен в своей победе, или он настолько опасается соперничества в дискуссии со своими конкурентами, что он просто не выходит на прямой и откровенный разговор о тех идеях, о тех позициях, которые он собирается защищать на следующий президентский срок.

Виктор Резунков: У нас есть звонок. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Здравствуйте. Это звонит Борис Павлович из Новочеркасска. Я являюсь постоянным читателем "Новой газеты" уже несколько лет, я ее выписываю, просто номера ко мне приходят позже, я еще этот номер не получал. Значит, Путин ведет себя как махровый бездушный чиновник, и по-другому он реагировать не может на эти все обвинения. Вот я надеюсь, что, может быть, приход Лукина его немножко очеловечит, и тогда мы, может быть, будем наблюдать другую реакцию. Спасибо.

Виктор Резунков: Вот как раз вопрос. Я хотел задать вопрос Юлию Андреевичу Рыбакову. Скажите, вот новое назначение уполномоченного по правам человека при президенте России Лукина. Ну, вот если так оценить, в принципе, что происходит, вот с точки зрения политической, скажем так, как сейчас принято задавать такие вопросы?

Юлий Рыбаков: Господин Лукин весьма достойный, умный и опытный человек, так сказать, я уважаю его. Мы достаточно долго работали рядом, во всяком случае. Но меня настораживает другое. Меня настораживает то, что этот человек предложен нам президентом, предложен нам его администрацией. Любой достойный человек в этой ситуации становится заложником тех, кто его выдвигает. И я не уверен, что у него хватит сил для того, чтобы остаться самостоятельной правозащитной фигурой.

Виктор Резунков: Итак, после вчерашнего возвращения Ивана Рыбкина российские политики и западные журналисты сделали ряд выводов.

Давайте послушаем репортаж корреспондента Радио Свобода Ольги Писпонен.

Ольга Писпонен: Неожиданное исчезновение и столь же внезапное появление Ивана Рыбкина, конечно, вызвало бурную реакцию в российских и зарубежных средствах массовой информации. Журналисты и политтехнологи продолжают обсуждать пропажу и возвращение претендента на пост президента России Ивана Рыбкина.

Газета "Либерасьен" публикует статью Лорана Мею под заголовком "Россия тайно исчезнувшего кандидата", где отмечается, что история становится все более загадочной. После того, как Березовский упомянул след тамбовской группировки, которая орудовала в Петербурге в 90-ые годы, когда Владимир Путин был в мэрии этого города, и исчез Иван Рыбкин. "Кстати, - добавляет газета "Либерасьен", - Иван Рыбкин исчезал и раньше, в частности в преддверии важных решений в Совете Федерации, который он возглавлял в период президентства Бориса Ельцина".

Олег Калугин, бывший генерал КГБ, проживающий ныне в США, также не исключает версии о том, что исчезновение Рыбкина могло быть операцией спецслужб. Об этом Олег Калугин заявил в эфире радиостанции "Эхо Москвы".

Соратник и спонсор Ивана Рыбкина Борис Березовский, который сначала не скрывал своего раздражения по поводу объяснений пропавшего, теперь не спешит с выводами. "Я знаю Ивана Рыбкина как человека абсолютно не авантюрного, а очень ответственного, и до тех пор, пока не пойму, что произошло на самом деле, я не буду делать выводов", - заявил Борис Березовский. "Однако, если это авантюра, то политическая карьера Ивана Рыбкина закончилась", - добавил опальный олигарх.

С более резкими суждениями по поводу исчезновения политика выступила Ирина Хакамада, также баллотирующаяся на пост президента Российской Федерации. "Иван Рыбкин не несет никакой ответственности перед людьми и своей семьей, и поэтому должен закончить свою политическую карьеру", - считает Ирина Хакамада.

Остается надеяться, что в ближайшее время Иван Рыбкин все же представит своим соратникам и общественности более подробную версию последних событий.

Виктор Резунков: Юлий Андреевич, ну, у меня сразу к вам вопрос. Вы как, вообще, считаете, что произошло с Иваном Рыбкиным? Это все-таки операция спецслужб, по вашему мнению, или это просто такая неспособность его?

Юлий Рыбаков: Мне приходилось не раз общаться с этим человеком. В свое время у меня были к нему серьезные счеты, когда он, будучи председателем Государственной Думы первого созыва, не остановил войну в Чечне, а мог это сделать. Но я должен сказать, что этот человек очень сильно изменился. Помимо этого, он, безусловно, ответственный человек, и я не верю в историю с загулом. Я глубоко сочувствую сегодня Рыбкину: безусловно, он попал в какую-то такую страшную переделку, в которой ему сейчас пришлось очень плохо. А тут плюс еще вот две бабы, которые, так сказать, его еще и пытаются опустить сдуру. Это и Хакамада, и его собственная жена, которая говорит о том, что, видите ли, такие люди не должны заниматься политикой. Да, подождите, милые дамы, ну, хоть узнайте, что произошло с человеком. Нельзя же так.

Думаю, что если его выманили из квартиры, а это очень похоже на правду, обкололи наркотиками, сделали с ним все, что захотели. Выкинули его где-то в Украине, а потом показали ему, как они его могут скомпрометировать, если он не заткнется. Думаю, что это очень похоже на правду. Ну, шило в мешке не утаишь, все мы узнаем.

Виктор Резунков: Спасибо, Юлий Андреевич.

У нас звонки. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Здравствуйте. Это Валентина Павловна из Москвы. Вы знаете, я считаю, что Путин обязательно должен ответить на вопрос, во-первых, потому что по телевидению идут такие сумятные какие-то объяснения, ничего абсолютно не понятно; а во-вторых, то, что он отказался дебатировать с остальными кандидатами, это, в общем, я не могу сказать, что характеризует его здорово. Я как раз хочу услышать идеи, что он хочет сделать, и в чем его обвиняют, и что он неправильно хочет сделать. А кто, что - вот эти политические их заморочки, "междусобойчики" кремлевские, на данный момент они нас не интересуют.

Виктор Резунков: Спасибо большое.

У нас еще звонок. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Здравствуйте. Это Якушин из Петродворца. Я бы вот что хотел сказать, что нужно ли отвечать Путину на вот все предполагаемые преступления и подозрения. Ведь один дурак может задать вопрос, на который не ответят 10 или 100 профессоров. Так что это абсолютно бесполезное дело. Тем более, получается так, что, кроме подлеца-президента, все остальные просто ангелы во плоти. Все претендуют на какое-то право обличать и всячески унижать президента. Вот что я бы хотел сказать.

Виктор Резунков: Ну, вот это хороший ответ.

Давайте, может, у кого-то есть из наших участников стола:Да, вот, Николай Донсков, пожалуйста.

Николай Донсков: Я бы хотел напомнить, что краеугольный камень гражданского общества - это подотчетность власти обществу, то есть гражданам. И, с этой точки зрения, даже, может быть, на дурацкие и безумные вопросы все равно нужно дать внятный ответ. Собственно, необязательно он должен быть дан Путиным: ведь такими вопросами занимаются депутатские комиссии и так далее и тому подобное. Но, правда, вряд ли нынешний состав Госдумы создаст комиссию для расследования этого вопроса. Ну, в таком случае есть правозащитные организации, есть правоохранительные органы, в конце концов, - в общем, много есть кому заняться этими вопросами. Необязательно самому Путину. А ему, безусловно, все-таки надо как-то обозначать свою позицию.

Павел Пашнов: Я поддержу Николая. Предложил бы, вообще, депутатам внести в закон о выборах обязательное участие всех кандидатов в дебатах, потому что таким образом он себя позиционирует несколько иначе, чем все остальные, и народ действительно хочет знать, хочет слышать президента живые слова, обыкновенные, простые слова. А мы этого лишены.

Виктор Резунков: У нас еще один звонок. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Добрый день. С вами говорит из Санкт-Петербурга пенсионерка. Я хочу сказать, что я очень внимательно слежу за всеми этими событиями и, вообще, за время правления Путина как бы анализирую все, и пришла к такому выводу, что мне, например, как человеку с большим опытом, который жил в Чечне (я жила в Чечне, я этих людей люблю), мне с Путиным все ясно в самом плохом смысле этого слова. Он не должен, он обязан выступить перед людьми! Это его обязанность! А если он отказывается от своих обязанностей в этом плане, что можно ждать от него? Я за него голосовать не буду и прошу всех проголосовать за Глазьева. До свидания.

Виктор Резунков: Спасибо большое за звонок.

Ну, что, вот такие вот звонки. Я бы хотел бы все-таки, чтобы:Да, Юлий Андреевич, пожалуйста.

Юлий Рыбаков: Может быть, еще два слова в окончание этой темы. Ведь речь идет не о том, что каждый из кандидатов должен, так сказать, в качестве говорящей головы выступить и зачитать там очередной проект президентского послания, это проще всего, знаете. Нет, речь идет о том, что кандидаты должны были бы встретиться за одним столом; они должны были бы задать друг другу вопросы; они должны были бы в живом человеческом общении показать себя народу.

Виктор Резунков: Ну, давайте (у нас первая часть программы уже подходит к концу), я бы все-таки хотел бы немножко, чтобы подвели итоги вот той истории с Иваном Рыбкиным, все-таки сделали какие-то небольшие (минутные) заключения участники нашей встречи.

Юлий Андреевич, пожалуйста, вы.

Юлий Рыбаков: Когда я узнал, так сказать, о случившемся, о его исчезновении, так сказать, у меня, что называется, мороз по коже пошел. Я подумал, так сказать, мы повторяем путь Белоруссии. Слава Богу, человек нашелся. И мы, так или иначе, выясним, что произошло на самом деле. Я убежден в том, что этот человек должен принимать участие в избирательной кампании, должен выступить со своими не только, так сказать, объяснениями того, где и как он пропадал, но и со своими политическими программами и воззрениями.

Николай Донсков: Мне трудно предположить, что на самом деле происходило с Иваном Рыбкиным, тем более что я его лично не знаю, в отличие от Юлия Андреевича. Но, так или иначе, обращает на себя внимание, вот то, что, в первую очередь, мне бросилось в глаза, когда я об этом узнал, это странное совпадение по времени с его разоблачительными заявлениями, и вслед за этим вот эта странная история. Естественно, она может быть инициирована как одной, так и другой стороной и использована в своих определенных интересах. Но в этом, как сказал Юлий Андреевич, мы должны разобраться, должны получить ответы.

Павел Пашнов: Я думаю, что, пока мы не узнали факты, все обсуждение будет на уровне домыслов. Но одно можно сказать однозначно: то, что о кандидате Рыбкине теперь страна узнала очень много.

Виктор Резунков: Хорошо. Спасибо большое.

Говорит Радио Свобода. В эфире "Час прессы". Продолжение нашей передачи слушайте после краткой сводки новостей.

Вся эта история с кандидатом Иваном Рыбкиным происходит на общем фоне усиления в России спецслужб и правоохранительных органов. И это знаменательно. Взрыв в московском метро вызвал вполне прогнозируемую реакцию властей.

Давайте послушаем репортаж корреспондента Радио Свобода Дмитрия Казнина.

Дмитрий Казнин: "В отличие от Западной Европы, где после таких трагедий, как взрыв в московском метро, в отставку подают руководители силовых ведомств, их российские коллеги начинают требовать себе расширение полномочий", - пишет на сайте "политком ru" Иван Преображенский. Замдиректора ФСБ Вячеслав Ушаков выступил с инициативой передачи его ведомству беспрецедентно жестких прав, а также восстановления смертной казни. Спецслужбы предлагают расширить полномочия ФСБ, что позволит ведомству пресекать сами попытки терактов на стадии подготовки, не прибегая к сложным процедурам вроде судебных решений.

Спикер Госдумы Борис Грызлов заявил, что уже дал поручение профильным комитетам парламента подготовить предложения по ужесточению законов, направленных на борьбу с терроризмом, а также по профилактике и превентивным мерам, в том числе связанным с регистрацией граждан.

Один из лидеров блока "Родина" Дмитрий Рогозин призвал ввести в России чрезвычайное положение.

Президент Владимир Путин, от которого сейчас и зависит, в какую сторону двинется силовая машина, на встрече с группой высших офицеров в Кремле поставил перед ними задачу - выработать тактику, способную предупреждать угрозу терактов, и назвал борьбу с терроризмом ключевой задачей спецслужб.

Заместитель генерального директора "Центра политических технологий" Алексей Макаркин на сайте "политком ru" среди политических последствий теракта видит возникшую необходимость для власти демонстрировать свою жесткость на практическом уровне. Например, как заявил Юрий Лужков, будет усилен контроль за приезжающими в Москву гражданами. Некоторые политики подхватили тему и использовали ее для заявлений уже ксенофобского характера. "Таким образом, - пишет Алексей Макаркин, - политические последствия теракта способны ускорить или скорректировать некоторые процессы, связанные, прежде всего, с ужесточением внутрироссийских правил. Общество окажет поддержку власти, а власть попытается в очередной раз подтянуть силовые ведомства".

Виктор Резунков: Это был репортаж нашего корреспондента Радио Свобода Дмитрия Казнина.

Юлий Андреевич, прежде чем я задам вам вопрос, что вы думаете по поводу этих заявлений и этих телодвижений, давайте послушаем звонки.

Да, вы в эфире. Пожалуйста.

Слушатель: Я хотел обратить внимание ваше на то, что, конечно, диалог должен быть обязательно, иначе теряется всякий смысл предвыборной этой кампании постольку, поскольку говорить не с кем и не о чем. Если соберутся все эти люди: Глазьев, Хакамада там и другие - и будут спорить между собой, то это превращается в совершенно идиотское сборище. Благодарю вас.

Виктор Резунков: Спасибо большое.

Пожалуйста, вы в эфире, представьтесь только, пожалуйста.

Слушатель: Я Василий Михайлович. Я согласен со всеми предыдущими товарищами, что Путин должен отвечать за все его деяния. Я выступал перед первыми его выборами президентом, когда у него было 66 процентов рейтинга. Это чушь, никто не давал ему таких. Я выступал по "Невскому" каналу с политологом Мусаковым, и все дела, деяния Путина он хорошо знает. В Петербурге самыми главными организаторами финансовых пирамид были Собчак и Путин. У меня, вот сейчас даже я вам прочитаю, свидетельство: "Выдано 10.10.1993-го года Комитетом по внешним связям при мэрии СПБ российско-американской фирме на Конюшенной, дом 1 разрешение, регистрационный номер 6313". Подписано лично В.В. Путин. А он сейчас тут:кто-то там организовывал финансовые пирамиды. Вот он сам и организатор. И он должен ответить за все.

Виктор Резунков: Спасибо большое.

У нас еще один звонок. Пожалуйста, вы в эфире. Представьтесь только, пожалуйста.

Слушатель: :пенсионерка, Москва. Вы знаете, хочется верить, конечно, Путину, хочется. Но на деле получается так, что, ну, ничего он не делает для того, чтобы как-то активизировать борьбу-то с терроризмом. Отношение его к силовым структурам просто милое и хорошее: все они такие пушистые, гладкие, хорошие, заслуживают всех и всяческих поощрений. А на деле-то! Когда же они будут отвечать за свои дела? И никто не отвечает у нас за свои дела! Поэтому совершенно никакого уважения после этого к Путину не может быть. Ведь он не один день у власти. Уже должны быть какие-то результаты. Но ведь их нет!

Виктор Резунков: Спасибо большое.

Итак, Юлий Андреевич, вот мы слышали репортаж нашего корреспондента, корреспондента Радио Свобода Дмитрия Кознина, что вы думаете по поводу:вообще, это для вас не удивительно, что вот начинаются какие-то телодвижения, усиление опять, дача новых полномочий и так далее? Сколько это будет продолжаться, вообще, интересно?

Юлий Рыбаков: Да нет, ничуть не удивительно, точно как и взрывы, которые предшествуют избранию президента, они как-то у нас стали так часто повторяться. И всякий раз, когда что-то страшное происходит, гибнут люди, российские спецслужбы требуют себе дополнительных полномочий, в частности, например, смертная казнь. Очень интересно: смертная казнь для террористов-смертников, да, оригинально? Она их очень сильно, наверное, напугает, смертная казнь. Что же касается пожизненного заключения, то оно и так уже есть в нашем законодательстве.

Другое дело, что спецслужбам, и не только им, я думаю, а просто всей властной вертикали сегодня необходимо основание, сегодня необходим повод для того, чтобы начать следующий этап наступления на наши гражданские права с тем, чтобы можно было задерживать уже не, так сказать, двое суток и не на трое, а на 15, как это было при Борисе Николаевиче одно время, чтобы можно было не только что там, так сказать, суда, но и прокурора не спрашивать о том, чтобы установить прослушку, так сказать, в доме господина Рыбкина или еще у кого-нибудь. Вот о чем на самом деле идет речь.

Виктор Резунков: Юлий Андреевич, у меня к вам такой еще вопрос как к экс-депутату Госдумы. Вот за последний год работы в Госдуме, я не сомневаюсь, что вы делали запросы в спецслужбы, в ФСБ, в прокуратуру и в милицию, в Министерство внутренних дел. Вообще, как вот реагируют вообще представители силовых структур на запросы депутатские? Насколько они дают такие вот как бы исчерпывающие ответы и достаточно мобильно?

Юлий Рыбаков: Знаете, когда в 90-ых годах мы начинали еще вот нашу, так сказать, депутатскую правозащитную деятельность, был короткий период, когда чиновники, в том числе и сотрудники спецслужб, поджали хвост и послушно отвечали депутатам, приходили, так сказать, и мы разбирались с их преступлениями или с их ошибками. А сейчас уже нет. Они четко отгородились законодательством, его лакунами и его, так сказать, в свою очередь, ошибками - они нагло игнорируют сегодня депутатский корпус. Тем более что российская Конституция не позволяет парламенту проводить собственные парламентские расследования, так, как это происходит в любой цивилизованной стране, когда можно и президента пригласить и заставить его отвечать, помните историю. У нас же ничего подобного. Вот даже если бы сегодня Госдума, так сказать, была действительно дееспособной, она не в праве провести парламентское расследование. А когда депутат обращается в питерское КГБ и говорит: "Как же так? Ваш сотрудник сбил женщину и даже не потрудился, вообще, зайти и в больницу и узнать, как она себя чувствует". Мне отвечают: "Все в порядке".

Виктор Резунков: Спасибо. Я надеюсь, прежде чем Николаю Донскову я дам эфир, пожалуйста, у нас звонки.

Вы в эфире. Только представьтесь, пожалуйста.

Слушатель: Нина Петровна из Москвы. Я, например, со многими не согласна в том плане, что нужно призывать к ответу Путина, что его обвиняют в чем-то. Люди не имеют права никого обвинять без суда, это первое. Потом, что Путин, что Государственная Дума, что другие государственные люди не должны заниматься делом этого товарища Рыбкина, потому что он, я считаю, что с Березовским просто разыграли свою игру, чтобы подорвать авторитет Путина и ход всех событий президентских выборов.

Виктор Резунков: Ну, спасибо большое. Но мы не обвиняем Путина, я имею в виду, что у нас подразумевается, что Путину хотят задать вопросы, должен ли он на них отвечать?

Да, еще у нас радиослушатели тоже в эфире. Пожалуйста, вы в эфире. Только представьтесь, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. Это Валентина Ивановна из Петербурга. Я хочу ответить на ваш вопрос. Путин не должен отвечать перед этими особенно товарищами, вернее, господами, захотели стать, которые развалили все и вся. И он сейчас должен отвечать почему? Не он начал войну. Почему он должен отвечать?

Виктор Резунков: Ну, вы знаете, вот у меня к вам вопрос: на самом деле кто кого и что развалил? Вот, допустим, как раз у нас идет разговор о том, что Путин принимал участие в развале, так сказать, страны, и как раз мы пытаемся выяснить, можно ли ему задавать вопросы по поводу его деятельности в Санкт-Петербурге в бытность заместителем мэра Анатолия Собчака или нет? А вы как считаете, не стоит ему задавать такой вопрос?

Слушатель: Кому?

Виктор Резунков: Путину.

Слушатель: Не стоит ему задавать такой вопрос. Все какую-то чушь мелят: вот он там создавал какие-то "МММ". Все создавали "МММ". Все развалили кругом, а он должен отвечать. Выберем мы Путина? Выберем.

Виктор Резунков: Спасибо большое, вы ответили на мой вопрос.

Николай Донсков: Позвольте прореагировать на замечание радиослушательницы, что, вероятно, если продолжать эту логику, следует немедленно выпустить Ходорковского, потому что раз все создавали "МММ" и никому не надо отвечать, ну, а чего ж ему-то отвечать?!

Но хотел бы подхватить тему Юлия Андреевича. По-моему, он очень важную тему начал по поводу подконтрольности и неподконтрольности спецслужб. Вот часто эту тему об усилении, о необходимости усиления спецслужб в России мотивируют тем, что, дескать, после 11-го сентября в Америке спецслужбам были приданы новые полномочия. И этим самым обосновывают то, что то же самое должно происходить и у нас. Так вот разница между, как уже сказал Юлий Андреевич, западным миром и, в частности, Америкой и Россией состоит в том, что все-таки спецслужбы, несмотря на их колоссальные полномочия, на Западе в какой-то мере подконтрольны обществу, и они действительно могут быть призваны к ответу. И это показывают проходящие сейчас парламентские расследования в Великобритании и США. А в России опасность придания спецслужбам новых полномочий усугубляется тем, что это государство в государстве, которое живет по своим законам и совершенно не подчиняется законам гражданского общества.

Павел Пашнов: Ну, уже очень много сказано, просто трудно что-то добавить. Я считаю, что полномочий у спецслужб наших совершенно предостаточно. Им бы их реализовать. И здесь задача как бы государства и общества даже не столько контролировать, а сколько спрашивать с этих спецслужб о том, чем они занимаются, насколько они выполняют свои функции.

И хотел добавить по поводу, вообще, всей темы передачи, по поводу того, должен ли отвечать президент? Конечно, я считаю, что он должен отвечать. И хотел бы просто отметить, что вызов президенту должен бросить лидер. Когда вот мы все говорим о том, что он должен отвечать, это все равно, что никто не говорит. Человек к человеку должен обратиться. То есть должна появиться личность, которая сможет Путина вытащить на этот разговор. И о том, что такой личности нет, это мы все прекрасно знаем, потому что у нас нет оппозиции как таковой. Соответственно, и лидера у этой оппозиции нет. Поэтому говорить о том, что Путин выйдет и что-то с кем-то будет говорить, совершенно бесполезно. Сейчас проблема одна: Путина не выберут, потому что явка очень низкая, потому что все и так знают, что Путина выберут. Вот в чем проблема. Не в том, что какие кандидаты, а придут или нет на участки? А это как раз, это порождение того, что нет оппозиции, нет борьбы идей - то, о чем я сказал с самого начала.

Виктор Резунков: Но вы думаете, выберут Путина или нет?

Павел Пашнов: Явка очень низкая. Вот по Петербургу сейчас на грани 50 процентов, по оценкам социологов.

Виктор Резунков: На родине президента.

А вы что думаете, Юлий Андреевич?

Юлий Рыбаков: А я хотел задать вопрос: а, неужели вы думаете, что необходимое недостающее количество процентов не будет нарисовано?

Виктор Резунков: Хороший вопрос, да.

У нас звонки. Пожалуйста, вы в эфире. Только представьтесь.

Слушатель: Это Олег из Новосибирска. Но по вопросу, должен он или не должен, Путин отвечать, я думаю, что как хочет, так и должен, потому что выборы - несколько абсурдное понятие у нас.

И у меня еще такая небольшая идея, чтобы они были еще более, то есть менее абсурдные, может быть, учитывать мнения американских избирателей по выборам президента нашего и, наоборот. Ну, обмен какой-то.

Виктор Резунков: Спасибо.

Еще звонок. Пожалуйста, вы в эфире. Представьтесь.

Слушатель: Добрый день. Прошу вашего позволения меня не перебить, у меня, в общем-то, общая реплика вообще ко всей программе и не только, и, в общем, к политике хотя бы последних, начиная с 1917-го года вплоть до сегодняшнего дня, значит, вот мои комментарии, если позволите. В известной стране, которая называется Китай, Конфуций (его считают учителем десять тысяч поколений) сказал, что человек, так сказать, не втолковавший себе, что такое ли (ли - это правила поведения), а дэ - это нравственность, является просто сяо жень, а сяо жень - это (прошу прощения) в переводе Василия Михайловича Алексеева, академика, является скот. Так вот за все то, что было уже сделано, например, Владимиру Путину нужно просто сесть на циновку и совершить просто харакири. А в лице коасяку, чтобы ему голову сзади отсечь, чтобы ему было не так больно, нужно выступить кому-нибудь из матерей тех солдат, которые погибли в Чечне. И, вообще, не понимаю: неужели все люди не видят, вообще, что происходит, и что этот человек, так сказать, из себя вообще представляет?

Виктор Резунков: Спасибо большое за ваше мнение.

Итак, у нас еще один звонок. Пожалуйста, вы в эфире. Только представьтесь.

Слушатель: Это Михаил вас беспокоит. Конечно, президент должен отвечать. И, прежде всего, вот он должен бы ответить, за какие такие заслуги Государственной Думе, депутатам сделали 16 тысяч в месяц?! Президент Путин сказал следующее: он вынужден был подписать закон, отвечая шахтерам Сибири, потому что Путину надо было провести быстро какие-то законы. А пенсионерам он подносит 30 рублей, 40, 100 рублей. Откуда такая щедрость для депутатов Государственной Думы? Мне бы очень хотелось это знать:

Виктор Резунков: Спасибо большое.

Итак, Юлий Андреевич, вот буквально мы слышали мнение наших радиослушателей, это понятно.

Я хотел вас спросить по другому поводу. Буквально вот весь Петербург, и вся Россия была потрясена сообщением об убийстве 9-летней девочки из таджикской семьи в Петербурге. И на самом деле как раз вот встал вопрос о правоохранительных органах. Вот даже лидер национал-большевистской партии Эдуард Лимонов заявил сегодня, что государственная власть несет за смерть таджикской девочки в Санкт-Петербурге куда большую ответственность, чем подростки, которые ее убили. И он заявляет: "А, смотрите, что творится в отделениях милиции по всей России. Я не уверен, что есть статистика по жертвам, которые забивают там по ночам, причем не только иностранцам. Думаю, что их гораздо больше, чем жертв так называемых скинхедов". Вот как раз к вопросу о правоохранительных органах, да, то, что вот говорится. Вообще, вы видите какой-то выход в этой ситуации?

Юлий Рыбаков: Этот случай:я готов, так сказать, согласиться с каждым словом этого высказывания Лимонова. Да, действительно спецслужбам нашим стоило бы думать об эффективности своей собственной работы и о том, кто находится в их собственных рядах, кто закрывает глаза на преступления нацистов и фашистов, в том числе, и в нашем городе. Даже сейчас, когда эта несчастная девочка, получив 11 ножевых ранений, умерла на руках у отца, наши, так сказать, начальнички милицейские тут же заявили о том, что они не имеют оснований считать, что это скинхеды, не имеют оснований считать, что это националисты, хотя били ее ножами, этого ребенка, с криками "Россия для русских!". И они это прекрасно знали. В том-то все и дело, что значительная часть наших правоохранительных органов сама заражена национализмом. И поэтому фашисты чувствуют себя вольготно. Ведь убийство таджикской девочки не первое в нашем городе. Прошлым летом вполне вероятно, что та же группировка "Шульц" напала на таджикский палаточный лагерь таджикских цыган под городом и убила другую маленькую девочку. Тогда об этом почему-то все молчали. Это далеко не первое и, увы, я боюсь, не последнее преступление до тех пор, пока национализм будет разъедать наши правоохранительные органы.

Виктор Резунков: Да, спасибо, Юлий Андреевич.

Николай, вы как считаете, вообще, это имеет какое-то отношение к той общей политической, вообще, ситуации, которая в России, ну, складывается в последнее время, скажем так?

Николай Донсков: На мой взгляд, совершенно очевидно, что имеет самое непосредственное отношение. И вот та тема, которая была затронута в высказывании Лимонова об ответственности власти, я бы хотел именно об этом сказать, потому что ведь это зверское убийство, которое произошло в Петербурге, это эхо событий в Москве, это эхо взрыва в московском метро. И после чего произошла эта зверская расправа? После заявления Владимира Путина, где он сказал, что нам не нужны никакие доказательства, мы знаем, кто в этом виновен. И он в очередной раз косвенно призвал "мочить". Кого "мочить", было совершенно очевидно, потому что в сводках милицейских говорилось, что теракт совершен лицом кавказской национальности. Вот, собственно, эти бритоголовые восприняли буквально этот лозунг с подачи президента. Я был в этих дворах, где произошло это убийство, и своими глазами видел исписанные стены лозунгами "бить и убивать черных", и в частности, свежей краской написан примерно такой лозунг (я, к сожалению, не помню дословно его содержание): "Дави черных! Путин, давай!". Это написано вот в эти дни, когда произошло убийство. То есть фактически эти бритоголовые расписались в том, что их санкционировал на это президент Путин своими действиями по отношению к кавказским народам. Поэтому нет слов. Это, безусловно, ответственность власти. В Петербурге также было сделано своего рода сенсационное заявление Валентины Матвиенко, когда она призвала, во-первых, достать из-под земли виновников и устроить показательный суд, и, во-вторых, сказала, что только наша общая ненависть поможет искоренить зло. Ну, вот эти заявления "а-ля Вышинский" и призывы к всеобщей ненависти, по сути, тоже есть ничто иное, как разжигание экстремизма, хотя возможно преследовались иные цели, но все-таки политики должны отдавать ответственность себе и знать цену своих слов.

Павел Пашнов: Знаете, но я бы, вообще, хоть это событие трагическое, но взглянул на него несколько иначе. Эти бритоголовые на самом деле, им все равно, кого убивать, понимаете. Вот сегодня они убили таджикскую девочку, завтра они убили русскую девочку. Просто каждый день убивают каких-то девочек, и это ужасно. Здесь надо говорить о том, что у нас вообще правоохранительные органы не работают, а работают так, что такие вещи возможны в Петербурге. Это повод, просто повод еще раз задуматься о том, насколько жители города чувствуют себя в безопасности. И я бы здесь не выделял бы конкретно, таджикская это девочка или какая-то другая. Посмотрите сводки ГУВД.

Николай Донсков: Я бы хотел ответить на вашу реплику. Я прекрасно знаком со сводками ГУВД, но более того, поскольку я занимаюсь темой расизма, национализма и неонацизма в России уже не первый год, я знаком и с некоторыми представителями экстремистских организаций и, в частности, со скинхедами. Так вот они как раз не ставят своей целью убивать русских девочек. У них вполне конкретно определены цели их акций, и это именно инородцы, те, кого они называют инородцами. Там все абсолютно четко у них расписано в этом смысле.

Виктор Резунков: Спасибо.

Давайте подведем итоги (уже как раз нам осталось по одной минутке примерно).

Юлий Андреевич Рыбаков, пожалуйста.

Юлий Рыбаков: Добавляю, по данным журналистских расследований, сегодня в Санкт-Петербурге 10 тысяч мальчишек и подростков находятся в радикальных экстремистских объединениях. Это серьезно. Понимаете, даже если это преувеличение, даже если это не 10, а только 2 тысячи, но ведь это страшно, понимаете. Если мы только после убийства таджикской девочки хватаемся за голову и кричим "найдите хоть из-под земли", то это тем более страшно: это означает, что власть на самом деле давно отчуждена от народа и ее не волнуют его собственные проблемы.

Николай Донсков: Ну, к сожалению, вот этот трагический случай, действительно, далеко не первый. За последние два года, по крайней мере, четыре зверских расправы произошло в Петербурге. Некоторые виновники были задержаны. Правда, до суда пока еще дело не дошло, хотя определенные следственные действия были проведены. О чем это свидетельствует? Можно говорить о безумном, безумной волне, безумном росте расистских, зверских настроений. Как положить этому конец? Пока рецепт этот не выработан. Но еще раз повторяю тот тезис, который я уже говорил: за это несет ответственность власть, потому что она должна, во-первых, следить за своими действиями, и эта антикавказская страшная волна, она была спровоцирована властью.

Павел Пашнов: Безусловно, власть несет за все ответственность, и право человека в свободном государстве и демократическом, к которому мы стремимся, это именно возможность спросить с власти. И власть должна отвечать.

Виктор Резунков: Спасибо большое.

Итак, говорит Радио Свобода. Вы слушали программу "Час прессы".

В нашей петербургской студии сегодня были известный правозащитник Юлий Рыбаков, главный редактор "Новой газеты" в Санкт-Петербурге Николай Донсков и редактор "Известий" в Петербурге Павел Пашнов.

Автор и ведущий Виктор Резунков. Продюсеры Николай Нажимов и Алексей Кульков.

Всего вам доброго.

XS
SM
MD
LG