Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Охота на Сутягина


Елена Рыковцева: Первый канал страны уже не в первый раз оказывает ФСБ дружескую услугу. Еще два с половиной назад контрразведчики попросили помочь публично изобличить журналиста Григория Пасько. Потому что общественность не очень верила, что Пасько - истинный шпион. И программа "Человек и закон" справилась со своей задачей, старательно стилизовав сюжет под шпионскую хронику. Была тревожная музыка, были кадры с взлетающими ракетами и бороздящими океанские просторы крейсерами, были даже актеры, занятые в постановочных сценах на тему: как Пасько передавал информацию. Когда огласили приговор Игорю Сутягину, я заранее предполагала, что "Человек и закон" вновь выйдет с разоблачительным сюжетом. Потому что этот приговор тоже вызвал сомнения в обществе. А ФСБ сомнений не хочет. Поэтому опять призвала под свои знамена журналистов Первого канала.

Из телепередачи "Человек и закон":

Корреспондент: Этот процесс уже успели окрестить самым скандальным шпионским делом последних лет. В начале апреля Московский городской суд приговорил заведующего сектором военно-технического сотрудничества Института США и Канады Игоря Сутягина к 15 годам строгого режима - за государственную измену. Причем дело рассматривал суд присяжных, и именно присяжные заседатели признали его полностью виновным и не заслуживающим снисхождения.

Игорь Сутягин: Меня обвиняют в том, что я из газет черпал, как это сказано, государственную тайну, и ее вот передавал иностранцам.

Корреспондент: В некоторых средствах массовой информации, особенно зарубежных, сразу же заговорили о новой волне шпиономании, которая, якобы, охватила российское общество. В чем же обвинили известного ученого, одного из немногих гражданских специалистов в области разоружения, за что он получил такое суровое наказание?

Елена Рыковцева: Забегая вперед, скажу, что авторы Первого канала вовсе не ставили своей целью анализировать обвинительное заключение. Они лишь подбирали из материалов дела наиболее убойные "фрагменты", которые были призваны красочно подтвердить, что Сутягин - злостный шпион, а вовсе не невинная начитанная овечка. Программе "Человек и закон" с Сутягиным повезло больше, чем с Пасько. Конечно, и здесь на экран, для вящего впечатления, подпустили массу всякой военной техники. Но на этот раз не пришлось привлекать актеров. Дело в том, что поначалу наивный и перепуганный Сутягин активно общался со следствием. "Он сам себя посадил", - вслух говорили юристы. Все обвинение строится на показаниях самого Сутягина. Ни одного написанного им шпионского отчета, в материалах дела не содержится. Зато содержится видеозапись тогдашних показаний Сутягина. С точки зрения ФСБ - показаний признательных. Эту запись спецслужбы любезно предоставили телевидению. Что-то журналисты брали с этой пленки, что-то договаривали сами. Получилось так:

Из телепередачи "Человек и закон:

Корреспондент: На первом же допросе Сутягин сам поведал оперативникам довольно увлекательную, почти детективную историю последних двух лет своей жизни. Видеозапись этого рассказа оказалась в нашем распоряжении. Февраль 1998-го, Бирмингем, международная научная конференция по разоружению. Среди российских участников семинара - Игорь Сутягин, тогда еще старший научный сотрудник Института США и Канады. В кулуарах молодой ученый случайно познакомился с одним приятным джентльменом, назвавшимся сотрудником британской консалтинговой фирмы "Alternative Future" - "Альтернативное будущее" в переводе на русский. Звали его Шон Кидд, по крайней мере, так он представился. Шон Кидд рассказал, что его фирма занимается оценкой инвестиционных рисков для западных компаний, которые хотят вкладывать деньги в российскую экономику, в том числе и оборонную промышленность. Кидд предложил ученому готовить для его компании аналитические обзоры о ситуации в российской оборонке. За каждый отчет обещал платить по 700 фунтов. Поначалу все свои справки, по признанию Сутягина, он писал на темы, которые выбирал сам, и никаких особых просьб от своего английского партнера не получал. Но спустя полгода Шон Кидд представил Игорю свою помощницу Надю Локк. По заверению ученого, первый же вопрос, который задала ему Надя Локк, заставил его насторожиться.

Игорь Сутягин: Единственным человеком, который вызвал у меня сильное ощущение, что он является представителем спецслужб, это была Надя Локк.

Корреспондент: Поначалу на следствии Игорь Сутягин признал, что, по крайней мере, догадывался о том, кем были его британские партнеры.

Игорь Сутягин: На каком-то этапе у меня появилось, и довольно отчетливое, предположение о том, что действительно люди, которые со мной общаются, являются, мягко говоря, не совсем теми, за кого они себя выдают.

Корреспондент: Но тут же не преминул добавить в качестве оправдания:

Игорь Сутягин: Когда у меня возникло ощущение, что человек, сидящий передо мной, каким-то образом связан, или может быть связан со спецслужбами этих держав, у меня возникло желание попытаться поиграть что ли с ними.

Корреспондент: Почему вдруг обычный ученый решил поиграть в разведчика, а не сообщил обо всем, например, в ФСБ, Игорь Сутягин ответить так и не смог, а вскоре и вообще отказался от своих первоначальных показаний.

Елена Рыковцева: К подозрительной Наде Локк мы вернемся чуть позже. А пока - о самом факте так называемых признаний. Сразу же после выхода программы в эфир Сутягин из тюрьмы надиктовал адвокатам свой на нее ответ. Адвокаты передали его в нашу редакцию, в московское бюро Радио Свобода. Цитируем ту часть письма Игоря Сутягина, которая касается как раз "признаний".

Диктор: "22 апреля 2004-го года Алексей Пиманов показал в своей программе "Человек и закон" отрывок из видеосъемки моего допроса. Я думаю, что зрителям следовало тогда уж объяснить, и как появилась эта пленка. После трех месяцев каждодневной обработки в том смысле, что мои британские контрагенты - это империалистические шпионы, меня привели под конвоем, посадили перед камерой и предложили порассуждать на тему: "А могли ли англичане и вправду быть разведчиками?" А я что - я ученый, моя работа - рассуждать. Вот я и порассуждал; часть этих рассуждений показал Пиманов. Но не все, а нечто очень искусно настриженное. Вырезал он, к примеру, вывод допрашивавшего меня полковника. Вот он, дословно: "Я понимаю, что вы видите в Шоне нормального человека. А я в нем вижу вербовщика".

Елена Рыковцева: Это было письмо Игоря Сутягина по поводу программы "Человек и закон". Вообще, должна заметить, что ценность этой программы состоит в том, что это - единственная выраженная позиция ФСБ, которая от комментариев отказывается под тем предлогом, что дело - секретное. Так что полемика с этой телепрограммой равнозначна полемике с самим следствием. И поэтому у нас в студии адвокат Игоря Сутягина Анна Ставицкая. Я обращаю к ней мнение профессионала разведки, который тоже видел этот сюжет в программе "Человек и закон". Он сказал так: "Тут видно, что он пытался с ними сотрудничать. И он сам говорит: хотел поиграть. Так и играл бы дальше! Мол, да, чувствовал подвох. И хотел вам сразу доложить, товарищи! Но ничего серьезного не происходило. Решил продолжить наблюдение. И прибежать к вам с уже более ощутимыми результатами. Но не успел! Вы меня опередили. Вот если бы он продолжал говорить так - приговор был бы совсем другим. Его наказали как раз за то, что перестал сотрудничать". А теперь - комментарий адвоката Анны Ставицкой к этим словам профессионала внешней разведки. Ошибка Сутягина была в том, что он перестал сотрудничать, или в том, что сотрудничать начал?

Анна Ставицкая: Я считаю, что ошибка Сутягина как раз в том, что он начал сотрудничать со следствием. Если бы он сразу отказался давать свои показания и воспользовался статьей 51-й Конституции РФ, этого бы дела не было, потому что все дело построено исключительно на его показаниях. И неправда, что Сутягин перестал сотрудничать со следствием. Дело в том, что Сутягин является исключительным человеком, который полагал, что сотрудники ФСБ - это его братья...

Елена Рыковцева: Защитники.

Анна Ставицкая: Защитники. С самого начала он даже хотел отказаться от адвоката, чтобы у него на протяжении всего следствия не было адвоката. Он полагал, что если он будет сотрудничать со следствием, то разберутся и поймут, что ничего преступного он не делал. Почему он так охотно рассказывал следствию все о своем сотрудничестве с британцами - именно потому, что он не чувствовал, что сделал что-либо преступное.

Елена Рыковцева: Я предлагаю поговорить о самых "убойных" для зрительского восприятия моментах программы "Человек и закон". Особо подозрительным персонажем в ней выглядит сотрудница английской фирмы Надя Локк. Вот так рассказывается о ней в сюжете:

Из телепередачи "Человек и закон":

Корреспондент: Надя Локк интересовалась модернизацией истребителей "МИГ-29 "и СУ-27", цифровыми средствами правительственной связи и боевого управления, составом космического эшелона предупреждения о ракетном нападении, системами противовоздушной обороны и даже подробностями разногласий между тогдашним министром обороны Сергеевым и начальником Генштаба Квашиниым - по поводу изменения структуры российских вооруженных сил.

Елена Рыковцева: И я вновь обращаюсь к адвокату Сутягина Анне Ставицкой: Итак, круг интересов Нади Локк действительно выглядит абсолютно шпионским. Если фирму официально интересовало, куда выгодно вкладывать деньги, то как это состыкуется с просьбой уточнить параметры всяческой военной техники?

Анна Ставицкая: Я хочу сказать, что Надя Локк никогда не интересовалась у Сутягина о параметрах военной техники. Те вопросы, которые перечислены в сюжете программы "Человек и закон" Надя Локк не задавала. Также я хотела бы отметить, что все те вопросы, которые задавала Надя Локк, экспертами не признаны государственной тайной. Более того, они признаны не государственной тайной. Эксперты прямо сказали, что эти вопросы полностью получены из открытых источников, и государственной тайны не составляют.

Елена Рыковцева: Программа "Человек и закон" содержит еще одно утверждение, к которому хотелось бы получить комментарий адвоката Анны Ставицкой:

Из телепередачи "Человек и закон":

Корреспондент: После ареста ученого Надя Локк и Шон Кидд просто исчезли. Разыскать их следствию так и не удалось. Остались только фотороботы, которые составил сам Сутягин. Пропала, в буквальном смысле слова растворилась, и консалтиновая фирма "Alternative Future". Такой компании не оказалось ни в одной базе данных Соединенного Королевства.

Елена Рыковцева: Итак, Анна, где эти люди? Они действительно исчезли, или их не искали?

Анна Ставицкая: В материалах дела действительно содержится утверждение о том, что фирма "Альтернатива будущего" не зарегистрирована в Англии. Однако, никто не проверял, была ли фирма зарегистрирована на момент, когда Сутягин с ней сотрудничал. Более того, в материалах уголовного дела существует видеозапись, которая была произведена сотрудниками ФСБ, и из этой видеозаписи четко следует, что эти сотрудники побывали по тому адресу, который указал Сутягин, и где находилась эта фирма, и засняли, что на этом бизнес-центре, где находился офис фирмы, действительно существует табличка с надписью: "Альтернатива будущего". Другое дело, что непонятно, почему, увидев эту табличку, сотрудники ФСБ не зашли внутрь и не нашли этих сотрудников. Они убедились, что табличка есть, но людей почему-то не искали. Более того, в материалах уголовного дела еще существует такой документ, из которого следует, что нецелесообразно допрашивать Надю Локк и Шона Кидда, чтобы не обострять межгосударственные конфликты.

Елена Рыковцева: В эфире Радио Свобода звучит специальная программа "Охота на Сутягина". Ее ведет Елена Рыковцева. Мы говорим о сюжете в программе "Первого канала" "Человек и закон", который призван убедить российское общество в справедливости приговора Игорю Сутягину. И теперь я должна сказать нашим слушателям, что авторы программы "Человек и закон" ни единым словом не пытаются разъяснить: а какими же, собственно, материалами Сутягин делился со своими английскими партнерами? Главную доказательную ставку они делают на его внутрироссийские "контакты". Эта часть разоблачений программы производит впечатление даже на профессионалов. Ага, они думают, тут дело вовсе не в аналитике, а как раз в сборе устной шпионской информации. Послушаем.

Из телепередачи "Человек и закон"

Корреспондент: Быть может, это всего лишь совпадение, но вскоре Игорь Сутягин предложил руководству Обнинского учебного центра ВМФ прочесть цикл лекций, причем совершенно бесплатно, на благотворительной, так сказать, основе. В этом центре готовят офицеров-подводников. Здесь же обучался экипаж трагически погибшего "Курска". Лекции Сутягина предназначались только преподавателям и проходили в необычной, дискуссионной манере. Зав кафедрой Института США и Канады рассказывал про американский флот и просил слушателей сравнить его с нашим российским.

Игорь Величко, преподаватель Учебного центра ВМФ (г.Обнинск): И вообще, мы считали, что, вот так вот про себя подумали, что он, наверное, или в Главном разведуправлении работает, но о чем нельзя говорить, такие были мнения. Кто-то в коридоре однажды назвал его "грушник". Это, говорит, "грушник", точно.

Преподаватель Учебного центра ВМФ (без подписи): Он по атомным лодкам задавал, его интересовало нескольких технических вопросов, которые были реализованы в строительстве этих лодок, и некоторые вопросы, связанные с тактико-техническими характеристиками.

Елена Рыковцева: Для тех, кто не видел сюжета, разъясняю, что лицо первого из преподавателей Обнинского училища, который говорит, что подозревал в Сутягине офицера российской разведки, открыто для обозрения. А вот лицо второго, который утверждает, что Сутягин собирал военные сведения, прикрыто специальными эффектами. Давайте еще раз вернемся к письму Игоря Сутягина, в той части, где он обращается непосредственно к ведущему программы "Человек и закон" Алексею Пиманову:

Диктор: "И не стоит лгать в эфире, Алеша!!! Я читал лекции морякам в Обнинске с 1995-го года, а с Киддом познакомился в 1998-м году. Ну, не надо говорить, что я пришел в Обнинск, чтобы собирать сведения для Кидда и по заданию Кидда, которого впервые увидел только через три года после того, как начал читать лекции. Кроме того, ни единого сведения, связанного с Военно-Морским флотом, мне не вменяется. Человек, понятно, есть в Вашей передаче - но пусть же будет и немного Закона. Или хотя бы меньше вранья".

Елена Рыковцева: Впрочем, лекциями в Обнинске авторы программы "Первого канала" не ограничились.

Из телепередачи "Человек и закон":

Корреспондент: По данным следствия, меньше, чем за год, Сутягин под тем или иным предлогом посетил полтора десятка режимных учреждений. Среди них был, например, и центр по переподготовке ракетчиков имени Петра Великого. Причем о подобных благотворительных вояжах в его родном Институте США и Канады никто не знал.

Елена Рыковцева: Вопрос к адвокату: Правда, не знал?

Анна Ставицкая: Нет, неправда. Например, из Обнинского учебного центра в адрес Института США и Канады поступили два благодарственных письма. Об этом на судебном заседании говорил директор Института США и Канады Рогов. Более того, неправда, что лекции носили дискуссионный характер. Это вовсе не так. Лекции носили характер лекции. Это означает, что Сутягин читал лекцию, а потом слушатели задавали ему вопросы. Более того, неправда, что Сутягин задавал вопросы, касающиеся каких-то характеристик подводных лодок. Этот человек, который скрыт в программе "Человек и закон" видеоэффектами, на судебном заседании показывал, какие именно вопросы задавал Сутягин, задавал он вопросы по лодке 705-го проекта, которая ему никогда в жизни не вменялась, и, насколько нам известно, давно снята с вооружения. Более того, все те сотрудники Обнинского учебного центра, которые были допрошены на судебном заседании, показали, что никаких вопросов, связанных с государственной тайной, Сутягин им не задавал, и они не освещали Сутягину никаких вопросов, связанных с государственной тайной. То же самое Сутягину говорили и сотрудники других учебных центров. Очень многие, наоборот, говорили о том, что лекции были очень полезные, и они очень рады, что Сутягин эти лекции читал. А сейчас просто следствие пытается создать такой фон, что, якобы, Сутягин что-либо выведывал у сотрудников. Если бы это было так, то эти сотрудники сидели бы рядом с Сутягиным на скамье подсудимых, потому что выдача государственной тайны является преступлением.

Елена Рыковцева: И, наконец, о деньгах. Когда мы поджидали программу "Человек и закон" про Сутягина, то с точностью до процента предсказывали: и еще на экране будут пачки купюр. Сбылось.

Из телепередачи "Человек и закон"

Корреспондент: О том, какое количество информации Игорь Сутягин передал иностранцам за полтора года, точно неизвестно. Известно только, что во время обыска в его квартире и служебном кабинете нашли 25 тысяч долларов США.

Елена Рыковцева: Из ответа Игоря Сутягина программе "Человек и закон":

Диктор: "Пиманов, раз уж он получил доступ к делу, ведь показанная видеозапись является доказательством по делу, имеющему гриф секретности - особой важности, прекрасно мог прочитать в его томах, что на протяжении всех 4,5 лет я говорил одно и то же, и никогда не отказывался от своих слов. Прочел он, наверное, и то, что вместе с гонорарами за 8 моих книг, больше сотни статей и работу с британцами, в доход государства обращено только 17571 доллар - и если ему известно, что изъяты у меня 25 тысяч (я это слышу только от него), это значит, что 8 тысяч долларов чекисты попросту украли, что ли?"

Елена Рыковцева: И, наконец, послушаем, к какому выводу приходит автор сюжета программы "Человек и закон" о шпионе Сутягине.

Из телепередачи "Человек и закон"

Корреспондент: Многих поразила суровость приговора российскому ученому - целых 15 лет. Ведь Сутягин никого не убил и не изнасиловал. Но, для сравнения, в США, например, только попытка передать иностранному государству секретные сведения карается смертной казнью.

Елена Рыковцева: И вновь обращаюсь к адвокату Игоря Сутягина Анне Ставицкой. Вот нам кровожадно сообщили, что мало дали, что в США приговаривают к смертной казни только за попытку передать секретную информацию. Но была ли доказана секретность характера информации, которой делился Сутягин? В своем письме он пишет, что Пиманов вырезал такую его фразу в разговоре со следователем: "Меня на протяжении двух с половиной месяцев убеждают, что если я прочитал газету и рассказал об этом кому-то, я поступил правильно. Если я прочитал четыре газеты и рассказал кому то о прочитанном в четырех, я совершил преступление. Вот такова позиция. Поэтому еще раз с сожалением должен заметить: в нашей стране нельзя быть профессионалом. Это самая главная беда нашей страны, нашего государства. Жаль, что Алексей вырезал это - многое было бы ясней с моим обвинением".

Ну, Алексею Пиманову нужна была ясность с обвинением совсем другого рода. Чтобы всем было ясно, что Сутягина посадили правильно. В концепцию этой программы вообще не вписывался тот исторический факт, что Сутягин работал по открытым источникам. Хотя здесь, собственно, главный предмет спора.

Анна Ставицкая: Защита полагает, что в материалах дела невозможно прийти к выводам о том, что информация, о которой Сутягин разговаривал с иностранцами, является закрытой. А, например, следствие утверждает, что Сутягин получил информацию из различных, в том числе и закрытых источников. Таким образом, само следствие разделяет "различные" и "закрытые" источники. С одной стороны, говорит о том что Сутягин получил информацию из каких-то различных источников, при этом не называя, что это за различные источники, и также говорит, что получил информацию из закрытых, и при этом не называет, из каких закрытых источников Сутягин получил информацию. Мы же, защитники и сам Сутягин, представили все открытые источники, из которых Сутягин получил информацию. Все эти источники имеются в материалах дела, их признали вещественными доказательствами, они анализировались экспертами, и практически на каждое слово Сутягина существует открытый источник. Другое дело, и это было установлено в судебном заседании, что те эксперты, которые анализировали эти открытые источники и признали секретными пять тем, которые вменяют Сутягину, они как раз по этим пяти темам и не анализировали те открытые источники, на которые Сутягин ссылался. В этой экспертизе так и написано, что как раз тот источник, из которого Сутягин брал информацию, по теме, которая признана секретной, анализировался по другой теме.

Елена Рыковцева: Свое письмо по поводу программы "Человек и закон" Игорь Сутягин заканчивает так:

Диктор: "В начале 20-го века писатель Амброз Бирс написал едко-сатирическую книгу - "Словарь сатаны". Дал он там толкование термина "обвинять". "Обвинять - это утверждать вину или порочность другого человека, как правило, с целью оправдать зло, которое мы ему причинили". Успехов Вам, Алексей Пиманов, на этом поприще!"

Елена Рыковцева: На этом поприще - оправдания причинения зла - Алексей Пиманов, повторю, выступает уже не в первый раз. И выступает действительно, успешно. Я не помню, каким был рейтинг программы о Григории Пасько, но "сутягинский" поистине сумасшедший. По Москве он составил 10.4 процента. То есть эту программу смотрел каждый десятый зритель. Смотрел и, наверное, верил. В мастерстве при создании подобных сюжетов программе "Человек и закон" не откажешь.

XS
SM
MD
LG