Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Антисоциальные реформы


Вместе со мной в московской студии депутат Государственной Думы России Владимир Рыжков и руководитель Управления социально-политических исследований Центра РАМИР-Мониторинг Михаил Тарусин.

Ну что ж, заседание Госсовета России, о котором писали все сегодняшние газеты, состоялось. И, в общем, оно в некотором смысле соответствует заголовку газеты "Ведомости" - "Регионы раскошелятся". Речь шла об окончательном разделении предметов совместного ведения между центром и регионами. Часть полномочий оставит за собой федеральный центр, часть отойдет регионам вместе с обязанностью эти полномочия и оплачивать, - ну, например, это выдача лицензий на общедоступные полезные ископаемые или перевод сельскохозяйственных земель в иные категории. А третья группа - будут полномочия, которые возложат на субъекты, то есть финансирование дадут из центра, ну, на какое-то время. Посмотрят, получится или нет. Вроде регулирования лесопользования и рыболовства.

Начнем с Владимира Рыжкова. Владимир Александрович, собственно, что может это дать? Насколько я понимаю, окончательное решение еще не принято. Состоялась такая дискуссия. Губернаторы говорили, что денег у них мало, а, в свою очередь, президент им указывал, что иные деньги, которые им были даны, регионам, например Ярославской области, были потрачены не на то, на что надо. То есть давали на дорожное строительство, а растратили, например, на повышение зарплат чиновникам.

Владимир Рыжков: Та договоренность, которая сейчас вырисовывается между центром и регионами, напоминает договоренность между беззащитным, безоружным путником и вооруженным бандитом. Причем в роли вооруженного бандита выступает федеральный центр, а в роли беззащитного, невооруженного путника - регионы. Я не знаю, чего так все уперлись в землепользование, лесопользование. На самом деле гораздо более серьезный раздел идет по деньгам и по социальным вопросам. Вот в субботу правительство внесло к нам в Государственную Думу 600-страничный закон, который уже в народе известен как "отмена льгот". Но помимо отмены льготы, там отменяется порядка 60-ти федеральных законов. В частности, все северные льготы, льготы детям на проезд в пригородном транспорте, льготы учителям, учащимся ПТУ, техникумов, вузов и так далее.

И в целом, если даже льготы взять, цифры выглядят так: 32 миллиона льготников подпадают под это сокращение льгот (32 миллиона!), из которых федеральный центр берет на себя 11, а 21 миллион льготников сбрасывает на регионы - это ветераны труда, это пенсионеры, это труженики тыла и почему-то репрессированные, как будто бы репрессировали регионы в свое время, а не централизованное советское государство. И это самое главное.

Кроме того, этот пакет содержит отмену единой тарифной сетки. То есть это означает, что в Кузбассе теперь зарплата учителя будет отличаться от Алтая, в Алтае - от Новосибирска, в Новосибирске - от Томска, и так далее.

Михаил Соколов: И минимальный, по-моему, размер оплаты труда снимается, да?

Владимир Рыжков: Да, и минимальный размер снимается. Это целая революция, причем революция, на мой взгляд, плохо продуманная. И выходит так, что центр себе оставляет наименее затратные обязательства, центр за собой сохраняет контроль с главных природных ресурсов - все реки, озера, моря, лес практически весь отходит к центру...

Михаил Соколов: Но он делится с регионами-то.

Владимир Рыжков: Он отдает вырубленные и сожженные березовые рощицы, а себе оставляет все категорийные леса. Оставляет себе все без исключения реки, оставляет себе все без исключения крупные озера. Регионам остаются только карасиные пруды и маленькие лужи, где водится уклейка. То есть что происходит? Централизация природных ресурсов, централизация полномочий, централизация дальнейшая денег, централизация сейчас пойдет еще фонда медицинского страхования очень сильная с будущего года. При этом разрушается единая тарифная сетка, при этом две трети ветеранов и льготников сбрасываются на регионы, у которых на это нет денег. А на вопрос регионов - а будут ли компенсированы их затраты в бюджете? - Кудрин и Минфин говорят: ну, это мы осенью разберемся, когда будем бюджет принимать. То есть фактически это просто прыжок в омут, на мой взгляд, совершенно плохо продуманный и просчитанный, плохо проработанный. И социальные последствия для всех, для большинства категорий граждан, на мой взгляд, будут очень тяжелые. Поэтому это такой своеобразный федерализм, когда центр оставляет себе все деликатесы, а все, что малосъедобно или плохо приготовлено, сбрасывает на региональный уровень. Я не думаю, что это честная игра.

Михаил Соколов: Да, Владимир Александрович, вам скажут, наверное, что вы социалист в таком случае.

Владимир Рыжков: Я не социалист. Я просто хочу, чтобы игра была честной. Потому что вначале, когда закон о льготах был внесен, предполагалось, что все вопросы по льготам будут решаться на федеральном уровне. То есть тем категориям, которые теряют льготы, федеральный центр компенсирует их потери. В итоге, когда выяснилось, что выплаты надо повышать в два-три раза, они были повышены в два-три раза, но за счет того, что сбросили 20 миллионов человек на ответственность регионов. А у них нет на это денег. То есть фактически записи в законах останутся, но они не будут реализовываться - и плохими будут губернаторы. Вот такой федерализм.

Михаил Соколов: И вот у нас в студии Михаил Тарусин, представитель социологической науки. Я хотел бы спросить Михаила Аскольдовича, а все-таки народу-то нужен этот федерализм? Вот есть какие-то данные, что люди думают? Может, они действительно довольны: пусть всем командуют из центра, будет царь, назначенные им люди, и, собственно, зачем все эти игры?

Михаил Тарусин: Вы знаете, мы периодически спрашиваем население России о вопросах, связанных и с местным самоуправлением, и с местными властями, и с отношением к центральным властям. И каждый раз получаем примерно одну и ту же картину. А именно, вот, скажем, недавно мы задавали вопрос: каким общественным институтам вы доверяете в наибольшей степени? Вот первый ответ я пока опущу, не буду говорить какой. На втором месте идет правительство - 14 процентов, затем церковь - 13, армия - 10, правоохранительные органы - 7, Государственная Дума - 6 (извините, Владимир), местные органы власти - 5, СМИ - 5, Совет Федерации - 4, политические партии - 2 процента.

Михаил Соколов: Почему-то передо мной вот не извинились. (Говорят вместе) Выше, чем средства массовой информации.

Михаил Тарусин: На первом месте с громадным отрывом, сами поймете сейчас с каким...

Владимир Рыжков: Президент.

Михаил Тарусин: Совершенно верно, да, президент - 59-60-62 процента, в зависимости от опроса, значит, колеблется на 2-3 процента. Таким образом, в общем, на самом деле у меня такое ощущение, что для населения, знаете, ответ на этот вопрос - "а вы, друзья, как ни садитесь", им совершенно, в общем-то, абсолютно не важно, как будут перераспределяться полномочия. Потому что доверия у народа, в общем, по сути говоря, ни к местным властям особенно нет, ни к центральным властям особенно нет. Есть у них только, по русской традиции, есть, так сказать, царь-батюшка, к которому доверие в наибольшей степени, потому что просто выше него - только один бог, а ниже - чиновники, от которых все равно пользы никакой нет. Между прочим, это именно в традиции, мне кажется, у русского народа, потому что я вот недавно только вспомнил, что, собственно, о чем комедия "Ревизор", написанная вообще 170 с лишним лет тому назад, - именно о продажных чиновниках. То есть на самом деле отношение... а Гоголь-то выразил отношение это как всероссийское, на протяжении столь долгого времени ничего не меняется. Я думаю, что раньше было примерно так же. Наверное, и в будущем будет так же. Но при этом мы задали вопрос: с каким утверждением вы скорее будете согласны... И дали два утверждения. Первое: "главное - укрепление государства и порядок в стране". И второе: "главное - свобода личности и соблюдение прав человека". Так вот на первый вопрос, на первое утверждение, ответили 63 процента. Значит, две трети считают, что главное - укрепление государства. Соответственно, 36 процентов, что главное - свобода личности и соблюдение прав человека.

Владимир Рыжков: Не так мало, на самом деле.

Михаил Тарусин: Не так мало, да. А отношение: два к одному.

Михаил Соколов: Скажите, а вот как-то оценивали, например, деятельность губернаторов регионов? Вот ваши коллеги из Фонда "Общественное мнение" провели опрос, он опубликован в сегодняшней газете "Известия". И там такие данные: 46 процентов россиян считают, что деятельность губернатора региона, где они живут, никак не влияет на их жизнь. Вот ваши исследования такое настроение подтверждают?

Михаил Тарусин: Да, в большей степени, да. Скажем, на вопрос о том, доверяете или не доверяете вы местным органам власти, "скорее доверяю, чем нет" говорят 35 процентов, "скорее не доверяю" - 36, "полностью не доверяю" - 19. То есть практически большинство, более половины - 54 процента - сказали, что не доверяют местным властям. А относительно личности губернатора, здесь, конечно, много зависит от региона. Но в основном, конечно, и уровень доверия, и уровень вообще вмешательства губернаторов в жизнь человека, на самом деле, конечно, очень незначителен.

Михаил Соколов: Вы знаете, мне кажется, что еще очень многое зависит от так называемого центрального телевидения, от пары каналов. Потому что вот в том же опросе ФОМ есть, так сказать, такие ряды плохих и хороших губернаторов в представлении народном. Вот плохие - это Абрамович, Аяцков и Шаманов, по последним данным, то есть те, кого в той или иной степени негативно оценивает телевидение. А хорошие - это Лужков, Ткачев и Тулеев. Извините, каждый из которых извел любую оппозицию на своей территории, и пиарится на казенные деньги просто с невероятной силой.

Владимиру Рыжкову пишут, что "Рыжкова хлебом не корми, дай только покритиковать наше правительство и нашего президента. Александр". Так вот я тоже хочу вас покормить не хлебом, а дать вам возможность покритиковать.

Владимир Рыжков: Александр, я хочу сказать вам, что Путин на выборах получил большую цифру - 71 процент от явившихся, но это намного меньше половины от списочного состава. Поэтому давайте тоже не будем делать культ личности. И если власть делает ошибки, а вот в случае с этим пакетом, о котором я говорил, на мой взгляд, допускаются грубые, очевидные для меня ошибки, если они вам сейчас не очевидны, давайте мы через год встретимся в этой студии...

Михаил Соколов: Но по карману многие почувствуют.

Владимир Рыжков: Да. Вот, кстати, сейчас интересная вещь, то, о чем Михаил говорил, что президент воспринимается с большим доверием. И вот сейчас как бы в старой такой модели отношения власти и общества кому повезло? Инвалидам, ветеранам Великой Отечественной войны, потому что...

Михаил Соколов: Героям социалистического труда.

Владимир Рыжков: И Героям соцтруда, да. Потому что их как бы федеральный центр берет под свое крыло, и им выплаты гарантируются. И на это в 2005 году будет 170 миллиардов рублей выделено. А кому не повезло? Кого царь, так сказать, обделил своей опекой? Ветеранам труда не повезло, простым пенсионерам не повезло, труженикам тыла и репрессированным - их сбрасывают на регионы.

Михаил Соколов: Их просто больше.

Владимир Рыжков: Да. И завтра люди скажут: "Видите, какой у нас губернатор плохой. Вот рядом живет инвалид, на соседней площадке, вот он получает от президента деньги, а я закреплен за губернатором, за каким-нибудь, я не получаю". Но людям очень трудно объяснить, что эти правила мошеннические устанавливает федеральная власть. Потому что если передаете полномочия, скажем, на 200 миллиардов, передайте регионам деньги - и тогда они точно так же будут хорошими, как и президент, они будут эти деньги выплачивать. А если ответственность на регионы, как сейчас, сбрасывается, а деньги не передаются, - это мошенничество в чистом виде. Вот что я хотел сказать.

Михаил Соколов: Да, но статус губернатора, в общем, в глазах населения падает. И, кстати, характерно, что...

Владимир Рыжков: И я боюсь, что в 2005 году упадет еще больше. Как раз в рамках той реформы, которая идет сейчас, крайними за невыплаты этих компенсаций в регионах, крайними за низкую заработную плату, крайними за нереализацию льгот будут именно губернаторы. И федеральный центр так и будет трактовать. Он будет говорить: "Но я же плачу по своим обязательствам. Почему они не платят по своим обязательствам?".

Михаил Соколов: Да. Вот характерная шуточка сегодня: премьер-министр сказал, что 15 мест будут закреплены за губернаторами, которые будут участвовать в заседаниях правительства. И добавил: больше свободных мест у нас нет. То есть вот 15 человек будут приглашать, а других не будут приглашать.

Владимир Рыжков: Да, потому что за последние четыре года вытерли ноги о Совет Федерации... Кстати, у Михаила опрос показывает, что поддержка Совета Федерации - 4 процента, даже меньше, чем у Думы, естественно...

Михаил Соколов: Заслуженно.

Владимир Рыжков: А это был институт, который выражал интересы регионов в прошлое десятилетие и был очень авторитетным. А теперь вот губернаторы будут биться за эти 15 мест в зале заседаний правительства, потому что других рычагов у них не осталось.

Михаил Тарусин: Вы знаете, я не думаю, что так можно легко манипулировать общественным мнением, как вы говорите. Потому что, конечно, несомненно, на местном уровне существует своя оценка губернатора, свое общественное мнение. И, между прочим, роль СМИ здесь не нужно переоценивать. Потому что вот сегодня у нас уровень доверия к СМИ, в общем-то, не очень высок.

Владимир Рыжков: Низкий.

Михаил Тарусин: Да, конечно.

Михаил Соколов: К региональным выше, чем к московским, кстати говоря.

Михаил Тарусин: Да, даже к региональным выше. Вот я помню, что несколько лет назад я был в Орловской губернии, и там мужичонка какой-то, увидев низко летящий самолет, говорит: "О! Егорка ужинать прилетел". Я говорю: "Какой Егорка?". "Как, - говорит, - какой? Хозяин". И столько было любви, понимаете, искренней такой, настоящей народной любви вот в этом "хозяин"...

Михаил Соколов: Ну да, теперь ему дозволено свою дочь в Совет Федерации посылать. Знаете, хорошо, что не коня послал, а дочь. Это, действительно, признак демократизма такого большого.

Давайте мы на вопрос слушателя ответим. Здравствуйте.

Слушатель: Это Александр из Санкт-Петербурга. Перед вопросом очень краткая ремарка. Во-первых, Кудрина, Грефа и многих других людей у нас в городе считают неквалифицированными. И это можно показать на примерах инфляции, которая приведет к ступору промышленности. Второе - конвертируемость рубля, которая в случае появления зарубежных банков... сразу же из-за их высокой надежности оголится Сбербанк, и российские сбережения уйдут в иностранные банки. Это все свидетельства высокой некомпетентности.

А теперь по поводу, в сущности, того, о чем вы говорите. Действительно, пример уже десятилетия, когда сбрасывается ответственность на регионы и не предоставляются им права, уже подтверждено, что это, по сути дела, практически преступное отношение, когда они снимают с себя ответственность, заведомо зная, что регионы не смогут оплатить. Так вот у меня вопрос к Рыжкову. Может ли, в принципе, Государственная Дума, хотя сейчас можно в этом глубоко сомневаться, но по крайней мере поставить вопрос о синхронизации бюджетов? Вот вы даете бюджет республиканский, и вы должны засинхронизировать бюджеты региональных органов власти таким образом, чтобы там была определена в структуре та часть, которая идет на гарантированное обеспечение компенсации за льготы. Я не говорю о том, что... вот у нас в городе проводились исследования, и они показали, что пересмотрен должен быть минимум прожиточный, который сделан неграмотно совершенно, он сейчас, оказывается, где-то на уровне 5200 рублей расчетный. И если взять вот эти 5200 рублей да плюс еще компенсации вот этих льгот, то это где-то подходит к 7 тысячам. То есть фактически впервые в истории России появилось правительство, руководство, которое войдет в историю страны как те люди, которые обездолили стариков и взяли всю на себя историческую ответственность за то, чтобы рухнула вообще демография.

Михаил Соколов: Ну что ж, в общем, понятна позиция.

Владимир Рыжков: Мне кажется, что очень хороший и очень квалифицированный вопрос. И видно, что радиослушатель действительно следит и глубоко разбирается в обсуждаемых нами темах. Я могу сказать, что обездоленными после того, как этот закон будет принят Государственной Думой, и если он будет принят в этом виде, в котором его внесло правительство, будут не только старики. Я хочу напомнить, что более 10 миллионов людей в возрасте с 53-го года по 67-ой год, в частности и я, выбрасываются из накопительной системы пенсий, которая была введена два года назад. И это совершенно возмутительная вещь.

Михаил Соколов: Кстати, там как-то оговаривается, куда эти деньги-то, которые были взяты по "письмам счастья", куда они денутся?

Владимир Рыжков: Пока это открытый вопрос. Главное, что в принципе предлагается сказать: "Ребята, извините, мы погорячились, и мы вас всех вышвыриваем из накопительной системы". Так что там страдают, я уже сказал, северяне, страдают дети, страдают студенты, страдают бюджетники, которым разрушают единую тарифную сетку, страдают ветераны, пенсионеры и так далее. Поэтому я как раз сегодня смотрел финансово-экономическое обоснование к этому закону, к 600-страничному, и очень забавно это выглядит. По тем категориям, которые федеральный центр будет финансировать сам, есть точные расчеты. Ну, например, инвалиды Великой Отечественной войны - 900 с небольшим тысяч человек, ветераны Великой Отечественной войны, участники - около 100 тысяч человек. По ним есть точная цифра, которая будет выплачена в будущем году из федерального бюджета. То есть по 11 миллионам льготников, которых оставляет за собой федеральный центр, расчеты есть. Но, Михаил, по 21 миллиону льготников, которые центром сбрасываются на регионы, вообще нет никаких расчетов. И в пояснительной записке, подготовленной Минфином, просто написано, что "а по ним мы посчитаем потом, когда будем принимать бюджет на 2005 год". Но я-то знаю, как человек, который уже многие годы работает в Думе, что на 2005 год фонд трансфертов, из которого финансируются регионы, увеличивается на процент инфляции. То есть никаких денег, компенсирующих вот эту передачу полномочий, нет, и не закладываются в бюджете будущего года. Поэтому, на мой взгляд... вот все говорят, что при Гайдаре была шоковая терапия, вот сейчас эта реформа, которая сейчас предлагается, - это шоковая хирургия. И в 2005 году просто каждый житель страны, буквально каждый житель страны почувствует на себе действие этих законов.

Михаил Соколов: А вот Владимир Путин сказал: разбюрокрачивание экономики, создание лучших условий и подъем качества социальных услуг, оказываемых населению.

Владимир Рыжков: Это хорошо все, но это пока слова, а мы говорим о реалиях. Вот был вопрос: может ли Дума поменять что-то? Может ли Дума что-то скорректировать? Я думаю, да. Я успел за эти два дня поговорить с целым рядом своих коллег, в том числе и в "Единой России", - есть полное понимание того, что в таком виде этот пакет принимать нельзя. И очень серьезная будет борьба в Государственной Думе. Кстати говоря, мы, видимо, останемся в этом году без парламентских каникул. Уже сейчас расчеты показывают по графику прохождения законов, что мы будем работать, по всей видимости, до 5 августа. То есть мы будем работать весь июнь, весь июль и даже часть августа. И мы сделаем все от нас зависящее для того, чтобы минимизировать тот возможный ущерб, который может нанести эта реформа, и изыскать средства в том числе и для регионов.

Михаил Соколов: Михаил, скажите, а какой-то рост протестных настроений сейчас фиксируют социологи или нет?

Михаил Тарусин: Вы знаете, нет, пока не фиксируем, наоборот. В обществе сейчас сложилось такая ситуация, которую можно вкратце назвать "сдержанный оптимизм". По крайней мере большинство, пока еще незначительное, но большинство, говорит о том, что они думают, что будут в будущем жить лучше, и их дети будут жить лучше, чем сегодня живут они.

Михаил Соколов: А внуки - еще лучше.

Михаил Тарусин: Про внуков мы не спрашиваем, так далеко не идем. Но, с другой стороны, оптимизм примерно фиксируется нами на протяжении последних двух-трех лет. И я думаю, что в большей степени он связан не с сегодняшним днем, а с соотношением с нашим днем вчерашним, а точнее, с предыдущим десятилетием, на фоне которого, конечно, сегодня относительная стабильность кажется уже, так сказать, благополучием определенным. И пока какую-то настороженность или какие-то настроения протестные, кроме как электоральных, мы вопросов не наблюдаем.

Михаил Соколов: Хорошо.

Давайте вопрос слушателя. Здравствуйте.

Слушатель: Я согласна с оценкой Рыжкова. По сообщениям СМИ, на выплату льгот различным категориям населения использовалось 500 миллиардов рублей. А предполагается на следующий год использовать на эти цели только 170 миллиардов рублей. Значит, 330 миллиардов рублей на эти цели не пойдут. Также предполагается сокращение примерно на 10 процентов единого социального налога. Это составит 280 миллиардов рублей. Итого в 2005 году 610 миллиардов рублей не пойдут на социальные нужды населения.

Михаил Соколов: А вопрос у вас есть?

Слушатель: Вопрос есть. Причем из единого социального налога выплачиваются не только пенсии, на которые уже в 2003 году не хватило 160 миллиардов рублей, но и выплачиваются детские пособия, больничные листы, медицинские услуги. Не считаете ли вы, что все эти действия противоречат Конституции РФ, и все то, о чем вы сказали?

Михаил Соколов: Понятно. Социальное государство у нас.

Владимир Рыжков: Кстати, я забыл сказать, что и детские пособия, которые последние пять лет платятся из федерального бюджета, пусть даже эти нищенские, они тоже с будущего года сбрасываются на регионы, у которых нет денег ни платить их, ни выплатить ту задолженность, которая сохраняется.

Я просто хочу еще обратить внимание на одну деталь. Почему-то начали с того, что... со стариков, пенсионеров и ветеранов. Но при этом 35 миллиардов рублей, это по расчетам Минфина, это составляют льготы прокурорских, налоговиков, ФСБ, то есть тех силовиков, которые до сих пор имеют льготы, например, по проезду в общественном транспорте - им льготы сохраняются. Старикам - отменяются. Это совершенно непонятная логика. Ну, если вы беретесь отменять льготы, почему вы огромный силовой блок, который есть в России, почему ему оставляете льготы, а у этих несчастных стариков эти льготы отбираете? Это совершенно какая-то, по-моему, дурацкая и аморальная позиция.

Что касается Конституции, да, это вполне может быть предметом рассмотрения в Конституционном суде, потому что речь идет, я еще раз повторяю, об отмене льгот для половины примерно населения страны. Если брать по совокупности, это касается минимум половины населения страны.

Михаил Соколов: Спасибо.

Я хочу с пейджера прочитать вопрос. "Оставлены без внимания инвалиды Афганистана и инвалиды чеченской войны. Уточните этот вопрос".

Владимир Рыжков: Все категории инвалидов, в том числе и названные сейчас, будут за федеральным бюджетом.

Михаил Соколов: Ирина: "Почему вы не читаете сообщения, отправленные с помощью пейджера? Или это очень страшно для Свободы?". Ирина, ваше - это единственное сообщение, которое пришло. Пришлите еще, если у вас какие-то вопросы есть.

Давайте вопрос слушателя. Здравствуйте.

Слушатель: Это Евгений из Томска. Владимиру Рыжкову вопрос. Скажите, пожалуйста, где, по вашему мнению, структура бюджетных расходов более рациональна, ну, разумна: на уровне Федерации или на уровне областей, регионов, допустим, в Алтайском крае, в Томской области, в других регионах?

Владимир Рыжков: Я считаю, что более рационально распоряжаются деньгами региональные власти. Могу привести один аргумент. За последние четыре года, то есть в первый срок Владимира Путина, было кардинально изменено соотношение денег между центром и регионами. И если при Борисе Николаевиче Ельцине в среднем половина доходов консолидированного бюджета страны шла в федеральный бюджет, а половина оставалась в регионах и муниципалитетах, то в этом году соотношение: 63 процента - у федерального центра и 37 процентов - только у регионов и муниципалитетов. То есть Москва за последние четыре года кардинально централизовала все деньги. И, тем не менее, регионы, у которых осталось гораздо меньше доходных источников, гораздо меньше денег, тем не менее, регионы довольно эффективно справляются и с выплатой заработной платы, и с подготовкой к зиме, если говорить о нашей родной Сибири, и так далее. Поэтому, на мой взгляд, чем ближе власть к людям, тем она рациональнее расходует деньги. Поэтому, на мой взгляд, центр очень много денег расходует не по существу. Кстати говоря, вот сейчас мы говорим о льготах, я хочу назвать только одну цифру, что более 150 миллиардов рублей составил профицит федерального бюджета только за первый квартал этого года. То есть сверхплановых денег 150 миллиардов рублей.

Михаил Соколов: Фонд будущих поколений...

Владимир Рыжков: Да. И при этом мы не можем компенсировать старикам, инвалидам, ветеранам в полном объеме отмену льгот. Мне это кажется довольно странным, тем более что у государства деньги есть.

Михаил Соколов: Михаил, а вообще людей как-то спрашивали по этой тематике, что они-то думают, как они предпочитают жить?

Михаил Тарусин: Да. Вы знаете, мы задаем такие вопросы. В частности, как бы вот три направления. Что нам делать? Либо возвращаться к социализму (чисто гипотетически), либо продолжать реформы, но с очень мощной и сильной социальной защитой населения, либо это должно быть просто укрепление государства и проведение таких резких рыночных реформ одновременно. Так вот подавляющее большинство во все времена наших опросов за последние несколько лет говорят, что, несомненно, конечно... выступают за социальные реформы, то есть за реформы социальной поддержки населения и с социальным содержанием. Ну, по всей видимости, это согласуется с нашей Конституцией, где написано, что Россия - это социальное государство, между прочим.

Михаил Соколов: Только голосуют за нечто другое почему-то. Вот как так получается?

Михаил Тарусин: За что, простите?

Михаил Соколов: За партии, которые начинают проводить такую политику.

Михаил Тарусин: Какую именно? А, вы имеете в виду "Единую Россию", да?

Михаил Соколов: Да, например.

Михаил Тарусин: Вы знаете, я убежден, что все, что имеет сегодня бренд президента, все автоматически растет в рейтинге. Точно так же растет в рейтинге, скажем, доверие к Фрадкову, хотя о нем вообще, я убежден, мало в народе кто знает чего, - у него рейтинг достаточно симпатичный. Соответственно, "Единая Россия"...

Михаил Соколов: Это сколько же любят премьер-министра?

Михаил Тарусин: У него "скорее положительно" - 35, "положительно" - 10. То есть в сумме 45 процентов, оценивают его деятельность положительно за то время, пока он является премьер-министром, а время-то не такое уж значительное.

Михаил Соколов: У Касьянова то же самое было. Значит, кого ни посади на это место, все одно и то же будет?

Михаил Тарусин: Да. Между прочим, деятельность Думы новой, говорят, что будет более эффективна 32 процента, чем прошлая Дума. И именно, как нам кажется, в силу того, что эта Дума, она, так сказать, более...

Владимир Рыжков: Пропрезидентская.

Михаил Тарусин: Да, является отражением, как бы зеркалом самого президента.

Михаил Соколов: На пейджер пришло сообщение. "Уважаемые депутаты, почему не снимете необоснованные льготы с чиновников разного уровня, начиная с районных администраций и кончая центром? Даже мелкий чиновник районного масштаба получает в несколько раз больше зарплату, чем рядовой бюджетник, а потому у него пенсия несколько тысяч рублей и льготы всевозможные. Вот с них надо снимать в первую очередь, а не с рядового, истинного труженика", - пишет Николай из Самары. Кстати говоря, монетизацию действительно можно было бы начать, ну, например, с федеральных чиновников, поскольку вот этот пакет обслуживания с дачей, машиной и всем прочим, это десятки тысяч долларов приходится на начальника отдела, начальника управления.

Владимир Рыжков: Абсолютно. Больше того, сейчас министр по указу президента получает 100 тысяч рублей в месяц - это официальная заработная плата министра сейчас.

Михаил Соколов: Но, извините, это без надбавок, которые вдвое ее увеличивают.

Владимир Рыжков: Нет-нет, это уже по кругу. 100 тысяч в месяц, подчеркиваю. Для радиослушателей, которые не в курсе, министр сейчас получает 100 тысяч рублей в месяц. Это не считая, что у него бесплатная дача, бесплатная машина...

Михаил Соколов: Не разжигайте социальную рознь, скажут вам.

Владимир Рыжков: Я не разжигаю. Я просто говорю о том, что действительно, если уж бороться со льготами, то надо все-таки делать это по справедливости. Я уже приводил в пример силовиков, которым все льготы остаются на фоне отмены льгот для стариков, чиновники, я совершенно согласен. Кстати, в этой Думе мы же пытались отменить "мигалки" - хотя бы это. Вот такая мелочь, казалось бы, но для москвичей это совсем не мелочь, потому что сейчас, когда в центре Москвы едешь, идут три-четыре полосы обычных машин, а слева идет колонна с "мигалками", то есть буквально колонна, физически. Уже не одна, отдельная машина, а колонна идет.

Михаил Соколов: А навстречу ей другая колонна.

Владимир Рыжков: Но "Единая Россия" большинством проголосовала против этого. Так что здесь, уважаемые избиратели, позвоните своему депутату, спросите, почему он так голосует.

Михаил Тарусин: Вы знаете, мне кажется, что вообще система льгот нам ведь досталась от советской власти.

Владимир Рыжков: Да, конечно.

Михаил Тарусин: Где она была очень логичной, потому что советская власть очень здорово недоплачивала всем людям, которые работали или которые уже отработали на советскую власть и теперь находятся на пенсии, и компенсировала эту хроническую, можно сказать, официальную недоплату системой льгот.

Михаил Соколов: Приближали к коммунизму.

Михаил Тарусин: Да, вот таким образом. Сегодня, когда мы имеем уже, так сказать, рыночную Россию, соответственно, конечно, ну, логично было бы как-то эту систему модернизировать и вообще что-то с ней делать. Но надо не забывать, что в нашей стране живет большое количество людей в возрасте, скажем, после 50 лет, которые всю жизнь прожили при советской власти. Уровень их доходов не поднимается и уже никогда не поднимется, просто в силу того, что они являются неработоспособной частью населения, очень часто это люди больные, пожилые, и которые просто в силу своего менталитета не в состоянии уже войти в эту новую жизнь.

Михаил Соколов: Ну да, крутиться, как теперь говорят.

Михаил Тарусин: Совершенно верно. Поэтому оставьте их в покое, дайте им дожить. Работайте вот с той частью населения, которая сегодня может сама себя обеспечивать, и там, пожалуйста, можно с этими льготами, так сказать, как угодно их вертеть и крутить. А здесь, мне кажется, что эти люди достойны того, чтобы оставили их в покое.

Михаил Соколов: Ирина все-таки прислала сообщение. Она пишет так, что "Эхо Москвы" передало, что Путин возложил полностью на федеральный центр замену льгот компенсациями, а они уменьшатся. Уже начались самоубийства, а инфарктам нет числа".

Владимир Рыжков: Я не в курсе, что там произошло.

Михаил Соколов: Нет, я не вижу такого сообщения сейчас на ленте...

Владимир Рыжков: Но я могу сказать, что будет практически сейчас. Огромная категория граждан, например, платит 50 процентов квартплату, коммунальные платежи, 50 процентов за телефон. И пусть не сразу, и пусть не самые лучшие лекарства, но все-таки имеют шансы получить бесплатные лекарства. Я очень боюсь...

Михаил Соколов: В Москве.

Владимир Рыжков: Я очень боюсь, что в подавляющем большинстве регионов с 1 января пожилые люди начнут платить 100 процентов коммунальные платежи, телефон, за лекарства - они просто не смогут выжить. Потому что даже сегодня они едва сводят концы с концами. Поэтому риски очень велики. Я не знаю, Михаил подтвердит или нет, но мне кажется, что доверие власти, если эта реформа будет в таком виде пропущена Думой сейчас и заработает с 1 января, доверие может быть очень быстро потеряно, в том числе и для президента. Потому что все равно все будут связывать в том числе и с ним эту реформу.

Михаил Соколов: А вот у нас такой парадокс: ведь ответственность за те или иные шаги очень часто снимается с высшего лица, она переносится на кого угодно в последнее время. Не знаю, заметили это социологи или нет, но это факт.

Владимир Рыжков: Ну, это феномен психологический. Должно быть референтное лицо обязательно, хотя бы одно. И если вообще его нет...

Владимир Рыжков: Которому доверяют.

Михаил Тарусин: Да, совершенно верно. Поэтому с него снимается ответственность. У нас такие данные, что у нас 59 процентов населения не поддерживает перевод на денежную компенсацию...

Владимир Рыжков: А уже проводили исследования?

Михаил Тарусин: Да. И 36 - поддерживают.

Владимир Рыжков: Ну, это те, у кого нет льгот, как раз то меньшинство, у которого нет льгот.

Михаил Соколов: Давайте послушаем звонки. Здравствуйте.

Слушатель: Меня зовут Ольга, я из Москвы. У меня два вопроса к Владимиру Александровичу. Первый вопрос: какие рычаги он видит в том, чтобы население, простые граждане, могли бы контролировать бюджет, который, на мой взгляд, абсолютно непрозрачен? Притом что цены на нефть очень высокие, и там идут значительные накопления и в Центробанке, при этом социальные программы всячески сокращаются. Это первый вопрос. Я таких механизмов пока не вижу, может быть, по наивности.

А второй вопрос: насколько все то, что как бы сейчас у нас исторически складывается, как мы учили в советскую эпоху... "Почему была однопартийная система?" "Потому что так исторически сложилось". Насколько введение уполномоченных по округам, преобразование Совета Федерации, отношение к социальному государству, насколько все это соответствует вроде бы не изменяемой Конституции? Формирование правительства... И вот 15 глав регионов приглашают, а у нас, насколько я помню, в России 79 субъектов Федерации.

Владимир Рыжков: 89.

Слушатель: Вот насколько это все соответствует основному закону? Спасибо большое.

Владимир Рыжков: Спасибо за ваши вопросы. Что касается возможности граждан, я бы все-таки рекомендовал всем, кто нас слушает сейчас, быть более активными в работе со своим депутатом. Вот пока еще... сейчас Вешняков предлагает провести реформу и ликвидировать одномандатные округа с будущих выборов. Если это произойдет, то каждый из тех, кто нас слушает, граждан России, лишится своего депутата.

Михаил Соколов: Владимир, он уже говорит, что смешанная система себя оправдала.

Владимир Рыжков: Ну, Михаил, у нас каждый раз меняется точка зрения. Но я могу сказать, что пока у нас с вами есть одномандатные депутаты, то есть депутаты, избранные в университетском округе, в Ленинградском округе, я имею в виду в Москве, в моем Барнаульском округе... У меня есть в Барнауле офис, телефоны, он доступен круглые сутки для избирателей. Вот сейчас я просто призываю избирателей воспользоваться своим правом и потребовать от своего депутата не голосовать бездумно за этот пакет, а сделать все возможное, чтобы его поправить. У вас есть такое право. Я вас к этому призываю. Знаете, как в Америке говорят: позвоните своему конгрессмену. Я сегодня хочу сказать: позвоните своему депутату. Пусть из его приемной скажут ему: "Знаете, Иван Иванович (допустим), идет шквал звонков с утра до вечера, и гора писем у нас лежит, и все требуют, чтобы вы лично подключились к работе над этим пакетом".

Михаил Соколов: А что-то не слышно Комитета-2008 в этой ситуации, нас тоже спрашивают.

Владимир Рыжков: Ну, не знаю пока.

Михаил Соколов: Не обсуждали?

Владимир Рыжков: Просто я сейчас с утра до вечера в Думе сижу с этими законами, поэтому пока нет.

Второе, что касается Конституции. Я с вами совершенно согласен, мне кажется, что текст Конституции остается прежним, а содержание все больше и больше меняется. Например, в Конституции сказано: Совет Федерации представляет интересы регионов. По факту не представляет уже. В Конституции сказано, например: Счетная палата - орган парламентского контроля за расходованием бюджета. Завтра Дума примет поправки, что председателя Счетной палаты вносит президент. То есть произойдет дрейф от парламента к президенту, от парламентского контроля к президентскому контролю.

Михаил Соколов: От общественного к...

Владимир Рыжков: Закон о референдуме. Завтра Дума дружно проголосует за новый закон о референдуме. Совершенно антинародный закон. Если сейчас 100 граждан, которым не платят заработную плату, над которыми издевается власть, могут инициировать референдум, то завтра нужно уже 4,5 тысячи граждан, по 100 человек в 45 регионах, нотариально заверенные, сроки сокращаются с трех месяцев до полутора, и еще куча бюрократических рогаток.

Михаил Соколов: А Вешняков говорит, что для сильной партии, для хорошего вопроса это очень легко.

Владимир Рыжков: Вешняков не может решать, что хорошо, что - нет.

Михаил Соколов: Ну, решит парламент.

Владимир Рыжков: Он ухудшает ситуацию для граждан, для наших россиян - вот что он делает. Это антидемократическая мера. Поэтому я еще раз хочу сказать: текст Конституции остается неизменным, но практика, законодательство все больше и больше, на мой взгляд, отходят от принципов, заложенных в Конституции. И меня, конечно, это очень беспокоит. Потому что идет фактически демонтаж демократических институтов в нашей стране. А по сути дела, по-русски говоря, просто идет грабеж среди бела дня политических прав наших избирателей.

Михаил Соколов: А почему политических, а экономических, нет разве?

Владимир Рыжков: И экономических тоже. Вот мы обсуждали в первой части программы именно экономические права, социальные права. Вот что такое ликвидация одномандатных округов? Это вам даже завтра некому будет позвонить. Вам скажут: звоните в райком партии.

Михаил Соколов: Ну, как раньше - в райком партии, да.

Владимир Рыжков: Да. Но раньше все-таки райкомы были повсюду, и партия была массовая, а сейчас просто это будут виртуальные партии, соревнующиеся в теле-ящике на очередных выборах. Поэтому идет, к сожалению, демонтаж прав людей, и социальных, и экономических, и политических. И меня это очень беспокоит.

Михаил Соколов: Михаил, у вас есть такой коллега по фамилии Федоров, начальник отобранного у Юрия Левады ВЦИОМ-А, вот он сказал, что вообще референдумы-то не нужны, поэтому такой закон вполне годится. Вот надо просто проводить масштабные социологические опросы тысяч на 10, а то и на 50 - ну, и все будет понятно, так сказать, всем. Зачем все эти народные голосования?

Михаил Тарусин: Вы знаете, это принципиально разные вещи. У нас записано в Конституции, что наш народ может непосредственно осуществлять свою власть в этой стране и опосредовано. Опосредовано - это через выборы, а вот непосредственно - это как раз путем референдума. Когда мы проводим опросы, они у нас выборочные, то есть мы, грубо говоря, далеко не всем гражданам предоставляем равную возможность быть опрошенными. А референдумы - это единственный инструмент, который такую возможность предоставляет. То есть ты всегда может прийти и выразить свою точку зрения. Социолог пройдет мимо тебя, в каждый десятый дом попадет - то есть все, уже этого не будет.

И еще одно соображение. Вообще укрепление государственности, вы знаете, это для России вещь исторически свойственная. Всегда Россия стремилась к сильному государству, всегда были какие-то внешние угрозы, то с Востока, то с Запада...

Михаил Соколов: То придуманные угрозы.

Михаил Тарусин: Вы знаете, очень часто реальные, к сожалению, и история наша тому свидетельствует.

Михаил Соколов: Но если вы вспомните, извините, историю большевизма, например, большевизм сам вызывал на себя вот эти угрозы, поскольку он сам был угрозой всему миру.

Михаил Тарусин: Простите, шла Первая мировая война в тот момент. Так что, так сказать, это не большевизм вызвал эту угрозу...

Михаил Соколов: Я имею в виду после мировой войны.

Михаил Тарусин: ... а совсем другие соображения. Наверное. Но, вместе с тем, укрепление государственности в нашей стране очень часто, и тоже в истории есть тому множество примеров, оборачивалось чрезмерным вот таким, знаете, давлением государства на своих граждан. Вот найти какой-то предел силы государства - и есть, собственно, задача сегодня российского общества. Потому что, с другой стороны, должны быть свободы, с другой стороны, должно быть свободное гражданское, развитое гражданское общество. И вот это как бы на грани, на стыке, с одной стороны, сила государства, а с другой стороны, сила общества, и должна, видимо, развиваться сегодня современная Россия. Пока что видно, что очень здорово и хорошо, и замечательно развивается первая сторона. А вот вторая - все как-то, знаете, как-то пинается, пихается чего-то, и все ей не нравится. Но выработать свои позитивные пути развития, пока, к сожалению...

Михаил Соколов: Владимир, у вас была реплика, по-моему?

Владимир Рыжков: Я по референдуму хотел сказать. Я абсолютно согласен с тем, о чем говорил Михаил. Просто хочу дополнить тем, что референдум имеет решающее значение - в этом его смысл. И больше того, по нашей Конституции, граждане могут высказываться по крупным вопросам общенационального значения и даже по проектам законов. То есть, грубо говоря, если правительство хочет 50 миллионам отменить льготы, то по Конституции это могло бы стать предметом для референдума. Больше того, я точно знаю, что сейчас есть инициативные группы, вот сейчас, в эти дни, которые хотят провести общероссийский референдум по вопросу отмены льгот.

Михаил Соколов: А некоторые хотят на 10 лет полномочия президента продлить.

Владимир Рыжков: Да, и такие есть. И Центризбирком хочет, чтобы Дума в срочном порядке приняла новый закон, потому что Центризбирком уверен: с помощью нового закона он остановит любую народную инициативу по любому вопросу. С моей точки зрения, это нарушение Конституции, причем прямое, открытое и грубое. Никто не может в стране лишить народ права проводить референдумы, потому что это, извините меня, трактуется не иначе как узурпация власти. Потому что если суверенитет народа ограничивается чиновниками, Центризбиркомом и даже президентом, - это узурпация власти, которая, кстати, по Конституции уголовно наказуема.

Михаил Соколов: Ну что ж, давайте еще вопрос слушателя нашим гостям. Здравствуйте.

Слушатель: Это Петров из Петербурга. Я пенсионер, инвалид первой группы. Вот трачу в месяц около 2 тысяч на лекарства, и никакими абсолютно льготами не пользуюсь, ни проездом, ни какими-то иными, всякими. И вот Володя Рыжков заявляет, что каким-то пенсионерам там, инвалидам повезло на лестничной площадке, а сосед, видишь ли, обездолен. Хотя это не факт, что он будет обездолен, этот сосед. И дело в том, что государство, по-моему, так и заявило, что защищать будет наиболее беззащитных или слабо защищенных людей, а остальные должны ковать, так сказать, свою судьбу. Это во-первых.

А во-вторых, что значит выбирать депутата, хорошего, как Володя Рыжков? Он пока выбирается - они все просто отличные. Как только выбрали - так они на Радио Свобода бывают много чаще, чем у себя на Алтае. Там голодовки, забастовки. И Володе это до фени. Он какие-то строит планы...

Михаил Соколов: В вы в третьем лице зачем говорите? Человек вас слушает, он вам с удовольствием ответит, между прочим.

Слушатель: Вот я и хочу у него спросить...

Михаил Соколов: Так вы спрашивайте, спрашивайте.

Слушатель: Вот я спрашиваю. Володя, стоит ли строить какие-то глобальные планы, когда так плохо в Алтайском крае?

Владимир Рыжков: Вы меня называете Володей, видимо, мы знакомы, хотя я вас что-то не припомню. И, видимо, вы там постоянно на связи с Алтайским краем, что так хорошо знаете о моей работе. Но мне кажется, что у вас не очень точная информация. Во-первых, я хочу вам сказать, что барнаульцы меня дважды избрали по округу. А если человека второй раз избирают по округу, причем с процентом выше, чем это было в 1999 году, то это, наверное, говорит о том, что что-то он для них делает. Поэтому я не могу, во-первых, решительно согласиться с вами, что я не бывают в округе, а только красуюсь на радио Свобода. Это просто ваши домыслы, извините, и не очень добросовестные.

Что касается того, что вы не пользуетесь льготами. Я думаю, вы лукавите. Думаю, что вы лукавите. Я специально сейчас, когда вернусь с программы, у Сергея Попова, депутата от Петербурга, уточню, действительно ли инвалиды и пенсионеры в Петербурге не пользуются никакими льготами. Думаю, что вы говорите неправду. Думаю, что все-таки у вас есть льготы по квартплате, есть льгота по телефону, по оплате телефона, думаю, что у вас есть льгота по бесплатным лекарствам, которой вы пользуетесь. Но специально приеду и проверю.

Я лишь хотел подчеркнуть, когда я говорил о том, что часть льготников, 11 миллионов, остается на федеральном бюджете, что этим людям, в том числе, кстати, и вам лично, гарантирована, если я не ошибаюсь, ежемесячная доплата в размере тысячи рублей, а 21 миллиону, которые будут переданы на региональный уровень, ничего пока не гарантировано. Вот что я имел в виду, я просто еще раз повторю эту мысль.

Поэтому вы все-таки относитесь с большим уважением к людям, за которых проголосовал народ, и за которых проголосовали избиратели. И поверьте мне, я не хуже вас знают жизнь, я не хуже вас знаю, что происходит с людьми. И когда вы говорите, что будут защищаться самые обездоленные и бедные, то как раз пенсионеры, ветераны труда, труженики тыла, по всем социологическим опросам (Михаил может подтвердить), - это одна из самых обездоленных и бедных частей нашего общества. Как раз именно эти категории традиционно попадают в число тех, кто живет ниже прожиточного минимума. И как раз их судьба в связи с отменой льгот мне представляется очень тревожной.

Михаил Соколов: Владимир, здесь еще есть вопрос из Самары по поводу неравного положения субъектов Федерации. Есть разница, считает наш слушатель Владимир, между обычными областями и так называемыми республиками по уплате в центр налоговых отчислений. И он считает, что Самарская область, являющаяся донором, из-за этого не может в полной мере осуществить социальные программы. Мне кажется, что сейчас уже нивелировалось...

Владимир Рыжков: Владимир, уже нет. Три года назад полностью были ликвидированы налоговые льготы Татарстана, Башкортостана, и им пока еще центр в виде федеральной программы часть средств возвращает. Но сегодня все без исключения регионы платят одинаково налоговые платежи, что Татарстан, что Самара, что мой Алтайский край - все платят одинаково.

Михаил Соколов: Давайте еще вопрос слушателя. Здравствуйте.

Слушатель: Это из Санкт-Петербурга Леонид Горячев говорит. В Конституции нашей есть 55-ая статья, пункт 2, который говорит, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Правительство, внося в Государственную Думу проект вот этот из 600 страниц, обосновало или не обосновало, что статья 55, пункт 2 будет соблюдена? Вопрос Владимиру Александровичу.

Владимир Рыжков: Ответ простой: нет, не обосновало. С моей точки зрения, вы правы. Здесь идет речь о нарушении Конституции. Если бы правительство всем льготникам компенсировало потери в полном объеме, тогда можно было бы еще согласиться, что нарушения нет. Но так как, очевидно, многие категории потеряют и проиграют, то это нарушение статьи Конституции.

Михаил Соколов: То есть что, и по этому случаю, и по референдуму - все в Конституционный суд?

Владимир Рыжков: Вообще, вот я боюсь, в последнее время практика Государственной Думы и правительства такова, что, к сожалению, у нас все больше поводов к обращению в Конституционный суд. Это очень тревожно.

Михаил Соколов: Давайте еще вопрос слушателя. Здравствуйте.

Слушатель: Я хочу задать вопрос депутату Государственной Думы Владимиру Рыжкову. Здравствуйте, Владимир. Я инженер-строитель, пенсионер и инвалид из Москвы. У меня вопрос. По предложению Грефа и Кудрина из закона о реабилитации жертв политических репрессий, из текста преамбулы, выброшены слова "компенсация морального вреда за вред, причиненный незаконными политическими репрессиями". Остается компенсация материального вреда, который еще доказывать надо старикам, больным людям, а моральный вред, который признан, в общем-то, государством, и является бесспорным фактом, что вред причинен моральный людям, у которых убиты родители и все такое, они это слово из текста преамбулы закона о реабилитации жертв политических репрессий предложили выбросить. Скажите, пожалуйста, Владимир Александрович, законно ли это? Не противоречит ли это статье 52-ой, или 53-ей скорее Конституции РФ?

Владимир Рыжков: Убежден, что это и незаконно, и убежден, что это противоречит Конституции. Вы назвали только один закон, где подобные вещи делаются, а там, я еще раз повторю, более 50-ти законов такого рода. Более 50 законов! Поэтому еще раз говорю: требуйте от своих депутатов защиты ваших интересов, требуйте - это ваше право. Вы их избрали, вы и требуйте от них защиты интересов. Мало того, что из преамбулы предлагается выбросить компенсацию за моральный ущерб, я еще сказал в начале нашей программы, что вообще репрессированных сбрасывают на регионы. То есть сможет республика Тыва выплатить репрессированным то, что положено, - хорошо, не сможет - ну, скажут "извините". Притом что это государство, общенациональное государство осуществляло репрессии. Оно должно нести политическую, моральную и финансовую ответственность за последствия. Вот это вообще удивительная вещь, что репрессированных сбрасывают на регионы.

Михаил Соколов: Михаил, вот ваше ощущение, как социолога, от того маленького опроса, который у нас был в эфире сейчас?

Михаил Тарусин: Сначала я обращусь к большому опросу. Мы спросили людей, как они считают, что сегодня делается вообще для ветеранов, скажем, для инвалидов Великой Отечественной войны. И из всех опрошенных 60 процентов, то есть около двух третей, сказали, что делается либо явно недостаточно, либо почти ничего. Это, извините, сегодня, вот со всеми этими сегодняшними льготами. Понимаете? Со всей сегодняшней системой, которая на самом деле не то что далеко недостаточна, а, я бы сказал, минимальна. Вообще это минимальный размер того, что эти люди должны от государства получать. Соответственно, они еще живы, и еще дай бог им всем здоровья и многие лета, но они здоровей-то не станут ни завтра, ни послезавтра, ни через год. Поэтому, соответственно, они потребуют больше заботы о себе и больше усилий со стороны государства. Сами понимаете, получат ли они ее? Благодарю вас.

Михаил Соколов: Ну что ж, я только в заключение нашего разговора хочу процитировать из одной из статей Георгия Бовта, моего коллеги и хорошего журналиста. Он написал о последних событиях, что "серенькие люди из путинской номенклатуры научились заменять слова "КПСС" и "генеральный секретарь" словами "Родина" и "президент". А по сути, они все те же, со своими "мигалками", машинами и так далее, и со своим отношением к людям, которые сейчас, в общем-то, довольно очевидно проявляется".

XS
SM
MD
LG