Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Летающий президент. 300 лет с газетами


Летающий президент

Своих постоянных слушателей программа "Читаем газеты" поздравляет с наступающим старым новым годом, а граждан Литвы и, в частности, литовских журналистов - с новым президентом. Если собрать все немногие газеты, которые вышли в России за первые две недели нового года, то окажется, что, наверное, к счастью в самой России за это время ничего экстраординарного не произошло, а самые интересные заметки, опять-таки в российских газетах, посвящены ситуации в Литве. Одни заголовки чего стоят: "Советский летчик стал президентом Литвы", "Президентом Литвы стал Летающий Роландс", "Взлет литовского аса - президентом Литвы стал бывший летчик-акробат" и даже "Литва в пролете". Кроме того, сегодня Литва отмечает годовщину январского путча - двенадцать лет назад части спецназа КГБ "Альфа" захватили здание литовского телевидения и радио. Итак, сегодня с нами на связи литовский журналист Джюгас Паршонис, у нас в студии - редактор международного отдела еженедельника "Московские новости" Дмитрий Бабич, и свои вопросы гостям программы вы можете задавать по телефонам прямого эфира 796-96-44 и 796-96-45. Но сначала я познакомлю Джюгаса и наших слушателей с комментариями российских газет по поводу прошедших в Литве президентских выборов.

Газета "Время новостей" - о том, как развивались события по ходу голосования: "В первом туре в конце декабря участвовали 17 кандидатов. После того как они растащили голоса избирателей, в форвардах оказались Адамкус и Паксас. При этом Паксасу потерпевшие поражение кандидаты объявили бойкот: восемь крупнейших партий призвали избирателей отдать голоса Адамкусу. Солидарно с ними выступили и главные СМИ республики. Паксаса обвиняли в популизме и даже фашизме, сравнивали с Муссолини и Жириновским, отмечая, что эмблема возглавляемой им Либерально-демократической партии (орел с венком в когтях) напоминает гитлеровский герб.

Политический бомонд Литвы утверждал, что Паксас обманывает народ нереальными обещаниями, подыгрывает соскучившимся по "твердой руке", грозит стабильности в экономике и обществе.

Победа Паксаса, да еще с перевесом почти на 10 процентов, казалось невероятной. И, тем не менее, она состоялась, повергнув в растерянность политологов и социологов, которые на ходу сочиняют сейчас версии. От примитивных (мол, нашел богатых спонсоров) до рассуждений об отрицательной реакции общественного мнения на ситуацию, когда "все против одного".

Газета "Комсомольская правда" - о некоторых увлечениях нового президента Литвы. "Прежде чем стать политиком, Паксас успел побывать чемпионом СССР по высшему пилотажу. Тренируясь в сборной Союза по воздушной акробатике, он умудрился получить два высших образования: окончил Вильнюсский инженерно-строительный и Ленинградский авиационный институты. И потом занялся надежным строительным бизнесом. В Литве у него сложился имидж упрямого и азартного политика, не чурающегося популизма. Чтобы произвести впечатление, он свои предвыборные поездки по стране совершал на вертолете, лично сидя за штурвалом машины. Пиком славы кандидата стал момент, когда он на спортивном самолете проскочил под 8,5-метровым мостом над рекой Нярис.

Другое увлечение - гонки на мотоциклах. Паксас не стесняется надевать рокерский кожаный костюм, катаясь на мощном мотоцикле "БМВ".

Газета "Известия" - с политической характеристикой Роландаса Паксаса. "На родине Паксаса называли плачущим премьером и драматическим политперсонажем. Его первое премьерство связано с правительством консерваторов. Как глава кабинета, он должен был подписать договор с американской компанией "Вильямс" о продаже контрольного пакета акций нефтеперерабатывающего комплекса в Мажейкяе, но счел эту сделку нецелесообразной. Второе премьерство тоже длилось недолго. Причина - разногласия в правящей коалиции либералов и социал-либералов. Паксас подал в отставку и создал свою либерально-демократическую партию. Говорят, что с Жириновским его роднит не только название партии. Паксас завоевывал симпатии избирателей популистскими методами".

И еще раз возвращаемся к газете "Время новостей, которая пишет о первых заявлениях нового президента. "Паксас поспешил заверить публику, что сохранит полную преемственность внешней политики, базирующейся на трех столпах: интеграция в ЕС, в НАТО и хорошие отношения с соседями. Говорят, что первую поездку Паксас запланировал в Брюссель, где будет добиваться четких гарантий от ЕС на предмет сохранения ядерной энергетики в Литве, включая строительство нового реактора взамен закрываемой Игналинской АЭС. Новый президент также собирается проводить более независимую внешнюю политику: без оглядки на США, что было характерно для "американского дядюшки" Адамкуса (бывшего американского военнослужащего, вернувшегося из США в Литву в 90-ые годы). В отношениях с Россией Паксас намерен больше внимания уделить развитию взаимовыгодных экономических связей".

А теперь Дмитрий Бабич задает вопрос нашим слушателям:

Дмитрий Бабич: Сразу после выборов в Литве мне довелось прочитать текст одного политолога, который проводил сравнение выборов в Литве и в России. И он пришел к такому парадоксальному выводу, что предсказать, кто победит в Литве на выборах очень трудно, а вот внешняя политика предсказуема - интеграция в ЕС, в НАТО и т.д. В России же предсказать, кто победит на выборах довольно просто (очевидно, что на президентских выборах, кто победит мы знаем, на местных выборах мы очень часто тоже знаем), а вот внешняя и внутренняя политика не предсказуема. То есть один и тот же президент несколько раз то мирится, то ссорится с западом и т.д. Разделяете ли вы такой критический в отношении России взгляд на сравнение итогов выборов в Литве и в России?

Елена Рыковцева: Это был вопрос Дмитрия Бабича нашим слушателям, ио мы начинаем обсуждать тему прошедших выборов в Литве.

Джюгас, вы слышали о том, что написали об этих выборах российские газеты. Вы согласны с оценками, которые прозвучали в этих газетах?

Джюгас Паршонис: Вообще-то для очень многих в Литве результаты выборов были большой неожиданностью. На одном из Интернет-порталов был небольшой опрос, где 75 процентов всех ответивших сказали, что для них это неожиданность, только не ясно: голосовали они сами или нет. В принципе оценки очень схожи с большинством литовской прессы.

Елена Рыковцева: Джюгас, я понимаю, что существует священная тайна голосования, но сами-то вы как голосовали?

Джюгас Паршонис: Я голосовал за Адамкуса. Честно говоря, было холодно, и я думал идти или не идти голосовать, но все-таки пошел. Ведь многие, кто думал, что Адамкус и так победит, не пошли.

Елена Рыковцева: Знаете, существует некие разночтения по вопросу спортивных достижений Паксаса, потому что в одной газете пишется, что он успел побывать чемпионом СССР по высшему пилотажу, в другой газете пишется, что он дважды чемпион Литвы:Что на самом деле?

Джюгас Паршонис: Знаете, я точно и сам не знаю. Я только обратил внимание, что он стал очень заметен, когда пошел в политику и практически на каждом авиационном празднике он летает. А заслуги? Да, он спортсмен. Но очень интересная реклама Адамкуса проходила перед выборами, где другие летчики агитировали голосовать за Адамкуса, говоря, что когда будем выбирать лучшего летчика, выберем Юргиса Кайриса (знаменитый литовский летчик - ред.), когда президента, давайте Адамкуса.

Елена Рыковцева: У нас звонок.

Слушатель: Меня зовут Раиса Николаевна, Москва. Если сравнивать выборы в Литве и у нас, то я считаю, что у нас президентом будет Глазьев, а в Думу, мне кажется, в основном попадут народно-патриотические силы.

Елена Рыковцева: Если я правильно поняла Дмитрия Бабича, он не просил давать прогнозы:

Слушатель: Ну, как же, он сказал, что мы уже знаем, что президентом будет именно вот этот. А я считаю, что за Путина проголосует от силы процентов 18-20, если будут честные выборы.

Елена Рыковцева: Раиса Николаевна хочет сказать, что не так уж предсказуемы российские выборы.

Дмитрий Бабич: Мне кажется, это ответ.

Елена Рыковцева: Спасибо, а мы продолжаем разговор. Джюгас, скажите, пожалуйста, какие оценки дает литовская пресса результатам выборов?

Джюгас Паршонис: Главное все задавались вопросом - кто и почему голосовал за Паксаса, почему случилась такая неожиданность? По результатам мы знаем, что активнее всего голосовала деревня, хотя и города тоже, но самый больший процент дала деревня. Некоторые журналисты и репортеры поехали в маленькие деревни и начали спрашивать: почему? Люди, наверное, очень наивны. Когда один обещает, а другой молчит, то им показалось, что лучше проголосовать за того, кто обещает. Пускай может быть и очень недоступные вещи, нереальные.

Елена Рыковцева: Очень любопытно. Джюгас, а вот это сравнение с Жириновским - достаточно ли оно корректно, действительно ли у вас сравнивают Паксаса с Жириновским?

Джюгас Паршонис: Да, было в прессе. Но в основном цитировали зарубежную, в том числе и российскую, прессу, говоря о Паксасе как о Жириновском. Но серьезно здесь не сравнивали. Сравнивали немного, может быть, в смысле популизма самой предвыборной кампании.

Елена Рыковцева: Дмитрий, когда я приглашала вас в эфир, я сказала, что мне показалось, что самое значительное событие в международной жизни произошло именно в Литве, и вы согласились и сказали, что это так, что эти выборы есть сенсация.

Дмитрий Бабич: Действительно это интересное событие не столько само по себе, сколько по той тенденции, которую оно выражает. Мне кажется, что дело здесь не обстоит так просто - Адамкус молчал, а Паксас обещал. Дело в том, что процесс евроинтеграции, в который сейчас вовсю включается Литва, достаточно болезненный. Ликвидируются целые отрасли традиционной экономики, а Литва это такая земля, где женщины в деревне до сих пор спокойно чешут лен, занимаются традиционными промыслами. И не случайно за Паксаса голосовала именно деревня, которая ощущает некоторую опасность по мере того, как расширяется Евросоюз, эти традиционные промыслы и традиционные отрасли экономки могут пострадать. Во-вторых, литовский народ на протяжении последних столетий вел практически борьбу за существование. То есть перед ним сначала ставилась задача выжить и сохраниться как нация в условиях Советского Союза. Эта задача была все же выполнена. А теперь стоит задача сохраниться как государство, как особая общность людей в условиях объединенной Европы. И у литовцев, хоть они напрямую и не говорят о том, что они боятся растворения в Европе, подсознательно это ощущение присутствует. И мне кажется, что оно очень сильно проявилось именно на этих выборах, когда победил не прозападный Адамкус, а такой немного популистский Паксас.

Елена Рыковцева: Спасибо, Дмитрий. У нас звонок.

Слушатель: Я согласна с мнением Бабича насчет выборов в России и Литве. И если литовцы и сделали неправильный выбор сейчас, то я думаю, что не только президент будет определять политику всю, потому что это - Европа. Но то, что литовцы сохранят себя, в этом я не сомневаюсь. Я их очень люблю и считаю, что они на протяжении многих веков себя сохраняли и выстояли все испытания.

Елена Рыковцева: То есть у вас ощущение, что ничего не изменится в худшем смысле в Литве, кто бы ни пришел к власти.

Слушатель: Там не может измениться. Они худшее все уже прошли.

Елена Рыковцева: Джюгас, вы согласны с мнением нашей слушательницы?

Джюгас Паршонис: Да. Во-первых, спасибо за такое хорошее мнение. Я тоже так думаю, потому что едва ли не первым заявлением Паксаса в ту же самую ночь выборов было то, что он будет продолжать евроинтеграцию и в интеграцию в североатлантические структуры. Внешняя политика не будет меняться. Основы все останутся. Так что, я думаю, что ничего кардинально не изменится.

Елена Рыковцева: И все-таки, Джюгас, понятно, что своя рубашка ближе к телу, и совершенно естественно, что российским слушателям и гражданам любопытно, интересно и важно, как будут дальше развиваться события между Литвой и Россией, особенно с приходом к власти нового президента. И вот смотрите, какие разночтения есть в газетах. В своих первых заявлениях Паксас говорит, что намерен уделить больше внимания развитию взаимовыгодных связей с Россией, но тут же подзаголовок в газете "Комсомольская правда" "Паксас не испытывает большой любви к России".

Джюгас Паршонис: Я не знаю испытывал ли большую любовь к России Адамкус. И здесь может большой любви не быть, но если отношения будут деловые, дружеские, соседские, тогда все будет нормально. Я думаю, что он достаточно прагматичен, чтобы вести свою политику так, как выгодно для людей, а не из личных симпатий. Так что я надеюсь. Правда, сейчас и люди и пресса недоумевают и думают, а что же произойдет, когда в мае будет референдум? Если еще не подтвердили дату вступления в ЕС, если сейчас все думают, что 60 процентов будут голосовать "за", но что получится, если голосование опять даст неожиданные результаты?

Елена Рыковцева: У нас снова звонок.

Слушатель: Господин Джюгас, моих родственников литовцев сожгли живьем в Литве еще до прихода немецких отрядов. Вот евреев. И когда я обратился в посольство, мне сказали, что я должен заплатить 340 долларов за то, чтобы мне сообщили, где и когда их сожгли. Вот такая практика при новом президенте будет продолжаться или нет?

Джюгас Паршонис: Мне трудно комментировать. Сейчас мало услуг, даже государственных, которые бесплатны.

Слушатель: 340 долларов - и мне тогда сообщат конкретно какого числа сожгли!

Джюгас Паршонис: Но я действительно не знаю.

Елена Рыковцева: Уважаемый слушатель, эта такая ситуация, которая требует не то, чтобы разбирательства, но точной оценки, и Джюгас, который сейчас находится в Вильнюсе, по-моему, понятия не имеет, как действует литовское посольство здесь - каковы их расценки, правила, какие они выдвигают требования и т.д. На самом деле это не его компетенция, честно говоря. Джюгас, у Дмитрия Бабича к вам вопрос.

Дмитрий Бабич: Помимо выборов Литва отмечает сегодня такую печальную дату - годовщину штурма вильнюсского телецентра в январе 1991 года. Как известно, это было звено в цепи событий, которые завершились августом 1991 года, когда такая же попытка, как в Вильнюсе, была предпринята в Москве. С ведома Горбачева или без ведома, сейчас об этом спорят и историки, и участники событий. Как сегодня относятся в Литве к этим событиям? Ведь не секрет, что в России события августа 91-го многие люди сегодня оценивают по-разному. Совсем не так, как 10-11 лет назад.

Джюгас Паршонис: У нас в этом плане ничего не поменялось. Люди действительно думают о тех погибших людях, как о мучениках, погибших за независимость своей страны. Хотя я не знаю, насколько многолюдными будут мероприятия, но люди идут, чтят память. Я тоже бываю на кладбище, где они похоронены. Там всегда много людей и цветы, жгут свечи. Так что помнят, не забыли. По-моему, ни у кого не поменялось мнение о тех событиях.

300 лет с газетами

"Поздравьте нас, у нас праздник" - обратилась сегодня к своим читателям газета "Московский комсомолец". 300 лет по царскому указу в России появилась первая печатная газета. С того самого дня, как свежий номер "Московских ведомостей" сошел с печатного станка, процесс российской журналистики приобрел необратимый характер. От "Колокола" к "Современнику", от "Искры" к "Правде". За минувшее столетие изменилось многое: и техника печати, и форма изданий, и жанры и сама журналистика. Но многое осталось прежним. Что именно осталось прежним, поведал сегодня министр печати Михаил Лесин: "Как бы не менялось техническое оснащение средств массовой информации, политический и общественный климат в стране, как и триста лет назад неизменными остаются три фундаментальных признака качественной журналистики - талант, совесть и ответственность перед обществом".

Итак сегодня по случаю праздника у нас в гостях руководители печатных изданий: главный редактор расследовательского еженедельника "Стрингер" Елена Токарева, главный редактор журнала о медиа "Среда" Алексей Панкин, и с нами на связи заместитель главного редактора "Новой газеты" Акрам Муртазаев.

У нас в студии еще один гость, студентка факультета журналистики МГУ Анна Бокина, которая обычно принимает ваши звонки по телефону. Но сегодня Аня готова сама обратиться с вопросом к нашим слушателям.

Анна Бокина: Неделю назад я вернулась из Швеции и заметила, что там люди активно читают газеты. В семьях подписываются на несколько изданий, ежедневных в том числе, и газеты читают каждый день. Можно даже сказать по моим наблюдениям, что о новостях узнают больше из газет, чем из телевизионных передач. В России газеты сейчас читают намного меньше. Речь идет в первую очередь об общественно-политических изданиях. И выписывают газеты тоже далеко не все. Как вы считаете, по каким причинам, кроме финансовых, газеты читают мало? А если вы все-таки подписались на какие-то издания, то на какие и почему?

Елена Рыковцева: Мой первый вопрос к гостям, и я прошу их ответить по очереди. Считается, что первая российская газета задумывалась Петром I как средство воздействия власти на общество. Что в этом смысле представляет из себя нынешняя пресса? Пожалуйста, Елена Токарева - главный редактор журнала "Стрингер".

Елена Токарева: Сегодняшние газеты совершенно четко делятся на газеты сказочного характера (для отдыха), затуманивающие мозги, дающие отдых после работы и на газеты, которые также как и петровские "Московские ведомости" рассчитаны на влияние власти на общество. Сказочных газет ощутимо больше. Это можно видеть, когда ты проходишь мимо киосков и развалов. И они выходят большими тиражами, ими больше пользуются. Наши люди хотят сказку, верят в нее и любят. Газеты политические худеют и хиреют. И сегодня они ничто без поддержки радио. Если их по утру не "обозреют" в электронных СМИ, вряд ли даже кто-нибудь прикоснется к ним днем.

Елена Рыковцева: И теперь мнение Акрама Муртазаева - заместителя главного редактора "Новой газеты".

Акрам Муртазаев: Я бы поддержал мнение Елены Токаревой, что газеты делятся на сказочные и не сказочные. Просто у меня несколько другая интерпретация того, что такое сказочная и не сказочная. Дело в том, что власти, конечно, удобно иметь управляемую прессу, когда есть такое мнение, что в жизни происходит только то, что показывают по телевизору. То есть власть рисует ситуацию, которая происходит за окном, так, как удобно ей. К не сказочной прессе я бы отнес газеты и передачи на радио и телевидении, которые стараются более-менее реально рассказывать о том, что происходит вокруг. Мне очень хочется надеяться, что я работаю в газете, которая реально представляет, что происходит вокруг и старается об этом донести обществу.

Елена Рыковцева: Спасибо. И Алексей Панкин - главный редактор журнала о медиа "Среда".

Алексей Панкин: Понимаете, при Петре было все на самом деле очень просто. Потому что тогда общество было абсолютно незаконным и самодержавным, и лучшим способом воздействия власти на общество было, грубо говоря, "вздернуть кого-то на дыбу" и таким образом решить все свои проблемы. Так что я думаю, что Петр эту свою газету замысливал как воздействие на общество, но в таком вот хорошем смысле, воспитательном. Он пытался поднять достаточно темную Россию, где грамотным и боярство не все было. Но он пытался его как-то просветить, цивилизовать таким образом. Дать ему возможность читать о каких-то законах и постановлениях. А сейчас, во-первых, все грамотные, а во-вторых, огромное количество средств доставки СМИ - это и телевидение, и печать, и радио, и все больше Интернет. Не знаю, может быть, власть думает, что она воздействует на общество, газеты думают, что они воздействуют на власть. Мне кажется, что в значительной степени идет такой процесс взаимного охмурения, но сказать про нашу прессу и ее отношения с властью что-то такое определенное я не могу. В условиях, когда каждый может придти и зарегистрировать издание, что можно сказать о взаимоотношениях прессы и власти?

Елена Рыковцева: Спасибо, и у нас первый звонок.

Слушатель: Я бы хотел сказать, что в данном случае я, наверное, выражаю мнение банальных читателей, а не людей, которые в этом бизнесе находятся. В силу того, что у меня были сегодня проблемы с машиной, и она находилась в автосервисе, я сегодня ехал в метро, и поэтому купил себе несколько, грубо выражаясь, информационных таблоидов.

Елена Рыковцева: Повезло таблоидам сегодня.

Слушатель: Я купил несколько информационных таблоидов, не буду называть их названия, но мне было очень интересно в силу того, что основную информацию я получаю из ТВ. Но надо сказать, что в любом случае газетная информация существенно отличается в силу того, что это больше аналитика, это не текущие данные какие-то, а в основном прошло уже какое-то время, и люди уже знают более существенные моменты, которые связаны с этим событием. С другой стороны люди читают в большей степени, наверное, газеты, я не буду назвать их, которые "пачкают руки".

Елена Рыковцева: Так вы все-таки предпочтение отдаете таблоидам или серьезной прессе?

Слушатель: Вы знаете, таблоидами я называю газеты "коммерсантовские".

Елена Рыковцева: Вот такой взгляд!

Слушатель: Да. И дело в том, что основная масса, которым интересно то, что действительно происходит реально в мире, они читают ту же прессу в Интернете.

Елена Рыковцева: Спасибо вам, а у нас следующий звонок.

Слушатель: Изота Екатерина, из Санкт-Петербурга, "Движение за справедливость" Люблю вашу программу, всегда слушаю "Свободу", сама выписываю "Московскую заставу" - это районная газета с 12-летним стажем и "Санкт-Петербургский курьер", потому что там есть аналитические статьи (Островский, Борис Вишневский), и это то, что не называется "желтой прессой". Я бы очень хотела выписывать "Новую газету", очень ей симпатизирую, но, к сожалению, наша интеллигенция сейчас не располагает, мягко говоря, материальными возможностями.

Елена Рыковцева: Спасибо. Акрам Муртазаев, какие все-таки возможности может предложить тем, кто возможностями не располагает, ваше издание?

Акрам Муртазаев: У нас есть льготная подписка, можно читать газету в Интернете. Но хотя здесь Алексей Панкин сказал, что каждый может взять и зарегистрировать газету, вот как раз наш читатель говорит о том, что мало зарегистрировать газету и издавать ее, надо, чтобы ее еще и покупали. Для этого надо, чтобы газета была не такая дорогая, а это, увы, мы сделать бессильны. За этим внимательно следит государство, чтобы газеты не были дешевыми, чтобы газеты были дорогие в производстве, за этим тоже внимательно следит наше государство. И, в общем-то, копейка - это тоже способ ограничения свободы слова. Это очевидно.

Елена Рыковцева: Акрам, еще один вопрос в дополнение. Только что наш слушатель назвал "коммерсантовские" издания изданиями таблоидного типа. Если по такому же принципу подходить к вашей газете, то ее тоже можно назвать изданием таблоидного типа?

Акрам Муртазаев: Я так понял, что наш слушатель разделяет газеты по размерам.

Елена Рыковцева: Вот как. Значит, я его плохо поняла.

Акрам Муртазаев: У нас несколько другое разделение прессы. Я прессу разделяю не по размерам, а во-первых, по чисто нравственным позициям, а во-вторых, есть газеты, которые пишут на русском языке, а есть газеты, которые пишут на электронном языке. Вот у меня такой дележ газет. А по размерам, я даже не предполагал, что так можно разделять прессу.

Елена Рыковцева: У нас еще звонок.

Слушатель: Санкт-Петербург. Асламбетов моя фамилия. Во-первых, я бы хотел сказать, что я читаю. С удовольствие практически ежедневно просматриваю "Коммерсант", с большим удовольствием "Известия" и далее только спортивную прессу - "Спорт-экспресс". Но что заставило меня позвонить вам, это реплика заместителя редактора "Новой газеты", мною не сильно уважаемой. Я должен ее в принципе читать и мне должно быть интересно, но мне не интересно. Вернее, там интересно, но она настолько ангажирована, кстати, как и многое из того, что печатается в "Коммерсанте". И прав тот молодой человек, который называл из таблоидами.

Елена Рыковцева: Акрам, может быть, у вас есть уточняющие вопросы к нашему слушателю?

Акрам Муртазаев: Меня просто интересует, если ангажированность, то со стороны кого?

Слушатель: С одной стороны очень легко сказать со стороны кого, а с другой стороны очень сложно. Мне чуть больше 40 лет, вроде бы поколение, которое не очень сильно завязано на Советский Союз и на все советские дела. Но с некоторых пор я все больше и больше, в том числе и благодаря тому, как наша действительность преподносится и "Коммерсантом" и вашей газетой, становлюсь державником.

Акрам Муртазаев: Во-первых, я не услышал, кем мы ангажированы. Мне не совсем понятно слово "державничество", поскольку в державе еще не выработана идеология совместного проживания, поэтому я не знаю, о какой державности идет речь и о каком патриотизме. Ведь у нас патриотизм приобретает какие-то этнические черты. Поэтому если мы не выработаем какого-то единого понятия патриотизма, то рано говорить о какой-то державности. Я понимаю, что человек тоскует по понятиям, которые у нас были - родина, государство. Но ведь мы сегодня проходим очень сложный путь самопрояснения себя, ощущения себя в новом пространстве. Россия все-таки немножко сжалась по своей территории. И эта тоска - она очень очевидна. И я думаю, что газеты, которые, в общем-то, переживают острейший кризис, их мало читают, потому что они пока мало ощутили себя в этом пространстве. Отсюда и происходят всякие такие несуразицы.

Елена Рыковцева: Спасибо. Алексей Панкин, а вы поняли, о чем говорил наш слушатель - почему у него чтение некоторых газет вызывает такую реакцию отторжения?

Алексей Панкин: Я считаю, что человек, читающий две ежедневные газеты в день, это на самом деле превосходит даже среднеевропейскую норму, поэтому я не вижу, зачем ему стесняться, что он не читает еще какую-то газету. Ну не читает и не читает. Не читает, не надо и суждения выводить. Тебе не нравится, ты и не читай, зачем это осуждать? Кому-то нравится, они читают. Хорошо, свобода, плюрализм. Каждый находит себе то, что ему интересно.

Елена Рыковцева: Уважаемый слушатель, вы удовлетворены ответами?

Слушатель: Не совсем. Я по поводу того, что я стесняюсь этих газет: Я еще раз говорю, что я читаю их с удовольствием. Просто немного обидно, что та сторона нынешнего противоборства, а оно есть у нас в России, не имеет такой хорошей прессы, хорошо оформленной и хорошо преподносимой, как это делает "Новая газета", как это делают все газеты в США, и в том числе, как это делает радио "Свобода". Я на 90 процентов против того, как преподносятся радио "Свобода" новости, но мне интересно, что они умеют это преподносить, умеют завоевывать своих. К сожалению, те, кого я называю державниками, не умеют. И как-то руки опускаются.

Елена Рыковцева: Спасибо. Вот теперь, по-моему, нам абсолютно понятно, что на самом-то деле речь идет о качестве государственной российской прессы. А у нас еще звонок.

Слушатель: Санкт-Петербург, Никитина. У меня к Акраму Муртазаеву вопрос-жалоба. Почему наша региональная "Новая газета" в Санкт-Петербурге выходит на 16 страницах, а в Москве на 24? И стоит она в Москве 5 рублей, а у нас - 10. И еще хочу сказать. Заменяя московские статьи своими материалами, наши региональные корреспонденты даже не следят за тем, что прерывают, допустим, на половине материалы московские. Или в газете есть ссылки на предыдущие материалы, а их в предыдущих газетах не было. Я "Новую газету" очень люблю, я ее собираю, читаю.

Елена Рыковцева: Акрам, я не прошу вас ответить на этот вопрос, потому что к нам в эфир придет Дмитрий Муратов - главный редактор "Новой газеты", и он уже ответит на очень конкретные вопросы, касающиеся "Новой газеты". И это будет подробный разговор, потому что видно, что к газете есть большой интерес. А я бы хотела спросить у своих гостей - понятно, не можем мы подвести итоги за 300 лет, давайте попробуем подвести итоги прошлого года - какое событие прошедшего года кажется вам наиболее ярким и значимым, может быть, наиболее трагическим, во всем, что происходило с российскими газетами?

Алексей Панкин: Мне, наверное, проще подвести итоги за 300 лет, чем за прошлый год, потому что за эти 300 лет у нас появилась очень образованная, умная и грамотная публика, которая заслуживает той прессы, которая у нее сегодня есть. И поэтому в целом в 300-летней перспективе, и в будущее мы можем смотреть с большим оптимизмом.

Елена Токарева: Я думаю, что к числу прискорбных событий надо отнести закрытие "Общей газеты" и провал многочисленных новых проектов, которые последовали вслед за ней. "Общую газету" закрыли, пообещали вместо нее газету "Консерватор", которая просуществовала 3 месяца и тоже закрылась. Закрыли "Общую газету", потому что она, видите ли, исповедовала философию шестидесятничества. Что такая за философия?! То общечеловеческие ценности защищала, то отдельные личности защищала - это, по мнению новых хозяев, "гнилая философия". Значит, вместо "гнилой философии" нам попытались подсунуть "философию здоровую", консервативную. Ну, и ничего не получилось.

XS
SM
MD
LG