Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Культурная революци


В среду, 16 января, "Независимая газета" выступила с новым словом в театральной критике. Она не только разгромила конкретный спектакль МХАТ им. Горького, но заодно предложила разгромить весь театр.

Саму по себе постановку "Униженных и оскорбленных" "припечатали" так:

"Говорить о непрофессионализме происходящего нельзя. Тут нужно другое - какое-то более емкое, более точное определение. Это - халатность, причем преступная".

Актеров, занятых в постановке, автор называет "кривляющейся кучкой безумцев". Впрочем, он удостаивает их еще несколькими определениями.

"Шарлатанствующие комедианты и горлопаны, что хорошо, возможно, в самодеятельном ТЮЗе, но неуместно, невыносимо в театре с названием МХАТ".

Если с актерами театра автор рецензии разобрался достаточно быстро, то на Татьяне Дорониной, главном режиссере МХАТа им. Горького, он "топчется" значительно дольше.

"Однажды, около года назад, она вышла к людям. Всем своим стареющим существом почуяв близость конца, решила спасти то ли свое имя, то ли какую-то часть труппы, что может хоть кому-то пригодиться после ее ухода. Она пришла в Дом актера и дала концерт. Олег Табаков подарил ей какую-то дребедень "от Сваровски". Виктюк рвался на сцену, чтобы рухнуть перед ней на колени - "О, моя госпожа".

Тогда на миг показалось, что вот-вот - все и образуется, что этот вечер - проводы на пенсию. Но надежды остались надеждами. Она вернулась к себе, чтобы к маю выпустить на сцену говорухинский "Контрольный выстрел", очередную гадость про "плохих богатеев". Очередную - для Станислава Сергеевича, очередную - для нее. Тут все спектакли таковы".

Главный пафос рецензии в следующем призыве:

"Татьяна Васильевна, хватит унижаться, довольно унижать".

Автор предлагает:

"Отдать здание каким-нибудь умным, доходным продюсерам, чтобы ставили там мюзиклы или что-то в этом роде, а МХАТ Горького закрыть. И - немедленно".

Мы так подробно останавливаемся на этой рецензии, поскольку это - прецедент. МХАТ им. Горького ругали много раз, в том числе - ругали за спектакль "Униженные и оскорбленные". Но такого унижающего и оскорбляющего текста не было, пожалуй, ни разу.

Мы решили предоставить ответное слово заведующей литературной частью МХАТа им. Горького Галине Александровне Арехановой. И тут оказалось, что в театре обижаются не на одну, а сразу на две газеты.

Галина Ареханова:

Опубликование двух статей в газетах, взросших на волне демократических преобразований в России, "Коммерсанта" и "Независимой" со статьями в старом партийном стиле травли РАПовского толка - факт достаточно прискорбный. Тем более, что он касается художественного творчества.

Авторитет Татьяны Васильевны Дорониной безусловен, воспитан в школе-студии МХАТ высшими ее мастерами, признанными всем миром.... Серьезная, умная, по-настоящему театральная критика должна была бы оценить факт работы. Вместо этого мы видим образчик самой низкопробной травли и желания авторов этих статей, написанных, такое впечатление, что под диктовку, потому что и стилистика и композиция статей, и точки обстрела абсолютно одинаковы в одной и другой статье. Это наводит на грустные размышления, что в период коммерциализации России мы совершенно забываем о том, что мир держится на художественных ценностях. К сожалению, уничтожение их не раз приходилось видеть в периоды мракобесия. Это образчик мракобесия - публикация этих статей.

Елена Рыковцева:

В сущности, реакция сотрудников театра достаточно предсказуема. Мне рассказали, что в самом театре, естественно, предпочитают оценки своей работы, сделанные газетой "Советская Россия". Поэтому показалось интересным узнать, что думает о примере газетной театральной критики, появившейся в "Независимой газете", обозреватель отдела культуры другой газеты, "Московские новости", Юрий Васильев.

Юрий Васильев:

Я не большой поклонник театра Татьяны Дорониной. Могу только сказать, что столь радикальные призывы никогда и ни к чему хорошему не приводили. Если театр, что называется, не будет иметь успеха у публики, он закроется сам. Видимо, так должны будут решить учредители по законам нового экономического времени. Если театр будет заниматься чем-то противозаконным, его тоже закроют.

Судя по ситуации, ни с тем, ни с другим мы пока что дела не имеем.

Говорю так, потому что сам в свое время один раз сделал что-то подобное. Когда в прошлом сезоне появилось на телевидении новое ток-шоу, я написал довольно резкую заметку, в которой тоже высказал пожелание, мол, хорошо бы, если бы это шоу осталось на свалке истории где-нибудь к концу сезона. Я ошибся. Шоу сняли гораздо раньше, а его основательница и ведущая угодила в больницу.

Мне очень жаль, что так получилось. С одной стороны, я с удовлетворением воспринял тот факт, что это телешоу закрылось, но, в принципе, это не есть метод, это не есть хорошо. И думаю, что в данном случае мы имеем дело примерно с таким же вопросом.

Елена Рыковцева:

Революция социалистическая.

В среду "Комсомольская правда" напечатала смешную заметку о том, что в Северной Корее обладателями наград становятся механизмы.

"Корейские газеты с восторгом описывают пятнадцатитонный пневматический молот, проработавший более 30 лет без единой поломки. На его корпусе изображена звезда "Героя труда". Этот пневматический молот - далеко не единственная машина в КНДР, получившая государственную награду за верную службу. После того, как вся Корея с восторгом узнала о блестящих результатах ударной работы на токарном станке № 26 молодого товарища Ким Ир Сена, звание "Образцовый станок № 26", а также "Дважды станок № 26" и "Трижды станок № 26" за последние годы присвоено 1 100 000 станков, примерно 110 000 бригад и цехов, почти 9 000 заводов и сельхозкооперативов".

На первый взгляд - смешно, далеко, и не имеет к России ни малейшего отношения. На второй взгляд - пока не имеет.

На страницах российских изданий все увереннее звучит тема возврата к печальному советскому прошлому.

"Сегодня, - пишет автор "Независимой газеты" Эдуард Баталов, - когда все отчетливее просматриваются тенденции к расширению и укреплению функций и усилению роли спецслужб и других силовых структур в российском обществе, в души многих людей закрадывается опасение, как бы оруэлловский "Большой брат" не возвратился со временем в Россию." Публикация так и называется: "Вернется ли в Россию Большой брат?"

Обозреватель "Известий" Семен Новопрудский этим вопросом не задается. Он на него отвечает. Отвечает - утвердительно.

"Начало нового года подтвердило худшие опасения. Россия становится полноценной особистской республикой. Реванш "униженных и оскорбленных" спецслужбистов за десятилетие относительного забвения, публичного осуждения и ослабленного влияния на общество принял законченные формы. К власти в стране приходят лакеи - а спецслужбы, хотя и чувствовали себя хозяевами России со времен опричнины Ивана Грозного, всегда были и будут лакеями. Сейчас лакеи хотят только собственности и денег. Насытившись, они могут начать принимать системные решения. Это - самое страшное".

Наконец, обозреватель "Московского комсомольца" Юлия Калинина говорит о новом или, точнее сказать - плохо забытом старом климате в стране применительно к российской прессе.

"В изменившейся реальности от прессы требуются, по сути, всего две вещи. Первое: исполнять роль послушного инструмента в PR-кампаниях Глеба Павловского. Второе: веселить публику легкими и приятными передачами - сериалами, шоу, играми, концертами и прочее. Что касается политико-информационной составляющей, то она должна быть сведена к минимуму, представленному в форме традиционного советского официоза. Вроде альманаха "Новости дня", который раньше крутили в кинотеатрах перед фильмом".

Персональная тема.

Юлия Калинина, пожалуй - самый известный журналист "Московского комсомольца". Она работает в газете с 1993 года. За это время наполучала массу журналистских наград - "Золотое перо России", "За мужество и профессионализм", "Лучший репортер года". Всех она и сама не помнит.

Калинина прославилась своими блестящими материалами из Чечни. Теперь она ведет в "МК" регулярную авторскую колонку.

Сегодня Юлия Калинина - гость студии Радио Свобода.

Юля, мы только что прочитали радиослушателям цитаты из вашего текста. Это достаточно мрачное суждение о состоянии российской прессы и о ее перспективах. Такой прогноз с чем связан? Почему так будет, с вашей точки зрения?

Юлия Калинина:

Ну, я уже вижу признаки приближения этой ситуации. И они довольно явные. И, по-моему, не я одна их вижу, а каждый человек, который смотрит телевизор, он может видеть, что действительно дело идет к тому, что события информационные будут освещаться у нас так, как они освещались в конце 1970-х годов.

Сейчас потребность возникает именно в таких журналистах и именно в таких сюжетах. Насколько я знаю, на государственных каналах телевидения сейчас даже проводится определенная политика в плане приема на работу корреспондентов. Сейчас отдается предпочтение корреспондентам, которые приезжают из провинции. И их с большим удовольствием берут, и на небольшую зарплату, здесь. Они рады работать в Москве они очень послушны, дисциплинированны.

Елена Рыковцева:

Они без жилья, наверное. Без денег.

Юлия Калинина:

Они без жилья, и для них очень большая радость то, что они смогли найти работу и устроиться. И, конечно, по сравнению с московскими журналистами, у них ниже уровень, я бы сказала. Профессиональный ниже уровень. И они не настолько хорошо знакомы с внутренним миром политики. Не так хорошо, как московские журналисты.

То есть, получается именно вот тот самый эффект, о котором я пишу в статье, что журналист, когда он рассказывает о событии, такое впечатление, что он сам ничего не понимает в этом событии.

Елена Рыковцева:

И это кому-то нужно, чтобы журналист не понимал?

Юлия Калинина:

Конечно. Конечно.

Елена Рыковцева:

Кому? Для чего?

Юлия Калинина:

Это нужно властям.

Елена Рыковцева:

Для чего?

Юлия Калинина:

Мне кажется, для того, чтобы люди особенно не задумывались, не искали, там, причины, следствия. Чтобы они - ну, не думали об этом. Чтобы создавалась такая виртуальная картина происходящего. Не соответствующая реальности, конечно, но такая, которая удовлетворяет власти, которая им выгодна, которая им нужна.

Ну, конечно, это обман народа, по большому счету, но я думаю, что в данный момент власти считают, что так надо, страна находится в таком кризисном, переломном состоянии. И не надо нам морочить головы друг другу какими-то интригами, подводными камнями, а давайте думать, что у нас все хорошо.

Елена Рыковцева:

А вы так обреченно об этом пишете. А сделать что-то с этим можно? Чтобы наша журналистика не превращалась в государственную, в бывшую, в прошлую журналистику?

Юлия Калинина:

Это вопрос независимости издания или независимости телеканала. Вот то, что происходит с ТВ-6. Насколько я могу судить, с газетами таких проблем нет. Во всяком случае, остается очень большой сегмент газет, действительно независимых от государства, которые себе могут позволить очень многое.

Елена Рыковцева:

Но вы не думаете, что это будет длиться долго?

Юлия Калинина:

Честно говоря, я не знаю. История с ТВ-6 мне говорит, что, наверное, те издания, которые принадлежат Березовскому, - да, им придет конец.

Елена Рыковцева:

А вот ваша газета ведь внесла очень большой вклад в борьбу с Березовским. То есть ни в коем случае не говорю осуждающе об этом, потому что я разделяю очень многие вещи, которые писал "МК" о Березовском. Но вот сегодня коллектив ТВ-6 отказался от своего учредителя. Вы к этому как относитесь?

Юлия Калинина:

Я знаю, что такой вопрос стоит, морально-этический. Что он как бы им подставил плечо, спас в трудную минуту, а теперь они отказались. Но мне тоже кажется, что Борис Абрамович - это не тот человек, с которым обязательно надо вести себя, исходя из соображений высокой порядочности.

А им для того, чтобы им остаться в живых и быть вот тем коллективом, который они есть, ну, что делать? Приходится вот так вот....

Конечно, это совершенно, на мой взгляд, маниакальная идея: избавиться от Березовского, во что бы то ни стало лишить его всего бизнеса в России. И ради этого уничтожать прекрасный талантливый коллектив, выбрасывать на улицу.

Елена Рыковцева:

У вас какой прогноз в этой ситуации? Вот они сегодня сказали: "Хорошо, вы не хотели Березовского, вы воевали с нами из-за Березовского. Мы от него отказываемся". И вы верите в то, что их оставят в покое?

Юлия Калинина:

Нет. Я думаю, что от них потребуют еще несколько жертв. Во всей этой истории все время чувствовалась какая-то нерациональность, да? Но ее не называли вслух. Все понимали, что дело в том, что просто надо избавиться от Березовского и от Гусинского, но все это не называлось словами, а за всем этим стояли какие-то, на взгляд публики, нерациональные мотивы.

На самом деле там стояло что-то очень личностное. Ну, какие-то личные отношения с Гусинским, с Березовским, непременное желание отомстить им и...

Елена Рыковцева:

Это личные отношения президента, вы, наверное, имеете в виду?

Юлия Калинина:

Или президента. Или кого-то еще... И я думаю, что еще что-то личностное осталось у кого-то к этой компании. Я думаю, что, наверное, еще будет Киселев. Наверное, еще их заставят отказаться от него. Вот у меня есть такое чувство, что он...

Елена Рыковцева:

Следующий.

Юлия Калинина:

Да, да.

Елена Рыковцева:

Юля, вот опять же, я все возвращаюсь к вашим грустным заметкам. Я помню, что несколько месяцев назад Евгения Альбац ушла из профессии. Она написала статью в "Москоу Таймс" такую тоже горестную о том, что вот, ну, не за что бороться и не о чем писать, потому что - что бы ни делалось - это битье головой об стенку, и нет смысла уже в профессии....Она не одна такая. Сергей Пархоменко сказал, что если у его нового "Еженедельного журнала" начнутся проблемы оттого, что спонсором стал вновь Гусинский, он тоже уйдет из профессии. И Светлана Сорокина абсолютно те же слова произнесла, что если и это ТВ-6 закончит свое существование, и она уйдет из профессии...Не преследовала ли вас вот такая мысль, что все бессмысленно, что надо эту профессию уже покидать?

Юлия Калинина:

Да, конечно, появлялась время от времени такая, ну, просто социальная апатия. Наступает такое чувство, да. Но дело в том, что я-то пока могу писать то, что считаю нужным писать, то, что я хочу писать, у меня нет ограничений.

Приступы апатии объясняются тем, что я пишу, в общем-то, как мне кажется, все время одно и то же. Разными словами, и на разных примерах, и в разных ситуациях, но все равно это уже исчерпывается. Вот как моя мама говорит: "Я боюсь, что у тебя слова кончатся". Вот, кажется, дело к тому идет. Слова кончаются уже, действительно, как Альбац написала. Вот сколько ни пиши, ничего не меняется из-за этого, и ты уже так хорошо понимаешь механизмы, которые приводят к этой ситуации, ты понимаешь, в чем дело, ты их называешь словами, но все равно ничего не меняется, ты не можешь ничего изменить.

Елена Рыковцева:

Мы ездили сейчас в Питер, несколько журналистов с Радио Свобода, и записывали программу "Пресс-клуб" на 5-м канале петербургского телевидения с участием тамошних журналистов, политологов. И присутствовал Невзоров Александр, который говорил, что "сейчас вы должны заботиться о том, как вырастить новое поколение телевизионных киллеров, потому что публике стало скучно.

Юлия Калинина:

Ну, может быть, он прав, но это, мне кажется, все-таки путь очень неестественный. Ну, так же, как и он делал свои передачи - искусственно. Моделировались какие-то ситуации искусственно, потом они выдавались за настоящие, хотя, на самом деле, это просто разыгранная сцена была. Так же, как и у Доренко много было такого же.

И мне кажется, что лучше все-таки ориентироваться на настоящее, на что-то естественное, говорить о естественных вещах, не придумывать. Мы и так живем в очень таком страшном мире, да? И дело не в том, что успокаивать надо граждан и обманывать их и говорить, что мир не страшный, а очень веселый, и не в том, чтобы их пугать, запугивать еще больше, чтобы они думали: "О, как хорошо, у нас хоть нет такого, что там по телевизору показывают". По-моему, они должны от средств массовой информации получать какую-то поддержку, какое-то тепло, какое-то чувство того, что кто-то о них думает, кто-то думает так же, как они, у кого-то в голове такие же мысли. Что они не одиноки со своими мучениями и страданиями.

Елена Рыковцева:

То есть, журналистика не должна быть агрессивной, но, с другой стороны, она и не должна превращаться в то, во что ее хотят превратить.

Юлия Калинина:

Ну, конечно, так выходит.

Елена Рыковцева:

В студии Радио Свобода была обозреватель газеты "Московской комсомолец" Юлия Калинина.

XS
SM
MD
LG