Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма


Радио "Свобода". "Россия вчера, сегодня, завтра". У микрофона Анатолий Стреляный с передачей "Ваши письма".

В отличие от большинства (прямо говоря, в отличие от всех наших слушателей, кто до сих пор писал на радио "Свобода", а также в Кремль), автор следующего письма, по его словам, убедился, что его письма "оказывают влияние на президентов и правительство". Правда, они, его письма, "совершенно не воздействуют на нашу тугодумную Думу". Для примера он вспоминает историю.

"Я на имя Ельцина когда-то направил проект налогового кодекса. Через год я прочёл правительственный проект, направленный в Думу. В нём были учтены все мои предложения на сто процентов. Я был в восторге, но Дума так изуродовала закон, что он стал неузнаваем. Мы и сейчас живём по этому дурацкому закону. Многие мои инициативы (заметьте: не некоторые, а многие, пишет этот слушатель) президенты и правительство принимают к исполнению, но часто с большим опозданием, что приводит к небольшому экономическому эффекту. В общем, - заключает он, - у меня появилась уверенность (снова заметьте: не ощущение, а уверенность), что это я управляю государством, но управляю плохо, так как мне приходится это делать через посредников, которые скверно справляются со своими обязанностями, а уволить их я не могу".

Мне кажется, Валентин Викторович (так зовут этого "правителя" России), с такой же - точно с такой же! - невесёлой уверенностью живут и Путин, и Буш. И Ельцин наверняка испытывал что-то похожее. Не удивлюсь, Александру Македонскому это было знакомо, не говоря уж о невезучем Цезаре (особенно в миг, когда он заметил среди своих убийц Брута: "И ты, дитя моё!"). На сей раз Валентин Викторович нападает на закон об "автогражданке", называет его грабительским. Читаю: "Ах, какая забота о наших жизнях! - это об увеличение штрафа за не пристёгнутый ремень. - Моя жизнь - это моя жизнь, и государство пусть не суёт сюда свой нос: хочу - пристегнусь, хочу - не пристегнусь. Никто мне не может запретить прыгнуть с десятого этажа".

Многих слушателей "Свободы" в последнее время сильно занимает российский золотовалютный запас. Власти хотели похвалиться своей хозяйственностью, предусмотрительностью, когда стали о нём говорить, но не всеми были истолкованы одинаково. Как и следовало ожидать, разошлись во мнениях и экономисты. Одни считают, что он нужен, такой большой запас, другие - что не нужен, что надо его, не мешкая, потратить, на что - тоже спорят. Видимо, такова природа казённого запаса, да и казны в целом. Из-за чего самые большие "рубки" в американском Конгрессе? Из-за казны, из-за бюджета - как его поделить, кому сколько достанется. Пока в казне что-то есть, а особенно, если обнаруживается "заначка", это будет волновать умы. Есть люди, которым больше других нравится мысленно употреблять общие деньги наилучшим образом, то есть, по своему разумению. Они-то и пишут нам. Большинство, естественно, считают, что запас надо раздать бедным.

"Эти деньги необходимо отдать бедным и сирым, так же, как и все фонды, - говорится в одном письме. - Всё это необходимо передать в распоряжение каждого пенсионера, пенсию поднять на европейский уровень, заработную плату бюджетников - тоже на европейский уровень. Золотовалютный резерв Центрального банка не держать вообще, деньги должны работать, приносить пользу народу". Сказано в этом письме и о главном с точки зрения автора: "Зарплату президента и чиновников от Москвы до самых до окраин надо вынести на референдум. Пусть народы России решают, сколько должна получать власть. Уважаемый Анатолий Иванович! Надоело смотреть на прохиндейские сытые рожи", - так он объясняет свои виды на общероссийскую "заначку" и на референдум.

В этом письме, кстати, много раз упоминается Бог, христианский Бог, православный, но, выходит, человек не может найти утешения в этой стороне, хотя, казалось бы, не так уж трудно следовать заповеди: не нравятся "прохиндейские рожи" - не смотри на них, или смотри, но думай... я, конечно, не могу сказать: "о своей роже", поэтому обойдусь словами Писания: о своём спасении, памятуя, что зависть - мать всех пороков. Меньше писем, но они есть, авторы которых предлагают употребить золотовалютный запас на поддержку тоже бедных, но не граждан, а отраслей. Читая эти письма, лучше понимаешь, как трудно разделить казну ко всеобщему удовлетворению. Одному нравится электроника, другому - сельское хозяйство, а в сельском хозяйстве - пчеловодство, третий желает крепить оборону. Ни в одном письме я не нашёл цифр и такого арифметического действия, как деление. В золотовалютном запасе России 60 миллиардов долларов. Примерно столько же - у "олигархов" (возьмём и эти деньги - делить так делить!) Итого, 120 миллиардов на 140 миллионов населения. Сколько придётся на душу? Меньше тысячи долларов. Метр хорошего жилья в Москве стоит дороже.

Тот слушатель, которому надоело видеть "прохиндейские рожи", спрашивает, как поделил бы не свои деньги я. Не знаю, не думал на эту тему. Знаю только, что, если бы пришлось делить, недовольных осталось бы много. А может быть, все остались бы недовольны. Я ведь никому ни копейки не дал бы просто так - только взаймы, только в рост, только в дело, чтобы деньга порождала деньгу, тогда и бедным что-то досталось бы. Другого способа двигаться в направлении "европейского уровня" нет, должен сказать Александру Евгеньевичу Соколову из Энгельса, который тоже считает, что ничто не мешает Кремлю (да если ещё как следует подскажет Америка) одним махом установить в России американские пенсии и оклады. Даже если всех "небюджетников" посадить на хлеб и воду, всё равно пенсии и оклады за счёт этого увеличатся едва заметно, тут не нужны особые знания, вполне достаточно арифметики, но совершать арифметические действия и требовать справедливости - эти занятия, как правило, у людей не совмещаются. Подозреваю, что и не будут совмещаться до скончания веков.

Пожалуй, не меньше, чем золотовалютный запас России - как с ним быть, занимает наших слушателей такой предмет, как свобода. Тоже много желающих распоряжаться этим достоянием ко всеобщему, разумеется, благу. Да, два самых больших удовольствия: делить деньги и свободу.

"Если правильно определить это слово для всех, - пишет о свободе господин Прохоров, - то, возможно, наступят перемены к лучшему будущему. Но только вряд ли удастся. К сожалению, большинство христианского мира - в ереси, в "прелести", новоязычество плюс сатанизм".

Не все слушатели подвержены такому унынию.

"Предлагаю встречу и разговор о природе свободы и другим животрепещущим вопросам, могу приехать к вам, можете и вы приехать ко мне", - читаю в письме из Лобни. Что это за "другие вопросы", нетрудно догадаться, если участь ещё одно из наших главных удовольствий: порицать власть. "На мне усталости печать: устал я власти обличать", - признаётся издатель одной крошечной, но исключительно воинственной, газетки.

"В новом Иркутском соборе, - доносит нам слушатель Селезнёв, - некоторые храмовые служительницы одеваются почти как блудницы. Да засылают полуголых прихожанок. И вспомогательных служителей, молодых, есть и бритоголовые, да со зверскими физиономиями. Некому удалять и прихожанок с кричащими детьми. Дьявол же хитёр. Карликов набрали - читать Закон. Нельзя же употреблять неблаговидных для служения! Колокола молчат давно. В начале звонили минут по десять, чтобы вызвать недовольство соседей, а теперь и несколько раз не ударят. Везде дьявольская лапа!" Переходя к светским делам, автор пишет о чиновничьем взяточничестве, чем славен был Иркутск со дня своего основания. О нынешних мздоимцах отзывается словами гоголевского героя: "Рожа такая, что плюнуть хочется, а фарфоровой позолочённой чашки и не носи к нему: это, говорит, докторский подарок, а ему давай пару рысаков, или дрожки, или бобёр рублей в 300". В заключение своего письма господин Селезнёв настаивает: "В новый Иркутский собор требуется христианское руководство".

Это письмо, я думаю, доставит удовольствие любителю изящной словесности. Хорошо встало слово "неблаговидные" в значении "неблагообразные"... Тут угадывается воздействие языка героев Гоголя, которого автор читал по ходу составления своего письма. Вряд ли случайно, хотя и бессознательно, легло слово "блудницы" о служительницах в храме. Это - отсылка к древности, когда рабочим местом блудниц действительно были храмы. Первая древнейшая профессия делала свои первые шаги как священнодействие. Один слушатель "Свободы" упорно настаивает в своих многочисленных письмах на радио, что надо вернуть это отношение к проституции, заставить сиять заново полезнейшее занятие, дабы люди снова смотрели на него как на важное общественное служение. Кто его знает, может быть, когда-нибудь так и будет, вернутся к древности на современный лад. Кое-какие признаки имеются.

К слову сказать, большевистская революция 1917 года весьма близко подошла было к чему-то подобному. Мне прислали, например, декрет первого Самарского большевистского правительства об отмене, как сказано в нём, "частного владения женщинами".

"С 1 января 1918 года, - гласит первый пункт, - отменяется право постоянного владения женщинами, достигшими 17 лет и до 30 лет... Все женщины, которые подходят под настоящий декрет, изымаются из частного постоянного владения и объявляются достоянием всего трудового народа". Особым пунктом устанавливался порядок пользования этим достоянием: "Граждане мужчины имеют право пользоваться женщиной не чаще четырёх раз в неделю и не более 3-х часов... За бывшими владельцами (мужьями) сохраняется право на внеочередное пользование своей женой". Этот декрет хочется прочитать весь, трудно остановиться. "Каждый мужчина, желающий воспользоваться экземпляром народного достояния, должен представить от рабоче-заводского комитета или профессионального союза справку о принадлежности своей к трудовому элементу". Кто не достанет справку, будет вносить ежемесячно в казну тысячу рублей (декрет писался до того, как Ленин постановил упразднить деньги - то есть, внедрить, как он это называл, "прямой продуктообмен").

Часто забывают, а скоро, наверное, и знать не будут, что главное поражение коммунизм в России потерпел именно на этом фронте: не удалось упразднить брак и семью, не удалось узаконить и освятить авторитетом Маркса "свободную любовь". Закончилось, как помним, объявлением на весь мир с экрана, что в Советском Союзе секса нет вообще. Начиналось с лозунга: "Долой стыд", закончилось - "Секса нет". С этим поражением закономерно сравнима только неудача с "прямым продуктообменом". Правда, первое поражение явочным порядком признали где-то через полтора десятка лет, а второе - через семьдесят пять.

Пишет Григорий Фёдорович Положевец из Бердичева: "Ещё недавно мне казалось, что за долгие годы жизни (мне 75 лет, ещё работаю) я научился неплохо разбираться в происходящем в мире и вокруг меня. Но вот на днях произошло то, что глубоко взволновало меня, а главное - озадачило. Я навестил моего старого (буквально старого, ему 99 лет) знакомого, человека весьма порядочного, умного. Когда-то он преподавал в институте "Основы научного коммунизма", заведовал кафедрой марксизма-ленинизма. Мы давно не виделись, говорили о многом, и, конечно, о политике - сколько изменений произошло в мире и у нас в стране. Он спросил, кого из теперешних политиков в Украине я считаю наиболее приличными. Я назвал навскидку Мороза, Ющенко, Тимошенко. Моему собеседнику понравилось, что первым я назвал Мороза. Я не придавал значения последовательности, но он расценил это как предпочтение. Я пояснил, что мне ничего не известно о социалистической партии, возглавляемой Морозом, а о нём самом сужу исключительно по его виду на экране. На прощание мой товарищ дал мне для ознакомления с социализмом Мороза газету Житомирской областной организации его партии. На первой странице - текст гимна коммунистов "Интернационал". На третьей - большая статья "Ленин и современность". Не статья, а тоже гимн - гимн большевизму и его вождю. И вот я теряюсь в догадках, Анатолий Иванович. С головой у товарища Мороза вроде всё в порядке. Или товарищ Мороз не тот, за кого себя выдаёт? Разве он не знает, что его красные знамёна обагрены кровью жертв Ленина-Сталина?"

Господин Положевец высказал вслух то, о чём не задумывается большинство избирателей и что хорошо знает наука: их отношение к любому политику в огромной мере определяется не тем, что он делает и говорит, а тем, как он выглядит. Так что украинские поклонники Мороза не хуже и не лучше других. Но этот случай всё-таки особый. Очень уж он положительный с виду, недавний герой Положевца. Называет себя левым центристом, защищает "трудящихся", проникновенно осуждает власть. Более того, принят со своей партией в Социалистический интернационал - туда, где самые благообразные "розовые" партии всего мира! Но вот газеты его партии и те, что его славят, - нет, конечно, не от корки до корки они красно-коричневые, не от корки до корки ленинско-сталинские, не от корки до корки - гитлеровские, но местами - да, по-настоящему ленинские, по-настоящему сталинские, по-настоящему гитлеровские. И вдобавок ко всему, в духе времени, - скабрёзные, "блатные". А вождь, да - сама благочестивость, демократическая благочестивость... Спасибо за письмо, Григорий Фёдорович! Сделать такое признание, какое вам, кажется, далось без всякого труда, может только человек, наделённый большим даром непредвзятости, в первую очередь - к самому себе. Трудный это случай для Украины, ваш бывший "кумир". Ведь подавляющее большинство голосующих за него не поклоняются ни Ленину со Сталиным, ни, тем более, Гитлеру. Это обычные, то есть, доверчивые, беспредельно, бывает, доверчивые, люди...

Вообще говоря, всё, что успели узнать о себе демократические общества с тех пор, как стали таковыми, может сильно озадачить восторженного демократа "с улицы" бывшего Советского Союза. Тут и власть денег, тут и влияние моды, и тирания политической рекламы, и склонность масс к самовнушению. От свободного и сознательного волеизъявления, кажется, ничего не остаётся... Если простого человека вся правда о демократии может только озадачить или огорчить, то правителей стран, где проживают основные слушатели радио "Свобода", эта правда может вводить - и вводит - в соблазн, в грех. Очень уж хочется подправить неразумную волю избирателей - действительно неразумную подчас, а то и опасно неразумную! Дай волю сторонникам того же Мороза из числа тех, кто пишет и вещает, - и ленинизм-сталинизм, гитлеризм и блатная "феня" зальют все экраны. А не давать воли не позволяет конституция. Вот и вертись, власть, почёсывай в затылках, мировая общественность...

Из Геническа пишет Жижкин Евгений Софронович: "Многие события прошлого удостаиваются равноценного внимания, но я не могу этого сказать о Карибском кризисе. Правда, для меня, как и для многих непосредственных участников, не было никакого кризиса, а было самое настоящее начало третьей мировой войны. С нашей стороны эта война была тщательно подготовлена не только материально-технически, но и политико-психологически. На каждом занятии замполит вдалбливал нам: первая мировая война - и на карте появилось одно могучее социалистическое государство, Советский Союз, вторая мировая - и на карте уже целый лагерь социалистических государств. Так что ещё один удар по мировой капиталистической системе, и наступит коммунизм на всей планете. И вот Родина доверила нам привести это в исполнение. Наша подводная лодка загрузила в свои ракетные шахты не одну хрущёвскую "кузькину мать", а целых три. И вот мы уже в шестидесяти милях от берегов Кубы, в точке старта этих "матерей". В этой точке мы находились больше суток. Прямая связь с Москвой. К пуску всё готово. Но нашему командиру, капитану третьего ранга Зотову так и не пришлось показать американцам "кузькину мать". Поступил приказ лечь на обратный курс. А иначе был бы я соучастником убийства не одного или двух человек, а миллионов. И, как большинство членов экипажа, об этом даже не подозревал. Вот что значит современная война. Главные исполнители могут просто ничего не знать. Много сказано и написано, как начинались мировые войны, но, по-моему, очень мало - как мировые войны предотвращались. Тут пока больше вопросов, чем ответов. Жижкин Евгений Софронович".

"Президент Чечни Кадыров убит нашими российскими спецслужбами", - сообщает нам Нина Викторовна (не буду называть её фамилию и адрес). Вот так. Не "я думаю" или "мне кажется", а просто: "убит нашими российскими спецслужбами". Этим отличается обыкновенный потребитель теле-, радио- и печатной продукции от тех, кто её производит. Те, кто её производит, пусть и не всегда, утруждают себя какими-то розысками, сопоставлениями фактов, обоснованиями своих предположений, - Нине Викторовне это не приходит в голову. А о том, что приходит ей в голову, она пишет на "Свободу" не как-нибудь, а с глубочайшей уверенностью и "со слезами на глазах". Такими словами заканчивается письмо: "Со слезами на глазах Нина Викторовна" такая-то. Есть в этом письме и о Путине: "А Путин никогда не уйдёт с поста "Президента" (в кавычках, но с большой буквы), так как если он уйдёт, то его может ожидать трибунал".

Я привёл это письмо к нашему разговору о демократии - об этом гадком, но лучшем из устройств известного назначения, которое предполагает участие в управлении не просто "и Нины Викторовны", а в первую очередь "Нины Викторовны" в миллионах "экземпляров", если вспомнить слово из декрета первого Самарского большевистского правительства.

Виктор Бутченко из Петербурга пишет о расползании "оголтелого национализма" в России, о прекрасном самочувствии фашизма. "В моём родном городе, в парке Победы (победы над фашистской Германией!) теперь регулярно собираются бритоголовые в камуфляже или чёрных рубашках со свастиками на рукавах. Неподалёку, у площади Конституции (!), на одном из домов несколько лет назад аршинными буквами был намалёван призыв: "Убей чурку!" Мимо проезжали машины милицейских чинов, районной и городской администрации. И что же? Убили, как и было написано. И не одного... Похоже, - продолжает Бутченко, - что этим не слишком озабочены ни в коридорах власти, ни на амвонах. С видом, будто эта мудрость исходит от внеземного существа, излагают что-то про "вертикаль власти", про "горизонталь власти", а в перекрестии этой "вертикали" с "горизонталью" - ребёнок, девочка, оказавшаяся на пути бритоголовой банды... Пожилые люди мне рассказывали, что перед войной в Ленинграде за слово "жид" забирали в участок. Языки укоротились в один момент. Да, тогда была диктатура. А это что, демократия, когда детей убивают за их национальность? Не надо бороться за дружбу народов. Надо просто заставить всех - всех! - выполнять законы против расизма. Кто это может сделать? Только государство. Будет "отмашка" сверху - будет и соответствующее воспитание".

Мне кажется, господин Бутченко, нынешний Кремль не даст такую отмашку. Он не в состоянии её дать. Такую отмашку может дать или диктатура вроде той, которую вы вспомнили, или серьёзная демократия. В России же пока нечто промежуточное. Эта промежуточность не в силах родить твёрдую государственную волю. Кроме того, вряд ли далеки от истины те слушатели "Свободы", которые считают, что наверху нет искреннего отвращения к расизму, явной убеждённости в том, что его место - за решёткой, я к нему. Фашизм в России осуждается для заграницы. Это общее мнение. На нижних ступенях, где всё решается, такие вещи отлично улавливают.

XS
SM
MD
LG