Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма


Пишет рабочий - молодой, но со стажем. "Говорите, что не верите, что зверям мяса не докладывают. Так это потому, что вы, во-первых, проживаете не в зоопарке, а во-вторых, вам-то наверняка накладывают и наливают по полной программе".

Про зверей я не припомню, чтобы что-то говорил. Это он, видимо, имеет в виду ту истину, что работнику платит не хозяин, а рынок, потребитель. Автор из тех, кто уверен, что если бы эти "эксплуататоры" имели совесть, то "эксплуатируемые" жили бы припеваючи. "Но кое в чём вы, Анатолий Иванович, что ни говори, всё же волокёте, - продолжает он. - Об этом свидетельствует ваша поправочка к Марксу - что не сам по себе интерес определяет поведение человека, а то, как человек его понимает. Вот уже три года, как я работаю на базе торговой фирмы. Поведение людей можно наблюдать, как в лаборатории. Вот я и не могу понять, каким интересом руководствуются экспедиторы, когда они, после того, как забрали товар, бросают пустой поддон под ноги. Себе под ноги, Анатолий Иванович! Это же и им самим мешает работать. Почему они упрямо не желают складывать поддоны в штабеля? И это не некоторые, а почти все, почти весь бывший Советский Союз, смею вас заверить".

Когда-то, сидя на брошенном под ноги поддоне и потягивая советский "сучок", мы похвалялись друг перед другом знанием того же Маркса, приводили его знаменитые слова, что социализм должен явиться только после того, как капитализм воспитает для него подходящего человека - привычного к дисциплине и порядку, не способного халтурить. Мы считали, что Ленин поспешил, что мы - не тот материал, который пригоден для социализма. Мы не могли сообразить, что добросовестность не передаётся по наследству, как цвет волос: исчезнет такой воспитатель, как капитализм, и люди опять окажутся на ветках. После войны один и тот же человеческий материал достался капитализму в Западной Германии и социализму - в Восточной. В Западной пошли складывать поддоны в штабеля, а в Восточной - принялись бросать их под ноги, некоторые до сих пор по привычке бросают.

А от мнения работников, что хозяева им недоплачивают, не отмахнуться при всём желании, особенно - когда работникам живётся действительно плохо. Не имеет значения, насколько верно это мнение. Наш слушатель Фарсобин очень кстати напоминает, что лучшие русские умы причину успеха большевиков нашли в конце концов вне категорий добра и зла. "Победа большевиков в гражданской войне, - пишет он, - это месть народа за многовековое рабство". Злом - за зло. Автор вспоминает свои беседы с одним делегатом Второго Всероссийского съезда советов - того самого, что провозгласил советскую власть. Юрист, выходец из крестьян, он стал большевистским комиссаром. "На мой вопрос, - пишет господин Фарсобин, - почему он примкнул к большевикам, этот человек ответил примерно так. Ненависть к помещикам вынудила его поступить на юридический факультет университета Шанявского, чтобы отстаивать жалобы крестьян". Да, народное недовольство не перестаёт быть страшной и, как видим, притягательной, воодушевляющей силой оттого, что оно не совсем, так сказать, грамотное и сулит тому же народу только ещё большие беды.

В прошлой передаче я читал письмо, автор которого задавал вопросы, на которые у него нет ответа. Среди них - такой вопрос: почему Россия склонна к тоталитаризму? "Вы отделались, - пишет мне в связи с этим господин Никонов, - словами, что у вас тоже нет ответа, но сказали, что знаете, чтО по этому поводу говорит наука, у которой, правда, нет единого мнения. Так что, трудно вам сказать, какое из этих мнений лично вам кажется наиболее убедительным? Среди ваших слушателей есть, конечно, люди, которые знают столько же, сколько вы, и даже намного больше. Но основную массу составляют не они, а мы, которые знают намного меньше (поэтому среди нас много таких, что уверены, что знают всё). Ориентируйтесь, пожалуйста, на них, на нас. Мы - основной потребитель вашей продукции".

Вы замечательно, по-моему, сказали, господин Никонов: знают мало, поэтому уверены, что знают всё. Мне кажется более-менее убедительным то объяснение России, которое даёт историк Сергей Соловьёв. Это - школьное объяснение, его часто повторяют. Открытая со всех сторон, Россия не могла не воевать. То защищайся, то нападай. Для этого приходилось обдирать, как липку, мужика. Свободного - не обдерёшь. Значит, надо держать его в неволе. Это бьёт по производству, ведь подневольный много не наработает. Он ропщет, он лукавит и разбойничает, от тягот и от наказания убегает куда глаза глядят. Так расширяется и расширяется государство. С огромным пространством не управиться без кнута и "ежовых рукавиц", а кнут и "рукавицы" стоят тоже недёшево - значит, обдирай мужика ещё больше. Отсюда всё: вечный деспотизм, вялость и жуликоватость населения, жгучее желание "всех поровнять". Ну, и сказки про скатерть-самобранку, и пословицы: "От работы кони дохнут", "Работа не волк - в лес не убежит". Почти заколдованный этот круг жизнь попыталась разорвать только в 1991 году. Сократить расходы на военные дела и на удержание немеряного пространства. И дать мужику свободу, чтобы он начал хозяйствовать как следует.

Время от времени нам пишет из Москвы одна молодая поклонница Милошевича. "Анатолий Иванович! - пишет она на сей раз. - Вы недавно читали письмо одного слушателя-демократа, в котором тот сожалел о кончине своего знакомого, политического оппонента. Вы сказали, что "красно-коричневый" никогда бы своего противника не пожалел. Только хотела вам возразить, но тут сама оказалась в таком положении. Я действительно не пожалела. Имею в виду Джинджича. Признаюсь, первое, о чем я пожалела - что это сделала не я. Второе - что слишком легкой у него была смерть! Скажете, я жестока? Но кто оплакивал Слободана Милошевича, обреченного на тяжелые муки в застенках гаагского гестапо? Кто оплакивал поруганную Сербию, народ, убивший самого себя? Если мне кто-нибудь докажет, что Слободан был преступником и злодеем, я сама свергну его с пьедестала своей души! Я вас уже спрашивала: в чем виновен мой Слободан?! Однако вам слабо было мне ответить. Все вы, демократические журналисты, боитесь вступать в словесную схватку с более или менее серьезным противником. Будете говорить о "бедных" албанцах? Но я вижу, что эти албанцы не только живы-здоровы, но еще и на захват Македонии их хватило. Ну, сможете объяснить, где я не права? С уважением последняя сторонница Президента Милошевича".

Девушка права - демократическому журналисту претит вступать в словесные схватки. Демократическая журналистика - это не журналистика идеологической борьбы. Демократический журналист и не подумает возражать человеку, который заявляет, что сербский народ убил сам себя. Хорош был бы я, если бы взялся доказывать, что международная тюрьма в Гааге - это не "застенки гаагского гестапо".

Письмо из электронной почты. О себе автор сообщает только то, что он Роберт. "Хочу заступится за американцев и англичан, хотя они, наверное, в этом и не нуждаются, - заступиться перед теми, кто пользуется плодами западной цивилизации и на нее же гавкает. Миротворцы! Я не знаю, по какой причине арабский юноша обвешивает себя взрывчаткой, тихо заходит в автобус, в котором едут израильские школьники, и через секунду превращает себя и их в кровавую груду мяса. Но я знаю, что это гнусно и бесчеловечно. Америка показала всему миру и мне лично, что если человеку создать определенные условия, то он может прокормить и себя, и многих вокруг себя. Я не знаю, какие доводы послужили причиной второй иракской войны. Возможно, те, о которых мы слышим каждый день, возможно, какие-то другие. Но я уверен, что США и Великобритания вступили в бой, которого избежать было нельзя. Меня учили в советской школе, потом - в советском институте, что коллективизация в СССР - это великое благо для крестьян. Но вот я увидел документальный фильм о голодоморе на Украине, услышал рассказ соседки, пожилой женщины, как в тридцатых годах, забрали и расстреляли ее отца, паромщика на Днепре. Сегодня те, кто совершал эти злодеяния, и их идейные последователи заступаются за иракцев. Опять борцы за мир во всем мире... Они борются за мир, а я почему-то вспоминаю свою командировку в Архангельск в 1980 году. В молочном магазине, за стеклом пустой витрины, на обрывке картонного ящика прочитал следующее: "Молоко продается по рецепту врача". В 1983 году у меня родился сын. Моя покойная теща с поныне здравствующей женой, сменяя друг друга, сутки простояли в очереди в специальном магазине для новорожденных в столице Советской Украины. По талону, полученному в ЗАГСе по месту регистрации ребенка, за советские трудовые рубли они стали счастливыми обладательницами импортного детского комбинезона", - пишет Роберт.

Хорошо думают слушатели радио "Свобода"! Девушка с рюкзачком, которая сейчас радостно кричит за мир на Вацлавской площади в Праге или перед Кёльнским собором, не имеет никакого отношения ни к голодомору тридцать третьего, ни к очередям восемьдесят третьего. Возможно, она никогда не слышала об этих событиях и явлениях. И всё же Роберт, по-моему, правильно вывел её родословную.

Письмо из Англии: "Уважаемый Анатолий Иванович! Я слушаю вас и уважаю ваше мнение на протяжении многих лет. К сожалению, не могу найти выражение вашей позиции относительно агрессии против Ирака. Вы думаете, они сошли с ума??? Владимир Пашин".

Не все из моих западных знакомых и друзей, в том числе американцев, за военные действия в Ираке. Я, господин Пашин, - за. Я в этом смысле настоящий советский человек. Чтобы быть в эти дни с Бушем, западному человеку требуется, на мой взгляд, чуть больше, чем обычно, здравого смысла. А советский человек может оставаться при том багаже, который всегда с ним. Кто-кто, а он знает, чтО такое иракские порядки и на что способны такие, как Хуссейн. Советскому человеку не обязательно читать доклады инспекторов ООН: что они там нашли, а чего не нашли. Советский человек знает и так: чего не нашли, то хорошо спрятано или ещё не изготовлено, но завтра будет изготовлено, если Буш дрогнет под напором "борцов за мир".

"Что можешь ты сказать о демократии Буша-Гитлера, - пишет мне Исмаил Ибрагим-Али. - Что можешь ты сказать о горе иракского народа и о моей ненависти и презрении к таким, как ты?".

О горе иракского народа, господин Ибрагим-Али, скажу, что оно избывно, преодолимо, о вашей ненависти - что она самоубийственна, о вашем презрении - что это не презрение, а растерянность перед современностью. Увязшая в песках древность, архаика обзывает вашими устами и демократию Буша. Древние верили, что побранить и проклясть врага - то же самое, что покалечить его или уничтожить. Современный человек не бранится, не проклинает, а ставит диагноз и намечает план лечения. То есть, он работает, трудится, а не шаманит.

Пишет молодой человек. Судя по имени, он тоже из мусульманского мира, но хочет остаться инкогнито: "Дегенерат, который вещает, что он за Хусейна, меня мало интересует. Зомби, который против Америки, меня интересует еще меньше, ибо его мозгов хватает лишь на эти слова. К своим единомышленникам я отношу людей, которые против войны. Но говорить сегодня вслух: "Я против войны", наверное, еще рано. В мире существуют садисты. И вообще, всё сложно. В наше время человек спрашивает себя: "Кто я? Откуда я? Почему я?" и не находит тех ответов, которые наполняли олимпийским спокойствием древних греков. Даже такое понятие, как любовь между мужчиной и женщиной, размыто до неузнаваемости: любят кого угодно, как угодно и когда угодно (и, любили, как выясняется, и раньше). Почему бы и нет... Такова уж наша судьба - жить в этом мире, вместе с иракцами и вместе с американцами, вместе с чеченцами и курдами, вместе с белыми и черными, пингвинами и амёбами, "белыми карликами" и "черными дырами", не зная, что из них есть добро, а что - зло, что нужно ненавидеть, а что - любить, кого бомбить, а кого мочить в сортирах. Интересно, Анатолий Иванович, вызывает ли у вас, человека, который почти в три раза старше меня, хоть какие-либо положительные суждения мои мыслишки".

Вызывает, молодой человек. Ваша растерянность - растерянность всё же современного человека. В отличие от растерянности автора предыдущего письма...

Ещё письмо из электронной почты, пишет Виктор Хасанов: "День добрый, уважаемый Анатолий Иванович! В Интернете наткнулся на вопрос радио "Свобода": какому источнику информации о ходе войны в Ираке вы доверяете? Я так полагаю (и надеюсь), что вне зависимости от моей информированности, США благополучно завершат начатое дело. Дай Бог, чтобы с минимальными потерями и в кратчайшие сроки. Отступать им никак нельзя, несмотря на весь вой, поднятый вокруг этого дела. Страшно подумать, что может начать твориться в мире. Эдак каждый тоталитарный хорек возомнит себя безнаказанным. Мне совершенно чужда позиция российских властей. Я не понимаю и большинства россиян, которые пекутся о проблемах Саддама больше, чем о проблемах России. У них самих под носом власти творят Бог знает что в Чечне. Все разгромлено до основания, число жертв не идет ни в какое сравнение с иракскими, плодят обезумевших военных, и эти моральные калеки, познавшие вкус крови и безнаказанности, переносят террор в остальную Россию. Ложь и цинизм стали нормой. Сначала разгромить все в Чечне, а потом, под предлогом восстановления, обворовывать казну! Вдобавок выясняется, что Россия, поборница международного права, втихаря, в обход любимой ею ООН, продавала в Ирак оружие. Становится понятным желание Кремля оградить Саддама. Остается надеяться, что в мире существует еще хоть какая-то справедливость, которая стараниями США восторжествует", - пишет господин Хасанов.

Пишет отставной таможенник из Москвы: "Не сочтите за весеннее обострение, только на днях пришла мне вдруг мысль: чьих мы будем? Посол Ирака на экране появляется намного чаще, чем президент России. Дикторы и ведущие откровенно радуются гибели каждого американского и британского солдата. Вот и подумал ... Слухи, что российское руководство назначено олигархами, ветеранами КГБ и "паханами", уже явно не актуальны. Только интересы Хусейна защищает оно сегодня. А вот миллиарды на антиамериканские провокации во всем мире - Хусейнова работа. Русские ворюги так денежками не кидались бы. Недаром у американского посольства в Москве собираются только несколько десятков маргиналов - несмотря на всю телерекламу. Протесты российских учителей и врачей такого "пиара" не удостоились. Всё думали-гадали - чьих мы будем? Хусейновских?!"

Автор следующего письма пишет о голосованиях, которые устраивают в эти дни российские телеканалы: "Голосов за тоталитарный Ирак всё же больше. Я усматриваю в этом недостаток мужского духа. Когда я служил в группе советских войск в Германии в начале восьмидесятых годов, то лично видел, как десяток чеченцев терроризировали 250 человек. Даже офицеры боялись этих чеченцев. Я не побоялся и получил сполна, но наградой за смелость мне было уважение сначала от чеченцев, а потом и от офицеров. Мы должны осознать, что трусость есть в нашей природе, так сложилось исторически, но я считаю, что мы можем искоренить это мерзкое свойство соответствующим воспитанием наших детей. Ухарство, бесшабашность - это, кстати, тоже связано с недостатком мужского духа, это всё компенсаторные проявления. Хотелось бы знать ваше мнение. Я живу в самостийном Татарстане недалеко от Казани. С уважением Анатолий".

Спасибо за письмо, Анатолий. Мне хочется думать, что я вас понял. То, что вы называете мужским духом, - это не что иное, как сильнейшее чувство собственного достоинства. Это порыв к свободе или плод свободы, лучший, самый сладкий плод свободы. Ухарство вырастает на другой почве. Просто замечательно, что вы напомнили об этом нашим слушателям. Ухарство знакомо и чеченцам. Наиболее мужественные из них не робеют говорить об этом суррогате мужского духа вслух. Ухарства не любит русская литература. Особенно не жалуют ухарей те писатели, которые нюхали порох, и нюхали как следует. Лев Толстой, например. Побеждают не ухари, а великие труженики войны, капитаны Тушины. Но вот ухарей среди партизан тот же Толстой описывает благожелательно. Может быть, это не случайно? Партизанщина восполняет ухарством недостаток не смелости, а выучки, профессионализма. Цивилизованность - это выучка. Так что, может быть, не так уж будет далёк от истины человек, который в споре с вами, Анатолий, скажет, что русским больше не хватает выучки, а не мужества, - выучки и опыта в самом широком смысле слова, демократической выучки, демократического опыта в том числе. Россия была порабощена кочевниками в то самое время, когда Англия входила во вкус Великой хартии вольностей! Вон когда англичане стали постигать права, которые в России не обеспечены до сих пор: жить где хочешь (попробуйте прописаться в Москве без взятки!), владеть собственностью и рассчитывать на правосудие. В России до сих пор никто - ни одна из десятков партий - не ставит на первое место лозунг: "Даёшь правосудие!" Ни одна... Разница такая громадная, что удивляешься, сколько всё-таки уже сходства. Самое большое сходство: россияне понимают, что закон должен быть выше произвола, выше обычая, выше традиции, выше отца с матерью - выше всего. Пусть не достигли этой высоты, но признают, что она стоит того, чтобы на неё подняться.

"Здравствуйте, многоуважаемый Анатолий Иванович! Здравствуйте, многоуважаемая "Свобода"! Давно и внимательно слушаю вас всех. Даже срок оттянул в Мордовии за вас, вышел из лагеря - еле ноги передвигал. Я плохо сплю. Часто просыпаясь, а потом несколько раз в течение дня я страстно, с великим напряжением, проклинаю Америку. Я проклинаю её землю, её людей, её города, и на коленях желаю ей всяческих бедствий. Мой адрес и фамилия изменены".

Мне кажется, этому человеку мог бы помочь один совет. Америку он ненавидит, но что-то же и любит, наверное. Что, если бы он попробовал так же страстно, с таким же великим напряжением, благословлять это "что-то"? Сон мог бы наладиться. Я знаю, что многие сочтут мои слова злым зубоскальством, но знаю и то, что по крайней мере несколько врачей и священников скажут, что это вполне дельное пожелание.

XS
SM
MD
LG