Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Русские амазонки

  • Елена Ольшанская



В передаче участвуют:

Елена НОВИК - доктор филологических наук, этнограф, РГГУ
Мария МИХАЙЛОВА - доктор филологических наук, МГУ
Наталья ПУШКАРЕВА - доктор исторических наук, постоянный представитель России во Всемирной федерации исследователей, изучающих историю женщин
Александпр КАМЕНСКИЙ - доктор исторических наук, РГГУ
Татьяна РОВЕНСКАЯ - кандидат филологических наук, литературный критик
Юлия ГРАДСКОВА - кандидат политологических наук, МГУ
Валерий ЕЛИЗАРОВ - доктор экономических наук, демограф, МГУ
Благодарность Ольге КАУФМАН и Михаилу СУББОТИНУ, США

Ведущий:

Амазонками называлось мифическое племя воинственных женщин, которые не допускали мужчин в свою среду и только иногда вступали с ними в непродолжительную связь для продления рода. Новорожденных мальчиков матери-амазонки либо убивали, либо отдавали отцам в соседние племена, а у девочек выжигали одну грудь, чтобы им легче было потом стрелять из лука. В ХХ-м веке бурно развилось женское движение - за равные с мужчинами политические и экономические права. Активистки равноправия сравнивали себя с древними амазонками. К концу столетия, достигнув заметных практических успехов, это движение приняло философское направление, требующее пересмотра роли женщин в мировой истории. Российский феминизм, расцветший сто лет назад, а затем запрещенный советской властью, вновь ожил в последние годы.

"Катерина! Ты - причина, что лишен мужчина чина! Был детина, стал скотина. Вот судьбина!" Эти шуточные стихи сочинил человек 18 века, один из первых российских академиков Николай Александрович Львов. Слова "мужчина" и "женщина", говорится в справочнике по русской грамматике, появились не ранее 16 века, с помощью суффикса "ин", который имеет две функции: отвлеченную (так образуется, например, слово "пошлятина") и собирательную ("скотина"). Во многих славянских языках и некоторых сибирских говорах до сих пор "женщина" является прилагательным ("пришли двоя женских, двоя мужиков"). "Бабе дорога от печи до порога" - говорит пословица. Была ли женщина действительно унижена, как это представляется сейчас, в традиционной, религиозной культуре, где не было "мужчин" и "женщин" в современном понимании, а были - "мужи" и "жены", "девы" и "отроки" ?

Елена Новик:

Есть целый ряд культур, которые на шкале существования человечества занимают девять десятых времени. Это культуры, идущие от палеолита, до недавнего времени почти везде существовавшие, сейчас мелкими островками живущие, так скажем, по краям ойкумены. Этнические культуры. Там над различением полов надстраивается вся социальная структура. Я занимаюсь непосредственно сибирскими народами, малыми народами, которые совсем до недавнего времени вели свой традиционный образ жизни. Конечно, сейчас он очень изломан влиянием европейской культуры, часто это имеет весьма трагические разрешения, поскольку случается так, что целый этнос, уйдя от своей традиционной культуры, не входит в современный мир. Чум, жилье - это целиком и полностью царство женщины. Ее престиж заключается в том, что к очагу может прикасаться только она. Охота - дело мужское, а обработка шкуры, шитье одежды - это прерогатива женщины. Причем, считается, что вся одежда, которую она сшила, это ее собственность. У нас есть представление, что на все, что сделано человеком, у них коллективная собственность, этим могут пользоваться все члены семьи, это верно. Но зафиксированы трагические случаи, когда женщина умирала и на ее могиле необходимо было оставить все то, что она сделала своими руками, и тогда на 60-градусном морозе вся семья оставалась, по сути дела, раздетой. Женщина не могла выйти замуж, пока не научилась шить. Об этом замечательные мифы существуют. Все вопросы, касающиеся дома, первое и последнее слово, не всегда громкое слово, не всегда конфликтное слово, но - никто не будет оспаривать то решение, которое принимается ею. При этом ей запрещено прикасаться к орудиям труда мужчины. Если она перешагнет через лук мужа или через копье мужа или через ружье мужа, оно не выстрелит или выстрелит так, что поранит человека.

Ведущий:

В начале 30-х годов группа ленинградских психологов отправилась в отдаленные районы Узбекистана, чтобы исследовать способность местных крестьян к абстрактному мышлению. Геометрические фигуры - треугольники, кружки, квадраты - неграмотные женщины воспринимали как картинки - гора, монета, рама. В то время, как недавно освоившие грамоту курсантки дошкольных курсов, колхозный актив, студентки педагогического техникума, показывали равные с мужчинами результаты. Однако при определении цвета пряжи неграмотные женщины сумели выделить в три раза больше оттенков, показав завидную способность к творческому мышлению. В отличие от образованных, они предпочитали такие определения, как цвет "испорченного хлопка", "цвет воды, когда ее много", "телячьего помета", "печени", "помета свиньи" и так далее.

Наталья Пушкарева:

В конце 11-го века при женских монастырях, прежде всего, в Киеве были образованы школы для девочек. Девочек там обучали не только азам арифметики и письма, но и другим ремеслам - пению, швению, вышиванию. Любопытно, что обучали основам риторики, основам космографии и иностранным языкам. Таким образом, окончившая подобную школу девочка, конечно, могла похвастать неплохими знаниями. Уровень образования в Древней Руси не могли не оценить западные короли и представители королевских семей, которые с удовольствием женились и брали в жены девушек из княжеских и боярских родов. Эти княжны, выйдя замуж, вели себя не так тихо и правильно, как предписывалось православной, и вообще, христианской моралью. Иногда они становились участницами всевозможных заговоров, смещений кого-то со своего трона. Поэтому, когда мы обращаемся, допустим, к истории Польши или истории Франции, Германии, мы находим немало женских имен, участниц всевозможных политических баталий. То есть, для такой женщины необязательно было занимать государственный пост, это было и невозможно, но через своих мужей или через каких-то приближенных лиц, "сердечных друзей", как это называлось в древнерусских летописях (речь идет о любовниках, конечно), они имели возможность воздействовать на политику в интересовавшем их направлении.

Александр Каменский:

Возьмем переписку Екатерины Второй с ее иностранными корреспондентами. Многие авторы еще в 19-м веке, когда об этом писали, отмечали льстивый характер тех посланий, которые посылали Екатерине такие люди, как Вольтер, Дидро, Гримм. Но при этом забывали о том, что та этикетность, культура этикета, которая в 18-м веке существовала, к их времени уже исчезла, и они просто этот язык воспринимали не так, как они восприняли бы его в иное время. "Записки" Екатерины - это такое своеобразное сочинение, которое было написано, в значительной степени, под влиянием французской традиции. Екатерина совершенно откровенно пишет о том, что она с самого начала жизи в России поставила перед собой задачу всеми силами понравиться мужу, понравиться императрице Елизавете Петровне, и всеми силами понравиться народу. Она знала всех придворных дам по имени, она знала, как зовут их болонок, она знала, когда у этих дам дни рождения, она посылала им подарки. Писала она по-французски, в то время по-русски мемуары почти никто не писал. Во всяком случае, опубликованных русских мемуаров в то время просто не существовало, поэтому ориентироваться было не на что, примера не было. А вот во Франции традиция эта существовала. Мемуары, как литературный именно жанр, существовали. И уже была написана "Исповедь" Руссо. Во-вторых, во Франции, в Европе того времени был чрезвычайно популярен женский роман. Мы знаем романы Дефо, например, "Роксана", мы знаем "Монахиню" Дидро, и так далее. Это были романы, написанные мужчинами, но от имени женщин, которые рассказывали довольно откровенно о своей интимной жизни, о любовных похождениях, о тех страданиях, которые они претерпели от мужчин, и так далее. Это была вторая традиция, на которую ориентировалась Екатерина. Очень показательно, что все редакции "Записок" Екатерины Второй заканчиваются на одном и том же - на перевороте 1762-го года, дальше она не продолжает. Потому что, в сущности, ее рассказ - переложение сказки о Золушке. Она рассказывает сказку о том, как она "сама себя" сделала императрицей. Как из никому не известной принцессы она стала императрицей великой страны. И вот этот мотив, что она сама себя сделала, был чрезвычайно характерен для Просвещения.

Ведущий:

Друг Екатерины, великий французский просветитель Жан-Жак Руссо писал, что "во всем, что не относится к полу, женщина равна мужчине; она обладает теми же органами, теми же потребностями, теми же способностями". Однако Руссо утверждал, что у женщин и мужчин разные добродетели: женщине следует быть стыдливой, хитрой, кокетливой, а мужчине - откровенным, прямым, добросовестным. Поэтому "общественное благо" (главная добродетель 18 века) может защитить только просвещенный мужчина. Мысли Руссо в том же веке оспорили в своих книгах англичанка Мэри Уолстоункрафт и француженка Олимпия де Гуж. Вторая, в разгар революции, под впечатлением казни французской королевской семьи, вокликнула: "Если женщина имеет право взойти на эшафот, то она должна иметь право взойти и на трибуну!" Эта фраза имела большой общественный резонанс, а через два года Олимпия де Гуж была арестована по доносу и казнена на гильотине.

Наталья Пушкарева:

Само слово "эмансипация" означает освобождение. Освобождение от чего и приход к какой свободе? Первая женская организация "Общество дешевых квартир" была создана в 1859-м году, это была организация, ставившая целью предоставление женщинам дешевого жилья для того, чтобы убежавшие от своей семьи и желавшие себя самореализовать в социальной жизни женщины могли бы найти работу и, соответственно, зарабатывать себе сами на хлеб. У истоков этих первых феминистских организаций стоял триумвират - Философова, Стасова и Трубникова. Все они были очень активными деятельницами, все они думали в широком смысле слова о решении женского вопроса не только в России и во многом ориентировались на некоторые западные образцы. Все они были обеспеченными людьми, они вкладывали свои собственные средства в обеспечение рабочих мест для женщин. То есть, они хотели дать возможность женщинам самим заработать - и в этом видели свою задачу. Дать не рыбу, а удочку.

Ведущий:

Результатом борьбы за женское образование и труд стало создание высших женских курсов в Москве в 1878-м году и в Петербурге в 1880-м, а затем и в других городах России. Однако, преподавание в университетах до 1917-го года было женщинам запрещено. Знаменитая русская женщина-математик Софья Ковалевская вынуждена была вступить в фиктивный брак, чтобы получить образование, а затем (не сразу) получила место профессора в Стокгольмском университете.

Наталья Пушкарева:

К 70-80-м годам 19 века вместе с переходом нашего общественного движения на какую-то иную ступень, представительницы феминистских организаций, как правило, оказывались связаны с различными буржуазными партиями. Одна из них - Ариадна Тыркова, которая была тесно связана с кадетами, даже была восьмой в списке (в случае прихода к власти кадетов, она должна была стать членом правительства), была очень умная, интересная женщина. Тыркова прямо писала о внешних маркерах, внешних показателях и знаках принадлежности к той или иной социальной среде. Она говорила, что, если мужчинам, для того, чтобы видеть в нас добропорядочность, нужно бархатное платье и шиньоны, то мы на это согласны, чтобы быть принятыми в их обществе и иметь там право голоса. Потому что, условно говоря, подстриги эти женщины волосы, как было принято в 60-е годы (вспомним мадам Кукшину у Тургенева), засунь в рот сигарету, они бы не были приняты в том приличном обществе. И в то же время, разумеется, появление женщины в мехах, в украшениях, скажем, на большевистской сходке выглядело бы, по меньшей мере, странно. Хотя здесь нет правил без исключений - Александра Михайловна Колонтай была как раз такой женщиной. Она принадлежала к дворянству, она никогда не отказывалась от тех украшений и той одежды, которые ей достались по наследству, и даже в таком виде выступала перед работниками и работницами и умела завоевывать аудиторию и массы. И в дальнейшем вошла в первое правительство большевистское, активное участие принимала в политической борьбе в 20-е годы, и так далее. То есть, она не подстраивалась под общую массу. В то же время, конечно, прическа, одежда, манеры поведения, всегда указывают на систему воззрений, а не только на повседневность, на то, что является идеальным и желательным для этого человека.

Мария Михайлова:

19-й век создал слишком идеализированный образ женщины. Если посмотреть на всю русскую литературу, то русские женщины на всем протяжении этой великой литературы выглядят сильнее, ярче, собраннее, сконцентрированнее, чем мужчины. Это как раз компенсация того, что, действительно, мужчинам чего-то, может быть, недоставало, то ли в культуре, то ли в своей собственной реализации. Когда мы вспоминаем Татьяну Ларину, то мы видим эту нравственную высоту, которой не достигает ни один герой. Это очень важно. Но такой образ женщин тоже не устраивал. Потому что быть идеалом - это и обременительно, и не нужно, и это не очень плодотворно. 20-й век принес нечто новое.

Ведущий:

Русская литература в 19-м веке искала пути спасения, пути выхода из кризиса. Роль идеала она отдала женщине, так как женщина - хранитель традиции, мать, возлюбленная, жена. Женщина может быть тоньше мужчины, крепче его, решительнее. Без женщины, без ее чувства правды, чистоты и способности принести себя в жертву, мировых проблем не разрешить. В начале ХХ века многие женщины устали стоять на таком высоком пьедестале. "Я звал тебя, но ты не оглянулась, Я слезы лил, но ты не снизошла. Ты в синий плащ печально завернулась, в сырую ночь ты из дому ушла", - стихи Александра Блока декламировали во всех гостиных русского Серебряного века. Сам Блок, кумир многих дам, не был счастлив в личной жизни. Писатель Михаил Кузмин однажды встретил его (Блок был тогда в расцвете славы) вечером на петербургской улице, "выходящим из кинематографа. Скучает второй день, как и я, звал его в "Вену", но он боялся запить и потом был в заметно рваных брюках. Довел его до конки..." (Дневник Кузмина, 5апр.1907г)

Мария Михайлова занимается историей женщин Серебряного века. Одна из ее героинь - писательница Лидия Дмитриевна Зиновьева-Аннибал, жена знаментого поэта Вячеслава Иванова.

Мария Михайлова:

Зиновьева-Аннибал была хозяйкой важнейшего салона в Петербурге, это знаменитая ивановская "башня". Она создала стиль ивановской "башни" - надевала хитон ярко-алого цвета, принимала гостей в гостиной, где не было мебели, а были подушки оранжевого цвета и оранжевые покрывала. Весь свет петербургской духовной элиты, даже не скажу - интеллигенции, а - элиты, от Бердяева до Луначарского - такие люди были в ее салоне. И все отзывались о ней восторженно, ее называли душой, Психеей этих ивановских сред. Но именно поэтому ей было трудно выйти за пределы того, что было предложено, а именно - роли хозяйки. Для Иванова она играла роль вакханки, роль менады, которая его вдохновляет, некоей музы, которая его призывает к творчеству. То есть, она должна была играть какую-то роль.

Ведущий:

Недавно Мария Михайлова опубликовала книгу сочинений Лидии Зиновьевой-Аннибал. Последний роман писательницы называется "33 урода".

Мария Михайлова:

Вся ситуация "33-х уродов" - это ответ и обращение к собственному мужу. Потому что до этого времени она полностью разделяла его взгляды на очень многие проблемы, в частности, на такую важную религиозно-культурную проблему, как воссоздание новой церкви на почве раскрепощения эроса. Идея Иванова была такова, что если двое людей безумно любят друг друга и полностью понимают друг друга, растворились друг в друге, то они не могут больше быть в индивидуальной связи, как бы замыкаясь от мира, они должны распахнуть эти створки, они должны впустить в этот круг интимной близости еще и еще людей. То есть, это должна быть какая-то соборная любовь. Она как бы полностью согласилась с этой концепцией, она согласилась с тем, что у ее мужа появится возлюбленный, это был первый его возлюбленный мужчина. Не очень там получилось, но по другим причинам. Тогда они решили, что, может быть, женщина будет более соответствовать той высокой, я повторяю, чтобы ни у кого не возникло ощущения, что это какие-то оргии на бытовом уровне, нет, это было все глубоко идейно. Но, тем не менее, когда была приглашена в качестве третьего лица Маргарита Сабашникова, произошел опять некий сдвиг. Потому что, во-первых, Маргарита Собашникова решила влюбиться в Вячеслава Иванова, она вышла из игровой ситуации, она влюбилась. Так вот, когда Зиновьева-Анибал пишет "33 урода", она по сути дела, обращает свой крик к Иванову, говоря о том, во что могут вылиться его эксперименты. На мой взгляд, подтекст этого произведения, его героиня-женщина, которая привлекает свою возлюбленную, а потом отдает ее миру, отдает 33-м художникам, которые искажают ее облик на портретах - это уже искусство, это несколько иное - но главная героиня, которая умирает, кончает с собой, это был прогноз Зиновьевой-Анибал относительно своей судьбы в кругу вот этих экспериментов Вячеслава Иванова.

Наталья Пушкарева:

Когда мы изучаем книги писательниц, мы видим, как женщины понимали идеалы или антиидеалы женственности и мужественности. Этот вопрос мало изучен - почему? Потому что нормы литературные заданы мужчинами. И причисление к первому или высшему ряду, к средней или к популярной литературе, которая не воспринималась интеллектуалами - все эти нормы созданы мужчинами. Сейчас новое направление в литературоведении - гендерное литературоведение - занимается изучением женских образов в женской литературе.

Ведущий:

Еще одна недавно открытая Марией Михайловой писательница той эпохи была не понята современниками - Анна Мар

Мария Михайлова:

Анна Мар - это псевдоним, подлинное ее имя - Анна Леншина. Она создала образ католички, которая соблазняет священника, желая, чтобы он нарушил свой целибат. Ее знаменитый роман "Женщина на кресте" даже до революции не смог появиться без купюр. Жертва женщины заменяет Христа, ее тело оказывается распинаемо на кресте страданий человеческих. Она вторглась в такую область, как мазохистические устремления женщины, она попыталась говорить о мазохистском комплексе женщины (ведь существует теория, что в проституции женщина хочет и стремится играть роль жертвы)... она попыталась задуматься об этом, но это ее, практически, вычеркнуло из литературы. Она изобразила женщину, которая жаждет избиения, жаждет унижения, терзаний физиосексуального свойства. Может, кому-то покажется, что художественно это несовершенно, но она одна из немногих, кто раздвинул не только тематические границы, но и вообще возможности допустимого в литературе и в культуре - в плане жестокости, в плане возможности описания извращений. Перед ней закрылись двери всех домов, даже домов родственников, она оказалась изгоем. Она покончила с собой в 1917 году и, как написали в ее некрологе, "мы знаем имя убийцы - это мужская критика".

Ведущий:

"Оказывается, что сочинения госпожи Вербицкой разошлись за десять лет в пятистах тысячах экземпляров," - ужаснулся однажды Корней Чуковский. "Раскрываю наудачу первый попавшийся библиотечный отчет и вижу, что там, где Чехова требовали 288 раз, Короленко 169, там госпожа Вребицкая представлена цифрой 1512. Откуда эти страшные цифры?" "Госпожа Вербицкая описывает самую толщу минувшей революции - эсеры, эсдеки, анархисты, аграрные поджоги, экспроприации, дважды распущенная Дума и вся черно-красная гамма российской политики. И на этом уныло двуцветном фоне выделяется повесть о том, как Маша Ельцова любила двух мужчин в одно и то же время," - ехидничал другой мужской критик той эпохи.

Юлия Градскова:

С ленинских лет принимались меры, провозглашались лозунги, как надо освободить женщин. Но большинство тех законов, тех способов организации женщин, не считались с равенством социальным. Я для себя так это сформулировала, что на уровне общества в публичной сфере женщина равна мужчине, но как только речь идет о репродукции, о детях, о быте, там статус женщины сразу изменяется, она из советской гражданки, равной мужчине, становится просто женщиной. Среди журнальных публикаций 20-х годов присутствует биография женщины, которая, несмотря на все преграды, добилась права обучения в школе офицеров. Вот это тоже еще один такой парадоксальный факт, на который внимание наших историков мало, по-моему, обращается. То есть, женщины в период гражданской войны участвовали в Красной армии в сражениях, добывали информацию - их было много, таких женщин, но, когда гражданская война заканчивается и встает вопрос о кадровом строительстве Красной армии, тогда женщины из этой армии фактически изгоняются. И вот женщина, Минская ее фамилия, которая, преодолев все преграды (она обращалась к Коллонтай и та ей сказала - зачем вам школа офицеров, мы найдем вам место при штабе), она обращалась к Троцкому, и ее, в виде исключения, взяли учиться в школу офицеров. Армия для Советской страны - ключевая работа, но такая карьерная возможность для женщины не предусматривалась.

Татьяна Ровенская:

Наше государство строится на очень сильном маскулинном стержне, маскулинной идее. Конечно, статус власти зиждется на мужчине, на сильном мужчине. Почему так популярны стали тезисы, пущенные в оборот Горбачевым о необходимости возвращения женщины в семью и, таким образом,о возвращении ей ее первоначального природного предназначения? Чтобы расчистить рынок труда, который в этот момент необходимо было расчищать, и был придуман этот ход, что женщине необходимо вернуть долг, который она заплатила государству, вернуть ее в семью. Этот лозунг был подхвачен, лозунг Горбачева, и очень широко развит. Тогда в средствах массовой информации, в первую очередь, в газете "Правда", появлялись статьи о том, от женщин на производстве страдает и производство, и семья, а от тщеславия женщины страдают в, первую очередь, ее дети, которые покинуты дома. Опять возникает миф о женщине-матери. То, что женщины были тогда феминистически неподготовленными, и позволило не заметить этой ловушки. В конце 1980-х начале 90-х годов у безработицы было женское лицо. 80% сокращаемых с предприятий были женщинами.

Юлия Градскова:

Существуют разные формы "патриархатных" систем, в том числе советская система в целом, тем более, в ее тоталитарные годы, когда она представляла собой систему патриархальную, которая, в конечном итоге, угнетала и дискриминировала и мужчин, и женщин. С одной стороны, на уровне социальном, женщина была уравнена в правах с мужчиной. И женщина и мужчина часто были представлены бестелесными и бесполыми существами. И те, и другие, уравнены и бесполы. А с другой стороны, женщина во всей пропаганде материнства, что мы можем проследить по закону о запрещении абортов в 1936-м году, в этом виде женщина как бы представлена максимально телесно, с полным представлением о ее половых признаках. То есть, самое главное - это репродуктивный аппарат и способность вынашивать, рожать детей и, таким образом, укреплять силу государства.

Ведущий:

В годы перестройки, когда закрывались предприятия и многие оказывались без работы, когда от человека потребовалась воля, инициатива, начали распадаться семьи. Женщины, сумевшие стать самостоятельными, и даже опередившие, в чем-то превзошедшие своих мужей, поняли, что могут обойтись без них. По примеру западных стран, в России появились независимые женские организации.

Наталья Пушкарева:

"Пол - это судьба," - говорил основоположник психоанализа Зигмунд Фрейд. Но в 60-е грозовые студенческие годы, я имею в виду, молодежную революцию 1968-го года во Франции, вот эта фундаментальная концепция была подвергнута сомнению. Революция 68-го года помогла родиться сексуальной революции, когда на повестку дня оказались поставлены вопросы пола, вопросы, которые ранее в публичном дискурсе не обсуждались. А, с другой стороны, эта же молодежная революция была основой и второй волны феминизма. Именно феминистки второй волны поставили перед исследователями, философами, которые осмысляли действительность, вопрос: не является ли эта концепция, концепция Ноева ковчега, как они выражались, о том, что весь мир разделен на пары, такой же научной фикцией, как и многие другие уже пересмотренные точки зрения. Речь идет не о том, что биологических различий не существует, а речь идет о том, что при наличии этих биологических различий, то, что касается социального проявления этих различий, то есть, того, как мы живем и действуем, согласно мужской и женской социальной роли, эти различия предопределены не нашей биологией, а культурно-исторически обусловлены. В 60-е годы была поставлена задача особого изучения вот этих так называемых "гендерных конструктов", "гендерных контрактов", от слова "гендер" - пол или род. Родившиеся тогда в 60-е годы сначала социально-половые исследования, они так тогда назывались, в 70-е годы стали постепенно превращаться в гендерные. Речь идет об исследовании гендерных норм, то есть, тех норм, которые общество конструирует, размышляя о мужчинах и женщинах, о том, как они должны себя вести и какие предписания выполнять. Изучении гендерных стереотипов, ибо речь идет о том, что нарушение гендерных норм есть нарушение определенных стереотипов. Мы ожидаем от мужчин и от женщин неких поступков, потому что каждый из нас исходит из стереотипов мужественности и женственности, которые существуют в каждой культуре и, конечно, исторически обусловлены. И, наконец, третья составляющая этих гендерных проявлений - изучение гендерного самосознания. Потому что каждый из нас на каком-то этапе начинает ощущать себя или мужчиной или женщиной. Как это происходит, каким образом? Как в дальнейшем проявляем мы себя как мужчина и как женщина, каким образом мы прописываем себя в своих повседневных поступках? Вот эти вопросы встали на повестку дня и социологов, изучавших социологию повседневности, и, конечно, историков.

Ведущий:

В 90-е годы молодые писательницы, выпускницы московского Литинститута, организовали группу "Новые амазонки". Вот (в сокращении) рассказ одной из них, Светланы Василенко, о том, как она стала феминисткой:

"Я родилась на Волге, в секретном ракетном городке, окруженном колючей проволокой. Отец мой был военным и мог быть именно тем человеком, который во время Карибского кризиса 1962 года мог нажать на кнопку, и весь мир был бы уничтожен. Много позже я спросила его - о чем они думали там, сидя в бункере, перед концом света? Он подумал немного и сказал: "Мы играли в преферанс"...Женщины же в это время спасали нас, детей, уведя далеко в степь, подальше от городка, по которому мог быть нанесен первый военный удар. Только одна воспитательница с восторгом кликушествовала, говоря нам, детям: "Вам выпало огромное счастье, дети, вы - ядерные заложники. Мы погибнем от первого ракетного удара. Дальше наши ракеты уничтожат за считанные минуты Америку, и мы, хоть уже и мертвые, станем героями". В темноте мы шуршали фантиками из-под шоколадных конфет и ели, давясь, мандарины, которые нам дали в виде сухого пайка. Одна воспитательница вдруг задумалась и сказала, что мы можем спасти мир, если будем повторять слово"замри"...

Татьяна Ровенская недавно защитила диссертацию о новой женской прозе.

Татьяна Ровенская:

Образовав в 1988-м году литературную группу "Новые амазонки", писательницы нашли форму, которая позволила им выйти к читателю, выйти на читательский рынок, завоевать на нем свое место. В принципе, этот коллективный проект подготовил почву для того, чтобы уже к концу 1990-х годов уступить место индивидуальным проектам. Обвиняли же их в том, что пишут они "бабью прозу", что никому не интересна их "женская психопатология", что это "гинекологические откровения", и так далее.

Мария Михайлова:

У нас ощущение, что русский феминизм - это общественное движение, это борьба за равные права, за возможность получить образование, все это само собой разумеется. Но у нас есть фантастический документ, на который никто не обращал внимания, у нас есть документ эстетического феминизма. Зиновьева-Аннибал в 1904-м году написала рецензию на роман жены Мориса Метерлинка известной актрисы Жоржет Леблан "Выбор пути". Она увидела в этом романе необходимость для женщины полюбить свой пол. Она сказала, что чувство это должно выражаться в нежной жалости к себе и одновременно в обожествлении собственной красоты. При этом, она впервые осмыслила роль красоты в феминизме, сказав, что эта красота может явиться условием идейного объединения женщин, и это объединение женщин повлечет за собой раскрытие "доброй красоты всех вещей". Вот, мне кажется, эта сторона абсолютно забыта в современном феминизме, вот этот способ объединения на почве каких-то гуманистических и эстетических идеалов. Другое дело, что это, наверное, почти недостижимо. И приведу один пример: Зиновьева-Аннибал попыталась это осуществить на "башне" Вячеслава Иванова, собрала далеко не интеллектуально неосведомленных своих подруг, там были жена Блока, Любовь Дмитриевна Менделеева, там была Маргарита Сабашникова, они должны были одеваться в красивые одежды, приносить написанное ими, читать друг другу вслух. Было всего одно собрание, было все скучно, неинтересно, пришла какая-то учительница народной школы, которая вообще не поняла, зачем это женское собрание, по-моему, у нее возникли какие-то странные ассоциации. Единственный раз, больше никогда не собирались.

Юлия Градскова:

Феминизмов много. По подсчетам американских исследователей, кто-то насчитал их несколько десятков. Я могу реально назвать штук шесть-семь разновидностей понимания феминизма: психоаналитических феминизм, экологический феминизм, радикальный феминизм, постколониальный феминизм и так далее. Если подумать, можно назвать еще несколько типов. И как бы все они говорят о проблеме взаимоотношения полов, все они говорят о дискриминации женщины, о патриархатной системе. Но дальше начинаются различия.

Валерий Елизаров, демограф:

Я думаю, что феминизм уже выполнил свое историческое предназначение, борьба за равноправие женщин с мужчинами, уже принесла какие-то свои плоды. Мне кажется, что сегодня продолжение этой борьбы в том виде, с теми целями, которые декларировались раньше, может приводить только к обратному результату. И феминизм может не только раздражать тех, кому не нравятся высказывания каких-то наиболее активных и агрессивных феминисток. Мне кажется, сегодняшний подход к оценке того, что уже сделано и что можно сделать дальше, должен опираться на новые идеи, которые, мне кажется, по крайней мере частью феминисток поддерживаются. Это идеи гендерного равенства. Я присутствовал в Думе на "круглом столе" на презентации проекта закона, это было несколько месяцев назад. Он, по-моему, так и назывался - "Законопроект о равных правах, свободах и возможностях мужчин и женщин". Вот это, мне кажется, очень важно. Там были выделены проблемы, казалось бы, не только женские, но и касающиеся мужчин тоже. Например, служба в армии или хрестоматийная проблема, о которой много говорят, что после разводов преимущественно дети остаются с матерью, а не с отцом. Кроме этих двух проблем, все остальные проблемы вообще не рассматриваются теми, кто говорит о гендере. Мне кажется, что тут гораздо больший спектр проблем. Это и проблемы гендерного неравенства молодежи, возможности выбора профессии, возможности получения образования. Например, сама служба в армии в том виде, в котором она есть сегодня, она ведь очень сильно отбрасывает назад тех молодых людей, которые идут служить в армию не добровольно, а по закону об обязательной воинской повинности. И многие из них, возвращаясь из армии, не могут найти себе какого-то адекватного применения в гражданской жизни. Поэтому, когда обсуждается закон об альтернативной воинской службе, о контрактной службе, мне кажется, здесь должен быть услышан не только голос женщин-матерей, которые не хотят своих сыновей отпускать на воинскую службу, но, я думаю, что все общество, и мужчины, и женщины, должны быть заинтересованы в том, чтобы эта проблема приближалась к какому-то нормальному, цивилизованному решению.

Татьяна Ровенская:

Феминизм очень активно задействует мужчину. Он обращен к мужчине в первую очередь, единственное, что, опять-таки, не многие пока готовы это услышать, но, тем не менее, те, которые обратились к феминизму и разделяют идею о том, что каждый индивид в обществе и в культуре имеет право реализовать свои возможности, свои таланты, свои способности максимально полно и объемно, он разделяет эти взгляды. Почему сейчас так активно развиваются, помимо женских, исследования мужчин, где мужчины хотят по-новому увидеть и понять свое место в обществе? Потому что ситуация, которая сложилась с мужчинами, гораздо более серьезна и сложна, чем даже, например, с женщинами. Потому что женщина маркируется как дискриминированный субъект, и ее задача, в первую очередь, перестать быть дискриминированной. Мужчина, который занимал доминирующее, главенствующее положение в обществе, получил совершенно другой комплекс проблем, с которыми самому справиться без нового осознания себя именно через свой пол он, наверное, не в состоянии.

Валерий Елизаров:

Говоря о современной демографической ситуации, многие употребляют не слова демографический кризис, а слова демографическая катастрофа, не веря в то, что из этого кризиса, как из любого кризиса, может быть выход, выход в какую-то стабилизацию, выход в какой-то рост. Начиная с 1992-го года у нас в России ежегодно число умерших превышало число родившихся. Ситуация очень необычная, необычная особенно для мирного времени. И отличается от развитых стран еще и тем, что при рождаемости почти равной, такой же как в развитых странах, мы имеем смертность значительно большую. И как результат этой высокой смертности, низкая продолжительность жизни мужчин. Если в развитых странах разница продолжительности жизни мужчин и женщин составляет примерно пять-семь лет, то у нас сейчас в последние годы где-то в интервале 12-13. Огромный разрыв. Но в общем-то, он был и в предыдущие годы, до всяких реформ, до всяких перестроек. Потому что еще в 60-годы этот разрыв составлял примерно около девяти лет. И в конце 60-х годов появилась знаменитая статья в "Литературной газете", называлась "Берегите мужчин". Это была первая статья, где официально в открытой печати были опубликованы данные об огромной разнице в смертности мужчин и женщин. Чем эта разница, прежде всего, характеризуется? У детей эта разница есть, но она не столь велика, у старших возрастов тоже, а вот у возрастов от 20-ти до 60-ти эта разница достаточно высока и в некоторых возрастных группах достигает четырехкратной величины, то есть, в четыре раза смертность у мужчин выше, чем женщин, в три-четыре раза выше. Это огромная потеря трудоспособного населения, огромные экономические проблемы для государства, и это огромные потери демографические, психологические потери для семьи. Потому что многие женщины вдовеют раньше положенного природой срока, остаются одни. И, практически, в старших возрастах перевес женщин из-за такой высокой смертности огромен. В старших возрастных группах у нас - женское общество.

Ведущий:

"Когда ты тенью в ученическом платье выступила из тьмы номерного углубления, я, мальчик, ничего о тебе не знавший, всей мукой отозвавшейся тебе силы, понял: эта худенькая, щупленькая девочка заряжена, как электричеством, до предела, всей мыслимою женственностью на свете. Если подойти к ней близко и дотронуться до нее пальцем, искра озарит комнату и либо убьет на месте, либо на всю жизнь наэлектризует магнетической, влекущейся, жалующейся тягой и печалью. Я весь наполнился блуждающими слезами, весь внутренне сверкал и плакал. Мне было до смерти жалко себя, мальчика, и еще более жалко тебя, девочку. Все мое существо удивлялось и спрашивало: если так больно любить и поглощать электричество, как, вероятно, еще больнее быть женщиной, быть электичеством, внушать любовь!"

Это - фрагмент из романа Бориса Пастернака "Доктор Живаго", образец, говоря языком современного феминизма, "мужской прозы". Гендерные науки преподают сегодня в вузах, на их основе издают трактаты, насыщенные философскими терминами - "дискурс", "парадигма". Парадигма - это нечто, существующее в собственной системе координат, по своим законам, не подчиняющееся законам других "парадигм", и использующее свой собсвенный язык понятий - "дискурс". Развитое феминистическое движение и есть одна из "парадигм" современного общества.

Мария Михайлова:

Мне кажется, что все-таки до настоящего времени мы не можем говорить о силе феминистского движения в России. Трудно сказать, определяется ли это особенностью страны. Я думаю, что, как это ни странно, все-таки наследие социокультурного прошлого подспудно мешает объединению женщин. Действительно, в женских содружествах неожиданно возникает большая конкуренция, чем в мужских, хотя, казалось бы, мужчины всегда строят карьеру. Как-то мне не хочется в этом сознаваться, но у меня какое-то грустное подозрение, что женщина все равно видит себя глазами мужчины, и поэтому она так или иначе проводит свою линию, желая выиграть его в какой-то битве. И поэтому женщина всегда очень настороженно относится к своей подруге, в которой она подсознательно, ни в коем случае не осознавая этого, начинает видеть соперницу. И это мешает, наверное, содружеству женщин. Потому что те содружества, которые есть, они почему-то становятся, действительно, содружествами неинтересных и плоских женщин. Когда женщина становится более яркой и выдающейся, она начинает ревниво относиться к такой же выдающейся, яркой женщине рядом с собой.

Татьяна Ровенская:

Я думаю, что большинство женщин являются феминистками, но они себя боятся так называть. "Я не феминистка, но..." - вот эта формула звучит постоянно. К чему стремится современная женщина, даже та, которая не называет себя феминисткой? Наверное, к партнерским отношениям. Партнерские отношения и в семье, и на работе, которые основываются на возможности диалога и возможности быть услышанной, выслушать другого и в сотворчестве найти дальнейшие пути выхода из кризиса.

XS
SM
MD
LG