Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма


Письмо из Самарской области: “Уважаемая "Свобода"! Ваши корреспонденты давно работают на Северном Кавказе и хорошо знают людей. Я прошу связать нас с небольшой семьей чеченских беженцев любой национальности, которые остались без крова и надежды на будущее. Наша семья снимает однокомнатную квартиру. У нас маленькая дочка и большая собака. Моей зарплаты хватает "на хлеб с маслом". Мы готовы принять семью из 1-3 человек на первичное пропитание с условием, что люди настроены искать работу (поможем) и жить самостоятельно. Раньше я работал в интернате для беспризорных детей, состою в общественной организации помощи детям”. Автор этого письма – учитель информатики, не называю его, поскольку он писал не для эфира.

Пишет Никольский Александр Сергеевич: "Недавно я был у своих старых знакомых в одном бывшем закрытом институте ("ящике"). Ныне он влачит жалкое существование. Лучшие кадры разбежались, прочие отбывают рабочие дни на мизерной зарплате, почти ничего не делают, пьют убогий чай, злословят. Обижены, озлоблены. Стены обшарпаны, полы грязные, оборудование растащили. Я живо вспомнил, что было здесь еще лет 15 назад: как было чисто и ухожено, как бурлили производственные собрания и политсеминары, как распределяли праздничные наборы и льготные путевки… В таком раю пребывал и я. А теперь спросите меня, что, собственно, производила вся эта бурная работа. Боевые отравляющие вещества, средства их доставки на территорию противника. И к восьмидесятым годам произведено этого добра было столько, что можно было уничтожить всё живое на Земле несколько раз. На уничтожение всего живого на Земле работали эти милые люди - и бесятся, что им пока не позволяют продолжать, всё громче поминают покойного Рохлина, который требовал вернуть военно-промышленному комплексу всё, что тот имел при советской власти. Глядя на запустение в этом "ящике", я вспомнил одно стихотворение Некрасова, называется оно "Родина". Прочитайте, Анатолий Иванович, вслух хотя бы концовку.

И с отвращением кругом кидая взор,
с отрадой вижу я, что срублен тёмный бор –
в томящий летний зной защита и прохлада, -
и нива выжжена, и праздно дремлет стадо,
понурив голову над высохшим ручьём,
и на бок валится пустой и мрачный дом,
где вторил звону чаш и гласу ликований
глухой и вечный гул подавленных страданий.


Из Сочи пишет Иван Иванович Звездарёв, инженер-строитель: “Уважаемый Анатолий Иванович, мы с вами на разных идеологических полюсах, но бывают события в жизни, когда противники во взглядах объединяются, видя горе безвинных людей. Сегодня это происходит в Чечне, и мы с вами должны объединиться. В своё время я работал в Северном Казахстане. Там мне приходилось встречаться с чеченцами и ингушами. В тяжелейших условиях изгнания они мужественно переносили все невзгоды, сберегая в себе лучшие черты своего народа: трудолюбие, благородство, смелость, оставались щедрыми и открытыми ко всем, кто видел в них людей. Приносить в жертву принципу неделимости России чеченский народ преступно. Виновные в развале СССР причинили нашим народам горя, слёз и крови больше, чем маленькая, но стойкая Чечня”.

Не думал я, Иван Иванович, что Чечню можно защищать и таким доводом. Люди ваших взглядов говорят, что горбачевское руководство должно было использовать всю силу, которая была в его распоряжении, без колебаний принести в жертву принципу неделимости Советского Союза сначала прибалтов, за ними – армян, если бы соблюдалась известная нам очередность национальных бунтов, далее - грузин, да, между прочим, и тех же чеченцев.

Письмо из Берлина, отправлено 11 марта: "До чего же противно, что и вы активно подключились к кампании лжи. Убежден, что в Чечне нет геноцида (даже в том смысле, в каком Зюганов обвинял Ельцина, имея в виду его отношение к российскому народу). Там есть гибельная якобы любовь к своему многострадальному народу со стороны кучки эгоистичных фанатиков. В ожесточенной борьбе гибнут человеческие существа с обеих сторон. Это в высшей степени прискорбно. Но есть выражение: "сыпать соль на раны". Тем и занимался Бабицкий. Позвольте не поверить, что и вы лично восхищаетесь головорезами – в буквальном смысле этого слова. Вы, понятно, не прочтете моего письма. Неизвестный".

И правильно сделаете, если не поверите, господин Неизвестный, но огласил я ваше письмо из-за "соли на раны". Точно передано состояние тех, кому не хочется слышать о вещах, которые нарушают их покой. Я думаю, в таком состоянии Путин и дал команду "изъять" из Чечни Бабицкого.

"Я слушала вас больше 20 лет, - пишет из Нижнего Новгорода Цендровская Елена Владимировна. – Слушала еще сквозь грохот глушилок, еще подростком, записывая в тетрадку имена диссидентов. Я воспитана вашим радио. Вы были моими собеседниками, учителями и друзьями. Я любила вас и готова была подписаться под каждым вашим словом. Всё изменилось в последние полгода. России был дан Путин. Впервые в жизни я не в оппозиции к власти. Впервые с уважением и любовью смотрю на моих генералов и моих солдат, на моё правительство и моё ФСБ. И впервые я поняла, вернее, почувствовала, что такое враг и предатель. Олицетворением этих понятий для меня стал Бабицкий. Я слушала все его чеченские репортажи с нарастающим недоумением, неприятием и отвращением. Я молила Высшие Силы, чтобы его настигло возмездие. Я счастлива, что оно свершилось. И теперь хочу вам сказать: я не позволю вам унижать и оскорблять мою страну и моего Президента. Тем самым вы унижаете и оскорбляете меня. И потому вы – мои враги. И потому я отторгаю вас и не верю больше ни одному вашему слову. И потому испытаю удовлетворение и радость, когда вас вышвырнут из Москвы, из России, из эфира моей страны. Прощайте. Цендровская Елена Владимировна. Город Нижний Новгород, улица Володарского, дом... квартира..."

Прощайте, Елена Владимировна, вы написали примечательное письмо. Когда человек так сильно вдруг полюбит власть, он тут же найдёт кого-то, от кого её надо защищать. Любовь без ненависти не ходит - во всяком случае, любовь к вождю, к "органам", как в сталинское время в народе назывались спецслужбы. В речах на торжественных собраниях можно было услышать: "сталинские органы", "наши славные сталинские органы". Любовь к вождям и к их "органам" никогда не оттеняется ненавистью только к врагам. Должна быть и ненависть к предателям. Это – обязательно. Любовь ведь предполагает и ревность, а врага не ревнуют. Подозревать в неверности можно только кого-то из своего стана. Елена Владимировна, сказав, что она впервые поняла, что такое враг и предатель, не зря уточняет: " почувствовала". Таков закон любви. На поиск врага и предателя нас отправляет чувство. Разум тут не нужен, он ведь может удержать нас от этого предприятия.

"Пишет Вам Козлов Михаил Александрович. Мне сорок лет, я родился и прожил все эти годы в Луганске. Работал слесарем-сборщиком 6-го разряда, потом в клубе туристов и альпинистов, официально тоже слесарем. Не знаю, что это была за передача, когда я включил приёмник. Объявили ваш выход. Дословно процитировать не могу, я не магнитофон, но смысл следующий. "В Чечне Россия противится неизбежному, это неизбежное постигло все империи, а значит Россия противится своей судьбе". Это так мило. Вы открыто высказываетесь о необходимости исчезновения моего Отечества. Получается, что, когда милейшие ребята типа Басаева с оружием в руках пытаются разрушить моё Отечество, они борются с империей за свою независимость, и поэтому молодцы. А мы, россияне, кому такое положение вещей кажется не самым нормальным, страдаем имперским сознанием. Как турист я побывал во многих регионах России, начиная с таких исхоженных и домашних, как Кольский полуостров и заканчивая такими, как Якутия и Земля Франца Иосифа, старался понять людей, там живущих. Дураков встречал, а вот людей с имперскими взглядами что -то не припомню. Мне кажется, что ваша радиостанция поступает не совсем верно, понося Россию и всячески оправдывая наших недоброжелателей как в Чечне, так и на Украине,в Прибалтике. Дело не в осуждении и критике, ибо моё Отечество заслуживает и того, и другого, а в вашем тоне. Басаевцы, бандеровцы, латышские легионеры СС - это всё милейшие ребята. А вот российские солдаты - это всё мародёры, пьяницы, убийцы мирных жителей. Есть и пьяницы, есть и убийцы, и дураки, наверное, тоже есть. И мне как русскому стыдно за таких типов. Я считаю, что им место в тюрьме и в больнице. Но, Анатолий Иванович, может быть и у других народов, и в других странах встречается нечто подобное? Мы многим обязаны Западу, нам оказывают помощь, начиная с технологий и заканчивая банальным продовольствием. Любой нормальный человек должен испытывать чувство благодарности. И в то же время нам отказывают в праве на существование нашего Государства, мы - империя и прочее… Вы увидели, что с приходом Путина вам придётся отдохнуть с вашими ожиданиями неизбежного в судьбе всех империй. Может быть, теперь не только я, но и другие россияне, слушая вас, протрут мозги и вспомнят, что у нас тоже есть свои национальные интересы, за которые нужно бороться. Так что говорите, Анатолий Иванович, говорите!”

Так уроженец и житель Украины Козлов Михаил Александрович борется этим письмом за национальные интересы России. Я никогда не говорил и не скажу, что Россия распадётся или что мне хочется, чтобы она распалась. Говорил и говорю, что не знаю, что с нею будет, но, если ей суждено распасться, а она этому сейчас противится, то распад будет более болезненным, чем мог бы быть. Я также никогда не говорил и не скажу, что распад России – это, по-моему, хорошо или плохо. Говорил и говорю, что не знаю, хорошо это будет, если будет, или плохо: поживём - увидим. В таких случаях ты, конечно, обречён на то, что не все поймут тебя правильно. Нам пишут разные люди. Нам пишут люди, которые уверены, что Россия распадётся и что это будет хорошо. Пишут и люди, которые уверены, что это будет плохо. Пишут люди, которые считают, что Россия не распадается и что это будет плохо. Пишут и люди, которые думают, что это будет хорошо. Приятнее же всего читать письма от людей, которые ни одну из этих точек зрения не считают преступлением. Не скажу, что таких писем много, но они есть.

Письмо из Петербурга: "Законы наши не имеют отношения к жизни. Они либо попираются – теми, кто обладает властью, либо обходятся – теми, кто не обладает властью. Попытка ввести разделение властей не нашла поддержки у населения (думцы, да и вообще депутаты в его глазах -дармоеды), но зато вызвала раздражение исполнительной власти, которая в конце концов приватизировала большую часть парламента. Может быть, и лучше, чтобы таким материалом манипулировали… Я очень люблю радиостанцию "Свобода". В России сейчас можно удовлетворить многие потребности, дефицита в советском смысле нет, но дефицит правды есть. Опять торжествует имперская тенденция под видом заботы о "государственной целостности", а в подкладке – ксенофобия, презрение к нацменьшинствам, зависть. Появилась новая единица измерения лжи – один Ястржембс. К сожалению, Запад очень уж терпимо относится к действиям нашего правительства. Единственная надежда моя основывается на том, что эффективной может быть только сталинская удавка, а организовать сталинскую мясорубку у них не хватит сил. Хочу довести до вашего сведения реакцию одного человека на братание фракции Путина в Думе с коммунистами. Это молодой, инициативный, работящий человек, мелкий предприниматель-строитель. "Мне стало не по себе. Где-то внутри возникло чувство опасности", - сказал он. Если будут глушить "Свободу", этого, кажется, не перенести. Вещайте для нас как можно больше, иначе некоторые из нас могут задохнуться. Сагайдакова Наталья Георгиевна". Приписка: "Не успела отослать письмо, как услышала, что Бабицкого "обменяли". Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! А еще говорят, что надежда умирает последней. Моя надежда умерла, а я - пока нет". Письмо было начато 31 января, отправлено, как я понял, 11 февраля.

А 18 февраля отправила своё письмо Светлана Николаевна Потопалова: "Радиостанция "Свобода" превратилась в центр антирусского творчества. Историю с Бабицким раздули до государственного масштаба. Чует собака, чьё мясо съела. Когда он появится, то должен предстать перед судом. А может, он и смотался из-за боязни суда? Какое, простите, хамское отношение у вас к нашей власти! Любое заявление наших руководителей (Путина, Рушайло и других) игнорируете и искажаете. Знаю, что убедить, пронять вас не смогу, но знайте, что не все такие, готовые бросить ком грязи в своих же, не понимая, что рикошетом попадают в себя".

По российскому закону, Светлана Николаевна, любой задержанный властями человек имеет право сразу же связаться с близкими и адвокатом. В этом было отказано Андрею Бабицкому, сотням узников концлагерей в Чечне, в этом отказывают каждый день по всей России тысячам обыкновенных, мелких и крупных, правонарушителей, точнее, подозреваемых в правонарушениях. До государственного масштаба, по нашему мнению, надо раздувать каждый такой случай, а не только случай с Бабицким. Вы не разделяете это мнение. Закон рикошета, однако, таков, что на месте Бабицкого в любой момент можете оказаться и вы, и кто-либо из ваших близких. Из ваших слов, конечно, не следует, что вы готовы к такому повороту своей судьбы. Но вопрос, готовы ли вы к такому повороту, напрашивается.

Из посёлка Хомутово Орловской области пишет Руденский Владимир: "Я давно слушаю "Свободу", до сих пор считал её свободной радиостанцией. Я пастух, слабо разбирался в доводах ваших корреспондентов и политологов, но теперь понял, что они по характеру - как мои собаки. Мои собаки берегут моих овец днём и ночью потому, что я хорошо их кормлю. Ваша редакция и Бабицкий делают всё, чтобы облаять хорошо исполняющего обязанности президента Путина В.В. Объясните им, что Гитлер тоже пытался оставить нашу страну без каспийской нефти. Мы, простые люди, понимаем, к чему клонит нас Запад, наши коммунисты, демагоги разных мастей типа Бабицкого, правозащитники в свой карман, космополиты без рода и племени, без чувств и без времени. Я уверен, что это моё письмо вы читать не станете, но это ваше дело. После Чечни Путин наведёт порядок в Москве и в России. Кое-что хорошее уже есть, но он бессилен перед партноменклатурой, боится новой революции. К сему Руденский".

В первые десятилетия советской власти быть приверженным к своему роду-племени считалось зазорным. Это был признак отсталости. Сразу после победы над гитлеровской Германией ополчились на Запад, принялись клеймить низкопоклонство перед Западом. В низкопоклонстве обвиняли ученых, литераторов, музыкантов, в первую очередь, еврейского происхождения. Тут-то и решено было опереться на чувства, которые столько лет искореняли. Новых "врагов" назвали безродными космополитами, людьми без роду-племени. Подразумевалось: не нашего роду-племени, не славянского.

Пишет розничный торговец из Московской области: "У нас страдная пора. Кругом на заводах выдают зарплату, пенсионерам выдали все, что только можно, моя выручка растет, доллар падает под натиском рубля, короче, бизнес процветает. Одна мыслишка портит настроение - после прошлых президентских выборов пенсии не давали месяца три, а зарплату задержали на полгода. Что будет в этот раз?” На свою страну автор этого письма смотрит, как он пишет, “сквозь призму розничной торговли”, и то, что он замечает, по-моему, интересно: “Устроена у нас очередная рекламная кампания сигарет Мальборо. Стали клеить на пачки цветные полоски, которые нужно отрывать и куда-то там отправлять, чтобы выиграть призы от фирмы. В итоге продажа Мальборо сократилась у меня вдвое: наш народ пачки с полосками не берет, говорят, подделка, на настоящем Мальборо таких полосок нет. Мальборо - сигареты недешевые, и по идее те, кто их курят, должны немного соображать. Но оказывается, имущественным цензом дураков не отфильтруешь… Открылся новый вид патриотизма - водочный. У меня в продаже несколько водок Кабардино -Балкарии и Северной Осетии. Продукт дешёвый и вполне сносный. Так вот, некоторые демонстративно отказываются покупать эту водку, называя ее "подарком от Дудаева". Не кажется ли вам, что это отражает суть всего нынешнего "патриотического" возбуждения, особенно того, что в Думе? Вы-то, наверное, уверены, что посланец брянских рабочих в Думе знает, что Кабардино-Балкария и Чечня – это две большие разницы, а Северная Осетия и Чечня – две очень большие разницы. А вот я не уверен, что это знает даже Зюганов… С этой водкой чуть не потерял мысль, которая следует из сигаретной истории. Западный трюк, когда каждые полгода выпускается новая версия шампуня с наклейкой "NEW!", у нас не проходит. У нас "тот самый чай - тот самый вкус" (и правда, этот "чай со слоном" отлично продается, несмотря на посредственное качество и явно завышенную цену). Поэтому-то и берет свои голоса КПРФ, что бы они там в программе ни писали и в думе ни вытворяли - ведь электорат их пьет "тот самый чай", курит "ту самую “Приму” с правильной надписью на пачке" и голосует за "ту самую партию".

"Уважаемый господин Стреляный! Убедительно прошу вас никогда не говорить в рекламных объявлениях о своих передачах "по средAм", но только – "по срЕдам". Слышать такое совершенно невыносимо для русского уха. И почему-то именно эти слова звучат на вашей радиостанции особенно часто. Прошу вас также передать мою просьбу другим ведущим и дикторам русских передач "Свободы". Владимир Александрович Брюгген, писатель, литературный критик".

У меня сложные отношения с ударениями, Владимир Александрович, и ваше письмо в первый момент заставило меня покраснеть, но потом я полез в "Словарь ударений", а там все-таки "по средАм".

XS
SM
MD
LG