Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма


Письмо из Курганской области, пишет господин Назаров: "Один из ваших слушателей сказал в прямом эфире: "Пока евреи в правительстве, добра не жди". Услышал я это и горько заплакал от жалости - нет, не к себе, мне в августе получить малую часть зарплаты за май - дело привычное, а к гражданам Израиля. У них-то, бедолаг, и президент - еврей, и премьер - еврей, и все министры - евреи, а ихняя Госдума до того евреями кишит, что и Думой себя назвать не хочет, а называется каким-то кнессетом. Вот я и думаю, что бедные израильтяне зарплату лет 10 не получают. Что еще можно ожидать от сплошных евреев у власти?"

"Уважаемый холуй! - так обращается ко мне Анатолий Единицын. - Часто слушаю твои передачи и сразу объясню, почему. Ты городишь всякие вымыслы, тебя подпирают твои единомышленники, но слушать тебя приходится, потому что больше слушать нечего серьёзному человеку! Вот читаешь ты со злобой и злорадством документы прошлого, а того не можешь понять, что люди сравнивают и видят: нынешняя "демократическая" действительность в тысячу раз хуже".

Обычно, господин Единицын, пишут: в десять раз, в сто. В тысячу - ты первый... Продолжаю твое письмо: "А главное, ты не можешь понять, что история своими фактами говорит нам: учитесь, учитесь видеть тенденцию, а тенденция такова, что сотни тысяч лет люди стремятся к справедливости, то есть, к равенству. Чтоб всем было хорошо. Вот ты обязательно возразишь (ты ведь должен что-то возражать): всем хорошо не может быть. Но народ тебя не поймёт. А это что означает? Что список на Ленине не кончится. Победа социализма неизбежна. Было только две попытки, но на ошибках учатся, третья будет еще удачнее: не 72 дня, не 72 года, а 72 столетия! У тебя выход один, как и у всех твоих коллег, единомышленников и хозяев, - отдать всё награбленное на строительство детских домов. Не знаю, хватит ли у тебя мужества прочитать это по радио, но многим мой совет пригодился бы. Единицын Анатолий".

Должен сказать тебе, господин Единицын, что ты, пожалуй, прав, народ (ни один народ!) никогда, наверное, не согласится, что всем хорошо не может быть. Оно неистребимо - желание, чтобы всем было одинаково хорошо или, что одно и то же, одинаково плохо. Народная жажда справедливости или, в переводе на все языки, зависть есть, как говорит наука, величайший двигатель истории. Хочешь власти - обещай справедливость. Если сам при этом веришь каждому своему слову, как, например, Лукашенко, непременно победишь. Кончишь, конечно, плохо, но это - потом. Так что, прав ты, господин Единицын, потребность в справедливости так глубоко коренится в человеческой природе и так терзает её, что каждый день удивляешься одному обстоятельству, а именно тому, что уже целый миллиард людей на Земле живёт - и очень неплохо живёт - при таких общественных условиях, которые не позволяют всех поровнять, и каждый день вспоминаешь мудрого австрийца, который заметил, что если бы люди сознательно выбирали капитализм, они его никогда не выбрали бы, - утвердиться он мог только сам собою, независимо от воли людей, они стихийно на протяжении столетий отбирали порядки, которые их больше всего устраивали, отбирали-отбирали, и в конце концов вышло то, что называется обществом свободного предпринимательства.

Александр Петрович Метрохович требует от нас "навести порядочек" на ОРТ - на Общественном российском телевидении. Порядочка мы не можем навести нигде - ни в России, ни в любой другой стране, но само по себе письмо показалось мне интересным, прочитаю из него. Да, пишет Александр Петрович "от имени и по поручению всех граждан города Светлогорска". Читаю: "С девяти утра до девяти вечера реклам не давайте - ни перед показом фильма, ни во время показа, народ всё равно не смотрит - выключает телевизор на то время, что вы шуруете рекламу. Кому это надо? Не умеете вы экономить денежки. Реклама интересна тогда, когда народ берёт её на заметку и после осуществления её имеет от этого пользу и удовольствие, а то, что вы показываете, - волосы там или ненавистных девах, женщин и мужиков, - это только народ раздражает в плохую сторону. Народ злой. Дайте ему что-то смешное, пользительное и двух-трёхразовое, но не вечное. Вечное надоедает, и народ не выдерживает, выключает, никто не смотрит".

Ох, Александр Петрович! Если бы не смотрели, так и не показывали бы, о рекламе это приходится говорить точно. Ни копейки не расходуется зря! Показывают только то и тогда, что и когда смотрит наибольшее количество зрителей. Прочитаю ещё чуточку из вашего письма, это для меня новое, противники рекламы обычно не высказывают таких пожеланий, наоборот, они сурово осуждают всё такое: "А вот дайте плэйбой, секс, эротику, вот это дело, и то не часто, а так, раз в неделю. Что, у вас нет такого? Ну их, эти моющие средства, зубы немецких кобыл, кому это надо? Противно слушать и видеть, да еще таких гадких фригидных баб показывают. А почему не показать красоту, да ещё голенькую?"

Скоро, Александр Петрович, очень скоро вы сможете выбирать себе всё, что захотите, техника развивается быстро, еще чуть-чуть - и даже целые кинокартины сможете сами для себя сочинять, не поднимаясь с дивана. Счастья это зрителям не прибавит, но скучать не будут. Пожелаете, чтобы Санта-Барбара, к примеру, улетела на Луну со всеми своими "богатыми, которые плачут", и бедными, которые смеются, - и полетит, в тартарары - полетит и в тартарары.

"Пишет вам обыкновенный скотник Солонина Николай Андреевич. Улицы нашего села завалены растительными остатками и всевозможными отходами, практически превращены в зловонное болото, не высыхают даже летом, только вонь усиливается. Никто ответственности за это не несёт, сельский совет бездействует. Местные жители такой быт считают нормой, у многих и во дворе такое же творится. Как в этом плане обстоят дела в Америке? Какие виды наказаний существуют в Америке за аналогичные поступки? Буду очень рад услышать ответ по радио "Свобода".

Не называю села, из которого пришло это письмо. В Америки тоже можно попасть (а лучше не попадать, держаться подальше) в городской район, где не всё блестит. Люди живут, как хотят, как привыкли, как им нравится - свобода ведь. Но в большинство американских поселений, конечно, чистота. Люди поддерживают её не за страх, а за совесть. Так они устроены. Существуют и очень жесткие правила, за нарушение которых полагается штраф, в тяжелых случаях и тюрьма. Например, бумажные отходы нельзя смешивать с пищевыми, стекло - с жестянкой и так далее. Для каждого вида мусора - отдельная ёмкость, стоять она должна на бетонной подушке. Я лучше знаю немецкоязычный мир, так вот, в немецких городах есть особая полицейская должность - в течение всего своего рабочего дня человек снуёт по улицам и следит за чистотой, выявляет нарушителей, беседует с ними, иногда штрафует. Зануды и придиры на этих должностях еще те! Да, еще есть особые мусорные сыщики, поистине "мусора" - специалисты по мусору, выброшенному в не положенных местах. По обрывкам всяких квитанций и чуть ли не по запаху находят виноватого, и тогда пощады ему не дождаться.

Воспоминаниями о первом годе своей службе в Краснознамённом Северном флоте, на корабле седьмой оперативной эскадры, делится Игорь Каховский из Херсонской области, бывший шахтёр: "В одну из недель, при полном моём повиновении "дедам", мне дали спать 45 минут. В неделю. Избивали ежесуточно. Пища на неделю - украденная буханка хлеба всухомятку. Пресная вода на корабле для "салаг" была чудом. Доходило и до ножа. Мне повезло, я выжил, но хватало и тех, кому не повезло. Каждый день я вижу вокруг себя тех "дедов" - не тех самых, а знакомый мне по службе человеческий вид. Иногда беседую с ними. Говорят: "Прибалты без нас сдохнут, мы им всё давали. Поляки загнутся. Чурки всё равно к нам прибегут, никуда не денутся". Спрашиваю: "Если у нас всё было и всё есть, если мы всё всем давали, если мы всем так необходимы, то почему они все при первой же возможности от нас рванули в сторону Запада?" Ответ - о коварстве Запада. Один уточнил: "Это американцы, сволочи, всех обдурили". - "Это как же?" - "Они нашу экономику подорвали". - "Да как же это? А почему мы им экономику не подорвали? У нас же всё для этого было: желание, ненависть, энтузиазм, мы были сознательные - даром работали, субботников, воскресников было хоть отбавляй. На шахте воскресенье объявлялось днём повышенной добычи. И всего мы больше всех в мире выпускали". На это - такой ответ: "Это оттого мы больше всех всего выпускали, что мы такие дурные были". - "Но я вас спрашиваю не о том, почему мы всего больше всех выпускали, а почему при этом не подорвали экономику американцев, а они нашу - подорвали?" Ответ: "Потому и не подорвали, что дурные".

Хорошо изучены такие патриотизмы, как казённый, "квасной", вы, Игорь, своим письмом внесли, спасибо вам, вклад в изучение "блатного" патриотизма. Он, кстати, хорошо представлен в Думе, уже и в её руководстве, с ним "ручкается", обменивается мнениями новый президент. Прежний брезговал...

Письмо из Литвы, пришло по электронной почте: "Помню, в 80-е годы стали устраивать "Телемосты". Был один такой телемост: Вильнюс и какой-то город в Швейцарии, не то Цюрих, не то Берн. И вот какой-то швейцарец, заметив в советской публике солдата, спросил его, что он делает в армии. Тот ответил очень серьёзно, как перед строем, что в составе Советской Армии выполняет интернациональный долг в Афганистане. Швейцарец спросил, не собирается ли Советская Армия выполнить интернациональный долг в Швейцарии. Солдат растерялся. Советский ведущий (не помню кто) криво усмехнулся".

Готовилась Советская Армия, готовилась и в Швейцарии выполнять свой интернациональный долг, хотя далеко не все советские люди верили в это. Одни были убеждены, что Советский Союз войны не желает, а просто держит порох сухим, чтобы в любой момент дать отпор "империалистическим силам во главе с Соединёнными Штатами Америки". Другие считали, что Советский Союз готовится - и правильно, мол, делает - нанести этим силам упреждающий удар, чтобы покорить весь мир, но, естественно, скрывает свои подлинные цели. Третьи от вторых отличались тем, что не считали покорение мира благородной целью. Кое-кого из первой партии - из людей, веривших в миролюбие Кремля, заметно смущало, когда они слышали "из-за бугра", что военные расходы Советского Союза уже сами по себе свидетельствуют о его захватнических планах, что не может думать только об обороне страна, где больше 80 процентов промышленности так или иначе работает на войну, где в мирное время люди стоят в очередях за колбасой и туалетной бумагой.

"Прошу ответить мне честно, не считаясь с мнением потенциальной аудитории. Предвижу возражения, особенно среди духовного сословия. Как известно, в советские времена в стране велась широчайшая научно-просветительская работа во всех средствах массовой информации. Все мы были достаточно наивны, полагая, что вместе с социализмом уйдёт только всё плохое, а всё хорошее останется: например, просвещение народа, отказ от пропаганды религиозных верований. А что мы видим и слышим? Путин рядом с каким-то церковным чинушей крестится в храме. Это он вместо того, чтобы создавать трезвое, мощное, жизнеспособное светское государство, в котором господствовал бы разум, а не суеверия. Просветительская работа среди населения свёрнута полностью. Но что мы тогда выиграли, разрушив прежнюю систему? Консолидирующее свойство религии никогда не направлено на чисто религиозные цели. Пресловутая икона и топор всегда под рукой. На наших глазах воспитывают новое поколение готовых на всё ради "веры, царя и отечества". Прошу вас высказать своё мнение. Режьте правду-матку, не жалейте ничьих ушей".

Письмо написано на машинке, но подписано не то что неразборчивой фамилией, а закорючкой. Не уверен я, что то, что скажу, можно будет назвать правдой-маткой. Это будет скорее пропись, а не правда-матка. Широчайшая антирелигиозная пропаганда в Советском Союзе велась потому, что этим занималось государство, в чьих руках была печать, школьное дело, высшие учебные заведения. Всё это хозяйство управлялось по-военному - приказами из центра, ослушание каралось. Допустим, сама по себе широчайшая антирелигиозная пропаганда - дело хорошее, и его следовало сохранить. Но для этого пришлось бы сохранить советское государство. Другого способа не существует. Люди, у которых есть крупные, выстраданные, очень им дорогие мысли, предложения, не любят думать о способах. Да, то, что автор называет "просветительской работой среди населения", действительно свёрнуто в России полностью. А как развернуть-то? Указом президента? Постановлением правительства или Думы? А что делать с теми, кто считает, что должна быть развёрнута противоположная - не антирелигиозная, а религиозная - просветительская работа, кто верует в Бога (или в нескольких) и желает нести свою веру в народ? Вот этого вопроса: "А что делать с теми?.." особенно не любят. Потому, собственно, и о способах не задумываются. Всякое размышление, всякий разговор о способах продвижения в жизнь таких крупных замыслов, как антирелигиозное или наоборот, религиозное воспитание населения, обязательно упрётся в этот вопрос: что делать с несогласными, с инакомыслящими, с теми, у кого тоже крупный замысел, но противоположный?

Из Германии, из Ростока, пишет бывшая жительница Кабардино-Балкарии: "Взрывы домов в Москве и в других русских городах я рассматриваю с точки зрения, что в любом преступлении нужно искать того, кому оно выгодно".

Не хочу читать вслух, кому эти преступления выгодны, по мнению, вернее, по самому твердому, какое только может быть, убеждению этой слушательницы. Такие письма освежают в памяти историю человечества - сколько беды принесла всеобщая уверенность, что преступление совершил тот, кто извлек из него пользу или кажется, что извлёк. Вся демократическая юриспруденция, все современные судебные порядки постепенно выросли из смутного беспокойства людей, что что-то тут не так. Виноватым-то всякий раз оказывается не кто угодно, а только тот, кто нам не нравится. Не нравится Путин - значит, взрывы выгодны ему, им и устроены. Не нравится Хаттаб с Басаевым - значит, взрывы выгодны им, ими и устроены. Не нравится "американский империализм" - значит, взрывы устроены американским империализмом... И только закон - писаный закон зрелых демократий - говорит то, о чём человеческая совесть догадывалась со дня творения: взрывы устроены не теми, кому они выгодны или могут быть выгодны, а теми, кто их устроил. Кто их устроил - вот кого надо искать.

Письмо из Сочи, фамилию автора не называю, хотя он очень нас хвалит, мы для него, что называется, свои. "Город продан армянам, - пишет он. - Они повсюду: на рынках, в санаториях, в магазинах и скоро, наверное, их будет больше чем всех остальных. Держат цены, все дорого. Шашлык на пляже стоит столько же, сколько килограмм мяса.

В ресторанах только папуасы, проститутки, сутенеры, бандюги и наркоманы . Хорошо, что хоть природа радует и вдохновляет. Я недавно звоню самым богатым людям города: "Помогите Максиму, школьнику - хорошо учится, талантливый мальчишка, без отца, мать получает всего 170 рублей - бросают трубку". Союз солдатских матерей постоянно возит в Чечню сыновьям: белье, обувь, пищу, сигареты, воду и боеприпасы. Матери собирают больше, чем все бизнесмены Сочи вместе взятые. Вот такие, Анатолий Иванович, у нас дела, даже не верится. Говорят, при коммунистах было лучше. Да, но это хамелеоны, никуда они не делись - стали бизнесчиновниками, все при хлебных должностях, коттеджах, иномарках.Вцепились, как шакалы в окроваленную, ими же раненую Россию. Как вам моё письмо? С искренним уважением Александр Сергеевич".

Ума не приложу, чем мы заслужили расположение этого слушателя. Недорабатываем... Он расист, а мы не расисты, для него пустой звук, а для нас не пустой - то, что в российском паспорте нет строки для обозначения национальности гражданина по кровному признаку, он недоволен, что Россия принимает на жительство нерусских, а мы довольны, для нас убедительны выкладки тех российских специалитстов, которые говорят, что Россия для собственного блага должна всасывать в себя хотя бы раз в двадцать больше человеческого материала со всего мира, чем всасывает сейчас, что для успешного хозяйственного освоения даже густонаселённых районов страны там должно проживать вдвое больше народу, чем сейчас, он понимает, а мы не понимаем, почему сочинские предприниматели должны заниматься снабжением (даже боевым!) российской армии в Чечне.

Есть ещё письмо из Сочи - по следам завершившегося курортного сезона - тоже о высоких ценах и, соответственно, о плохих людях, об армянах, прежде всего, которые держат эти цены, думают только о наживе, а на отдыхающих простых тружеников им наплевать. И тоже автор - наш давний слушатель и почитатель, уверен, что говорит с нами на одном языке. Конечно, хороший человек к наживе не стремится. Конечно, к наживе стремится только плохой человек. Но тут вот какая вещь. Советские люди были хорошие люди, очень хорошие люди. К наживе не стремился никто. И что же? В магазинах было шаром покати, дошли до того, что хоть ложись и помирай. Тогда было позволено наживаться. Часть советских людей сразу испортилась, мгновенно, были-были хорошими - и вдруг стали плохими, кинулись наживаться и не знают удержу уже почти десять лет. И что же? В магазинах всё есть, дорого, но не дороже денег, дороже денег не стоит ничто, разве что доброе слово. Мораль сей басни такова. Чтобы хорошие люди не померли с голоду, рядом с ними должно быть известное число плохих, то есть, тех, кто стремится к наживе, всё время что-то предпринимает для этого - потому и говорится: предприниматель, там купит - здесь продаст, здесь устроит мастерскую, там - завод, то дорогу примется мостить, компьютер выдумает и пошел их клепать...

Сильно меня озадачили эти два расистских письма из Сочи, сильно! Расизм - в подкорке. Человек не подозревает, что на свете есть не расисты. Он уверен, что мы думаем, как он, что по-другому могут думать разве что армяне, а мы просто "для политики" скрываем свои взгляды. Да, видимо, в этом дело. Он не подозревает, что здравые люди могут думать не так, как он, что нам может быть совершенно безразлично, в руках какой нации сочинская торговля, и никогда не поверит, что нам всё равно, в руках какого племени торговля в Нью-Йорке, Риге, Сиднее, Киеве, Праге или Аддис-Абебе.

XS
SM
MD
LG