Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма


Письмо от молодого человека из Сум: "У меня к вам созрел серьёзный вопрос на засыпку. Как вы, поборник демократии, относитесь к восстанию декабристов? Если бы вам пришлось выбирать, на чью сторону вы бы тогда стали? Имеет ли демократия право применять насилие в борьбе с диктатурой?" Это письмо хорошо прозвучало бы в передаче для школьников, но у нас такой нет, хотя подростков среди слушателей "Свободы" немало. Думаю, что я сочувствовал бы декабристам. Они ведь хотели освободить крестьян, в что такое крепостное право, я знаю не понаслышке: сам, в детстве, был крепостным человеком колхоза "Червона Украина". Мать так и говорила: "сталинское крепостное право". Напоминаю, что в книжные магазины Москвы поступила моя книга "Ваши письма на "Свободу". В ней собраны выдержки из передач "Ваши письма" за последние годы.

"Пишет вам ваш верный слушатель Александр из Екатеринбурга. Я давно уже заметил: вы скептически относитесь к комунизму как к явлению ужасному. А мое мнение такое: хоть горшком называйте, только в печку не ставьте. Поясню, что это значит. Народу (мне, и думаю, что и вам) вообше неважно, кто им управляет: демократы, комунисты, либералы - все едино. Народ хочет жить хорошо и неважно, кто ему это обеспечит. Поэтому он, народ, голосует за любого, кто обещает ему лучшую жизнь. А какое ваше мнение по этому поводу?"

Здесь тот случай, Александр, когда моё и чьё бы то ни было мнение не имеет никакого значения. Каждый день, каждый час нашей быстротекущей жизни нам показывает, что людям, народам отнюдь не всё равно, кто ими управляет. Кто-то голосует за демократов, кто-то за коммунистов... Я не знаю народа, который голосует, как вы пишете, "за любого, кто обещает ему лучшую жизнь". Лучшую жизнь действительно обещает любой, кто рвётся к власти, но за одного голосует большинство, за другого - меньшинство, а за третьего - единицы. И очень редко (даже в России с её зачаточной демократией) большинство голосов собирает тот, кто больше обещает.

Лина Ивановна из Костромы: "Здравствуйте, Анатолий Иванович! Вы - всего лишь рядовой в информационной войне против нашего народа. Слушая вас, я представляю себе кривую лошадь, ходящую по кругу и качающую воду. Социализм - всего лишь один из этапов в истории российского общества, устроенного по законам банды: на самом верху - пахан, при нём - воры в законе, а вокруг и ниже - холуи всех мастей. На любом этапе для пахана закон не писан, все воры в законе холопски (из страха) преданы ему и изуверски жестоки (от безнаказанности) с нижестоящими, а народ вечно обдираем и рабски пассивен от безысходности. В 1917 году была попытка вырваться из этого порочного круга, но у народа, попавшего из грязи в князи, не хватило ни ума, ни опыта для этого. Всё свелось к расправе над богатыми за многовековое унижение, а потом - к построению очередного бандитского строя. Мы, россияне, грешники, а вы - падший ангел в нашем аду, танцующий на гробах наших отцов и дедов, на краткий миг попытавшихся что-то поменять в этом страшном мире".

Я понимаю слушателей, которые, когда я читаю такие письма, как это, да и предыдущее, уже криком кричат: "Сколько можно толочь воду в ступе ?!" или качать её, подобно слепой лошади, с которой сравнила меня Лина Ивановна. Понимаю и тех, кто говорит, что толочь и качать её придётся вечно, поскольку мечта о рае на земле неистребима. И всё же: мечта - мечтой, а дело - делом. Дело не в том, Лина Ивановна, что одни - неопытные грешники, а другие - опытные бандиты. Дело в том, как устанавливаются цены: сами собою или начальством. При социализме - начальством. Такая цена ничего не говорит, во что обошлось изделие, нужно ли оно потребителю. А раз вы не знаете, чтО во что обходится и чтО нужно потребителю, вы не можете рачительно хозяйствовать. Неизбежны большие и малые перекосы, нехватки и очереди. И расточительность, cтрашная расточительность, в которой никто не виноват. Когда это было осознано и выражено словами (слова были такие: "социализм делает невозможной калькуляцию"), несколько очень не слабых умов приняли вызов, тем более, что речь шла не об учении, не об идеологии, а о бухгалтерии. Дело заняло почти сто лет. Почти сто лет, Лина Ивановна, пытались доказать, что калькуляция при социализме возможна, перебирали - и не только на бумаге - десятки способов. Ничего не вышло.

Письмо из электронной почты: "Европа демонстрирует несомненную зрелость физических, технических, ресурсных, информационных и других возможностей. Но события в Югославии продемонстрировали её коллективную умственную слабость - настойчивую, последовательную. Это не эксцесс. Это надолго. Сергей".

Всем бы частям света такую умственную слабость, которая обеспечила Европе поименованные виды зрелости! Сергей может уточнить своё высказывание: мол, европейский ум оказывается слабым не во всём, а только в международных делах, во внешней политике Европейского союза. Но и тогда я замечу: всем бы такую слабость. На Балканах было предотвращено кровавое изгнание целого народа. Поражение югославского режима вызвало в стране демократическую революцию. Революция победила. Вот это действительно не эксцесс, это действительно надолго.

... о чём с большой болью пишет нам одна молодая слушательница из Москвы: "Вы, конечно, там все сейчас злорадствуете, празднуете победу. Последний, самый страшный предательский удар законному президенту Югославии нанесли иуды Путин и Иванов, поздравившие самозванца коштуницу ("коштуницу" - с маленькой буквы) с так называемой "победой".

Над ним сияет мученика нимб, - дальше она говорит стихами (о Милошевиче, конечно, не о Коштунице), -

Над ним горит Луны холодный профиль...
Судьба, позволь же покорить Олимп
Стоящему на сумрачной Голгофе!


Опять прозой: "Но мы выстоим! А наши слёзы подмоют стены вашего проститутского мира, построенные из доллровых купюр и обёрток от "сникерсов". И рухнет ваш мир! И пожмут друг другу руки два Президента-славянина: Слободан и Александр Григорьевич..."

Лукашенко, то есть... "Стань таким, как я хочу!" Девушка не хочет знать, как далёк от нарисованного ею Слободана подлинный Милошевич... Не было у него и в мыслях уводить свою страну из Европы к Лукашенко, хотел он совсем другого: избавиться от косоваров, остаться у власти и чтобы Европа его, такого, заключила в свои объятия. И не скрывал этого.

Пишет фермер из Кировской области: "Хотел начать это письмо так: привет из страны замёрзших идеалов в эпоху волчьей зари! Нет, даже не идеалов, а замёрзших помышлений. Не случилась у нас демократия... Сяду вечером покурить, когда все улягутся, и думаю об этом. Пёс пройдёт по комнатам. Заглянет в бабушкину комнату, обнюхает её койку, бредёт ко мне, садится рядом, кладёт голову на колени. Вот так и сидим, курим, а бабушки больше нет с нами. Но это уж так, личное... Именно не случилась. У нас демократия могла либо случиться, либо не случиться. Наспех сколоченное из неизвестно кого "Единство" сразу становится вровень с КПРФ. Это что - особенности русского национального голосования? Как знать... Беда приходит, Анатолий Иванович, не в ту страну, где побеждают либо "белые", либо близкие мне идейно "красные". Беда, когда побеждают серые. Ох, попахивает у нас 37-ым годочком! "Низзя" нам вслух и письменно. Так что лучше иметь дело с собакой. Он у меня - черный королевский дог. Я ростом под 190, а он, когда лапами мне на плечи станет, - выше меня. Опасную я крамолу несу, вы уж не оглашайте мою фамилию, скажите: Александр из Кирова, пусть путинцы ломают голову, где меня искать, если им нечего делать. А каким словом переводится на русский язык слово "фашизм", убей - не знаю".

Да словом "единство" и переводится, Александр! "Единство", "сплочённость", может подойти и "соборность". Одна страна, один народ, одна вера, одна партия, один вождь. Государство превыше всего - социалистическое, между прочим, государство. Фашизм - это ведь социализм, только на знамени его не интернационализм, а национализм.

Из Смоленска пишет господин Ощихмин - редкая фамилия, не знаю, как произносится: "Слушаю вас уже сто лет, и вот решил избавиться от некоторых мыслишек. Сам я здешний, но рано отъехал и до сё никак не соберусь вернуться по-настоящему. Я, кстати, не вижу здесь плохо одетых детей (специально заходил в несколько школ), студенты веселы и беспечны, пенсионеры упитаны, пьяных на улицах нет, летом город по-прежнему, по-советски, поливают даже в проливные дожди, зимой в домах тепло, свет не отключают, милиция если штрафует, то по-божески и обязательно даёт талон - сам платил. И театры работают, и музеи - всё как полагается... Уже десять лет бегут русские с окраин бывшего Советского Союза -из колоний в Россию. Никто их не гонит, сами бегут, выдумывая причины. Меня они не обманут, я же - один из них, из русских колонизаторов. Я знаю семьи, вернее, рода, жившие в Ташкенте, в Самарканде от самого присоединения, с царских времён. Тоже уехали, как они говорят, на родину. Есть мнение, и окраинные русские любят про это говорить, что они, сибирские, дальневосточные, среднеазитские, прибалтийские русские, умнее, грамотнее, трудолюбивее, сметливее коренных, "лапотных" русских и всех остальных народов тоже. Это не так. Русский - он везде русский. Вот самое неприятное, что я должен сказать вам: ваша радиостанция - лучшая из ныне существующих, но совершенно русская. О Чечне сообщаете только в последних известиях, так, между прочим. Российская армия уничтожает уникальный народ (в мире нет более гордого и свободолюбивого народа!), а радио "Свобода" молчит. Ну, зачем России, нам, русским, Чечня? Толку никакого, кровь и хлопоты. Зачем? Вы на это не ответите, потому что вы сами до мозга костей русские. В.К.Ощихмин. Перечитал, расставил запятые и решил добавить. Что же это всё-таки делается? Выживший из ума старик, литературно-политическая кукла призывает к войне против женщин и детей, а борцы за права человека поют ему славу!"

Фамилию "куклы" господин Ощихмин не называет, а я догадываться - во всяком случае, вслух - не буду... Конечно, бывшие советские окраины то, что называется выживают, выдавливают русских, иные - уже выжили, выдавили почти всех, но немало и таких, о которых пишет господин Ощихмин. Они уезжают (или уже давно уехали) не от притеснений, а оттого, что утратили своё особое положение - положение "старшего брата". "Старший брат", правда, нередко исполнял работы, за которые "младший" гнушался браться, и "старший" обижался, но это не мешало ему чувствовать себя "старшим". Он и обижался-то как "старший". Правда и то, что бывшим "младшим", после того, как их покинул "старший", стало хуже (не исключено, что кому-то - навсегда хуже), но это только лишний раз показывает, что Советский Союз был не чем иным, как империей, колониальной империей. Отрицают это люди, которые считают, что быть империей дурно, что всякий имперский народ оказался имперским по своей вине, по своей испорченности, зловредности. Если же рассуждать здраво - не усматривать в имперском прошлом народа, будь то русского или, к примеру, испанского, ни его вины, ни заслуги... Нет, пожалуй, и тогда не угодишь русскому имперцу: он не согласится считать, что Россия как империя не заслуживает славы. Что не заслуживает хулы - согласится, а что и славы не заслуживает - нет, не согласится.

Из следующего письма о будущем России: "Россия целиком располагается в зоне рискованного земледелия, и уже только по этой причине другая организация государства, кроме жесткой централизованной автократии, не способна сохранить её в нынешнем облике и границах".

Письмо старого солдата: "В январе 1985 года в Афганистане был убит мой племянник -лейтенант-танкист. Останки его привезли в Москву и похоронили на Ново-Архангельском кладбище. Когда мы с друзьями говорили по телефону о войне с народом Афганистана (как и теперь в Чечне), что она никогда не кончится нашей победой, то наш разговор прерывал голос "слухача" из органов и предупреждал, чтобы мы не болтали на эту тему".

Старый солдат тоже хотел бы знать, что будет с Россией. Распадётся ли она? К чему вольно или невольно ведёт дело Путин? Есть письма и от людей, которые говорят, что само оглашение таких мыслей, даже простое сообщение, что они есть, эти мысли, бродят в головах - преступление, провокация. Другие - наоборот, призывают нас сознательно способствовать распаду России, потому что только в этом, по их мнению, - спасение русских и других народов. И все требуют не вилять... Опять повторю: я не знаю, распадётся ли Россия. Я не знаю, будет ли ей лучше, если это случится, или хуже. Но я знаю другое: развалить Россию могут только те, кто сегодня больше всех хочет её сохранить, - государственники, державники. Как это будет, если будет, хорошо видно.

"Зачем бы нам Москва, если бы её не было страшно!" - так столетиями говорила Казань (и даже Курск), и на том держалась страна. "Зачем нам теперь Москва, если её уже не страшно!" - так они стали говорить при Ельцине, и страна расползалась. Путин и путинцы решили принять меры. Они хотят, чтобы и Казань, и Курск опять боялись Москвы. Представитель Москвы на Дальнем Востоке говорит по телевизору на всю страну: "Я дал поручение прокурору..." (В четверг, 16 ноября сего года). Всё понятно. Ну, а вдруг Казань с Курском, Дальний Восток и Урал скажут то, чего они не говорили никогда: "Зачем нам Москва, если её страшно!"? Другими словами: хватит ли у Путина сил и средств, чтобы одновременно и подморозить, и накормить Россию? Ведь только свободный народ кормит себя сам, подмороженного - кормит тот, кто подмораживает.

"Авось, прокормит", - так, правда, рассуждает и сам народ, если иметь в виду его бедное большинство. В одном письме говорится: "Почему номенклатура регионов так вяло сопротивляется Путину с его попытками стянуть железным обручем страну? Видимо, чуют в путинизме глубинную волю русского народа. Стоит ли игра свеч? -рассуждает эта глубинность почти в каждом русаке. Москвичи-демократы будут, конечно, всегда зудеть ему, что он - практически европеец, не хуже голландца европеец, но он-то смотрит на себя изнутри и видит, как всё на самом деле. Смотрит, видит и чует беды нутром". Что за беды? Откуда беды? Всё те же и оттуда. Беды, которыми чревата, по мнению автора, очередная великая попытка устроиться по-европейски на шестой (всё еще шестой за малым изъятием...) части земной суши. "Украина вон ближе к Европе, - пишет он, - украинский мужик, по сравнению с русским, всегда был почти по-немецки хозяйственным. Но недавно Кучма, оправдывая смену министра иностранных дел, сказал, что Украина десять лет стучала-стучала в двери Евросоюза, но доброго ответа не дождалась, а посему надо ей обратить взоры на Россию. Он только не сказал, почему его Украина не дождалась доброго ответа. Потому что европейское благообразие так и не пришло на берега Днепра, а ведь на уверенности, что оно обязательно придёт, и строили свой расчёт на успех безмосковской Украины руховцы-националисты. Правобережное, галицийское украинство тоже не смогло образовать евроядра в Украине, как образовали его эстонцы и латыши в окружении больших русскоязычных общин". Тут автор обращается ко мне: "Запомни, дубина стоеросовая: Путин не комиссарит, не чекиствует по-дзержински, а проводит великое послеельцинское упорядочивание, без которого во власть влез бы Зюганов. Надо ничего не видеть вокруг себя, чтобы, подобно многим твоим слушателям, стенать, что Россия до сих пор "красная" страна, что этот тот же СССР. Хоть в одной не "красной" стране, от Эстонии до Болгарии, есть бизнесмен, чьё состояние сопоставимо с березовским и черномырдинским? Ничего себе, "красная" - с такими-то ЧАСТНЫМИ капиталами! Я, как и ты, желаю, чтобы после года путинского "чекизма" народ вскипел от негодования, внёс в Кремль большого демократа Явлинского и через 10 лет Россия превратилась в Канаду. Но если она и с Явлинским, и с самим Господом Богом не превратится за десять лет в Канаду, а для меня это очевидно, тогда в Кремле сегодня должен быть не Явлинский-демократ, а Путин-государственник, как мне это ни прискорбно".

Автор ещё раз называет меня дубиной стоеросовой и уже спокойно замечает: "Не скоро, ой, не скоро среднестатистический русский будет три раза за жизнь менять место проживания, как американец. Этим и меряй русское расстояние до американской демократии, этим и определяй, кто сегодня нужнее России: демократ Явлинский или государственник Путин". Автор ошибается, но не в мою пользу: не три раза, а шесть раз меняет место своего жительства среднестатистический американец. Мне попадалась и цифра 10... Брошенные населением городки, через которые я проезжал во время первого своего посещения Соединённых Штатов, до сих пор стоят у меня перед глазами. Брошенные со всеми потрохами, даже с машинами у подъездов... Не стало выгодного бизнеса --и прости-прощай, Малая Родина! Мне нравится, что мой добрый ругатель различает демократа и государственника, что его не ввели в заблуждение уже можно сказать многолетние попытки современных российских государственников представить себя демократами.

Ну, и письмо из Донецка: "По паспорту я украинец, а большую часть жизни прожил в России, и не просто в России, а в Сибири и на Дальнем Востоке. После той жизни для меня Московия - деревня, а Малороссия - хутор. Всё мелкое и на ощупь заплесневелое. Там, на тех просторах, ты при любой власти свободен даже в Магаданской Зоне, а здесь задыхаешься, как селёдка в бочке. И люди там живут - люди с большой буквы, хотя и бывшие зеки поголовно. На Сахалине никогда никакой власти не было, то же - и на Камчатке. От Владика до Магадана - то ж... Стояли гарнизоны, лагеря в тайге, и всё. Река Тумнин - кто о такой слышал? По фарватеру подводная лодка пройдёт, скорость течения - 6 километров в час, вода - 8-9 градусов, таймень - под 90 килограммов, осётр - 120. Знаете, что такое стокилограммовый осётр? Это голова в половину кухонного стола и ведро икры. Днепр, даже Волга, по сравнению с одной этой безвестной рекой - мутные ручьи с тухлой рыбой. Помню, лодка с восьмью орочами перевернулась, утонули все, наутро к берегу прибило: головы, руки - всё, что не закрыто одеждой, обглодано до костяного блеска. Представить страшно, что водолазы с "Курска" достанут. Зачем над мёртвыми издеваться? А родственникам - им-то зачем?! Как будто не моряков они родственники...".

Не ожидал я такой концовки этого письма.

XS
SM
MD
LG