Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Русские деньги

  • Елена Ольшанская

Русские деньги



В передаче участвуют:

Андрей Богданов. доктор исторических наук, Институт российской истории РАН
Юрий Бокарев, доктор исторических наук, Институт российской истории РАН
Александр Боханов, доктор исторических наук, Институт российской истории РАН
Виктор Живов, доктор исторических наук, Институт русского языка РАН
Семент Экштут, доктор философских наук, заведующий отделом исторических иллюстраций журнала "Родина"
Елена Авраамова , доктор экономических наук, Институт социально-экономических проблем народонаселения РАН
Светлана Глинкина, доктор экономических наук, Институт международных экономических и политических исследований РАН
Сергей Огнивцев, доктор экономических наук, Всероссийский институт аграрных проблем и информатики
Благодарность Михаилу Суботину, США

Анатолий Стреляный:

Предприимчивые, богатые люди были на Руси всегда, но положение человека в обществе определяли не деньги, а милость или немилость власти. Богачом могли назначить, наделив человека привилегиями, из богачей могли исключить и при Иване Грозном, и при Петре Первом, и при Екатерине Великой, и при сверхгрозном Иосифе, и в наши дни. О советском обществе говорили, что в нем три класса: бедняки - это начальники, у которых ничего своего нет, все казенное, бесплатное - квартиры, дачи, машины; середняки - люди, купившие то же самое за накопленные или наворованные деньги; и кулаки - простой люд, в день получки, зажав деньги в кулак, бежали раздавать долги. "Ну что, вождь, - поглаживал рабочий юбилейную монету с Лениным на обороте, стоя в очереди за пивом, - мой карман тебе не мавзолей - не залежишься".

Андрей Богданов:

Деньги на Руси появились, собственно говоря, еще до возникновения самой Руси. В древнейшие времена, за несколько веков до нашей эры, в Приднепровье археологи раскапывают клады в основном греческой монеты. Разумеется, славяне, которые торговали хлебом с греками, денег брали немного, они предпочитали украшения, красивую керамику, но имели уже представление о деньгах и брали эти деньги. Другое крупное отложение монеты относится к арабским временам, это 7-8-й века. Арабская экспансия открывает для монеты волжский торговый путь и появляются клады древних арабских монет.

Анатолий Стреляный:

Торговый путь из варяг в греки, от Балтики до Черного моря, составлял около 2700 километров - это 90-95 суточных переходов. Летописные варяги, по легенде, предшественники древнерусских князей, совершали набеги на восточных славян, они же выступали в роли воинов-наемников и торговцев.

Юрий Бокарев:

Первыми собирателями дани были викинги. Первоначально их называли россы, отсюда-то и название России. Это гребцы, просто отряды шведских воинов, которые отправлялись первоначально в Прибалтику, затем в Финляндию, затем на север русской равнины. Они освоили это место гораздо раньше, чем туда пришли славяне. Славяне двигались с юго-западного угла. Они собирали меховую дань и этой данью торговали в Булгарии и в Хазарии. Это очень высоко ценилось. Затем пришли хазары на Русь с юга, им тоже захотелось этих мехов, но бесплатно. Вот интересно, что дань с радимичей хазары взимали шлягами, то есть, западноевропейскими монетами. Это свидетельствует о достаточно развитых торговых отношениях еще в ранние времена. Археологи находят в Европе очень дистанционные обмены. Без какого-то посредника они осуществляться не могли. Находят, скажем, клык северного оленя, сделанный из песчаника, это первая денежная подделка в мире, пока обнаруженная.

Анатолий Стреляный:

По мнению лингвистов, общеславянский глагол "платить" и производные от него "плата", "платный", родственны словам "полотно", "платок", "плат". У древних славян деньгами служили куски льняной ткани. В 12-15-м веках на Руси были в ходу меховые и кожаные деньги. Шкурки пушнины скреплялись в связку, ее пломбировали клеймом. Правом выпуска таких денег обладала только княжеская администрация. Когда шкурки ветшали, пломбы снимались и выбрасывались. Векши, куны - от белки, куницы, приравнивали к определенному количеству восточных монет, дирхемов, или западноевропейских, динариев.

Андрей Богданов:

Наиболее распространенной единицей были белые куны, откуда мы можем заключить, что это были шкурки. Возможно, со временем это превратилось в знаки шкурок. Чуть к более позднему времени относятся серебряные деньги, правда, они очень сильно отличались от наших. Серьезной денежной единицей была гривна. Кусок серебра в виде ромба или серебряный прутик, тоже довольно толстый. Тогда же появилось (это 10-й, может быть, 11-й век) и понятие рубль. Рубль - это отрубленный топором кусок гривны, который, как и гривну, взвешивали на весах. Для серьезных торговых расчетов использовалось весовое серебро. К этому же времени, к 11-му веку, относится и княжеская монета. Действительно, князья начинали чеканить свою монету, также, как практически везде в Европе, и до монгольского нашествия существовало несколько разновидностей княжеских денег. Причем, каждый князь, сменяясь на престоле Киевском или во Владимиро-Суздальской Руси, чеканил новые монеты.

Анатолий Стреляный:

Купцов из восточнославянских земель часто можно было встретить в Константинополе, куда они поставляли рабов, пушнину, воск и мед. "Я видел русов. - писал арабский писатель Ахмед Ибн Фадлан, - Я не видал людей с более совершенными телами, чем они... При каждом из них имеется топор, меч и нож. Причем, со всем этим они никогда не расстаются".

Юрий Бокарев:

Когда значение Константинополя как торгового центра стало падать, когда Европа освободилась от арабов, когда появились крупные европейские торговые центры, торговые пути сместились на Запад. А степь, раньше она охранялась из-за большой значимости для осуществления торговых контактов, пришла в запустение и заполнилась кочевыми племенами. В это время Россия начинает переселятся. Переселяется она в двух направлениях - в Галицкую Русь и на северо-восток. На северо-востоке формируется Московское государство. Этот регион был вдали от международных торговых путей и вообще вдали от крупных торговых путей. Это было лесное место, покрытое болотами, суглинок. Доминирующее значение здесь приобретает сельское хозяйство. Денежный обмен отступает перед натуральным обменом. Вот происходит такая деградация денежного обращения. Восстанавливается система очень не сразу. Скажем, к 15-му веку мы можем говорить о том, что денежное обращение на Руси вступает опять в такую же развитую фазу, каким оно было в Киевской Руси. Вот посмотрите: деньги - таньга, татарское слово. То есть как бы русские деньги усваивают татарские наименования, как бы татары-кочевники приносят к нам понятие денег, как будто мы впервые об этом слышим.

Андрей Богданов:

В монгольские времена довольно много у нас было серебра восточного, серебра и даже отчасти золота. До этого золото встречалось крайне редко. В послемонгольское время, собственно говоря, главным рубежом нужно считать не свержение ордынского ига, оно прошло довольно тихо и мирно, по факту, что Орда распалась, а значительная часть Руси объединилась под властью московских князей. Но, тем не менее, монету все еще продолжали чеканить в больших городах, бывших соперниках Москвы - в Твери, в Великом Новгороде. До Елены Глинской, это супруга, а затем вдова Василия Третьего (начало 16-го века), которая и ввела главную единицу в нашей денежной системе - копейку. Это были маленькие кусочки расплющенного серебра, на которых с одной стороны был написан текст, а с другой - всадник с копьем, поражающий змея. Это была московская монета и монета для всей Руси, которая должна была заменить по всей территории страны монеты местного чекана.

Анатолий Стреляный:

Елена Глинская - мать Ивана Грозного, первого венчанного на царство московского царя.

Андрей Богданов:

Сто копеек составляли рубль, но в 16-м и 17-м веках рубля как монеты не было, рубль был только единицей измерения. Существовало еще понятие "деньга". Оно действительно восточного происхождения. Деньга существовала до 19-го века включительно, как половина копейки, как вспомогательная единица. Ее использовали для мелких расчетов, но понятие денег пошло от деньги именно потому, что это была самая мелкая монета, доступная самым бедным людям, то есть, наиболее распространенная.

Анатолий Стреляный:

Деньга, деньжура, деньжина, деньжонки, деньжоночки. "Денежка не бог, а полбога есть", - говорили на Руси. "Слову вера, хлебу мера, деньгам счет". "Держи девку в тесноте, а деньги в темноте". Тот же русский человек сам себя утешал: "Ста рублей нет, а рубль не деньги". "Деньги прах, ну их в тартарарах". "Копил, копил, да черта купил". "Богатому не спится, богатый вора боится". Из любимой песни Ленина: "Богачу-дураку и с казной не спится. Бедняк гол, как сокол, поет, веселится".

Андрей Богданов:

Уже в 16-м веке у нас были довольно богатые купцы. В 17-м веке два-три десятка знатнейших фамилий были действительно очень богаты, то есть, они были богаты как знатнейшие люди, скажем, в Западной Европе, на уровне, скажем, итальянского князя Медичи, буквально, примерно такой уровень. Как писал один французский путешественник о князе Василии Васильевиче Голицыне в 17-м веке, "его кафтан, усыпанный бриллиантами, стоит полка мушкетеров". Так вот таким людям, конечно, считать деньги, эти сундуки копеек, было очень сложно. И появилась полуофициальная единица "ефимок". Ефимок представлял собой разрубленный на четыре части немецкий серебряный талер и на каждой четвертушке был отпечатан двуглавый орел. Ефимки существовали для того, чтобы хранить их в сундуках, как богатство, и при очень крупных расчетах между собой, в частности, ими платили приданое. Наши товары в течении всего 16-17-го века были в высшей степени конкурентноспособны на Западе. Но своего металла не было, все, что мы получали, это благодаря положительному торговому балансу. И, конечно, в трудные времена, например, во время войны с Польшей за Украину и Белоруссию, в середине и во второй половине 17-го века возникли проблемы с драгоценными металлами очень серьезные. Особенно, когда царь Алексей Михайлович умудрился одновременно вступить в войну и со шведами, практически перерезав важнейшие торговые пути на Запад. Тут-то и появилась гениальная идея заменить серебро медными деньгами, на которых будет напечатан тот же номинал. Эта светлая идея, как известно, посещала многих экономистов в разных странах, и вот эксперимент был проведен в России. И несколько лет медная монета ходила наравне с серебряной совершенно без всякой инфляции, до тех пор, пока правительство не решило нагло нагреть на этом руки. Правительство начало собирать налоги и недоимки за прошлые годы серебром, а платить жалование исключительно медью. Это позволяло, между прочим, печатать медную монету в бесконечном количестве. Денежная масса возросла, ее соответствие с товарным обеспечением было подорвано, и вдруг оказалось, что деньги вообще обесцениваются. Но серебро, по крайней мере, сохраняло свой вес. И тогда правительство, не долго думая, вообще прекратило принимать медь и обменивать ее на серебряные монеты. Началась дикая инфляция. Буквально в считанные годы медная монета в 15-20 раз подешевела сравнительно с серебряной. Несмотря на то, что правительство пыталось отливать медную монету такой величины, чтобы по весу стоимость меди была более или менее равна стоимости серебра. Но меди-то было много, а серебра мало. В результате купец, который ехал на рынок, допустим, закупить серьезно товара, должен был везти телегу с деньгами. И пока он добирался до ярмарки, его телега с деньгами дешевела.

Анатолий Стреляный:

"Медный бунт" 1662-го года был крупнейшим народным восстанием. Те, кто был обвинен в изобретении медных денег, очень серьезно пострадали, народ их просто побил. Как с ужасом записал современник, самому государю оторвали пуговицу на кафтане - так близко прибило к нему разъяренную толпу. 17-й век был веком перемен, веком смуты и религиозного раскола. Тогда же в российскую жизнь вошли новые понятия, например, "время -деньги".

Виктор Живов:

"Время - деньги" - это великий принцип модернизации. И первые его следы в истории русской культуры можно обнаружить уже в середине 17-го века, скажем, в "Уложении" царя Алексея Михайловича 1649-го года, где говорится о праве государственных служащих, приказных, канцелярских служащих, на выходные дни, когда они получают оплаченное свободное время. Это вопрос оплаты, соответственно, денежного измерения их времени. И говорится, что в приказах не сидеть и никакой работы не делать в воскресенье и в день Рождества Христова, и Богоявления и так далее, и в день Воскресенья Христова, то есть, на Пасху. Оговариваются те дни, за которые государство готово платить, несмотря на то, что это это время оказывается свободным. Надо сказать, что это вызывает протест, патриарх Никон протестует против этой статьи, потому что он считает, что государство присваивает себе время. Рождество - это свободный день не потому что государство за него платит, а потому что Христос родился. Соответственно, здесь возникает конфликт старой религиозной культуры, традиционной религиозной культуры, в которой время не считается, в которой время сакрально, с новой вот этой модернизированной культурой, наполненной счетом, калькуляцией. И затем, конечно, это идет дальше и дальше, это развивается, и в петровские реформы это ясно видно. Не только то, что Петр повторяет, что "деньги есть артерии войны", но и в том, что он начинает оценивать время через призму денег. Скажем, его запреты на поступление в монастырь, они смешны. Там, скажем, для мужчин возраст поступления в монастырь очень мало ограничен, а основные ограничения идут за счет того, что у него нет никаких обязательств, что он нигде не служит и так далее, то есть, только совершенно бесполезный мужик может пойти в монастырь. Про женщину говорится, что только когда она достигнет 50-ти или 60-ти лет, то есть, достаточно преклонного по тем временам возраста. Потому что нельзя ее время присвоить себе, иначе как прямым указанием на это время.

Анатолий Стреляный:

При Екатерине Второй появляются, наконец, бумажные деньги - ассигнации.

Юрий Бокарев:

В Европе первоначально банкнота - это запись банка. Вот, скажем, вы отправляетесь в путешествие и у вас есть какой-то запас золота, это золото вы отдаете одному банкиру, получаете банкноту, передаете другому банкиру, прибывая на новое место, получаете такое же количество золота. Вот примерно так же и у нас было во второй половине 18-го века. Были выпущены банкноты номиналом в 25 рублей, 50 рублей, 75 рублей и 100 рублей. Это были очень крупные номиналы. Покупать непосредственно на эти бумажные деньги было невозможно, их надо было разменивать. И для этого существовали специальные разменные банки. Опять-таки не кредитные банки, не ссудные, а именно разменные. Появились разноцветные деньги, бумажные деньги печатали на разной бумаге при Александре Первом. Эту бумагу очень долго изготавливали, несколько месяцев, а отсюда наша традиция делать деньги цветными. Рубль - желтый, трешка - зеленая, пятерка - синяя. Когда у власти был Наполеон, он начал делать фальшивые русские деньги, кстати, ему понадобилось гораздо меньше времени, чтобы изготовить такую цветную бумагу. Но его фальшивки страдали двумя серьезными особенностями. Во-первых, бумага была лучшего качества, а во-вторых, видно, русского языка не не знали и букву "д" путали с буквой "л", близкой по написанию. И поэтому вместо "Предъявителю сего выплачивается столько-то рублей ходячею валютою" они писали "холячею валютою". И вот по этому фальшивки и различались.

Анатолий Стреляный:

Екатерининская банкнота в 75 рублей также была скоро изъята из употребления из-за многочисленных подделок. На 25-рублевой купюре умельцы очень ловко переделывали двойку в семерку.

Андрей Богданов:

Государство затрудняло обмен, всячески затрудняло обмен ассигнаций на драгоценные металлы. И в результате в течении 18-19-го века рубль серебром и рубль ассигнациями это были разные деньги. Это мы знаем по классической литературе. Когда говорят: человек заплатил сто рулей ассигнациями, это совсем не то, что он заплатил сто рублей серебром.

Семен Экштут:

Жалование было очень небольшим. Во времена Александра Первого молодой человек, который служил в столице в гвардии, особенно в кавалерии, должен был затратить в год не менее 20-ти тысяч на ассигнации. Собственно, именно 20 тысяч Анатоль Курагин стоил князю Василию, как вы помните. С другой стороны, Николай Ростов, который служил в армейских гусарах (гусарский полк достаточно дорогой полк, но все-таки он армейский), получал от родителей 10 тысяч в год. Но не имея хотя бы 10-ти тысяч в год, в гвардии было служить невозможно. Когда Александр Сергеевич Пушкин после лицея захотел поступит в гвардию, определиться в гвардейскую кавалерию, то Сергей Львович, отец поэта, сказал ему, что в пехоту - пожалуйста, а на гвардейскую кавалерию денег нет. Оброк одного крестьянина составлял 5 рублей в год. Значит, для того, чтобы получить искомые 20 тысяч, 4 тысячи крепостных рабов должны были отдать свой годовой оброк. В этот момент среднестатистический россиянин тратил на приобретение промышленных товаров всего 17 копеек в год.

Анатолий Стреляный:

Первые государственные бюджеты, государственные росписи доходов и трат в России, начали составлять еще во времена Ивана Грозного, но они редко выполнялись. Огромные деньги уходили на войны, которые Российская империя вела постоянно.

Семен Экштут:

Когда началась вторая русско-турецкая война, это 1787-1791-й год, и война велась из-за того, чтобы Россия могла удержать за собой только что присоединенный Крым, мирно присоединенный. Так вот Екатерина очень гордилась тем, что она накопила в своих подвалах 15 миллионов рублей, сумму колоссальную. Предыдущая первая русско-турецкая война стоила 7 миллионов. Императрица считала, что 15-ти миллионов ей хватит. Реально Россия потратила на эту войну 60 миллионов. Для сравнения скажу, что весь Крым давал дохода империи не более 400 тысяч. А уже в царствование Александра Первого Россия постоянно тратила и 30, и 40, и 50 миллионов ежегодно на содержание армии. И впоследствии Карамзин писал Александру, что к чему нам такая огромная армия почти в миллион человек, которая "воюет только Россию", " воюет Россию" - это цитата. И представьте себе такой небольшой мысленный эксперимент, он абсолютно ненаучен. Если бы мы эти 60 миллионов поместили бы в какой-нибудь амстердамский банк под совершенно смешные, скажем, 8% годовых, очень скромный процент, а я думаю, что разместить можно было под гораздо более выгодный процент, вы получите 4 800 ежегодно, то есть, в десять раз больше, чем получали доходов от Крыма. И вспомните про эти 17 копеек на среднестатистического россиянина, на промышленные товары. Я это говорю не к тому, что не нужно было вести войны и не к тому, что империи не нужно было расширяться, а я просто подчеркиваю разницу подходов, ту временную дистанцию, которую мы прошли за эти два века.

Андрей Богданов:

Во второй половине 19-го века, особенно к концу, положение стабилизируется. Были проведены крупные буржуазные реформы и, в частности, очень серьезно отлажена система обмена ассигнаций на драгоценные металлы и монеты из драгоценных металлов. В результате, как мы тоже прекрасно знаем по художественной литературе, рубль был одной из наиболее стабильных валют в мире. Его с большой охотой брали, русские путешественники в Германии, во Франции, в Соединенных Штатах могли совершенно спокойно расплачиваться своими рублями или иметь банковские обязательства на рубли, которые с удовольствием принимали практически все банки.

Александр Боханов:

В 19-м, в конце самом 19-го века была введена золотая реформа, золотой рубль, золотой стандарт. Когда Россия, русские деньги, русская валюта стала одной из самых надежных валют мира. С фунтом стерлингов можно было только сравнивать, сравнивают обычно с фунтом. Колоссальные деньги пошли в Россию, огромные инвестиции в экономику, причем, иностранные инвестиции шли по двум основным направлениям, в два адреса. С одной стороны, частные инвестиции в экономику, размер которых, по разным оценкам, от 40 до 50% состояли в акционерной среде. И второй адрес - это государственные займы, это как бы деньги, которые шли из Парижа в первую очередь, потому что большие займы Россия заключала на парижском финансовом рынке, тогда это был первый финансовый рынок мира, и они шли на поддержание госсистемы. Были такие области интересов: французы шли в тяжелую промышленность, в угольную промышленность в основном, немцы шли в машиностроение и химию, англичане - это в основном нефть. Была минимальная инфляция, такая инфляция, что ее не учитывали даже в статистических расчетах. Она была была очень небольшая, на уровне 3-4%. Когда началась Первая мировая война, объемы бумажных денег и золотого обеспечения стали нарушаться.

Юрий Бокарев:

Были две реформы, некоторые считают, что одна, но на самом деле это две реформы. Первая реформа конца 22-го года, это переход к червонцу. Считается, что он был золотым, хотя он обеспечивался золотом только на 30%, а позже вообще только на 25%. Первая купюра червонная имела номинал десять червонцев, это десять золотых рублей, гигантская сумма. То есть, при совершении очень крупных сделок или при совершении кредитных сделок можно было использовать такую купюру. Вот, скажем, Средняя Азия сплошь отказывалась от червонцев, потому что никто в Средней Азии не мог использовать эту купюру. Вот этот первый этап, переход к твердому червонцу, способствовал оздоровлению кредита, созданию устойчивых крупнономинальных денег. А уже потом, в 24-м году, на основе устойчивого червонца перешли к устойчивым разменным деньгам. Эта реформа была удачной. Но уже с 25-го года она была во многом разрушена.

Анатолий Стреляный:

"Мне ли червонцев не знать", - сказала Аннушка из романа Михаила Булгакова "Мастер и Маргарита". Там же описано, как большевики изымали у населения золото и драгоценные металлы для стабилизации своей валюты. Способы были вполне средневековыми. Их потом вспомнили первые рэкетиры 80-х годов, вымогатели, налетевшие на горбачевские кооперативы - раскаленный утюг на голый живот. Советский рубль 1922-го года не уступал царскому. Медную копейку 24-го года обменивали на 500 миллионов совзнаков. Но уже с 27-го года поползла инфляция, ввоз и вывоз за границу советских денег был запрещен. А с 29-го года ввели карточную систему снабжения продовольственными и промышленными товарами.

Андрей Богданов:

Собственно, единственные денежные реформы, которые в России имеют успех стопроцентный, это реформы грабительского характера. То есть, если я у вас все деньги заберу совсем, и вы будете рассчитываться только в пределах того, что можете получать ежемесячно, то я, безусловно, на какое-то время смогу удержать то соотношение денег и товаров, которое считаю необходимым.

Юрий Бокарев:

Реформа 1947-го года навсегда приучила население хранить деньги в сберегательных кассах. Все старые деньги обесценились, все сбережения под подушкой при обмене денег потеряли свою стоимость, уже ничего практически не стоили. Анекдот же ходил, как пришел мужик с мешком денег, зачем-то отлучился, вернулся - мешка нет, а деньги лежат. Украли мешок. Реформа 61-го года, интересная попытка сделать рубль полновесно золотым. Попытка эта еще раньше предпринималась, в 50-х годах, но в данном случае была попытка именно стабилизировать валюту, сделать ее устойчивой, прочной, чтобы эта валюта стала вровень с мировой. Ведь что печатал "Крокодил" в это время: наш молодой здоровый желтый рубль повергнул нокаутом доллар и подбирается к фунту стерлингов, который стоит и трясется в углу. Вот "Крокодил" такие интересные рисунки рисовал. Скажем, как бы два рисунка: старая копейка лежит, никто не обращает на нее внимания, новая - все руки тянутся к ней. Но очень скоро и к новой копейке руки перестали тянуться.

Андрей Богданов:

Даже при сверхмощном государстве денежные реформы оборачивались для самих тех, кто их проводил, неожиданно. Понятно, что эти реформы производились не от хорошей жизни, а в результате накопившейся инфляции. Но каждая из этих реформ немедленно давала откат. Сталинская привела к тому, что все появилось на прилавках, действительно, по крайней мере, я не знаю, как в других городах, а в Москве действительно во всех магазинах были богатые прилавки, такие же как в "Книге о вкусной и здоровой пище", сталинской, которая у меня на полке стоит. Хрущевская реформа привела к, казалось бы, невероятному удешевлению денег, но буквально в совершенно незначительное время цены выросли колоссально, где-то на порядок. И это несмотря на то, что государство имело все рычаги, чтобы держать цены. Реформа 90-х. Те реформы, которые принято называть демократическими, вы обратили, наверное, внимание, что их очень редко называют буржуазными, хотя казалось бы, идея состояла в проведении буржуазных реформ, то, что мы все хотели. Одно из двух - или социализм и коммунизм, или давайте проведем буржуазную реформу, будем жить по закону капиталистического или постиндустриального общества.

Елена Авраамова:

Вся денежная политика была построена на снижении денежной массы, это был ее принцип снижения денежной массы, суживания. И вот это снижение денежной массы вынудило отказаться от политики высоких доходов. И сделалась принципиальная политика низких доходов. То есть, при средней зарплате, коммунальных платежах, плате за транспорт и минимальных затратах на питание - нереально вообще для жизни. Это нереально. То есть, сама денежная политика безусловно вынуждала население искать какие-то способы существования. Потому что при такой зарплате в денежной политике существовать просто нельзя, невозможно. Государство безусловно было в этом заинтересовано, с моей точки зрения. Государство было заинтересовано в том, чтобы создать крупного собственника, и государство было заинтересовано в том, чтобы остальной народ к нему не приставал, а как-то сам справлялся со своими делами. Государство перестало быть в этом заинтересовано, когда крупный собственник слишком грубо и слишком жестко стал диктовать свои условия и когда родилась вообще на фоне этого такая тяжелая преступность с отстрелами. Как бы государство заинтересовано в том, чтобы это было слегка потише и почище.

Светлана Глинкина:

Если, по оценкам мирового банка, стоимость недр России 30 триллионов долларов, представьте вот эту цифру, то, естественно, вокруг возможностей перераспределить это богатство будет огромное количество людей. Как бы мы ни ругали прежнюю систему с ее коррумпированным чиновничеством и коррумпированным аппаратом, это была стройная иерархическая система, где каждый чиновник был встроен в какую-то ступеньку и этой ступеньке соответствовал определенный уровень благ, которые ему эта структура обещала. Продвижение на каждую новую ступеньку давало возможность получить новые блага. Это было все очень упорядочено. Вот на таком-то уровне получал такой-то продовольственный паек, ты получал возможность ехать в санаторий, иметь или не иметь машину и так далее. Эта структура рухнула, а при этом появилась возможность перераспределить огромные богатства. И получилось, что вне такой иерархической системы человек на одной сделке может обеспечить жизнь себе, детям, внукам и так далее. Поэтому заинтересованных участвовать в этом появилось очень много. Когда делаются ссылки на начало 20-го века в Соединенных Штатах или на конец прошлого века, все-таки действительно разница колоссальная. Те состояния, которые создавались, они создавались в реальном секторе экономики. У нас связь между реальным сектором экономики и финансовыми потоками абсолютно разрушена, и как они будут соединены, трудно сказать, особенно в условиях глобализации финансовых потоков. Ведь ситуация изменилась, прежде всего, в мировой экономике. Тогда не было возможности такого легкого перелива финансовых средств из одной страны в другую, а сейчас это минутное дело - по компьютерным сетям вы переводите огромные состояния в любой конец света, и ваша страна остается совершенно обескровленной.

Анатолий Стреляный:

Совершив в 20-м веке гигантский скачок от аграрной империи к индустриальной сверхдержаве, Советский Союз проспал, как говорят специалисты, информационную, или электронную мировую революцию 70-80-х годов. Компьютер победил социализм, проник в закрытые общества, разрушил диктатуры. Сами деньги превращаются в невидимые электронные знаки на пластиковых карточках банков. Московские студенты сегодня таким способом получают стипендии. Люди узнали реальную стоимость лечения, образования, жилья, всего того, что было бесплатно, как воздух, но как и воздух многих городов, дурно, часто вредно. Работа перестает быть видимостью работы, зарплата - жалким, но надежным пособием по безработице.

Юрий Бокарев:

На Западе без денег прожить нельзя, а в России, как оказалось, можно. Рабочим не платят зарплату, учителя сидят на совершенно низком заработке и, тем не менее, живут. Россия сопротивлялась наступлению капитализма, она пыталась высказать свой протест. Главное - вот деньги, и вот я их презираю, я их топчу ногами, я их уничтожаю. Ухарь-купец мог нажиться на хорошей сделке и в то же время спустить в каком-то трактире, расшвырять эти деньги даже не на цыганок, а просто по ветру. В современной обстановке, я думаю, что многие новые русские получают деньги слишком легко, а остальные русские, старые русские, получают их слишком тяжело.

Сергей Огнивцев:

Один из основных мифов, что Россия очень богатая страна. Многие говорят, что мы обладаем одной третью всех мировых запасов всего на свете. И даже наши академики, такие как Львов, с гордостью говорят, что Россия имеет природных ресурсов, природных богатств на сумму от 350-ти до 400 триллионов долларов. Помните мультфильм "Карлсон, который живет на крыше", там Малыш говорит маме: "Мама, а я стою очень дорого для вас?" - "Конечно, Малыш, очень дорого". - "А я стою миллион долларов?" - "Кончено, Малыш, стоишь". - "А нельзя мне взять хотя бы десять долларов, чтобы купить себе собаку?" Примерно так ведет себя Россия, у которой, якобы, есть трехсоттриллионные запасы, она просит два-три миллиарда долларов постоянно. Мы не Кувейт, это маленькая страна, у которой очень много нефти, а мы нормальная, достаточно большая страна с огромной территорией. У нас действительно немало богатств по отношению не к территории, а к населению, 150 миллионов живет на такой огромной территории. Но никто почему-то не говорит про Канаду, что это богатейшая страна, она вторая по территории страна, там 30 миллионов человек, никто не говорит, что это богатейшая в мире страна, хотя она тоже очень богата. А про Россию принято считать, что это одна из самых богатых стран мира. Мы небогатая страна, у нас достаточно природных ресурсов, но у нас нет ничего такого, что мы могли бы спокойно продавать и на это покупать себе, прямо скажем, еду. Мы сами должны в поте лица своего добывать себе хлеб насущный.

XS
SM
MD
LG