Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма


Вера Васильевна Титова из Риги прислала нам свои слова российского гимна:
Вставай весь люд-людской:
Заклеймённый,
Оговорённый,
Болезненными бактериями опылённый,
Масонами окруженный.
Вот ещё какое чудо есть:
Ворам - большая честь.
И последние строки Веры Васильевны мне понравились:
За свободу мы боролись
И бороться будем,
А когда придёт свобода,
Помирать забудем.


"…но слушать полчаса "сУдей вместо "судЕй" тяжко, - пишет один слушатель почерком, который никто на свете, кроме меня, разобрать не сможет. - Нельзя ли как-нибудь просить сотрудников радио "Свобода" заглядывать в словарь ударений, а лучше - в Пушкина:
Онегин был, по мненью многих
СудЕй решительных и строгих
Учёный малый, но педант…"


В последние годы из-за таких писем я никаких книг, кроме словаря ударений, не читаю. В этом словаре указано: "сУдей". Пушкин, как и все поэты, для словаря не указ. Но для меня Пушкин всё же есть Пушкин, посему считаю, что прАвы (не правЫ) обе сторонЫ (не стОроны, будь они неладны): и наш слушатель господин Шальнов (или Шальман) с Пушкиным перед лицом "судЕй решительных и строгих", и радио "Свобода", на чьих волнАх (не вОлнах) полчаса обсуждалось положение российских сУдей. Занятное это явление: человек, который сделал ударение не там, где сделали бы мы, вызывает у нас ярость. Именно ярость… Сколько же их в каждом из нас - судЕй решительных и строгих!

Господин Журий из Киева: "Чечня продолжается, Грузия начинается, возрождается советский гимн. Это ведь реванш, господа! Путин говорил уже, что, кто не сожалеет о Советским Союзе, у того нет сердца. Ему плевать, есть ли сердце у чеченцев, грузин, украинцев. Об украинцах тоже говорить пора. Видимо, Украина намечается на известную роль Австрии. Мир тогда тоже потакал Гитлеру. Российские политики упорно порочат Украину в глазах мира, готовят почву: Украина - вор, Украина -банкрот, Украина - коррупционер, террорист и матючник. "Единый могучий Советский Союз" без Украины они не мыслят.

Пусть мир будет бдительным. Журий".

Письмо из электронной почты: "Нет ли у вас в настоящее время ощущения скорого конца многих свобод? Чем -то должна свобода закончиться, так как по -другому скорее всего жить мы не можем или не сможем.. Если не трудно, то ответьте".

Не хочу вслух говорить о своих ощущениях. Лучше скажу, как смотрю на такие письма. Люди почувствовали угрозу и забеспокоились. Действия Кремля вызывают противодействие. Будет ли противодействие равно действию? Не знаю. Пока что кое-где, в случае отдельного человека, отдельного сознания, противодействие оказывается даже сильнее действия. О путинской власти отзываются так сурово, как она ещё не заслужила.

Письмо из электронной почты: "У меня есть реплика к Юрию Лужкову и всем, кто считает, что музыка не имеет идеологии: пусть возьмут музыку Германии времен третьего рейха, например, песенку "Deutsche Soldaten, Unteroffizieren..." ( "Немецкие солдаты и унтерофицеры…) уберут текст - заменят его каким-нибудь миролюбивым и поют. Множество простеньких и запоминающихся мелодий было в то время в Германии, но они в памяти нации связаны с историческим позором, и политикам не приходит в голову их возобновлять. Буду вам очень признательна, если вам удастся так или иначе довести до Лужкова мою несложную мысль, а может быть и развить ее. Лариса".

Русские революционеры тоже считали, Лариса, что музыка безыдейна: они смело брали чужие мелодии для своих воинственных стихов. Так возникли почти все знаменитые пролетарские песни: "Вы жертвою пали в борьбе роковой", "Смело, товарищи, в ногу!"… Русские тут не были первыми, и следовали они не за кем-нибудь, а за теми же немцами, которым ничего не стоило из имперского гимна сделать "красногвардейский". Продолжалось это творческое содружество и при Сталине с Гитлером. От Гитлера пришёл в Советский Союз нацистский марш Хорста Весселя, исполнялся на слова: "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью". Большинство лучших советских песен вплоть до пятидесятых годов - это мелодии из мира "эксплуатации человека человеком", мира национального и прочего угнетения. Так озвучивали слова советских поэтов. "Широка страна моя родная…" Я не говорю: украденные мелодии, потому что во времена Дунаевского, любившего это занятие, оно считалось не воровством, а заимствованием, о котором не ставили в известность ни начальство, ни советский народ.

Письмо из Австралии: "Меня зовут Амин Гошти, я из иранского Белуджистана, прожил 12 лет в России, учась и работая. Сейчас со своей женой-австралийкой живу в столице Австралии, городе Канберре. Мне нравятся русский язык радиостанции "Свобода" и содержание передач. Я говорю на нескольких языках и стараюсь держать свои языки на "уровне". Я не хочу терять русский язык и связи с Россией. Я отправил заметку в газету "Труд" с просьбой опубликовать мой адрес, чтобы читатели могли писать мне. Это помогло бы, я думал, моему русскому. Посылаю вам то, что газета напечатала. "Отпустить меня не хочет Родина моя. Хороша страна Австралия, но Россия лучше всех. Жил - не ценил, теперь уехал и понял, что такое ностальгия и почему к горлу подкатывает ком, когда видишь русскую березку"..И после этого помещён мой адрес. Выводы делайте сами. Теперь я получаю десятки писем с просьбами, сочувствием, ругательствами. Люди поверили тому, что написала от моего имени газета. Мне жаль их, но я не виноват. Мы с женой познакомились в России, и она, сочувствуя моему положению "черного", сказала : "Я люблю тебя и хочу жить с тобой, но не здесь, а в Австралии. Даже если бы я не любила тебя, все равно из гуманных соображений помогла бы тебе уехать отсюда". С уважением Амин Гошти".

Газеты, в одну из которых обратился автор этого письма, больше всего похожи на советские: та же неестественность тона, те же манеры "достойной отповеди" одним и умиления другими. Но от советизма, от коммунизма они отошли на расстояние световых лет, причем, незаметно для самих себя, будто их заколдовал, "зомбировал" какой-нибудь хитроумный враг "всего красного", "всего советского", "всего материалистического". Уж они-то должны были, казалось бы, впитать материалистическое учение о патриотизме - о том, что дело не в воздухе, которым "так вольно дышит человек", не в том, что его местность лучше всех, а в том, что с нею связаны его самые первые и потому самые сильные впечатления и что нет, стало быть, у него оснований спесиво смотреть на другие местности и их обитателей.

Следующее письмо: "Вот-вот "думаки" проголосуют за музыку советского гимна. А поводом послужила челобитная спортсменов-олимпийцев, слезно просивших президента дать им, наконец, гимн со словами. Как же им, бедолагам, тяжело приходилось во время Олимпиады! Вот играют российский гимн, душа поет, а слов нет! Сколько золота, серебра, бронзы потеряно из-за этой вынужденной немоты! Защитнички советского гимна уверяют нас, что нет тут никакой политической подоплеки: музыка, дескать, вне политики. Лукавят защитнички, врут. С чего бы тогда именно коммунистам наиболее рьяно ратовать за советский гимн? Вспоминаю в связи с этим чемпионат мира по хоккею 1980 года. Во время исполнений советского гимна - мелодии только, без всяких слов! - такой оглушительный свист раздавался в зале, что и гимна-то слышно не было. И приходилось нашему телевидению отключать звук во время подъемов советского флага и включать запись гимна из московской студии. Так зачем же возвращаться к музыке, которая, при всех ее достоинствах, вызывала ненависть всего мира? Зачем будить эту старую ненависть?"

В утешение этому слушателю можно сказать, что с такими знаками государственного отличия и достоинства, как герб, гимн, знамя, происходит примерно то же, что и с творениями зодчих и ваятелей. Какое бы чудо-юдо ни воздвигли, со временем оно станет достопримечательностью, если не будет, конечно, разрушено. О бетонном воспроизведении храма Христа Спасителя будут говорить, показывая его гостям столицы, что вот был некогда на Москве такой мэр, "новый русский", на Западе его называли "московским Муссолини", в Бога, по его словам, не верил, но был крёщён самим патриархом, ну, и положил себе восстановить храм… В том же духе будут говорить о путинском гимне - что вот был такой подполковник КГБ, стал президентом, да, а дед его был сталинским поваром, и вот он (не дед, а внук) положил себе восстановить сталинский гимн... Случилось это, скажут, в то время, когда народ уже не придавал большой важности таким вещам, когда люди уже не верили в магическое, волшебное действие всевозможных изображений, изваяний, знаков, песенок и заклинаний, и преобладало здоровое, добродушно- насмешливое отношение к ним…

Письмо-телеграмма из одного предложения: "Черный юмор:
интеллигенция будет слушать гимн Александрова сидя! А. Каренин".

Главное - что её за это не будут, видимо, сажать. Вряд ли все-таки до этого дойдёт - десакрализация, расколдование, приземление знаков государственного отличия и достоинства продвинулось уже все-таки очень далеко и в мире, и в России. "Птичка и полосатик" - так сами думцы между собою называют двуглавого орла и триколор… Человек полагает, а Бог располагает. Взялись крепить государство, а достигли того, что это теперь государство, где не все встают при исполнении государственного гимна.

Я не оглашаю слишком хвалебных писем в свой адрес, но Виктор Таращев так меня хвалит в своём письме, что лучше бы ругал. Читаю: "Пишет вам почитатель вашего таланта. Я в восторге от ваших пятничных передач, когда вы зачитываете выдержки из писем радиослушателей, а иногда и письма целиком, и даёте им блестящие комментарии, уж чего греха таить, не в бровь, а в глаз. Я не ёрничаю - вы действительно талантливый человек. У меня пожелание: не могли бы ли вы по совместительству или в порядке шефской помощи тем же заняться на "Народном радио" в рамках передачи "На самом деле". Правда, у них мало денег. Но может быть вы бескорыстно подучите ребят составлению писем радиослушателей в таком ракурсе, чтобы хлёстче звучали комментарии к ним. Если быть откровенным, я не надеюсь на исполнение своего пожелания, ведь денег у них действительно мало. А жаль - такой талант да в мирных бы целях! Может, кто-нибудь из ваших клерков, в виде исключения. Письменно ответит мне и разъяснит реальное положение вещей? С глубоким уважением, искренне ваш Таращев Виктор. P.S. Отдаю должное остроте вашего ума. Excuse me за грубую аналогию, но я бы вам палец в рот не положил, как пикейные жилеты - лорду Керзону. Всё-таки надеюсь на ответ".

Если бы я составлял письма слушателей "Свободы", мою передачу никто не слушал бы. По-моему, об этом у нас уже был разговор. Все плевались бы. Она была бы нестерпимо скучна и фальшива. А если бы кто-то мог составлять такие письма, которые люди слушали бы не плюясь, то он должен был бы обладать гением Андрея Платонова. Но и тогда этот гений ничем не мог бы помочь "Народному радио". Одного гения мало, нужна ещё такая штука, как искренность. А искренний и талантливый человек хорошо работать на те цели, которые господин Таращев называет мирными в противовес нашим военным, не может. Для этого он должен считать, что права человека - химера, что Запад - царство сатаны, а Русь - святая, что лучших друзей себе она должна искать в Ираке и Северной Корее. В недемократических литературно-философских партиях России есть искренние люди, но они бездарны, есть несколько и даровитых, но они неискренни, вот у них ничего и не получается: у одних (у большинства) из-за бездарности, у других (у меньшинства) - из-за неискренности.

Письмо из Киева: "Долгое время радио "Свобода", в числе других средств массовой информации, контролируемых американской администрацией, оказывала косвенную поддержку преступному режиму господина Кучмы, посему я бы очень хотел вас попросить прослушать крайне любопытные записи его разговоров со своими подчиненными, которые можно найти в Интернете по следующему адресу… Непонятной остается только реакция так называемых борцов за демократию или, вернее сказать, отсутсвие таковой. Подлинность пленки не оспаривает ни сам президент Украины, ни кто-либо из его соратников, вот только должного отражения в так называемых демократических средствах массовой информации, в том числе и на "Свободе", это совсем не находит. Волков".

Напомню слушателям, в чём дело. Соперник Кучмы на прошлых президентских выборах социалист Мороз недавно обвинил его в причастности к убийству одного журналиста и обнародовал негласную запись разговоров, которые вёл о нём украинский президент с высшими полицейскими чинами страны. И по содержанию, и по манерам, по языку - это разговоры людей из уголовной среды. Настоящие уголовники, жестокие и глумливые… Если подслушаны действительно Кучма и его "чекисты" и если делу будет дан надлежащий ход, то им не позавидуешь, хотя убитого не вернуть. А пока скандал продолжается - продолжается вяло, видимо, и по той причине, что украинское телевидение, радио и печать или замалчивают его, или предоставляют слово только президентской стороне. Всё это знают слушатели радио "Свобода" из подробных сообщений Украинской службы и менее подробных - Русской. Почему передачи Русской службы об украинских делах не могут быть такими же обстоятельными, как - Украинской, объяснять, думаю, не надо, и господин Волков, по-моему, согласился бы, что не надо, если бы мы вслед за ним называли украинский политический режим преступным и употребляли другие сильные слова и выражения. Это, надо признать, серьёзная трудность в наших отношениях с частью слушателей. Президент такой-то страны, сообщаем, например, мы, приказал избить мирных демонстрантов. Слушатель восклицает: "Ах, он негодяй!" Но ему, слушателю, мало, что он произносит это слово, ему нужно, чтобы и мы кричали: "Ах, он негодяй!" Не кричим - значит, как пишет господин Волков, "оказываем косвенную поддержку преступному режиму".

Письмо из Петербурга: "Действительно, к нам течет с Запада грязь. Дело в том, что пути для этой грязи открывают наши кинопрокатные организации и телекомпании. На Западе полно всего. Нужно просто не открывать пути для грязи, а брать лучшее. Это наша задача. Да и многое хорошее берется, но это не так бросается в глаза. С уважением, Куликов И.В.".

С моей точки зрения, Россия ничего не потеряла бы, если бы не увидела 99 из 100 тех западных картин, которые были показаны ей за 100 лет, особенно, конечно, за последние 10 лет. Ничего не потеряла бы… Но это - с моей точки зрения. У России же, у российского зрительского большинства, другая точка зрения. Ей (или ему) эти 99 зрелищ нравятся или, по крайней мере, интересуют её, иначе советская власть не показывала бы "Тарзана" и "Бродягу", а в наши дни не показывали бы "мыльных опер". Люди, которые отбирают зрелища, вольно или невольно учитывают вкусы и желания зрительного зала. Легковесные зрелища всё ещё по душе зрительскому большинству повсюду в мире. Ну, не будет на российском экране западных "страшилок" - будут российские. По-моему, хрен редьки не слаще. Если бы точно было известно, что западные поделки уступят место российским шедеврам… Но это ведь невозможно.

Пишет господин Новинский: "Опять слышал на волнах "Свободы" чьи-то странные православно-коммунистические рассуждения о том, что Запад "разлагает нас своими развратными передачами". Пусть посмотрят немецкое телевидение после 23 часов - да наше ТВ - просто образец целомудрия по сравнению с этим! Я достаточно долго прожил в Германии и могу засвидетельствовать, что у нас русского кино и русской рок-музыки больше, чем в Германии - немецкой. Но высказаться я хочу по поводу так называемой то ли "концепции", то ли "доктрины информационной безопасности": Я читал несколько интервью с её творцом Сергеем Ивановым. Он говорил много о чем (Чечня, талибы, вертикаль власти), а о развитии информационных технологий, биотехнологий - ни слова. А ведь на Западе они развиваются так бурно, что через какое-то время Россию не спасут никакие реформы. Высокие технологии определяют сегодня лицо государства. А у нас не только ничего не делают в этом направлении, но и тормозят дело такими "концепциями" и "доктринами". В российском сознании отсутствует понятие целесообразности. Поэтому можно изготовить 40 тысяч танков, а по нужде в 30-градусный мороз бегать на улицу. И делать внешнюю политику исключительно назло Америке, а потом оказывается, что Сербии мы на самом деле не нужны, так как ей нужны технологии и инвестиции, а не антиамериканская риторика".

Я хотел сказать, что не понимаю этих слов: "спасти Россию", "Россию спасёт только то-то". Понимаю, конечно, - так наши слушатели выражают свою жажду перемен, желание жить по-современному, уверенность, что дурные погоды сменятся хорошими, что движение мыслимо только в одну сторону - к лучшему. Не всякая страна и не всегда использует понятие "спасения" для раздумий о своём настоящем и будущем. Венгры таких разговоров не ведут, чехи - тоже, грузины - да, ведут. Подчас оказывается, что, когда русский говорит о спасении России, он подразумевает восстановление её господства по крайней мере над половиной мира. В астраханской фашистской газете, номер которой нам прислал один слушатель, одна страница посвящена вещам, которые, как сказано в названии, "должен знать русский, чтобы быть русским". Среди прочего приводятся "10 неизвестных фактов". Факт под номером 4: "В 1904 году в России был 21 миллион лошадей, а во всём мире - около 75 миллионов". Но взял я эту страницу ради "факта номер два" - видно, как русские фашисты понимают спасение России: "Каждый монарх династии Романовых оставлял своему наследнику страну большую по размерам, чем её получал от отца". Помещён и "Русский марш", навеянный поэту Путиным - известным его обещанием: "Кто нас обидит, три дня не проживёт". В песне это выглядит так: "Русская земля, кто тебя обидел? Недругам твоим прощенья нет". Припев: "Мы русские, с нами Бог, за Родину последний вздох, мы русские, русские идут!"

Астраханским фашистам вторит наш постоянный слушатель из Татарии:
Здравствуй, Стреляный А.И.,
Наш временный враг.
Скоро мы себе вернём
СССР и красный флаг

А Путиным этот слушатель недоволен:

Скажи, Господи, правду,
Открой душу мне свою:
За что ты с Марса такое горе
Допустил на Родину мою?

В будущее смотрит с надеждой:

Скоро нашим всем врагам
Мы дадим большой отпор,
Ибо мы стали все
Точно вилы и топор!

Вот вам, господин Новинский, и "высокие технологии".

XS
SM
MD
LG