Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма


" Я городской житель, но одновременно фермер, - пишет Александр Линин из Твери. " Проживаю один. Ферма моя состоит из коз и козлят (до 25 голов), двух собак и десяти котов. Земля мне была выделена плохая: кусты и заболоченность. Техники у меня никакой, все нанимал. Осушил канавой и раскорчевал под пастбище три гектара. Полтора гектара отвел под пруды, три - под парк. Всего у меня семь с половиной гектара. Кроме работы на ферме и в огороде, занимаюсь исследованием Энергии Разума и Энергии Рассудка, концентрации их в организме человека." Уважаемый господин Линин, желаем вам и в новом году успеха в обеих областях вашей деятельности.

"Было время, когда меня совершенно не интересовала радиостанция "Свобода". Теперь же слушаю ее постоянно - денно и нощно, - пишет геолог, кандидат наук Тумарев Константин Константинович. " Послушаешь час и все знаешь, что происходит в мире, где Радуев, сколько стоит доллар. О направленности передач "Свободы" не хочу говорить, замечу только, что свобода печати и передач на радио и телевидении нужна только тому, кто не доволен государством." То есть, Константин Константинович, всем и всюду, как я понимаю. Я, во всяком случае, не встречал человека, который был бы вполне доволен своим государством, - не встречал такого ни в Советском Союзе, ни в России, ни в Америке, ни здесь, в Чехии.

Константину Константиновичу Тумареву нравится слушать на волнах "Свободы" письма из российских архивов. Он пишет: "Наивные, доверчивые люди часто желали своей стране процветания и всех благ, выражали свои чувства в письмах членам правительства, что-то советовали, вскрывали недостатки, просили помощи, а их за это сажали в тюрьмы." Был посажен и отец Константина Константиновича, сельский учитель. Он получил десять лет за случайное знакомство с двумя сельскохозяйственными профессорами, которых объявили врагами народа. " Несмотря на страшные унижения во время одного-единственного допроса, - пишет господин Тумарев, - и десятилетнее пребывание в тюрьмах и лагерях, отец до конца своей жизни остался верным ленинским идеям коммунизма." Таков по сей день и его сын. Читаю: " Когда отец освободился, мы с ним уехали на Истринское водохранилище, и там, на берегу, где нет стен, которые в то время могли слушать, все обговорили." Они пришли к выводу, что при Сталине произошла, как пишет Константин Константинович, "страшная профанация ( искажение) идей социализма и коммунизма. Пролетариат - главная сила социалистических преобразований - был лишен диктатуры. " К Сталину автор этого письма относится очень плохо еще и потому, что тот - цитирую - "отвратительно говорил по-русски. Русскими должен управлять русский, - пишет господин Тумарев, - французами - француз, немцами - немец, англичанами - англичанин. Это - святая истина." Он не признает коммунистической партию Зюганова. "КПРФ, - пишет он, - является типичной буржуазной социал-демократической партией. Без думы у нее нет других опор, и ее ждет такая же участь, как и оторвавшуюся от пролетариата КПСС, - полнейший крах. Не говорите, пожалуйста, Анатолий Иванович, о КПРФ как о коммунистической партии. В ней нет и духа коммунизма."

Конечно, нет, Константин Константинович, согласен с вами. Этот дух улетучивался из всех компартий, как только они оказывались у власти. КПРФ уже опять у власти, так что от Маркса с Лениным отойдет, надо ожидать, еще дальше. Что касается чистоты кровей, то до сих пор теми же русскими "чистые" русские (от князей до генсеков) управляли только в порядке исключения, то же было и с французами, и с англичанами, да и с прочими шведами. Варяжество и "гибридизация" - в природе вещей.

"Если из ваших передач ясно видно, какой она была - Россия ВЧЕРА и какова она СЕГОДНЯ, то какова она будет ЗАВТРА, предугадать невозможно, а поэтому и название вашей программы следует изменить", - пишет слушатель Лебедев, и он не один, кто настаивает на усечении названия этой программы. Правда, другие считают, что будущее предсказать можно, да радио "Свобода" почему-то не подпускает к своим микрофонам специалистов по завтрашнему дню человечества и России в особенности. Я согласен скорее с господином Лебедевым: будущее в тумане, хотя можно не одну книгу заполнить сбывшимися предсказаниями разного рода. Феликс Дзержинский, например, в одиннадцатом году, сидя в тюрьме, написал, что революция в России разразится не позже семнадцатого. Московский студент-историк Андрей Амальрик в 1968 году предсказал распад Советского Союза, причем, ошибся только на один год, если считать началом распада 1985-й, когда к власти пришел Горбачев. Книжечка Амальрика, за которую его посадили, называлась: "Просуществует ли Советский Союз до 1984 года". Каждый день так или иначе гадает о России ЗАВТРА и радио "Свобода", только не все слушатели это замечают. Надо, видимо, время от времени быть прямее. Дело, правда, очень щекотливое, ведь многие исследователи и политики видят российское завтра в очень мрачном свете. Сотни, если не тысячи, вдумчивых людей еще в девяносто втором году говорили, что России, может быть, придется пройти через что-то вроде фашизма или нацизма, прежде чем она станет вполне открытым обществом.

Иван Васильевич Сергейчик, считающий неприятие русского национализма или глупостью, или подлостью, напоминает нам, сколько крупных и даже великих людей в истории были ярыми националистами. Называет известные имена, начинает, как человек знающий, с немецких: ведь именно Германия еще в прошлом веке дала миру образец того национализма, который доволокся до времен нынешней Государственной думы России: высокомерного национализма. Одно отличие (на него слушатель, естественно, внимания не обращает): сегодня этим недугом не страдает ни один подлинно крупный человек.

Нет отбоя и от писем, авторы которых нам докладывают, люди каких национальностей в России живут лучше других (лучше основной, если начистоту, - другие этих слушателей не интересуют). Какой делается вывод, хорошо известно. Живут лучше других - значит, за счет других, значит, плохие, зловредные. Этих писем я почти не оглашаю. Немец Макс Вебер был большим ученым и не меньшим националистом. Но вот он заметил, что на протяжении нескольких веков самыми удачливыми предпринимателями были люди одной веры: протестанты, особенно кальвинисты. О чем же он стал думать? О том, какие они плохие и чем провинились перед остальными? Нет, он принялся изучать их веру: как она их воспитывает, что они оказались самыми бережливыми, рачительными и расторопными, что именно они внесли в западный мир тот особый дух, который Вебер назвал "духом капитализма" в своей книге - знаменитейшей из научных книг двадцатого века? Долгое время национализм, даже оголтелый, не мешал, как видно из этого примера, некоторым людям быть большими учеными, писателями, музыкантами. Теперь же он перестал поселяться в умах, способных к серьезному творчеству. Видимо, высокомерный национализм изжил себя, выродился, если посещает одну мелкоту, во всяком случае, в России.

" Я учитель английского и русского языков, переводчик, но сейчас - подсобный рабочий на стройке", - так начинает свое письмо 29-летний житель Львова Леонид Каночкин. " Многие мои однокурсники нашли работу в школах и спокойно работают. Они не скрывают, что дали взятку, подробно рассказывают мне весь механизм: кому, сколько, через кого. Деньги на взятку я нашел бы, но это противоречит моим убеждениям." Леонид описывает несколько своих попыток устроиться в городские средние школы - как его водили за нос директрисы, а также дамы из органов народного образования. "Найти работу без взятки во Львове невозможно", - пишет он в конце. Похоже на то... Львов был одним из самых "взяточных" городов европейской части Советского Союза - Львов и Львовская область. Длительный чиновничий беспредел - австрийский, польский - свое сделал. Особенно замученное там было крестьянство. Малоземелье, почти никакой промышленности, безысходный избыток рабочей силы. А край - красоты неописуемой . Где бы, кажется, и жить, как не там. Вы не пробовали искать частные уроки, Леонид? Такие, как вы, только для частных и созданы...

Пишет господин Смирнов из Петербурга: "Ваша безоглядная поддержка и пропаганда партии Явлинского, ваше некритичное к нему отношение удивляет нас. Такое впечатление, что "Свобода" просто стала рупором одной партии. Да, Явлинский умеет говорить и часто говорит правильно (хотя и не всегда и даже в его экономической программе много изъянов), но слишком часто его слова расходятся с делами. Непонятно также, почему именно он первым предложил кандидатуру Примакова. Не потому ли, что сам официально служит в этом ведомстве? Вина за раздробленность правых сил, за будущее России ложится на Явлинского, для которого личные амбиции выше общих целей. Она ложится и на "Свободу", так безоглядно и исключительно поддерживающую лишь "Яблоко". С уважением и надеждой на вашу большую объективность в будущем, по поручению группы демократически настроенных слушателей В. Смирнов."

Напишите нам, господин Смирнов, на какое ведомство вы и ваша группа намекаете, говоря, что в нем вместе с Примаковым служит Явлинский. В последнее время Примаков служил в министерстве иностранных дел, до этого - в российской внешней разведке, до этого - в ЦК КПСС, до этого - в системе академии наук, до этого - журналистом-международником и по совместительству, как намекают российские газеты, - то ли в КГБ, то ли в военной разведке. Я хотел бы, как говорится, ошибиться, но тон вашего письма наводит на мысль, что вы имеете в виду КГБ (теперь ФСБ). То же самое ваши противники (и тоже - по поручению демократически настроенных слушателей радио "Свобода") говорят о Гайдаре. Я думаю, что и Гайдар, которого вы защищаете, и Явлинский, которого вы осуждаете, придерживаются одного мнения о таких способах борьбы за объединение демократических сил.

Воробьеву Валерию Александровичу из города Чехова Московской области наоборот, очень неприятен Гайдар и правоцентристский блок (кроме Гайдара, там Кириенко, Немцов, Чубайс). Недавно в этот блок вступил один знаменитый в России писатель и артист. Господин Воробьев прислал на "Свободу" свое открытое письмо этому человеку. В письме говорится: "И вы вступили. Затянула-таки вас шпана в свою малину. Понятно, для чего вы нужны им, да они-то вам на кой хрен, эта шайка наперсточников? Уж если вам совсем засвербело куда-нибудь вступать, перебежали бы из беспартийных в партию любителей пива." Пишет господин Воробьев от имени - цитирую - "беспартийных гуманитариев советских времен со стажем котельных кочегаров и ночных сторожей." Как некогда в Туруханске да Шушенском начала века, так и в котельных второй его половины загибались кто для чего... Кто-то - чтобы всяк мог свободно выбрать себе партию по своему вкусу, кто-то - чтобы все вступали только в ту партию, которая по вкусу ему.

Гордей Дюжьев из города, название которого я не разобрал, задает нам три вопроса. Читаю: " Первый. Истерия Москвы вокруг Ирака - что это? Уязвленное самолюбие или попытка отвлечь внимание своего народа от мерзкой жизни? Второй. Понимают ли в Москве, что России как "центру Вселенной" приходит конец? Третий. Понимает ли Запад, что, помогая Москве, он продлевает жизнь империи?"

Эти вопросы показывают одно из последствий той внешней политики, которую после Козырева стал проводить Примаков. Многие даже в самой России думают, что Кремль опять сражается на всех фронтах "холодной войны" и готовится к горячей, что Саддам Хусейн - его союзник. В действительности пока не совсем так. Кремль вполне согласен с Западом, что Саддама надо окоротить раз и навсегда. Кремль возражает только против американо-английских способов, не предлагая, впрочем, своих. В то же время он молчаливо одобряет то, что господин Дюжьев называет антиамериканской истерией. Это может дорого обойтись стране. Она очень близко подошла к тому, что ей придется выбирать: или с Западом без всяких капризов, или против Запада. Но против Запада Россия уже была. Чем это кончилось, известно. Несчастье в том, что многие считают, что "с Западом" - значит "на поводу у Запада".

"Многоуважаемый Анатолий Иванович! - пишет Борис Александрович Иоселевич. - Никак не идет из головы передача, в которой вы сурово отчитали некоего молодого россиянина, искренне написавшего вам, что ему опротивела его собственная страна и что он был бы рад оказаться вне ее пределов. Вы, помнится, даже попросили его (в не свойственной вам не совсем тактичной форме) больше не тревожить вас такого рода непатриотическими откровениями. Между тем, это был крик души, а кричат обыкновенно в ту сторону, где надеются быть услышанными."

Он кричал в двух письмах подряд, и я оба прочитал по радио - оба, Борис Александрович, оба, но после второго сказал, что получить такое же третье мне не хотелось бы. И вот то, что я вслух прочитал два письма от одного человека - два письма о том, как он не любит свою страну! - люди как бы не заметили, а то, что я сказал, что, может быть, пора поставить точку, заметили и не одобрили. "Вы, - пишет господин Иоселевич, - судя по всему, не читали Монтеня, а если и читали, то подзабыли его признание, что он всякий раз с радостью покидает Францию, поскольку испытывает отвращение к нравам, в ней царящим. "Я легко бы, - пишет Монтень, - смирился с их порчей, если бы они наносили ущерб только общественным интересам, но так как они затрагивают мои личные интересы, смириться с этим не могу." Каков бродяга! А напиши он такое на радио "Свобода", вы бы наверняка отчитали его по правилам ораторского искусства. Правильно было сказано о советских людях, что они самые счастливые в мире, ибо не понимают, в какой страшной стране живут. Но все происшедшее отняло у нас, бывших советских, это спасительное непонимание. Мы теперь живем как бы внутри вестерна: мужчины чувствуют себя убитыми, женщины - изнасилованными, дети - брошенными. К письмам таких, как мы, вам следует быть особенно внимательными, Анатолий Иванович, а вас занимают те, кто или ругает советскую власть, или скучает по ней. Уверяю вас, все эти люди благополучны по нашим меркам, потому что одним хорошо в настоящем, другим - в прошлом. У тех же, кто провозглашает отказ от родины, как раз ничего, кроме нее, не осталось."

К тому же, Борис Александрович, новая власть не говорит им: я с вами, я вас понимаю, давайте вместе что-то делать, не дадим погаснуть огоньку в конце туннеля. От этого им совсем уж одиноко. Спасибо вам за ваше письмо, я прочитал его с пользой и для себя, и, надеюсь, для слушателей.

"Радио "Свобода", - пишет нам один молодой человек, - изобрела собственное заклинание, якобы помогающее от всех российско-эсэнговых бед. Звучит оно так: "Малыйсреднийбизнес" Пущай знает народ, до чего ж сложно стало торговать в "Луже": рэкет, налоги, ментовские поборы, жуть сплошная. ("Лужей" называют стадион в московских Лужниках, где теперь самое большое в России торжище, о нем рассказывалось в одной из наших передач.) Неужели вы, Анатолий Иванович, всерьез считаете бизнес самым важным в мире делом? Неужели талант - это купить дешево, продать дорого, обмануть налоговую службу и вставить конкуренту "перо" в бок? Если да, то слышать такое от интеллигентного человека вообще и от писателя, в частности, по меньшей мере странно."

Я согласен, скажу этому слушателю, считать бизнес самым неважным в мире делом. Я готов с утра до вечера поносить его на всех волнах, но при одном условии: должна быть полная свобода для тех, кто любит это низменное занятие - свобода и разумные, то есть, поощрительные правила.

"Добрый день, уважаемая радиостанция "Свобода". Пишу вам впервые, а слушаю вас уже четыре года. В 80-е годы я еще в школу ходил и не помню в каком журнале вычитал стихотворение, которое сразу запомнилось. Думаю, оно подойдет для вашей передачи, Анатолий Иванович: заставит кого-то кое над чем задуматься.

И в добрый час, и с бодуна, и в ломотухе, и в олрайте не посылайте ближних на... и дальних не посылайте. И пусть обидит вас страна - не забывайте о престиже. Страну не посылайте на... Не посылайте, будьте выше! И даже если вам хана, подсолнухом в дерьмо врастайте, но будьте мужественны: на... действительность не посылайте!

Город Коростышев, Украина. Чернобров Роман Владимирович."

Спасибо за помощь в работе, Роман Владимирович. Ту же мысль в прошлом веке внушительно выразил философ Гегель, а задолго до него - римский император и тоже философ Марк Аврелий. Все действительное - разумно. "Бодун" - значит похмелье, "ломотуха" - тоже похмелье, но наркотическое, когда и впрямь требуется мужество, чтобы признать, что все действительное разумно, ну, а "в олрайте" - от английского выражения "ол райт": все в порядке.

С Марком Аврелием и Гегелем решительно не согласен Вальдемар Вильгельмович Вухрер. "Бог устроил все прекрасно (каждой твари по паре), но сделал огромную ошибку, создав ненасытного хищника - человека!" Зато поет как, Вальдемар Вильгельмович, какую музыку сочиняет, какие соборы воздвиг!.. Господин Вухрер - потомок крупных ставропольских предпринимателей."Тысячи бочек вина, телки, черная икра Астрахани - все это было во владении моих дедов, - пишет он. " А мануфактура, а девять больших домов в Новокумске, Зеленокумске, Воронцово-Александровске, вилла в Пятигорске и так далее! Они пострадали зря, они были производители, дававшие своему способному работнику товар на энную сумму - открывай свое дело, а когда станешь на ноги, вернешь стоимость товара. Вот это настоящий капитализм, не тот, что у нас сейчас творится. Да еще появились царьки типа Илюмжинова."

Как появились, так и исчезнут, Вальдемар Вильгельмович. Понимаю, что в порядке пожелания это сказать намного легче, чем в порядке предсказания.

Пишет Николай Березовский: "Пока наши отщепенцы не развалили Советский Союз, дядя Сэм боялся бряцать оружием, потому что наши институты были выше оксфордов, это мировой факт. Как сразу после войны американцы скупали немецкие умы, так сейчас гоняются за советскими умами, западное-то образование не ахти какое. Вот вам наглядный пример: простой солдат Калашников, который институтов не кончал, сделал автоматическое стрелковое оружие, слава о котором гремит на весь мир до сей поры. А "катюши", а ракеты, которых нельзя перехватить, авиация, которой нет аналогов, а танк Т-34? Да что говорить! Дядя Сэм готов все отдать, лишь бы затоптать наш социалистический прогресс. И как нам сегодня обидно, что наши безграмотные дикари идут на подачки дяди Сэма - видно, мало их Сталин воспитывал. Да за океан мечтают путешествовать. Для чего туда ехать? Все равно там лучшей природы нет, чем была у нас в Союзе, а какие дали разновидные - душа радовалась. Николай Березовский. Может, прочтете в эфир, хотя такие факты вам не по носу, правда?"

Сталин тоже принимал помощь от дяди Сэма, господин Березовский, - очень большую помощь. До Берлина Красная Армия добралась на американских грузовиках и на американской тушенке.

XS
SM
MD
LG