Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма


Наши слушатели продолжают защищать Пиночета. Письмо из Петербурга: "Я возмущена английским беспределом в отношении генерала. Он не допустил победы коммунизма в Чили. И обвинения в его адрес не напоминают ли обвинения человека в превышении необходимой меры обороны после того, как он подвергся нападению и убил нападавшего. А как надо защищаться от коммунистов? Везде ложь, лицемерие. Свободу генералу Пиночету!" Вместо подписи - слова: "Извините за анонимность." Мы еще не получили ни одного письма, одобряющего преследование Пиночета.

Письмо от Сергея Николаевича (фамилию не указал, он христианин, протестант): "Переняв от Запада систему хозяйствования, Россия не переняла межчеловеческих отношений, которые не менее, а может быть даже и более важны. Как если бы кто-то, посмотрев на кирпичную кладку, стал класть сам, но забыл, что в раствор надо положить цемент или известь. Естественно, кладка на одном песке рассыплется. В Америке все держится на вере в Бога. Собственно, это и есть краеугольный камень западной цивилизации. В США, например, есть целые объединения, ассоциации бизнесменов - "христиан полного евангелия." На одном из собраний Восточного отделения ассоциации аплодисментами встретили рассказ бизнесмена, ведущего дела с Нигерией. Коррупция в Нигерии примерно такая, как в России. Правительственные чиновники дали ему понять, что оформят нужные документы за три дня, если получат взятку в 20 тысяч долларов, иначе же дело будет тянуться два месяца. Он не проявил понятливости, что принесло ему 200 тысяч долларов убытка и моральное удовлетворение. Зато на родине доверие к нему возросло, и он тут же заключил несколько договоров, с лихвой окупивших его убытки в Нигерии."

Спасибо за письмо, Сергей Николаевич. В дополнение к тому, что вы написали, наука высказывает одну важную мысль. Заряд веры, на которой было построено свободное общество (в данном случае - американское), со временем может ослабеть и даже совсем рассеяться, но дельные и благородные учреждения, законы, порядки и привычки остаются навсегда. Опыт также говорит, что все это можно не без успеха перенести на другую почву, вроде советской, например, - если постараться ничего, по возможности, не опошлить, обойтись без "отсебятины". О России все-таки нельзя сказать, что она уже переняла западную систему хозяйствования. Украинцы говорят: "Похожа свыня на коня, тилькы грыва нэ така." До сих пор не позаимствовали такое устройство, как банкротство. Не свело предприятие концы с концами - тут же оно продается тому, кто больше даст. Если бы так делалось в России с 1992 года, то сегодня большинства нынешних воротил, "прихватизаторов", " красных директоров" не было бы ни слышно, ни видно, они сами забыли бы о своем существовании, и наши слушатели завидовали бы собственникам второго, а то третьего призыва.

Письмо из Львовской области: "Анатолий Иванович! У нас в бывшем Советском Союзе были Тарапунька и Штепсель, которые говорили правду под видом сатиры и юмора. В ихнем репертуаре была такая пословица: кто больше гавка, у того больше ставка. Вот и ты, Анатолий Иванович, пошел по этому совету, махнул за границу, чтобы плевать на родной дом ради повышенной ставки. А ведь ты образование получил в Советском Союзе! Убедительно прошу тебя, не читай те письма, которые построены на враждебном отношении наций друг к другу. При нашем могучем СССР мы были все равны. Анатолий Иванович, прошу, не ругай теперь нас, несчастных. Власть советская неплохая была, но дуракам в руки попала, так что теперь у нас и без ваших наставлений беды по горло. Мы уже не знаем, какому Богу молиться. За социализм молились, за коммунизм молились, за демократию молились, а за монархию не молились - она сама пришла, но тоже не без помощи радио "Свобода". Город Сосновка, Львовская область, а фамилию мою даю только тебе, по радио ее не оглашай, так как у нас воскресли "степановы хлопци", а от них можно ожидать более, чем от Феликса Дзержинского, - тот приказывал расстреливать, а "степановы хлопци" бросали в колодцы целыми семьями живых людей."

"Степанови хлопци", скажу за этого слушателя, - значит бандеровцы, западноукраинские партизаны времен второй мировой войны. Под началом (может быть, лучше сказать: под стягом) Степана Бандеры они боролись против советской и отчасти немецкой власти. Это письмо лишний раз показывает, что происходившему тогда в Западной Украине нельзя сходу и полностью отказать в праве именоваться "гражданской войной". К пожеланию, выраженному в этом письме: не оглашать писем, "построенных на враждебном отношении наций друг к другу", отношусь так серьезно, как только можно, как, собственно, и требует мое руководство. Наверное, невзначай пропустил что-то, чего не следовало пропускать.

Одно из писем нашего слушателя, адресованное мне, напечатано в газете "Советская Россия". Написал его профессор Александр Портнов. По его мнению, в советском кино я, с моим - дословно - "серым и бесцветным типовым голосом предателя и прислужника оккупантов" смог бы сыграть "типовой образ русского предателя, служащего писарем в оккупационной немецкой полиции." Наверное, смог бы, господин Портнов, - в советском кино сыграть такую роль было бы нетрудно. Суть же письма - в последних строках: "А. Стреляный часами голодным волком завывает в эфире о преступлениях, совершенных поколениями его дедов и прадедов. Но о бесчисленных сегодняшних преступлениях он позорно молчит. Стреляный никогда не скажет, что нынешний режим беспредельно преступен, что он проводит политику геноцида русского народа." К жертвам этого режима автор относит и "три миллиона хронических алкоголиков" в России, которые - дословно - "стоят в ожидании, как в Освенциме, в очереди на конвейер смерти."

Дело, конечно, не в том, что радио "Свобода" приукрашивает или очерняет ( есть и такое мнение) российскую действительность. Дело в том, что мы не говорим языком профессора Портнова. Это язык следователя советской госбезопасности тридцатых годов. Он не ведет дело, а "шьет" его, "пришивает". Раз завод не выполнил план, значит, директор - вредитель, враг народа. Раз в послесоветской России многим плохо живется, значит ею правит "беспредельно преступный" режим. Но с человеком, который действительно так думает, вполне возможен и разговор по существу. В этом разговоре я и впрямь никогда не скажу, что российские алкоголики есть жертвы ельцинского режима. Я скажу, что они в гораздо большей степени - жертвы своей пагубной склонности и российской истории. Точно знаю, что в трезвую минуту со мной согласится подавляющее большинство из них (не говоря уж об их женах). Я скорее скажу, что не ельцинская власть породила их, а они породили ельцинскую власть, с чем тоже согласится большинство их них. И, разумеется, не упущу из виду, что эту власть с Ельциным и его партией делит Зюганов со своей партией, но, между прочим, не с печатью - коммунистической печати этого я "шить" не буду. На словах, в своей печати прежде всего, руководство КПРФ выступает против ельцинизма в высшей степени непримиримо. Власть с ельцинизмом оно делит только на деле.

Александр Борисович Кудрявцев из Ярославля: "Кому, по большому счету, мы нужны? Цивилизованным странам? Думаю, что нет. Сырьевые ресурсы ведь не только в России.Опять же климат у нас не самый лучший. Нас ведь не волнует то, как живут-здравствуют туземные племена где-нибудь на Амазонке или в Африке. Живут себе, как могут. Они ведь нам не мешают. И от нас, наверное, Запад только этого и хочет. Нет, я не ерничаю. Собственно, а что случилось? Для тех, кто живет на земле, кто на ней работает, не пьет, для тех только жизнь и начинается. Нет у них никаких претензий ни к кому. Главное, чтобы им не мешали. Это у нас, кто не на земле сидит, пошли проблемы и, похоже, надолго. Своего рода расплата за отношение к деревне... Россия, по крайней мере, в рамках Московского государства, бросила кормилицу-землю и всеми дозволенными и недозволенными способами перебралась в города. Земля не прощала плевого отношения к себе и отдавала ровно столько, сколько пота в нее было пролито, а городская жизнь позволяла подменять дело болтовней, в чем горожане чрезвычайно преуспели и продолжают совершенствоваться в этом направлении."

Горожане преуспели еще кое в чем, Александр Борисович. Например, побывали в космосе, кропотливо готовят человечество к переселению в другие миры, поскольку Солнце, как точно известно, в конце-концов потухнет. Научились пересаживать сердце, получать по десять и больше тонн молока от коровы в год, выращивать по сотне центнеров пшеницы с гектара - это все они, горожане с их науками, ведь главное, чем занят город, - соображает, как прокормить растущее население. Веками перебиваются с хлеба на воду как раз те страны, где большинство населения поливает праведным потом землю. Хорошо кушают сами и делятся с другими те страны, где хлебопашествует два-три человека из сотни.

"Уважаемый Анатолий Иванович! Слушаю письма, которые вы читаете. Такие разные, так много злых... Задумаешься: найдется "вождь" и "все опять повторится сначала" - война, лагеря-звери-конвой. Что же мы за нация такая, что любой "пассионарий" нас может подчинить и увести, как крыс, в море, чтобы утопить? Где наш разум? Пропадет ваш скорбный труд и дум высокое стремленье, Анатолий Иванович! А счастье было так близко, так возможно. Найдись мудрый правитель, опирающийся не на бандитов, а на порядочных людей... Чем он вас устраивает, - это автор - о Ельцине. - Он доведет Россию до гуннского состояния, и никакое НАТО не спасет Европу. "Грабь награбленное! - был его лозунг, - становись богатым - богатых не судят, богатых уважают, богатые сделают Россию процветающей, и пусть честный плачет, демократию строить - не ишака купить, нам нужна великая Россия, мы убеждены в правильности курса ограбления населения, вперед к победе демократии!" Провалится этот "курс", Анатолий Иванович, потому что не знают меры эти "новые русские". Видимо, опять мы доживем до варварских методов: все отнять и поделить, потом пропить. Я инженер, окончил Уральский политехнический, где Борису Николаевичу ставили "автоматом" оценки как спортсмену и комсомольскому вожаку, всю жизнь работал мастером на заводе. Спасибо, что дочитали мое письмо. Как бы хотелось хоть какой-нибудь услышать от вас комментарий. Макарихин Валерий Семенович."

То, как вы, Валерий Семенович, изложили от имени Ельцина его замысел и политику, годится, по-моему, для антиельцинского митинга, вообще - для политики, то есть, для борьбы за власть или за влияние на власть, но с такими речами на устах или в уме невозможно разглядеть и выбрать подлинно мудрого правителя. Я уж не говорю о том, что мудрый правитель обязательно окажется в последних дураках, если хотя бы мысленно поделит общество на две партии - порядочных и подлецов.

"Анатолий Иванович! Передача радио "Свобода" о бездомных детях меня потрясла. Нет у меня миллионов, но есть, хоть и плохонькая, но двухкомнатная квартира. Живу одна. Сама я педагог и могу дать хорошее образование ребенку. Еду достану, а шить я могу все. Мне 53 года, но лет 10-15, думаю, выдержу. Я могла бы взять одного бездомного ребенка. Если возможно, передайте это письмо заинтересованным людям. Я не знаю, куда нужно обратиться. Очень буду вам обязана. Ивянская Татьяна Александровна. Город Энгельс."

Взять бездомного ребенка, Татьяна Александровна, - сложнейшее дело. Во-первых, нужна большая выдержка и везение, чтобы получить не ребенка, а бумаги, дающие вам право его получить. Во-вторых, беспризорник со стажем обычно не хочет покидать улицу ни за какие коврижки. Это особое существо, притереться друг к другу вам будет очень трудно, даже если вы окажетесь-таки с ним под одной крышей. Отсюда - советы знающих людей. Не торопитесь. Осмотритесь вокруг себя. Сведите знакомство с участковыми милиционерами, с работниками "собеса". Лучше всего подхватить ребенка в ту минуту, когда он только-только оказался бездомным, буквально в первую минуту, а то и до этой минуты. Или взять его из бедствующей многодетной семьи, если она не будет против. На сей счет существует целая наука, особо развита она в США. Там тысячи детей из бедных стран живут в семьях разного достатка.

Пишет Ирма Александровна Лисаускене из Каунаса: "Вы так откровенно отвечаете на все вопросы, нравятся они вам или не нравятся, хотя бывают очень неприятные. Мне иногда вас очень жалко - вас так унижают и оскорбляют. Народ сейчас разный и злобный. Я на вашем месте не читала бы злобные письма, но наверное такая ваша работа." Большое спасибо, Ирма Александровна. Одобрительных, приятных писем в нашей почте тоже много, другое дело, что читать их вслух неудобно. Самые лестные слова я опускаю, ведь хвалят так же безудержно, как и ругают. В общем, все в порядке, не волнуйтесь за нас. Вот час назад добрался до письма Михаила Андреевича Вертухова из Подольска, по профессии он машинист железнодорожного крана. Пишет, что в жизни не слышал ничего, что было бы ему так близко, как то, что звучит в передаче "Ваши письма". "За то, что ты приходишь с небосвода, спасибо тебе, радио "Свобода"!" - пишет вот и Павел Заболотный из Евпатории.

Письмо из Белоруссии: "Услышала отрывок из статейки в газете "Крымская правда", что у нас люди с сияющими лицами и горящими глазами вдохновенно трудятся, в магазинах - изобилие, и решила: все, нужно срочно посылать вам письмо, Анатолий Иванович! Не вижу я вокруг себя вдохновенных лиц, горящих глаз, разве что на акциях оппозиции. "Электорат" (так в этой стране называют ту часть населения, которая голосовала за Лукашенко) угрюм и молчалив, все охвачены страхом, боятся потерять работу, учебу, боятся быть избитыми, брошенными за решетку. Только в очередях за дефицитным снятым молоком и обезжиренной сметаной разгораются страсти. Картошка - и та дефицит (это - в Белоруссии), не говоря уж о фруктах. Сыр и вареная колбаса вовсе исчезли, а обезжиренные молочные продукты и хлеб сметаются с прилавков мгновенно. Должна вам сказать, что я, по нашим меркам, считаюсь обеспеченной, хотя из одежды и обуви за последние годы смогла купить только домашние тапочки. Я не жалуюсь и ничего не прошу. Просто противно слышать про райскую жизнь у нас. Наш президент борется за стабильность и спокойствие в стране. Ну, что ж, он своего добился. У нас наступило кладбищенское спокойствие. Невозможно слушать белорусское радио, которое гонит волну антисемитизма и антипольских настроений."

Я читал письмо из Белоруссии. Что-то перестали идти из этой страны письма от людей, довольных жизнью и президентом. Я не хочу сказать, что таких там нет. Они есть, и их немало. В этом письме они перечисляются: "чиновники, силовики, военные пенсионеры и холуи власти". Белорусские дефициты созданы низкими ценами - то есть, ценами, которые не от Бога, а от президента. Он знает, что жить в очереди за дешевой колбасой населению привычно, а из-за свободной цены оно может взбунтоваться, ведь свободная цена, в белорусских условиях, не может не быть исключительно высокой.

"Это только бездельники, лодарюги, тунеядцы читают стихи, книги, слушают артистов, певцов, певиц, а трудяги - они всегда в работе", - пишет нам один слушатель. Еще из его письма: "Ваше радио угробляет мое здоровье. Читаете всякую ересь. Надо говорить о успевающих: колхозах, фермерах, заводах-фабриках и о не успевающих, чтобы директорам, председателям неуспевающих, работающих убыточно было стыдно." Кажется, что написано это человеком далекого прошлого, когда еще не было советских, вышедших из трудового народа, то есть из людей тяжелого физического труда, артистов и поэтов, но обращаешь внимание на слово "фермеры" и видишь, что время не щадит все-таки никого, всех заставляет изменяться вместе с собою. Подумать только: этот человек ставит в один ряд колхоз и фермера, частника, фермер для него уже не враг, фермера он уже не только разрешает, но и требует славить за успехи и стыдить за отставание!

Еще одно письмо из Белоруссии, из Минска: "Здравствуйте, Анатолий Стреляный! Я на вас в обиде. Уж больно вы в своих передачах жалеете коммунистическую мафию. Что касается нас, то даже писем наших читать не хотите: мол, подавай вам, чтобы было написано с полями, через строку, разборчиво и так далее. Да так могут писать только бывшие номенклатурщики, а простой человек, мечтающий о куске хлеба, пишет вам письмо в подвале при свече, но вот такое письмо вам не нравится, и вы его выбрасываете в корзину. Слушал сегодня передачу "Поверх барьеров". Кажется, ваш работник Померанцев хотел поговорить с теми, кто глушил радио "Свобода", но ему, по его словам, это не удалось. Их искать не надо, все они ходят сейчас по Москве с красными флагами, они участники войны, хотя никто из них и карабин в руках не держал, имеют кучу льгот, массу орденов, герои СССР, с ними встречается Ельцин. А вот мы, жертвы коммунистического террора, ничего не получаем. При раскулачивании нашей семьи, пьяный коммунист схватил меня, двухлетнего ребенка, за ногу и выбросил в окно, при этом был разрушен тазобедренный сустав, и я остался инвалидом."

Это письмо из Минска. Дочитаю его: "Хочу выразить свое возмущение и другой несправедливостью. В ООН Соединенные Штаты имеют один голос, хотя в этой стране рабочий получает, говорят, две тысячи долларов в месяц, а наша Белоруссия еле дотягивает до двадцати долларов и тоже имеет один голос. Считаю, что если жизненный уровень в США в сто раз выше, то такая страна должна иметь 100 голосов, а наша - только один. Ну, как можно дать голос нашему "батьке" Лукашенко, который развалил совхоз, в котором был директором, а сейчас развалил экономику Белоруссии? И вот он вмешивается в югославские дела, хочет кого-то чему-то учить. Можно было бы много написать, но вы не любите такие письма читать. Предайте при случае в МВФ, пусть не скупится и подкинет России долларов - надо же ей заменить устаревшие стратегические ракеты, нацеленные на Америку, и пенсии гэбисты требуют себе повысить. К.Сидоров из Минска."

Уважаемый господин Сидоров, если бы я сам никогда не писал при свече в голодном состоянии, я не посмел бы напомнить вам, что читать разборчивые и чистые письма мне не то что приятнее (бывает очень даже неприятно), а легче. Но слушатель не обязан знать моих личных обстоятельств, поэтому я жалею, что затеял разговор о внешнем виде писем. Это была ошибка, и чем быстрее слушатели ее забудут, тем лучше я буду себя чувствовать.

"Мне ль, как медику, не знать:
честность надо прививать!"
-
это из письма Владимира Федоровича Кузнецова, врача из поселка Оржица Полтавской области. Есть в нем и таки две строки:
"Лучше быть простым рвачом,
чем заслуженным врачом."

Мне кажется, плохой врач и дурной человек не написал бы этого горького стишка.
XS
SM
MD
LG