Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Программы писаные и неписаные


КПРФ - ее писаная и неписаная программы. Чего можно ждать от этой партии?

Программу ведет Анатолий Стреляный. В ней участвуют социологи Владимир Прибыловский и Татьяна Кутковец, и Отто Лацис - экономист, обозреватель газеты "Новые Известия".

Анатолий Стреляный:

Передача "Программы писаные и неписаные" - о Коммунистической партии Российской федерации, о КПРФ, чей избирательный список был утвержден вчера. Писаная предвыборная программа этой партии, в общем, не обещает ничего такого, чего нет в программах е" соперников и даже противников. Другие, не столь злободневные, е" программные документы тоже не содержат ни безоговорочного социализма, ни, тем более, коммунизма. Социализм, причем, сталинского толка, с большой примесью крайнего национализма, даже расизма представлен в печатных трудах, в речах и высказываниях вождей этой партии - прежде всего, Геннадия Зюганова и Альберта Макашова. Можно думать, что тут расчет на то, что одна часть избирателей будет учитывать только официальные предвыборные документы и выступления, не обращая внимания на все прочие, а другая - наоборот, будет учитывать все прочие, не обращая внимания на официальные предвыборные. Главное же во вс"м писаном под флагом КПРФ: упор на государство - на государственный надзор за хозяйством и общественной жизнью, государственную поддержку убыточного производства, на государственные расходы в пользу бедных и в то же время на армию... КПРФ - партия не новая, у не" есть своя история - история серьезная, даже если брать только послесоветское время, у этой партии есть опыт законодательной деятельности, а Евгений Примаков приобщил е" и к правительственной работе. Так что, есть все основания разговор о КПРФ начинать со взгляда назад. Говорит социолог Владимир Прибыловский.

Владимир Прибыловский:

В период правления Ельцина-Черномырдина можно было говорить о партии власти в широком смысле этого слова. В нее входило думское руководство КПРФ, включая Зюганова и Селезнева. Это особенно заметно по тому, как они относились к правительству Черномырдина. КПРФ голосовала очень часто за бюджет, по крайней мере, частично, и за премьера Черномырдина. Был достаточно широкий, условно говоря, от Чубайса до Зюганова, консенсус по поводу целого ряда аспектов политики Черномырдина. КПРФ обличала режим Ельцина, выступала против Ельцина достаточно резко и поддерживала кабинет Черномырдина. Это не случайно, потому что руководство КПРФ, ее верхушка вросла в этот номенклатурный капитализм, это очень богатые люди, у которых есть свои акции, собственность, и так далее. Их отличие от сторонников НДР в том, что у них есть некоторые особенности во взглядах, которые скорее националистического, чем коммунистического, марксистского толка. От марксизма компартия, во всяком случае, ее руководящее ядро, в значительной степени отказалась. Тут можно сказать о такой детали: в 1992- м году Геннадий Зюганов заполнял анкету. Мы рассылали ряду политических деятелей анкеты, там был выбор: какие идейные позиции выбирают опрашиваемые, надо их подчеркивать или дописывать свои. Там были коммунистические, марксистские, социалистические, национал-патриотические и другие взгляды. Зюганов в конце 1992-го года подчеркнул национал-патриотические и социалистические, а марксистские и коммунистические не подчеркнул. Прошло два-три месяца и он стал председателем компартии.

Анатолий Стреляный:

Говорит социолог Татьяна Кутковец.

Татьяна Кутковец:

КПРФ - это партия неудачников. Но неудачникам, свойственен реваншизм, это - родная сестра этого состояния. Я думаю, что было бы преждевременно сегодня полагать, что они смирятся со своим положением просто неудачников. То, что мы сегодня наблюдаем в Думе, и то, что, я думаю, в ближайшее время будет во время избирательной кампании, это будет, безусловно, энергетический выброс реваншизма, потому что цель и задача их - свергнуть власть. И, исходя из этого, на этом выстраивается вся их программа, вся их деятельность, вся их работа с массами, и подогревание тех ожиданий, которые есть у этих масс. Потому что есть сами массы. Меня, как социолога, особенно настораживает то, что в последнее время, в 1999-м году, я стала наблюдать рост возрастной группы, которая еще совсем недавно у них была в мизере, то есть 35-летние, то есть 25-летние десятилетней давности, сегодня присутствуют там в значительно большей степени, чем раньше. Понятно, что в России это происходит не от хорошей жизни, а от того, что лучших героев не появилось, и с этим надо не только считаться, но и бороться. Ведь КПРФ потеряла все свои старые атрибуты. Она объявила себя наследницей КПСС, но от КПСС у нее остались только первые две буквы, все остальное совершенно поменялось. КПСС была атеистической, КПРФ стала чуть ли не воплощенной православной. КПСС была интернациональной а КПРФ, несомненно, переходит в ту плоскость, куда ее зовет вся логика ее политической деятельности, при замене каких-то идеологических вещей должны появиться полноценные основы. Такой основой, как это и предвидели очень многие аналитики и политологи, становится националистическая идеология. Естественно, у них никогда не хватит духа назвать себя тем, кем они являются на сегодняшний день, в реалистичном виде. Реалистичность эта заключается в том, что это - формализованный, имеющий на сегодняшний день огромное представительство в парламенте, прообраз национал-социалистической партии. Немалую долю мест КПРФ получит и в следующем парламенте. Надежды на то, что бывшая компартия в российском исполнении превратится в социал-демократическую не оправдались. То, что она перерождается в национал-социалистическую партию, в той или иной степени, это сегодня - реальность нашей жизни. Если называть вещи своими именами, то я думаю, что мы все-таки заинтересованы называть черное черным, а белое - белым, и все совершенно понятно. Это - социализм, идеологической основой которого является национализм. Безусловно, такие явления, как генерал Макашов и не только он, они ведь в этой партии не случайны. Можно сколько угодно формально открещиваться от их провозглашаемых чуть ли не на каждой трибуне, на которую они попадают, сентенций, но это та питательная среда, которая дает им такой огромный кусок электората, от которого они никогда не смогут отказаться. В ближайшем будущем у них просто нет ничего другого, чего они могли бы так отмобилизовать, кроме российского национализма.

Анатолий Стреляный:

Это была социолог Татьяна Кутковец. Национализм - крайний национализм - это в КПРФ и в родственных ей партиях явно всерьез и надолго. Расколы и размежевания на этой почве, которыми недавно радовала своих противников "красная" часть российских партий, были предвыборной тактикой, как выясняется сегодня. В списках кандидатов в депутаты государственной думы - почти две тысячи человек, все они коммунисты, но лозунг "Православие, самодержавие и народность" большинству из них ближе, чем "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" Что же можно сказать о "синтетической" программе этой партии, то есть, о той программе, которая вырисовывается из всего: из писаной программы, из идеологии вождей партии, из думской деятельности коммунистической фракции? Рассказывает Отто Лацис - экономист, обозреватель газеты "Новые Известия".

Отто Лацис:

В 1996-м году я бы без колебаний сказал, в чем заключается их неписаная программа: переделить все обратно, то есть это партия неудачников. Как известно, революция 1991-го года заключалась в том, что негласная, де-факто существующая, но де-юре не существовавшая коллективная собственность класса бюрократии была оформлена де-юре, то есть, перешла в более эффективную и удобную для этого класса форму. Но она пережила некий передел и в профессиональном плане тоже. Кто-то выиграл. Директора предприятий выиграли, секретари райкомов по пропаганде проиграли, потому что они были не по этому вопросу. Люди, вроде Зюганова, они в рыночной экономике темные, ничего не понимающие люди. Эта партия неудачников хотела все оставить, конечно, по-новому, они понимают, что нельзя вернуть старое, но переделить в свою пользу. Сейчас, мне кажется, они уже, по крайней мере, верхушка этой партии, достаточно хорошо устроились в этой системе и просто обозначают некую оппозиционность, а на самом деле, больше всего стараются для себя лично оставить все как есть. КПРФ отличается от всех других партий, кроме, может быть, ЛДПР, да и от нее тоже, крайней управленческой некомпетентностью, Если она возьмет власть, то это будет плохо даже не в силу ее реакционности, а в силу ее полной беспомощности, Это будет немедленный провал всего и во всем. Поэтому, даже лозунги, они вообще не по делу. Писаная программа или неписаная, она будет никакая. Сказать, что КПРФ обещает что-то или будет делать что-то другое, на самом деле, нельзя. Невозможно представить себе, что она будет делать. Она будет барахтаться, если, не дай Бог, она получит неограниченную власть. Это партия имеет определенную социальную опору. Есть сектора экономики и сектора общества, на которые она опирается. Это неудачливые, пострадавшие и незагруженные сейчас предприятия оборонной промышленности, та часть оборонки, которая потеряла заказ. Это бывшие колхозы. Это те крупные предприятия, старые и гражданские тоже, не только оборонные, которые сейчас не нужны, не востребованы в нынешней экономике. На этих людей опирается эта партия, также, как она пытается опираться просто на бедных и пенсионеров. Но для бедных она ничего сделать не может. Она постарается подкармливать эти сектора. Это она делает и сейчас через свои фракции в Думе, коммунистическую, аграрную и "Народовластие". Она выбивает каждый раз субсидии сельскому хозяйству, она выбивает так называемую "программу развития" и всю эту прочую чепуху, которая на самом деле только мешает людям жить. Это те деньги, которые отчасти прилипают к рукам старой бюрократии, прежде всего, колхозной, отчасти, вообще тратятся зря, и, в сущности, вынимаются из кармана тех же пенсионеров или бедных учителей.

Анатолий Стреляный:

На волнах радио "Свобода" - первая из передач, которые будут выходить под общим названием "Программы писаные и неписаные". Сегодня разговор - о КПРФ, о партии Зюганова. Получается, что самой сильной стороной этой партии представляется все же идеология, хотя, как мы уже говорили, это не та идеология, что обозначена в "меню" - в названии партии. Говорит социолог Татьяна Кутковец:

Татьяна Кутковец:

В основе нацизма, который известен всему миру и нам в России, лежит мобилизация патриотизма. На самом деле, сегодня нет других мобилизаторов патриотизма, кроме коммунистов, потому что до сих пор у нас нет, собственно говоря, трактовки иного качества патриотизма, кроме как военного. Помните, была военно-политическая подготовка, военно-политическое образование. Это были компоненты патриотизма. Что тут говорить? Ни Геннадий Андреевич, ни Геннадий Николаевич они же никогда ни словом, ни делом не отступали от этого. Более того, если посмотреть труды товарища Зюганова, то он там совершенно открытым текстом рассказывает о самом большом достижении, покуда закамуфлированного своего идеала - Сталина. Покуда, потому что время не пришло. Что импонирует Зюганову в политике Сталина, последователем чего он готов стать? Именно то, что он нашел у Сталина этот момент мобилизации патриотизма. Зюганов в своей книжке пишет, что только времени не хватило Сталину для того, чтобы подменить коммунистическую идеологию, марксистскую, патриотической, национальной. Здесь он перекидывает достаточно логичный мостик из того прошлого, которое было, и ностальгия по которому, как известно, до сих пор еще жива в сердцах и умах у очень многих, к настоящему нашему времени. Ярчайшим примером этого является невозможность отмежеваться в полной мере от Макашова. Когда это инициируют другие парламентские силы в Думе, то коммунисты проваливают это своим большинством.

Анатолий Стреляный:

На места в Государственной думе России претендует так много членов КПРФ и тех, кого она поддерживает, и так много шансов у этих людей получить мандаты, что вопрос: чего ждать от них, какой может быть их политика, на что может решиться эта сила, оказавшись у руля, - вопрос, кажется, отнюдь не теоретический. Известно, что социализма многие из них втайне хотят меньше, чем, например, военной диктатуры или монархизма, но с другой стороны, ничего, кроме социализма, они не умеют.

Отто Лацис:

В политике, как и в магазине, можно купить любой товар, вопрос в том, какую цену ты готов заплатить. С одной стороны, все это можно реализовать, если не понимать, что ничего этого невозможно. Как говорят про собаку: " Да я то знаю, что она не кусается, но она не знает". Они не знают, что не в состоянии укусить. Они не знают, что немыслимо сделать все это, но у них может хватить дурости попытаться. То есть они это осуществят. Это будет полным крахом для российской экономики и всей социальной жизни. Но они могут это осуществить, также как Сталин это осуществлял. Для него не было препятствий - все было дозволено. Правда, за это, скажем, за коллективизацию и ускоренную индустриализацию надо было заплатить 10 миллионов жизней - ну и что, он их заплатил. Другой бы считал, что это невозможно, а он считал, что возможно. Они сейчас не в состоянии, конечно, сейчас взять и для какой-то политической потребности уничтожить такое количество людей - никто им не позволит, но осуществить такую дурь, за которую потом вся Россия будет платить, они могут, Все это можно, хотя этого ничего нельзя. Экономические ресурсы не позволяют сохранять на сколько-нибудь длительное время даже ту, весьма высокую степень распределения, которая сохраняется сейчас в так называемой "рыночной экономике". Все говорит за то, что уже от этого надо отказаться. Это будет расширение государственных капиталовложений, которые, на самом деле, надо уничтожить полностью, расширение субсидий сельскому хозяйству, которые надо уничтожить полностью, это будет расширение субсидий неэффективным промышленным предприятиям, которые есть, но которых не должно быть вовсе. Кроме того, конечно, поскольку немедленно начнутся экономические трудности, логика этих нелепых действий их будет затягивать. Они немедленно увидят увеличивающиеся сбои в народном хозяйстве, и это болото начнет их засасывать. Они станут лихорадочно поправлять это экономическими мерами. Начнет рушиться рубль, они станут ограничивать свободу хождения валюты, пойдет инфляция, они начнут регулировать цены. Начнут исчезать товары, они начнут бороться со спекулянтами и сажать их в тюрьму, к чему уже призывал Примаков, а Зюганов с удовольствием все это осуществит. Маленький факт: "Советская Россия" на первой полосе, там, где в советское время публиковались передовые статьи, напечатала от себя, без всякого комментария письмо читателя, его открытое письмо Путину, Рушайло и Лужкову. Он пишет о том, как надо навести порядок в связи с терроризмом. Там чуть ли не первый пункт: "Ограничить прописку в Москве лиц кавказской национальности и цыган." Я подумал: "А цыган то за что"? Но за то, что цыгане, наверное. Понятно, что если уж Лужков занимается депортациями, то, что будут делать эти, если доберутся до власти?! Они почистят и Москву, правда, они захватят всю Россию, и не знаю, как они ее будут чистить. Ну, у нас просторы большие, и они найдут место для нежелательных лиц. Конечно, они справятся со свободой прессы, которая пока еще существует. Это уже все будет в логике событий.

Анатолий Стреляный:

На волнах радио "Свобода" был Отто Лацис, экономист, обозреватель газеты "Новые Известия", в передаче о Коммунистической партии Российской федерации, которая вчера получила право официально начать свою предвыборную кампанию - был утвержден список кандидатов в депутаты Государственной Думы от этой партии.

XS
SM
MD
LG