Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Россия Вчера, Сегодня, Завтра


Пишет Федор Матвеевич Купцов из Москвы: "Убежден, что легче критиковать недостатки нового демократического строя и его лидеров, чем объяснять причины того, что происходит в настоящее время." Основной причиной он считает наследие коммунизма - " я видел, - пишет, - этот коммунизм не только снизу, но и сверху, и могу судить о нем лучше многих." Наследием же господин Купцов считает бюрократию, костяк которой составляют служащие советского времени. Новый строй они восприняли, говорится в письме, "как строй, где все дозволено, где не обязательна личная ответственность за порученное дело и забота о процветании России... Уму непостижимо, почему, скажем, у министра финансов по штату предусмотрено 16 заместителей, у каждого из которых имеются секретари, референты, помощники. Почему в министерстве юстиции в настоящее время сотрудников в четыре раза больше, чем было до войны? Такое же примерно положение во всех министерствах."

Спасибо Федор Матвеевич, за письмо. Когда Александр Руцкой стал курским губернатором, он назначил себе больше 30 заместителей.

"Живу в Литве, в Вильнюсе, уже 12 лет, - пишет госпожа Карпинская. - Жизнь тяжелая, но я не ропщу. Страна распалась и слава Богу - насмотрелась я на советские фокусы, на беспредел и хамство чиновников. Расскажу о тех русских, которые живут здесь по 25 и больше лет. Среди них много бывших военных. Некоторые из них в 1991 году уехали, а большинство, как ни странно, остались. Живут они здесь лучше всех. У них высокие пенсии, хорошие квартиры, дачи, машины, в квартирах много добра, отдельные квартиры у взрослых детей. Но более недовольной всем и вся, более злобной публики, чем эти люди, у нас в Литве нет. Спрашиваю их: "Чего вы хотите?" Отвечают: "Чтобы было все по-старому. Мы русские патриоты." - "Ну, так, - говорю, - и езжайте домой, в Россию!" - "Еще чего, - отвечают, - ехать в нищую Россию." Вот так. Сама я русская, крымчанка, часто бываю в России, и от того, что я стала там слышать в последнее время, мне даже страшно. Ну, во-первых, украинцев называют "хохлами". Я прожила на Украине много лет, но ни разу не слышала слова "кацап". По мнению людей, с которыми общаюсь сейчас в России, "хохлы" все - предатели, прибалты все - фашисты, кавказцев надо всех поубивать, евреев выгнать вон - опять они во всем виноваты, опять продали Россию, Крым забрать - и так далее, и тому подобное. С некоторых пор я стала, повторяю, бояться России. Страна запущена, никто не думает ее поднимать, народу на все наплевать, пьют по-черному, коммунисты и патриоты глотки надрывают только для себя. Но русские, живущие в Прибалтике, ничего этого видеть не хотят. Боготворят Лукашенко. Ельцина ненавидят люто. Ну, а Чубайс - это просто личный враг каждого. И почему-то, кого ни послушаешь, все правительство - евреи. Появилась ненависть к Америке - опять есть на кого сваливать свои беды. Противно все это. Какими были, такими и остались. Знаю, плохое письмо вам написала. Но я слишком взрослый человек и много повидала, чтобы закрывать глаза на то, что сейчас вокруг меня. Я боюсь России. "

Что ж поделаешь, госпожа Карпинская, было бы удивительно, если бы таких людей уже не было. Слишком долго они жили не умом, а чувством - простым и очень сильным чувством: наше учение - единственно верное, наша страна - самая лучшая, наша власть всегда права... наконец, все будет хорошо, мы победим всех недругов и станем главными в мире. Человек привык смотреть не в себя, а вокруг себя: кого бы поучить, кого бы проучить, над кем бы, короче, поработать ради его, конечно, пользы. А с другой стороны, привык к тому, что и над ним все время работают, всем его обеспечивают, все ему что-то должны. Один пишет нам из Нижегородской области: "Прошу вас навести ВСЕ справки о соке с дерева ясень и прислать мне по адресу..." Ну, и наведите сами эти справки, если они вам нужны! Хлопотно? Так ведь без труда не вытащишь рыбку из пруда. К такому ответу он не привык, ведь в той жизни, которую он прожил, так отвечать трудящимся было запрещено.

Пишет Сальков Вячеслав Алексеевич как он представляется, "раскулаченный фермер из Липецкой области, где победил коммунистический капитализм. Коммунисты собственность любят, как и все люди, только работать не любят, они знают одно: распределять. Мне они не страшны, хоть я и попал под их произвол. Я свое у них отберу или отсужу. Но которые за них голосуют, эти точно попадут к ним в рабство, и тогда я и мне подобные посмотрим на этих совков - как они запоют гимн Советского Союза. "

Мне кажется, вы хотели сказать тут что-то интересное, но до меня не дошло, Вячеслав Алексеевич. Ведь в этом случае вы тоже окажетесь в рабстве, не так ли? Или есть надежда вывернуться? Имеется какой-то план? Может, вы хотели сказать, что встретите новую беду именно как беду, с открытыми глазами, зная с первого дня: это не ваши друзья, хорошего от них не дождаться, и это придаст вам силы, подскажет какие-то пути?

" Коммунистическая дума, - продолжает раскулаченный фермер, - катит бочку на Бориса Немцова, который не советовал западным людям вкладывать деньги в наши "красные пояса". Я по этому поводу скажу, а вы передайте западным бизнесменам, что настоящих предпринимателей в "красном поясе" нету, а есть номенклатурный коммунистический дикий капитализм, особенно в Липецкой области, так что все ваши инвестиции провалятся здесь, как в черную яму."

"Да, господин А.Стреляный, - пишет Овсянников Николай из Мариуполя, - противник вы очень талантливый. Нам бы, коммунистам, социалистам, то есть, большевикам, такую мощную радиостанцию и таких гениальных ведущих, как вы, то мы восстановили бы СССР, советскую власть и социализм достаточно быстро. Нам нужен Сталин, чтобы сначала спасти единую и неделимую Великую, Малую и Белую Русь, а потом, с Божьей помощью, и Советский Союз. Вот зачем нам нужен Сталин. И не надо пугать народ расстрелами. Сейчас этого никто делать не будет , вы знаете, что мы пойдем другим путем, вот и боитесь. Многопартийность никто отменять не будет!"

Если вы, Николай, и вправду не намерены расстреливать людей, если вы твердо решили не свернуть с этого пути, то бояться вас вроде не приходится, вы правы, но тут есть одно большое "но". Идя обычным путем, сохраняя многопартийность, не отрицая Бога, а наоборот, всерьез рассчитывая на Его помощь, вы никогда своего не добьетесь. Ленин ведь не потому в первые же дни своего правления закрыл, да так и не открыл, свободные газеты, упразднил, да так и не возобновил, многопартийность и начал расстрелы, которые продолжались три с лишним десятилетия, - не потому он это сделал, что был такой уж кровожадный. Просто в первые же часы оказалось, что по-доброму ничего из его затеи не выходит. По-плохому тоже не получилось, как мы знаем, но все время была надежда, что в конце-концов получится. Переспрашиваю вас. Действительно не будете расстреливать? Действительно не похерите многопартийность? Действительно не откажетесь от Бога, как бы ни повернулось ваше дело? Действительно от души пожелали нам в конце своего письма "всего хорошего"? Тогда и мы вам желаем всего хорошего.

Пишет Л. Михайлов из Москвы: "17 января 1998 года вы заметили, что за подлинность документов прошлого вы спокойны. Около 20 октября 1997 года было несколько материалов, в которых трудящиеся якобы высказывались в том смысле, что такой-то неплохой мужик, кто-то "хороший мужичок". Один из материалов был от группы, если не ошибаюсь, от трех заключенных конца двадцатых годов, в другом автором была дама. Выражение "мужик, мужичок" появилось гораздо позже, в 70-80-х годах и никак в двадцатые использовано быть не могло. Таким образом, похоже, что для особого спокойствия оснований немного. "Документы прошлого" лепят, далеко не отходя. С пожеланием успехов Л.Михайлов. Москва, Профсоюзная улица" и так далее. Письмо написано на компьютере.

Чтобы действительно далеко не ходить, можно начать с Пушкина, господин Михайлов:

На досуге пообедай У Пожарского в Торжке, жареных котлет отведай и отправься налегке. Как до Яжельбиц дотянет колымагу МУЖИЧОК, то-то друг мой растаращит сладострастный свой глазок: поднесут тебе форели...

Торжок, Яжельбицы - это по дороге из Петербурга в Новгород.

Лермонтов, как известно, только "под топот пьяных мужичков" любил отчизну не странною, а обыкновенною любовью. Некрасов: "И шествуя важно, в спокойствии чинном, лошадку ведет под уздцы мужичок." Мать моя вынесла из школы, в которую ходила две зимы: "Что ты спишь, мужичок, уж весна на дворе, уж соседи твои работАют давно!". "Мужик Марей" - рассказ Достоевского, "Мужики" - из лучших рассказов Чехова. С незапамятных времен приговорка: "Мужик сер, да не черт его ума съел."

Давайте сделаем так, господин Михайлов. Вы называете любой документ и сами назначаете экспертов. Бьемся с вами об заклад. Сумму называете вы - сколько потянете. Мы устраиваем встречу экспертов с документом. Если они удостоверят его подлинность, ваши деньги, сами понимаете, становятся нашими. Когда будете писать, принимаете ли это предложение, сообщите о себе - кто вы, сколько вам лет, где учились, хотя это не обязательно. Мне кажется, человек вы не старый, с высшим техническим, не исключено, что военно-техническим, образованием... Для меня люди вашего толка - одно из открытий послесоветского времени. Послушайте еще раз, чтобы понять, что я имею в виду. Это из последней передачи "Документы прошлого". 1924 год, письмо в "Крестьянскую газету": "Мы, хлеборобы-земледельцы и наши подруги-жены, близкие родам, которые в поле работают за неимением в достаточном количестве рук. О, ужас и горе: еще во чреве дитя, а уже страдает ради хлеба, которого еще не ело крошки." Разве можно это выдумать? Если бы кто-то из нас мог далеко не отходя слепить что-то подобное, он был бы лауреатом очень важных литературных премий. В русской литературе двадцатого века был только один писатель, который передавал этот язык. И его единственного, на мой взгляд, можно назвать гениальным. Это Андрей Платонов. Вам не пришло в голову, что сочинять такие документы прошлого, какие вы слушаете на волнах радио "Свобода", - это была бы писательская работа высочайшего класса, я понимаю, но почему вам это не пришло в голову, решить не могу. Напишите мне, пожалуйста, как вы сами это объясняете.

Вот, кстати, письмо из сегодняшней почты. Хотел бы я видеть того, кто скажет, что и его я слепил далеко не отходя. Пишет шахтер из Донбасса. "Кто может мне доказать присутствие Бога на земле или в небесах? В одной книге я прочитал, как пан избил своего раба, который спас ему жизнь. Скажите, что побудило пана сделать это? Я считаю, что это была безответственность Бога в пане. А не лучше ли видеть Бога вместе с паном в гробу? " Автор мечтает: "Я думаю, что в двадцать первом веке цивилизация отшлифует модернизированную демократию до такой степени, что картина власти уйдет в забытье и каждый будет себе Богом и никакой власти над собой и священнособлазнителя не будет."

Это пишет человек, которому уже года три не выдают зарплату. Ему опять ничего не остается, как мечтать о светлом будущем. То, как философствует этот голодный человек, как он выражается, его первозданность и воодушевленность помогают мне лучше представить себе, как все было в Семнадцатом году - всех этих анархистов, коммунистов, красных ново-христиан, их отношения с Богом, с прошлым и будущим... только, пожалуй, не с настоящим - настоящего для них просто не существовало.

Жительница Сум Бойко прислала составленный ею перечень всех заграничных поездок украинского президента за прошлый год. В одном столбце - даты, в другом - названия стран, всего 19. Предлагает вручить ему вымпел "Лучшему туристу года" - "пускай радуется." Требует ввести однопартийность: "Из всех почти пятидесяти партий Украины сделать одну любую партию, как было в советской Украине, пускай правит одна, любая - левая, правая, лишь бы поднять производство и сельское хозяйство до уровня 1990 года."

Уважаемая госпожа Бойко, жалко, что вы не написали, как быть, если эти почти пятьдесят партий не захотят, чтобы из них была сделана одна. И кто должен делать из них одну партию. И почему не имеет значения, будет она правой или левой... С таких вопросов начинается сознательный гражданин. Пока человек не задает себе таких вопросов, он просто житель, более или менее недовольный властями и своим положением.

Фотиев Станислав Лукич из Москвы: "Коммунисты до сих пор собирают чуть ли не треть голосов. Такое по-видимому не имеет исторических аналогов. Где же наша интеллигенция? Я не верю Ленину, что интеллигенция - говно. Нужен какой-то импульс... В среднем россиянине живет чувство собственного достоинства. Нужно помочь этому чувству вырваться на свободу и не отдавать дремучим националистам право говорить от имени России."

Наверное, этих людей было бы меньше, Станислав Лукич, если бы их избранники относились к ним хоть чуть-чуть уважительнее. Говорят обычно уклончиво, часто - неправду, делают вид, что не замечают важнейших толков в обществе. Это бросается в глаза западным людям и очень их удивляет. Они своих руководителей давно приучили, высказываться прямо и до конца, отвечать за каждое слово, не отмалчиваться, не забывать сказанного. Россияне пока только протестуют ( у социологов есть особое выражение: "протестное голосование" - это когда вы голосованием за одного кандидата выражаете протест другому, который не оправдал вашего доверия) - протестуют, а по-деловому потребовать пока не могут, не умеют.

"Пишет вам Герасименко Иван Пархомович из деревни Нивы Жлобинского района Гомельской области. Я слушаю, как вы хорошо все освещаете, но с мнением народа не согласен. Люди в своих бедах винят то правительство, то погоду, а сами какие? На базаре теснота, привозят товары машинами на десятки и сотни миллионов, покупают квартиры для своих детей, которые еще ходят в детский сад, строят по несколько дач, а Божьи храмы даже в праздники пустуют."

Спасибо за письмо, Иван Пархомович. Когда в советское время обличали накопительство, предприимчивость, слушать это было неприятно, потому что людям нечего было накапливать и негде проявлять предприимчивость. Но теперь, когда кое-какой простор появился, уже, кажется, уместно иногда напоминать человеку, что не в деньгах счастье. Ошибаются те, кто думают, что в свободном мире с детского сада людям только о том и говорят, как делать деньги и как это хорошо. Ничего подобного! Воспитатели, учителя, священники, серьезные политики исходят из того, что делать деньги научит человека жизнь, раз он свободен. Гимны поют не чистогану. Говорят о том, о чем написал Иван Пархомович Герасименко - о чувствах, которые приводят человека в храм.

Пишет на радио "Свобода" господин Стороженко из Гомеля: "У меня сохранилась подшивка белорусской "Народной газеты" за 1991 год. Стал ее перечитывать и наткнулся на статью Александра Лукашенко. Посылаю вам эту статью, чтобы вы увидели, каким он был в те годы, когда завоевывал себе авторитет борца против коммунизма. Теперь он этот коммунизм восстановил, насколько смог, в нашей стране. Но не это удивительно. Любой политик, получивший от своего затурканного народа неограниченную власть, меняет на 180 градусов свои убеждения и забывает свои обещания. Удивительно то, что Лукашенко вернул к власти почти всех тех, кого так яро критиковал в этой статье. "

Спасибо, господин Стороженко, за письмо и за газету. На меня больше подействовало не то, что он вернул во власть прежнюю высшую номенклатуру. И даже не то, что он восстановил, насколько ему удалось, прежние порядки и подчинил себе все и вся, хотя как раз против диктатуры боролся в 1991 году. Статья его, сообщу слушателям, называлась: "Диктатура: белорусский вариант." Другое меня поразило: его тогдашние понятия о том, чего не нужно делать и что нужно делать, чтобы в стране росло производство и людям жилось все лучше . Это понятия грамотного современного человека - понятия рыночника. Если бы он действовал сегодня так, как требовал от белорусской власти 1991 года, его сограждане, как говорится, не знали бы горя. Разнося в пух и прах тогдашнее правительство, спрашивал: "Где свобода предпринимательства? Где свобода торговать? Где свобода установления цен? " Это те самые вопросы, которые задают ему сегодня его противники. Статья хорошо написана, чувствуется, что писал сам - против своей сегодняшней политики: "Я и мои избиратели не желают строем ходить на работу и дрожать все время от страха, ожидая за какую-нибудь инициативу наказания."

Не знаю, что с ним случилось. Можно ведь быть диктатором и принимать грамотные экономические решения. Знаем такие примеры. Безграмотных решений может иногда потребовать народ - тоже известная вещь, но не в нынешней Белоруссии. В нынешней Белоруссии источником любого безграмотного решения в экономике может быть только безграмотность одного человека. По-моему, господин Стороженко, этот человек сам для себя загадка .

Пишет Виктор Александрович Обухов из Новороссийска: "Ввели для уличных телефонов-автоматов жетоны. Но российские чиновники не были бы российскими, если бы не довели это дело до абсурда: без жетона нельзя вызвать "скорую помощь", пожарных, милицию. Пусть люди умирают на улицах и пусть дома их горят синим пламенем - сами виноваты, что в критический момент оказались без жетона. " Автор обращает внимание также на то, что речи и заявления нынешних российских руководителей все больше напоминают речи и заявления этих же людей, когда они состояли в советском руководстве. "В любой нормальной стране знают, - пишет он, - что подъем экономики неразрывно связан с успешной работой национальных предприятий, с созданием новых рабочих мест, в конечном счете - с благополучием граждан. И только в нашей стране считают: подъем обязательно начнется, если произносить магические заклинания и писать указы и директивы. Вот еще немного, еще чуть-чуть и 1995-й, 96-й, 97-й и вот теперь 98-й год станет, наконец, решающим или переломным."

Господин Обухов, по его словам, занимается исследованием сознания человека, так что тут ему и карты в руки, создал большой научный труд под названием "О происхождении сознания человека", а нам на двух страницах изложил свои основные выводы, не заинтересовавшие Российскую академию наук. "Человек не является единственным разумным существом" - таков первый вывод. "Сознание и мышление поддаются описанию и пониманию" - пятый. Среди прочего, он объясняет, почему не все обезьяны стали человеками .

Закончился очередной выпуск программы радио Свобода Россия вчера, сегодня, завтра. Режиссер Аркадий Пильдес, редактор и ведущий Анатолий Стреляный. Наши адреса. Московский: 103006, Старопименовский переулок, 13, корпус 1. Пражский адрес: Радио "Свобода", улица Виноградска, 1, 11000, Прага, 1. Чехия

XS
SM
MD
LG