Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Россия Вчера, Сегодня, Завтра


Говорит радио Свобода. Россия вчера, сегодня, завтра. У микрофона в Праге Анатолий Стреляный. "Не буду вам жаловаться на тяжелую жизнь, плакать по Союзу и по дедушке Ленину, - пишет нам господин Волыняк из Львова. - Хватает таких без меня. Меня удивляет, что среди них много вроде бы образованных людей: инженеры, учителя, писатели. Чему их учили? Ни кругозора, ни здравой мысли. Вы, Анатолий Иванович, что-то втолковываете, а они вас бранят всякими словами. Бедный одураченный народ! Это плата за 75 лет большевизма."

Рябченко Павел Петрович из Гомеля: "Слушаю вашу станцию "Свобода" много лет. Решил коротко изложить свои мысли о черных делах, творимых правительством Ельцина. Эта мафиозная кучка развалила экономику России. Кто же материально обеспечивает деятельность театра абсурда? Это - кредитные подачки, вливания дяди Сэма, кабала на многие лета и десятилетия. Ваша станция - орган американского империализма. Следовательно, она вражеская станция. Но самая злобная передача - это ваша, господин Стреляный: "Россия вчера, сегодня, завтра." Слушать эту передачу противно. На душе становится как-то муторно и бурбулисно. Неблаговидную роль вы исполняете, копаясь в грязном белье истории правления коммунистов в Советском Союзе. Придет время, а оно обязательно придет: новая революция сметет сионистскую власть в России и вашу станцию в Москве и других точках. Я русский и горжусь, что живу в Беларуси, в стране спокойствия, где сохраняются все права человека, я горжусь, что у нас такой президент. Лукашенко А. Г. - человек мыслящий, эрудированный во всех вопросах, человек, делающий все для улучшения жизни простого народа. Я знаю: вы не передадите мое письмо в эфир, так как оно не в интересах вас лично. Но и то хорошо, чтоб вы знали, как думают простые люди, живущие в других государствах, о правлении Ельцина. До свидания, с коммунистическим приветом Рябченко."

Иванченко Валентина Ивановна из Лисичанска Луганской области: " Кто нас довел до такой жизни? Изменники родины, преступники перед народом..." Она обзывает непечатными словами Ельцина, Шушкевича, других деятелей... Как обзывает Кравчука, пожалуй, можно огласить: "грамотный бандера". "При социализме народ ликовал, - пишет она. - Почти ежегодное снижение цен, люди становились все зажиточнее и зажиточнее. Все проклинают этот режим во главе с Кучмой. Надо поднять Ленина - он никого не наказывал - сам был в одном сюртуке с Надеждой Константиновной. А Сталин - тот действительно наказывал, но это было надо в то время, иначе нашлись бы такие Горбачевы. Всех их ждет возмездие. Народ стонет. За границей только красивая упаковка, а содержимое все - как синтетика. В каждой передаче вы хаете Лукашенко. У нас на Украине, да и во всем СНГ он герой народа, он с народом, не с мафией. Он такой, как и мы. Говорите правду, Анатолий Иванович, не лейте грязь, люди все вас ругают. Зачем берете грех на себя? Я слушаю "Свободу" систематически. Всего вам доброго." Вам тоже желаю всего доброго, Валентина Ивановна.

Решил сказать пару слов о внешнем виде ваших писем, дорогие слушатели "Свободы". Во-первых, пишете вы обычно без полей, даже те, кто пользуется машинкой. Графологи считают, что это признак скупости. Во-вторых, мелко и неразборчиво, в третьих - бледными чернилами. Вы, конечно, вольны писать, как вам нравится, но имейте в виду, что нас никто не обязывает читать все письма. По опыту я знаю: человек, который так неряшливо пишет, и живет не лучше. Квартира у него захламлена, лампочки засижены мухами, хозяйство свое он ведет нерачительно, он не умеет работать и зарабатывать - только халтурить и получать... Я уверен, Валентина Ивановна Иваноченко из Лисичанска: если бы при социализме народ не только ликовал, но также использовал то счастливое время, чтобы научиться оставлять поля справа и слева и не оставлять на письмах следы первых и вторых блюд (уж не говорю о компоте), не лепить строка на строку, разборчиво выводить буквы, он бы намного лучше справился с трудностями послесоветской жизни.

Кутузова Любовь Иосифовна из Севастополя: "В центре нашего города постоянно толкаются два десятка человек с красными флагами, лозунгами сорокалетней давности, с головами двух сатрапов - Ленина и Сталина. Периодически зазывают народ на митинги. Соберется сто человек, среди которых: двадцать человек - репортеры, двадцать - милиция, двадцать - случайные прохожие, остальные - они. У меня они вызывают чувство жалости. Думаю, жили мы с ними в одной стране, а как будто - в разных."

Виктор Степанович Чухлов из Ульяновской области: "Ради объективной информации всегда слушал "Свободу" И в "застой": и до "застоя". Раздражает глупость части народа - так называемой исторической общности (совков). Тут одна баба распиналась: дескать, мы освободили чехов от немцев, а они в НАТО вступили. Ей не понять, что, оттеснив одних оккупантов, русские заняли их место. Москва навязала народам Восточной Европы свой образ жизни. Не знаю, доживем ли мы когда-нибудь до цивилизованного государства. На работе - кошмар. Многочисленные начальники стали хозяевами - не пикни. Все разворовывают. Раньше воровали и злоупотребляли втихаря, сейчас - в открытую. Молоденьких девчонок склоняют к сожительству, гаремы себе пооткрывали, пикнет - выгоняют и преследуют. Бывает и убивают. Бардак был, а стал еще больше. Конца не видно. На груди рубахи рвали, хвалились, а оказалось, бывшие банановые республики лучше нас живут. Ельцин тоже хорош. Делать так делать, больше решительности, бей, пока не побелеет. И Ленина надо захоронить, это же издевательство - чучело с мужика сделать! Виктор Степанович Чухлов." Спасибо за письмо, Виктор Степанович. Не стали ваши начальники хозяевами своих предприятий, в том-то и дело, что не стали - потому и воруют, и злоупотребляют. Это все видимость приватизации, видимость акционирования, видимость свободного предпринимательства.

"Акционировали и все развалили, - пишет о местном заводе по ремонту дорожно-строительной техники господин Иванов из Тайшета. - Там отличное станочное оборудование, можно было бы делать чудеса. На территории свой сталелитейный завод. Почти полностью разворован. Искатели цветного металла доворовывают последнее. Эти так называемые акционеры не сумели даже организовать охрану того, что им принадлежит." Этот автор, по-моему, совершенно прав: именно так называемые акционеры. "Мужики мрут, как мухи, - продолжает он. - Средняя продолжительность жизни нашего брата - 54 года. Мне вот вчера исполнилось пятьдесят девять - поневоле радуешься. Растет преступность, наркомания, вечером идешь по городу - по углам девчушки 12-13 лет - курят, матерятся, детишки по подъездам побираются: дайте что-нибудь покушать. Вот так вот мы и живем, Уважаемый Анатолий Иванович. А наши думаки никак не могут принять закон о земле. Все местные брехаловки пугают людей иностранным нашествием. Никак не могут понять, что после семидесяти с лишним лет правления коммунистических шкур только самые отчаянные иностранцы решились бы купить здесь землю. А послушаешь нашего премьера - все у нас хорошо, начинается рост. Да и вообще, посмотришь на него - до корней волос номенклатурная личность, не верю я, что для такого наши слезы не вода. Главное дело, он хорош и правым, и левым из наших думаков."

Васильев Сергей Андреевич из Екатеринбурга пишет: "Бедному перепадало только то, что оставалось от партократии, но что-то все же перепадало, и это, на мой взгляд, одна из причин ностальгии коммунистического обывателя по светлому прошлому: мол, пусть они там, за бугром, за границей, имеют что угодно - Мерседесы, распрекрасные телевизоры и видео, зато была работа у всех у нас, пьянчужек, голодранцев, и держат, бывало, нас десятилетиями, не выгоняют, и сто-сто пятьдесят рублей в месяц дают. Но я пишу вам ради другого, - продолжает господин Васильев. - Почему вы никогда не говорите об атеизме? Социалистическая система развалилась не потому, что была неугодна Богу, а потому, что не способна соревноваться с частным предпринимательством, создать человеку достойную жизнь. Давайте-таки поговорим об атеизме! Ведь человек может быть атеистом и быть хорошим человеком. Существует такая закономерность: чем более отсталой является страна, тем сильнее там прорицатели, знахари. В Индии, ко всему прочему, до сих пор верят в такую чепуху, как переселение душ. Вы там, на радио "Свобода", понимаете, что засилье религии еще вредней атеизма? Вы что, хотите новых Спиноз и такого остракизма в наши дни?" Господин Хиврич тоже опасается, что Россия - цитирую - "вновь станет тоталитарной страной и, быть может, даже с элементами клерикализма." Клерикализм - это власть церковников, всевластие церковников. Станет ли такой вся Россия, посмотрим, но области, которые очень близко подошли к тоталитаризму с клерикализмом, в ней уже есть, наши слушатели беспокоятся, по-моему, не зря. Сергей Андреевич Васильев не случайно поставил в одни ряд с религиозными увлечениями знахарство, прорицательство и все в этом роде. В России всегда было много людей, которые утром шли в церковь, а вечером - к знахарке. Новое то, что сейчас едва ли не большинство из них - это люди с высшим образованием. Молятся в христианских храмах - и следят за переселением душ. Сильное увлечение восточными верованиями Европа пережила после первой мировой войны. Россия идет за нею, ступая след в след. Мнение, что неверующий человек обязательно хуже верующего, что его жизнь лишена достойного содержания, я не приемлю так же, как и вы, Сергей Андреевич, - до сих пор не нашел убедительного подтверждения в жизни, хотя высказывали это мнение некоторые даже подлинно великие люди.

Вера Николаевна Антонова из чешской деревни Зарошица: "Уже восемь лет мы с мужем живем в Чехии. Дочь и зять (чех) купили нам небольшой двухэтажный дом в деревне, в тридцати километрах от Брно, где они живут. Говорят, что это деревня, а я думаю: какая же это деревня? Тысяча семей. У всех дома, как игрушки, утопают в цветах. Деревня газифицирована, три огромных обхода - по-нашему, магазина, там нет только птичьего молока. Два ресторана, двухэтажная школа, современная почта, откуда через три минуты можно связаться с любой страной мира, прекрасная поликлиника, детский плавательный бассейн, двухэтажный народный дом, а какой чудесный костел! Все дома телефонизированы - за счет кабеля, конечно, не воздушки. Староста деревни сразу выделил нам немного земли, где мы с удовольствием копаемся: выращиваем картофель, лук, чеснок, помидоры, огурцы, всю зелень. Кругом красота - поле, лес, горы. Летом здесь рай. Соседи добрые, меня величают "пани Вера" и даже дети при встрече говорят: "Добри дэн!" Здесь я "пани", а на родине, в России, когда звонила сюда дочери и просила телефонистку соединить не в три-четыре часа ночи, а, как я заказывала, в восемь-девять, мне кричали в трубку: "Женщина! Прекратите нам мешать работать, иначе ничего не получите." Бывало, и матом посылали. Все это, слава Богу, позади."

Михаил Погудин из Челябинской области спрашивает: "Вы не задумывались, что вами манипулируют, подбирая (пропуская к вам) почту? Столько-то процентов писем - "за", столько- то - "против". Если чего-то не хватает, можно и специально подсыпать. Рассортируйте почту. Соотношение в процентах будет устойчивым." Нет, господин Погудин, это мне в голову не приходило. Не просто подавляющее большинство писем, а почти все - это письма от людей, которые недовольны жизнью, российскими властями, президентом и правительством. В последнее время стали называть и патриарха. Разница только в точках зрения. Одни слушатели свои претензии, требования и предложения высказывают с коммунистической, советской точки зрения, другие - с демократической. А недовольны все. То, что в России при деле прежнее чиновничество, не означает, что там и строй прежний. Власть в России небывало раздроблена, распылена, и каждая пылинка "приватизирована". Остается только желать, чтобы эта раздробленность превратилась в четкое и строгое разделение властей, составляющее суть демократии, а не во что-то другое, более привычное жителям России, да и всей Земли.

Пишет Сергей Михайлович Иванов из Подмосковья: "Многие люди так и уйдут из жизни, вспоминая счастливое время, когда устраивались парады и демонстрации , на которые основную массу сгоняли, вспоминая дешевую колбасу, которая при них и кончилась. Мне без копейки шестьдесят лет. Я проработал более сорока лет на самых разных местах и знаю точно, что сегодня по старому времени тоскуют люди, которые ходили на работу за восьмеркой в табеле. Конечно, были и те, кто по-настоящему трудился, создавая ценности, изобретали, но их было мало, и они не горлопанят сегодня. Конечно, есть и такие, кто и сегодня мог бы по своим способностям жить безбедно, но их поезд ушел. Таким можно по-настоящему посочувствовать, но такова "селяви", и они это понимают. Возврата к старому хотят те, кто эксплуатировал созданные другими ценности - и эксплуатировал плохо: сломал - спишут, испортил - доставят новое. Краснофлажники очень не любят, когда заходит речь о безобразиях, творившихся в советской стране - о загубленной природе и особенно о загубленных людях. Из моего письма, - продолжает Сергей Михайлович, - можно вывести, что я человек зажиточный, что я доволен всем происходящим в стране. Это не так и даже совсем наоборот. Мы с женой получаем чуть более 700 тысяч старых рублей, причем, имеем позднего ребенка. Каково нам выживать на такие деньги, можно представить. . Жена - рукодельница, я владею многими специальностями. Пробуем подрабатывать, а когда не получается, то приходится по одежке протягивать ножки. Меня волнует разгул преступности в стране, беззаконие, безобразия в армии, хотя в мое время, а я служил в псковской воздушно-десантной дивизии в пятидесятые годы, моих сослуживцев погибло немало, но тогда люди имели другую цену - вернее, не имели никакой цены, но это забыто." Чем объясняет автор этого письма свое здравомыслие? Обычно, правда, все объяснения здравомыслия содержатся в нем самом, в здравомыслии - в природной неглупости человека. Но Сергей Михайлович, по его словам, многим обязан семейному и, как ни странно, уличному воспитанию. "Мои родители со своими детьми, а детей было пятеро, всегда говорили о "мудром учителе" и его безобразиях то, что думали, а думали они так, как стали писать только в наши дни. Восемь близких родственников отца и матери сгинули в сталинских лагерях. Отец чудом избежал... В 1942 году он вернулся с Керченской мясорубки инвалидом, рассказывал, как из-за бездарности вождя бесцельно гибнут люди на войне. Жили мы тогда в Тбилиси. Наша улица была небольшая и на ней не было доносчиков. С одной стороны она упиралась в кладбище, с другой - в овраг, мы были до некоторой степени изолированы от мира. Жил на нашей улице один жестянщик. Он делал печки - по тем временам очень ценный товар. С работы он возвращался всегда в подпитии и, вступив на свою улицу, начинал страшно ругать давно поверженного царя. Когда его спрашивали, за что он его ругает, жестянщик отвечал: "За то, что не уничтожил бандитов Ленина и Сталина." Вспоминаю, как взрослые из русскоязычных семей просили детей выговаривать названия наших знаменитых городов и радовались, когда дети произносили: Ленингад, Сталингад. Правда, дети знали, что за пределами нашей улицы язычки надо держать на замке. Отец умер через год и два дня после Сталина и был рад, что пережил бандита. Старший мой брат работал на Севере. Через несколько дней после смерти Сталина мы получили от него письмо. В нем была и открытка для бабушки. На открытке была только одна фраза: "Бабуля, поздравляю: тиран сдох!"

Николай Матвеевич Четвериков пишет: "Я каждый день убеждаюсь, как ловко российское телевидение манипулирует сознанием людей, поворачивая их в нужную себе сторону. Прямо-таки какое-то "зомбирование" (в кавычках). Хуже всего то обстоятельство, что сами политики (депутаты разных дум, министерские чиновники и простая чиновничья рать), по чьему заказу идет "зомбирование" населения, сами являются телезрителями, то есть, сами тоже "зомбируются". Возникает порочный круг - жертвами вранья становятся сами заказчики этого вранья. Что-то надо делать. Почему бы не дать россиянам честную газету, которая беспристрастно сообщала бы факты - только факты. Никаких комментариев. Люди не глупы. Им надо дать правдивую информацию, а выводы они сделают сами. Газета "Не дай Бог" , выходившая перед президентскими выборами, очень помогла Ельцину, просто освежая память народа. Я предложил бы газету с названием "Свобода", - продолжает господин Четвериков. - Она должна быть доступна всем и везде: в любой деревне, в любом поселке. Будет убыточна? Да, без сомнения. Но если американцы хотят увидеть дружелюбную к ним Россию, а не озлобленных уже одним словом "Америка" "новых совков", то надо раскошелиться. Вражда обойдется гораздо дороже. Коли немецкие миллионы были истрачены на одурачивание россиян с помощью Ленина, то теперь надо платить, чтобы вернуть все на свои места. Почему бы также не создать при ООН редакцию теленовостей? Эти новости должны быть на сто процентов правдивы и быть эталоном честности. И обязать каждое государство, члена ООН, давать ежедневно этот выпуск в лучшее время по главным каналам." Завоевывать дружелюбие россиян таким способом запрещают российские законы, господин Четвериков. Такая газета не могла бы выйти в свет или была бы очень скоро закрыта. Организация Объединенных Наций пока не представляет собою всемирное правительство, чьи предписания были бы обязательны для всех государств. Такие газеты, такое телевидение, о которых вы мечтаете, возникают не по чьему-то велению или хотению. Они вырастают из общих условий жизни. Если в стране настоящая свобода слова и предпринимательства, то добротная печать возникает сама собою. Существует она, конечно, рядом с не очень добротной и даже вовсе не добротной, но свободное общество, если хочет оставаться свободным, мирится с этим. В России еще далеко до настоящей свободы и печати, и предпринимательства, но дело обстоит не так плохо, Николай Матвеевич. Вы же вот не поддаетесь "зомбированию"... И не вы один, это точно известно. И вам, и нам хочется, чтобы не поддающихся было больше. А с другой стороны - кто знает: может быть, их ровно столько, сколько нужно? Люди, которым свойственно поддаваться "зомбированию", будут это делать независимо от того, какие газеты, журналы, теле- и радиопрограммы будут на рынке. Они найдут кому поддаваться. Если сегодня убрать всех выдумщиков и брехунов, завтра появятся новые: их выделит из своей среды масса, которая не может обходиться без сказок.

Кто-то с неразборчивой фамилией пишет из Ивано-Франковска на языке, представляющем собою смесь украинского, русского и польского: "Разве не ясно, что когда Украина вступила в Совет Европы, начались наводнения на ее территории? Когда Польша, Чехия, Венгрия захотели вступить в НАТО, начало заливать и эти страны. Три года назад в Херсоне во время уборки урожая при ясной погоде сверху, как из ведра, лил дождь, чтобы затопить урожай. Это тоже было наказание со стороны России за неподчинение." Примерно так на погодные явления смотрели в старину. Грешили не только на соседние племена, но и на высшие силы.

XS
SM
MD
LG