Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Россия Вчера, Сегодня, Завтра


В одной из предыдущих передач я прочитал письмо от господина Власова (своего имени он не назвал) из Волгограда. Он писал, что ему 23 года, что он закончил вуз, что ему безразлична его страна, что он не знает и знать не хочет, что такое патриотизм, что его ближайшая цель - вырваться на Запад, и что этого же хотят все нормальные люди в России, каковых, по его словам, несколько процентов. Я сказал, что человека (обычно молодого) с таким отношением к родине можно встретить везде, что такие люди были во все времена, и что когда я читаю их письма на "Свободу", то ловлю себя на мысли, что они как бы ждут от нас награды за свое русоненавистничество - русофобию.

Господин Власов слушал эту передачу и прислал мне ответ. "Вы сравниваете, - пишет он, - казалось бы сходные эмоции у представителей тех народов, которые между собой формально уравниваются лишь тем фактом, что все они представлены в ООН. В России в определенный момент общество типа европейского оторвалось от большей части популяции и развивалось достаточно самостоятельно и обособленно, тогда как народное большинство являло собою, в сущности, первобытное племя. В нем, например, в полном объеме сохранилось отношение ко многим бытовым актам как к ритуалам. Спиртное употребляется практически во всем мире, но только у людей общинного уровня развития, а в России сконцентрирована наиболее заметная их часть, - пишет господин Власов в скобках, забыв об Индии и Китае, - совместное возлияние носит характер обряда, эквивалентного "трубке мира". Люди, не получающие зарплату месяцами, не умирают с голоду. Почему? В сознании русских общинников такие структуры, как массовое промышленное производство, не есть что-то, способное служить экономической базой. Городское население профессионально занято сельхозпроизводством на дачных участках. Вот здесь и корни безденежной экономики. Лишь затем появляется бартер, взаимозачеты и так далее. В принципе процентов из десяти населения России можно было бы построить нормальную компактную нацию европейского уровня. Но в силу утопичности такого проекта, я не вижу для них иного выхода, как разрыв с этой страной. Единственное, в чем мне хотелось бы убедить вас, Анатолий Иванович, так это в том, - повторяет он, - что не стоит путать нюансы национального характера с особенностями обществ разного развития. Если я живу во Франции, Германии или Канаде и вижу, что нарушается какое - то мое законное право, я обращаюсь в суд, а в России я этого сделать не могу. Вот и все, точка." Господин Власов подтверждает свое твердое намерение перебраться на Запад, чтобы, как он пишет, "в самой благоприятной перспективе наконец-то заняться наукой, той самой, которую, возможно, и начинаю формировать на стыке антропологии, лингвистики и кое-чего еще." Правда, на первых порах он "мог бы быть и поваром, и даже парикмахером."

О том, что в России огромный разрыв между верхами и низами, между образованными и необразованными, что они друг для друга - как разные нации (одно время и языки у них были разные, у низов - русский, у верхов - французский), говорят лет двести. Будем рады, господин Власов, если наука, которую вы зачинаете, скажет об этом явлении что-то особенное, такое, чего ученый мир еще не знает. Наверняка не все сравнения российских установлений и обычаев с западными правомерны, согласен с вами, будем считать, что вы меня убедили. Есть даже поговорка, довольно старая: "Что русскому здорово, то немцу смерть." И однако же русские постоянно этим занимаются, причем, чаще всего - в порядке самокритики. Вот я и откликаюсь (может быть, иногда невпопад) на такой их интерес к более удачливым народам. И скажу вам напоследок, господин Власов. Вы прислали на радио "Свобода" уже два письма о том, как вам безразлична ваша страна. Получить от вас и третье письмо об этом не хотелось бы.

Следующее письмо пришло по электронной почте, автор неизвестен: "Я не экономист, не политик, но живя в России, где каждый день может перевернуть все с ног на голову, невольно всем этим заинтересуешься. Во всяком случае, чтение прессы подтолкнуло меня забрать деньги из банка и хоть как-то спастись от той инфляции, которая нахлынула после 17 августа. Сначала в это даже не верилось, казалось, будет просто подорожание. Деньги я обратил в доллары и положил под подушку буквально за неделю до рокового понедельника. Мы с женой накупили сразу же тушенки, сахара, чая и прочего необходимого продукта. Через неделю наступил ужас. Мы-то думали, обратной дороги нет, но ее промостили буквально росчерком пера. В огромном магазине, витрины которого ломились от яств, по всем полкам теперь расставлены отечественные макароны и ничего, кроме них. Это страшная картина, Анатолий Иванович. Как будто возвратилась совдепия. Я работал в фирме, занимающейся автоматизацией на промышленных предприятиях. Заказы рухнули в один день, фирма практически распалась, и нет надежды на восстановление. Теперь мы живем на деньги, которые отложены в долларах. Жили более-менее стабильно, денег вроде хватало, при этом, правда, не платили бюджетникам и военной промышленности, но и сейчас не платят. И вдруг на тебе, в один день в стране не стало хватать денег, Россель требует отменить доллар. Обобрали один раз, решили отнять и все оставшееся. "

Автор этого письма задает мне много вопросов: о приватизации, о богатстве Березовского - как тот сколотил его, о девальвации рубля, о банковских взаимозачетах, есть ли у меня соображения по выходу из кризиса и по реформе в целом, "есть ли рецепты, как сделать, чтобы заводы работали, не было неплатежей, все получали зарплату, чтобы хватало и на пенсии, и на соцобеспечение?"

Ни у меня, скажу этому слушателю, ни у радио "Свобода" рецептов нет и быть не может. Но вообще, в природе, они есть. Трудность в том, что существуют два "рецептурных отдела". Они между собою соперничают, иногда до крови. Какой из них побеждает, всегда и везде зависит от общества, от состояния умов, особенно в верхах. Один "отдел" говорит: делать надо то-то (например, жить стране по средствам) и добавляет: так делают там-то, и получается хорошо. Другой "рецептурный отдел" говорит: делать надо то-то (портить, например, монету - печатать пустые деньги), потому что мы уверены, что получится хорошо, а уверены потому, что больше, чем кто-либо, уважаем трудящихся. На вопрос: где так уже делают или делали, и что получается или получалось, не отвечают, да этого вопроса в России и не задают. Первый отдел поднимает на щит свободного частника, второй - чиновника ( употребляют слово "государство" ).

Вадим Иосифович Чалый: "Сейчас к власти пришел Примаков. Его называют полукоммунистом. На мой взгляд, это не совсем так. Я вижу в его правительстве предвестье имперского реванша. После Примакова будет диктатор-националист. Эксперимент с демократией окончился неудачей. Демократия почти сразу выродилась в безвластье, которое подходит к концу. Диктатура не за горами, и первая ласточка - господин Примаков. Все дело в том, что в нашем русском народе глубоко сидит умонастроение, которое коротко выражается так: "Чтобы наша взяла!" Уже в петровские времена основой империи был мужик, готовый всю жизнь ходить в дырявых лаптях, лишь бы под ним был украинец и чухонец. Ради этого он был готов что угодно простить своему царю. Это и примирило его потом с коммунизмом. Быть теми, кто выше других. Свет исходит из России. У России особое призвание - она всех собирает и спасает. Это представление постоянно вступает в вопиющий конфликт с действительностью. Вспомните нашего писателя, который предлагал прирезать к России часть Казахстана, призывал украинцев и белорусов не отправляться в свободное плавание, в утешение называл их и русских "тремя братскими народами," словно не зная, что братство заключалось в том, что Россия переваривала своих братьев. Он выступал как раз в разгар "парада суверенитетов" , то есть, не замечал действительность, как не замечали ее Ленин, Сталин, в меньшей мере - Горбачев."

Спасибо за письмо, Вадим Иосифович. Может быть, лучше говорить, что "братья" переваривались, а не были перевариваемыми. Конечно, русское сознательно насаждалось, нерусское сознательно вытеснялось и в досоветское время, и в послесоветское. Но переваривание совершалось и само собою - все ведь были в одном котле, а в нем преобладало русское начало. Я считаю, что правды больше за теми людьми, которые говорят : мы не против России, не против русских, а против общего котла.

Время от времени из Черновцов пишет нам Максим Подберезин, отставной подполковник-политработник, активист компартии, если я правильно его понял. "Господин Стреляный! Результаты "рыночных реформ" в России под руководством Международного валютного фонда и патронажем друзей Билла, Гельмута и Жака превзошли наши самые смелые ожидания. Полнейший крах! Одно из двух: либо специалисты МВФ - дерьмо, либо все делалось специально. И как бы вы теперь ни поясняли, почему это произошло, а уж аргументацию, как всегда, правдоподобную, вы найдете, суть дела не меняется: мы голодные, нищие, безработные и не имеем перспектив. И вы, господин Стреляный, несете моральную ответственность за трагедии, кровь и несчастья людей, ввергнутых в жестокий водоворот событий. Нет ни одной бывшей республики бывшего СССР, где бы под руководством МВФ и ваших средств массовой информации реформы имели бы успех, ну, хоть мизерный, чтобы Стреляный мог сказать Подберезину: смотри, Максим, а вот у них уже хорошо, у всех есть дело, работа, заработки, пенсии. Этого нет нигде на наших постсоветских просторах, потому что к власти пришли марионетки-ставленники. Естественно, без уважения - М.Подберезин."

Обижаете Александра Лукашенко и его избирателей, господин подполковник... Напомню нашим слушателям, что Международный валютный фонд ни к кому со своими деньгами и советами не напрашивается, во-первых. Во-вторых, что он говорит тем, кто просит у него взаймы? "Объясните, как будете отдавать." По опыту он знает: чтобы страна могла вернуть свои долги, она должна жить по средствам. Еще он знает, тоже по опыту: жить по средствам, исправно возвращать долги не может страна, где плохо чувствует себя частник - несвободно, неуверенно, где частная собственность со всех сторон обложена чиновниками, бандитами и всевозможными прилипалами. Вот это, в общем, все, что Международный валютный фонд и в целом Запад говорит всем - и Польше, и Украине, и России, и Бразилии... Белоруссии он, правда, этого не говорит - она к нему не обращается, уж ей-то никто не указывает, как жить, ею командует один человек, делает он в точности то, что вы, как следует из ваших писем, господин Подберезин, делали бы повсюду. Там, значит, так. Спичек отпускают десять коробок в одни руки, сапогов резиновых - одну пару, носков - две пары, уксуса - одну бутылку, сметаны - пятьсот граммов, туалетного мыла - один кусок, зато хозяйственного - два, надо отдать "батьке" должное. В одни, естественно, руки. Денег он выдает своим людям меньше, чем получают в России и на Украине, хотя куда уж, казалось бы, меньше, но выдает исправно, и люди счастливы, смотрят его телевидение, слушают его радио, читают его газеты и благодарят Бога, что у них не так плохо, как в России и на Украине, что у них есть "батько".

Аркадий Петрович Гегер пишет из Потсдама: "При той свободе общения, которую вы демонстрируете, нельзя не ощутить определенную скованность вашу в некоторых вещах. Есть какие-то табу и для вас, исходящие свыше. Можно, конечно, только порадоваться, что вы позволили себе, наконец, высказать ясно и четко вполне заслуженную оценку добродетелям ГКЧПистов, отбывающих сроки в думе, а также бывших премьеров - позднесоветского плаксы Рыжкова и вальяжного постперестроечного "Нисан Нисаныча" Черномырдина. Когда еще вы найдете надлежащие слова о "внеисторичном" Явлинском, о национальном коммунисте Зюганове, владеющем "единственно верным", а потому "правильным" методом избавления России от демократии путем народовластия?"

Вещи, которые не могут нравиться ни Рыжкову, ни Черномырдину, ни тем более Зюганову, радио "Свобода" и я в том числе, говорим постоянно, Аркадий Петрович... Явлинского, как я понял, вы называете "внеисторичным", потому что он упорно не хочет в правительство, готов терпеть упреки в капризности, в той же "внеисторичности", лишь бы ни за что не отвечать, говорят даже некоторые его избиратели. Но потом они видят, чем кончил в правительстве очередной не вполне "номенклатурный" человек, тот же Немцов, - и опять начинают колебаться. Чубайс, правда, доказывает, что ему удалось многое - например, удержать страну от финансового обвала во время войны в Чечне. Он придумал, как набрать денег в долг внутри страны и за границей. "Другими словами, вы финансировали войну", - говорят ему на это, и что он может ответить? Только что Шохин - и тот шарахнулся от советского номенклатурного академика, усиленного госплановцем... Опять прибавилось людей, которые говорят: как же не понять Явлинского, всегда желавшего иметь такого начальника, у которого были бы чуть-чуть более свойские отношения с книгой, да, между прочим, и с окружающей действительностью, чем у Виктора Степановича.

Аркадий Петрович Гегер хочет, чтобы мы сообщали не только ваши почтовые адреса, но и факсы. "Это, - пишет он, - будет посовременнее, хотя и не так, как "дабл-ю, дабл-ю, дабл-ю - Свобода - точка - орг", что некоторым жителям Перелякайска кажется до сих пор издевательским намеком на секс с извращениями, не говоря уж об отсутствии средств на него. " Запишите номер одного из наших факсов, Аркадий Петрович: 21123140, код Чехии и Праги: 4202. Что касается жителей Перелякайска, то они, по-моему, не могут сказать, что мы не помним об их существовании. Но они должны знать, считаем мы, и, насколько нам известно, хотят знать, что в мире существует не только Перелякайск.

Шаназар Авезов из Тюменской области сообщает, что он слушает радио "Свобода" на русском, киргизском, туркменском, узбекском и татарском языках, иногда и на азербайджанском. Через нашу службу он хочет задать президенту Узбекистана Каримову несколько вопросов и высказать некоторые пожелания. Один из вопросов: "Что это за президентская республика, если ею правит один человек пожизненно?" Пожелание: "Прошу вас, господин Каримов, не позволяйте правоохранительным органам преследовать большой и малый бизнес. Пусть от купли-продажи люди не платят налоги, это не страшно, государство не обеднеет, если будет брать свое в виде налога на недвижимость. Если вы знаете характер узбеков, дайте людям зарабатывать, и они будут приобретать немало недвижимости, и пять процентов ее стоимости брать в государство - это будет немало." И такое пожелание президенту Узбекистана передает житель Тюменской области Шаназар Авезов: "Хоть вы и пожизненный президент, но вы не первый и не последний президент на планете. Прислушайтесь к голосам тех, кто был до вас. Вот один из них говорит: "Если народ не в состоянии управлять своими делами, то роль правителей не в том, чтобы отобрать у него власть, а в том, чтобы его просветить." Так говорил американский президент Томас Джеферсон."

Спасибо за письмо Шаназар Авезов. Напишите нам, как живется вам в Сибири.

Письмо из Москвы: " Прошу вас не называть мою фамилию, а только имя и отчество: Виктор Федорович. Постоянно слушаю ваши, не всегда объективные, передачи, однако вынужден обратиться именно к вам. Я был членом КПСС до 1993 года, потом вышел. Моему выходу из этой партии предшествовали особые обстоятельства. Незадолго до октябрьских событий 1993 года в Москве проходила первая конференция распущенной компартии. Я был в составе военной делегации. В президиуме были Анпилов, Зюганов, Умалатова и другие, вопрос стоял о воссоздании Российской компартии. Нас призывали строить баррикады, Анпилов говорил: "Так просто демократы власть нам не отдадут. Мы должны ее взять, как это сделали наши отцы и деды в семнадцатом году." Как известно, генерал Макашов и другие вскоре повели толпу на погромы и захват телецентра и других госучреждений. Я не разделяю такую практику коммунистов, поэтому тогда же вышел из их партии. Хочу обратиться через радио "Свобода" к Зюганову", - продолжает Виктор Федорович. "Помню я одно ваше предвыборное выступление. Вы громко заявили, что за Ельцина будут голосовать бомжи и проститутки. Видимо, даже они поняли, что вы человек непорядочный, и что доверять вам Россию нельзя. Ваши выступления всегда напоминают мне такую речь: "Ботинки жмут, котлы текут, хватай мешки, вокзал отходит." Беда демократов в том, что они не ведут против вас ответной пропаганды через телевидение и радио. Издевательство над Ельциным в программе "Куклы" не прекращается, а деятелей компартии, напряженно работающих против демократического государственного устройства, не трогают? Позиция Ельцина, что бы о нем ни говорили, ясна: правовое демократическое государство. На этом он стоит, героически преодолевая противодействие враждебной, непримиримой оппозиции. К сожалению, ему не хватило решимости в 1993 году объявить десятилетний запрет коммунистической деятельности в России. Не называть мою фамилию прошу не потому, что, как участник коммунистической конференции 1993 года, боюсь моих бывших товарищей по партии, - у меня другие личные причины. Хотя нельзя не помнить о более, чем тысяче расстрелянных делегатах 17 съезда ВКП(б) - "съезда победителей." Они проголосовали за Кирова как кандидата в генеральные секретари, а значит, против Сталина, но подлость Кагановича поменяла поданные голоса местами. Сначала убили Кирова. Заказные убийства были обычной практикой в КПСС. "

Спасибо за письмо, Виктор Федорович. Ельцин у власти - вот его и высмеивают. Будут у власти коммунисты - будут высмеивать и их, вернее, попытаются высмеивать. Если успеют... Таких писем, как ваше, с начала года на радио "Свобода" пришло три или четыре. В остальных Ельцина осуждают, бранят, проклинают. Вы написали о наших передачах, что они не всегда объективные. Какие именно? В чем, в освещении каких событий и явлений, мы кажемся вам предвзятыми? Напишите нам, пожалуйста, подробно, если можно. Мнение такого слушателя, как вы, для нас очень важно.

XS
SM
MD
LG