Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Бишкекская конференция: нет двойным стандартам!

  • Тенгиз Гудава

Замира Сыдыкова беседовала с сотрудником правозащитного центра "Мемориал" Виталием Пономаревым, сотрудницей "Международной кризисной группы" Санией Сагнаевым, вице-президентом Международной Хельсинской Федерации Ульрихом Фишером, и представителем делегации Болгарии в ОБСЕ Красимиром Петровым.

Тенгиз Гудава: 30-31 января в Бишкеке прошла региональная Центрально-Азиатская конференция по рассмотрению результатов совещания по человеческому измерению ОБСЕ "Обязательства в области прав человека по Центральной Азии: достижения и задачи". Ее проводила Международная Хельсинская федерация (Вена, Австрия) при сотрудничестве с Международной Лигой по правам человека и Киргизским комитетом по правам человека. На конференции участвовали правозащитники, а также представители миссий ОБСЕ Кыргызстана, Казахстана, Узбекистана, Таджикистана, Туркменистана, России.

Как добиться от правительств Центральной Азии выполнения своих обязательств в области прав человека и какова должна быть в этом роль ОБСЕ. Такова тема беседы, которую в Бишкеке провела Замира Сыдыкова. Ее собеседниками были: Виталий Пономарев - правозащитный центр "Мемориал", Сания Сагнаева - "Международная кризисная группа", Ульрих Фишер - вице-президент Международной Хельсинской Федерации, и Красимир Петров - представитель делегации Болгарии в ОБСЕ. Болгария председательствует в этом году в ОБСЕ.

Микрофон Замире Сыдыковой:

Замира Сыдыкова: Примерно таков был лейтмотив этой конференции: "Нет двойным стандартам!" И это не случайно: еще в прошлом году осенью в Маастрихте на совещании министров иностранных дел стран ОБСЕ выявилось, что об одних и тех же вещах - состоянии прав человека, свободе выборов, независимости СМИ, пытках, широко распространенных на всем постсоветском пространстве, высокие чиновники и правозащитники докладывают совершенно по-разному. Именно поэтому родилась идея как бы подытожить, разобраться в причинах, и, наверное, что-то изменить в существующем положении этой, достаточно авторитетной Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе. И международные правозащитные организации, такие, как "Международная Хельсинская Федерация", "Международная лига по правам человека", "Мемориал", инициировали проведение подобной конференции на эту тему в одной из стран Центральной Азии. Выбор пал на Бишкек. По всей видимости, киргизские правозащитники сумели перехватить инициативу, и с киргизской стороны соорганизатором был Киргизский комитет по правам человека. На конференцию была приглашена болгарская делегация ОБСЕ. Болгария - страна, председательствующая в этом году в ОБСЕ, и, кстати, представители болгарской делегации говорили о том, что именно Болгария решила сделать в этом году в рамках ОБСЕ приоритетом своей деятельности экспертизу обязательств правительств стран-участниц ОБСЕ по тем документам, которые были подписаны нашими правительствами. Досталось, конечно, и ОБСЕ: все участники конференции критиковали эту организацию, как могли, и за бездействие, и за заигрывание с правительствами, и за игнорирование гражданского сектора. Я обратилась к эксперту международной кризисной группы по Центральной Азии Сании Сагнаевой с тем, чтобы она прокомментировала эту критику правозащитников. Как известно, Международная кризисная группа еще в 2002-м году подготовила доклад о необходимости создания новой стратегии ОБСЕ.

Сания Сагнаева: Существует достаточно много механизмов решения достаточно сложных вопросов в рамках ОБСЕ. Мы, конечно, очень критикуем часто ОБСЕ за конкретную практику деятельности, например, в Центрально-Азиатском регионе. Малые офисы, случайно подобранные, часто даже, может быть, некомпетентные специалисты, поскольку ценится знание русского языка, и сюда приезжают сотрудники, которые знают русский язык. Существуют большие кадровые проблемы в самой системе, в штате ОБСЕ, когда каждые полгода заключаются контракты, и они попросту не успевают понять ситуацию и начать успешно действовать. То есть, существуют проблемы в самой этой организации, вызванные, опять-таки, ее принципами, которые были хороши 30-40 лет назад, в 70-е годы. Безусловно, ОБСЕ требует реформирования самой структуры тех институтов, которые есть внутри ОБСЕ. Поэтому, помимо того, что это организация, которая имеет свою сложную бюрократию, имеет сложные правила приема на работу и заключения контрактов, в самой структуре ОБСЕ очень много таких моментов, что она уже не справляется.

Наверное, это тоже как бы хорошая идея - ориентироваться на обязательства стран-участниц, но вы, конечно, реалист и понимаете, какой это сложный процесс, особенно в сфере прав человека. Все, что связано с человеческим измерением, это как бы и есть та реальность, с которой приходится считаться в системе ОБСЕ. Мне кажется, что гражданское общество очень часто не понимает до конца структуры ОБСЕ, функции ОБСЕ, мандата ОБСЕ, ограниченности просто их деятельности по мандату. Это, с одной стороны. С другой стороны, конечно, ОБСЕ, может, одна из таких ключевых организаций в этом регионе, которая действительно заявляет о своих серьезных каких-то устремлениях работы с гражданским обществом, человеческим измерением, правами человека, но в то же время не существует такого как бы ее эффективного взаимодействия с институтами гражданского общества. В Кыргызстане, я знаю, очень многие правозащитники и НПО, с одной стороны, преувеличивают возможности ОБСЕ и не понимают, какие у ОБСЕ есть функции, какие структуры, обвиняют ее в том, что они работают с правительствами. С другой стороны, в мандате ОБСЕ есть такое поле, как работа с НПО, поддержка гражданского общества, и так далее, но надо понимать проблему, которая существует в системе ОБСЕ: да, действительно, как здесь говорили на конференции, это закрытая какая-то система, и очень многие люди попросту не информированы, скажем, о мягкой дипломатии, которая проводится на высоком уровне, обо всех этих отчетах ОБСЕ, которые пишутся и распространяются достаточно хорошо. Поэтому есть ощущение, что две стороны как бы плохо понимают друг друга.

Очень часто, мне кажется, апеллируют к ОБСЕ просто как к ЦК, или к Москве, вот, есть какая-то организация, которая должна решать наши вопросы, нам помогать. Например, "почему бы им не взять нас в свою машину и не довести нас до Ак-Сы", - как говорили здесь правозащитники. У ОБСЕ попросту есть очень жесткие правила безопасности: никого не сажать в машину. Скажем, при каких-то конфликтах ОБСЕ не имеет права кого-то провозить, кроме своих сотрудников. Если даже я еду с ними, сотрудница международной организации, то я даю подписку, что ни на что не претендую, и так далее. То есть, есть какие-то свои установления, инструкции, своя структура организации, достаточно сложная, она тоже консенсусным путем создавалась. Все, что создается консенсусным путем, вы знаете, это, в конце концов, вырастает в какой-то громоздкий как бы механизм, иерархию регулирования разных отношений на разных уровнях. Это было хорошо, когда шел диалог между Востоком и Западом на уровне правительств, в период холодной войны, когда действительно не хотели друг друга слушать и понимать, налаживались эти мосты, и очень важным было регулирование до такой степени, на таком уровне. В то же время, у ОБСЕ есть очень много резервов, которые не используются.

Замира Сыдыкова: Виталий, вы докладывали по теме: "Борьба с терроризмом и права человека". Это, наверное, не случайно, поскольку в мире после 11 сентября 2001-го года происходит вот этот спад интереса всего мира к нарушениям основных прав и свобод. От международных организаций мы стали меньше получать какой-то реакции на то, что происходит у нас здесь, в Центральной Азии, а ситуация, конечно, плачевная, заговорили уже о двойных стандартах журналисты и правозащитники Центральной Азии... Вы могли бы обобщить все, что сегодня говорилось, и сделать какие-то выводы?

Виталий Пономарев: На самом деле, сегодня я старался говорить, конечно, о событиях последнего года, потому что с 2001-го года уже много времени прошло, и были разные периоды, и надо сказать, что действительно ситуация ухудшилась. То есть, правительства разных стран используют кампанию борьбы с терроризмом для ограничения гражданских свобод. Кстати, надо сказать, что это касается не только Центральной Азии, но даже и США, например, я в ноябре был на конференции, которую проводил Центр Картера в Атланте и экс-президент Джимми Картер сказал, что он очень обеспокоен тем, что после терактов 11 сентября около 1200 человек в США были задержаны без соответствующих юридических оснований, это была первая столь масштабная кампания в истории США. То же самое - люди, которые находятся в Гуантанамо, они как бы лишены тех прав, которые должны иметь. Но надо сказать, что, конечно, несмотря на все вот эти действия, которые США делали, те репрессивные действия, которые предпринимают правительства Центральной Азии, они во многом носят беспрецедентный характер, и, к сожалению, еще эта кампания здесь получила дополнительный стимул вследствии создания специальных антитеррористических структур в рамках Шанхайской организации сотрудничества. По сути, каждое новое соглашение о борьбе с терроризмом, двустороннее или многостороннее, приводит к тому, что чиновники хотят отличиться, предлагают новые и новые шаги, которые часто приводят к нарушениям гражданских прав и даже противоречат действующему законодательству стран. В частности, мы говорили о том, что по-прежнему существует практика фабрикации уголовных дел, появились вновь, после некоторого перерыва, случаи похищения людей из Южного Кыргызстана, а сейчас и с территории России - бывших граждан Узбекистана, которые разыскивались узбекскими спецслужбами, и в отношении которых не было законных оснований для их экстрадиции. Говорилось о том, что правительства целого ряда стран сейчас апеллируют списками террористических организаций, списками террористов, причем отсутствуют достаточно ясные критерии отнесения тех или иных людей или организаций к числу террористов. В частности, в связи с этим обсуждался вопрос о том, что в качестве террористической иногда классифицируется организация "Хизб-ут-Тахрир", и фактически все участники, которые выступали по этой теме, говорили, что не было никаких терактов и нет достаточных оснований, чтобы эту организацию так классифицировать. Тем не менее, решения Верховных Судов России и Кыргызстана, и готовится аналогичное решение в Казахстане, развязывают руки правоохранительным органам для преследования этих людей, подавляющее большинство которых вообще не совершает каких-либо действий, которые подпадают под юрисдикцию уголовного законодательства.

Замира Сыдыкова: И, конечно, в первую очередь подпадают под это те, кто занимается правозащитной деятельностью, политические деятельности и активисты, находящиеся в оппозиции, не так ли?

Виталий Пономарев: Да, это так. Тут есть просто другой момент - что все-таки обычно непосредственно борьбу с терроризмом власти стараются использовать для репрессий против исламских групп, или уйгурских групп, которые хотя бы можно отнести к исламским. Естественно, это влияет и на общую ситуацию, в том числе на подавление вообще демократических свобод и деятельности оппозиции, правозащитных организаций и прессы.

Замира Сыдыкова: Еще, к тому же, это дает возможность авторитарным режимам Центральной Азии заручиться поддержкой Запада, что вот не надо сейчас менять ситуацию, что только они будут стабилизировать ситуацию, и все у них под контролем, и в связи с тем, что ситуация нестабильная, выборы и всевозможные другие политические акции нежелательны и неуместны.

Виталий Пономарев: Да, правительства пытаются резко преувеличить опасность каких-то радикальных действий со стороны исламских террористических групп, преувеличить эту угрозу. Я думаю, что эта угроза после операции в Афганистане во многом ушла в прошлое. Сейчас, в ближайшей перспективе, не существует угрозы начала каких-то массированных вооруженных действий с исламскими повстанцами, как это было до 2001-го года. И, с одной стороны, эта угроза преувеличивается, с другой стороны, они проводят репрессии и этими репрессиями сами подогревают нестабильность в регионе, и опять-таки используют эту нестабильность для оправдания еще более жестких мер. Здесь возникает своего рода порочный замкнутый круг из которого можно вырваться только путем каких-то системных реформ и преобразований. Но дело в том, что слишком много ошибок, слишком много преступлений совершено, и поэтому пойти на радикальные преобразования, демократизацию, это значит осудить свой собственный курс перед этим. И многие чиновники, правительства и президенты не готовы это сделать, на данный момент.

Замира Сыдыкова: Да, но все-таки заявленные ОБСЕ приоритеты, обязательства в области прав человека - вы считаете, это что-то новое, может, услышаны правозащитники?

Виталий Пономарев: Вы знаете, здесь есть как бы несколько аспектов. Первое: конечно, за последние годы вообще интерес к региону, внимание к региону со стороны Запада возросло. И я думаю, что сейчас гораздо больше людей смотрит на то, что происходит, чем это было, допустим, 5 лет назад, когда многие даже не знали, где некоторые из стран, в частности, Кыргызстан, находятся на географической карте. С другой стороны, мне кажется, во многих странах региона существует иллюзия относительно возможностей международных организаций. Надо все-таки иметь в виду, что международные организации, такие, как ООН, ОБСЕ, это, прежде всего, межгосударственные организации. Например, в рамках ОБСЕ решения принимаются в основном путем консенсуса, то есть, чуть ли ни единственный механизм, где можно обойти этот принцип - это московский механизм. В прошлом году он был применен в отношении к Туркменистану. Но правительство Туркменистана просто проигнорировало рекомендации, которые были высказаны, и не существует дальнейших более эффективных шагов в отношении этих структур для давления на правительства в тех случаях, когда они просто открыто игнорируют эти рекомендации. Здесь, мне кажется, больше возможностей имеют крупные страны, которые вкладывают инвестиции, которые обеспечивают политическую и военную стабильность региона, они могут гораздо более эффективно повлиять на ситуацию, чем традиционные международные структуры, хотя их, конечно, тоже не надо сбрасывать со счетов. Надо максимально использовать их возможности и пытаться максимально втягивать правительство в диалог. Мы видим на примере Узбекистана, что какой-то ограниченный диалог идет, какая-то очень небольшая либерализация произошла, по крайней мере, что касается правозащитных структур. Но еще раз повторяю, не надо преувеличивать возможности этих организаций.

Замира Сыдыкова: Подытоживая работу конференции, вице-президент "Международной Хельсинской Федерации" господин Фишер сказал:

Ульрих Фишер: Я должен сказать, что мы обсуждаем тему определенного успеха в наших дискуссиях. Также я рад, что, например, в присутствии коллег из различных структур внутри этой организации наши коллеги из НГО сумели прояснить для себя некоторые моменты касательно работы ОБСЕ в регионе и возможностей этой организации. Я для себя многое понял и уверен, что вы для себя тоже узнали много нового о ОБСЕ. И у меня остается оптимизм по поводу работу ОБСЕ в регионе, ибо это единственная межправительственная организация, которая имеет такие контакты с неправительственным сектором.

Замира Сыдыкова: Мне показалось, что болгарская делегация ОБСЕ была ошарашена услышанным, поскольку правозащитники каждой из стран Центральной Азии рассказывали чудовищные факты политических репрессий. подавления инакомыслящих и, конечно, критиковали ОБСЕ. Я попросила высказаться по этому поводу представителя болгарской делегации господина Петрова.

Красимит Петров: Я думаю, что любая дискуссия является полезной. Не все нам было известно до того. Мы услышали новые моменты, но я хочу остановиться на том, что мне очень понравился метод широкого общественного диалога. Надо вести этот диалог и решать проблемы, которые существуют в этом регионе.

Замира Сыдыкова: Мы вчера говорили о санкциях, о возможности санкций против правительств стран ОБСЕ, которые не соблюдают обязательства?

Красимит Петров: Я бы сказал, что ключевым словом все-таки должно быть слово диалог. Диалог и между собой, и с правительствами, и с другими государствами. За столом диалога можно решать многое.

Замира Сыдыкова: Все-таки вы наблюдаете какой-то потенциал у гражданского общества Центральной Азии? Вам удалось собрать представителей практически всех республик, за исключением, может, Туркмении...

Красимит Петров: Потенциал есть, но надо быть более открытыми в своем желании научиться привлекать представителей более широких кругов и вести более широкий диалог в обществе.

Замира Сыдыкова: Конференция приняла резолюцию, в которой обращается к ОБСЕ и правительствам стран-участниц ОБСЕ, чтобы они обратили более пристальное внимание на то, что происходит в области прав человека и основных свобод граждан стран Центральной Азии, и постарались выслушать, или наладить диалог с правительствами на том уровне, чтобы как-то изменить ситуацию в этом направлении, или чтобы все не осталось просто на бумаге, или на словах. Как известно, центрально-азиатские страны находятся в состоянии все большего укоренения авторитарных режимов с диктаторскими замашками. И это не может дальше оставаться без внимания. Более того, именно ОБСЕ должна для сохранения стабильности изменить положение вещей. Известно, что в конце этого года в Узбекистане пройдут парламентские выборы. 2005-й год является для Кыргызстана годом трансформации: намечены выборы в парламент и президентские выборы. Как известно, в наших центрально-азиатских странах проведение выборов - это наиболее драматические события, вызывающие огромное негодование людей, чьи гражданские права и избирательные права попираются. Выборы проходят с огромным количеством фальсификаций. Поэтому ОБСЕ, уделяя особое внимание выборам, должна присмотреться к региону и уже сейчас выработать механизмы для того, чтобы выборы в Узбекистане и Кыргызстане были максимально прозрачными и честными, с соблюдением Конституций наших стран.

XS
SM
MD
LG