Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Узбекистан: Задушенная демократия, растоптанные права человека

  • Тенгиз Гудава

Тенгиз Гудава: "Узбекистан: Задушенная демократия, растоптанные права человека" - вот так, неожиданно сочно была названа тема слушаний в Комиссии по сотрудничеству и безопасности в Европе Конгресса США. Слушания состоялись 24 июня.

Тема нарушений прав человека и презрения к демократическим ценностям в Центральной Азии в целом и в Узбекистане в частности - старая и едва ли ее можно хоть как-то обновить. Но когда разговор идет об Узбекистане - интрига мгновенно возникает, по той простой причине, что Соединенные Штаты считают эту страну стратегическим и военным партнером. И возникает дихотомия, некое раздвоение: с одной стороны к Узбекистану у Вашингтона подход партнерский, с другой - Соединенные Штаты, разумеется, не могут мириться с попранием элементарных демократических норм и прав человека. Ситуация в последнее время усугубилась внешнеполитическим креном Ташкента в сторону Китая и России, в противовес отношениям с Америкой. И еще: слушания должны были определить прогресс (или регресс) в соблюдении правительством Узбекистана прав человека - исходя из этого решается вопрос о продолжении американской помощи Узбекистану. Все это обусловило интерес к слушаниям в конгрессе США.

Одним из докладчиков на этих слушаниях был, живущий в политической эмиграции в Вашингтоне, лидер узбекской оппозиционной партии "Бирлик" Абдурахим Пулат. Он один из участников нашего "круглого стола".

Второй участник - оппозиционный узбекский журналист Анвар Усманов.

Абдурахим Пулат, пожалуйста, расскажите подробнее о слушаниях в Конгрессе США, чем эти слушания отличались от аналогичных в прошлом?

Абдурахим Пулат: В общем-то все новшество слушаний, оригинальность начинались с пригласительного письма, полученного мной от председателя Хельсинкской комиссии, полностью название - Комиссия по сотрудничеству и безопасности в Европе. И Кристофер Смит, конгрессмен, председатель этой комиссии пишет, что Узбекистан - это авторитарное полицейское государство, что его правительство не выполняет свои обязательства перед ОБСЕ и перед Соединенными Штатами, с которыми Узбекистан подписал договор о стратегическом партнерстве. И говорится, что в декабре Государственный департамент не утвердил оказание помощи Узбекистану по одной из небольших программ. Программа называется Программа сотрудничества по уменьшению угроз. Вот теперь речь идет об утверждении более обширной программы, как говорится в письме, помощи Узбекистану. И принятые решения, как сказано в письме, будут иметь очень важные последствия как для Узбекистана, так и для Соединенных Штатов. То есть такое письмо как бы настраивает всех участников этих слушаний.

Тем более, название слушаний, которое дано комиссией очень, будем говорить, строгое. Слушания назывались "Задушенная демократия и растоптанные права человека в Узбекистане". Вот такое начало было слушаний, некая предварительная атмосфера. И дальше слушания прошли в этом духе. Выступали высокопоставленные представители Госдепартамента, Лорн Крейнер, который, конечно, перечислил все достижения в этой области, которые сделал Узбекистан и больше упирал на те недостатки, которые имеются и сказал, что мы разочарованы тем, что Узбекистан фактически не выполняет свои обязательства по стратегическому договору. Так что, я бы сказал, это был суровый экзамен для правительства Узбекистана. Решение будет приниматься очень скоро, как сказано в письме Кристофера Смита. Но мы посмотрим, какие будут последствия, о которых он говорит в своем письме.

Тенгиз Гудава: Абдурахим, слушания в конгрессе США шли в то самое время, когда суд в Узбекистане оставлял в силе решение Министерства юстиции об отказе в регистрации оппозиционной партии "Бирлик", которую вы возглавляете. Скажите, было ли об этом упомянуто на слушаниях, о "Бирлике"?

Абдурахим Пулат: Да, вообще о регистрации оппозиционных организаций упоминали все выступающие. Уже в самом начале, когда открывал совещание сам Кристофер Смит, об этом говорил, что Узбекистан отказывается регистрировать оппозиционные политические партии демократические, и тем самым уже заявлено, что в этом году выборы несправедливыми и недемократическими. Поэтому ОБСЕ этим разочарован. Все выступающие об этом говорили. Но я свое выступление посвятил полностью этой теме - вопросу регистрации политических партий, и упомянул, что именно в этот день, 24 июня, в Узбекистане должен проходить судебный процесс в Верховном суде по нашей жалобе на действия Министерства юстиции. Но к тому моменту у меня никакого сообщения не было о результатах этого совещания. Потом я уже узнал, что суд состоялся, и суд был очень интересным.

Ведь существо проблемы заключается в том, что Министерство юстиции отказывало нам несколько раз в регистрации под различными надуманными, часто смехотворными предлогами. Я все-таки одно из них упомяну. Министерство требовало в нашем основном документе, в уставе использование слова узбекского эквивалента русского слова "устав". Они требовали, что на узбекском языке в узбекском тексте было использовано русское слово "устав". Это просто непонятно, не говоря о том, что смешно. Тем не менее, чтобы не терять время в бесполезных спорах с властями, мы решили выполнить все абсурдные требования правительства, в данном случае Министерства юстиции. Но третий отказ, который мы получили в марте, уже гласил немножко по-другому. Министерство говорит, что из шести тысяч подписей наших членов партии "Бирлик", около трехсот, по их утверждению, якобы сфальсифицированы. И на этой основе третий раз говориться, что Министерство юстиции оставляет наше заявление без рассмотрения.

И мы оспаривали следующий момент: согласно узбекским законам, законам о политических партиях, Министерство юстиции должно нас или зарегистрировать или отказать в регистрации, там нет возможности для Министерства юстиции оставить без рассмотрения. Почему они так делают? Если они нам откажут, тогда в судебном порядке мы можем оспаривать это решение, и они должны в суде доказать аргументы в пользу отказа регистрации, а таких серьезных аргументов нет. И поэтому такая обтекающая формулировка, которая не предусмотрена законом, и таким образом пытаются затруднить дальнейший процесс обжалования этого процесса. Но, тем не менее, мы обратились в Верховный суд, оспаривая то, что Министерство юстиции не имеет права оставлять без рассмотрения наше заявление. И на суде интересный был момент: все судьи были сами удивлены, что Министерство юстиции приняло такое решение, которое не предусмотрено законом и пристрастно спрашивали представителя Министерства, почему такое решение было принято. И он ответил буквально таким смехотворным образом: мы все это понимаем, но мы идем к построению правового демократического общества в Узбекистане. Мы не хотим никому отказать, мы всем хотим помочь. И чтобы именно помочь "Бирлику", мы дали не отказ, а отказали в рассмотрении данного вопроса.

Тенгиз Гудава: То есть власти, в том числе и судебные власти Узбекистана как раз действуют не по уставу...

Абдурахим Пулат: И вот суд все это перечисляет в своем решении, и говорит, что по закону Министерство юстиции должно или отказать или зарегистрировать, но они, тем не менее, дали такое решение. И, казалось бы, следующий шаг должен быть такой: по этому решению Министерства юстиции надо отказать. А они делают в точности наоборот. Поэтому, они утверждают, иск "Бирлика" считать необоснованным.

Тенгиз Гудава: Вот выдержки из доклада на слушаниях в Конгрессе Вероники Голдстон, директора по правозащитной деятельности Отделения Хьюман Райтс Вотч по Европе и Центральной Азии:

"Узбекские власти продолжают преследовать правозащитников и с момента предыдущего заключения Госдепартамента не зарегистрировали ни одной независимой местной правозащитной группы. Более того, Узбекистан сделал серьезный шаг назад, введя новые - обременительные регистрационные требования для международных неправительственных организаций и выдворив офис Института "Открытое общество". Наш офис в Ташкенте продолжает получать правдоподобные сообщения о пытках и недозволенном обращении в местах содержания под стражей. Ничего не предпринято в направлении большей свободы СМИ; напротив, предпринимаются шаги по ограничению свободы выражения мнений и свободы собраний. В ситуации, когда до выборов остается меньше полугода, ни единой действительно оппозиционной политической партии так и не позволено зарегистрироваться, а представители оппозиции подвергаются притеснениям и уголовному преследованию.

Отдельного упоминания в связи с этим заслуживает Европейский банк реконструкции и развития. В апреле текущего года этот международный финансовый институт, в котором США являются ключевым акционером, принял решение ограничить инвестиции в Узбекистан из-за отсутствия прогресса с правами человека.

Давайте также не забывать о том, что вынесением в конце прошлого года отрицательного правозащитного заключения по Узбекистану в рамках программы "Сокращение угроз через сотрудничество" администрация уже создала предпосылки для отрицательного заключения по Закону о консолидированных ассигнованиях. Узбекскому правительству был послан важный сигнал о неудовлетворенности Соединенных Штатов его действиями в области прав человека и о безусловной необходимости для Ташкента обеспечить конкретный и поддающийся оценке прогресс на этом направлении. С тех пор мяч остается на стороне узбекских властей.

Таким образом, подытоживая сказанное, вынесение отрицательного заключения не должно рассматриваться как признание поражения и уход США из Узбекистана. Речь идет о том, чтобы показать серьезность американского отношения и что в Вашингтоне слов на ветер не бросают.

Предвосхищая другой расхожий аргумент о том, что Узбекистан является ключевым союзником в борьбе с терроризмом, утрата которого чревата для США слишком большими издержками, мы хотели бы подчеркнуть, что если Соединенные Штаты хотят добиться успеха в борьбе с терроризмом, если они хотят блокировать распространение идеологии насилия, то им следовало бы больше беспокоиться о том, чтобы не оттолкнуть от себя узбекский народ. США будет угрожать серьезная опасность, если в умах мусульман Центральной Азии Америка будет ассоциироваться с местными репрессивными режимами.

Тенгиз Гудава: Это были выдержки из доклада директора Хьюмен Райтс Вотч по Европе и Центральной Азии Вероники Голдстон.

Возвратимся к беседе с Абдурахимом Пулатом и Анваром Усмановым.

Давайте обратим внимание на другой аспект этой ситуации. Не кажется ли вам, Абдурахим, и этот же вопрос я хочу потом задать и Анвару Усманову, не кажется ли вам, господа, что определенное ужесточение языка американцев по отношению к каримовскому режиму связано с внешнеполитическими изменениями самого режима Каримова? Это заметно буквально невооруженным взглядом, что от проамериканской ориентации этот режим в последнее время все более склоняется к прокитайской и пророссийский. Прав я или нет?

Абдурахим Пулат: В целом вы абсолютно правы, и с вами я полностью согласен. Но есть, конечно, некоторые нюансы, об этом я тоже говорил в своем выступлении, что сближение Узбекистана с Россией, где демократические процессы явно идут назад, и вовлечение в Шанхайскую организацию сотрудничества, где никто не вспоминает о демократии, в общем-то затрудняет процесс построения демократического общества в Узбекистане. Но вот что касается, изменились ли позиции Соединенных Штатов из-за этих фактов, я бы сказал, может быть, даже несколько наоборот. Именно давление Соединенных Штатов, их решительное требование пойти по пути демократических построений или развития демократии, заставили каримовское правительство, которое не хочет идти по этому пути, сблизиться с Россией и Шанхайской организацией. Это друг с другом связано. Но какой однозначно можно сделать вывод - сейчас Соединенные Штаты пытаются коренным образом пересмотреть свою политику по отношению к Узбекистану. Я думаю, вот в каком направлении, я бы не сказал, что все черно-белое, раньше помогали, теперь не будут помогать, раньше связи развивались, теперь будут они остановлены - не так. Я думаю, что здесь более изощренные политики будут внедряться в жизнь. То есть, с одной стороны, помощь будет продолжаться, но более изощренными методами будет оказываться давление на Узбекистан.

Тенгиз Гудава: Спасибо. Анвар Усманов, вы, если мне не изменяет память, были в составе делегации Ислама Каримова во время его визита в Китай в 1992 году. Давайте немного вспомним тот визит и ответим на вопрос, во всяком случае, постараемся ответить на вопрос, что изменилось в узбекско-китайских отношениях с тех пор?

Анвар Усманов: Я помню хорошо этот первый визит, когда я был приглашен в качестве представителя оппозиции в официальную узбекскую делегацию. Я помню эту встречу. Тройка во главе с генеральным секретарем КПК Цзянь Цзе Минем, Ян Шань Кунем и Ле Пеном. Это была такая проба сил, это была своего рода рекогносцировка, очень осторожная. Китайская сторона ждала несколько нервно, что Каримов поднимет уйгурский вопрос. Но на самом деле он его не поднимал. И это было чисто экономическое соглашение. Китайская сторона попросила суперфосфат, химические удобрения и возможности транспортировки газа в Северный Китай. Но в дальнейшем Китай поставил большую ставку на Узбекистан, понимая, что это доминирующая республика в Средней Азии. И китайская дипломатия, постоянный обмен правительственными делегациями, и последний визит говорит о том, что произошло такое сближение, большое сближение. Я бы хотел сказать, отвечая на ваш вопрос, конечно, в политике все может быть и госдепартамент, и президентская команда прекрасно понимают, что всякие ветры бывают на политической арене. Но такого резкого поворота, откровенно говоря, я не думаю, что все ожидали. В этом отношении, конечно же, Каримов пошел на очень резкий поворот. Можно было, как он всегда, между прочим, умел вертеться между сильными державами, заверяя то одну, то другую, а теперь однозначное ориентирование на эти две супердержавы. Не знаю как, но, мне кажется, что здесь во многом американцы прогадали, полагая, что Каримов при всех его колебаниях, будет сближаться с отливами, приливами именно с политикой США. Здесь американцы сделали ошибку. Это мое мнение.

Тенгиз Гудава: Анвар, почему каримовский режим решил отойти от проамериканской ориентации и взял курс на сближение с Китаем и Россией? Повлияла критика американская по вопросу о несоблюдении прав человека? В чем причина изменения этой ориентации?

Анвар Усманов: Во многом это и касается личности самого Каримова. Ведь Каримов в начале своего президентства показывал вид, пытался, и очень многие верили, в том числе и я, я могу сказать, что с Каримовым можно найти общий язык. На самом деле этот человек стремился к абсолютной власти. А оппозиция, демократические институты - это и есть некие ограничители этой абсолютной власти. Он привык к абсолютной власти, он ее хочет, его команда хочет, он не желает с кем-либо делить эту власть. Во имя этого он погубил экономику Узбекистана, отбросил Узбекистан далеко назад во имя того, чтобы держать все рычаги власти у себя. Это величайший большой просчет и ошибка президента. И вот во имя того, что понимая, что все-таки США, как гарант конституционных прав или прав человека, где-то будет сотрудничать и с оппозицией, и с другими, конечно же, решил все-таки поставить ставку на силу. Китай традиционно силовая держава, Россия, отбросив все фиговые листочки, совершенно свернула с пути демократии. И вот он сказал, видимо, я буду с вами, так спокойнее.

Тенгиз Гудава: Да, Китай, это не просто силовая держава, Китай - это сейчас рвущийся вперед с огромной скоростью экономически гигант. Я хочу сообщить слушателям, что во втором квартале этого года рост валового внутреннего продукта составил 11% в Китае. Вернемся к нашим делам. Абдурахим Пулат, вы согласны со своим однопартийцем Анваром Усмановым во взгляде на изменение ориентации внешнеполитической каримовского режима?

Абдурахим Пулат: Конечно, согласен, но с некоторыми нюансами. Я бы не сказал, что Каримов однозначно решил измениться. Он тоже сейчас делает какие-то пробные шаги. Потому что надо, действительно, смотреть отрытыми глазами. И когда Анвар сказал, что Каримов просчитался в экономической сфере - это уже каждому ясно. Я думаю, он и в политике прогадывал и сейчас прогадывает. Потому что, я не думаю, что и Россия, и Китай поверят каримовскому правительству, что он делает резкое сближение с ними и будет отходить от американцев. Даже если Каримов это собирается делать, там верить не будут.

С другой стороны, сейчас, как и в 1992 году, начать репрессии против оппозиции, демократической оппозиции Узбекистана, остановить демократические процессы невозможно. Здесь много факторов, но, я думаю, здесь российская политическая элита тоже должна понимать, я думаю, и понимает. Если сближение с Россией приведет к тому, что Каримов для того, чтобы приостановить рост демократических оппозиционных партий, пойдет на репрессии, это будет очень большой ущерб для самой России. Я думаю, они это понимают. То есть эту сторону тоже надо понимать.

Я сказал, что американцы просто так из Центральной Азии не отступят, и я здесь у вас выступал еще в прошлом году, говорил, что присутствие американцев в Центральной Азии уже навсегда. Я думаю, что они будут более изощренную политику проводить. Я должен сказать, что мы, как оппозиционная организация, проводим более изощренную политику, чем правительство Узбекистана. Я просто приведу пример из этих же слушаний. Я уже сказал, в какой атмосфере было проведено это слушание - в целом негативное для правительства Каримова и, кажется, готовится решение о приостановке помощи. Но для всех будет, наверное, сюрпризом: я в своем выступлении сказал, что помощь не надо останавливать, а здесь надо продолжать оказывать давление на правительство Каримова одновременно с оказанием помощи. И, что самое главное, надо больше работать с неправительственными организациями в Узбекистане и вообще оказывать всевозможную помощь продемократическим силам Узбекистана. Не просто черно-белое, а такой многоцветный, разнообразный спектр возможных действий для американцев.

Тенгиз Гудава: Абдурахим, я знаю, что в Соединенных Штатах придавали и придают большое значение стратегическому партнерству с Узбекистаном. Вместе с тем Анвар Усманов сказал, что он считает, что Соединенные Штаты допустили ошибку или ошибки в своих отношениях с Узбекистаном. Как бы вы политику Вашингтона в этом регионе, родном вам регионе охарактеризовали?

Абдурахим Пулат: Здесь опять вопрос сложный. По поводу бурного экономического роста Китая, и насколько оно будет оказывать реальное влияние на мировой порядок и, более частно если говорить, на Среднюю Азию, то, что происходит в России, насколько это будет влиять на мировое устройство, я бы сказал, не так все просто. Америка - супердержава, и в ближайшее десятилетие ни Китай, ни Россия никакой конкуренции им не составят. И поэтому, имея в руках такую козырную карту, провалить ничего нельзя. Могут какие-то тактические ошибки, тактические недостатки. Я думаю, американцы сейчас сделают урок из примера господина Каримова, и политика будет скорректирована.

Я по-своему пытался некие советы давать по конкретным вопросам, каким образом надо воздействовать на правительство Узбекистана, чтобы зарегистрировали демократическую оппозиционную организацию, ибо сейчас дальнейшее развитие демократии в Узбекистане как раз связано с этим вопросом. И Государственный департамент, и известные правозащитные организации, говоря об Узбекистане, часто утверждают, что здесь не регистрируют политические партии. Я сказал, что на самом деле не равнозначные, не однозначные политические организации. Например, две партии вообще неизвестны, что это такое. "Эрк" сейчас расколот, заняты своими внутренними делами, даже не думают ставить вопрос о регистрации перед Министерство юстиции. Поэтому внимание надо уделить созданию прецедента по регистрации политических организаций. И наиболее готовым является "Бирлик", поэтому надо делать сейчас упор на "Бирлик". И я там сказал, на слушаниях, и сейчас говорю, и до этого говорил: мы не собираемся монополизировать оппозиционную часть политического пространства в Узбекистане. Потому что мы знаем, что если нас зарегистрируют, боясь, что все демократы будут сконцентрированы вокруг нас, и чтобы именно нас раздробить, после этого правительство пойдет на регистрацию всех политических партий. Чтобы пробить плотину, надо вбить первый клин, а первый клин все-таки надо бить там, где это максимально возможно. И поэтому надо добиваться регистрации партии "Бирлик".

XS
SM
MD
LG