Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Туркменбаши встретил Новый 1937-ой год!

  • Тенгиз Гудава

В программе участвуют: бывший министр иностранных дел Туркменистана Авды Кулиев, бывший председатель Центрального банка Туркменистана Худойберды Оразов и московский журналист Аркадий Дубнов.

Тенгиз Гудава: "Хороший" подарок преподнес миру на Новый год самоназванный "отец всех туркмен" Сапармурад Ниязов. Кадры, показанные 30 декабря по всем российским и ряду западных телеканалов, словно гигантский спиритический сеанс, вызывали дух товарища Сталина в самой зловещей его вампирической ипостаси. На некоей "всенародной сессии", украшенные гирляндами трибуны, завороженно смотрели, как на гигантском экране шло очередное раскаяние очередного "шпиона и диверсанта", сознающегося в том, что он хотел прорыть тоннель из Бомбея в Лондон... Лоснящийся лик пожизненного президента Ниязова дублировался титаническим портретом, висящим рядом с экраном и внимал бредятине добытых неведомо какими граблями "признаний" типа: "Мы наркоманы и ничтожества. Мы не оппозиция, а мафия". Эти кадры оказали глубокое травматическое воздействие на психику моих домашних, это все равно как демонстрировать в вечернее время зверства с отрезанием голов и массовыми расстрелами.

Итак, 25 ноября в Ахшабаде совершается покушение на президента Сапармурата Ниязова, очень напоминающее инсценировку: президент, якобы, вообще не заметил, что было некое покушение.

Ровно через месяц - 25 декабря в Ашхабаде арестовывают Бориса Шихмурадова, бывшего министра иностранных дел Туркмении и одного из главных оппозиционеров, который, кстати, уже свыше года живет в политической эмиграции. Как в свое время Борис Савинков, Борис Шухмурадов почему-то меняет теплые апартаменты европейских столиц на холодные казематы ниязовских застенок.

Дальше - круче. Всего 4 дня понадобилось туркменскому правосудию для того, чтобы провести "расследование и суд", получив вышеуказанные телевизионные признания имени товарища Сталина. Более того, в этот исторически рекордный срок, Халк Маслахаты - надпарламентский представительный орган, тот самый, который внимал раскаяниям Шихмурадова и после целовал руки Туркменбаши, так вот Халк Маслахаты изменяет конституцию страны и уголовный кодекс в придачу, высшей мерой назначив уже не 25 лет лишения свободы, а пожизненное заключение. То есть, президент пожизненный и оппозиционеры тоже пожизненные (заключенные).

Интересно, что вопреки традиционному правилу необратимости закона во времени, приговоренным к 25 годам оппозиционерам изменяют срок наказания на пожизненный. Точка.

И весь этот букет чудовищных нарушений самых азов правосудия и надругательства над понятиями права и достоинство человеческой личности дарят обалдевшему от мистификации человечеству, забыв, что встречаем 2003-й, а не 1937-й год!

Я беседую с бывшим министром иностранных дел Туркменистана Авды Кулиевым. Господин Кулиев, вы были министром иностранных дел Туркменистана задолго до Бориса Шихмурадова. И вы задолго до господина Шихмурадова попали в политическую эмиграцию и стали одним из лидеров оппозиции. Специально говорю, одним из лидеров, так как туркменская оппозиция - понятие весьма неоднородное. Об этом чуть позже. А сейчас я хочу услышать вашу общую оценку того, что произошло в Ашхабаде в конце прошлого года?

Авды Кулиев: Это обычное явление. В Туркменистане нет правового, праведного суда. Всем известно: Ниязов не заинтересован в том, что бы судиться с кем бы то ни было, кого бы, в чем бы он ни обвинял, потому что он боится, что раскроются и его грехи, раскрылись бы и все его преступные дела. Поэтому он не заинтересован в том, чтобы был суд настоящий, вот в европейском смысле этого слова. А что касается событий 25 ноября, то, очевидно, были попытки переворота, поскольку об этом открыто говорила шихмурадовская группа. Не знаю, как там организовывали, кто за этим стоял, мне неизвестно, но, в принципе, к этому готовились и открыто заявляли в конце октября о том, что будут брать власть силой, это было заявлено открыто некоторыми представителям шихмурадовской группировки, и сам Шихмурадов заявлял, что скоро они будут в Ашхабаде и пригласят нас за "Круглый стол".

Тенгиз Гудава: Господин Кулиев, Борис Шихмурадов создал и возглавлял Народное демократическое движение Туркменистана. Вы создали и возглавляете Объединенную демократическую оппозицию Туркменистана. Вероятно, есть в эмиграции и еще оппозиционные группы. Что общего и что разного между ними? Чем ваша политическая организация отличалась и отличается от той, которую создал Шихмурадов?

Авды Кулиев: На первое место мы ставим, чтобы пришла в Туркменистан демократия, свобода слова, соблюдались в Туркменистане права человека. Мы не ставим на первое место цель брать власть в Туркменистане. Само собой разумеется, что демократическая оппозиция стремится к тому, чтобы взять власть в Туркменистане в свои руки, но для того, чтобы осуществить, достичь этих целей - создать демократический механизм смены власти, провести сразу альтернативные демократические выборы, и парламентские, и президентские в Туркменистане, в самый короткий срок, в самое ближайшее время после взятия власти в Туркменистане. Мы стремимся к тому, чтобы власть была взята демократическим путем, конституционными средствами, не с помощью применения силы. Этим отличается наша оппозиция.

Тенгиз Гудава: Еще на заре цивилизации, в сводах законов вавилонского царя Хаммурапи, а дальше в Древнем Риме, были выработаны основы юриспруденции и судопроизводства, как то презумпция невиновности, права на защиту, открытость суда, процессуальные нормы... Но Хаммурапи Туркменбаши не указ - и мы увидели феноменальное пренебрежение правовой логикой, презрение к процессуальным нормам, как таковым. В этом нормативном открывшемся кратере просто исчезли, сгорели сами вопросы о "виновности или невиновности", о том, КТО СОВЕРШИЛ ПОКУШЕНИЕ, об "обстоятельствах и мотивах" этого преступления", если оно было, и так далее... Кто знает, почему и как убили товарища Кирова? Но все знают, к каким последствиям это привело.

Три человека были осуждены заочно: Сапармурад Ыклымов, бывший заместитель министра сельского хозяйства, Худойберды Оразов, бывший председатель Центрального банка Туркменистана, и Нурмухаммед Ханамов, бывший посол в Турции. Они тоже получили пожизненные сроки.

Говорит Худойберды Оразов:

Худойберды Оразов: Мне больше, может быть, чем другим, непонятна эта ситуация, так как летом 2002-го года я и ряд моих единомышленников приняли решение о создании самостоятельного общественно-политического движения "Ватан". И, конечно же, мы не были в курсе о планах руководства НДДТ прибыть в страну для прямой работы с населением. Оставаясь сегодня все больше убежденным в инсценировке покушения на Ниязова им самим, все-таки остаются вопросы, в том числе процедура того, как могли вольно или невольно убедить Шихмурадова в необходимости его приезда в страну? Аресты десятков и десятков мирных людей, которые никогда не отличались оппозиционностью... Что касается обвинения, то Ниязов публично через полчаса после покушения заявил, кого бы он хотел видеть организаторами покушения вместо себя. А это для карательной системы Ниязова - команда к исполнению. А то, что ты знал, не знал - это неважно. Если сказать о том, может ли стоять вопрос о физическом устранении Ниязова - ради отстранения его от власти, то следует отметить: к счастью, среди нас нет варваров вроде Ниязова, у всех оппозиционных сил, насколько я знаю, есть только одно желание: Ниязов должен обязательно увидеть то, что страна и народ, которые он хотел уничтожить, выжили и процветают. Худшего наказания ему придумать нельзя.

Тенгиз Гудава: Господин Оразов, все-таки, пожалуй, самый главной интригой этого дела является вопрос, почему Борис Шихмурадов оказался в Ашхабаде, как он позволил себе попасться в руки ниязовской охранки? У вас нет никаких версий по этому поводу?

Худойберды Оразов: Вольно или невольно, видимо, его убедили в необходимости приезда для организации работы с людьми и все прочее, что если бы он сам был внутри страны, может, это удалось бы действительно сделать более мощно, более быстро, я так понимаю. Если только он сам, добровольно, приехал в страну. Еще не исключается и вариант, не знаю...

Тенгиз Гудава: Борис Шихмурадов в переданном по телевидению раскаянии заявляет, что туркменской оппозиции не существует, что это мафия, наркоманы и ничтожества - это его слова.

Худойберды Оразов: Я в этом отношении никакой обиды, конечно, на Бориса Оразовича не таю, я понимаю, что ему приходится там выдерживать и говорить такие вещи, охаивать себя, своих товарищей. Вместе с тем, это не показывает слабость Шихмурадова, это показывает низость Ниязова, чего он хочет услышать, для нас и, к сожалению, для Ниязова, в мире многие знают, кто такой Шихмурадов, кто такой Оразов и наши товарищи, знают наши идейные убеждения, знают наш моральный уровень, поэтому никогда и ни при каких обстоятельствах не удастся Ниязову показать нас какими-то такими людьми. Демократия в мире была до того, как родился ниязовский дед, а тем более сам Ниязов. Поэтому демократия была, есть и будет, мы добьемся этого.

Тенгиз Гудава: В потоке своих, якобы, "раскаяний", Борис Шихмурадов упоминает имя политического обозревателя московской газеты "Время новостей" Аркадия Дубнова. Якобы, он, Шихмурадов, дезинформировал журналиста о событиях в Туркменистане. Надо понимать, в заблуждение был введен весь мир, не понявший какой это "дар небес" - Сапармурад Туркменбаши. Говорит Аркадий Дубнов:

Аркадий Дубнов: Существуют ли пределы, до которых мировой политический бомонд может только брезгливо морщиться, но терпеть существование в своих рядах средневекового режима, где цинично, нагло и откровенно попираются все нормы человеческого общежития? Назовите еще одну такую страну, за исключением Туркмении, являющуюся членом такого, вроде бы цивилизованного, сообщества, как, к примеру, ОБСЕ, где обычное право подменено прихотью и абсолютно ничем не ограниченной волей одного человека, а мораль - сборищем напыщенных нравоучений, авторство которых приписывается этому человеку и которым должен следовать гражданин этой страны. Я имею в виду так называемую "священную книгу" "Рухнама", предписывающую туркменам среди прочего по утрам мыться, или оболванивающую их россказнями про пятитысячелетнюю историю туркмен, которые подарили миру колесо и каменный топор, что позволило именно туркменам перевернуть весь ход мировой истории.

Назовите еще страну, так сказать, цивилизованного сообщества, где суд над главным государственным преступником совершается всего через три дня после того, как он оказался в руках властей. Суд абсолютно тайный и недоступный кому-либо из независимых наблюдателей или родственников обвиняемого. Суд, где вроде присутствует адвокат, который куда-то таинственно исчезает сразу после процесса, и оказывается, что родственникам не у кого даже просить копии приговора или обвинительного заключения, а власти эти документы предоставлять отказываются. Я говорю о суде над лидером туркменской оппозиции, бывшим вице-премьером Туркмении Борисом Шихмурадовым, частичная видеозапись которого была продемонстрирована в конце декабря по туркменскому телевидению и собранию назначенных властью людей под названием Народного совета Туркмении.

Назовите мне такую страну, где буквально в течение считанных часов по велению главного человека страны, официально именуемого любимым, великим, пожизненным вождем и творцом священной книги, меняется конституция и переписывается судебный приговор с 25-летнего на пожизненное, как это было сделано по отношению к Шихмурадову. Назовите такую страну, где попавший в руки властей их главный противник за три дня заключения успел бы "прозреть" настолько, что называл бы себя ничтожеством а главного человека страны - священным даром, спущенным ее народу свыше. Все это называется признательными показаниями, полученными, как сказано главным законником страны, в полном соответствии с международными стандартами проведения следствия, на основе которых вершится суд, признавший Шихмурадова организатором так называемой попытки покушения на священного, любимого и великого главного человека.

Рассуждать здесь серьезно об обстоятельствах инцидента, что произошел в Ашхабаде 25 ноября, который власти назвали попыткой покушения, не приходится, хотя бы потому, что сами власти отказываются их обсуждать. А именно это и доказывается беспрецедентно скорым и стыдливо таинственным судом, без попытки оспорить подобную трактовку инцидента гласно защитой обвиняемого. Тем не менее, хотелось бы обратить внимание на одну деталь событий 25 ноября, кажется, еще мало кем замеченную, но которая выглядит настолько странной, что говорит в пользу уже, кажется, общепринятой версии об инсценировке покушения со стороны туркменских спецслужб. Почему это именно в этот день главный человек страны в нарушение всех требований безопасности находился за рулем бронированного лимузина не в середине своего кортежа, а в самом его начале, что и позволило ему произнести спустя несколько часов уже ставшую легендарной фразу о том, что он и не заметил покушения. Может, потому, что человек этот знал о замысле своих спецслужб, переместивших его лимузин в начало кортежа? И если просвещенный мир сглотнет эту пошлую провокацию, которая стала спусковым крючком для запуска туркменского римейка сталинских процессов 30-х годов прошлого века, то действительно, как говорил вольтеровский Кандид, все идет к худшему в лучшем из миров, и либеральная демократия недорого стоит, если с такой легкостью предает свои принципы в обмен на доступ к нефти и газу, уступая шантажу современных каннибалов. Вот уже и в соседних с Туркменией Казахстане и Киргизии главные человеки присматриваются к опыту соседа - как это ему, легко пожирающему своих недругов, все сходит с рук. Учеба идет удачно, чего только стоит один процесс над Сергеем Дувановым в Казахстане.

Тенгиз Гудава: Знает ли кто-нибудь, как бороться с диктатурами типа ниязовской? Возможности политической борьбы практически равны нулю, так как запрещены и искоренены любые партии. Нет свободы слова. Нет никаких прав и никакой демократии. Что делать? В Конституции США на сей счет есть четкая формулировка: в подобном случае народ имеет право на вооруженное восстание. Но именно этот пункт сегодня подпадает под классификацию "терроризм". Как быть? Возвратимся к разговору с Авды Кулиевым. Господин Кулиев, вы говорите о возможности легальной политической борьбы в Туркменистане, поясните пожалуйста, как это можно, ведь в Туркменистане нет оппозиционных партий и, насколько мы знаем, нет возможности вести какую-либо оппозиционную борьбу открыто.

Авды Кулиев: Да, в Туркменистане легально нет оппозиционных партий, оппозиционные партии и силы существуют подпольно. Поэтому я предлагал господину Шихмурадову объединиться, мы могли бы заручиться поддержкой ОБСЕ, поддержкой демократических государств, таких, как США, Англия, Германия, могли бы заручиться поддержкой и спокойно поехать в Туркменистан, чтобы вести борьбу с Ниязовым открыто. Такая возможность была, я часто говорю об этом, опираясь на резолюцию Конгресса США 397, и я думаю, что если бы мы превратились в такую большую оппозиционную силу, мы могли бы заручиться поддержкой Запада и могли бы поехать в Туркменистан. Я это имею в виду. Если бы мы появились в Туркменистане - вокруг нас собрались бы все наши сторонники, их там очень много, более 90 процентов народа, населения Туркменистана против режима Ниязова. Эти люди собрались бы, они создавали бы свои партии и объединились бы вокруг нас.

Тенгиз Гудава: Господин Кулиев, извините, я хочу немножко пополемизировать с вами, вот вы говорите, что была и есть, была, как минимум, такая возможность - поехать в Туркменистан. Но вы уже один раз предпринимали такую попытку, вы приехали в Туркменистан, были арестованы буквально в аэропорту, потом усилиями правозащитных организаций мира удалось вас освободить из заключения. Кстати, Борис Шихмурадов прибыл в Туркменистан именно с целью, как он говорит, сплотить вокруг себя единомышленников, поднять волну протестов против Ниязова и так далее, что, якобы, он не причастен к покушению 25 ноября, а прибыл именно с теми целями, о которых вы говорите. Что из этого получилось, мы также видим. Скажите, не наивно ли полагать, что это реально и возможно, то, что вы говорите - вот так приехать сегодня в ниязовский Туркменистан и пытаться там что-то сделать безнаказанно?

Авды Кулиев: Это очень хороший вопрос. Во-первых, Шихмурадов приехал туда нелегально, как выясняется. Я говорю об открытом, легальном приезде, о том, что надо ехать в Туркменистан подготовленными, предварительно заручившись поддержкой. Меня, конечно, освободила, когда я туда поехал, именно демократическая общественность, но, прежде всего, были какие-то обязательства со стороны американского правительства, я согласовывал свою поездку, прежде чем предпринимать ее, с американским посольством в Москве. И мы могли бы, если бы группировка Шихмурадова объединилась с нашей группировкой, и легально поехали туда, открыто, и, объявив об этом Ниязову, чтобы Ниязов знал и ждал нашего приезда. Это совсем другое, и народ открыто выступил бы на нашей стороне, видя такую реальную силу. А когда скрытно приезжаешь туда, народ боится стать на твою сторону, он еще не знает, выжидает, чья сила возьмет, сила на чьей стороне. Что касается моей поездки, то я думаю, она была бы успешной, если бы российские дипломаты не врали мне, если бы я оставался там, потому что уже народ шел к нам, к нам пришло около 1500 человек, когда я приехал. К сожалению, представители российского посольства ввели меня в заблуждение. Они говорили, что сейчас надо уехать, мы будем поддерживать оппозицию. А потом они забыли про меня, когда я уехал оттуда.

Тенгиз Гудава: Россия очень красноречиво отреагировала на сталинистское шоу властей Туркменистана. Не успел завершиться "исторический суд" над Шихмурадовым и другими "троцкистами", как в Ашхабад поспешил секретарь Совета Безопасности России Владимир Рушайло. Ни намека на нарушения всех мыслимых правовых процедур. Только всемерная поддержка и поощрение:

Владимир Рушайло: Мы рассмотрели, прежде всего, проблематику борьбы с международным терроризмом, в том числе и события, которые недавно происходили в Туркменистане, связанные с покушением на главу государства. Росси всегда заявляла свою позицию, и мы хотим ее еще раз подчеркнуть: что рассматривает произошедшее как проявление терроризма, и здесь мы готовы на совместное сотрудничество по линии правоохранительных органов и специальных служб.

Тенгиз Гудава: Итак, Владимир Рушайло сделал из Туркменбаши "борца против международного терроризма", то есть, "героя нашего времени". На самом деле, мистификации и спекуляции в политике - дело скользкое и опасное. Как гласит восточная пословица: сколько ни повторяй "мед", во рту слаще не станет... сколько не называй диктатора "борцом со злом", диктатуры не убудет. И зла не убудет.

Международная правозащитная организация Human Rights Watch выступила с осуждением ашхабадского судилища. В заявлении, подписанном Исполнительным директором Евро-азиатского отделения этой организации, Элизабет Андерсен, сказано, цитирую: "Шихмурадов должен предстать перед справедливым судом. Более того, использование вместо суда представительного органа для осуждения обвиняемого представляет собой неслыханное нарушение процессуального права. Власти Туркменистана должны обеспечить проведение нового суда, на котором были бы соблюдены все международные стандарты".

XS
SM
MD
LG