Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Чему сказали "да" в Киргизии?

  • Тенгиз Гудава

В программе участвуют: советник президента Киргизии Аскара Акаева по связям с общественностью Болот Джанузаков, оппозиционный депутат парламента Киргизии Адахан Мадумаров, директор Центра экстремальной журналистики Олег Панфилов, сотрудник Киргизской редакции Радио Свобода Нарын Айып.

Тенгиз Гудава: 2 февраля в Киргизстане был проведен референдум о новой редакции Конституции страны. Вторым был вопрос о том, чтобы президент Аскар Акаев продолжал занимать свой пост до истечения его полномочий в декабре 2005-го года. Результаты референдума таковы: активность избирателей - 87%, за новую редакцию Конституции подали голоса - 77 %, за президентский срок Аскара Акаева - 79%.

Обозреватели расценивают итоги плебисцита как победу властей и поражение оппозиции, выступавшей против проведения референдума, который, по ее мнению, укрепляет и без того авторитарный режим. Что обрел или потерял киргизский народ 2-го февраля этого года - вопрос, и мы его постараемся обсудить.

Участники "Круглого стола": советник президента Акаева по связям с общественностью Болот Джанузаков - по телефону из Бишкека. Оппозиционный депутат парламента Адахан Мадумаров - также по телефону из Бишкека. Из Москвы по телефону - директор Центра экстремальной журналистики Олег Панфилов. Со мной в студии - сотрудник Киргизской редакции Радио Свобода Нарын Айып.

Господа, прежде, чем мы начнем обсуждение, позвольте привести информацию: итак, Международная Хельсинская Федерация по правам человека направила президенту Аскару Акаеву письмо, обращение в связи референдумом в Кыргызстане. Как отмечается в открытом письме, референдум, проведенный в стране 2 февраля, прошел с большими нарушениями законов и прав избирателей. В частности, в обращении говорится, что во время всенародного голосования имели место такие нарушения, как многоразовое голосование одними и теми же лицами, бросание в урны нескольких бюллетеней вместе, недопущение в участки независимых наблюдателей и так далее. "Принимая во внимание то обстоятельство, что Киргизстан является членом ООН и ОБСЕ, мы надеемся, что власти Киргизстана на основе местных и международных законов проведут расследование нарушений, имевших место во время референдума", - отмечается в обращении Хельсинской Федерации по правам человека. Болот Джанузаков, вы сегодня представляете в нашем обсуждении президентскую сторону. Как эта сторона будет реагировать на обращение Международной Хельсинкской Федерации?

Болот Джанузаков: Прежде всего, я хотел бы отметить, что это заявление не имеет под собой реальной почвы, реальных оснований. 2 февраля была, прежде всего, прекрасная погода и прекрасное настроение людей, которые шли на этот референдум. Ибо народ знал, что с принятием новой редакции Конституции Кыргызской республики наша страна переходит на новый этап своего развития. Хотя прошло всего 10 лет после принятия Конституции нашей, за эти 10 лет мы прошли путь, равный десятилетиям нескольким, поэтому новая редакция Конституции, и народ в этом уверен, откроет новый этап, путь на новый этап развития нашей страны. Что касается ссылки на некоторые имевшие место, якобы, нарушения - я бы сказал так: что в Центризбирком поступило всего 20 заявлений об имевших место некоторых нарушениях, которые, в конечном счете, какого-либо влияния на результаты референдума практически бы не имели. Что касается заявлений, что кого-то, не допустили, бросали по несколько бюллетеней, и об этом Центризбирком заявил, на пресс-конференции председатель Центризбиркома Иманбаев информировал прессу о том, что, да, имели место нарушения, некоторые недостатки, они, в конечном счете, влияния какого-либо значительного на режим референдума не имели и не могли иметь.

Тенгиз Гудава: Вот что сказал по поводу итогов референдума президент Кыргызстана Аскар Акаев:

Аскар Акаев: Я рассматриваю результаты референдума как однозначное неприятие нацией оппозиционных сил, которые хотели политической дестабилизации путем срыва референдума или провозглашения его незаконным. Электорат сказал "нет" тем силам, которые вредят национальному согласию и единству.

Тенгиз Гудава: Госпаодин Мадумаров, вы сегодня представляете оппозиционных депутатов, что бы вы ответили на такое обвинение президента?

Адахан Мадумаров: Мягко выражаясь, сказал бы, что не обладает информацией или не владеет ситуацией. Надо четко признаваться: да, были нарушения, да со стороны официальной власти были оказаны определенного рода давления, да, подавляющее большинство населения не знало, о чем идет разговор и какие поправки, какие изменения, чем отличается новая редакция Конституции от старой. Это достаточно, очень спорные моменты, и очень спорные вопросы, и в одностороннем порядке обвинять, что электорат сказал "нет" тому, что требует оппозиция, это, мягко будем говорить, не соответствует действительности - это с одной стороны. С другой стороны, факт свершился, это надо признавать. Теперь перед Киргизстаном стоят большие задачи. Кто выиграл, власть выиграла, или оппозиция выиграла - такого вопроса быть не должно. Главное - чтобы страна выиграла. Главное - чтобы народ не на словах, не на документах оказал доверие, а фактически в своей каждодневной жизни оказывал бы поддержку и оказывал доверие. Вот над чем мы должны работать сегодня. И оппозиция, и власть, мы должны сегодня работать исключительно над этим. Потому что перед Киргизстаном стоят очень большие задачи, непростые задачи. Каким образом нам удастся сохранить свое лицо перед мировым сообществом, как бы мы должны упрочить свои позиции перед соседними государствами? Вот над чем надо работать сегодня.

Тенгиз Гудава: Всего месяц, со 2 января по 2 февраля, прошло с момента создания экспертной комиссии по изменениям, вносимым в Конституцию, и до референдума относительно этих изменений. Разумеется, в такой короткий срок было трудно провести нормальное всенародное обсуждение Основного закона страны. Вот в этом факте многие усматривали хитрый трюк Акаева и его команды с целью продления его полномочий. Только Россия с самого начала и до конца ничего сомнительного в политике Акаева не усматривала и не усматривает. Мой вопрос Олегу Панфилову: почему такое приятие режима Аскара Акаева? Только ли потому, что Акаев рассматривается Кремлем как "свой" человек в регионе?

Олег Панфилов: Я думаю, что здесь большую роль играет такой постсоветский синдром, попытка сохранить свое влияние, то есть, влияние России на постсоветское пространство. Посмотрите, что заявления российских политиков, в том числе и официальных лиц, по поводу референдума Киргизстана не содержали никаких данных, никаких сведений, никакой информации по поводу того, что референдум проводится в кратчайший срок, по поводу того, что существует уже достаточно большое количество нарушений прав человека в Киргизстане, ни по поводу того, что до сих пор так и не расследованы аксыйские события, по поводу того, что пресса не участвовала в должной мере в обсуждении тех вопросов, которые выдвигались на референдум, и можно привести еще большое количество данных, которые должны были задаваться российскими политиками в качестве претензий властям Кыргызстана, но не выдвигались. Поэтому тут речь может идти только о том, что Россия относится к Кыргызстану как к территории постсоветского пространства, которая должна быть в сфере геополитического влияния России. То, что Россия не выдвигает никаких претензий, например, к Туркменбаши, по поводу того, что там происходит, это, в общем, подтверждение только позиции России. Об этом можно только сожалеть. К сожалению, еще никто не вспоминает о том, что в этом году будет юбилей, 10-летие подписания Конвенции о правах человека в СНГ. Конвенция была подписана в Минске в 1993-м году, было принято решение о создании комиссии по правам человека - все это было забыто буквально через несколько дней. Поэтому какого-то механизма регулирования демократического развития на постсоветском пространстве не существует. Речь может идти только о геополитическом влиянии.

Тенгиз Гудава: Так или иначе, референдум состоялся и, как сказал господин Мадумаров, факт уже свершился, факт налицо: референдум принес ожидаемые всеми и необходимые властям результаты. Нарын Айып, что дальше, что все это должно означать, чего ждать киргизстанцам, всем, кто следит за развитием ситуации в этой республике? Пожизненности президентства Акаева или каких-либо положительных результатов, определенных реформ, изменений? Собственно говоря, Конституция и новая редакция Конституции - что в ней качественно нового?

Нарын Айып: Власть, в руках которой все ниточки, связанные с этой Конституцией и результатами референдума, может повернуть эти результаты в какую угодно сторону. Например, вот 13 января экспертная группа опубликовала текст новой редакции Конституции, после этого многие правозащитные организации, международные организации подвергли критике некоторые аспекты этого текста. Например, право президента накладывать вето. Причем это право такое: просто, если он ничего не делает, не подписывает закон и не возвращает его в парламент, он считается отклоненным. Это как энтропия, если вы ничего не делаете, то она возрастет, если президент ничего не делает, закон считается отклоненным. Это нововведение было подвергнуто очень сильной критике, и власти объявили где-то в конце января, перед референдумом, что этот пункт будет изъят из проекта новой Конституции. Но после изъятия этого, если он был изъят, я в этом не уверен, новый вариант Конституции не был опубликован. Получается, 2 февраля народ голосовал за какой вариант - неизвестно. Конституционный суд может принять решение, что новая редакция - это новая Конституция, и принять решение, что нынешний срок президента - только первый, следовательно он может участвовать в следующих выборах. Все, что угодно, может быть. Сейчас такой период - идет процесс, они решают, что им дальше делать, и они могут делать все, что хотят.

Тенгиз Гудава: Относительно того, что вы говорите, Нарын, что у многих закрадываются сомнения, что весь этот референдум был задуман с единственной главной целью - найти лазейки для продления срока президентства Аскара Акаева. Этот вопрос я хочу задать господину Джанузакову: Аскар Акаев уже много раз избирался или назначался президентом Киргизии, я, честно говоря, уже сбился со счета, однако, в декабре 2005-го года должен завершиться его последний срок по той Конституции, которая была сейчас изменена, но не отменена, насколько мы все понимаем. Господин Джанузаков, будет баллотироваться Аскар Акаев на новый президентский срок после 2005-го года?

Болот Джанузаков: Прежде всего, мне бы хотелось дать некоторые пояснения, и Олегу, и Нарыну Айыпу. Прежде, чем сказать свои экспертные, что ли, или наблюдения, или заключения, мне кажется, надо быть более осторожным в своих суждениях. Дело в том, что более 5 месяцев шло непосредственное обсуждение проектов изменений и дополнений Конституции Кыргызской республики. Не месяц - всенародное обсуждение, а всенародное обсуждение продлевалось два месяца. И только со 2-го, после завершения, весь ноябрь, декабрь шло всенародное обсуждение, после работы Конституционного совещания, а Конституционное совещание начало свою работу 4 сентября.

Тенгиз Гудава: Господин Джанузаков, вы простите, я вас прерву на секунду, но конечный проект Конституции, та редакция, которая выносилась на референдум, ведь она была опубликована только 13 января, то есть, три недели оставалось у народа, чтобы рассмотреть этот конечный проект Конституции?

Болот Джанузаков: Я еще раз повторяю: поэтому, прежде, чем делать какие-либо заключения, нам надо быть очень корректными в отношении друг друга и действительности, которая действительно есть. Первый проект был опубликован еще в октябре, уже после завершения работы Конституционного совещания. А уже с учетом всенародного обсуждения потом уже был опубликован второй проект, и Нарын Айып говорит, что вот эти редакционные изменения, которые после 13 января были внесены - не опубликованы - тоже не соответствует действительности, ибо эти изменения по двум основным моментам тоже опубликованы. Итак, народ прекрасно знает, за какие изменения и дополнения он проголосовал. А что касается срока: президент Аскар Акаев неоднократно заявлял о том, что он подчиняется Конституции, и, в соответствии с Конституцией, на следующий срок уже не имеет права баллотироваться.

Тенгиз Гудава: Правда ли, что второй вопрос был сформулирован так: Аскар Акаев должен оставаться президентом Киргизии до декабря 2005-го года ( до окончания конституционного срока избрания) - для того, чтобы претворить намеченные положительные Конституцией изменения в жизнь?

Болот Джанузаков: Да, вопрос стоит так, сформулирован. И я думаю, что здесь президент сделал очень серьезный политический шаг, поставив на весы народного заключения свою судьбу, судьбу как человека и как президента, ведь он был избран в 2000-м году, в декабре, с другими полномочиями. А сейчас, по новой редакции Конституции Кыргызской республики, он практически все свои основные полномочия разделил между парламентом и исполнительным органом власти, правительством. И сегодня практически все вопросы, связанные особенно с кадрами, формированием исполнительного органа, судебного органа - президент может решить только с согласия Жогорку Кенеша. То есть, мы переходим сейчас к президентско-парламентской форме правления. И в этой ситуации президент сделал, на мой взгляд, очень мужественный шаг.

Тенгиз Гудава: Адахан Мадумаров, референдум означает, что вместо нынешнего двухпалатного парламента у Киргизии должен быть однопалатный. Увы, депутаты не были защищены отдельным вопросом в референдуме по типу второго вопроса о неприкосновенности президента. Что это значит: парламент будет распущен? Будут проведены новые парламентские выборы?

Адахан Мадумаров: Парламент не будет распускаться, поскольку законом о введении в действие данной Конституции, раздел второй, там все оговаривается. Сначала идет президент, что до конца своего срока сохраняет свои полномочия, потом идет Жогорку Кенеш, а потом идут судебные органы и те исполнительные органы, которые были избраны на определенный срок. Для того, чтобы распустить парламент, теперь президент должен будет опять-таки проводить референдум, ибо, согласно нашему законодательству, изменения, внесения, которые были приняты путем референдума, будут изменяться только лишь референдумом. Исходя из этого, у нас, в новой редакции Конституции, 97-я статья получается мертвой статьей. Ибо там говорится, что внесение изменений в данную Конституцию может принимать парламент, а парламент уже не может принимать изменения и дополнения в нынешнюю Конституцию, поскольку весь текст начиная, что "мы, народ Кыргызстана" - он был принят референдумом. То есть, у нас получается очень тупиковое положение. Исходя из этого, если посмотреть с юридической точки зрения - нет оснований для роспуска парламента, а если с политической точки зрения, то у нас непредсказуемо, всякое может быть.

Олег Панфилов: Слово, которое сказал Адахан, "непредсказуемость", мы наблюдаем это как процесс уже последние 6-7 лет. Я с большим огорчением как уроженец Центральной Азии должен сказать, что, к сожалению, Кыргызстан все больше и больше превращается в государство с авторитарным режимом. Приходится напоминать о том, что еще лет 8 назад Кыргызстан с полным основанием назывался островком демократии в Центральной Азии. К сожалению, все меняется, и, к сожалению, власть становится все более ожесточенной, и, как мы видим и слышим на примере господина Джанузакова, власть все время говорит о народе, но, к сожалению, многие действия власти противоречат тому, что на самом деле хочет народ. Народ хочет жить сытно, народ хочет жить свободно, этого, к сожалению, ни того, ни другого, в Кыргызстане мы не наблюдаем.

Нарын Айып: Я хочу процитировать статью из новой редакции Конституции, которая, может быть, пессимистично будет звучать для нашего "Круглого стола". Но все-таки она характеризует всю эту Конституцию, статья 8, пункт 4: "В Кыргызской республике не допускается образование и деятельность политических партий, общественных объединений, религиозных и иных организаций, наносящих ущерб конституционному строю, государственной и общенациональной безопасности". Под эту статью можно подвести любую организацию и объявить ее вне закона.

Тенгиз Гудава: Нарын, отдают ли в себе Киргизии сегодня отчет в том, что произошло?

Нарын Айып: Мадумаров говорит, что парламент не будет распущен, я вот так на сто процентов не уверен, потому что когда в 1993-м году принималась новая Конституция, тоже говорилось, что парламент должен отработать срок и до конца своих полномочий работать. На самом деле, через год его распустили, хотя там тоже были такие же законы, и народ настолько привык, что вот, как раньше в России говорили, что суровость российских законов компенсируется тем, что их никто не выполняет, так же и эта Конституция - она уже столько раз менялась. В принципе, от этого что-то существенное в жизни простого народа не изменилось. Там какие-то происходят интриги наверху, у власти, между президентом, правительством, парламентом, другими фракциями в парламенте, это все происходит где-то, как будто на другой планете. Жизнь простого народа, на самом деле, ухудшается, ухудшается, ухудшается. Производство падает. Валовой продукт - с минусовым ростом. Поэтому, я думаю, народу от этого не жарко, не холодно, и так же, как в советские времена, сейчас эти все референдумы стали таким мероприятием для галочки, для властей. Вот, надо провести красиво, чтобы пришло как можно больше народу, и просто народ радуется, что хоть какой-то маленький праздничек.

Тенгиз Гудава: Тем более, что, как сказал господин Джанузаков, была хорошая погода. Господин Джанузаков, пожалуйста:

Болот Джанузаков: Наш народ, народ Кыргызстана стремится к тому, чтобы обеспечить у нас в стране мир и согласие. Дай Бог, чтобы был мир и согласие, и народ решал все задачи, которые он поставил перед собой. А задачи прекрасные, и задачи эти выполнимые. Новая редакция даст именно эти возможности, ибо народ, 86 с лишним процентов, сказал:"Да". Этот референдум и новая редакция Конституции - это для народа.

XS
SM
MD
LG