Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проект "Туркменистан"

  • Тенгиз Гудава

Экономика Киргизии - интервью с Джоомартом Оторбаевым.

В программе участвуют: директор проекта "Туркменистан" Института Открытого Общества (Фонд Сороса) Эрика Дейли и вице-премьер Киргизии по экономике Джоомарт Оторбаев.

Тенгиз Гудава: Этот выпуск состоит из двух частей. Во второй части - интервью с вице-премьером Киргизии по экономике Джоомартом Оторбаевым. В первой части - тоже интервью - с директором проекта "Туркменистан" Института Открытого Общества (Фонд Сороса) Эрикой Дейли.

Эрика Дейли - американский исследователь, давно занимающийся правами человека в регионе Кавказа и Центральной Азии. На днях она побывала в нашей пражской штаб-квартире, где выступила с лекцией о своей работе, и в частности о проекте "Туркменистан".

Эрика Дейли: Проект "Туркменистан" является новой инициативой Института открытого общества, который называется Фонд Сороса. Фонд Сороса имеет разные постоянные представительства в разных странах СНГ, за исключением Туркменистана, как ни странно. Так что в определенном смысле наш проект играет роль национального фонда. Наш проект как бы осуществляет разные функции - грантодателя, и как бы своей собственной организации, неправительственной, те функции, которые как раз играют другие офисы в других странах. Только так, как у нас нет офисов в Туркменистане, приходится как бы извне действовать на ситуацию в Туркменистане.

Тенгиз Гудава: А почему нет офиса Фонда Сороса в Туркменистане? Были попытки открыть такой офис?

Эрика Дейли: Попыток никогда не было. Опять, по понятным причинам, потому что очень трудно действовать самостоятельно.

Тенгиз Гудава: Эрика, если говорить о ситуации в Туркменистане, то, пожалуй, начнем с конца. Вот, принятая недавно резолюция Комиссии по правам человека ООН на вашем сайте, сайте проекта "Туркменистан", эта резолюция названа беспрецедентной. Почему, в чем ее беспрецедентность?

Эрика Дейли: В прямом смысле. ООН никогда не рассматривала подобный отчет, это очень большая проблема в связи с отчетами. Я могу сказать, что Туркменистан является почти единственной страной, входящей в систему ООН, которая никогда не давала отчета перед ООН, несмотря на то, что Туркменистан подписывал почти все международные соглашения по правам человека. Так что они свои обязанности перед ООН никогда не выполняли. Поэтому очень интересно и как раз удачно, что ООН имеет такой механизм - рассмотреть вольно невольно соблюдение определенным государством своих обязанностей перед ООН по правам человека. Поэтому это первый раз, когда Комиссия ООН по правам человека рассматривала историю соблюдения Туркменистаном своих обязанностей. И резолюция была очень сильная. Во-первых, потому, что комиссия сосредотачивалась только на трех странах во всем мире. Одной из них являлся Туркменистан. Это уже очень много о чем говорит.

Тенгиз Гудава: А две другие какие были страны?

Эрика Дейли: Мьянмар, то есть, Бирма, другая не припоминается. Результаты, я думаю, очень значительные. Именно потому, что комиссия по правам человека выразила очень глубокую озабоченность нарушениями прав человека в Туркменистане, и вдобавок они излагают свои рекомендации по отношению к государствам, и рекомендации, конечно, очень разумные, взвешенные, и так далее.

Тенгиз Гудава: Кстати, первая часть резолюции именно в том и состоит, что туркменские власти обвиняются в нежелании сотрудничать с международными организациями согласно взятым на себя обязательствам. Туркменские власти фактически бойкотируют эти организации, не предоставляют регулярных докладов, как это требуется, и прочее. В этой ситуации, как вам приходится работать в Туркменистане, как осуществлять этот проект?

Эрика Дейли: Действительно, нам всем приходится как бы передумать свою стратегию, потому что на протяжении последних 10 лет фактически правозащитные организации, определенные государства, даже межгосударственные организации идут по пути дипломатических решений. Но оказывается, что, в конечном итоге, дипломатическое давление приносит очень маленькие результаты. Поэтому мы сейчас очень тщательно проверяли информацию о том, каким образом мы можем достичь результатов по отношению к Туркменистану, и мы решили, что будем продолжать воздействовать на дипломатическом уровне, но параллельно будем еще давить непосредственно на государства путем исследования по коррупции, потому что это чрезвычайно важно с точки зрения самого президента. Коррупция - это известная проблема в Туркменистане, народ страшно бедствует, почему? Потому что, в принципе, это страна довольно богатая, результаты довольно значительные, но куда уходят эти деньги? Видимо, не в пользу народа. Мы сейчас намерены сотрудничать с другими организациями в поиске достоверной информации о том, куда эти деньги уходят, и таким образом хотим надавить на президента, его окружение, чтобы они обратили внимание на то, что есть последствия у их действий.

Тенгиз Гудава: Вы говорите, куда эти деньги уходят, вы, наверное, знаете, что сын президента Ниязова в одну ночь проиграл 10 миллионов долларов в Испании, вот, куда деньги ушли в этой ситуации - понятно. Но мы затронули очень такую тему, я бы сказал, скользкую, больную, нерешенную. Это тема санкций в отношении таких режимов, как в Мьянме, наверное, и режим Туркменбаши. То есть, режим отказывается принимать какие-либо действия в направлении соблюдения тех обязательств, которые он на себя возложил, не говорится о тех, которые он и не брал на себя. Вот недавно на Радио Свобода был Фреймут Дуве, представитель ОБСЕ по свободе СМИ, и я задал ему такой вопрос: если ситуация в Туркменистане такая ужасающая, почему просто взять и не исключить Туркменистан из ОБСЕ, во-первых, потому что он не соблюдает никакие писаные и неписаные нормы этой организации, а во-вторых, просто по географическим соображениям - Туркменистан не является Европой, а ОБСЕ это все таки изначально европейская организация. На что Фреймут Дуве сказал, что он "за" исключение Туркменистана, но процедура такова, что только консенсус может исключить какую-либо страну, то есть сам Туркменистан должен проголосовать за свое собственное исключение. Это нонсенс, такого не может быть, поэтому все остается на своих местах.

Я хочу вот на что обратить внимание: ведь этот режим существует не в безвоздушном пространстве. Он поддерживается, причем очень сильно, в частности, Москвой, Кремлем. Вы, наверное, знаете, что вот недавно подписан газовый контракт. Красноречиво - газ в обмен на лояльность Москвы, на поддержку, на безопасность, в прямом смысле этого слова. А вот что-либо делается международными правозащитными организациями, в частности, Институтом открытого общества в отношении выявления этой поддержки таких явных нарушителей, как туркменский режим, или это совершенно новая сфера, и до этого еще не дошли руки?

Эрика Дейли: Нет, это, конечно, очень актуальная тема, и этот вопрос обсуждается в коридорах многих государственных и межгосударственных организаций. Тема действительно актуальная, но, как вы заметили по разговору с господином Дуве, есть разногласия. Пока консенсуса нет, и наша организация не занимает позицию в отношении этого вопроса, потому что мы являемся правозащитной организацией, а не государством. Но я считаю, что очень важно сейчас обратить внимание на то, что Туркменистан находится почти в полной изоляции от других стран, и надо посмотреть, к чему это все привело. Кризис почти во всех сферах деятельности общества: в области образования, экономической сфере, в отношении загрязнения окружающей среды, почти во всех сферах общественной деятельности. Поэтому наш подход несколько отличается от подхода, допустим, господина Дуве, в том плане, что мы считаем, что больные вопросы могут решать только сами туркмены, я имею в виду не только туркмены, а граждане Туркменистана, потому что они лучше знают, как эти вопросы решать, и потому что это все-таки их обязанность. Мы можем их поддержать, и я считаю, что мы имеем даже моральную обязанность их поддержать, но я думаю, что еще усугубить как бы изоляцию страны в данный момент - неправильный подход. Наоборот, страну нужно открывать, и наша организация помогает и способствует этому процессу, по ходу нашей работы. Допустим, мы сейчас способствуем расширению и, надеемся, улучшению пока информации о том, что сейчас происходит внутри страны - на территории Туркменистана.

Тенгиз Гудава: Кыргызстан, или если говорить по старинке - Киргизия - оказалась первой по уровню коррумпированности среди семи беднейших стран СНГ, а это Армения, Азербайджан, Грузия, Кыргызстан, Молдова, Таджикистан и Узбекистан. Такие данные приводятся в Отчете о прогрессе инициативы СНГ-7, подготовленном совместными усилиями МВФ, Всемирного Банка, Европейского банка реконструкции и развития и Азиатского банка развития, опубликованном в середине апреля сего года.

Вместе с тем этими - не самыми хорошими для Киргизии, новостями, приходят новости и о новых инвестициях в экономику этой среднеазиатской страны, и по этому показателю республика отстает только от Казахстана - страны с наиболее свободной рыночной экономикой в Центральной Азии.

Я беседую по телефону с вице-премьером Киргизии по экономике Джоомартом Оторбаевым.

Господин Оторбаев, в последнее время были сообщения о новых западных инвестициях в экономику Киргизии, и особенно - в развитие мелкого бизнеса - могли бы рассказать об этом подробнее?

Джоомарт Оторбаев: Действительно, в последние годы политика привлечения прямых иностранных инвестиций стала приоритетом экономической политики нашего государства. Делается достаточно много для улучшения инвестиционного климата на местном уровне и улучшения маркетинговой стратегии нашей страны. Данная работа дала о себе знать. Я скажу, что в 2002-м году рост прямых иностранных инвестиций в экономику нашей страны составил 19 процентов и достиг 107 миллионов долларов, и эта цифра составляет порядка 7 процентов ВВП, чем, я считаю, мы можем гордиться, особенно с учетом того факта, что основные аппетитные куски инвестиций были уже отхвачены в начале независимости , и ту же сумму инвестиций, которую мы имели в начале в 90-х годов, необходимо набирать большим числом мелких и средних проектов. Но, как показывает цифра, это нам удается сделать, причем я хочу подчеркнуть, что вы задали вопрос с точки зрения западных инвестиций, а на самом деле рост произошел достаточно серьезный за счет инвестиций из стран СНГ, в первую очередь, России, Казахстана, что является очень важным элементом нашей стратегии привлечения инвестиций. В этом смысле мы можем гордиться целым рядом проектов, которые реализованы.

Тенгиз Гудава: Вы входите в президентскую комиссию по привлечению инвестиций, с другой стороны, не секрет, что в Киргизии высокий уровень коррупции. По данным МВФ, Киргизия, увы, на первом месте среди семи наиболее бедных стран бывшего СССР. В этих условиях можно ли быть уверенным, что инвестиции не оседают в чьих-либо карманах коррупционеров? Для чего Киргизии инвестиции, как они используются?

Джоомарт Оторбаев: Действительно, мы знакомы с данным отчетом по коррупции, мы считаем, что, в принципе, для объективного рассмотрения этих цифр надо делать коррекцию на открытость заявлений респондентов, в этом смысле у нас полная открытость, мы очень признательны тем, кто давал ответы, за свою открытость, и у нас есть поле для деятельности. То есть, мы не считаем, что мы являемся самой коррумпированной страной, тем не менее, осознаем характер и масштабы проблем, с которыми мы сталкиваемся. Это связано с тем, что государство по-прежнему играет слишком большую роль по отношению к бизнесу, пытается регулировать, разрешать, сертифицировать, лицензировать всю частную деятельность в этом направлении, и мы принимаем здесь столь серьезные шаги для того, чтобы серьезно изменить ситуацию, тем более понимая, что, я бы сказал так: прямая иностранная помощь, особенно на грантовой основе, к нам не придет, если мы не докажем всем и самим себе, что данные ресурсы идут действительно на дело. Я бы тут не смешивал прямые иностранные инвестиции с программами помощи. Первая часть связана с частными инвестициями - проекты, которые делают частные предприятия, или физические лица - извлечение прибыли. Ваш же вопрос, видимо, относится к программам помощи, программам развития. Первый вопрос, в общем-то, идет вне прямой связи с государством, второй вопрос действительно связан с государством, и здесь мы намерены в рамках новой программы по улучшению добросовестного управления показать всем, что у нас предпринимаются решительные меры по борьбе с коррупцией и улучшению прозрачности управления. Фактически, этот год у нас пройдет под этим символом, и к концу года, я думаю, мы будем готовы рассказать реально, что мы сделали в этом направлении.

Тенгиз Гудава: Господин Оторбаев, каковы приоритеты киргизской экономики сегодня, и каковы главные препятствия для развития этой экономики?

Джоомарт Оторбаев: У нас идентифицировано 6 приоритетных направлений, где, мы уверены, инвесторы, заходя сюда, в эти сферы, извлекут необходимую норму прибыли, и тем самым удовлетворят свои начальные планы. В эти отрасли входят гидроэнергетика, горнорудная промышленность, туризм, переработка сельскохозяйственной продукции, информационные технологии, и последнее - это сервис, в широком смысле этого слова, транспортный сервис, финансовый, банковский, и иной, другой. Значит, мы привлекаем инвесторов именно в эти сферы, зная, что они весьма перспективны, и инвестор способен будет вывезти продукцию, производимую здесь, на внешние рынки, и конкурентоспособную продукцию. Здесь сконцентрированы наши маркетинговые усилия, с тем, чтобы привлечь данные предприятия именно к нам, и здесь у нас имеется целый ряд успехов, если говорить о данных сферах.

Тенгиз Гудава: А что препятствует развитию экономики, по-вашему?

Джоомарт Оторбаев: Препятствует развитию экономики, в основном - есть субъективные и объективные причины. К объективным относится все-таки небольшая емкость внутреннего рынка, достаточно неблагоприятное географическое положение, невозможность выхода к морям. Что касается субъективных причин, на наш взгляд, это слишком большая роль государства в регулировании предпринимательской деятельности. Речь идет опять же о том, что все государственные органы стремятся регулировать, разрешать, сертифицировать, лицензировать деятельность бизнеса. В этом смысле борьба с административными барьерами на пути бизнеса определена в качестве приоритетной задачи правительства. Здесь у нас идут решительные меры по дерегулированию экономики и по демонтированию регуляционно-разрешительной системы, целый ряд вещей уже сделаны, в частности, мы ведем серьезную работу по реформе системы технического регулирования, где стандарты будут добровольными, а не принудительными и обязательными, как были раньше. По спецсредствам, тому, что государственные органы собирали спецсредства от регулирования деятельности - тоже они закрыты. В части маркетинга мы ввели буквально недавно упрощенный визовый режим для граждан определенных стран. Впервые в СНГ мы вводим систему, когда гражданин определенной страны может получить визу без приглашения, на основании устного обращения в консульское управление нашей страны, как за границей, так и у себя - при первом пересечении границы. Кроме того, в этом комплексе не нужна регистрация органов внутренних дел. Этим самым мы хотим продемонстрировать всему миру нашу приверженность развитию открытой экономики и улучшению приглашения сюда туристов и инвесторов с целью маркетинга нашей страны, как открытого внешнего трынка.

Тенгиз Гудава: Господин Оторбаев, вы входите в состав недавно созданного Совета по добросовестному управлению - что это за организация, и что значит "добросовестное управление"?

Джоомарт Оторбаев: Этот термин звучит на русском языке, я быв сказал, довольно необычно, мы его редко практиковали, это прямой перевод с английского, который переводится как "good governance", и суть его в том, что мы должны иметь в стране эффективное, небольшое, качественное управление со стороны государства, которое максимально исключит, и в идеале - полностью уничтожит коррупцию на государственном уровне, где небольшое правительство на центральном и региональном уровне будет реализовывать те функции, которые необходимо реализовывать нормальному цивилизованному государству, а именно, выполнять сервисные функции по отношению к бизнесу, осуществлять работу в полном соответствии с приоритетами развития страны, экономического подъема и поднятия социальной инфраструктуры государства.

Тенгиз Гудава: Вы также являетесь председателем Экономического совета СНГ - это достаточно темная лошадка, пожалуй, для всех кроме узких специалистов. Чем занимается совет, каковы его задачи?

Джоомарт Оторбаев: Наш совет готовит материалы к Совету главы правительств стран СНГ, который, в частности, сейчас заседает в Москве. В свою очередь, документы, одобренные Советом глав правительств СНГ, идут на утверждение Совету главы государств. Таким образом, экономический совет СНГ является рабочим органом СНГ в части экономической кооперации и в части создания зоны свободной торговли в пространстве СНГ. Я хочу сказать, что, участвуя в работе этого совета уже на протяжении года, мы, все его участники, видим очень позитивные тенденции о том, что действительно многие вопросы принимаются консенсусом, многие вопросы решаются достаточно эффективно, но вот на этом марше мы и учимся совместно принимать достаточно непростые решения. Сделать это в формате, прямо скажем, совершенно различных 12 стран, зачастую с различными экономическими моделями развития - очень непросто, но этот процесс идет поступательно, и мы очень оптимистично смотрим на то, что именно экономические меры, экономические идеи приведут действительно к серьезной интеграции стран СНГ в части и политического процесса.

Тенгиз Гудава: Последний вопрос, такого несколько личного характера: в декабре 2005-го года истекает президентский срок Аскара Акаева - не планируете ли вы баллотироваться на пост президента?

Джоомарт Оторбаев: Не планирую.

XS
SM
MD
LG