Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Казахстан - дела Аблязова и Жакиянова

  • Тенгиз Гудава

В программе участвуют: председатель Демократической партии "Азамат", один из лидеров казахстанской оппозиции Петр Своик и сотрудники Казахской редакции Радио Свобода - Мерхад Шарипджан и Ержан Карабек.

Тенгиз Гудава:

Министр иностранных дел Казахстана Касимжомат Токаев признал, что число нарушений прав человека увеличилось за последний год, и заявил, что к концу этого года будет назначен официальный ответственный за права человека, или омбутсмен. Правительственная комиссия по права человека существует в Казахстане с 1994-го года, но поста омбутсмена как такового не было, а комиссия была занята в основном критикой международной критики ситуации с правами человека в Казахстане. Между тем, эта комиссия, по словам Токаева, получила в прошлом году 629 жалоб, что на двести с лишним жалоб больше, чем год назад. Истинное число нарушений прав человека, по мнению министра, в 4-5 раз больше. Мнение оппозиционеров называет куда большие величины. Евгений Жовтис, директор Казахского Бюро по правам человека говорит, что только его офис получает порядка 4 тысячи жалоб в год. Ну а главный правозащитник, назначаемый президентом и подчиненный властям - это, по мнению казахстанских правозащитников, - извращение, не более того.

По телефону из Павлодара - председатель Демократической партии "Азамат", один из лидеров казахстанской оппозиции Петр Своик; со мной в пражской студии Радио Свобода - сотрудники Казахской редакции нашего Радио - Мерхад Шарипджан и Ержан Карабек. Господа, вероятно, вы согласитесь со мной, что главные события, возмутившие мировую правозащитную общественность в отношении Казахстана - это арест одного из лидеров оппозиции Мухтара Аблязова и преследование другого оппозиционера - Галымжана Жакиянова. Итак, Галымжан Жакиянов, бывший губернатор Павлодарской области Казахстана, является одним из основателей оппозиционного движения "Демократический выбор Казахстана", он председатель политсовета этого движения. Власти обвиняют в совершении финансовых преступлений в бытность главой Павлодарской области, в связи с чем Жакиянов в конце марта этого года, будучи на приеме у посла, попросил убежища в посольствах Франции Великобритании и Германии, расположенных в одном из зданий Алма-Аты. Жакиянов заявляет, что обвинения против него имеют политическую мотивировку. Как обстояли дела дальше - мы попросим рассказать нашего павлодарского собеседника Петра Своика.

Петр Своик:

Я временный павлодарский собеседник. Вы меня именно сегодня достаточно удачно поймали в Павлодаре, поскольку мне пришлось сюда перелететь, сюда же переведен Галымжан Жакиянов, якобы, под домашний арест, на самом деле, то помещение барачного типа, в котором его содержат, к его жилью не имеет никакого отношения, а прилетел я сюда в попытке получить разрешение стать его общественным защитником. Все необходимые документы у меня как представителя движения ДВК оформлены и находятся у следствия. Следствие до сих пор не может дать нормальный ход включению общественного защитника в процесс. На самом деле, уголовной подоплеки в этом деле нет, а есть, прямо скажем, стопроцентная политическая подоплека. Именно поэтому Галымжана Жакиянова держат под арестом и именно поэтому пока что не удается осуществлять его общественную защиту. Но мы надеемся, что проявим достаточно твердости, и у нас это получится.

Тенгиз Гудава:

Петр Владимирович, насколько мы знаем, Галымжан Жакиянов покинул посольство, в котором он попросил политического убежища, после того, как казахстанские власти обещали западным дипломатам не арестовывать его. Все-таки этого не произошло. Домашний арест осуществлен, причем, насколько я знаю, Жакиянов был насильственно вывезен из Алма-Аты в Павлодар - что по этому поводу известно?

Петр Своик:

Прежде всего, Галымжан Жакиянов не просил политического убежища. Мы как политическая организация, как движение "Демвыбор" Казахстана рекомендовали своему лидеру попросить политического убежища в одном из иностранных государств, и именно потому, что знаем, что преследуют его по политическим соображениям, и что ни объективного следствия, ни беспристрастного суда в Казахстане нет, и, соответственно, нельзя Галымжану отдаваться в руки этого так называемого правосудия. Такую политическую рекомендацию мы Галымжану сделали. Но Галымжан сознательно не попросил, я подчеркиваю, не просил политического убежища, вышел из посольства, чтобы исключить всякую попытку заподозрить его, что он действительно человек, который какие-то свои прошлые нарушения скрывает за политикой. Мы уверены, ему, безусловно, дали бы политическое убежище, и уверены, что не одна, а несколько стран откликнулись бы на такую просьбу. Но он остался здесь, в Казахстане, это очень мужественный и рискованный поступок. Это первое.

Второе - это не домашний арест так, как он записан в УПК Казахстана. Наш УПК, кстати, вполне современный, если бы все, что написано в нашем кодексе, соблюдалось, так вообще цены бы не было нашему правосудию. Его как раз держат под натуральным арестом и лишают, в том числе, права заниматься политической деятельностью. Если бы он на самом деле был преступником, который что-то такое - неправильно продал завод по ремонту сельхозтехники, небольшой заводик, допустим, он его продал бы дешевле, чем полагалось бы, допустим. Н тогда почему ему не дают заниматься политической деятельностью, почему его во время следствия отключают от общения со своими соратниками? Ну каким образом Петр Своик может помешать следствию разбираться с тем, как продан этот самый завод по ремонту сельхозтехники в каком-то поселке Песчанка под Павлодаром? Со своей стороны, как бывший председатель антимонопольного комитета, как бывший член правительства, я могу сказать, что никаких норм, которые бы определяли - вот так вот дорого ты продаешь, а вот так уже дешево, и тем самым злоупотребляешь - в нашем законодательстве не было, и нет никакой уголовной подоплеки во всех этих действиях, нет, тем более что не губернатор области торгует государственной собственностью. Это все совершенно очевидный детский лепет, с точки зрения уголовных обвинений. Это обвинения политическое, и мы будем защищать Галымжана Жакиянова политически.

Тенгиз Гудава:

Перейдем к другому громкому делу: аресту другого лидера движения "Демократический выбор Казахстана" Мухтара Аблязова. Мухтар Аблязов - бывший министр энергетики Казахстана. Он был арестован по обвинению в превышении власти и незаконных деловых операциях. Ержан Карабек, расскажите пожалуйста об этом?

Ержан Карабек:

Мухтар Аблязов был арестован 27 марта. События вокруг ареста Мухтара Аблязова развивались очень стремительно. Само движение "Демократический Выбор Казахстана", появившееся на политической сцене Казахстана уже в начале нынешнего года, буквально через пару месяцев выросло в довольно-таки влиятельную общественную организацию. Если президент Казахстана Нурсултан Назарбаев вначале заигрывал с лидерами этого общественного объединения, я напомню, что в январе Нурсултан Назарбаев принимал у себя Мухтара Аблязова, и власти всячески декларировали, что они ничуть не чураются действий этого нового общественного объединения, то буквально через 3-4 месяца власть и это новое общественное объединение вступили в жесткую конфронтацию. Мухтара Аблязова обвиняют в экономических и финансовых злоупотреблениях в бытность его министром энергетики. Якобы, Экибазтузский ГРЭС, целый каскад там есть энергетических предприятий, напоминающих собой памятники развитого социализма, якобы, Мухтар Аблязов совершил махинации с приватизацией кое-каких станций этого блока, совершил махинации вокруг задолженности Казахстана и России, взаимной задолженности, где-то на сумму в 250 миллионов долларов. Это, конечно, сумма очень большая.

Тенгиз Гудава:

Надо, видимо, добавить, что Мухтар Аблязов был переведен в следственный изолятор из Алма-Аты в Астану так же, как Жакиянов был переведен из Алма-Аты в Павлодар. Мерхад Шарипджан, с преследованием двух казахстанских оппозиционеров совпало закрытие независимого телеканала "Тан." При каких обстоятельствах это произошло?

Мерхад Шарипджан: Дело в том что телеканал "Тан" - как раз один из немногих телевизионных каналов, который освещал события вокруг Мухтара Аблязова и Галымжана Жакиянова. Он сразу же оказался под прицелом властей, вначале объяснили временную, якобы, приостановку вещания канала тем, что есть какие-то технические проблемы, но они были устранены неделю назад, 16 апреля, и после этого "Тан" должен был быть в эфире. Теперь министерство коммуникаций и транспорта отказывается давать какие-либо объяснения, и вместе с тем отказывается давать и разрешение на возобновление вещания этого канала. Я еще хотел бы отметить другую вещь: кроме этого, когда "Тан" неожиданно исчез с экранов телевизоров, телекомпания "Эра" в Астане взялась за ретрансляцию программ "Тана", и, естественно, она тоже, я здесь говорю естественно с определенной долей сарказма, тоже стала иметь проблемы с комитетом телерадиовещания Казахстана, и также какие-то непонятные технические причины убрали программы этого телеканала с экранов телевизоров.

Тенгиз Гудава:

Вопрос в Павлодар, господину Своику: надо отметить, Петр Владимирович, что и Жакиянов, и Аблязов - это не классические диссиденты, гуманитарии, Дон-Кихоты, мечтатели и так далее, нет, это сильные личности, бизнесмены, один был губернатором, другой министром. Как получилось, что они стали оппонентами режима Назарбаева?

Петр Своик:

Именно потому, что они та часть режима, которые приобрели и высокие госдолжности, и свои состояния в основном за счет своих личных качеств, то есть, это действительно люди с очень хорошим, прямо скажем, элитным образованием, с хорошим характером, хорошими головами и так далее, они потребовали, я бы даже не употреблял слово "потребовали" - просто предложили сделать совершенно очевидные реформы в Казахстане. В программе "Демвыбора" Казахстана всего 5 пунктов, и в этом смысле вся страна их поддерживает. Это независимые средства информации, это судебная реформа, это избираемость местных властей и, наконец - честные выборы, основополагающее. Все это было сказано спокойным деловым тоном, все это прописано в программе, вообще говоря, за это сажать в тюрьму - сама по себе реакция на такие предложения весьма показательна. Это та часть, если хотите, национальной элиты, сформировалась в ДВК, которая, на самом деле, нуждается в современной, нормальной конкурентной экономике и в современной, цивилизованной политической системе.

Тенгиз Гудава:

Вопрос Ержану Карабеку. Ержан, что, по-вашему, такое "Демократический выбор Казахстана", как можно определить это политическое объединение?

Ержан Карабек:

Конечно, Петр Владимирович поскромничал, когда сказал, что программа этого нового общественного объединения содержит всего лишь пять пунктов. Я думаю, что здесь противоречие между властью и новой оппозицией, которая выросла из самой власти. Я хочу провести некую параллель с такими событиями, как появление русской партии в Казахстане, также власть теперь спешно инициирует появление казахской национал-демократической партии. Есть еще такая параллель, что в Туркменистане, вернее, вокруг него вырос в последнее время ряд оппозиционных деятелей, тоже вышедших из самой власти. Целых четыре бывших высокопоставленных деятеля - три посла и один заместитель премьер-министра - сейчас бросили перчатку Туркменбаши.

Тенгиз Гудава:

Если говорить о перчатке, брошенной президентам центрально-азиатских республик - вопрос Мерхаду Шарипджану, говоря о деле Аблязова и Жакиянова невольно вспоминаешь еще одного видного крупного политического деятеля-оппозиционера - бывшего премьер-министра Акежана Кажегельдина, кажется, вот эти люди - одного социально-политического замеса, одного явления. Они были близки к Назарбаеву. были у власти и, что самое главное, были близки к денежным источникам, но вот встали на путь борьбы с режимом, именно бросили эту перчатку режиму. В какой мере существует связь между Аблязовым, Жакияновым, Кажегельдиным, и в какой мере это единое явление?

Мерхад Шарипджан:

С Кажегельдиным, на мой взгляд, и у Жакиянова, и у Аблязова таких сильных политических связей нет. Что касается тенденций - да, это напоминает ситуацию вокруг Кажегельдина. Кажегельдин тоже вышел из власти, был премьер-министром, вторым человеком в стране, знал гораздо больше, чем знают, возможно, Галымжан Жакиянов и Мухтар Аблязов. Кажегельдин был молод, когда уходил, хотя Мухтар Аблязов и Галымжан Жакиянов еще моложе. Мне кажется, что второй вот этот удар, если не был нокаутом, то был как бы небольшим нокдауном для Назарбаева. Назарбаев был в растерянности, это было заметно. Никогда Назарбаев не доходил до того, что оправдывался, что на всяких собраниях начинал говорить, что вот я сам вскормил эту молодежь, что она должна помнить, за счет кого она и как. Какие-то вот эти моменты. И какие-то движения и организации. контролируемые властью, организовали проназарбаевский митинг в ответ митингу за "Демвыбор". Вот это все показывает, что третий удар уже будет сильнее гораздо.

Я бы хотел отметить еще один момент. В середине ноября, когда "Демократический выбор Казахстана" стал существовать, в Казахстане все это произошло с участием Рахата Алиева, этого тоже не надо забывать. Рахат Алиев - зять Назарбаева, человек, который был уполномочен очень большой властью. Являясь вторым человеком в бывшем КГБ - КНБ - Комитете национальной безопасности - он фактически являлся первым человеком в этой организации. Он контролировал фактически все в Казахстане, кроме нефти, в основном все. И мне кажется настала пора когда молодежь сильная молодежь кто-то из них сам не был бесхребетным, имел такой хребет мощный, когда Назарбаев подтянул их к себе, кто-то за счет своего тестя, но вот эта молодежь как бы начала драться за власть, у меня такое ощущение. И здесь Назарбаев как бы всех поставил на свое место. Он навел порядок у себя в клане, в своей конюшне, поставил на место зарвавшегося зятя, который действительно ,я думаю, перестал повиноваться, если не полностью, то частично, и заодно разделяя как бы с этими двумя очень яркими политическими лидерами. Это ответный удар на сильный бросок "младотюрков", как их теперь принято называть.

Тенгиз Гудава:

Последний вопрос господину Своику: Казахстан - одна из самых богатых ресурсами стран всего центрально-азиатского региона. До сих пор богатствами этими почти безраздельно владеет определенный клан, окружение, как угодно назовите, Нурсултана Назарбаева. Можно сказать, что в народе, обществе казахстанском зреет определенное неприятие этой реалии, и появляются новые и новые "искатели сокровищ". Господин Своик, как бы вы охарактеризовали этот процесс, какие ему можно дать определения? Как он развивается и как будет, по-вашему, развиваться?

Петр Своик:

Действительно движение "Демвыбор Казахстана" кроме прочего представляет и ту часть режима господина Назарбаева, отколовшуюся от этого режима, которая объективно заинтересована и в силу своих бизнес-интересов, и в силу того, что у них есть гражданская совесть и гражданское понимание в развитии внутренней товаропроизводящей экономики, работающей на внутренний рынок и обслуживаемой национальной валютой тенге - сегодня эта часть экономики Казахстана стала падчерицей валютно-сырьевой, нефтяной, экспортной экономики. И, к сожалению, и сама команда господина Назарбаева, и он сам как международный деятель, как глава государства и как куратор такого крупного нефтяного бизнеса состоялся в той части. С нефтяной частью у нас неплохо, и сейчас неплохо, и перспектива есть, и все такое. А другая часть - это все равно, как хилое тельце у карлика с гипертрофированной головой. И "Демввбор" Казахстана не против того, чтобы добывать нефть, но "Демвыбор" Казахстана за то чтобы все сбалансировать.

Мерхад Шарипджан:

Появление нового премьер-министра на фоне всех этих событий - очень примечательная вещь, я думаю, неожиданно Токаев уходит, приходит Имангали Тасмагамбетов. Мне кажется, Назарбаев готовит запасной аэродром. Возможно, Тасмагамбетов, молодой политик, опытный, еще со времен СССР работавший в комсомоле, возможно, он станет казахстанским Путиным, я так думаю, это мое мнение, но это как бы запасной вариант опять же, я хочу отметить. Мне думается, что вот идет следствие по делу Гиффена, якобы, вовлечены в это Назарбаев и его семья, это предстоит все доказать, но Назарбаев волнуется, готовит путь к отступлению. Он постарается остаться у власти, но если совсем прижмет, придет третий удар, то, наверное, карта Имангали Тасмагамбетова будет разыграна.

XS
SM
MD
LG