Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Башизм Туркменбаши. Часть 1

  • Тенгиз Гудава

Программу ведет Тенгиз Гудава. Участвуют: бывшие вице-премьеры Туркменистана Борис Шихмурадов и Худойберды Оразов, московский журналист Аркадий Дубнов, туркменский поэт в изгнании Ширали Нурмурадов и координатор Центрально-азиатской программы правозащитного центра "Мемориал" Виталий Пономарев.

Тенгиз Гудава: Если бы не было Туркменбаши, его стоило бы выдумать - дабы не казался наш глобализованный мир скучным и понятным. В начале августа президент Туркменистана 62-летний Сапармурад Ниязов вновь стал пожизненным президентом. Так решил Народный Совет Туркмении - Халк Маслахаты - карманный орган президента. Он и раньше даровал Туркменбаши пожизненное президентство, но Ниязов кокетливо отказывался, дескать, проведу выборы лет через 8-10. Высшая форма авторитаризма - когда с президентством можно играть как кошка играет с мышкой...

Ах, эти игры, эта игра - власть - никто на территории бывшего СССР не достиг таких рекордов, как президент Туркменистана, где "башизм" стал даже не государственной идеологией, а религией, как сделал Вуду государственной религией гаитянский диктатор Папаша Док!

Итак, пожизненное президентство - это не все августовские подарки, которые преподнес себе самому Сапармурад Атаевич. Он награжден тремя степенями еще не учрежденного ордена "Алтын Асыр" ("Золотой век"). Напомним, что он уже трижды герой Туркменистана.

Ему присуждено почетное звание "Великий писатель" за сборник стихов "Благоденствуй мой народ". Он предложил ввести новый календарь, где по-новому будут называться дни, недели и месяцы.

Еще одно нововведение туркменского президента: отныне чиновников будут брать на работу в соответствии с родословной. Чуть раньше, президент Ниязов ввел в обычай ссылать неугодных ему чиновников с глаз долой.

Нельзя сказать, что подобная манера принимается окружением Ниязова с неизменным восторгом. В политическом изгнании и фронтальной оппозиции к Туркменбаши оказалась целая группа бывших высших госчиновников Ашхабада.

Два бывших вице-премьера Туркменистана Борис Шихмурадов и Худойберды Оразов, а также московский журналист Аркадий Дубнов - участники нашей беседы.

Господа, мы говорим сегодня о художествах президента Туркменистана Сапармурада Ниязова. Чем вызваны эти художества президента Ниязова, какова причина, побудившая Туркменбаши пойти на столь неординарные шаги, зачем это ему нужно? Господин Шихмурадов?

Борис Шихмурадов: Все дело в том, что он понял, что его нелегитимность, о которой так настойчиво говорит демократическая оппозиция, после 21 июня нынешнего года она стала приниматься всерьез в международном общественном мнении, и именно для этого он на этом своем совещании в городе Чарджоу вновь поднял этот вопрос о своем пожизненном президентстве, дабы снять этот налет недоверия, дабы снять вообще проблему своей легитимности или нелегитимности. Ведь он прекрасно понимает, что для каждого гражданина Туркменистана было ясно, что на предыдущем Маслахате ему были вручены и потом подтверждены бессрочные полномочия, он пошел на повторное обсуждение этой темы, чтобы продемонстрировать, прежде всего, своему народу, и остальному миру, что он легитимен, что его полномочия подтверждены. Второе - все, что связано с календарем и днями недели- это не художество, это просто болезненный брел. Ниязов продолжает разыгрывать националистическую карту в условиях, когда время для болезненного всплеска национального самосознания прошло. Он думает, что народ скушает вот эти его конфетки - давайте, будем все туркменизировать, давайте, будем дни недели называть своими нестандартными названиями, давайте откажемся от императора Августа и папы Григория, от императора Юлиана... Но он ведь все, как всегда, не доводит до конца. Тогда почему он называет свой период золотым веком, XXI век, в соответствии его логике нужно было бы немедленно отказаться от этого, не XXI век должен быть, а какой-то другой, туркменский или ниязовский век.

Тенгиз Гудава: Можно добавить, что и само понятие "президент" тоже можно было бы несколько видоизменить. Господин Оразов, вы, как и господин Шихмурадов, были вице-премьером Туркменистана, фактически правой рукой Туркменбаши. Скажите, к чему стремится Сапармурад Ниязов, власть у него есть и так, зачем вводить новый календарь и переименовать дни недели?

Худойберды Оразов: Самое главное - надо сказать, что хотя и оппозиция говорит, что срок его вышел, не вышел, все прочее, надо сказать, что никогда господин Ниязов не был законно избранным главой государства Туркменистана. Никогда! Ни при советской власти, ни после, ни в 1992-м году даже. Тогда, когда говорят, были выборы - это был просто розыгрыш в пределах Ашхабада. Последние его художества - это просто издевательства над туркменским народом, над всеми туркменистанцами, в части объявления его пожизненным - разрабатывается сценарий самим Ниязовым и его приближенными, и его преподносят таким образом, как будто весь народ горит желанием. Фактически в Туркменистане при нормальных выборах под международным контролем он даже не получит одного процента голосов. Он это прекрасно знает. Он знает, что творится в стране. Поэтому его всякие художества - только издевательства над страной, его народом, и больше ничего.

Тенгиз Гудава: Я возвращаюсь к основному вопросу и задаю его Аркадию Дубнову - вам как кажется, зачем это было нужно Туркменбаши, все эти экзотические вещи?

Аркадий Дубнов: Я, отвечая на этот вопрос, хочу немного возразить господину Шихмурадову, когда он заметил, что это было нужно Туркменбаши, чтобы снять подозрения нелегитимности продолжения его президентских полномочий. Думаю, что я не ошибусь, если скажу, что никто, нигде в мире, ни среди политиков, ни среди ответственных представителей политических элит, просто в общественном мнении - никто всерьез даже не задается вопросом, насколько легитимен президент Ниязов, как глава государства с точки зрения общепринятых демократических процедур. Поэтому говорить о том, что после 21 июня он пошел на это, чтобы закрепить эти полномочия - мне кажется, небольшая натяжка думать, что он этим очень сильно озабочен. Я не думаю, что он этим очень сильно озабочен, поскольку вообще предмет его заботы - тема, я бы сказал, не политологического анализа, а психотерапевта, специалиста по другим областям знания, более естественного знания. Господин Оразов сказал, что это издевательство над народом. Вы знаете, я бы сказал, что это просто издевательство над здравым смыслом - все, что делается. Борис Парамонов недавно по Радио Свобода сравнивал попытки Ниязова изменить календарь с попытками вождей Великой французской революции - в конце XVIII века были переименованы месяцы, и так далее. Действительно, это все забылось, но они-то представляли себе реальное значение Великой революции французской, которая действительно перевернула европейское мышление, собственно говоря, демократия сегодняшняя - производное Великой французской революции. У Ниязова же абсолютно искаженное представление о своем месте в мире. У меня такое впечатление, что он находится просто среди кривых зеркал, где он велик, огромен и, так сказать, до потолка, вся фигура его отображается в выпуклом кривом зеркале, а все остальное - как обратно поставленный перископ, то есть, очень далеко, где-то вообще почти не существует. Это искаженное представление для него - пожалуй, он не выдумывает, он действительно так думает, мне иногда кажется, что его представления адекватны его действиям. Это трагическая, на самом деле, ситуация. Я иногда думаю, о чем сейчас размышляет Егор Кузьмич Лигачев, который в свое время в Москве наставлял молодого инструктора ЦК партии, который ему полюбился, и которого он отправил в 1985-м году обратно, наверное, при поддержке Михаила Сергеевича, обратно в Туркмению. О чем они думали тогда, насколько они видели этого человека, насколько он мог мимикрировать, если спустя 17 лет мы имеем совершенно уникальный исторический феномен в этой части Центральной Азии?..

Тенгиз Гудава: Теперь январь в Туркмении будет называться "Туркменбаши", февраль - "месяц знамени", март - "навруз", апрель - "курбан салтан эдже" (так зовут мать президента), и так далее, сентябрь - "Рухнам" (это книга Туркменбаши), октябрь - "месяц независимости", а декабрь - "месяц нейтралитета"... И дни недели переименованы: понедельник - "главный день", вторник - "молодой", среда - "подходящий", и так далее...

Говорит Ширали Нурмурадов (Швеция):

Ширали Нурмурадов: Два слова - "президент" и "пожизненный" - эти два слова должны отталкивать друг друга как инородные тела. Пожизненной может быть пенсия, пожизненный срок могут дать, но слово "президент", и "пожизненный" - это первый главный нонсенс. Меня еще возмущает то, что человек, который бросил на произвол судьбы своих двоих родных детей, и пытается стать отцом нации - это стыд, позор и срам называться туркменом. Собственно говоря, "ты откуда", - очень часто спрашивают, на каждом шагу, и отвечать, что оттуда - просто качают головой, понимаешь, как при обнаружении какой-то неизлечимой болезни. Это Нерон... То, что он пишет стихи - я знаю, что он двух слов не может связать.

Тенгиз Гудава: Вот именно, приходит на ум и Нерон и император Калигула, который вывел коня в Сенат, но все-таки, Ширали, для чего это нужно человеку, человеку, находящемуся и так уже у власти, для чего вот эти художественные произведения?

Ширали Нурмурадов: Да я уж лет 10-15 назад писал об этом, что он скоро начнет писать стихию. Единственное, что он пока не может - он петь не может, а все остальное... Уму есть предел, а глупости нет конца. В связи с этим календарем я еще хочу знаешь что добавить: анекдот пошел, Путин, якобы, звонит Ниязову, говорит, "давай, встретимся такого-то числа твоей матери", - то бишь в апреле. Я вот теперь родился не в декабре, а вот в каком-то нейтралитете. Это же надо додуматься до того, что посягнуть на самое святое. Не понял, почему его отца забыли, вечного героя Туркменистана...

Я не могу понять вот эту позицию нашей оппозиции, она называется "объединенная", но она не объединенная, это три, четыре, пять каких-то групп, и каждый говорит, что он лидер объединенной оппозиции. Я об этом и в Вене говорил, это просто страшно, потому что объединенная - должна быть одна единая оппозиция, а вот нет ее нет. И если, не дай Бог, ты проявишь симпатию к какой-то группе, а остальные набрасываются на тебя, как у Шукшина выражение: "Кинул я вам камень в болото - заквакали".

Тенгиз Гудава: Это был Ширали Нурмурадов - туркменский поэт, политэмигрант. В его словах, мне думается, ключ к разгадке "чуда Ниязова".

То, что вытворяет или, скажем, творит сегодня Туркменбаши вызывает смех или иронию у сторонних наблюдателей, а какие чувства это вызывает внутри страны? Ведь феномен Ниязова существует не в безвоздушном пространстве, ведь все это при живом народе, при обществе. Так что творится с туркменским обществом, почему нет преграды фантазиям Ниязова? Вопрос Борису Шихмурадову.

Борис Шихмурадов: Конечно, народу тошно, больно и тяжело осознавать, что такой вот дурной образ ему Ниязов создал, но, к сожалению, в Туркменистане не сформировалось даже зачатков гражданского общества, поэтому я понимаю туркменского обывателя, который боится лишний раз поднять какой-то вопрос остро, потому что это карается жестоким образом. Тюрьмы Ниязова переполнены. То, что он кричит о том, что он выпустит в декабре 16,5 тысяч заключенных - с одной стороны, это популизм, а с другой стороны - каждый год он выпускает до 20 тысяч заключенных, а откуда, как они возникают вновь, в рамках какого процесса? При полном отсутствии системы юридической защиты для населения... Мне жалко свой народ, поэтому оппозиция сейчас делает все возможное, чтобы каким-то образом дать народу ориентир и избавить его от страха. Митинги в Ашхабаде - конкретные свидетельства того, что эти ориентиры народом увидены.

Тенгиз Гудава: Тот же вопрос господину Оразову.

Худойберды Оразов: Ниязов является ярким представителем кадровой политики партийной системы. Он очень хитрый, очень алчный человек, и каждую мелочь он пытался использовать во благо себя, это все делалось постепенно, делалось очень такими хитрыми путями, чтобы никто не понял конечной его цели. А конечную цель мы, к сожалению, увидели только в последние годы.

Тенгиз Гудава: Вторую часть беседы с бывшими вице-премьерами Туркменистана Борисом Шихмурадовым и Худойберды Оразовым, а также московским журтналистом Аркадием Дубновым вы можете послушать в следующем выпуске программы "Центральная Азия".

Мы уже говорили о нарастающем сходстве Сапармурада Туркменбаши с римским императором Калигулой, который ввел в Сенат своего коня. Конь Туркменбаши, кстати, уже введен, правда, пока в виде изображения на государственном гербе Туркменистана... Говорит координатор Центрально-азиатской программы московского правозащитного центра "Мемориал" Виталий Пономарев:

Виталий Пономарев: Последнее решение Халк Маслахаты Туркменистана свидетельствует о том, что культ личности президента Ниязова принял уже совершенно абсурдные формы. Всего несколько месяцев назад Ниязов заявил, что он готов оставить свой пост или пойти на президентские выборы на альтернативной основе, но это последнее решение Халк Маслахаты перечеркивает надежды тех людей, кто, может, верил в такую добрую волю туркменского президента. То есть, вновь принято решение о том, что Ниязов будет править Туркменистаном пожизненно.

Тенгиз Гудава: При всем при том, при таких формах культа личности некоторые обозреватели считают авторитарный режим Туркменбаши довольно мягким. Вы, как человек, который наблюдает за соблюдением прав человека в Туркменистане - согласны с таким мнением?

Виталий Пономарев: Я бы не назвал его мягким. Просто здесь есть, конечно, своеобразная специфика этого режима. Если, скажем, в соседнем Узбекистане осуществляются массовые репрессии в форме уголовных преследований против исламской оппозиции, вообще инакомыслящих, то в Туркменистане предпочитают, в основном, внесудебные формы воздействия, включая угрозы, увольнение с работы, незаконное задержание, пытки, с тем, чтобы не допустить даже малейших открытых проявлений инакомыслия. В последние годы это стало принимать совершено абсурдные формы.

Тенгиз Гудава: Есть данные о политических заключенных в Туркменистане?

Виталий Пономарев: Есть данные - например, старейшим политзаключенным является Мухаммед-Кули Аймурадов, который находится в заключении с 1994-го года - он был похищен туркменскими спецслужбами из Ташкента и обвинен в соучастии в заговоре против Туркменбаши. Также есть известные имена нескольких людей, которые находятся в заключении по религиозным убеждениям. Но надо сказать, что за последний год известны случаи - десятки людей, может, даже сотни были незаконно задержаны и подверглись избиениями и пыткам в помещениях Комитета национальной безопасности и других силовых структур - за инакомыслие, или связи с теми, кто заподозрен в инакомыслии, или за то, что они являлись их родственниками, друзьями. В большинстве случаев эти люди просто подверглись пыткам, им не было предъявлено какого либо обвинения, и они позднее были освобождены.

Тенгиз Гудава: Виталий, вы сейчас совершаете поездку по Центральной Азии, находитесь в Бишкеке, вот прибыли из Алма-Аты, какова реакция в этих республиках на эти проявления власти Туркменбаши?

Виталий Пономарев: Здесь, конечно, широко обсуждаются все эти абсурдные решения, не только с пожизненным президентством, но и с переименованием месяцев и дней недели, и, с одной стороны, люди говорят, что, как бы, хорошо, что у нас пока еще не так, а с другой стороны, присутствует некий элемент тревоги, потому что во всем центрально-азиатском регионе усиливаются авторитарные тенденции, и надо напомнить, что референдум о продлении президентских полномочий, минуя выборы, первоначально исходил из Туркменистана, и это тоже первоначально было поводом для какой-то иронии, но потом это опыт с небольшой задержкой был воспроизведен в большинстве центрально-азиатских стран.

Тенгиз Гудава: По уровню жизни Туркменистан, согласно последним данным ООН, занимает 87-е место в мире. Это лучше, чем в Узбекистане, Киргизии и Таджикистане. Но хуже, чем в султанате Бруней, который на 32-м месте или эмирате Кувейт (45-е). Так что если Туркменбаши захочет провозгласить себя султаном или эмиром, ему надо будет подтянуть уровень жизни своего народа. А если он захочет провозгласить себя тринадцатым пророком или Аллахом (а такие настроения имеются), ему надо будет еще убедить весь мир, что белое - это черное, и наоборот.

XS
SM
MD
LG