Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Обнаружено новое массовое захоронение в Чечне. В Лихтенштейне прошли переговоры с представителями Масхадова


На окраине чеченского селения Старый Ачхой обнаружено массовое захоронение останков людей. Прокуратура Чечни возбудила уголовное дело по статье 105-й: "убийство двух и более лиц". По данным представителей ФСБ, здесь захоронены заложники вооруженных группировок Масхадова и Басаева.

Рассказывает наш корреспондент в Чечне Амина Азимова.

Амина Азимова: В катакомбах возле одного из заброшенных домов на окраине села Старый Ачхой в Чечне обнаружены останки более 90 человек. Первая информация о массовом захоронении в Старом Ачхое появилась еще две недели назад, когда местный житель обнаружил кости четырех человек в одной из ям в окрестностях села. Находка послужила поводом для поисковых мероприятий с участием военнослужащих Ачхой-Мартановской военной комендатуры и прокуратуры района. Известно, что в 96-м году в период первой чеченской войны в катакомбах под селом Старый Ачхой, расположенном на юго-западе Чечни, находилась временная тюрьма департамента государственной безопасности, ДГБ Ичкерии, где содержались пленные российские военнослужащие, а также некоторое количество преступников, эвакуированных из наурской тюрьмы. Известно также, что в районе Старого Ачхоя теряются следы пропавшего без вести в 96-м году в Чечне американского гражданина Фрэда Кьюни, сотрудника Фонда Сороса. Пока не установлено, кому принадлежат останки, найденные в полностью разрушенном в ходе двух войн чеченском селении. Вероятно, что среди них могут быть и гражданские лица, пропавшие без вести, как во время первой войны, так и во вторую. На первый взгляд трудно отличить истлевшие кости человека, погибшего семь лет назад в период первой войны или три года назад, уже в нынешнюю кампанию, что подтверждают и специалисты. Сотрудник прокуратуры Ачхой-Мартановского района, участвующий в мероприятиях по поиску и эксгумации останков, и просивший по известным причинам не называть его имя, в беседе со мной опроверг сообщения средств массовой информации о том, что все останки обезглавлены. Судить о том, гражданские это люди или военные, пока трудно, нужна кропотливая работа экспертов. При этом тот же источник сообщил, что каких-либо солдатских бирок или фрагментов военного обмундирования он не заметил.

30-го августа мы вместе с сотрудницей грозненского отделения правозащитного общества "Мемориал" и корреспонденткой одного местного издания попытались попасть на территорию селения Старый Ачхой, чтобы узнать подробности происшедшего у единственного, на наш взгляд, достойного доверия источника - жителя Старого Ачхоя, чабана по имени Абубакар. С конца прошлой войны старик живет в селе один среди развалин и является невольным очевидцем всех событий, происходящих здесь. Однако выяснилось, что все подступы к селу тщательно охраняют несколько блокпостов и, естественно, что проехать в село нам не позволили. Старый Ачхой находится в предгорье, с трех сторон окруженный густыми лесами. По соседству Бамут, вечная головная боль российских военнослужащих в Чечне. По сей день территория Старого Ачхоя и Бамута подвергаются ежевечерним обстрелам. В Чечне уже не раз были случаи, когда в заброшенных, разрушенных до основания населенных пунктах находили места массового захоронения. Трупы и останки людей военные зачастую специально свозили в такие места, подальше от людских глаз, и, соответственно, широкой огласки. Военнослужащие не исключают, что здесь могут находиться и другие могильники с куда большим количеством останков. Как бы то ни было, ясно одно: все эти люди, кем бы они ни являлись при жизни, солдатами или гражданскими лицами, погибли насильственной и, без сомнения, мученической смертью и стали очередными, не первыми и, увы, не последними жертвами чудовищной войны, продолжающейся в Чечне.

Олег Кусов: Между тем правозащитники из Центра "Мемориал" заявили, что они еще шесть лет назад передали в российские официальные структуры сведения о лагере для заключенных в Старом Ачхое. Данные правозащитников и ФСБ не совпадают. Слово члену Совета правозащитного Центра "Мемориал" Александру Черкасову.

Александр Черкасов: Российская прокуратура и спецслужбы сделали то, что нужно было делать уже много лет назад. Наконец началась эксгумация массовых захоронений пленных, заложников, узников департамента госбезопасности Ичкерии в селе Старый Ачхой. Это сейчас преподнесено как сенсация, как то, что это было место жертв захоронения жертв бандгрупп Масхадова и Басаева, об этом сказал Шабалкин. Что якобы там тела лежат в могилах без голов, а головы были наколоты на пики для устрашения остальных заложников. На самом деле это один из самых трагических эпизодов первой чеченской войны. Российским силовым структурам и спецслужбам было известно об этом месте уже много лет назад. Это действительно самое крупное место содержания пленных, заложников, арестованных структурами Чеченской республики Ичкерия в первую чеченскую войну. Это так называемый следственный изолятор департамента госбезопасности, в котором не только содержались задержанные, но и велись допросы, оформлялись уголовные дела. На печатной машинке тогдашний военный прокурор Ичкерии Магомед Жаниев старательно составлял эти уголовные дела, велся допрос под пытками. Лагерь много раз менял свое местоположение, его накрывали бомбежки и обстрелы. Погибло много людей. Раньше лагерем заведовали родственники Дудаева, тут командование сменилось. Условия содержания несколько улучшились, более того, в мае месяце 96-го года были массовые освобождения. Но это было время заигрывания с ичкерийскими лидерами, когда тот же Яндарбиев или Асламбек Исмаилов ездили в Москву переговариваться с Ельциным. И где-то в сентябре 96-го года практически все пленные, содержавшиеся в этом лагере, были освобождены. Но, повторяю, Старый Ачхой, это зима, начало весны 95-96-го года. Это ни в коем случае не Масхадов и не Басаев. Я не хочу расписаться в симпатиях к Басаеву, но по сравнению с теми, кто держал этот лагерь, кто издевался там над пленными, Басаев может показаться гуманистом. Гелаев тоже непосредственно не контролировал этот лагерь. Это была молодежь, в полную власть которых были отданы многие десятки заложников. Сообщения о массовых захоронениях пленных российских солдат не раз появлялись весной 2001-го года, о том, что в долине Аргуна найдено такое массовое захоронение. Это было после того, как стало известно о массовых захоронениях рядом с Ханкалой. Здесь были люди, задержанные федеральными силовыми структурами, а потом убитые. Оказалось, что в долине Аргуна найдены останки мумии из захоронений еще языческого периода, чеченцев, естественно. Сейчас Шабалкин утверждал также, что пленные из лагеря СИЗО ДГБ использовались на строительстве дороги в Грузию. Дело в том, что строительство этой дороги, во-первых, началось только в августе 97-го года, то есть через год после того, как были освобождены все заложники из СИЗО ДГБ. Во-вторых, строительство этой дороги, как утверждают люди, наблюдавшие за строительством, велось таким количеством техники, что для труда нескольких десятков подневольных пленных там просто не оставалось места. К сожалению, спецслужбы, не сделавшие в свое время то, что они должны для поиска тел пропавших без вести, погибших заложников, теперь пытаются извлечь из этого политический капитал.

Олег Кусов: С наиболее важными, на взгляд наших корреспондентов, событиями, произошедшими на Кавказе в минувшую неделю, вас познакомит Вероника Боде.

Вероника Боде: Как сообщило агентство Интерфакс, в районном центре Шали в ночь на 3-е сентября семь чеченских милиционеров, ехавших в грузовом автомобиле, погибли, и еще 11 получили ранения. Пока выдвигаются различные версии происшедшего. Представитель командования 42-й мотострелковой дивизии подтвердил Интерфаксу, что в Шали произошел подрыв фугаса и выразил недоумение в связи со сделанными представителями местных властей заявлениями об артиллерийском обстреле машины. Обстоятельства гибели сотрудников милиции выясняются.

На минувшей неделе в Чечне были убиты несколько чиновников, сотрудничающих с федеральными силами. Среди них сотрудник службы безопасности главы администрации республики Мурат Радиев, член движения "Адамалла" Ибрагим Даудов и старший судебный пристав Чечни Шарани Ахмаров. Правоохранительные органы ведут расследование.

От 10-ти до 50-ти рублей должен заплатить чеченский житель за переход через один российский блокпост. Об этом рассказали мирные жители в Чечне уполномоченному по правам человека в Российской Федерации Олегу Миронову и председателю Московской Хельсинкской группы Людмиле Алексеевой. Ознакомившись с ситуацией, правозащитники обещали добиться вывода 45-го полка, терроризирующего жителей Веденского района. По словам Людмилы Алексеевой, в Ачхой-Мартане две ночи они провели под звуки непрерывной стрельбы. В такой обстановке, по ее мнению, невозможно говорить о восстановлении республики.

На месте гибели вертолета Ми-26 под Ханкалой установлен крест памяти 118-ти погибшим в результате катастрофы 19-го августа. Министр обороны Сергей Иванов заявил, что вертолет Ми-26 был сбит зенитной ракетой "Игла". В те же дни в Чечне был сбит российский военный вертолет Ми-24. В окрестностях селения Месхеты его обстреляли из переносного ракетно-зенитного комплекса. Погибли два пилота вертолета.

Спецоперация грузинских войск в Панкисском ущелье продолжается уже несколько дней. Америка призывает Россию активнее сотрудничать с Грузией в целях нормализации положения в ущелье. Представитель Госдепартамента США Ричард Баучер заявил, что американская сторона понимает опасения президента России Владимира Путина, считающего, что в Панкиси нашли прибежище чеченские вооруженные отряды, но нормализовать обстановку в ущелье должна именно Грузия. Баучер призвал Россию не предпринимать никаких силовых акций на грузинской территории.

Между Арменией и США начались обсуждения программ военного сотрудничества на 2003-й год, сообщает российское агентство "Ореанда". По словам министра обороны Армении Сержа Саркисяна, осенью этого года начнется реализация новых программ военного сотрудничества, обучение армянских военных и модернизация средств связи.

Абхазское агентство "Апсныпресс" сообщает о том, что уже неделю грузинские жители продолжают пикетировать мост через реку Ингур, разделяющую Абхазию и Грузию. Пикетчики требуют немедленного вывода российских миротворцев из зоны грузино-абхазского конфликта.

В Грузии около ста многодетных матерей провели акцию протеста перед зданием мэрии Тбилиси. Митингующие требовали выплаты пособий для поддержания прожиточного минимума своих семей. Когда участницам акции протеста отказали во встрече с руководством мэрии, женщины забросали окна здания камнями.

Первого сентября в Министерстве культуры Российской Федерации был представлен новый российский фильм "Кавказская рулетка", который основан на реальных событиях, происходивших в Чечне. Фильм повествует о двух женщинах: Анне - снайпере чеченских бойцов, пытающейся вывезти своего сына из Чечни, и Марии - матери российского солдата, попавшего в плен. У женщин, находящихся по разные стороны баррикад, одна цель - спасти своих детей. Сценарий фильма написал Виктор Мережко, съемки осуществила творческая студия "Стелла" при поддержке Министерства культуры России. Выпуск киноленты в прокат ожидается в ноябре.

Олег Кусов: Наш корреспондент Александр Евтушенко на днях побывал в городе Соликамске. Здесь в исправительной колонии особого режима отбывает заключение чеченский полевой командир и террорист Салман Радуев. Александру Евтушенко удалось встретиться с Радуевым в комнате для посетителей колонии и задать ему несколько вопросов. Увы, но в колонии строгого режима не приветствуются подробные беседы с журналистов с заключенными, поэтому заранее просим извинения за плохое качество записи, которую нашему корреспонденту пришлось делать в неудобных условиях.

Александр Евтушенко: Как российские спецслужбы захватили Радуева, где и как он держался все это время - об этом почти ничего неизвестно. И это стало моим первым к нему вопросом.

Салман Радуев: Я был захвачен в плен в поселке Новогрозный Чеченской республики. Меня доставили в Грозный. Я ехал на встречу с представителем одного государства Ближнего Востока. Люди, которые занимались вопросами, решался вопрос финансирования нашего национального движения. Мы вели переговоры. Я вообще не хотел принимать их предложения, потому что они мне предлагали координацию тех планов, которые шли по их линии. Но я знал, что это сразу идет вразрез с желаниями Масхадова, Басаева. Поэтому я прекрасно понимал, что если я возьмусь за это, они потеряют какую-то часть контроля. Думал принять это решение, но тогда я видел бессмысленность того, что творилось тогда. Я не поддерживал эту ситуацию. И как я мог участвовать в управлении процессом, который я не поддерживал.

Александр Евтушенко: По оперативной информации, чеченское сопротивление сейчас опирается в основном на три центра: это горы чеченские, Панкисское ущелье Грузии, Азербайджан, где находится один из центров пропаганды чеченского сопротивления. Салман, скажите, так ли это?

Салман Радуев: Четко организованы четыре центра. Многие выступают, российские политики говорят, сейчас надо добить несколько группировок. Самое плачевное то, что центр внутри Чечни самый малозначительный, там ровно счетом ничего не решают. Если убьют всех, найдут других. Убьют 40 наемников, туда привезут 60 других наемников, там их тысячи. Один центр, вот этот механизм. Второй центр, в отличие от первой войны, в первую войну не было грузинского центра. Я абсолютно убежден, что ни при каких условиях сегодня грузинские власти не примут предложения России о каком-то взаимном, потому что там совершенно другая идет политическая игра. Там даже Грузия не решает этот вопрос. Если бы этот вопрос решал Шеварднадзе, ситуация пока в Грузии... Абхазия, Южная Осетия, Грузия, с одной стороны, будет пытаться максимально для себя использовать эту карту, потому что... хотите лишние проблемы? Давайте выведите Абхазию, Южную Осетию, это сегодня нереально. Дальше, это не секрет, я никаких чеченских тайн национального движения не выдаю. Бакинский центр, там действуют совершенно другие механизмы. Вот эти все информационные центры, вся пропагандистская, транзитная. В этом конфликте задействованы и государственные структуры некоторых стран. Третье, это опять-таки не секрет, центр, который действительно работает в Европе. Это самый мощный центр. Эта борьба наша освободительная тоже считается в какой-то степени борьбой с бедностью.

Александр Евтушенко: Как преломить ситуацию в Чечне к миру?

Салман Радуев: Нужны три фактора. Первый фактор, идет военная операция, называется она контртеррористическая, эта военная операция должна иметь мощную финансовую поддержку, в несколько раз превышающую противника. Второй фактор - вслед за военной операцией там же надо ввести управление гражданское. Нужна мощная авторитетная власть чеченская. И третий фактор - нужна народная поддержка. То есть для этого нужна мощная финансовая поддержка для решения социальных проблем, разрушенные хозяйства надо восстанавливать, людям надо вернуть какую-то веру в будущее. Не может Россия содержать 50-тысячную группировку. При всем желании, лояльность проявляет сегодня Кадыров, бывший наш муфтий, один из идеологов первой войны, он объявлял джихад. Даже Дудаев не собирался объявлять священную войну. У нас были, если не сказать харизматические, но у нас все-таки были другие позиции, нас слушались люди.

Александр Евтушенко: Задумывались ли вы, что здесь вам предстоит провести весь остаток жизни, не становилось ли страшно при этом?

Салман Радуев: Сколько, я не знаю, год, два, три, десять, двадцать, пусть даже 25 лет, я абсолютно убежден, что этот приговор будет отменен, абсолютно убежден. Он незаконный. Мне могли дать этот же срок за Кизляр, за Первомайск, там было три-четыре расстрельных статьи. Я благодарен за то, что не дали. Представьте себе: две тысячи потерпевших. Сейчас против моего пожизненного заключения, знаете, сколько стоит людей? Два свидетеля, две чеченских девушки, нет других свидетельских показаний. И одна вообще не знает меня. Я здесь как обычный осужденный, не предвзятое отношение, никаких поблажек мне никто не делает. Я представляю это как учебно-тренировочный центр эту колонию. Несмотря на то, что в Чечне был генерал, а здесь команды подают лейтенанты, капитаны, прапорщики. Я курсант, а те, которые стоят над нами, я их представляю как инструкторов. Инструктор подает команду курсанту. Сильнейшую можно было бы методику применить для подготовки спецподразделения. Очень жесткое вырабатывание реакции. Я знаю ситуации, когда мгновенная реакция нужна, мышление нужно.

Олег Кусов: На встречу в Лихтенштейне с представителями Аслана Масхадова приехали депутаты Государственной думы России Юрий Щекочихин, Асламбек Аслаханов, два бывших спикера Российского парламента Руслан Хасбулатов и Иван Рыбкин. Участники встречи поделились с журналистами в Москве своими впечатлениями от поездки. Юрий Щекочихин убежден, что откладывать дальше процесс мирного урегулирования в Чечне уже нельзя.

Юрий Щекочихин: Война не кончается. Она унесла уже, по официальным данным, жизни около трех тысяч человек русских солдат, на деле, наверное, больше. Сегодня нам говорят: с кем вести переговоры? Масхадов ничем не управляется сегодня. А чем управляется сегодня наша армия? Чем управляется президент Путин сегодня? По вине наших властей российских, по вине дудаевского правительства, масхадовского правительства выросло то поколение, которое уже может убить и Масхадова, да и нас всех. Пока не поздно, надо говорить.

Олег Кусов: Асламбек Аслаханов считает, что нужно использовать любую возможность для начала миротворческого процесса.

Асламбек Аслаханов: Когда я приехал туда, я в аэропорту встретился с Русланом Хасбулатовым, я увидел там Закаева. Мы сразу договорились: мы не делаем выпада никакого в адрес, не определяем, кто там виноват, кто больше, меньше, мы обсуждаем пути мирной ситуации в Чеченской республике. То, что не зная, не поинтересовавшись, начнут хаять, начнут из пальца высасывать то, что близко там не было, мы в этом абсолютно не сомневались. Были очень интересные предложения. Интересный план был у Ивана Петровича Рыбкина, Руслан Имранович тоже очень интересное видение проблемы высказал. Я только одну цель преследую - любой ценой чтобы там мир был.

Олег Кусов: Юрий Щекочихин отметил готовность чеченской стороны идти на компромиссы. По его словам, представители Аслана Масхадова согласились на введение в Чечне прямого президентского правления, имеется в виду правление Владимира Путина.

Юрий Щекочихин: Наша встреча была с Ахмедом Закаевым, еще несколькими представителями Чеченской республики. Война идет три года. В 99-м году, в 2002-м году все еще думали: сейчас уничтожим банду террористов, и все будет в полном порядке. Уничтожаем, уничтожаем, уничтожаем, война не кончается. Война идет, это война. Из-за того, что она более закрытая, чем была первая война, туда никого не пускают. Все думают, что бегает банда по горам, 15 человек, все там мутят эту воду. Вот сейчас Хаттаба поймаем, убьем, все будет в порядке. Хаттаба нет, война идет, и война будет идти. В войне заинтересованы очень много людей. Есть наши "ястребы" и есть чеченские "ястребы", есть те, которые делают деньги на этой войне. Есть одна маленькая деталь интересная: за все эти годы войны не был подорван ни один бензовоз, ни один эшелон с нефтью. Делаются деньги. И пока есть эти деньги, то мы будем с кем-то воевать. Воевать с теми, кто сегодня там живет. Мы очень много ожидали от встречи Ахмеда Закаева с Виктором Казанцевым в "Шереметьево-2", она должна была идти в какое-то будущее. Там были высказаны очень важные предложения о мире. Скажу только одно: чеченская сторона предложила ввести прямое президентское правление, путинское правление на территории Чечни. Сейчас нет речи о независимости, идет речь о мире.

Олег Кусов: Асламбек Аслаханов убежден, что планы мирного урегулирования, представленные в Лихтенштейне, заслуживают внимания российских властей. Асламбек Аслаханов показал себя человеком больших компромиссов. Он считает, что в итоге необходимо выработать единый план, учитывающий одновременно интересы российского руководства, народов России и Чечни.

Асламбек Аслаханов: Они выбирают людей, которые не вызывают аллергии ни у кого, нормальных людей, которые думают не о том, чтобы сохранить власть Махсадову, а принести мир в республику. Люди, которые не запятнали себя, люди, с которыми считаются. Мы полагаем, что нужно исходить из слов президента Российской Федерации Путина, что ни в коем мере не должна быть нарушена целостность Российской Федерации.

Олег Кусов: Руслан Хасбулатов считает, что конфликтующие стороны, отказываясь от переговоров в Чечне, упускают последнюю возможность принести в регион мир.

Руслан Хасбулатов: Чечня дальше не может быть в составе России, частью России. Потому что между федеральной властью и Чечней двести тысяч трупов. Как можно говорить дальше о каком-то сосуществовании? И мы придумали очень сложную схему, что Чечня остается в определенном российском законодательно-правовом пространстве. И войска пусть остаются на определенное время, дальше мы договоримся. И мы взяли на себя ответственность. Пока что еще считаются с нашим мнением. Подпирают молодые волки, которые не слушают ни Масхадова, ни Хасбулатова, ни Аслаханова, а говорят: рубить, убивать и так далее. Мы что же ждем этого момента? Сегодня еще считаются с нами, с Аслахановым считаются, с Юрием Щекочихиным считаются, с Иваном Рыбкиным считаются, со мной считаются. Но это же недолговечно. А завтра нам скажут: да идите вы вон, мы будем воевать, и мы будем резать. И кто с ними справится? Никто. И через несколько лет мое влияние упадет полностью, влияние, я вас уверяю, Юрия Щекочихина упадет, Асламбека упадет, Ивана Рыбкина упадет. Почему мы призываем к переговорам? Потому что мы понимаем, мы люди уже пожившие, что мне-то надо, мне уже скоро 60 лет, но так давайте мы призовем разумные силы России к миру.

Олег Кусов: Иван Рыбкин настроен более пессимистично. Он высказывает опасения, что ситуация в Чечне может уже в ближайшее время окончательно выйти из-под контроля Москвы.

Иван Рыбкин: Тупик интеллектуальный явный, предложить ничего не могут. Имитация действия, такая лихорадочная, спонтанная. Отсюда метания. Министр обороны, три года идет война, ну хотя бы на неделю приехал в войска, там побыл, переночевал. Прибежит, выпрыгнет из вертолета, имитация действия под камерами, и быстрей в Ростов, в Северокавказский округ. Там уже и причесан, и не взъерошен как воробей, что-то говорит. А там просто теряется, говорит даже нескладно. Точно такие же действия многих людей во власти. Мы хотим подсказать выход, поэтому обозначаем стороны, те люди, которые реально участвуют в конфликте, можно подвести к общему знаменателю и положить на стол президенту. Он должен понять, что люди говорят, у нас у всех все есть в этой жизни, реально хотели бы помочь. И потом, это страна, живой, развивающийся организм, где еще все нескладно с гражданским обществом, его надо формировать, а тут ростки его растаптывают. С интересом большим прочел комментарий в "Файненшл Таймс", редакционный комментарий. Я считаю, что он отражает точку зрения очень многих людей на Западе, причем властных элит. Поскольку Россия столь настойчиво говорит, что на юге своем она имеет проблему международного терроризма, то и действия там должны быть многосторонними. Входят международные миротворческие силы с громадным пакетом гуманитарной помощи, которая позволит в полной мере восстановить Чечню после разрухи, второй Сталинград по сути дела. Часть помощи можно было бы отдать непосредственно федеральному центру московскому для того, чтобы он обустроил стотысячную группировку, которая должна быть оттуда выведена. Вот схема плана. Сейчас к ней начинают тяготеть все. Я почему говорю о сохранении лица российской дипломатии? Потому что, в конечном счете, то решение компромиссное, оно будет лежать ближе к этому варианту, мы сами подвигаем ситуацию к этому.

Олег Кусов: В российской прессе сообщалось о том, что встреча в Лихтенштейне прошла под патронажем опального российского олигарха Бориса Березовского. Однако один из главных организаторов встречи правозащитник Олег Миронов заметил, что Борис Березовский, если и сыграл во всей этой истории свою роль, то только отрицательную.

Олег Миронов: Березовский не имел никакого отношения к этой встрече. Я думаю, у Бориса Абрамовича несколько больше и финансовых возможностей, чем у меня, и организационных тоже. Если бы он хотел, он мог бы запросто организовать встречу Рыбкина с Закаевым и кого угодно с кем угодно, но ведь он этого не сделал, значит, не хотел. Если он этого не хотел, зачем он вмешался в нашу встречу? Раз он не хотел такой встречи, а все-таки вмешался, следовательно, не для того же, чтобы помочь, а именно помешать. И европейские дипломаты, и участники из Америки, и чеченские, и российские все были едины в том, что нужно всячески отмежеваться от Бориса Абрамовича, и дружно изгоняли его человека. Ситуация сейчас радикальным образом изменилась по сравнению с прошлогодней. Если в прошлом году правительственные структуры России активно препятствовали организации нашей первой встречи, то сейчас появилось неисчислимое множество миротворцев, соревнующихся друг с другом, из которых на самом деле очень многие пытаются достигнуть таким образом каких-то своих политических целей, и это не менее, а, по-моему, более опасно.

Олег Кусов: Председатель чеченского Антивоенного комитета Саламбек Маигов имеет свою точку зрения на процесс мирного урегулирования в Чечне, которая несколько отличается от позиции остальных участников встречи в Лихтенштейне.

Саламбек Маигов: Встречались люди, которые воспринимаются как представители двух существующих сторон противостояния. Ахмед Закаев, представляющий руководство Чеченской республики Ичкерия, и российские политики, которые не имели никаких официальных полномочий на ведение такого рода консультаций. И Аслаханов, и Хасбулатов заявили, что если господин Яндарбиев, Удугов являются членами правительственных структур Масхадова, то вообще ни о каких переговорах вести речь с Масхадовым или лицами, в рядах которых эти, по их словам, одиозные личности, нет никакой необходимости, и вообще это невозможно. Что это? Заявление с целью не допустить вообще начало переговорных процессов? Масхадов в той ситуации, в которой он оказался, как человек, подлежащий уничтожению и объявленный в федеральный розыск, он отдает себе отчет в том, что сегодня единственное, что он может противопоставить российской политике в Чечне, это силу, силу против силы. Да, при этом, конечно, репутация Масхадова каким-то образом оказывается под ударом, и все же сегодня идет война, война не на жизнь, а на смерть. Сегодня Масхадов руководитель военного сопротивления Чеченской республики Ичкерия. Лица, которые российская общественность и международная общественность относят к так называемым радикалам, это Шамиль Басаев, Зелимхан Яндарбиев, Мовлади Удугов, они все находятся в подчинении у Масхадова. И в этом контексте Масхадов несомненно отражает палитру всего сопротивления, как умеренной части, так и радикальной части. Но самое главное это то, что Масхадов является для абсолютного большинства чеченцев легитимным, законноизбранным президентом. Масхадов - это единственная возможная фигура, с которой необходимо вести переговоры.

Олег Кусов: Встреча в Лихтенштейне, по-вашему, сможет приблизить начало миротворческих процессов?

Саламбек Маигов: Изначально такого рода консультации, которые проводятся независимыми общественными организациями вне пределов России, несомненно, является позитивом, несомненно, является вкладом в разрешение российско-чеченского кризиса. Но вместе с тем очень многое зависит от тех персоналий, которые участвуют в такого рода консультациях. Сегодня переговоры должны быть инициированы без всяких предварительных условий, стороны противостояния должны договориться о прекращении огня и садиться за стол переговоров, и уже за столом переговоров реализовывать те или иные механизмы демилитаризации Чечни.

Олег Кусов: В Третьяковской галерее прошла выставка произведений из собрания Художественного музея города Грозного. "Вернем Грозному музей", - так называлась эта экспозиция. На ней побывала наш корреспондент Анна Чертова.

Анна Чертова: Чечено-Ингушский республиканский Музей изобразительных искусств, так прежде назывался музей в Грозном, был создан в 1961-м году на базе местного краеведческого музея. В основу его собрания легли произведения русского и зарубежного искусства, переданные из центральных российских музеев: Русского, Третьяковки, Эрмитажа. В музее хранилась замечательная коллекция русского искусства второй половины 19-го - начала 20-го века, включавшая такие имена как Тропинин, Айвазовский, Коровин, Гагарин и многие другие. Коллекцию пополняли также произведения чеченских художников. Но в начале 90-х грозненский музей постигла плачевная участь, он был полностью разрушен и разграблен вооруженными людьми во время первой чеченской кампании. Сотрудникам исторического музея и Центра Грабаря удалось спасти около 500 произведений. Основную часть передали тогдашнему руководству Чечни, а несколько десятков картин, нуждающихся в срочной реставрации, отправили в Москву, в Центр имени Грабаря. Нынешним летом в Третьяковской галерее состоялась выставка "Вернем Грозному музей", которая рассказала о драматической судьбе Художественного музея в Грозном. Рассказывает ученый секретарь Третьяковской галереи, куратор выставки "Вернем Грозному музей" Витольд Михайлович Петюшенкин.

Витольд Петюшенкин: В 24-м году в Грозном, крупном культурном центре Северного Кавказа, был создан историко-краеведческий музей. Третьяковская галерея уже в 1929-м году передавала в этот музей из собрания автопортрет работы художника Захарова, это первый профессиональный художник-чеченец. В 61-м году был создан художественный музей, музей изобразительных искусств Чечено-Ингушской ССР. Опять же из Третьяковской галереи, из Эрмитажа, западноевропейское искусство, и из Русского музея. Кроме того, на протяжении длительного периода Министерство культуры закупало произведения и направляло их в музей, в том числе работы местных чеченских художников. К 90-му году в местном отделении Союза художников России было 40 членов. В начале 90-х годов для музея настали худшие времена. Сначала по указу Дудаева из музея были изъяты изделия, выполненные с использованием драгоценных металлов, и судьба этой части собрания музея неизвестна. Потом другим указом была изъята ценнейшая коллекция кавказского оружия традиционного. Вы знаете, восточное оружие обычно обильно украшено. И ценнейшая коллекция кавказских ковров. И эта часть коллекции исчезла. Потом, как рассказывают очевидцы, вооруженные люди приходили в музей и забирали, что хотели. На рынках в Грозном появились музейные экспонаты. Решением Дудаева было объединено два музея - Историко-краеведческий и Художественный национальный музей. Национальный музей находился в здании, расположенном близко к так называемому Дворцу Дудаева. Во время штурма Грозного в первую чеченскую войну это здание было превращено в укрепленный опорный пункт. Естественно, в нарушение всяких требований известной Гаагской конвенции о защите культурных ценностей, где памятник культуры должен быть экстерриториален, чтобы военные действия его не коснулись. В ходе военных действий это здание было разрушено. В марте 95-го года были направлены Министерством культуры России группа сотрудников, реставраторов и сотрудников МЧС, которые начали разбирать развалины с целью спасти то, что можно было спасти. Это была очень сложная и опасная работа, развалины были заминированы. Наиболее пострадавшие, требовавшие немедленного реставрационного вмешательства, с согласия тогдашнего Министерства культуры Ичкерии были отправлены в Москву, 60 работ, остальные переданы тогдашнему Министерству культуры Чечни. И следы этих произведений затерялись.

Анна Чертова: Всего на выставке было представлено более сорока картин из коллекции грозненского художественного музея. В составе экспозиции известная картина Франца Рубо "Пленение Шамиля", изъятая ФСБ при попытке ее контрабандного вывоза из России. Пока была проведена только техническая реставрация шедевра, а на его полное восстановление потребуется еще немало времени. Еще два холста: портреты графа Николая Зубова и графини Натальи зубовой, дочери полководца Суворова, недавно удостоились внимания общественности после того, как усилиями российского Министерства культуры были сняты с лондонского аукциона и возвращены в Россию.

Витольд Петюшенкин: В 2001-м году на аукционе Содби появились два портрета из собрания музея. Это портреты графа и графини Зубовых, выполненные в конце 18-го - начала 19-го века. Департамент по сохранению культурных ценностей предпринял определенные шаги, доказал, что эти вещи украдены из музея. Владелец, который сдал на аукцион эти вещи, поступил очень достойно, он возвратил вещи, и они теперь возвращены в Россию. ФСБ при попытке контрабандного вывоза за пределы России была изъята была изъята картина нашего известного баталиста Франца Рубо "Пленение Шамиля и взятие аула Гуниб". Она была свернута, замаскирована под днищем автомобиля и в ужасном состоянии попала к реставраторам. Нашим реставраторам из Всероссийского реставрационного центра пришлось принять очень срочные меры, разрабатывать новые методики реставрации, так как вещи претерпели ужасные мучения. В женские портреты стреляли в грудь, на одном женском портрете вырезана голова, в фламандском натюрморте вырезана роза. Просто варварски относились к произведениям искусства. Это длительная реставрация дала свои плоды. 39 произведений, реставрация которых была закончена, представлены на нашей выставке.

Анна Чертова: Сейчас Третьяковская галерея выступает с инициативой воссоздания музея в городе Грозном.

Витольд Петюшенкин: Есть такая межмузейная организация Фонд поддержки музеев "Сокровища Отечества", созданный художественными музеями Калуги, Карелии, Нижнего Тагила, Рязани, Самары, Тулы и Третьяковской галереи. Мы обратились к фирмам различным, организациям, частным лицам в нашей стране и за рубежом с просьбой жертвовать деньги на воссоздание этого музея. Мы хотим не просто воссоздать музей, учитывая чеченскую ситуацию, мы хотим, чтобы это был музей в комплексе с художественным детским центром, и художественным, и оздоровительным. Я посмотрел "Книгу отзывов", там есть запись одной чеченки, которая говорит, что "чеченцам нужно искусство, чтобы поверить в существование справедливости и добра. Посещайте выставку, будьте добры, будьте милосердны".

Анна Чертова: Своими впечатлениями о выставке делятся посетители Третьяковской галереи.

- Восхищает кропотливый труд всех этих реставраторов, которые смогли хотя бы до такой степени их довести, не все они еще пока не отреставрированы.

- Забрела сюда случайно, впечатление, конечно, большое. Думаю, к сожалению, не все возвратят, особенно то, что было разграблено в городе Грозном. Я думаю, навряд ли это вернется. Любители частных коллекций навряд ли вернут что-то.

- Вообще-то я посещаю все выставки здесь и все значительные выставки в Москве. Меня привело, если хотите, чувство справедливости. Я хотел убедиться в том, что ничего в мире значительное не должно пропасть. Красота все-таки нетленна, даже если ее разрушают. Вот мы с вами сидим перед полотном Рубо, я был в Севастополе, видел замечательные его работы. Вы знаете, это полотно не уничтожено, оно просто повреждено. Человек тоже болеет, мы вылечим его все вместе, как и страну нашу вылечим.

XS
SM
MD
LG