Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Международная конференция "За прекращение войны и установление мира в Чеченской республике"


Президент России Владимир Путин окончательно закрыл тему возможных переговоров с лидером чеченского вооруженного сопротивления Асланом Масхадовым. "Кто выбирает Масхадова, тот выбирает войну", - считает российский президент. Чеченский лидер и его сторонники были названы пособниками террористов, и говорить с этими людьми, по мнению российских властей, не имеет смысла. В заявлении президента Масхадов фактически ставился на одну планку с Басаевым, Радуевым, Хаттабом, Арби и Мовсаром Бараевыми.

Эти заявления прозвучали на встрече президента России с общественными и религиозными деятелями Чечни. В их число попали нынешний глава администрации республики, муфтий Чечни, депутат Государственной думы России от Чеченской республики и еще ряд чеченцев, настроенных лояльно к Москве. На встрече, судя по информации агентств, много говорилось о невозможности вести политические переговоры с противниками и довольно мало - о конкретных путях выхода из кризиса на Северном Кавказе. На эту тему в те же дни вели дискуссию участники международной конференции "За прекращение войны и установление мира в Чеченской республике" в московской гостинице "Космос". Надо сказать, что и о самом представительном правозащитном форме Владимир Путин на встрече в Кремле не сказал ни слова. Участники конференции комментировали и новые заявления президента России. Исполнительный директор всероссийского Комитета "За права человека" Лев Пономарев считает, что Владимир Путин допускает в своих суждениях некоторую поспешность.

Лев Пономарев: Владимир Владимирович Путин очень эмоционально относится к своим должностным обязанностям, что, по-моему, недопустимо для главы государства. Этот вопрос для него трудный, как говорится: "Юпитер, ты сердишься, значит, ты не прав". Он сердится, значит, скорее всего, он не прав. Нужно продолжать давление, но могут люди из политической элиты высказываться за переговоры с воюющей стороной, а воюющая сторона - прежде всего Масхадов. Мы надеемся, что, наоборот, вот это высказывание Путина говорит о том, что мы делаем правильно и верно. Масхадов публично заявлял, что он готов к переговорам без всяких предварительных условий, он открыт, он это подтверждает постоянно, и никак отвязаться от этой мысли нельзя. То есть нельзя сказать, что Масхадов плохой переговорщик. И поэтому надо придумать мотивы, которые никакого отношения к делу не имеют, типа международного терроризма и так далее, и тому подобное.

Олег Кусов: Недавно Кремль дал понять, что поддерживает идею спецпредставителя по правам и свободам человека в Чечне Абдул-Хакима Султыгова о проведении референдума в республике. По мнению Султыгова, референдум способен заменить все переговоры, поскольку впервые даст возможность чеченцам высказать свою позицию. Глава московского Комитета "За гражданские права" Андрей Бабушкин не верит в полезность и объективность такого референдума.

Андрей Бабушкин: Во время войны, когда люди не знают, останутся ли они завтра живы, когда льется кровь, когда более половины населения Чечни находится за пределами республики, мне представляется проведение референдума невозможным. Мне кажется, что референдум может произойти в лучшем случае при установлении моратория на боевые действия. Мы прекрасно с вами понимаем, что и объявление моратория (скажем, на три месяца) не приведет к тому, что люди вернутся обратно. Референдум возможен лишь только тогда, когда основная масса людей, которая собирается в дальнейшем проживать на территории Чечни, вернется и будет чувствовать себя уверенно. Ведь референдум есть проявление воли человека, а воля может проявляться лишь только тогда, когда нет постороннего давления, когда человек понимает, что за высказанное мнение его не ждет преследование, расправа, его не ждет унизительное давление со стороны тех, в чьих руках находится оружие и власть.

Любовь Чижова: Почему вдруг Султыгов выступил с таким предложением?

Андрей Бабушкин: Я думаю, что просто реализация концепции Кремля, чтобы провести сейчас быстренько референдум в условиях, когда считать, естественно, голоса на референдуме будут люди, связанные скажем, с администрацией кремлевской. Естественно, они надеются, что результат можно обеспечить любой.

Олег Кусов: Международная конференция "За прекращение войны и установление мира в Чеченской республике" прошла под лозунгом о необходимости начать мирные переговоры с Асланом Масхадовым. Рассказывает исполнительный директор международного правозащитного центра "Мемориал" Олег Орлов.

Олег Орлов: Единственный способ - это пытаться найти какие-то пути мирного урегулирования. Мы, Комитет "За мир в Чечне", предлагаем свой план, возможны другие альтернативные планы, но только не военное решение. Вполне очевидно, что ни одна из сторон конфликта не может в свою пользу его силовым способом разрешить. Лишь озлобление, озверение, страдание мирного населения, гибель и страдания уже теперь людей за пределами Чечни. Так без конца будет, если идти по этому тупиковому пути. Да, есть план, который предусматривает, что на первом этапе происходят переговоры с воюющей стороной, причем с легитимной частью, о прекращении огня, об установлении возможности для какого-то начала мирной жизни и дальнейших переговоров. Второй этап переговоров - это уже разрешение всех принципиальных ключевых вопросов, включая статус Чечни. На втором этапе переговоров к этим переговорам подключается значительно более широкий круг, подключается весь политический спектр чеченского общества. Я думаю, что рано или поздно у федеральной власти выхода не будет, как пойти по этому пути. Я имею в виду вообще власть России. Пойдет ли нынешняя федеральная власть? Может, и нет. Это значит, что она оставит страшное тяжелое наследие следующей власти, но власть рано или поздно обязана будет взять на себя ответственность и пойти по этому переговорному пути. Только желательно раньше идти по этому пути, потому что чем дальше продолжать порочный круг насилия, тем труднее становится идти на переговоры, и больше людей просто гибнет, больше страданий людей.

Олег Кусов: Силовая политика Москвы на Северном Кавказе зашла в тупик, за которым начинается преступная этническая чистка насилия. Так считает депутат Государственной думы России Сергей Ковалев. В своем докладе на конференции он подробно изложил план мирного урегулирования в Чечне, который совместно разработали российские правозащитные организации.

Сергей Ковалев: Сторонники войны загнали ситуацию в тупик, война будет затухать, тлеть, разгораться вновь, но выиграть у партизан принципиально невозможно. Силовая линия московской политики потерпела окончательный крах. Дальше нынешнего тупика только этнические чистки, сталинская депортация и геноцид. Я скажу несколько слов о принципиальных положениях предлагаемого нами плана. Переговоры о мире начинаются переговорами о перемирии, переговорами о том, что дальше будет идти переговорный процесс. И эту первую стадию переговоров надлежит вести с представителями вооруженного противника, следовательно, с представителями легитимных органов исполнительной и законодательной власти Чечни, с Масхадовым и парламентом. Переговоры, с нашей точки зрения, необходимо начинать без предварительных условий. Совершенно невозможно, неприемлемо в качестве условий выдвигать требования априорного признания суверенитета Чечни и немедленного вывода войск, но также неприемлемо требование безоговорочной капитуляции, разоружения и признания Чечни неотъемлемой частью России. Фундаментальные разногласия, включая процедуру определения статуса Чечни, должны разрешаться только путем дальнейшего переговорного процесса с участием представителей всего общественно-политического спектра республики. Разумеется, отсутствие предварительных условий не есть непонимание первоочередных целей переговоров. Из таких первоочередных целей следует, естественно, банальным образом выделить прекращение военных действий, безусловное осуждение любых карательных акций, актов насилия, мародерства, пыток, бессудных казней, преследование мирных жителей и признание равной ответственности сторон за такие действия. И, наконец, важный принцип, положенный в основу нашего плана, это желательность, я бы сказал, даже необходимость интернационализации переговорного процесса, присутствие международных наблюдателей возможно и желательно посредников от авторитетных международных организаций. Вторая часть нашего плана посвящена варианту модели, нам эта модель нравится. Ее основные черты состоят, на мой взгляд, в следующем. Очевидно, необходимы временные переходные коалиционные совместные органы, мы назвали такой орган комиссией по мирному процессу, которые могли бы контролировать соблюдение перемирия во все время переговоров и временно исполнять некие необходимые и важные административные функции, постепенно передавая их коалиционно-административным управленческим структурам.

Олег Кусов: Военная операция на Северном Кавказе по своей сути незаконна. Это попытался доказать с трибуны правозащитного форма депутат Государственной думы России Сергей Юшенков. По его словам, власти намеренно не хотят вводить режим чрезвычайного положения в Чечне, дабы исключить любой вид контроля над действиями военных.

Сергей Юшенков: Если вы вводите чрезвычайное положение, то для его введения необходимо согласие Совета Федерации. Можно усмехнуться: "Разве Совет Федерации это тот орган, который может в чем-то перечить президенту?" Там не будет проблемы с утверждением режима чрезвычайного положения, в Совете Федерации, тем не менее это уже обсуждение этой проблемы, это уже рассмотрение в парламенте страны, это уже необходимость направления соответствующего документа в ООН, это - определенный международный контроль. В конце концов и Государственная дума должна рассматривать этот вопрос, потому что по закону нужно вносить изменения в бюджет, надо рассматривать, какие требуются средства для поддержания режима чрезвычайного положения и, следовательно, уже в Государственной думе будет обсуждаться эта проблема. Власти боятся даже видимости общественного, в данном случае парламентского контроля над тем, что творится в Чечне, за тем, что делают там спецслужбы и армии. Было странно услышать о том, что необходимо изменить функции армии. Армия всегда воспитывалась в духе того, что она выполняет только внешнюю функцию, что она предназначена только для агрессии извне, что для решения внутренних конфликтов достаточно других силовых структур, в чьи обязанности входит подержание соответствующего режима на территории страны. Кажется, армию хотят наделить полицейскими функциями.

Олег Кусов: Сергей Юшенков утверждает, что российские власти против того, чтобы узаконить в Чечне и армейский контингент.

Сергей Юшенков: Я даже внес на рассмотрение законопроект об изменениях в закон "О борьбе с терроризмом", в котором предусматривается особый порядок привлечения вооруженных сил для участия в контртеррористической операции. Были отрицательные заключения и президента, и правительства, и ясно, что даже подогнать наше законодательство даже под существующую практику невероятно сложно, этому будет противостоять именно руководители государства, потому что они не хотят каким-то задним числом установления контроля над принятием своих решений, за исполнением этих решений. У меня большая поправка к этому плану, хотя я вхожу сам в этот комитет, хотя и съезд нашей партии поддержал этот план мирного урегулирования. Но мне представляется, что сегодня вновь актуальным является лозунг, который использовали в свое время диссиденты, обращаясь к своему государству: "Исполняйте свои законы, исполняйте свою конституцию!" Хотел бы предложить в этот план этот тезис, обращенный к государству: "Исполняйте свою конституцию, исполняйте свои законы!" Введение режима чрезвычайного положения нисколько не противоречит этому плану. Именно в рамках чрезвычайного положения может быть совместное патрулирование комбатантов и представителей федеральных силовых структур. И, собственно говоря, это в плане предусматривается. В рамках чрезвычайного положения определяются сроки, именно в рамках чрезвычайного положения осуществляется контроль и со стороны парламента, и со стороны ООН. Тот закон, который принят Государственной думой, он действительно помогает решить эту проблему, соблюдая наши законы.

Олег Кусов: По мнению Сергея Юшенкова, мировая практика выработала два способа борьбы с терроризмом. Первое - это когда спецслужбы получают от государства полный карт-бланш и подавляют все, в том числе и права человека. Во втором случае, спецслужбы выполняют поставленные перед ними задачи под строгим контролем государственных и общественных органов. Первый вариант нам хорошо знаком по сталинскому периоду советской истории, второй не так давно продемонстрировали миру в Вашингтоне после трагедии 11-го сентября.

Сергей Юшенков: Сепаратисты очень часто используют в качестве достижения своих целей терроризм и партизанские методы ведения войны. Федеральные власти используют самый настоящий террор, государственный террор. Террор, конечно же, по своим последствиям наносит больше ущерба, чем тот же терроризм. И вовсе я не хотел бы говорить о том, что лучше и что хуже, но для борьбы с терроризмом история знает два основных способа эффективной борьбы. Первый способ - это когда государство ограничивает права граждан во имя именно этой борьбы с терроризмом. Спецслужбы, все правоохранительные силовые структуры не контролируются не только со стороны общества, но и со стороны самого государства, прежде всего со стороны парламента. В конечном итоге эта борьба приводит действительно к установлению всеобщего террора. Второй способ, он гораздо сложнее, но все же более эффективен, это когда у борьбы с терроризмом права и свободы личности признаются приоритетом, когда осуществляется очень жесткий контроль над деятельностью спецслужб, всех правоохранительных органов, которым в основную обязанность вменяется именно борьба с терроризмом. Собственно говоря, так и поступили те же Соединенные Штаты Америки после 11-го сентября. У нас очень часто говорится о том, как Соединенные Штаты Америки объединились вокруг своего президента, как они поддерживают действия своего президента. При этом почему-то умалчивается, что практически сразу же на территории Соединенных Штатов Америки был введен режим чрезвычайного положения, при этом умалчивается, что президент Буш обратился в Конгресс с соответствующим посланием и запросом. При этом умалчивается, что Конгресс создает специальную комиссию по расследованию деятельности своих служб и так далее, и тому подобное. Иными словами, в Соединенных Штатах Америки не забыли высказывание одного из своих президентов, Франклина, о том, что если между свободой и безопасностью люди выбирают безопасность, они в конечном итоге теряют и первое, и второе. У нас, к огромному сожалению, государство не намерено соблюдать даже свои собственные законы. Мы говорили и в ходе первой чеченской кампании, и в ходе второй, что необходимо вести в Чечне чрезвычайное положение, если вы хотите достичь именно декларируемой вами цели. Нам говорили в ответ: мы не можем ввести чрезвычайное положение, потому что у нас нет закона о чрезвычайном положении. Мы инициировали принятие этого закона, он принят, нормальный закон, мы спрашиваем, почему вы не вводите режим чрезвычайного положения? Нам говорят, что достаточно закона "О борьбе с терроризмом". Эта контртеррористическая операция, которая проводится в рамках закона о борьбе с терроризмом, абсолютно противоречит этому. Российское государство сегодня в Чечне действует абсолютно незаконно.

Олег Кусов: На международной конференции в Москве выступил и лидер партии "Яблоко" Григорий Явлинский. По его мнению, уже сегодня надо задуматься о том, что даже возможные политические переговоры сами по себе не решат многие проблемы простых чеченцев. По его мнению, необходимо выработать гарантии для населения Северного Кавказа от повторения политического, экономического и криминального беспредела.

Григорий Явлинский: Мы давно говорим об урегулировании в Чечне, для этого не могут быть использованы только военные методы, это тоже общее место. Достичь каких-то позитивных изменений в Чечне возможно лишь на основе собственно политического процесса. И понятно, что в политическом процессе могут участвовать с противной стороны только те, с кем воюешь, а не те, кого туда назначаешь для того, чтобы вести политические переговоры, это не является вообще никакими политическими переговорами. Но еще до событий мы полагали, что важнейшим вопросом всей этой ситуации является необходимость показать людям перспективу, и не только перспективу, что очень важно, в части окончания войны, но перспективу части того, как там можно будет жить, что там можно будет делать, что можно будет делать детям, внукам, что будет там происходить. В этой связи мы, готовя концепцию, рассуждая на эту тему, готовили предложение относительно стабильности, о пакте стабильности на Северном Кавказе, о гарантии прав собственности, о гарантии прав на недвижимость и землю, о гарантии стабильности при расселении. Мы рассуждали о том, что принципиальным вопросом является проведение концепции гражданских прав человека и индивидуума, и абсолютного приоритета именно этих прав над всеми другими традиционно сложившимися правами, безусловные права на собственность, на безопасность, на жизнь в ее биологическом понимании. Для того чтобы в Южном федеральном округе достичь хотя бы минимального уровня, который является присущим Российской Федерации, наверное, понадобиться не менее 86-ти миллиардов рублей в год.

Олег Кусов: По мнению правозащитников, международная конференция в Москве "За прекращение войны и установление мира в Чеченской республике" стала заметной антивоенной акцией.

Андрей Бабушкин: В целом эта конференция, я считаю, очень позитивная. Три вещи мне кажутся здесь важными. Первое - она показала, что происходит консолидация сил, выступающих против войны в Чечне, на более, скажем так, организованном высоком уровне. Во-вторых, она показывает, что люди, выступающие против войны в Чечни, имеют самые различные точки зрения, самых различные политические позиции, но они уже научились в основном быть терпимыми друг к другу, они уже научились слушать друг друга и вести такую культурную грамотную полемику. И третий итог конференции, то, что это не некая точка, это не некое мероприятие, а это лишь только первый этап такой конференции, конференция продлится в дальнейшем, очевидно, в будущем более представительной, с проработанными документами, с более широким кругом международных участников. И мне представляется, что второй этап конференции действительно может стать фактором, реально влияющим на войну в Чечне. Возможны два реальных шага, направленных на прекращение войны в Чечне. Это давление международного общественного мнения и статусных политиков демократических стран, к которым прислушиваются в Кремле. И второе - это выборы, именно хороший результат на выборах для партий антивоенной коалиции, невозможность принятия без их участия тех или иных законов заставит прокремлевскую партию идти на сделки, занимать более мягкую позицию, в том числе и по чеченской проблеме.

Олег Кусов: Международная правозащитная конференция, по мнению наблюдателей, показала, что антивоенные силы в России в состоянии объединиться и принимать серьезные совместные решения, вырабатывать новые идеи. Однако власть (как и прежде) пытается продемонстрировать полное равнодушие к этим идеям, решая свои меркантильные задачи в одном из самых сложных регионах Российской Федерации.

XS
SM
MD
LG