Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблемы горных территорий: войны, ледники, дороги, минеральные источники


Не так давно в Бишкеке прошел международный саммит по проблемам горных территорий. Кыргызстанская столица собрала ученых, экологов, политиков, экспертов и журналистов. На саммите шла речь и о проблемах кавказских гор. Недавняя трагедия в Геналдонском ущелье Северной Осетии, к сожалению, дала большой материал для дискуссий. Можно ли было предсказать сход пульсирующего ледника Колка? Насколько сегодня защищены от природных катастроф жители гор? Сказывается ли на экологическую обстановку в горах Северного Кавказа боевые действия в Чечне? Участники конференции пытались затронуть в ходе обсуждения и эти вопросы. В зимнее время года значительно затрудняется передвижение по горным дорогам, между тем транспортное сообщение и доставка многих грузов в отдельные регионы Южного Кавказа с юга России до сих пор возможны только через Главный Кавказский хребет. Но строители и проектировщики Транскавказской автомагистрали допустили в своей работе немало ошибок, последствия от которых сказываются по сей день. Об этих проблемах наш корреспондент на Северном Кавказе Юрий Багров поговорил с участником международной конференции в Бишкеке профессором Североосетинского государственного университета Борисом Бероевым.

Юрий Багров: Недавно в столице Киргизии Бишкеке прошел международный саммит, посвященный проблемам горных территорий. Место для проведения столь масштабной конференции было выбрано неслучайно, Киргизия горная страна. Глава республики Аскар Акаев еще в 1998-м году обратился в Организацию Объединенных Наций с просьбой объявить 2002-й год Годом гор. Именно с этого времени велась большая подготовительная работа по всему Земному шару в странах, где имеются горные массивы. Таких стран, по данным ООН, восемьдесят шесть. К итоговому бишкекскому саммиту учеными был собран колоссальный материал. Проводились исследования, касающиеся природного комплекса гор, флоры и фауны, инфраструктуры горных территорий. На международный саммит были приглашены и ученые Северного Кавказа. Борис Бероев - доктор географических наук, профессор Североосетинского государственного университета представил данные, касающиеся экологии и безопасности горных территорий Северной Осетии. Одной из основных проблем небольшой северокавказской республики ученые называют плачевное состояние автомагистралей, проходящих по горным ущельям. На территории Северной Осетии находятся две трассы, соединяющее России с Закавказьем. Полноценный уход ни за дорожным покрытием, ни за прилегающей к дороге территорией уже много лет не ведется. Наиболее критическая ситуация сложилась на Транскавказской магистрали. Ежегодные сели и лавины серьезно разрушили горную автодорогу. В зимнее время года и в период межсезонья эта трасса практически не функционирует - то снежная масса заблокирует труднодоступный участок, то потоки талой воды размоют асфальтовое покрытие. Рассказывает доктор географических наук, профессор Борис Бероев.

Борис Бероев: Транскавказские дороги, проходящие через нашу республику, имеют опасности. Такая же картина буквально во всех горных районах с транспортными коммуникациями. Нужен мониторинг, нужно, чтобы наука работала вместе с дорожниками, нужно предусматривать, предугадывать, рассчитывать те стихийные явления, которые связаны с горными территориям и обязательно с транспортными сооружениями. Дело в том, что другие горные регионы, строя транспортные коммуникации, серьезно обращали внимание на безопасность, на сооружение таких инженерных сооружений, которые бы могли спасти от камнепада, от селя, от лавины. К огромному сожалению, строители последней транскавказской дороги об этом позаботились. И в то же время великолепный опыт рядом расположенной Военно-грузинской дороги, где в середине 19-го века уже строились бетонные сооружения, которые до наших дней сохранились и надежно охраняют Военно-грузинскую дорогу. В объемном показателе таких сооружений на Транскаме гораздо меньше, в десятки раз меньше. А ведь необходимо сберечь в какой-то степени дорожное полотно от сели, от лавины, камнепада. Это в современном дорожном строительстве везде активно ведется, кроме наших дорог. И поэтому у нас бывает так, что порой на несколько дней прекращается движение, были несчастные случаи с жертвами, были неприятности, связанные с гибелью людей на этих дорогах.

Олег Кусов: В советские годы в горах Кавказа шло активное строительство дорог, гидроэлектростанций, фабрик, но не всегда инициаторы возведения объектов в сложных природных условиях выбирали надежные и дорогостоящие проекты. В результате экономия средств приводила к тяжелым последствиям в будущем.

Борис Бероев: Мы сэкономили в ходе стройки, а в ходе эксплуатации мы имеем уже и убытки, связанные и с хозяйственными вопросами, и с человеческими жертвами. Надо изучать зарубежный опыт, в частности альпийский опыт, очень похожий на Кавказ. Там очень много дорог, каждая дорога имеет большое количество бетонных сооружений, тех сооружений, которые сохраняют и дорогу, и жизнь проезжающих здесь людей.

Олег Кусов: Сегодня люди покидают гонную местность, горы приходят в запустение. Невнимание людей к горам, в свою очередь, приводит к трагедиям.

Юрий Багров: Природные ресурсы, которыми изобилуют горные территории, в последние годы почти не используются. Уже многие годы не ведется разведка добыча полезных ископаемых. К тому же существенно разрушена инфраструктура, обеспечивающая в былые годы жизнь горцев. Люди чувствуют себя оторванными от равнинных районов. Горцы покидают свои дома, переселяясь на более благополучные земли. Если подобная тенденция сохранится, то, по мнению профессора Бероева, республике грозит катастрофа. Как считает ученый, остановить исход горцев могут лишь специальные правительственные программы по освоению горных территорий.

Борис Бероев: Это будет большим горем, если горцы покинут горы, есть такая опасность. Ведь, по сути, наши народы, кавказские народы, все выходцы из гор. Даже с Колкой есть такое мнение некоторых горцев бросить свои жилища и уезжать на равнину. Этого допускать нельзя. И поэтому и правительство, и местные власти должны способствовать тому, чтобы помогать горцам в решении их проблем. Многие проблемы горцев решаемы самими горцами, а вот глобальные проблемы: телефонная связь, электрическая связь, дорожное строительство, решение некоторых вопросов социальной инфраструктуры - это вопросы глобальные, которые самим горцам не решить. Поэтому правительство и наше местное, и российское должны иметь в виду, что горцы должны оставаться в горах. Поэтому надо сделать некоторые финансовые расходы, связанные с тем, чтобы горцы себя чувствовали комфортней, чем они чувствуют сейчас. Нельзя допускать, чтобы горцы убегали из гор. Это будет трагедией, когда горы станут безлюдными. И поэтому надо уже сейчас разрабатывать комплексные программы, связанные с тем, чтобы горцам как-то помочь. Такая возможность есть, потому что отдача от горцев народному хозяйству велика, это отдача может быть еще больше, и поэтому надо идти на какие-то расходы. Если горцы уйдут оттуда, и мы начнем с равнины, с Владикавказа заниматься проблемами горных территорий, мы экономически проиграем. Нам выгодно, чтобы горцы оставались там, вели крестьянское хозяйство в горах, помогали дорожникам, энергетикам. Надо иметь в виду, что у Северной Осетии, у Кавказа большое будущее по рекреации, по отдыху, по туризму, горным лыжам. Там, конечно, прежде всего, в обслуживающем персонале должны быть горцы.

Олег Кусов: Грубым вмешательством в экологию Кавказских гор ученые считают чеченскую военную кампанию. На их взгляд, отрицательные последствия чеченской войны могут сказаться в будущем.

Юрий Багров: Серьезную обеспокоенность у ученых вызывает ухудшение экологической ситуации в горах Северного Кавказа. Одной из основных причин нарушения природного баланса специалисты называют войну в Чеченской республике. Горную территорию соседних с Чечней республик покинули дикие звери, по наблюдению охотников, животные мигрировали в Закавказье. В Осетии, Ингушетии, Дагестане увеличилось количество хищников. Уже зафиксированы случаи, когда волки нападали на людей. Как говорят экологи, это лишь видимая часть айсберга. Говорит доктор биологических наук Борис Бероев.

Борис Бероев: Войны всегда (и в прошлом, и сейчас) влияют на все параметры человеческой жизни, имеется в виду не только на человека, но и на окружающую среду. Выстрелы, танки, много боевой техники, сжигаемое топливо, это все отрицательно влияет не только на территорию Чечни, но и на все прилегающие территории, вплоть до наших земель. И чем быстрее закончится война в Чечне, тем больше будет условий для экологически приятного проживания человека на Северном Кавказе. Это общая задача, и поэтому и политики, и социологи, и экономисты, и военные должны стремиться к тому, чтобы быстрее кончилась война, тогда будет комфортно и человеку, будет комфортно и нашим диким животным, растительности, нашим почвам, нашему воздуху и так далее. Там где стреляют, животные уходят, а в природе все взаимосвязано - ушли животные, нарушаются другие параметры дикой флоры и фауны. В природе все должно друг друга дополнять, и растительность, и животный мир. Они нужны для естественного круговорота. И Северная Осетия, и Серный Кавказ страдают и от войны и от стихийных бедствий, все взаимосвязано. Последствия Колки, взрывы и выстрелы в Чечне - это непременно ухудшает экологию всего Северного Кавказа и Северной Осетии. Надо стремиться быстрее завершить войну, чтобы было комфортно в окружающей среде.

Юрий Багров: Все вопросы, касающиеся использования ресурсов гор и формирования экологически устойчивых территорий, необходимо вести крайне осторожно, с учетом опыта прошлых поколений, с учетом тех законов, которые существуют и сегодня.

Олег Кусов: В последние годы на курорты Кавказских Минеральных Вод вернулись отдыхающие. Многие здравницы пустовали почти десять лет, но сегодня они работают с прежней нагрузкой. Однако ученые отмечают значительное ухудшение экологической ситуации в этом регионе. Как это ни странно, ситуация не беспокоит чиновников, ответственных за отдых и лечение людей.

Лада Леденева: Отдел курорта и туризма администрации Кавказских Минеральных Вод на страницах местной печати регулярно публикует отчеты о загрузке санаториев и городов-курортов Пятигорска, Железноводска, Кисловодска, Ессентуков. Причем после недавнего спада в курортном бизнесе, вызванного удорожанием путевок, активностью зарубежных туристических фирм-конкурентов и географическим расположением в зоне непосредственной близости военных действий, в последние несколько лет в работе комплекса наметились положительные сдвиги. К примеру, по данным за сентябрь текущего года, на Кавказских Минеральных Водах отдохнули на 15 тысяч человек больше, чем в прошлом году. Гордясь, как в советские времена, растущими показателями и активно пропагандируя курорты, представители администрации регулярно замалчивают обратную сторону медали. Совершенно непонятно, какая организация или государственная структура следит за сегодняшним состоянием основных курортных ресурсов - минеральных источников, грязей и радоновых ванн. Побеседовав со специалистами, я поняла, что проблема существует, однако очевидно и другое - не в интересах чиновников афишировать ее масштабы. По причине вмешательства человека в природные процессы в городах-курортах Кавказских Минеральных Вод год от года уменьшается количество минеральных источников, естественных выходов воды на земную поверхность. О нынешнем состоянии минеральных источников в особо охраняемом, экологически чистом курортном регионе я побеседовала с ученым-биологом, экологом Евгением Рогожиным.

Евгений Рогожин: В конце 50-х годов у нас в районе Кавминвод работало, было открыто, 83 или 85 источников самых разных типов. На сегодня эксплуатируется примерно около 20-ти, даже, может быть, меньше, остальные закрыты. Либо они не используются в силу загрязнения, либо они закрыты. Дело в том, что когда минеральная вода выходит по трубе, она откладывает соли, и со временем сама труба зарастает, когда ее долгое время не чистят, не заменяют трубы, выход прекращается. Поэтому если считать что он не нужен, или что-то в этом роде, перестают им пользоваться. Как ее чистить? Труба, допустим, идет очень глубоко под землю, ее надо менять, доставать, менять или участками или как-то.

Лада Леденева: По словам Евгения Вениаминовича, одна из сторон проблемы - химическое и бактериологическое загрязнение источников.

Евгений Рогожин: Есть поселок Капельница, там все время был Баталинский источник, сейчас он не используется, закрыт, потому что там страшное бактериальное загрязнение. Там, во-первых, рядом поселок, сточные воды, в массе употреблялись химикаты для обработки садов и виноградников. Короче говоря, источник сейчас не работает. Потом там ходили слухи, что якобы там нарушили гидрологический режим, пробурили рядом скважину. Точно я не знаю почему, но факт, что этот источник не используется. Сегодня в том районе ведут автодорогу, очевидно, этот источник перестал существовать из-за того, что "посажен" горизонт подземных вод, там везде каналы прокопаны дренажные для того, чтобы не заболачивалась почва. Многие источники (у нас точных данных нет) не используются, потому что там или химическое загрязнение (бывшие склады удобрений), где-то остатки животноводческих помещений, они, естественно, загрязняют водоемы.

Лада Леденева: Город Пятигорск, Красноармейский спуск с горы Машук. Курортная зона, место компактного выхода минеральных источников на земную поверхность. Раньше здесь били из-под земли три минеральных источника, на сегодняшний день сохранился лишь один, над которым когда-то был поставлен бювет, два других прекратили свое существование.

Евгений Рогожин: Обратите внимание хотя бы на Красноармейский спуск к Академической галерее. Там раньше было три источника, два из горы били, над одним бювет. Те, которые из горы били, они уже прекратили свое существование. То ли их замыло, то ли отложились соли, короче говоря, выход прекратился. Нижний остался, его трубу теперь оттуда вывели, она уходит в питьевую галерею. Был источник, который долгое время функционировал в самой Академической галерее. Раньше в цветнике несколько источников было. Тут кто как хочет хозяйствует, ответственности никто не несет. Был случай, когда в цветнике на углу Лермонтовской галереи бурили скважину, пробили пласт, ушла вода. Даже за Ермоловские ванны, которые там остались без воды, никто за это не ответил. Я, к примеру, в последние годы не встречаю минеральной воды "Машук". Единственная скважина на Машуке, которая еще функционировала, сегодня розлива нет. То ли завод просто не работает, то ли с территорией какие-то проблемы. Хотя это была очень мощная скважина, она давала 300 литров воды в сутки, во всяком случае, когда делали пробный выпуск, ручей тек, начиная почти от канатной дороги. И вниз до Верхнего рынка река текла, причем вода горячая, где-то градусов 60. Потом ее обустроили. Потом долгое время разливалась и продавалась в городе минеральная вода "Машук", она слабоминеральная, столового типа. В последнее время ее не вижу, хотя, казалось бы, хватает - продавай, но этой воды в продаже нет.

Лада Леденева: В последние годы на Кавказских Минеральных Водах растет число частных предприятий по розливу вод различного минерального состава и, соответственно, полезных свойств. Финансовые прибыли так называемых "водяных магнатов" напрямую зависят от количества реализованных кубометров минеральной воды. Однако водные ресурсы подземных источников не бесконечны. И, несмотря на регулярный процесс образования минеральных вод, исчерпаемы. При этом объемы водозабора играют здесь не самую главную роль.

Евгений Рогожин: Заводы у нас прекрасно себя чувствуют, великолепно развиваются, базы наращивают производственные. Буквально пару лет назад в администрации был разговор о том, что нет у них в администрации данных о том, сколько же этой воды на самом деле расходуется, сколько разливается, сколько ее забирается. Во-первых, чтобы снимать какие-то деньги в виде налоги; а во-вторых, чтобы следить за количеством воды, сколько есть, сколько ее можно еще взять. А если воду взять в избытке, значит, "падает" горизонт, падает подпор, уменьшается количество воды, промывающей слои, насыщающейся солями, изменяется состав и полезные свойства.

Лада Леденева: У подножья горы Змейка, неподалеку от города Минеральные Воды, прекратили свое существование сразу несколько источников. Причина - взрывные работы на склонах горы по добыче строительного камня. В результате - подвижка ряда земных пластов и каменных глыб, навсегда перекрывших выход минеральной воды на земную поверхность.

Евгений Рогожин: У нас по разным причинам начинают прекращать существование некоторые источники. Они, например, перестали функционировать из-за того, что долгое время на горе Змейка вели взрывные работы. И вот подвижка пластов при взрывах привела к перекрытию выхода.

Сегодня есть очень интересный проект, мне недавно об этом рассказали, что пытаются добиться разрешения продолжить взрывные работы по добыче камня на Змейке, мотивируя тем, что камень очень нужен. В Москве он очень дорого стоит, там завод камнедробильный есть. Надо, говорят, возобновить добычу, но взрывы теперь делать то ли направленные, то ли более мягкие, какая-то очередная чушь. Щебенка обычная, щебень строительный. Сейчас стройка везде идет, хоть камень сам по себе ничего не стоит, но в массе это что-то дает. С левой стороны наполовину горы уже нет, сплошной обрыв. Когда рвали Змейку, в городе эти взрывы были слышны, а в почве еще быстрее передается звуковая вода, поэтому подвижка шла. В Железноводске источники страдали по этой причине, и на наших это отзывалось. Так что там закрытия взрывных работ не зря добивались, потому что это серьезная проблема была. Сегодня считают, что все позабыли, все уже брошено, можно добиться, тем более что сейчас есть кому деньги вкладывать, можно обойти эти вопросы. Во всяком случае, о таком проекте я слышал. Если он будет реализован, то вообще все закончится.

Лада Леденева: По словам специалистов, не в лучшем положении на сегодняшний день и целебные радоновые ванны, издавна являющиеся одним из лечебных курортообразующих факторов Кавказских Минеральных Вод, избавляющие от множества недугов.

Евгений Рогожин: Например, Нижняя радоновая лечебница. Где-то на конец 80-х годов в этом районе канализация в зданиях не менялась, начиная со Второй Мировой войны. А радоновая лечебница посажена на самом выходе радонов вод. Естественно, фильтрующиеся фекальные воды они просто-напросто попадают туда, смешиваются с радоновой водой и, соответственно, выходят наружу. Поэтому в последней трети 20-го века ввели хлораторы, хлорируют воду. Ни в одном минеральном курорте такого нет, что воду надо обеззараживать, а потом употреблять. Это проблема очень серьезная была, тогда, мы помним, по этому поводу тоже много говорили, спорили. Насколько я знаю, в старой части города в том районе канализацию нигде не меняли.

Олег Кусов: Сохраняется опасность, что сегодняшние хозяева минераловодских здравниц в погоне за экономической прибылью упустят более важное - уникальный рекреационный потенциал местности. Во всяком случае, знатоки творчества Михаила Лермонтова и его романа "Герой нашего времени" могут отметить интересную деталь: по сравнению с 19-м веком в наши дни уровень сервиса на Кавказских Минеральных Водах значительно вырос, но качество и количество целебных источников упали, а это уже опасный сигнал.

XS
SM
MD
LG