Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Итоги года

  • Тенгиз Гудава

В программе участвуют директор Центрально-азиатского агентства политических исследований в Алма-Ате Ерлан Карин, директор Программы мониторинга прав человека в Центральной Азии правозащитного центра "Мемориал" Виталий Пономарев, обозреватель московской газеты "Время новостей" Аркадий Дубнов, директор московского центра Экстремальной журналистики Олег Панфилов, экономический обозреватель транснациональной финансовой компании Axa Advisors Сергей Замащиков.

Тенгиз Гудава: Уходит год, и мы подводим его итоги в нашем гигантском регионе. Так получилось, что, пожалуй, самое громкое событие пришлось на конец года: Туркмения выслала посла Узбекистана по обвинению в пособничестве покушению на президента Сапармурата Ниязова. Два среднеазиатских государства встречают Новый год в состоянии, близком к состоянию войны.

21 декабря Туркмения объявила посла Узбекистана в Ашхабаде Абдурашида Кадырова "персоной нон грата" и выслала из страны. По результатам расследования Генеральной прокуратуры Туркменистана, узбекский посол оказывал содействие организаторам и участникам покушения на жизнь президента страны Сапармурата Ниязова, которое имело место 25 ноября в Ашхабаде, а именно: укрывал в посольстве Узбекистана главного организатора покушения, бывшего вице-премьера Туркменистана, известного оппозиционера Бориса Шихмурадова. Не только посол Узбекистана Абдурашид Кадыров, но и другие узбекские граждане, согласно Генпрокуратуре Туркменистана, помогали заговорщикам, провели их со своей территории нелегально в Туркмению и оказывали Шихмурадову "всяческое содействие", предоставив ему машину с дипломатическими номерами, которая и привезла его в резиденцию, а также "жилье и питание". Согласно этому же документу, Кадыров предпринимал попытки (цитирую) "оказания помощи для выезда Шихмурадова из Туркменистана, в том числе под дипломатическим прикрытием".

Посол соседнего Туркменистану государства - Узбекистана - обвиняется ни много ни мало в (цитирую документ Генеральной прокуратуры Туркменистана): "попытке насильственного изменения конституционного строя в стране путем покушения на жизнь президента Туркменистана и вооруженного захвата власти". (конец цитаты)

Вот такая феерическая предновогодняя история.

Говорит директор Центрально-азиатского агентства политических исследований в Алма-Ате Ерлан Карин:

Ерлан Карин: Туркмения начала страдать тем же, что и другие ее соседи по региону - поиском образа внешнего врага для оправдания собственной политики, внутренней политики и политики подавления какой-либо оппозиции. В первый момент после покушения на Туркменбаши Ашхабад попытался как бы свалить все на Москву, но тягаться как бы с Москвой не получиться, поэтому Туркменбаши решил свернуть стрелки на ближнего соседа - Узбекистан. Здесь как бы столкнулись амбиции двух, грубо говоря, самых амбициозных лидеров, хотя и Туркменистан не претендует на региональное лидерство, тем не менее, Туркменистан очень ревностно относится вообще к какой-либо критике в отношении себя, а в этом отношении между Туркменистаном и Узбекистаном давно не было замечено особых каких-либо симпатий, поэтому я думаю, что туркменские власти сейчас продолжают раскручивать последние события, связанные с покушением на Туркменбаши, и в этом отношении следующей мишенью для критики выбран Узбекистан.

Тенгиз Гудава: Скажите, а означает ли это разрыв дипломатических отношений между двумя странами, и во что может вылиться этот конфликт?

Ерлан Карин: Де-юре это, может, еще не совсем полностью означает прекращение каких либо дипломатических отношений, но де-факто так оно и есть. В принципе, честно говоря, каких либо особо развивающихся динамичных отношений между Туркменистаном и Узбекистаном замечено не было, поэтому фактически это решение фиксирует тот уровень отношений, который был и раньше, может, несколько как бы вносит элемент напряженности, но, тем не менее, фиксирует холодный характер отношений между двумя странами. Что может из этого быть, какие последствия? В первую очередь - усиление напряженности в отношениях двух стран. В последнее время основными линиями противоречий, напряженности, соответственно, были таджикско-узбекские отношения, совместная линия границы между этими государствами, в какие-то периоды вспыхивала напряженность между Узбекистаном и Кыргызстаном, недавно был у нас инцидент между Казахстаном и Узбекистаном, теперь получается, что идет нарастание конфликтного потенциала по всему периметру узбекской границы, к сожалению. Я не хочу сказать, что именно Узбекистан является источником напряженности, но в самом ядре Центральной Азии идет сильное противостояние между практически всеми государствами, пока лишь на двусторонней схеме.

Тенгиз Гудава: Взаимоотношения двух самых авторитарных режимов Центральной Азии - Узбекистана и Туркменистана - не были безоблачными. Пограничные стычки, споры - таков фон нынешнего туркмено-узбекского инцидента. Говорит директор Программы мониторинга прав человека в Центральной Азии правозащитного центра "Мемориал" Виталий Пономарев:

Виталий Пономарев: Отношения, в общем-то, всегда были далеко не безоблачными, хотя, в силу отсутствия свободы прессы в обоих странах, внутри этих стран обычно не обсуждался этот вопрос в печати или публичных выступлениях официальных лиц. В частности, масса проблем возникала в связи с приграничными вопросами, передвижением граждан, вопросами судопользования. вопросах разработки Кокдумалакского месторождения, надо сказать, что во многих случаях, во многих конфликтных ситуациях узбекской стороной вносились достаточно конструктивные предложения, но эти предложения зачастую игнорировались Туркменистаном.

Тенгиз Гудава: В закрытом обществе даже террористические акты имеют "закрытый характер" - кто, что и почему не обсуждается, нечем обсуждать - нет Средств Массовой Информации, есть одна единственная информация - президента. Как пошутил мой добрый знакомый, туркменский поэт Ширали Нурмурадов, в Туркменистане даже президент тянет пожизненный срок:

Итоги года. Каковы главные события в Центрально-азиатском регионе? Мнение обозревателя московской газеты "Время новостей" Аркадия Дубнова.

Аркадий Дубнов: Я думаю, что уходящий год для стран Центральной Азии спокойным не был. Впрочем, как и все предыдущие. Разумеется, в первую очередь, потому, что страны находятся в эпицентре событий, которые обозначили драматическое начало нового века. Я имею в виду окончание талибского этапа истории Афганистана, последовавшее за катастрофой 11 сентября. Но я уверен, что события нынешнего года в этом регионе предвещают еще более глубокие изменения в этих странах.

Несмотря на то, что лидеры центрально-азиатских государств рассчитывали на безусловное сохранение своих режимов, уповая на то, что они стали участниками антитеррористической коалиции во главе с США, мне кажется, что эти надежды отчасти оправдались только для президента Киргизии Аскара Акаева, а ведь именно его шансы потерять власть в своей стране казались в начале годах наиболее весомыми. Однако, эти шансы есть основания считать просто на время отложенными. Господин Акаев устоял, но его заслуги в этом лишь частичны. Он с полным правом может поделить их с киргизской оппозицией. Во-первых, эта оппозиция так и не сумела консолидировать свои ряды, часто выглядела политически некомпетентной, и зачастую позволяла власти представлять себя деструктивной силой. Во-вторых, Акаев, как ни парадоксально это звучит, обязан своей политической устойчивости чудовищному экономическому состоянию Киргизии и, наконец, политической и экономической поддержке России. Москва, надо отдать ей должное, оценила слабости Акаева и сумела ими воспользоваться в своих интересах, подвязав слабого партнера еще теснее в свою военно-политическую упряжку. Однако, события последних недель, уже после спасительного для Акаева визита президента России Путина в Бишкек, позволяют сделать вывод, что команда киргизского президента весьма цинично использует брошенный ей спасательный круг, пытаясь окончательно утопить и дискредитировать своих политических оппонентов внутри страны.

Откровенная ложь и клевета, распространяемая через правительственную прессу и направленная против независимых журналистов, правозащитников, просто уважаемых и авторитетных в Киргизии людей сыграет, несомненно, дурную службу киргизскому руководству, поскольку неминуемо будет возбуждать протестный потенциал и так уже оскорбленных и униженных людей. Впрочем, цинизм официального Бишкека уже давно не выглядит неожиданным откровением. Он полностью проявил себя в деле бывшего вице-президента страны Феликса Кулова, который уже почти три года находится в заключении. Судебные манипуляции властей вокруг этого дела уже давно стали притчей во языцех даже для мирового общественного мнения и, видимо, президент Акпаев все еще не чувствует себя уверенным, если до сих пор боится своего главного политического оппонента, держа его в застенках.

Любопытно, что киргизский Агитпроп в последнее время видимо пытается дискредитировать оппозицию, пытаясь связать ее с оппозицией казахстанской. Смешно наблюдать, как на полном серьезе публикуются аналитические материалы со ссылкой на спецслужбы о том, что киргизские правозащитники живут за счет лидера казахстанской оппозиции экс-премьера Акежана Кажегельдина.

Примитивизм, я бы сказал, провинциальность подобных обвинений выглядит очевидной в свете назревающих событий в самом Казахстане, где режим президента Назарбаева готовится к хоть и почетной но, тем не менее, сдаче своих позиций. Это главный итог уходящего года в этой стране -беспрецедентные факты преследования журналистов и оппозиционеров в Казахстане, которые утилитарно преследовали, в первую очередь, цель скрыть обстоятельства скандального дела о коррупции Казахгейта, в котором замешаны первые руководители страны, сделали Казахстан страной, одной из самых одиозных в мире, а ее президента - практически невыездным за пределы страны. Таинственная гибель в тюрьме дочери журналистки Лиры Байсеитовой, скандальное трехкратное в течение одного года преследование самого известного в Казахстане независимого журналиста Сергея Дуванова - оба журналиста бесстрашно писали о Казахгейте, то есть, том, о чем совершенно свободно пишут за пределами страны - это только самые показательные примеры загнивания режима. Это стало очевидно даже для тех западных политиков, которые симпатизируют Назарбаеву. Поэтому, и это стало известно буквально на днях, ими, этими политиками, разработан некий план установления транзитного периода для неопасной Назарбаеву передачи власти в стране. Этот план предусматривает в течение 18 месяцев создание условий для проведения демократических выборов в Казахстане на всех уровнях. Для этого Назарбаев должен добровольно подать в отставку, передав свои полномочия временному правительству и парламенту, которые смогут подготовить страну для возвращения к демократическим нормам политической жизни. Этот план, разумеется, предусматривает гарантии безопасности и иммунитета для самого Назарбаева в случае его добровольного ухода. Такие гарантии могут обеспечить правительства демократических стран и международные организации.

Этот план может показаться очередным мыльным пузырем, надуваемым казахстанской оппозицией, как уже готовы утверждать те, кто не видит Казахстан без Назарбаева во главе. Однако, во-первых, оппозиция, это известно мне доподлинно, не имеет отношения к составлению этого плана. Во-вторых, смею заметить, что обсуждать этот план в одну из западноевропейских столиц в прошлом месяце ездил один из самых близких членов семьи казахстанского президента. Так что, таков итог развития ситуации в Казахстане за прошедший год. Что называется, комментарии излишни. Лично меня интересует здесь следующее: насколько неожиданной окажется возможность подобного развития событий для российского руководства, которое только на днях, 19 декабря, принимало в Москве господина Назарбаева, объявившего следующий, 2003-й, год годом Казахстана в России. Не окажется ли Москва, если этот план начнет тем или иным образом претворяться в жизнь, чужой на этой, так сказать, свадьбе.

Наконец, самые неожиданные события уходящий год преподнес в Туркмении. Хотя, только на первый взгляд неожиданные. Так называемое "покушение 25 ноября на великого пожизненного сердара туркменского народа", - я цитирую это звание из газеты "Нейтральный Туркменистан" характеризует опереточный, но жестокий средневековый, по своей, если хотите философии, надутый, правда, природным газом туркменский режим. То, что он обречен, очевидно, хотя бы потому, что "великий пророк" упрятал в тюрьму буквально всех своих ближайших посвященных в секреты его внутренней потаенной кухни сатрапов, включая бессменного вице-премьера Реджепа Сапарова, которого он еще два месяца назад посылал вместо себя на саммит СНГ. Скамейка запасных Туркменбаши иссякла. Союзников на стороне у него нет, а верить в порядочность его намерений по отношению к потенциальным внешним союзникам после вероломного нападения туркменских чекистов на резиденцию узбекского посла 16 декабря даже наивным лидерам уже невозможно.

Тенгиз Гудава: К сожалению, веселого предновогоднего выпуска по итогам года в Центральной Азии создать не получится: слишком много в регионе нарушений прав человека, в том числе самых одиозных - пыток заключенных, незаконных арестов, нелепых обвинений. "Лидеры" в этом недобром деле - Туркмения и Узбекистан, которые сейчас, как Германия и СССР кануна Второй Мировой Войны, что-то не поделили. В затылок "лидерам" дышит Душанбе, и даже некогда "либеральные" Казахстан и Киргизия сокращают разрыв - во всех странах региона, увы, прошедший год был отмечен регрессом в области демократических норм. Впрочем, быть может не все так мрачно.

Директор московского центра Экстремальной журналистики Олег Панфилов:

Олег Панфилов: Я думаю, что есть два положительных события и, по крайней мере, два отрицательных. Из положительных событий я бы отметил, в первую очередь, назначение первого омбудсмена Кыргызстана, это известный человек, правозащитник и политик Турсунбай Бакир-Уулу. Второе положительное событие я связываю с Таджикистаном, где в этом году президент, наконец, разрешил выдать лицензии трем частным радиостанциям. Пока работает только одна - "Азия плюс", тем не менее, это очень хороший, положительный прорыв в развитии общества Таджикистана, и очень надеюсь, что дальнейшие шаги президента помогут развивать это общество в демократическом направлении. Из двух отрицательных событий, прежде всего, нужно отметить арест и преследование Сергея Дуванова в Казахстане. Это журналист, который старался быть над схваткой между президентом и оппозицией. К сожалению, и оппозиция использует этот факт в своих целях. Второе отрицательное событие - это событие в Туркменистане, так называемое покушение, и особенно все, что связано с этим покушением на Туркменбаши. Мне так все-таки кажется, что это покушение было инсценировано спецслужбами Туркменистана, и целью его является уничтожение остатков оппозиции, которая еще находится внутри Туркменистана.

Тенгиз Гудава: Если меня спросят, чем прошедший год был отмечен в прошлом году для Центральной Азии, я скажу - значительным повышением интереса к региону со стороны Запада. Понятно интерес этот имеет экономическую приправу.

Говорит Сергей Замащиков - экономический обозреватель, работающий в транснациональной финансовой компании Axa Advisors, Лос-Анжелес:

Сергей Замащиков: Прежде всего, надо сказать, что успешно развивались торгово-экономические отношения с Казахстаном, где объемы американских инвестиций достигли 6 миллиардов долларов, прежде всего, в энергетический сектор, росли объемы торгового оборота с Узбекистаном и Кыргызстаном. Туркменистан закупил несколько "Боингов", что дало значительное увеличение экспорта в эту страну. Сложная политическая ситуация в Таджикистане препятствует развитию каких-либо значительных коммерческих проектов. Еще бы хотелось отметить предоставление статуса рыночной экономики экономике Казахстана. Это очень важный, мне кажется, шаг, и, по-видимому, к этому идут и другие страны региона.

Тенгиз Гудава: Скажите, Сергей, а что дает этот статус? Статус страны с рыночной экономикой, что он дает населению этой страны?

Сергей Замащиков: Это, прежде всего, касается торгово-экономических отношений с США, понижаются тарифы практически на все предметы экспорта в эту страну. Приоткрытие бизнеса, приоткрытие финансовых линий, значительно проще процесс проходит. Для бизнеса это облегчает значительно его работу в США и, соответственно, удешевляет и делает его более привлекательным для американского рынка.

Тенгиз Гудава: Сергей, а чем так отличился Казахстан, что он был признан страной с рыночной экономикой, в отличие, скажем, от Киргизии или Узбекистана?

Сергей Замащиков: Если речь идет о Киргизии, то Киргизия в данной ситуации, пожалуй, впереди всех остальных, потому что она первой среди вообще стран бывшего СССР стала членом ВТО. Что касается Казахстана - здесь можно отметить несколько факторов. Прежде всего, торговый оборот значительный между США и Казахстаном за счет внимания американских нефтяных компаний к этому региону, и непосредственной, что ли, причиной предоставления такого статуса было принятие нескольких законодательных актов, связанных, в частности, с защитой иностранных инвестиций, разделов о продукции и также некоторых антикоррупционных законодательных актов.

Тенгиз Гудава: Какие перспективы видит западная экономика в регионе Центральной Азии? Только ли нефть?

Сергей Замащиков: Нет. Вы знаете, если говорить о перспективах, то, прежде всего, нужно отметить то, что после 11 сентября присутствие иностранного воинского контингента и. прежде всего, вооруженных сил США, поставило регион в центр внимания, прежде всего, американской внешней политики. Нефть, естественно, и газ являются приоритетным направлением развития, прежде всего, потому, что поиск альтернатив ближневосточной нефти может повысить привлекательность Каспия и Средней Азии. Кроме того, развитие таких отраслей, как производство хлопка в Таджикистане и, конечно, прежде всего, в Узбекистане, как известно, Узбекистан - второй в мире экспортер хлопка, после США. Следует отметить сложности инвестиций в этот регион. Прежде всего, низкий уровень приватизации в некоторых странах и коррупция, и отсутствие в некоторых странах законодательства, которое надежно защищает права инвесторов и предпринимателей от чиновничьего произвола.

Хотелось бы обратить внимание на еще одну проблему экономического развития региона - это удаленность морских портов, что делает импорт и экспорт чрезвычайно дорогими. Ближайший региональный порт - Карачи. Отсюда настоятельная необходимость восстановления традиционных торговых связей Средней Азии и Афганистана с южными портами, и партнерами в Индии, Пакистане, Иране. Развитие этих связей не только принесет новые инвестиции, но и поможет смягчению еще существующих пограничных конфликтов. Вопрос экономического развития тесно соприкасается с вопросами безопасности. Оставшаяся еще с советских времен бедность в горных районах Средней Азии, таких, как Каракорум, Гиндукуш, Памир и других, стала благоприятной почвой для межнациональных конфликтов и действий экстремистских групп. На самом же деле, наиболее острая экономическая проблема, которая стоит перед регионом, не требует нового плана Маршалла или даже дорогостоящих изменений инфраструктуры. На сегодняшний день основной проблемой является создание рабочих мест, с тем, чтобы работающие могли элементарно прокормить свои семьи. Поэтому приоритетными направлениями должны стать сельское хозяйство и развитие малого бизнеса. Кстати, если посмотреть на программы, которые имеют Международный банк реконструкции и развития и Мировой банк в этом регионе - наибольшее влияние уделяется развитию малого и среднего бизнеса.

Тенгиз Гудава: Сергей, теперь вопрос, который может несколько выходит за рамки чисто экономических проблем экономической тематики. Вот иногда говорят, что сближение экономики Запада с Центрально-азиатским регионом, как бы, стабилизирует, узаконивает вот эти авторитарные по своей сути режимы, которые не считаются с соблюдением прав человека и демократическими нормами - как вы считаете?

Сергей Замащиков: Вы знаете, это вопрос не простой. Наверное, в данной ситуации нельзя рассматривать регион как единое целое. Проблемы с соблюдением прав человека существуют, пожалуй, во всех странах региона, но они различны. Естественно, ситуация в Кыргызстане гораздо боле благоприятная, чем, скажем, в Туркмении. Мое мнение, что работа в этих странах, непосредственное общение с подчас авторитарными режимами дает Западу рычаги воздействия на политическую ситуацию в этой стране.

Тенгиз Гудава: Мы говорили об итогах года в Центральной Азии. Разумеется, тема слишком велика для одного выпуска, поэтому продолжим ее.

XS
SM
MD
LG