Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Евроислам. Часть 4

  • Тенгиз Гудава

См. также Евроислам. Часть 1, 2 и 3


Тенгиз Гудава беседует с переводчицей Корана на русский язык Валерией Пороховой и бывшим православным священником, ныне - исламским философом и публицистом - Вячеславом Полосиным.

Тенгиз Гудава:

Россия сегодня - скорее, христианско-мусульманская страна, а не чисто православная, и в непонимании этого факта, я думаю, скрыта большая мировоззренческая смута современного российского общества. В частности, тут скрыта основа чеченской драмы, она же драма всей России, разве не так?

Что же такое ислам? В чем близок, а в чем антагонистичен христианству? И можно ли найти мост между этими двумя крупнейшими конфессиями России?

Я беседую с двумя крупнейшими знатоками ислама среди русских людей, среди тех, кто был рожден в православии. Это - переводчица Корана на русский язык Валерия Порохова и бывший православный священник, ныне исламский философ и публицист Вячеслав Полосин.

Что такое ваххабизм?

Валерия Порохова:

Это был Мохаммед Абдул Ваххаб, это был шейх, шейх конца XVIII века, и, в принципе, его миссия заключалась только в том, что он пришел убрать бида - это арабское слово - "нововведения", с отрицательным знаком. Например, введение некоторых элементов одежды, которые вскрыли красоты женского тела, неправильное отношение к еде, отвержение некоторых запретов на алкоголь, предположим... Я, откровенно говоря, даже не знаю, в чем было это бида - нововведение в это время, к какому нововведению прибегли арабы пустыни ( потому что Коран именно называет их: "Арабы пустыни, вы говорите, что вы верите, но у вас веры нет". Это очень интересное, кстати, заявление Аллаха на эту тему в Коране". Пришел, значит, Абдул Ваххаб, дабы эти нововведения убрать, и, в принципе, миссия в этом и заключалась - они сбились с прямого пути, и надо было вернуть их на прямой путь. Вот и все. Это было чисто для арабов пустыни, чисто на конец XVIII века, чисто на эту территорию Аравийского полуострова. И вообще, Тенгиз, я хочу вам сказать, что когда приходит проповедник очень мощного масштаба в какую-то общину, а его всегда - он просматривается в исторической перспективе очень сильно - то этот проповедник всегда имеет пространственную, временную, национальную миссию. Его миссия завершается этим пространством, этой нацией и этим временем. И это надо очень хорошо запомнить. Значит, на этой территории что-то где-то произошло плохое, и вот Аллах своей милостью, своим милосердием, любовью к человеку посылает какого-то своего увещевателя, учителя, наставника для того, чтобы людей вернуть на путь прямой. И в России это тоже великолепно просматривается. Вы помните - в смутные времена у нас появлялись Иоанн Кронштадский, Серафим Саровский, Сергий Радонежский, то есть, когда что-то было, совсем, дух пачкался на территории нашей родины - всегда посылались очень сильные наставники. И они просматриваются во всем мире, на всех континентах. Они просматриваются эти люди - это Конфуций, это был и Будда, и это был и Кришна, и так далее - их появление - это были исторические прецеденты, оно было исторически зафиксировано исторической практикой. Брать религиозную доктрину чужих земель, чужого языка, чужого народа, далекого времени и просто искусственно импортировать на новую территорию - это же не только бездумно, это дерзко, это ни в какие, как говорится, нормы не идет. Это не задумано Господом Всевышним - вырывание из одних условий и распространение на других условиях. Поэтому, безусловно, ваххабизм, здесь который сейчас насаждается - это неправильно.

Тенгиз Гудава:

Каково отношение ислама к изобразительному искусству как таковому, ведь, как вы говорите: "Не создай образа, чтобы ему не поклоняться"? Как раз великие художники и скульпторы создавали такие образы. Более того, они были настолько притягательны, что им хотелось поклоняться - как ислам к этому относится?

Вячеслав Полосин:

В исламской культуре мы имеем образы. Даже сейчас в Иране, если вы зайдете в книжный магазин, то вы найдете массу литературы, где и рисованные образы. (Не только фотографии - фотографии - это как бы в исламе везде, даже ваххабиты не возражают против этого, а найдете рисованные образы и книги с иллюстрациями, причем очень такого высокого качества, потому что в Персии - это древнейшая цивилизация с огромным наследием, великими достижениями". Это есть и сейчас там - даже и сейчас, в нынешнем Иране. На самом деле, мне кажется, что, правда, высказываю свое лично субъективное мнение - на мой взгляд, просто среди людей, не очень образованных в мусульманской среде, особенно на Аравийском полуострове, возникло предубеждение, что вот раз образы нельзя, значит нельзя вообще, как бы лучше там все... Их нельзя использовать для молитвы - вот о чем идет речь, то есть, собственно в религиозных целях, во время молитвы никаких образов быть не должно, а если человек помимо молитвы, не в религиозных целях, а, например, в бытовых создает образ, и он ему не поклоняется - не служит, никаких религиозных действий перед ним не совершает, то здесь никакого противоречия Корану нет. Поэтому, в принципе, можно найти такую богословскую интерпретацию, которая учтет европейский опыт, европейскую историю культуры и свяжет ее, тем не менее, с Единобожием, без вот этих вот средневековых ограничений, на мой взгляд, не вполне правильно понятых.

Валерия Порохова:

Что нам нужно? Это просвещение. Нам нужно заставить нашего человека - наш человек очень умен, очень образован. Россия отличается от других стран своей очень высокой образованностью. Когда мне было 19 лет, я работала с самым крупным онкологом США Клай Эмери, это Лос-Анджелес, Голливуд, ему было много лет, мне было всего лишь 19 лет, и когда мы с ним разговаривали, он говорил: "Боже мой! Вы же ходячая энциклопедия". А мы все были такие, Тенгиз! Мы все были такие! Мы были так начитаны, мы же не читали книги - мы читали библиотеки. Вы понимаете, была такая вещь, что приходишь в библиотеку, и ты не знаешь, что брать, потому что ты все прочла. Мы все были такие, мы были очень образованные, и сейчас мы очень образованные, и нам, например, получить доступ к Писанию, исследовать Писание - это то, что нам нужно. Нам не нужен Абдул Ваххаб, нам не нужен ни тот, ни другой, ни третий. Нам нужно исследовать библейское Писание, нам нужно исследовать кораническое Писание, нам нужно сделать свое личное, собственное предпочтение. Если мы станем убежденным христианином и будем соблюдать завет Библии, то по исламу мы должны сказать - Аль... - он соблюдает заветы Библии - заветы и запреты. Вот и все!

Тенгиз Гудава:

Общество "Прямой путь" - оно как раз создано с такими целями?

Валерия Порохова:

Безусловно. Безусловно, наша цель - просвещение. Наша цель сказать: вот, посмотрите, вот кораническое Писание выглядит вот таким образом.

Тенгиз Гудава:

Ликбез, может?

Валерия Порохова:

Может, ликбез, но мы это делаем на более высоком уровне, чем считалось ликбезом, предположим, 30-х, 40-х, 20-х годов. Мы это делаем на более высоком уровне, и в гораздо более изысканной форме. Мы выбираем формы общения более интеллигентные, человеколюбивые, кстати. Мы взываем к душе, мы взываем к разуму, вот к этой комбинации научного и духовного знания. Вот нам бы хотелось довести до людей истину в том виде, в котором она низведена Господом Всевышним. И, кстати, мы пользуемся в нашей проповеди и библейским Писанием, где Иисус никак не называет себя Богом. Мы говорим, что вот, мы должны исповедовать прямую речь Иисуса, а не то, как ее комментировали евангелисты. Ведь евангелисты - у них была и разная степень образованности, и разная степень просвещенности, и разная степень даже физиологического восприятия. Потому что люди рождаются все разными - один более тонок, изыскан, другой боле груб. И вот, поэтому, евангелисты - предположим, если мы сравниваем Евангелие от Марка, предположим - ремесленника, как называют его сами христиане, и изысканное Евангелие от Иоанна - это два разных Евангелия. Евангелие от Иоанна - оно просто говорит, что придет Мухаммед и вам все скажет. Особенно вот эта прощальная вечеря, последний ужин Иисуса, когда он своим апостолам говорит, что ваше знание несовершенно, то есть вы еще не можете вместить... Вот, пришло совершенное, кораническое - я, например, в этом убеждена. Ну, и предсказано Иоанном, вот этим, вы знаете, мыслителем евангелистским - из четырех Евангелий я считаю, вообще шедевр - и по красоте своей, и потому, что он говорит. Он ждет, он предсказывает приход следующего пророка устами Иисуса - это просто замечательно.

Тенгиз Гудава:

Исламские философы, публицисты и проповедники Валерия Порохова и Вячеслав Полосин возглавляют общественно-просветительскую организацию "Прямой путь". Основной социальной доктриной этой организации служит Манифест российского Единобожия, изложенный Вячеславом Полосиным в своей книге "Прямой путь к Богу". Вот, выдержки из этого Манифеста:

"То, что в фольклоре тянулось к Единобожию, то, что служило целям национальной самоидентификации, рождению образа национального Спасителя, было подавлено, а самые невежественные суеверия выжили под иудейскими и греческими именами, остались непобежденными в мифах народного сознания и господствуют до сих пор". и далее: "Реальное историческое Христианство воспитывает не сильного человека-борца, а смиренного хлюпика, который вместо активной социальной позиции и физической нейтрализации зла может лишь подражать "смиренному до смерти" Машияху в его крестном самопожертвовании, подставлять под удар зла другую щеку в надежде исключительно на будущее избавление от зла за гробом. Именно иудеохристианская "богочеловеческая" раздвоенность, привитая к цельной русской природе, обусловила и пресловутую "раздвоенность" русской души" (конец цитирования).

Вячеслав Сергеевич - вот ваше общество - оно просветительское, да? Что это значит? Вы издаете на русском языке какую-то определенную литературу? Каким образом люди должны или могут приобщаться к исламу - религии для многих совершенно непонятной, переходящей в основном на арабском языке из века в век - как в России, вы мыслите, если это возможно, желательно - распространение идей ислама и такой религиозный ликбез?

Вячеслав Полосин:

Ну, для этого действительно нужна литература на хорошем литературном русском языке. Ее сегодня не хватает. Книга "Прямой путь к Богу" - это просто моя личная книга, написана от первого лица - я повествую о своем пути, но это оказалось довольно интересным для многих, уже два переиздания было этой книжки, она продолжает распространяться, полностью переведена уже на арабский, и первая ее часть уже есть на английском, выставлена в Интернете на веб-сайте islam.ru, интерес к ней есть, но это как бы вот это я написал еще до того, как создали общину. А община у нас только в январе этого года получила все реквизиты юридического лица, и сейчас мы все потихоньку начинаем действовать - у нас было общее собрание, уже актив - человек 10 людей очень интеллигентных и деятельных профессиональных, вот уже собрались, это уже довольно такие хороший результат. Вместе с Валерией Пороховой мы выступали в конце прошлого года в Фонде культуры у Михалкова - была презентация вот нового издания Корана в России в переводе Валерии Пороховой - она и я выступали с докладом. К нам вообще вошло все руководство издательства "Аванта-плюс" - это довольно известная в Москве энциклопедия, такие вообще престижные издания издает, Мария Аксенова - хозяйка вот этого предприятия - она прияла ислам, кстати, в Швейцарии, тоже такого суфийского направления. Дальше у нас акцент - это просветительская деятельность, это самое главное. Это вот литература, мы именно думаем о таком учебнике. Я тоже приготовил книгу, как дополнительное учебное пособие - называется: "Преодоление язычества", - подзаголовок - "Философия монотеизма".

Вера в единственного Творца Вселенной, который неподражаем и который, кстати, потому и не может иметь никакого образа рукотворного, потому что он единственен - вот, все остальное оно не единственное, образ -это всегда некая аналогия, с кем-то, с чем-то, и вот, путем сравнения мы как-то познаем, а вот когда речь идет о единственном существе, не имеющем никаких аналогов -поэтому мы не можем выразить его никакими рукотворными средствами. И вера - это уже некое чувство, созерцательное состояние, в котором мы уже постигаем то, что сам Творец нам дает. Поэтому вот люди с одной стороны - верующие, а с другой -разумные, и приходили к Единобожию. В тех или иных формах и, может быть, зная ислам или не зная ислам. Вот, например, Лев Толстой - гениальный русский писатель - он и Мухаммеда пророком признал, и Коран пророческой книгой признал, но читать он его не мог, потому что вообще перевода не было - был Саблукова перевод, а Саблуков - это антиисламский миссионер, который в комиссию по христианизации татар входил - православный поп, поэтому, естественно, какой там мог быть перевод - совершенно очевидно. А арабского Толстой не знал и поэтому не имел доступа к Корану, а вот, если почитать то, что он писал, то это чистое Единобожие. Он отказался от Троицы, раскритиковал ее, от идеи Богородицы, и так далее. Что только один Бог - это четко у него написано. Но текст откровения он не знал. Знал - может быть, он бы в религии уже определился. Но это мы можем гадать, а там, в Судный день - уже увидим.

Тенгиз Гудава:

Вопрос Валерии Пороховой - даже не вопрос, а такая просьба - могли бы вы прочесть из Корана места, которые вам больше всего нравятся или наиболее показательны, в плане нашего сегодняшнего разговора, скажем так, любимые места?

Валерия Порохова:

Мне нравится вот этот очень айят, это Сура вторая, 177-й айят: "Не в том лежит благочестивость, чтоб на Восток иль Запад лик свой обратить, а благочестье в том, чтобы уверовать в Аллаха, и в Судный день, и в ангелов его, в Писание святое пророков; любя свое добро, все же делиться им, и всем, кто близок по крови, и с сиротой и с нищим и с путником, и с теми, кто взывает, и дать рабам на откуп; и по часам молитвы совершать, платить закят, - это милостыня, обязательная милостыня, два с половиной процента от прибыли, - скрепленный договор исполнить, и стойким быть, и терпеливым в несчастии, в страдании своем, во все минуты страха и смятения. Таков лик праведных, предавшихся Аллаху".

И замечательная молитва - я вам прочту молитву, потому что она такой красоты, на мой взгляд - вот она висит у меня здесь на стене: это на стене висит, и вот эта молитва - я ее в Дамаске разыскивала очень долго и потом заказала... Я люблю вот это: "И не возложит Бог на душу груз, что больше, чем она поднимет, окупит доброе он ей сполна, сполна накажет за дурное. Владыка наш, ты пощади нас, коли забудемся и упадем во грех, Владыка наш, не возложи те тяготы на нас, что возложил на тех, которые до нас грешили, Владыка наш, не положи нам плечи нам тот груз, поднять который нету мочи".

XS
SM
MD
LG