Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кавказские хроники


Накануне нового года многие жители Чечни высказывают оптимистические прогнозы: они надеются на прекращение боевых действий и продолжение российско-чеченских переговоров. Вице-премьер правительства Ичкерии Ахмед Закаев также верит в успех дипломатии и призывает российскую сторону не прерывать начавшийся политический диалог.

"Российско-чеченский конфликт носит чисто политический характер и у него другого решения, кроме как политического, нет. А политическое решение подразумевает компромисс. И с нашей стороны мы к таким компромиссным решениям готовы".

Новогодние праздники у кавказских народов самобытны и красочны, но сегодня они больше располагают к раздумьям.

"В новогоднюю ночь каждый грузин, у кого дома хранится оружие, обязательно выстрелит в праздничное небо. Даже в Тбилиси в эту ночь слышна оглушительная стрельба. Правительство в этот день обязуется дать населению обещанное электричество. Парадокс нашего жестокого времени в том, что (на фоне величественных песнопений) в Грузии непростительно много любимых интеллигентных людей, продавших в канун Нового года последнюю серебряную утварь вместе с памятью".

Начиная с 1995-го года, новогодние праздники для чеченцев ассоциируются с военной трагедией - в ту новогоднюю ночь практически началась первая чеченская кампания, и до сих пор война в Чечне продолжается. Вялые переговоры между Виктором Казанцевым и Ахмедом Закаевым пока никак не повлияли на общую ситуацию в регионе. Военно-полицейской операции нет конца. Политики по-прежнему уклоняются от прогнозов по поводу ее завершения, военные, напротив, настаивают на ее продолжении. Все больше фактов говорят о том, что инициатива в Чечне сегодня полностью перешла к генералитету. Только вот конкретные цели операции на Северном Кавказе российские военные сформулировать не в состоянии, в их словарном запасе по-прежнему старые фразы о международном терроризме. Однако все чаще террористические акты против мирного населения проводятся именно со стороны российских военных. Правозащитники именно так характеризуют кровавые спецоперации в чеченских городах и селениях. В подобной обстановке людям не до праздников. Наш корреспондент Хасин Радуев подготовил своеобразный предновогодний репортаж из Чечни.

Хасин Радуев:

Власти Чечни распорядились поставить в центре Грозного новогоднюю елку. Предполагается, что вокруг нее соберутся люди, дети будут водить хоровод, фотографироваться с Дедом Морозом и Снегурочкой, танцевать лезгинку, в общем, отмечать Новый год. Но люди говорят, что идти на елку в Грозный как-то не очень хочется, чеченскую столицу, хотя она и встречает второй год без уличных боев, мирным городом не назовешь. Глава администрации республики Ахмад Кадыров еще полтора года назад ввел в Чечне запрет на проведение каких-либо массовых мероприятий, он до сих пор не отменен, хотя, как говорят жители республики, участвовать в массовых акциях, даже если они санкционированы властями, дело весьма опасное: возможна любая провокация с непредсказуемыми последствиями. К тому же на памяти у людей другие новогодние ночи. 31-го декабря 94-го года начался знаменитый новогодний штурм Грозного. Был выходной день, люди готовились к празднику, несмотря на то, что российские войска стояли на подступах к чеченской столице. Мало кто предполагал, что они войдут в город за несколько часов до Нового года. Чем закончился штурм Грозного, хорошо известно - сотни погибших российских солдат и чеченских бойцов, тысячи убитых мирных жителей. Новогодняя елка, установленная по личному распоряжению Дудаева на площади шейха Мансура в ста метрах от президентского дворца, сгорела в огне бомбардировок. В ночь на 96-й год в Грозном уже не было боев, но и новогодней елки тоже не было. Все повторилось через три года. В ночь на первое января 2000-го года российские войска снова штурмовали чеченскую столицу. Правда, на этот раз они предпочли иную тактику - танки в Грозный не вошли, по городским кварталам били артиллерия и системы залпового огня. Чеченские отряды, в конце концов, вынуждены были отступить. Но прежде чем в центре Грозного зажглись огни новогодней елки, прошли еще два года. Встреча нового 2002-го года правительством Чечни объявлена делом государственной важности. Из Москвы в республику поступили 16 миллионов рублей, на эти деньги планируется закупить подарки для чеченских школьников. Кроме того, перед местными властями поставлена задача - организовать во всех школах и детских учреждениях новогодние утренники. Жители Чечни говорят, что особой тяги к тому, чтобы погулять у главной республиканской елки в Грозном они не испытывают, лишь бы не стреляли, и обошлось без пресловутых зачисток.

Олег Кусов:

Несмотря на свою безрезультатность, переговорный процесс между спецпредставителями Владимира Путина и Аслана Масхадова стал наиболее оптимистичным эпизодом для Чечни в 2001-м году. По крайней мере, Кремль впервые заявил о желании покончить с войной в Чечне реальным способом. Но, однако, дальше заявлений и единственной встречи в Москве с Ахмедом Закаевым дело не пошло. Зато четко обозначились противники мирных переговоров в России. Как правило, их доводы строятся на личном интересе. Своим мнением, по моей просьбе, поделился один из противников переговоров Кремля с Асланом Масхадовым, главный федеральный инспектор Южного округа Бислан Гантамиров.

Бислан Гантамиров:

Я действительно против переговорного процесса, и считаю, что война должна быть доведена до конца. Но - как и с кем? Я никогда не говорил, что я против того, чтобы война в Чечне завершилась миром, что я против того чтобы она завершилась переговорами. Эти переговоры, если они должны состояться, они должны состояться между самими чеченцами, в первую очередь.

Почему Масхадов, перепрыгивая через вторую половину чеченского народа, рвется на переговоры с представителем президента Российской Федерации, если он действительно патриот страны, патриот республики? Я помню 96-й год, когда, пойдя на переговоры с Масхадовым и Дудаевым, российская армия бросила чеченскую милицию, российская армия бросила население, которое верило России, верило в нашу конституцию. Я хорошо помню, как был разорван двумя БТРами один из моих заместителей по мэрии. И это было после мирных соглашений Лебедя в Хасавюрте. Я хочу сказать, что нас растолкали по тюрьмам именно в ходе переговоров. Когда Гантамиров и его товарищи начали выступать и заявлять о том, что если Россия пойдет на переговоры, то мы составим третью силу и мы заставим с собой говорить, нас по тюрьмам растолкали.

Я против тех переговоров, которые в последующем приведут к тому, что опять будут расстреливать местных милиционеров. Я против тех переговоров, которые в последствии приведут к тому, что там опять будут отрывать головы иностранцам и журналистам. Я против тех переговоров, которые впоследствии приведут к тому, что там возобновится работорговля. Я не против переговоров, я не против того, чтобы в Чечне установился мир. Этот мир мне лично, как Гантамирову, нужен, наверное, больше чем кому-либо. Потому что больше чем у меня друзей, родственников, братьев и родных не погибло ни у кого, в том числе и у Закаева.

Олег Кусов:

Судя по всему, невеселые мысли в преддверии 2002-го года не оставляют и представителя Аслана Масхадова на российско-чеченских переговорах Ахмеда Закаева. Он озадачен позицией Кремля, который, несмотря ни на что, продолжает выстраивать свои отношения с чеченским сопротивлением исключительно на силовом противостоянии. В ходе нашей беседы Ахмед Закаев попытался объяснить, почему Бислан Гантамиров выступает против мирных переговоров с Асланом Масхадовым. По мнению Закаева, здесь опять преследуются только личные интересы.

Ахмед Закаев:

Наши оппоненты на дух не переносят такие, казалось бы, безобидные слова и названия: переговоры, Хасавюрт и так далее, хотя, конечно, речь идет о переговорах, о чем бы там и как бы там ни говорилось. Телефонные контакты продолжаются, мой помощник поддерживает связь с первым заместителем Казанцева. Я думаю, в ближайшее время они должны обговорить. Мы с Казанцевым, наверное, еще раз будем разговаривать о развитии такого нашего диалога или той нашей встречи. Российско-чеченский конфликт носит не силовой, не военный характер, у него нет военного решения, поэтому, я думаю, что говорить сегодня о побежденных и победителях не совсем правомерно. Российско-чеченский конфликт носит чисто политический характер, у него другого решения, кроме как политического, нет. Политическое решение подразумевает компромисс. С нашей стороны мы к таким компромиссным решениям готовы. Но наши оппоненты, на мой взгляд, пока еще не готовы к конструктивному диалогу. К большому сожалению, я это должен констатировать, потому что последние заявления высокопоставленных чиновников и даже высшее политическое руководство России, в частности, заявление Путина, которое он сделал в последние дни о том, что Россия готова предоставить широкую автономию Чечне, это нас настораживает в искренности намерений Кремля разрешить русско-чеченский конфликт. Мне кажется, что все-таки российское руководство не самостоятельно пока еще в решении этого вопроса. Мне кажется, они стали заложниками той антинациональной пропаганды, которую они вели с первых дней русско-чеченской войны. Такой резкий оборот практически невозможен, нужна этапность перехода к нормальному политическому диалогу. Помнится недавнее выступление Путина, где он сказал о том, что статус Чечни для России не столь важен, важно, чтобы Чечня не являлась плацдармом для агрессии против России. Я напомню об этом заявлении Масхадова, который заявил о том, что независимость не самоцель, а гарантия безопасности чеченского народа. Если в этом ключе рассматривать эту проблему, исходя из этих двух политических составляющих, можно найти и компромисс, и можно договориться.

Масхадов с первых дней начала этой второй военной авантюры, приуроченной к президентским выборам, изначально сделал заявление о том, что необходимо все эти вопросы решать за столом переговоров. Моя встреча с Казанцевым, его продолжающиеся контакты только лишь подтверждают готовность Масхадова, приверженность нашей стороны к мирному урегулированию. Но мы не намерены, если есть желание прекратить военные действия, то с нашей стороны были сделаны конкретные предложения.

Олег Кусов:

Ахмед, а у вас есть ощущение (после встречи с Виктором Казанцевым), что с Асланом Масхадовым готов встретиться представитель Кремля?

Ахмед Закаев:

Если мы говорим, серьезно говорим о перемирии, то есть о прекращении военных действий, я альтернативы этому не вижу. И только он может сегодня с нашей стороны подписать какое-то мирное соглашение. Мне кажется, что на сегодняшний день все-таки они еще не готовы к серьезному диалогу. Там слишком много заинтересованных сторон. То есть есть партия войны, есть те, кто сегодня категорически выступают против мира, именно те, кто сегодня на этой войне сделали головокружительную карьеру, именно на этой войне зарабатывают не только финансовый, но и политический капитал. Все-таки то, что там происходит в последние два с половиной года, как бы кто ни говорил, рано или поздно этому будет дана правильная правовая и политическая оценка. И кто-то, конечно, за все это должен будет отвечать.

Олег Кусов:

Ахмед, я бы хотел остановиться на вопросе о тех людях, которые, как вы сказали, являются противниками мирных переговоров. Мне довелось быть на пресс-конференции в Москве Бислана Гантамирова, явно это один из тех людей, которые против переговоров.

Ахмед Закаев:

Гантамирова посадили, насколько мне известно, в тюрьму не по окончании первой войны, а в процессе первой войны, когда он занимал большой пост, за казнокрадство. Если это увязывать с политикой, конечно, Гантамиров, как он может себя вести? Человека прямо из тюрьмы возвели в ранг самого главного чеченского милиционера, и сегодня он является инспектором в большом федеральном округе. У этого человека в мирное время нет никакой перспективы ни в Чечне, я думаю, ни в России.

Олег Кусов:

Он считает, что Аслан Масхадов не имеет права говорить от имени всех чеченцев.

Ахмед Закаев:

Те, которые сидели в тюрьме, конечно, не могли голосовать за Масхадова, когда проходили выборы в 97-м году. А все население практически, и это не голословные высказывания, там было очень много международных наблюдателей и журналистов, я такого энтузиазма на выборах за свою жизнь вообще не видел. Кто бы что ни говорил, сегодня Масхадов является президентом, законно избранным президентом чеченского народа.

Олег Кусов:

Мне кажется, последние действия правительства Ильясова как раз направлены на то, чтобы показать им, что у них новое легитимное правительство.

Ахмед Закаев:

С первых дней соприкосновения чеченцев с Российским государством эти попытки делаются, но они всегда обречены на провал. Никогда чеченцы не признают не избранного ими лидера. Для Ильясова и для всех тех, кто там сегодня делает большие деньги, для кого Чечня является кормушкой, конечно, они должны что-то предпринимать и создавать какую-то видимость того, что там и население их поддерживает, что создаются какие-то рабочие места, но это все блеф.

Олег Кусов:

Жителям Чечни федеральный центр уже второй год пытается навязать свое правительство, однако промосковские власти Чечни пока только декларируют свою заботу о простых чеченцах. Их усилий явно не хватает для того, чтобы завоевать признание у большинства чеченского общества - беженцев. Но некоторыми достижениями новые власти Чечни похвастаться могут, хотя сегодня их могло и должно быть гораздо больше. Корреспондент Радио Свобода Юрий Багров посетил на днях лагерь чеченских беженцев на окраине ингушского города Карабулах.

Юрий Багров:

Третью зиму десятки тысяч чеченцев укрываются от военных невзгод и страданий в Ингушетии. Чеченец-беженец привык к полуголодному существованию, забыл, что такое свой уютный дом, многим из них неведомо, что творится в Ингушетии, поскольку выезд за ее пределы чеченцам фактически запрещен, да и денег нет почти ни у кого. В лагерях они смогли уберечься от войны, но здесь на них нападают болезни и нищета. За три года чеченцы изменились сильно, они не стали, естественно, доверчивее и добрее, но чеченцы не устали сопротивляться. В том числе и попыткам федерального центра доказать им, что для них начинается новая жизнь, что у них уже есть новые правители. Эта новая жизнь, как они замечают, не может устроить нормального человека, в то же время и другой у них сегодня нет. 50-летний чеченец Асламбек Магомадов третий год живет в палатке на окраине ингушского города Карабулах. Я пил у него в гостях холодный чай, потому что в лагере в очередной раз отключили газ. Здесь сутками не бывает электричества. Неудивительно, что наша беседа начинается с темы тяжелых жизненных условий беженцев.

Асламбек Магомадов: Я давно здесь живу - в палаточным городке, уже два года пять месяцев прошло. Я действительно с обидой говорю. Иногда у нас газ выключают, свет тоже частенько выключают. Мы как беженцы, нам очень трудно выживать, если, например, и так душа болит, что все это несправедливости, которые на нас проявляются. Здесь, когда выключат свет, дома темно, выходишь на улицу, чтобы по сторонам посмотреть. Смотришь на Карабулах в сторону - свет там горит, смотришь в эту сторону - свет горит. Думаешь, почему же именно экономия должна проявляться в тех точках, где действительно беженцы?

Юрий Багров:

Чуть позже к нашей беседе подключается младший брат Асламбека - Ислам. До этого он спал на армейской железной кровати, покрытой чем-то даже издалека не напоминающим матрац. Привлекла его, понятно, тема нашей беседы, а не холодный чай, в зимнюю стужу от этого напитка удовольствие небольшое. Тем временем Асламбек Магомадов перешел к политике. Судя по его словам, российские власти пытаются внушить чеченцам, что о другом правительстве, кроме как о нынешнем, они могут и не мечтать.

Асламбек Магомадов: Конечно, народу, который здесь третью зиму зимует, им все это надоело, народ хочет вернуться. Потому что все равно, как бы ни говорили, разбитые дома, но народ тянется домой. В данное время, благодаря, наверное, нашему правительству, в частности, Ильясову, какие-то вопросы положительно решаются. В данное время Ильясов по восстановлению Чеченской республики ощутимые какие-то шаги делает. Потому что строение началось, готовятся какие-то бумаги по нанесенному ущербу, по компенсации. Там есть какие-то объявления, какие бумаги готовить. Думаю, что народу будет полезен, если Ильясов встанет и действительно окажет помощь. Вот здесь, когда депутатов выбирали, я знаю, что 2300 голосов собирал Аслахану Асламбекову, надеясь, что такие люди, которые для своего народа будут полезны. После выборов в депутаты я его ни разу не видел. После его выборов здесь в палаточном его и его представителей как такого не было, чтобы мнение народа узнать.

Юрий Багров:

Однако даже в семье Магомадовых сегодня нет единства взглядов. Ислам считает, что Москва, пытаясь узаконить правительство Ильясова, фактически отбирает у чеченцев право выбора. Например, в России сегодня этот выбор существует у всех народов, кроме чеченцев.

Ислам Магомадов:

Кадыров - это их человек, Ильясов - это их, московский человек. Переговоры надо действительно вести с Масхадовым, только с Масхадовым. Надо сделать то правительство, которое народ заслуживает, надо дать народу самому определиться, кого он хочет. На данном этапе надо сделать так, чтобы провести переговоры с Масхадовым, потом назначить выборы, и пусть народ выбирает. Народ захочет, выберет сегодня Масхадова, не захочет, значит, другого человека. А у нас в республике есть достойные люди, которые могут для народа, для людей что-то сделать полезное, чтобы народ вернулся отсюда. Люди, которые сегодня взяли в руки оружие, это не по своей воле. Если у меня брата убили, у кого-то сестру, у кого-то жену, у кого-то отца убили, он поневоле берет ружье.

Юрий Багров:

В лагере беженцев я не встретил тех, кто не ждет реальных мирных переговоров. Сегодня чеченские беженцы наиболее миролюбивая группа людей на Кавказе, вот только не знают они, что можно сделать для того, чтобы приблизить эти переговоры - их мнением сегодня никто не интересуется.

Олег Кусов:

Кажется, что трагическое время для чеченцев застыло, но все же наступающий Новый год остается самым любимым праздником для народов Северного Кавказа.

У кавказских народов много общего. В немалой степени это проявляется в этнических традициях. До прихода на Северный Кавказ мусульманства и христианства горские народы объединяло язычество. Поэтому до сих пор этнические праздники ингушей, осетин, балкарцев, карачаевцев и других горских народов схожи. И все-таки новогодние праздники народов Кавказа имеют свои особенности. Например, новогодние торжества у ингушей красочны и церемониальны, почти каждое действие их участников наполнено определенным смыслом. Даже праздники ингушей несут в себе, как правило, воспитательный для молодежи характер. Рассказывает сотрудник представительства Ингушетии в Москве Адам Мальсагов.

Адам Мальсагов:

Ингуши - такой земледельческий, скажем, народ, и народный календарь ингушей связан с астрономическими циклами. Обычно в Ингушетии до середины 19-го века, до утверждения ислама празднование Нового года приходилось на конец декабря, не совсем так, как в современное время принято, на 31-го декабря его не относили.

По традиции считалось, что у солнца, языческого божества ингушей, два дома - зимний и летний дом. И вот когда 22-го декабря начинал прибавляться день, в это время считалось, что солнце начало переход в летний дом. К этому времени приурочивали празднование Нового года в Ингушетии. Обычно в старой Ингушетии, в языческой Ингушетии, я бы сказал так, Новый год отмечался обильным застольем. Разумеется, все зависело от достатка семьи, и богатые семьи в этом застолье имели действительно много разных блюд, а в бедных семьях поскромнее отмечали, но были какие-то общие черты. Обычно к этому дню готовилось в каждой семье пиво, алкогольный напиток, и готовились специальные пироги треугольной формы, начинены они были творогом и сыром. Практически во все праздники ингуши готовили специальные блюда. В этот день принято было избавляться от старого, от старых вещей, одеваться желательно было в новое. И в этот день дети, девушки ходили по домам своих соседей и пели специальные новогодние песни. В этих песнях желалось семье, в которую они пришли, благополучия, добра в новом году, удачи членам семьи, прибавление в семье обязательно желалось. В то же время были своеобразные общественные мероприятия. Надо понимать, что в горах на Кавказе в декабре достаточно холодно, и поэтому в общественных мероприятиях по случаю Нового года принимали участие в основном мужчины. Выражалось это в том, что односельчане, вместе заготовленными заранее в семьях продуктами, пивом, направлялись в святилища.

Святилища языческие в Ингушетии находились обычно в окрестностях населенных пунктов, обычно они были либо сельские, либо целой общины, нескольких сел, которые объединялись на одной какой-то территории. И в этих святилищах происходили совместные моления. Обычно из святилища выносился жрецом, который был облачен тоже в белое во все, специальный священный флаг. Он был белого цвета, и его украшали специально, на древке вешали колокольчики и так далее. Этот флаг имел какое-то специальное ритуальное назначение, выносился он только на какие-то праздники, в каких-то экстраординарных случаях для общества. И к нему не имел права прикасаться никто, кроме жреца. Он его носил во время совместных молений, после молений заносил в святилище, где он хранился.

Святилища языческие небольшие по размерам, поэтому эти совместные моления, которые там происходили, они обычно устраивались во дворе. Святилище было чаще всего огорожено. Во время этих совместных молений языческий жрец, облаченный во все белое, произносил речитативом молитву специальную, в которой просил языческих богов, верховного бога сохранить людей от болезней, несчастий в будущем году, богатого приплода у скота, урожая на полях, просил рождения детей в семьях. А собравшиеся не только пассивно присутствовали, вслед за жрецом они повторяли в определенных местах идиомы, я не знаю, как сказать правильно, очень похоже на русское "Отче наш", говорили "Отче Дяла", "Отче Дяла", повторяли в определенных местах за языческим жрецом.

После совместного моления, которое обычно заканчивалось просьбой о благополучии всей страны Ингушетии, флаг языческий приносился опять в святилище, и молившиеся, возможно это пережиток христианства, ранее существовавший некоторое время в горной Ингушетии, оставляли зажженные свечи в святилище в нише или же в ограде.

Был еще один очень интересный обычай, который описывает очень подробно и интересно известный в Ингушетии краевед Фома Горепекин, долгое время живший в Ингушетии в конце 19-го века, который очень хорошо знал ингушские древности, обычаи, традиции. Он описывал обряды, которые совершались в конкретном селении. Святилище, в том числе во время новогодних праздников, в святилище хранились специальные посохи. Каждая семья имела посохи, на котором каждый год делалась засечка. Посохи эти в праздник выносились, и главы семей бросали эти посохи в определенном направлении. Каждый следующий бросающий должен был попасть своим посохом в тот, который был перед этим брошен. Если в процессе этого состязания или гадания, трудно назвать, какой-то посох разбивался, то считалось, что это дурная примета в будущем году для семьи, у главы которой разбился этот посох. Через какое-то время глава семьи делал новый посох, и начинались новые нарубки. Обычно эти совместные моления, обряды у святилищ заканчивались совместной же трапезой из продуктов, которые приносили из дому, пиво, мясо и какие-то фрукты. Это было веселое мероприятие, потому что это Новый год, люди желают, чтобы в новом году он был бы хорошим, поэтому все это проходило весело, с тостами, с кубками, которые обходили по кругу всех и с пожеланием благополучия, разумеется, с танцами, песнями, известное кавказское многоголосие, когда поют мужчины. Я вам скажу, что и женщины, и дети, и девушки не были в стороне от этих мероприятий. Девушки тоже устраивали гадания в Новый год, очевидно, желали узнать о своем замужестве, благополучно ли будет, будет ли вообще замужество в этом году. Таким образом отмечался Новый год в старой языческой Ингушетии в конце 19-го века, остатки такие мы еще встретили. Потом утверждение ислама как-то изменило празднование традиционное. Что касается жертвоприношений, очевидно, они тоже были, приносили в жертву обычно овец, баранов, крупный рогатый скот, кто как был богат, кто как был в состоянии это сделать. И в языческих святилищах оставались обычно рога жертвенных животных, а мясо потреблялось для совместной трапезы, либо раздавалось бедным, вдовам, сиротам и так далее. В современной Ингушетии вряд ли вы найдете такие специфические отличия. Вообще, надо сказать, что исследователи отмечают, что обряд празднования Нового года в старое время на Кавказе было ближе у ингушей, чеченцев, осетин, очень близки по обрядам. Деревья не наряжали, я думаю, что традиция, которая сейчас прочно вошла, как во всем мире, традиция у ингушей. Современный Новый год это тоже, безусловно, застолье, семейный праздник, пожелания, поздравления и так далее.

Олег Кусов:

Во второй половине 19-го века в Осетию стало приходить современное христианство. До этого осетины представляли собой сугубо языческий народ, несмотря на то, что их предки в начале первого тысячелетия уже знали раннее христианство, еще не расколотое на православие и католичество. В западных и южных районах Осетии христианство появилось вместе с грузинскими миссионерами, в восточных с русскими. Православие принесло с собой новые жизненные формулы. Но еще долгие годы осетины следовали в праздниках прежним своеобразным и простым языческим традициям.

Новый год в горах Осетии в недавнем прошлом - это хлебосольный праздник, продолжающийся неделю. Сегодня этот этнический праздник еще сохранился у горцев-осетин, но по срокам сократился до одного-двух дней. О новогодних торжествах в Осетии нашему корреспонденту во Владикавказе Юрию Багрову рассказал директор и художественный руководитель республиканского Дома искусств Лев Хасиев.

Лев Хасиев:

Юноши и девушки готовили свои костюмы, юноши готовили своих лошадей, чистили оружие. И когда наступал день, восход солнца, его встречали с песней. Спать в первую новогоднюю ночь было очень дурной приметой, потому что считалось, что тот, кто уснет в эту ночь, то нечистая сила похитит его душу. Только малые дети могли бегать, пока сил хватало, потом сваливались и спали, все остальные бодрствовали и праздновали. И всю ночь до утра, особенно если с погодой повезло, если снег, но нет метели, нет бурана в горах, спокойная зимняя ночь, луна, звезды, все близко, горели огромные костры. Младшие перепрыгивали через костер, нужно было прыгнуть так, чтобы огонь не лизнул или задел, если лизнул, значит, уже выбываешь из игры. Юноши непременно соревновались в скачках, в джигитовке, во владении оружием; военные доблести: стрельба из лука, владение кинжалом, умение зарезать и стушевать жертвенное животное, которое показывали старшие. Нужно было показать, как ты можешь срубить дерево на склоне почти на 90 градусов, как ты разожжешь костер, оседлаешь коня. Очень много разных вещей было. Женщины постарше пекли пироги и для малышей готовили из теста куклы. Это могла быть и кукла-невеста, мог быть козленок, барашек ритуальный. Раздавали их щедро детям. Всю эту неделю празднования шли в первую очередь у своего дома. Во вторую ночь уже шли друг к другу в гости. Посещая друг друга, это празднество разгоралось, увеличивалось все больше и больше. Старшие сидели за столом, младшие, повеселившись со всеми, уходили, пожилые мужчины и в расцвете лет мужчины сидели за столом, наблюдали и любовались, как танцевала молодежь, как пели. Если в этот день кто-то сочинил песню, это было очень почетно, он ее спел, да еще песня очень красивая. Потом одно ущелье ехало к другому в гости, потом их звали к себе, потом - к третьему, совместно. Так вся эта неделя проходила в торжествах. Заканчивалась она всеобщим празднованием, все вместе собирались в определенном месте. Это уже была из года в год расчищенная площадка где-то в горах, где все собирались. Уже это было прощание с Новым годом. И главный танец в этот день был ритуальный танец. Он танцуется так, что выходит юноша и девушка или трое юношей и трое девушек, и друг против друга сближаются и расходятся, потом, сближаясь, меняются местами, отходят, но не показывают друг другу спину, потом опять сходятся и если шли, допустим, с востока на запад, юноши на западе, а девушки на востоке, сближались, поворачивались, юноши уже спиной отходят к востоку, а девушки к западу. Потом опять сближаются, опять поворачиваются и идут на юг. И таким образом рисуется крест, ритуальный крест, это было обязательно. Заканчивалось празднество любимыми героическими песнями, это уже мужской хор слаженный, который прославлял. И в последнюю неделю перед утром, исполнив этот танец, исполнив эти героические песни, расходились. Были еще ряженные, которые ходили. В шкуру медведя облачались, но это в основном молодые люди, девушки меньше. Если нужна была и музыка, то девушка шла, сопровождала их. Обрядовые ритуальные танцы и забавы они исполняли иногда на библейские темы, иногда из своей жизни, иногда высмеивая каких-то людей, у которых есть небольшие недостатки, конечно, не оскорбляя. Старики, которые очень хорошо владели скрипкой, род скрипки у нас есть древнейший, до рождения европейской скрипки, они малышей собирали и, играя на этой скрипке, поведывали об эпосе, о героях, напевая, рассказывали, какие подвиги они совершали.

Нельзя было пить, пока мужчина не женится, пока не родится сын, пока сыну не исполнится год, он не имел права пить. А жениться он мог, только побывав в нескольких походах. Поэтому он мог только пригубить вино, это уже была честь. Девушки могли пить, но она совершенно не прикасалась, брала в руки и шла к одному из самых уважаемых, на ее взгляд, человеку и передавала этот бокал и стояла скромно, с почтением, пока тот не выпьет, тогда она удалялась спиной, не поворачиваясь. В основном было очень много пива, и пива хорошего, потому что его заранее готовили. Если особое пиво было, которое так понравилось старшим, то звали хозяйку, которая приготовила это пиво, чтобы непременно ее всенародно отметить, поблагодарить, она гордилась, потом вспоминала, говорила, что три года назад в мою честь мужчины пили. Прислуживали им, конечно, не женщины. Женщины готовили, юноши ходили и приносили на стол. Это был предмет их особой гордости, и каждый из них запоминал, сколько раз он прислуживал старшим. Помоложе - стояли в отдалении и ждали, когда кому попадет поручение, которое быстро, лихо и четко сделает. Он тоже считал, сколько раз ему поручили, это был предмет его гордости. Выбирали того, кто понимал старшего без слов, потому что не мог говорить тому: налей полную, а тому не полную, вот того обойди, того нет. Без слов, смотря ему в глаза, он понимал, кого ему обойти, к кому когда подойти, что и как. Пили, в основном, из рога. Предки наши по всей Европе знали давно стекло, но предпочитали рог, потому что рог не прозрачен, его нельзя поставить. Нальют рог, и он должен его вернуть, ритуально вернуть - острым к себе. А в роге неизвестно, сколько юноша налил, только знает старший, которого он понял, сколько ему налить. И неизвестно, сколько он выпил, полный рог или не полный, потому что вам можно выпить, вы крепкий человек, а я нет. Старший, который вел стол, он отвечал за все, за всех и за все.

Олег Кусов:

Новогодние праздники получили особое развитие в христианских странах Кавказа. Это понятно, потому что ислам проповедует другой годовой календарь. В Грузии, в стране с богатыми христианскими традициями, новогодние праздники отличаются весельем и раскованностью. В целом они похожи на европейские, но имеют много своих колоритных деталей. Например, грузинский Дед Мороз изображался как старичок в черкеске, и, конечно, в христианской Грузии новогоднее застолье сопровождается потреблением душистого вина, что в мусульманских краях осуждается.

Эта песня в канун Нового года звучит почти в каждом грузинском доме, ее поют крестьяне и люди за столом в домах Тбилиси. Она сочетает грусть народа, за плечами которого нелегкая история, но и надежда на будущее процветание. Особый смысл эта ритуальная песня приобрела в наши дни, не самые счастливые для грузин. Но они верят в будущее, оно не может быть мрачным у мудрого народа, которому Всевышним подарена райская теплая земля у подножья Кавказского хребта. Вот каким представляет Новый год в Грузии Русико Никурадзе.

Русико Никурадзе:

Новый год в каждой грузинской семье приходит с восторженным грузинским хоровым многоголосьем. Традиционное новогоднее песнопение звучит в Грузии с телеэкранов 31-го декабря, в полночь. Исполнение ритуального кахетинского "Мравалжамели" означает пожелание долгих лет жизни и счастья. В грузинских деревнях (и даже столице!) до наших дней сохранилась сакральная традиция прихода первого гостя первого января. Его грузины называют "мекуле". Особую значимость приобретает личность такого гостя. Неслучайно, что стать им очень часто просят самого доброго, положительного человека, желательно многодетного, живущего в достатке соседа или родственника. А вот случайно оказавшийся у вашего крыльца нищий сулит большим богатством. Каким окажется "мекуле", так и проведешь последующий год. В юмористической форме эта многовековая традиция красочно отображена в известном грузинском фильме "Кучве беднери" - именно так называют "мекуле" в западной Грузии человека, приносящего в Новый год счастье. Этот фильм традиционно показывает грузинское телевидение в новогоднюю ночь. И вот в одну семью случайно приходит собака Броля, бедняжке здорово достается от разгневанных хозяев. На самом деле собака этому семейству в Новый год приносит долгожданное счастье. И впоследствии Броля в деревне становится самым желанным гостем.

В новогодние дни в Грузии почти никогда не выпадает пушистый снег, наоборот, очень часто бывают солнечные дни. Почти нет невыносимого мороза на улицах, холодно только в квартирах. В новогоднюю ночь каждый грузин, у кого дома хранится оружие, обязательно выстрелит в праздничное небо. Даже в Тбилиси в эту ночь слышна оглушительная стрельба. А правительство в этот день обязуется дать населению обещанное электричество. Парадокс нашего жестокого времени в том, что на фоне величественного песнопения, в Грузии непростительно много любимых интеллигентных людей, продавших в канун Нового года последнюю серебряную утварь, вместе с памятью. А главный парадокс нынешнего Нового года в том, что, несмотря на все материальные невзгоды, каждая грузинская семья все равно накроет богатый стол, обязательно с жареным поросенком. Каждая семья в этот день готовит желтый, сытный ореховый, богатый разными душистыми специями сациви, обязательно с жареной жирной индейкой. В новогоднюю ночь грузины на стол подают разные ореховые яства, сладости. Любопытно, что в последнее время в Грузии исчез традиционный красноносый Дед Мороз с русской красавицей Снегурочкой. В Тбилиси храбро зашагал заокеанский Санта-Клаус с бутылкой "Кока-колы", а традиционного кавказского Деда Мороза в настоящей грузинской чехе и бурке можно встретить на новогодней елке перед зданием тбилисского цирка и Дворца спорта, где с ними можно сфотографироваться на память.

Олег Кусов:

Кавказские народы в своих торжествах романтичны и милосердны. Это отражается на их повседневной жизни. Как правило, войны приходят сюда извне. Сами кавказцы объясняют это уникальными условиями своего края, которые не оставляют равнодушными более сильных соседей. Но, к сожалению, в последние годы бывают кавказцы и разобщены. В такие времена войны в регионе возникают гораздо чаще. Прошлое учит народы этого края другим взаимоотношениям - солидарным и дружеским.

XS
SM
MD
LG