Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российская мода, российский стиль

  • Лев Ройтман

Лев Ройтман:

В книге "Мужчины" Виктор Ерофеев пишет: "Русского стиля сейчас нет и это катастрофа. От нее нас не уберегли ни Зайцев со своей "Клюквой", ни патриоты в косоворотках". И далее: "Русский человек и элегантность - понятия пока что несовместимые". Сказано резко, но верно ли это? Вот голос из опроса Вероники Боде, нашего московского координатора.

"Российская мода - интересное явление, которое немного в хвосте у Запада, к сожалению, плетется. За исключением, может быть, ряда модельеров. Я бы сказал так - климат диктует особенности одежды. Практичная, неброская, немаркая. Сочетание такой вот черно-серой, приглушенных тонов и тепла, удобства. В тоже время женщины стремятся компенсировать богатством украшений, которые обычно в западных странах в будни не надевают".

Вот о моде, о стиле и наш разговор сегодня. Участвуют знатоки, и по ходу передачи я представлю каждого подробнее. Итак, по телефону из Парижа Александр Васильев, а в московской редакции Елена Русская и Ольга Михайловская, в Праге наш коллега, французская журналистка, ранее работавшая в Москве, Виржини Кулудон.

Александр Александрович Васильев, Париж, вас представлять и легко и трудно. Трудно - потому что на подробности не хватит времени этой передачи. Легко - потому что вы хорошо известны. Я же скажу вот что: вы театральный сценограф, художник по костюмам, декорациям и за плечами у вас более ста спектаклей в двух десятках стран. Но для нас главное, для нашей сегодняшней темы, это то, что вы историк моды. Так вот, существует ли русская мода, русский стиль?

Александр Васильев:

Безусловно, я не буду настолько категоричен, каким был Виктор Ерофеев в своем заявлении. Я уверен, что русская мода существует, так же как и существует русский стиль, совершенно особенный, уникальный, непохожий ни на один другой. Надо сказать, он очень сильно проявился и в прошлом, я имею в виду допетровское время, в эпоху петровских реформ, в 19-м веке. А в 20-м веке, в эпоху Дягилева, русский стиль стал настолько популярен, что даже смог завоевать вкусы и умы Западной Европы, а затем и Америки. Кроме этого, в советское время появился советский стиль, о котором я тоже пишу в моей будущей книге "150 лет русской моды". И, безусловно, советский стиль так же является отчасти отголоском русского стиля. О том, что сегодня в России трудно найти элегантных людей, судить сейчас мне из Парижа не так легко. Но все-таки, благодаря моим частым поездкам, я могу сказать, что в России есть элегантные люди и есть очень неэлегантные люди. Но, как и в любой другой стране, сегодня, если вы посмотрите в окно в Париж, то увидите на улице массу неэлегантных людей и только небольшую горстку элегантных. Если бы все были элегантны, то тогда бы жизнь и мода не существовала. Вот все, что я могу сказать.

Лев Ройтман:

Спасибо, Александр Александрович. Я надеюсь вы скажете нам все-таки больше по ходу передачи. Но в опросе Вероники Боде есть довольно саркастическое мнение по поводу русской моды.

"Российская мода, вы знаете, это телогрейка, золотая фикса, камни с фальшивыми бриллиантами. Или вот еще такой стиль хороший - тренировочные штаны, кожаная куртка турецкая и кепка. Это чисто российская мода, причем она очень распространена и во многих местах она является самой главной. Все остальное даже может агрессию вызвать".

Мнение москвича. Тут ни убавить, ни прибавить. Но Ольга Ильинична Михайловская, журналист, консультант по вопросам моды со стажем в этой области. Вы были консультантом московского Дома моделей, как мы знаем, еще и в доперестроечные времена. Были обозревателем, и остаетесь, ряда очень уважаемых журналов, газет и, в частности, сейчас вы редактор отдела моды российского издания журнала "Вог". Тот же вопрос вам - есть ли русский стиль, есть ли русская мода?

Ольга Михайловская:

Русский стиль, я считаю, что существует и существовал всегда. Это такая явная любовь к нарядности и к богатству. Я думаю, что действительно есть русский стиль. А что касается русской моды, под модой я все-таки понимаю не манеру одеваться обычного человека, а под русской модой я понимаю дизайнеров, которые ее создают. Я бы сказала, что сейчас этот процесс только начинается, только зарождается и пока здесь говорить всерьез пока что не о чем. Можно говорить о нескольких именах. Вот так я это понимаю.

Лев Ройтман:

Спасибо, Ольга Ильинична. Вот передо мной страничка из пражского журнала, так он и называется, выходит на русском языке, "Пражские огни". И здесь интервью с владельцем трех бутиков, итальянцем, живущим в Праге, Женио Брамерини. Был задан вопрос: становится ли все более актуальным в Европе (это относилось, кстати, и к России) минимализм, который пришел из Японии? И вот что он ответил: "Во всяком случае не для русских женщин. Русской женщине просто противопоказан минимализм. ей так много дано природой, что моде остается только подчеркнуть индивидуальность, выделить изюминку, придать блеск. Важно понимать, что когда вы элегантны, не все смотрят вам вслед, а, напротив, все смотрят вслед, если вы вульгарны". И вот я это высказывание о русских женщинах попрошу прокомментировать Елену Владимировну Русскую. Так уж совпало, вы, Елена Владимировна, как раз-то и являетесь специалистом по режиссуре имиджа, вы были, это сейчас к теме как-то косвенно относится, имиджмейкером Михаила Горбачева. И вы руководите сейчас особой школой для женщин, которая нарабатывает имидж женщин, бизнес-леди так называемых.

Елена Русская:

Да, вы знаете, я соглашусь совершенно, Лев, с этим высказыванием. На элегантную женщину мало кто обратит внимание. Но мне хочется все-таки отнестись к вот этому опросу, который мы слышали с улиц Москвы. Смотря откуда наблюдать моду, дорогие радиослушатели. Если наблюдать мир из кабинета стоматолога, то все люди с гнилушками ходят, я имею в виду зубы. Если наблюдать моду с рынка Тишинского, то там действительно куртка и тренировочные штаны, которые терпеть не можем многие из тех, кто бывает на рынках. А если прийти в театр, попасть на какую-то модную тусовку, то наши женщины одеты не только элегантно, не только шикарно, но еще и с большим вкусом. Но я поддержу Ольгу и скажу, что мода есть для тех, кто носит, для тех, кто потребляет ее, и русская мода еще существует именно среди художников, тех, кто придумывает и отвечает на запросы людей.

Лев Ройтман:

Елена Владимировна Русская, спасибо. И теперь к Виржинии Кулудон. Виржиния, ты жила в Москве в те годы, когда я уже жил в Праге, а до этого в Мюнхене. Ну вот здесь в Праге мы, так сказать, вступаем в отопительные сезон, если хотите, и начинают появляться или будут появляться дамы в шубах. И когда здесь, например, моя жена видит даму в очень дорогой элегантной хорошей шубе, то она говорит так: или итальянка или москвичка. А я уже различаю потом по лицам итальянка или москвичка. Ну вот так здесь русские выглядят зимой. Как они тебе показались? Не только женщины, конечно, но и мужчины в Москве.

Виржини Кулудон:

Ну конечно в шубах русские и можно еще добавить пражских, естественно. Зима диктует моду. Но вы знаете, мода это все-таки система кодов. И с первого взгляда можно просто определить, насколько страна изменилась, развивалась или не развивалась. В те советские времена, когда я жила в Москве, для нас Россия это было просто серо-коричневая страна, больше ничего не было. А вот сейчас это совершенно другое дело, это правда. Есть люди, чувствуют себя более свободно и одеваются посвободнее. Тем не менее, есть одно маленькое "но", как мне кажется. Когда я брала интервью у русских бизнесменов, они одеваются вроде бы более свободно, более красиво - шелковые рубашки и так далее, чего нет на Западе и во Франции, где все очень кодифицировано. Но видно, что они покупают все в одном магазине с ног до головы. Нет этого ощущения элегантности, нет этой привычки купить шляпу где-то в магазине, чтобы это соответствовало всему остальному. Вот этого пока нет. И оказывается, если с первого взгляда они более свободно себя ведут, на самом деле еще этого нет. Но это, мне кажется, только начало, все впереди.

Лев Ройтман:

Спасибо, Виржиния. Виржиния, то, о чем вы говорили, я возвращаюсь к Виктору Ерофееву (я, кстати, очень люблю этого писателя), и вот он пишет: "Костюмы надели, а носки не сменили - в коротких василькового цвета щеголяют". Это, очевидно, к тому, что может быть не стоит одеваться с ног до головы в одном магазине, где нет других носков. Но с этим теперь к Александру Васильеву, Париж.

Александр Васильев:

Вы знаете, я не знаю, к какому времени относится этот комментарий Ерофеева. Васильковые носки носили, по-моему, только в 96-м году, сегодня у нас 2000-2001-й год, думаю, что это замечание абсолютно неактуально. По носкам всегда можно увидеть элегантного человека, так же как по ногтям, так же как по обуви, по множеству других аксессуаров. Что меня поражает в русской мужской моде, это, конечно же, отсутствие интеллектуальности в образе. В России можно найти теперь очень хорошо одетых людей, но практически нет ни одного человека в очках. Разница с европейской модой заключается в том, что каждый человек, занятый умственным трудом в Европе, обязательно носит очки. Дело не в том, какова тут оправа и какова марка награвирована на дужке очков. Но по тому факту, что московские, и вообще российские, интеллектуалы не пользуются очками, значит умственный труд у них не стоит на первом месте, во всяком случае это не показатель в их уличной моде. Тем не менее, конечно же прогресс идет очень большой. К сожалению, действительно люди предпочитают, как сказала верно Виржиния, в один и тот же бутик и покупать там все с ног до головы. Но и это пройдет, как все проходит, по Библии. И наверняка следующее тысячелетие будет веком очень большого расцвета русской моды. Хотя бы по тому факту, что множество русских стилистов регулярно начинают показывать свои коллекции в Париже. К ним сначала относились с опаской, затем с насмешкой, а теперь уже и с большим интересом. Имена самые разные, впечатления от коллекций тоже очень разнообразные, но факт, что они принимают все более и более активное участие в западных коллекциях, очень отраден.

Лев Ройтман:

Александр Васильев, Париж, спасибо. Книга Ерофеева "Мужчины" была издана в 98-м году, естественно, написана несколько раньше. Это я говорю для справки. Так вот, Александр Александрович, вы коснулись вопроса очков. Елена Владимировна Русская, вы ведь по поводу очков как-то дали, насколько мне помнится, по моему чтению российской прессы, целое интервью. Что вы нам скажете по этому поводу?

Елена Русская:

Очень много времени мы посвятили в эфирах радио и в журнале, и с журналистами газет мы говорили об очках. У нас сегодня совсем другое отношение к очкам. Я-то главным образом выступала против белых носков, в которых ходят мужчины наши, как официанты. Знаете у нас была одно время действительно такая мода. Если сиреневые и такие носки, про которые Васильев говорил, в 96-м году были, то белые носки нет-нет, да и появляются у наших модников-мужчин. И темные очки от солнца. Весь мой пафос выступления относительно очков касался того, что очки черные, солнцезащитные выполняют главную функцию - они оберегают глаза от яркого света. И поэтому когда в офисе мы встречаем мужчин и женщин в темных очках, то это вызывает по крайней мере удивление. А у нас все-таки, как и у любого человека и у любой страны, когда она получает некую свободу, есть вот такой перегиб. Для того, чтобы научиться пользоваться модой, пользоваться утилитарно, а не просто любоваться и получать эстетическое удовольствие, заботится о стиле, знать о бутиках, о художниках-модельерах, должно пройти время. Мы никогда не попадем в середину, то есть не научимся мудро и правильно относиться к этому, если не исследуем второй край жизни людей, которая пришлась на советское время, совсем не занимались модой, были действительно авоськи, белые босоножки - все, что могла себе позволить женщина. А сегодня мы должны другой край исследовать, то есть все, что можно померить, нарядиться и перемерить все возможные очки, и самые дорогие, и самые простые. Но вот если так коротко подытожить то, что я сказала, все-таки главное, к чему я призываю людей, которые носят очки, не стесняться и быть адекватными себе. Никакая одежда, никакой стиль и никакой художник-модельер не может сделать с нами то, что требует от нас мода - быть равными себе.

Лев Ройтман:

Спасибо, Елена Владимировна. Я, как и вы, как и Виржиния, все мы носим очки, приятно слышать. Кстати, насчет белых носков - белые носки носили, да и носят американские полицейские. Но, кажется, кроме американских полицейских сейчас в зимнее время, в осеннее время не носит их больше никто, конечно, за необходимыми, как это бывает, исключениями. И я предлагаю теперь послушать еще один фрагмент из опроса Вероники Боде, а это уже касается стиля:

"Вообще я моде предпочитаю стиль. Если женщина стильная, она уже как бы вне моды идет. Российские женщины они очень быстро все схватывают, причем самое лучшее. Необязательно западный, и наш стиль есть очень хороший. Женщины любят одеваться. Так что женщины наши выходят и на мировую арену, и деятельность у них стала более разнообразная".

Вот еще один голос. И Ольга Ильинична Михайловская, редактор отдела моды журнала "Вог", а что бы вы порекомендовали вашим читательницам, воспользовавшись тем словом, которое употребила эта москвичка, "схватывать"?

Ольга Михайловская:

Вы знаете, я как раз не совсем согласна, я не считаю, что русские женщины быстро схватывают, как раз это, может быть, моя главная претензия, если так можно сказать, к ним. Мне кажется, что схватывают они не очень быстро. Но это не является такой задачей. На самом деле, я считаю, что самое главное как бы рассматривать моду в целом, рассматривая журналы, приходя в магазины и так далее, и все-таки каждый раз примерять это на себя. Потому что хороший вкус, если он вообще существует в принципе такое понятие, это некая адекватность самому себе и обстоятельствам, в которых ты существуешь. Вот это, наверное, самое главное. Потому что очень часто я вижу красивую одежду, которая совершенно не совмещается с человеком. А вот как раз красивую одежду можно увидеть на русских женщинах довольно часто. Но она как-то отдельно, а человек отдельно. А вот такого слияния одежды и человека, вот его очень часто не бывает. Это, на самом деле, самое главное. Но это, наверное, может прийти только со временем и с появлением чувства уверенности в себе.

Лев Ройтман:

Спасибо, Ольга Ильинична. Виржиния, мы здесь заговорили о цвете по поводу носков, василькового цвета у Ерофеева, потом появились белые носки. А какого цвета Москва?

Виржини Кулудон:

Москва сегодня золотая.

Лев Ройтман:

А если вы сравниваете с другими городами, скажем, с Парижем, почему бы не сравнить?

Виржини Кулудон:

Я давно не была в Париже, и давно путешествую по всему миру, но я сказала бы, что Париж более бронзовый такой цвет, такой зеленый и бронзовый.

Лев Ройтман:

Спасибо, Виржиния. И теперь самое время в Париж. Александр Александрович Васильев, как художник - какого цвета эти города?

Александр Васильев:

Вы знаете, Москва приобрела более яркие очертания из-за покраски краской фасадов домов. Действительно, не могу не согласиться с Виржинией насчет золотого цвета, которого очень много в куполах и очень много позолоты. В Париже, конечно, самый главный это серый цвет. Серый цвет эпохи Людовика 16-го и все его оттенки. Прелесть Парижа в том, что его однотонная гамма воспитывает вкус людей. Несмотря на то, что все фасады домов изначально серые, все оттенки этого серого цвета порождают в нас особую поэтическую элегию, которая дает возможность художникам осознать соотношение цветов лучше, чем в любом другом городе мира.

Лев Ройтман:

Спасибо, Александр Васильев, Париж. Елена Владимировна Русская, что бы вы посоветовали россиянкам не делать над собой и не носить?

Елена Русская:

Не менять ни в коем случае россиянкам, парижанкам, чешским женщинам, не менять имидж до тех пор, пока работает старый. Если у вас получается ваша жизнь, у вас складывается карьера, вы понимаете мужа и муж понимает вас, вы прекрасно договариваетесь с детьми, не трогайте, даже не дышите на собственный имидж. Поменять платье это не значит поменять имидж. Я сегодня поменяла имидж. Дорогая, говорю я, что вы поменяли? Прическу. Так а при чем здесь имидж? Имидж - это единство внутреннего и внешнего в культуре поведения человека. Так вот, дорогие мои, до тех пор, пока у вас работает ваш прежний образ, не трогайте его. А вот если случились вокруг какие-то происшествия, вы перестали понимать людей, вы часто болеете, у вас не складываются взаимоотношения со старшими или с младшими, значит в вашем коде, очень точно, что мода это код, есть какой-то сбой. Надо найти точный маркер, который выразит вот это ваше новое настроение, ваше новое самочувствие. Но вообще экспериментируйте, если есть такая потребность, есть такое желание, и очень смело это можно делать, но ограничиваясь обязательным условием, наблюдая, как это влияет на жизнь, на темперамент, на настроение, на отношения с другими людьми.

Лев Ройтман:

Спасибо, Елена Владимировна.

XS
SM
MD
LG