Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Свобода" в российском эфире: собственным голосом на чужой волне

  • Лев Ройтман

Лев Ройтман:

Радио Свободная Европа/ Радио Свобода говорят не на всех языках. Они говорят на 26-ти, в том числе на 15-ти языках народов, государств бывшего Советского Союза. Более 100 местных радиостанций в Центральной Европе, в СНГ ретранслируют наши передачи на собственных частотах. И вот впервые в истории нашей радиостанции в Праге состоялась ассамблея сотрудничающих с нами радиовещателей. Гости сегодняшнего "Круглого стола" - участники этой ассамблеи, я представлю их: Лариса Быстрицкая - главный редактор радио "Континенталь", Челябинск; Константин Лукин - Генеральный директор "Радио Максимум", Самара; Олег Богдашов, директор радиокомпании "Экспресс", Омск; и Александр Книжник - Генеральный директор телерадиокомпании "Балтик Плюс", Калининград.

Наших гостей я уже представил, это руководители тех радиостанций в России, части из этих российских радиостанций, которые сотрудничают с нашим радио, ретранслируют наши передачи на собственных частотах. И естественный первый вопрос - почему? Почему выбор пал на Радио Свобода? Будьте любезны, Константин Лукин, еще раз напомню - Генеральный директор "Радио Максимум", Самара.

Константин Лукин:

Почему мы выбрали "Радио Свобода"? Во-первых, наверное потому, что это уникальный новостной продукт, то есть новости, которые передает "Радио Свобода," действительно свежие, действительно непредвзятые и достаточно объективные, очень интересные аналитические программы, поэтому где-то года полтора назад мы и начали ретранслировать, частично, естественно, некоторые передачи "Радио Свобода", новости почти все время.

Лев Ройтман:

Ну что ж, Константин, я открою маленький секрет, свидетелями которого наши радиослушатели не были: когда я вводил вас как участников разговора, у меня отключился микрофон, наш режиссер должен был его поменять, итак, на солнце бывают пятна, но мы не солнце. С вашей точки зрения, коль скоро вы вошли в разговор первым, чего не хватает нашим радиостанциям, нашей радиостанции, нашим программам, если вы имеете в виду интересы ваших слушателей?

Константин Лукин:

Что касается моей радиостанции, нашей радиостанции "Радио Самара Максимум", то мы работаем на молодежную аудиторию. И надо сказать, что молодежь в России, может быть это прозвучит несколько резко, достаточно аполитична. Поэтому для того, чтобы привлечь внимание молодежи, надо делать какие-то программы, передачи, которые привлекут внимание более молодой аудитории. Потому что на данный момент, опять же на мой взгляд, это мое субъективное мнение, передачи "Радио Свобода" ориентированы на более взрослую аудиторию.

Лев Ройтман:

Спасибо, Константин. Естественно, так сложилась история этой радиостанции, и вы упомянули аналитические передачи, эти аналитические передачи действительно готовятся людьми, журналистами, скажем, средне-старшего поколения и они, понятно, ориентируются на свою возрастную группу. В то же самое время эти журналисты имеют свою позицию, имеют свою точку зрения, которая отражается в их аналитических материалах, и когда происходит серьезное событие, эта точка зрения отражается в эфире. Александр Книжник, Калининград, еще раз напомню, Генеральный директор телерадиокомпании "Балтик Плюс". Косово, события в Югославии, мы получали массу писем от наших радиослушателей, которые критиковали нашу линию, как им казалось, линию радиостанции в освещении этих событий. Имели ли вы какие бы то ни было трудности с нашими передачами, которые вы ретранслируете?

Александр Книжник:

На самом деле трудностей радио "Балтик Плюс", пожалуй, не имело, но 24-е марта, день, который запомнился наверное всему миру, по крайней мере европейцам, которые оказались на грани мира и войны, запомнился тем, что как нам известно, страны НАТО приступили к силовой акции по отношению к Югославии. Это день поверг всех нас в шок, и журналистский коллектив радиостанции "Балтик Плюс" принял спорное, может быть, если смотреть с позиций сегодняшнего дня, решение о прекращении трансляции всех западных станций, с которыми мы сотрудничали в течении от одного до четырех лет. Это было своего рода проявление гражданской позиции, это может быть акция протеста какая-то, подобная голодовкам шахтеров, с которой можно спорить, но тем не менее, мы всегда считали, что решение любых вопросов должно происходить в каком-то правовом поле, иначе начнется хаос. Начало бомбардировок это был шок для всех россиян, и мы таким образом решили проявить свою гражданскую позицию в ущерб журналистской, может быть в ущерб журналистской.

Лев Ройтман:

Спасибо. Прошу вас, Лариса Быстрицкая, я напомню вновь таки - главный редактор радио "Континенталь", Челябинск.

Лариса Быстрицкая:

Я хотела бы дополнить к Сашиным словам вот что: как бы я не совсем разделяю эту точку зрения Сашину, я объясню почему. Потому что все мировое содружество настолько в этот раз было единогласно, что лично мне, например, пришла такая мысль, что если бы таким же оно было единым в случае с Гитлером (я вернусь туда), то, я думаю, что не случилось бы вообще такой трагедии, которая была, которую как бы мы ощущаем до сих пор. Я думаю так, что у нас в России настолько много собственных проблем, что протестовать и так выражать таким образом протест можно до бесконечности. Но в данном случае я с Сашей не совсем согласна.

Лев Ройтман:

Спасибо. Прошу вас, Олег Богдашов, четвертый участник нашей передачи, директор радиокомпании "Экспресс", Омск.

Олег Богдашов:

Я вернусь к вопросу о том, почему мы начали сотрудничать с "Радио Свобода". Я помню то далекое время, когда мои родители, родители моих близких друзей ночью слушали "Свободу" по УКВ-приемникам, прильнувши к ним, это было интересное зрелище. Границы раскрылись, мы стали более свободны, и та добрая память о "Свободе", я считаю, что привела нас к сотрудничеству со "Свободой", потому что это был классический вариант радио. Нам есть чему многому учиться, поскольку наш бизнес достаточно молодой в России, и радиостанций сейчас стало очень много с разными форматами, с разными направлениями и течениями. На мой взгляд, я часто общаюсь со своими коллегами из других городов, я считаю, что ничего не стоит менять на "Радио Свобода" по той простой причине, что это законченный продукт, и мы, как партнеры, или мы ее принимаем, или мы ее выключаем.

Лев Ройтман:

Спасибо, Олег. Я кстати, не могу с вами согласиться в том, что на нашем радио ничего менять не надо, у каждого из нас, естественно, работающих здесь, есть свои теории, свои планы, свои идеи.

Лариса Быстрицкая:

Вы знаете, я хотела вот о чем сказать, Лев, все дело в том, что, к сожалению, в нашей любимой стране так складывается жизнь, что у нас не каждый человек сейчас даже способен выписать газету и прочитать ее. И поэтому и в России, к сожалению, нам ничего сейчас не дают бесплатно, это надо заработать и порой это достаточно трудно сделать. И когда нам бесплатно дают на высочайшем уровне информацию, нам дают интересные программы, можно перечислить сейчас с "Радио Свобода" десятки журналистов блестящих, которых просто послушать это одно удовольствие, и для нас в провинциальных городах - это праздник, праздник не только для народа, но и праздник для журналистов. Я, например, хотела бы сказать о программе "Корреспондентский час", я думаю, что концепция этой программы, возможно, выстроена еще не до конца, так мне кажется, но, в частности, и челябинские журналисты участвуют в этой программе, и я думаю, что это не только учеба, это прежде всего, во-первых, это престижно, а во-вторых, это и дополнительный заработок какой-то. К сожалению, он у нас еще не настолько велик, чтобы сказать: да, мы полностью благополучны.

Лев Ройтман:

Спасибо, Лариса. Я, кстати, хочу заметить по поводу того, что говорил Олег, я с ним не согласился, в том, что нам еще, слава Богу, есть куда расти, но он мне напомнил то время, я ветеран этой радиостанции, работаю более четверти века здесь, более 25-ти лет, и я прекрасно помню то время, вот мы сидим сейчас в студии, которая обита пенопластом и полиуретаном, уже не знаю, я человек не технический, а были годы, когда у нас было впечатление, что мы говорим в ватную стену. У меня были такие переживания, когда я находился в студии. И это были годы, когда нас "глушили" без обеденного перерыва.

Александр Книжник:

Да, мы немножечко ушли в сторону от нашей акции. Мы сняли голоса стран НАТО, скажем так, то есть в сетке вещания нашей радиостанции было и есть на сегодня три информационных блока, это блок "Радио Свобода", блок "Голос Америки" и блок "Немецкой волны". Мы исходили из того, что невзирая, или вопреки, или несмотря на то, что эти радиостанции называют себя независимыми, но финансируются все-таки правительствами стран НАТО. Мы понимали, с другой стороны, что мы не можем оставить своих слушателей в информационном вакууме, поэтому было принято решение создать отдельную информационную передачу, которая бы, используя обзор независимой зарубежной прессы, давала максимально большее количество информации о Югославии. И на сегодня я могу сказать, вообще акция протеста, если можно так назвать, она продолжалась ровно месяц, мы прекратили ретрансляцию вышеназванных голосов 24-го марта и возобновили 24-го апреля. Создали свою передачу, которая, по крайней мере калининградские радиослушатели узнали историю конфликта такой, какая она была, не с позиций российского правительства, а исходя из исторических источников, начиная с 1220-го года и по сегодняшний день, мы показали, кто такой Милошевич, мы показали историю конфликта между сербами и албанцами и при всем при том высказали позицию не только официальную стран НАТО, но и народов, которые населяют эти страны.

Лев Ройтман:

Спасибо, Александр. Будем считать, что ваши слушатели, с вашей точки зрения, на сегодняшний день достаточно информированы.

Константин Лукин:

Позволю себе дополнить к словам Александра, наверное, у меня тоже была такая похожая акция, правда, я выключал только "Голос Америки", потому что "Голос Америки" это правительственная радиостанция, которая зависит целиком и полностью от бюджета Соединенных Штатов Америки, "Радио Свобода" я не выключал. По словам Александра, как раз, если все скопом бросились на Югославию, значит правильно это делают. Я не считаю так, потому что бывают ошибки и массовые. Но, наверное, это недоработка как раз тех тележурналистов, в первую очередь, которые не давали этой информации. В принципе, я лично смотрел и думал: да что они вообще на эту Югославию напали бедную? Но, может быть там Милошевич какой-нибудь преступник, но я то этого не вижу. Показывали жертвы с обеих сторон, то есть и албанцы убивают, сербы убивают, а кто прав - в общем-то говоря, и не знаю.

Лев Ройтман:

Совершенно верно, это, очевидно, взвешенный подход, до тех пор, пока не разберешься, не стоит отключать то мнение, с которым ты как будто бы априори не согласен, следует его все-таки выслушать. Это, Александр, мое замечание по поводу того, что вы сказали, хотя я отнюдь не вступаю с вами в спор.

Лариса Быстрицкая:

Я бы хотела еще сказать о том, что 12 часов в сутки вещает "Радио Свобода" на Челябинск и Челябинскую область, и вот Саша сказал, что целый месяц не было "Радио Свобода" в эфире, я думаю, нас просто разбомбили бы звонками в Челябинске. Потому что я должна сделать комплимент сейчас вам, Лев, в том плане, что "Радо Свобода" пользуется у нас огромной популярностью, возможно от того, что в Челябинской области достаточно высокий процент проживает немецкого населения, и русские так же слушают радиостанцию, все ее любят. И я не знаю как бы в эфире не было передачи "Россия вчера, сегодня, завтра" или вы с политическими обзорами или Ивана Толстого программы или Савика Шустера. Я думаю, что работаем мы с удовольствием с радиостанцией "Свобода". По поводу каких-то конкретных пожеланий, то, возможно, я могу согласиться с Константином по поводу омоложения этой программы, может быть, потому что не всегда такой мэтрский солидный взгляд симпатичен молодым людям, и возможно от того, что комментаторы, умудренные жизненным опытом, это нам вполне подходит и как бы дополняют наши жизненные ощущения, а может быть для молодежи это нужен совершенно другой, более легкий, более свежий, более как-то через музыку подход, я не знаю, я согласна в этом отношении абсолютно с Константином. Еще я хотела бы сказать о том, что обсуждать какая радиостанция "Радио Свобода" - я думаю, что это как Большой театр в Москве, как театр Ла-Скала, это классика и, наверное, туда мы приходим, чтобы присоединиться глубинке провинциальной к этой школе. И то информационное поле, которое нам предоставляется, это тоже дорогого стоит, потому что у нас ограниченный круг журналистов, и они ангажированы очень часто бывают, и то мнение, которое преподносится нам отсюда, он иногда кажется более свежим, более разнообразным и более компетентным. Потому что таких экспертов, которых можете привлечь вы к анализу некоторых событий, мы, конечно, это сделать не в состоянии.

Лев Ройтман:

Спасибо, Лариса. Я спасибо говорю всегда участникам передачи из вежливости, вежливость ведущего, вам я говорю спасибо за комплимент, быть может, как я, вновь таки повторяю, мы его еще не вполне заслужили в таком объеме.

Константин Лукин:

Я с Ларисой не совсем согласен, дело в том, что, не знаю как в Челябинске, а у нас в Самаре просто огромное количество, какой-то шквал информации, но, какая она эта информация? Она бывает левая, правая, желтая, бульварная и еще какая-то, мутная совершенно. То есть в этом водовороте информации бывает очень трудно разобраться нормальному здравомыслящему человеку, к которым я смею себя причислить. Поэтому тут я обращаю внимание на то, что "Радио Свобода" дает как раз ту непредвзятую, объективную, кристаллизированную информацию, которую приятно слушать, которая находит отклик в сердцах людей. Журналистов очень много хороших и в России тоже, просто шквал информации.

Лев Ройтман:

Константин, но вот, побывав на радио, познакомившись с тем, как работают наши новостные службы, вы видите, каков характер тщания при отборе новостного материала, каков фильтр проверки фактов, это не означает отсеивания информации, которая не подходит какому бы то ни было редактору или сотруднику, это просто проверка факта на точность с тем, чтобы не сообщать в наших новостных сегментах слухи в эфир.

Олег Богдашов:

Я опять возвращаюсь к вопросу о том, что вы говорите о том, что надо что-то менять. Я не имел в виду принципиальных изменений в ходе структур ваших радиовещаний, не омолаживание, не становясь старше, не эти факты влияют. Я считаю, что у вас достаточно крупный уровень журналистов, которые сами совершенствуются, то есть их жизнь, их деятельность, их работа. Я очень люблю одного из ваших ведущих-комментаторов Савика Шустера, его повальное увлечение футболом, то есть человек, за которым можно просто идти. Я часто слышу критику в адрес "Свободы" и вот этот косовский вопрос, он тоже по-своему столкнул нас, и что в Калининграде были приняты такие меры по отключению эфира, это как бы урок, урок нам всем. Я считаю, когда будут бомбить мой дом, я не знаю, мне будет трудно понять, за что меня бомбят, за что разрушают мой дом, когда я находился бы в том же самом Белграде, если Милошевич не прав, то почему я-то виноват? Фактически получается так, что и Россия может подвергаться аналогичным ударам. Да, сейчас наших ребят бросили в Косово, 200 человек десантников оставили без всякого прикрытия, опять не понятно. Видите, мы ввергаемся в какую-то мясорубку событий.

Лев Ройтман:

Ну что ж, время наше истекло. Я могу только заметить, что у меня нет ни малейших оснований полагать, Олег, что кто бы то ни было станет кого бы то ни было бомбить до тех пор, пока политика этой страны, причем в очень специфических европейских обстоятельствах, не будет сводиться, в сущности, к политике начального геноцида, и лидер этой страны не будет международным сообществом в лице правового органа - Международного трибунала, все судьи которого индивидуально утверждаются Советом безопасности, в котором Россия имеет постоянное членство, объявлен разыскиваемым военным преступником, подозреваемым в преступлениях против человечности и в военных преступлениях, как это произошло с Милошевичем. Это не мнение Радио Свобода.

XS
SM
MD
LG