Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Между небом и землей": всемирная музыка Ивы Биттовой


Ива Биттова

Ива Биттова

В гостях у Ивы Биттовой в чешском городе Брно побывали авторы передачи, сотрудники Радио Свобода - Валентин Барышников и Антон Ширяев.

Антон Ширяев: Свою творческую карьеру Ива Биттова начала в середине семидесятых в брненском театре "Divadlo na provazku" - "Театр на веревке", но, встретив в начале 80-х музыканта Павла Файта, Ива легко рассталась с театральной сценой. Эффект от встречи рок-перкуссианиста и актрисы всколыхнул чехословацкий музыкальный мир. Их дуэт с бесконечными экспериментами, импровизациями и музыкальными провокациями тут же стал известен в Праге, а с падением "железного занавеса" Биттова прославилась уже и в Европе. В 1996-м году творческие пути Биттовой и Файта разошлись. Вскоре появился новый музыкальный дуэт - Ива Биттова и Владимир Вацлавек, с которым в 1997-м году был записан альбом "Bile Inferno"

Биттова - экспериментатор. В ее музыкальной карьере есть все - скрипичные выступления, вокал, выступления с симфоническим оркестром и с рок-группой "Дунай", фольклорные песни, техно, джаз. Сейчас Ива готовится к выступлению в нью-йоркской опере.

За 17 лет творчества, музыкальная биография Ивы насчитывает 17 альбомов. В прошлом году все, затаив дыхание, ждали, чем закончится скандал, связанный с обидой Ивы на бульварную прессу. Биттова тогда заявила, что больше не будет выступать на чешской сцене. Слава Богу, все закончилось хорошо - Ива не умеет долго обижаться.

Ива живет в деревне Лелековице под Брно...

Валентин Барышников: Пока мы ехали сюда двести километров из Праги, стемнело. Длинными переходами Ива привела нас вглубь дома - в квадратную комнату с окнами во всю стену, выходящими на заградку - в сад. Антон задает вопросы, я осматриваюсь. На улице темно, не видно, но все что можно различить - что-то зеленое, какие-то растения. В комнате тлеет небольшой камин, похожий на буржуйку. За спиной Ивы, забравшейся с ногами в кресло, куда-то дальше в дом уводит винтовая лестница. В комнате - пианино и стеллаж, заполненный разнообразными инструментами.

Ива Биттова: Это очень красивое место, вокруг природа. Здесь спокойно, здесь хорошо работать, хорошо отдыхать. Здесь все наполнено энергией.

Я искала место в деревне, где могла бы быть в покое, не хотела жить в городе, потому что в городе человек не может сосредоточиться, - я знаю это теперь - в городе человек распыляется.

Валентин Барышников: Антон задает вопрос о городах, где Иве хотелось бы жить.

Ива Биттова: Не знаю, не знаю... Мне здесь очень нравится. Нравится, что здесь всего два небольших магазинчика, пара шагов до леса. Конечно, есть города, которые тоже умиротворяют. Например, Ванкувер - сказочный город. Он хоть и большой, но очень спокойный. Так что... Есть пара мест, точнее, городов, которые мне нравятся, но здесь я чувствую себя лучше всего. Не могу представить себе ничего другого. Может быть, где-нибудь еще на природе, но в городе - точно нет.

Антон Ширяев: Ива - жительница Моравии. Чехия состоит из двуз частей - Богемии и Моравии, не считая маленькой Силезии. Моравяне, когда используют слово "чех", часто имеют в виде обитателей Богемии. По крайней мере, так делает бывший корреспондент чешского телевидения в Москве Мартин Доразин.

Мартин Доразин: Моравия - она всегда была придатком каким-то. Не промышленным, а на юге там занимались виноградом. И там горы. Собственно говоря, это последняя часть Карпат, поэтому там природа, и нищета, в какой-то степени, истории, создала вот этот менталитет, который не очень похож на типичных чехов, которые кушают кнедлики, пьют пиво. У нас пьют в основном на юге Моравии вино и на севере чего-нибудь покрепче - домашние горелки. В моем городе, родном городе - Валашске мезиржице, что означает междуречье, город между двух рек. Это часть Моравии, которая называется Валахия. Это валахи, которые пришли в 16-м - 17-м веке из Румынии, пастухи. Она и в Румынии есть своя Валахия - Валашская низменность. Мы имеем какие-то остатки той музыки - румынской народной музыки. Что-то сохранилось. Мы говорим в Моравии народным языком. Есть большая разница в народном фольклоре. Моравские песни народные, они как-то ближе к той традиции и к той форме, в которой они существовали на протяжении веков. В Моравии осталось то, что пели наши предки 200 - 300 лет назад. Вот эти медленные песни...

Валентин Барышников: Мартин утверждает, что разница между Богемией и Моравией больше всего - в народных песнях. Писатель Милан Кундера в романе "Шутка" пишет:

Чешский народ в семнадцатом и восемнадцатом веках почти перестал существовать. В девятнадцатом столетии он, собственно, родился во второй раз и выглядел ребенком среди старых европейских народов. Хотя и было у него свое великое прошлое, но оно было отделено от него пропастью в двести лет, когда чешская речь из городов отступила в деревню и стала принадлежностью лишь необразованного люда. Но и тогда она продолжала творить свою культуру. Культуру скромную и от взоров Европы совсем сокрытую. Культуру песен, сказок, обрядов, пословиц и поговорок. И все это стало узеньким мостком через двухсотлетнюю пропасть. Единственный тоненький ствол непрерывной традиции. Нам хотели доказать, что у нас нет права на существование, что мы - говорящие на славянском языке немцы. Мы должны были убедить себя, что мы существовали и существуем. Мы все тогда паломничали к источникам

Валентин Барышников: Антон задает Иве вопросы в порядке который диктует ее имя, как в акростихе. Первые буквы первых трех вопросов - ИВА, И-В-А. Интересы, Вокал, Альма Матер.

Интересы Во-первых, дети. Потом, природа, работа руками. Спорт. Велосипед, сквош. Я очень активный человек. Мне необходимо постоянное движение. Адреналина мне не надо - его хватает от скрипки. Это моя зависимость.

Вокал? Все можно петь. Я об этом не думаю. Вокал - это то, что есть каждый день.

Альма-матер... Это что? Что-то мне это говорит... Основы... Наверное, семья, родители. Мне кажется, что у меня было очень гармоничное детство. Это важно.

Антон Ширяев: Ива рассказывает, что в детстве училась играть на скрипке, но бросила, так как не выносила многочасовых репетиций. Была актрисой, но однажды вновь вернулась к скрипке, и смогла играть, только запев с ней вместе.

Но сначала о театре, где начинала.

Ива Биттова: Это был молодежный авангардный театр. Группа молодых выпускников актеров и режиссеров из института в Брно решили, что вместе сделают театр. Полные энергии, новых идей, новых направлений того времени. Все, все делали... Я бы сказала, это было довольно революционно.... Театр был одним из немногих, которому разрешали ездить в коммунистическое время. Так что я, благодаря тому, что там играла, могла с ними путешествовать, играла во многих постановках на разных языках. Помню, я первый раз приехала в Москву и Петроград, не помню только в каком театре мы играли. Это был неплохой старт и хороший опыт.

Вы много путешествовали?

Я путешествую с 17-ти лет. Много, много лет и достаточно часто. Сейчас я пытаюсь что-то поменять, чтобы не было необходимости столько ездить.

Ходите ли Вы в театр сейчас?

Интерес не пропал... Но мне кажется, что я отношусь слишком критично и порой не очень довольна или даже очень недовольна тем, что ставят. Изредка решаю пойти в театр, и чувствую, что это довольно поверхностно и меня это совсем не вдохновляет. Как будто я этим интерпретациям не верю или не доверяю. Обычно я очень расстраиваюсь после театра и говорю себе: "В следующий раз лучше я останусь дома"

Это для Вас потеря времени?

Это потеря времени. Порой это касается и музыки.

Но, мне все равно интересно, вот приехали бы Вы в Нью-Йорк или в Москву или в Праге на кого бы вы захотели сходить?

Я использую поездки скорее для того, чтобы посмотреть вокруг, и, признаюсь, когда возвращаюсь домой, то уже никуда не хожу. Правда я вот сейчас была пару раз в филармонии и на опере в Брно, но мне не очень понравилось.

Валентин Барышников: Антон возвращается к тому моменту, когда Биттова начала петь, играя на скрипке - потому, что просто играть ей не нравилось.

Ива Биттова: Ну, да. Кто играл, тот понимает, что это утомительное занятие....

И тогда...

Да, я начала петь вместе со скрипкой. Это было так, что это созвучие голоса с голосом зазвучало по другому... Совсем другой объем, совсем другое чувство, совсем другой звук... В какой-то мере я бы сказала, что это было раскрепощение. Скрипка уже не была сама по себе, появились какие-то новые цвета. Абсолютно новое звучание. Сначала было очень трудно, и я всегда пытаюсь вернуться к этому моменту, так как сегодня это так естественно, что пою со скрипкой, хотя это просто не получается так уж просто. Все это благодаря случаю. И на этом построен мой, так называемый стиль... Мое самовыражение или, точнее говоря, мое творчество.

Антон Ширяев: За неделю до интервью Валя был на концерте Биттовой в одном из пражских клубов. Она выступала с ди-джеем под весьма жесткое техно.Год назад я видел Биттову исполняющую альбом Bile Inferno с ди-джеем в стиле драм-энд-бейс

Ива Биттова: Я пытаюсь попробовать все что угодно. Скорее это происходит случайно, кто-то мне предлагает, не хотела бы я попробовать, а дальше все зависит от какого-то моментального расположения, когда я решаю, смогу ли я работать с этим человеком. Слушаю, что он делает, как например с этим хаусом. Я смогла немного нырнуть в электронную музыку и вдохновиться теми звуками и стилем ди-джея. Мне показалось, что мы с ним довольно хорошо друг друга поняли. Это была просто импровизация на месте. И для меня после скрипки это было чем-то совсем другим.

Антон Ширяев: Я спрашиваю о том, что Ива чувствует во время таких концертов.

Ива Биттова: В электронной танцевальной музыке это раскрепощение. До определенной меры мне самой интересно, что из этого получится. Я пробую то, что могу с собой сделать. Для меня это всегда вопрос, что выйдет. И хорошо, что нет никаких границ, и я могу с голосом делать все, что угодно. И еще мне нравится танцевать. Это огромный выплеск энергии и испытание для голоса. Иногда это можно, но не часто.

Антон Ширяев: Мы говорим с Ивой о ее способности заниматься любой музыкой - техно, импровизационным джазом, классикой.

Ива Биттова: Я выросла как на фольклоре, так и на классической музыке, отец играл и то и другое. Дома слушали и джаз, так что у меня нет никаких ограничений в этом смысле. Я слушаю много классики, но и все остальное тоже, даже техно. Но занятия скрипкой заставляют ориентироваться в классике. С другой стороны, я пою, а что касается голоса, то здесь нет никаких ограничений. Нет никакого жанра и никаких направлений, никакого стиля, которому бы следовала. Бывают определенные моменты, когда что-то интересует больше. Например, сейчас я получила предложение петь оперу - я еще никогда не пела оперу - поэтому теперь изучаю, слушаю - это меня сейчас интересует. Это будет "Дон Жуан" Моцарта. В Нью-Йорке построили два каких-то новых зала где-то недалеко от Гудзона. Построил архитектор, который делал "Танцующий дом" в Праге. Летом это будет открываться, а мы там будем давать премьеру.

Валентин Барышников: Когда мы задаем вопрос, какие ноты стоят на пианино, Ива отвечает - Дон Жуан

Антон Ширяев: Ива приезжала в Россию несколько лет назад - уже как певица, а не актриса. Ник - хозяин культурного центра Дом в Москве, где Биттова выступала

Николай Дмитриев: Для меня Ива Биттова - один из любимейших персонажей на музыкальной мировой сцене, и именно потому, что она вот такая вот целокупная и всеобъемлющая, безумно самодостаточная. То есть, человек, который сотрудничает со многими ансамблями, с огромным количеством разнообразных музыкантов инструменталистов, певцов. Но то, что я слышал, а слышал я немало и на концертах и на записях, и на видео меня больше всего интересует, привлекает, радует - наибольшее наслаждение я получаю от ее сольных перфомансов, которые очень разнообразны, некоторые театрализованы - это такой театр масок, некоторые просто наивные и музыкальные девушка со скрипкой акустически играет и поет народные песни. Как бы народные песни, якобы народные песни, но это настолько здорово, и настолько принадлежит разным культурам одновременно, что поражает именно вот этот ее талант и возможность одновременно находится в разных местах культурных и разных временах, т.е. на первый взгляд это World music, довольно такой обычный World music - скрипочка наивная, скрипочка фольклорная (почти фольклорная) без изысков и бесхитростная. Голос, довольно странный и, тем не менее, она поет народные песни чешские. И если слушать это вполуха, то можно подумать, что девушка наигрывает народные наигрыши и напевает, но когда ты к этому прислушиваешься. Ты видишь, что это отнюдь не фольклор, это очень далеко от фольклора это - изысканная, утонченная, изощренная музыка, лежащая в основном-то в новой импровизационной музыке в этой культуре, и она, безусловно, принадлежит к лидерам в этом направлении наряду там с Фредом Фриттом, Филом Минтоном, Саинхо Намчилак и другими именами. Возможность ее погружаться в традиции этнические и авангард и соединять в одном перфомансе, в одной песне, в одном куплете и то и другое очень органичное - это, конечно, уникальная способность, которой обладают немногие. Я впервые ее в фильме о Фреде Фритте "Step across the border" и уже там поразился этой прекрасной девушке, которая импровизировала вместе с будильником, видимо это было специально устроено - вообще-то это фильм изначально снимался как художественный, но впечатление создается, что это документальный фильм, какие-то документальные зарисовки из жизни Фреда Фритта и его друзей. Так вот там звенел будильник - дешевый электронный будильник и на ритмбоксе на нем импровизировала Ива Биттова и Павел Файт, ее тогдашний супруг.

Потом я увидел ее на фестивале в Констанце, впервые. Она произвела огромное впечатление, потому что она оказалась прекрасной девушкой с огромной собакой - с овчаркой, путешествующей по Европе с овчаркой и скрипкой. Мы познакомились, пообедали. Потом я услышал ее концерт на сцене - это было потрясающее харизматическое зрелище. Потом я несколько раз еще ее видел на разных фестивалях. В Финляндии, где-то еще... Уже тогда у меня появилась мечта пригласить ее в Москву, что осуществилось через много лет - через восемь лет после нашей первой встречи, но тем не менее она приезжала пару лет назад в "ДОМ" Сольные акустические перформансы произвели огромное впечатление на публику. Несмотря на то, что на этом фестивале - вокальном фестивале "Глубокая глотка" - выступала и Саинхо Намчилак и Шелли Хирш и Ива Биттова - три дивы. Концерт так и был назван: "Three D". Ива там на публику произвела наиболее яркое впечатление.

Валентин Барышников: Антон продолжает задавать вопросы, раскладывая имя Ивы на буквы. Теперь очередь дошла и до фамилии - Первые две буквы Б и И. Вопрос на Б - "Биле Инферно", наверное, оди из самых удачных дисков Биттовой

Ива Биттова: "Биле Инферно"... Это было время, когда в моей жизни случилась разлука. Ответом на это и была, собственно, эта музыка - "Биле Инферно", где много грусти, а с другой стороны, где все очень поэтически и красиво. Это было очень несчастливое время для меня, но, наверное, для слушателей это было хорошо, так как этот альбом очень красивый. Так бывает всегда. Так, когда читаешь биографии, и бывает, что люди страдали, а потом получалась лучшая вещь. В этом случае говорят: благодари Бога.

Вопрос на И - Импровизация

Это очень важно. Для меня это также как если в жизни человек должен уметь говорить, то в музыке человек должен уметь импровизировать. Так что, я рада, что я этому научилась. Я думаю, что я это умею. Что я могу сейчас импровизировать в любой ситуации, что у меня нет никаких шор, и это я бы желала всем. Чтобы могли так. Свобода, которая должна быть. Это вопрос раскрепощения. Не хватает уверенности. У меня это произошло случайно. Мне сказали: "Пойдем с нами сыграем", а я в жизни не думала, что смогу, но те музыканты, которые мне это предложили... Я не могла им отказать, так что я сказала: "Да" и как будто вас кто-то бросил в воду, чтобы научить плавать.

Мы возвращаемся к теме фольклора

Я не пою фолк. Я пою вещи, которые придумываю сама.

Я спрашиваю, что вдохновляет Иву Биттову?

Этот вот сад, и все что вокруг. Дети уже уехали. Очень сильное было время, когда здесь жили маленькие дети, было очень сильное вдохновенье. А сейчас просто жизнь. Что-то уходит, что-то новое появляется.

Главное - Морава. Морава. Еще я слушаю и мне очень нравится весь фолк со всего мира, из Финляндии, из Индии - отовсюду, где он самородный, чистый и сильный. Я - из Моравы. Живу здесь и родилась здесь. В Северной Моравии родилась - и этим все сказано.

Мне кажется, что в Моравии культурные традиции сильнее, чем в Чехии. Я уверена в этом. Здесь вино, здесь фольклор, здесь музыка. Полно обычаев и традиции, которые обычные чехи даже не знают. И здесь течет южная кровь, темперамент другой, чем в Чехии.

Валентин Барышников: Кундера пишет в "Шутке" о моравских песнях:

Когда стоишь лицом к лицу с целостной нашей музыкальной культурой, невольно приходит на ум сравнение с танцующей перед тобой женщиной из "Тысячи и одной ночи", что постепенно сбрасывает с себя один убор за другим.

Вот первый убор. Он из толстой набивной ткани с тривиальным узором. Это самые молодые песни, возникшие в последние пятьдесят, семьдесят лет. Они пришли к нам с запада, из Чехии, Приносили их духовые оркестры. Учителя в школе учили наших детей петь их. По большей части это мажорные песни обычного западноевропейского характера, лишь немного приспособленные к нашей ритмике.

А вот второй убор. Этот уже намного пестрее. Это песни венгерского происхождения.

Они сопровождали проникновение венгерского языка в славянские области Угрии. Цыганские капеллы распространяли их в девятнадцатом веке по всей стране. Кто не знает их? Чардаши и "вертуньки" с типичным синкопическим ритмом в каденции.

А сбрасывает танцовщица и этот убор, обнаруживается следующий. Вот он. Это уже песни здешнего славянского населения восемнадцатого и семнадцатого столетий.

Но еще прекраснее четвертый убор. Это старинные песни. Их возраст восходит аж к четырнадцатому веку. Тогда забредали в наш край по хребтам Карпат с востока и юго-востока валахи. Пастухи. Их пастушьи и разбойные песни ничего не ведают об аккордах и гармониях. Они лишь по мелодике воспринимаются в системах архаических тональностей. Свирели и фуяры придали особое своеобразие их мелодике.

А когда спадает и этот убор, под ним уже ничего не остается. Танцовщица танцует совершенно нагая. Это самые древние песни. Их возникновение уходит корнями к давним языческим временам. Они основаны на самой древней системе музыкального мышления. На системе четырех звуков, системе тетрахорда. Сеножатные песни. Уборочные песни. Песни, тесно связанные с обрядами патриархальной деревни.

Бела Барток указывал, что в этом древнейшем пласте невозможно различить песни словацкие, южноморавские, мадьярские и хорватские. Когда мысленно воображаешь сию географическую область, перед глазами встает великая славянская держава девятого столетия, держава Великоморавская. Ее границы были разрушены тысячелетие назад, и все-таки в том древнейшем пласте народных песен они и поныне остались четко очерченными!

Народная песня или народный обряд - это тоннель под историей, в котором сохранилось много из того, что на поверхности давно сметено войнами, революциями и беспощадной цивилизацией. Сквозь этот тоннель мой взгляд устремляется далеко назад. Я вижу Ростислава и Сватоплука, первых моравских князей. Вижу древний славянский мир.

Валентин Барышников: Продолжая раскладывать имя Биттовой на составляющие, Антон доходит до Т и задает вопрос о традициях.

Ива Биттова: Традиции... Я не знаю... Единственное, о чем могу сказать, это праздники. Мы в семье пытаемся соблюдать традиции. Мои дети сохранили какие-то традиции. Кроме того, в деревне я возродила традиции всевозможных народных праздников, даже добилась того, что возродила традиционные костюмы столетней давности. Мы стали шить платья того времени. Каждый год здесь бывают празднества, к примеру на св. Вацлава. Это не связано с христианством, в определенной мере. Молодежь, которая со мной это делает не ходит в церковь, но традиции обновляются, и это уже хорошо. Мы даем представления и концерты. Всегда найдутся люди, которые думают, что это глупость, но эта культура немного здесь возродилась...

Не боитесь, что если уедете, все это умрет?

Нет, я думаю, что они уже сами могут все делать. Я не должна стоять рядом - молодежь все подготовит сама. Здесь традиции сильно отличаются от городских. Местные люди вас скорее поддержат. Это здорово.

Еще один вопрос на Т - Театр?

Это уже пройденный этап. Театр - нет. Единственное, что бы меня еще интересовало, это сделать театр здесь, в деревне. Я бы даже сыграла в постановке, если бы мы сделали местный спектакль. Деревенский. С местной молодежью я бы, может, и попробовала снова театр. Вообще, я рада, что рассталась с театром. Мне музыка дает намного больше.

Я задаю Биттовой вопросы о ее вере и ее книгах

У меня есть, как бы это сказать... Есть свой Бог. Имени у него конкретного нет. Я понимаю это так, что человек не должен расслабляться. Человек должен следовать каким-то правилам, и когда он ради них чем-то жертвует, то воздастся по заслугам. Так что нет конкретной веры, как таковой, но за то время, что я с музыкой, я к чему-то пришла, и вера во мне есть.

Я, когда есть желание, беру или покупаю почитать что-нибудь случайное. Меня интересуют "умные" книги, полные мудрости. Иногда бывает время, когда я читаю, например, много, например, о художниках - меня интересуют биографические книги. Последнее, что я прочитала, книга, произведшая на меня сильное впечатление - книга о Ганди. Это было так сильно, что я даже перестала есть, то есть, я читала эту книжку во время американского турне, так что я так "улетела" с этой книжкой, что это как-то изменило мою психику. Я не помню, называется эта книга "Ганди" или "Жизнь Ганди", в этой книге очень много мысли. После такого я очень заряжаюсь, это меня сильно мотивирует, и я переношу это в свое творчество. Что-то я возьму для себя. Я не очень-то много читаю. Но после таких книг я чувствую, что меня что-то вдохновляет, и я пытаюсь что-то перенести в свою работу.

Валентин Барышников: Игорь Померанцев использовал музыку Биттовой в своих радиопрограммах.

Игорь Померанцев: Недавно в моих "Поверх барьеров" один композитор из Петербурга рассказал, что Шаляпин, уже в зрелом возрасте, учился петь у виолончели - сам Шаляпин об этом говорил. Я думаю, что если бы Иву Биттову спросили у какого певца или у какой певицы училась она петь, она бы сказала: "У скрипки". Музыканты на сцене ведут себя по-разному. Большинство певцов и певиц создают образ. Это может быть лирический образ - по-моему самый неинтересный и самый слабый, по крайней мере в современной рок музыке. Это может быть агрессивный бунтарь, это может быть ироничный молодой или немолодой человек. Как бы то ни было, я бы сказал, что это литературные образы живущие на сцене. А Биттова работает иначе: она относится к своему голосу как к музыкальному инструменту. Поэтому сама фактура звучания, сам акустический образ, который она создает, гораздо шире, чем литературные персонажи. Она работает с более тонкими и сложными материями. Например, с образом погоды. Погоды души, погоды душевной жизни. У нее даже есть песни, которые называются "Смутенка", т.е. грустная или "Смих" - смех. Уже по названиям понятно, что она создает образ жизни, образ смерти, а не просто лирический образ, образ бунтаря.

И еще одно соображение: в Чехии плохие красные вина - и не потому, что чехи - плохие виноделы, а потому что нехватка солнца. С белыми винами как раз все в порядке. Так вот, Ива Биттова - это хорошее красное вино. В составе ее крови, мне кажется, южное солнце. Ее отец из Южной Словакии. Я даже думаю, что в ее жилах течет и цыганская кровь, цыганское солнце. И, вы знаете, мне кажется это очень важным, потому что в Чехии вялотекущая погода, постоянный дефицит солнца. Вот благодаря Битовой - по крайней мере я так ощущаю - я не страдаю в Чехии авитаминозом или дальтонизмом.

Антон Ширяев: Последние три вопроса в имени Биттовой - оптимизм, виртуальность, артисты.

Оптимизм Оптимизм необходимый источник существования. Без него ничего бы не получилось.

Виртуальность Не знаю... Это... Я не знаю. Это такой уровень, который скорее подходит моим детям. Компьютеры не понимаю. Может в следующей жизни. Для меня это слишком сложно.

Артисты У меня такое ощущение, что в мое время, лет пятнадцать назад, их было намного больше, а теперь они быстро сделанные и быстро забытые, и более всего, мне странно, что так просто сделать мегазвезду, как например Тату, да?

Валентин Барышников: В середине разговора Ива отвечает на вопрос, поет ли она дома

Ива Биттова: Ну, когда я придумываю новые вещи, то пою. Сейчас вот оперу репетирую - тоже пою.

Когда мы выключаем микрофоны, Ива вдруг начинает петь. Пока мы включаем все обратно, она затихает и скрывается в глубине дома. Беседа окончена.

XS
SM
MD
LG