Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новый класс противомалярийных средств. Лекарства от эпилепсии и борьба с ожирением


Темы передачи: новый класс противомалярийных средств, использование лекарств от эпилепсии для борьбы с ожирением, а также короткие медицинские новости.

Евгений Муслин: Слово "малярия" редко упоминается в широкой печати, намного реже, чем грипп, СПИД, не говоря уже об атипичной пневмонии. В сознании людей, живущих вдалеке от "чисто малярийных болотистых мест", малярия как заболевание - это что-то давно отошедшее в прошлое, почти средневековое, во всяком случае совершенно неактуальное. Мы попросили профессора Даниила Голубева рассказать, как обстоит дело сегодня с этим некогда грозным и весьма распространенным заболеванием.

Даниил Голубев: Оно и сейчас и грозное, и весьма распространенное. Достаточно сказать, что ежегодно от него умирает более одного миллиона человек. Малярия - это тяжелейшая инфекция, изнуряющая человека непрерывными приступами лихорадки, и приводящая к тяжелейшим осложнениям, особенно со стороны кроветворной и сердечно-сосудистой систем, а также почек и печени. Малярия вызывается микроооганизмом, относящимся к типу простейших - малярийным плазмодием, и передаётся человеку при укусах самки комаров рода Анофелес. Болеет малярией, естественно, намного больше людей, чем один миллион, и эти заболевания регистрируются практически везде, где есть комары, а их немало и в США, и в России. И здесь, и там случаи заболевания малярией отнюдь не редкость. Но истинным бедствием, как и много десятилетий тому назад, малярия является для обширных районов Африки, Азии и Латинской Америки, где климатические и ландшафтные условия весьма благоприятствуют выплоду целых полчищ насекомых и комаров Анофелес в частности.

Евгений Муслин: Каковы же главные методы борьбы с малярией?

Даниил Голубев: Давно известно, что главным методом искоренения малярии является осушение болот, водоемов и других мест выплода комаров. Эффективность этого метода при борьбе с другой "комариной" болезнью - Западно-Нильским вирусным энцефалитом - блестяще продемонстрировал мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани, когда в городе несколько лет тому назад впервые неожиданно появился этот "заокеанский пришелец", также передаваемый комарами. Джулиани самыми энергичными мерами буквально изгнал комаров - переносчиков инфекции - из города, и заболевания прекратились. К сожалению, изгнать или уничтожить всех комаров из Соединенных Штатов невозможно, а потому случаи заболевания малярией, как, впрочем, и Западно-Нильским вирусным энцефалитом, продолжают иметь место. Ну, а во многих странах Африки, Азии и Латинской Америки места выплода и обитания комаров столь обширны, что их тотальное осушение или действенная обработка инсектицидами практически невозможна. Именно поэтому, как я уже говорил, малярией там болеют многие миллионы людей, и всех их надо лечить, коль скоро не удалось предотвратить их заражение.

Евгений Муслин: Как же лечится малярия?

Даниил Голубев: Несколько столетий тому назад люди подметили, что тяжелейшая малярийная лихорадка стихает, если больной пожует горькую ветку хинного дерева. Хина, хинин, его синтетическое производное - акрихин - вот первые антималярийные лекарства, которые спасли жизнь многим тысячам больных людей. Со временем в арсенал противомалярийных средств вошли новые лекарства, во много раз более эффективные и не такие неприятные на вкус, как хина. Это так называемы хлораквины, меквоквины, сульфодоксины и в особенности пириметамины - наиболее эффективные из них. Именно они нашли наиболее широкое применение в практике борьбы с малярией. Однако, со временем оказалось, что не все так просто:

Евгений Муслин: Что вы имеете в виду?

Даниил Голубев: В последние годы врачи-специалисты Всемирной Организации Здравоохранения, а они работают во всех странах мира, где регистрируется высокая заболеваемость малярией - с тревогой стали отмечать повсеместное снижение эффективности действия пириметаминов. Оказалось, что малярийный плазмодий "научился" ускользать от действия этого химиопрепарата. Появление микробов, устойчивых к действию тех или иных противомикробных препаратов, давно и хорошо известное явление. До сих пор этот феномен был описан только для бактерий и вирусов, но оказалось, что он присущ и простейшим, и именно он лежит в основе снижения эффективности лечебного действия противомалярийных пириметаминов.

Евгений Муслин: Хочется думать, что ученые нашли средства как-то противодействовать этой приспосабливаемости простейших к лечебным препаратам?

Даниил Голубев: Да, это так. Профессор Эдинбургского университета в Шотландии Малкольм Волкиншоу и его коллеги раскрыли механизм возникновения устойчивости плазмодия к пириметаминам. Их работа явилась крупнейшим достижением не только в учении о малярии, но и во всей биологии одноклеточных простейших микроорганизмов. Они впервые установили существование особого адаптивного белка, который продуцируется плазмодием в процессе его жизнедеятельности. Продукция этого белка является необходимым условием существования плазмодия и его размножения. Оказалось также, что пириметамины блокируют функционирование этого белка, и что этот процесс как раз и лежит в основе противомалярийного лечебного действия этих химиопрепаратов.

Евгений Муслин: А разве раньше это не было известно? По какому же принципу именно пириметамины были выбраны как препараты для лечения малярии?

Даниил Голубев: Нет, всего этого ранее известно не было. Как и многие другие антимикробные химиопрепараты, пириметамины были подобраны эмпирически, то есть путем "проб и ошибок": химические вещества - производные некоего химического ряда одни за другими проверяются на способность подавлять размножение плазмодия в культуре. Пириметамины оказались способными проявлять такое действие, но механизм этого подавления не был известен. Его раскрыли сотрудники Эдинбургского университета.

Евгений Муслин: Как отнеслись коллеги к такому фундаментальному прорыву в понимании жизнедеятельности малярийного плазмодия - ведь реакция коллег не всегда бывает благожелательной?

Даниил Голубев: Здесь все было иначе. Совершенно независимо от шотландцев аналогичный феномен открыли ученые в Таиланде, где малярия является одной из самых актуальных проблем практической медицины. Дальше они работали совместно, в тесном взаимодействии, и их обобщающий научный труд по этой проблеме был ими совместно опубликован в британском журнале "Nature" - "Природа".

Евгений Муслин: Итак, шотландцы и таиландцы раскрыли механизм противомалярийного действия пириметаминов. Каким же образом выяснилась устойчивость белка "DHFR" к пириметаминам, и была ли она преодолена?

Даниил Голубев: Открыв существование этого белка, шотландские ученые и их коллеги из Таиланда с помощью генно-инженерных методик научились получать большие количества "DHFR" а это позволило детально изучить его молекулярную кристаллическую структуру. Только тогда стало ясно, как именно пириметамины воздействуют на "DHFR" и как они изменяют структуру этого белка, лишая плазмодий способности размножаться. Ну, а уяснив это, профессор Волкиншоу разработал проект получения совершенно нового класса противомалярийных средств, от которых плазмодий никак не сможет уклониться. Итак, в итоге работы были получены совершенно бесценные фотодокументы, показывающие, как устроен нормальный адаптивный белок плазмодия "DHFR" как он изменяется при контакте с пириметаминами, и какие мутации происходят в его структуре при его преобразовании в устойчивую к химиопрепарату форму. Вот на основании всего этого и родился проект создания совершенно нового класса антималярийных средств, от которых плазмодий уже никак не сможет уклониться или к ним приспособиться.

Евгений Муслин: Скажите, можно ли считать, что создание такого нового класса лекарств позволит радикально снизить количество больных малярией или даже вообще ликвидировать это заболевание, как это произошло с оспой на основе широкого оспопрививания?

Даниил Голубев: С малярией такое вряд ли произойдёт. Любой инфекционный процесс включает в себя три самостоятельных компонента: источник инфекции, пути его передачи и восприимчивый коллектив. Многовековой опыт мировой медицины свидетельствует о том, что наибольшего успеха в борьбе с той или иной инфекцией удается добиться только тогда, когда удается нанести точный и эффективный удар по какому-то одному слабому звену в этой "триаде". Такой "ахиллесовой пятой" у оспы, полиомиелита и кори явился именно восприимчивый коллектив. Достаточно было создать эффективную вакцину и планомерно прививать ею практически все человечество, как оспа оказалась стертой с лица земли, и если бы не деятели типа Саддама Хусейна и его коллег в разных странах - и, увы, - не только в азиатских, - пытавшихся (а не исключено, что и продолжающих свои попытки) использовать вирус оспы для целей, весьма далеких от здравоохранения, то об этом возбудителе даже бы и не вспомнили. То же самое с полиомиелитом и корью. Эти заболевания в 40-х годах ежегодно поражали в США сотни тысяч детей, а теперь за год во всей гигантской стране с 300-миллионным населением регистрируется буквально несколько случаев этих некогда грозных инфекций. И все это в результате вакцинации.

Не так, к сожалению, обстоит дело с кишечными инфекциями, и острыми респираторными заболеваниями. Тут и возбудителей разных много, и вакцины не столь эффективны, и путей передачи больше. Поэтому помимо вакцинации нужно еще следить за источниками водоснабжения, состоянием канализации, технологией хранения и приготовления пищи, общим уровнем санитарно-бытовой культуры - это применительно к пищевым инфекциям, а в отношении респираторных - это и раннее выявление заболевших, и их разобщение и изоляция, и маски, и дезинфекции и тому подобное.

Примерно так же обстоит дело с малярией. Уязвимым звеном этой инфекции является путь передачи - малярийный комар, кусающий человека. Там, где удается радикально справиться с местами его выплода, в частности, осушить болота, о малярии быстро забывают, но там, где это сделать в силу тех или иных причин не удается, малярия не дает о себе забыть. Там остаются актуальными всякого рода маски и накидки при походах в лес, и конечно, эффективные лекарства на тот случай, если заражение малярийным плазмодием все же произошло. Вот почему так важна работа по созданию нового класса лечебных препаратов, к которым плазмодий не может приспособиться. Кстати, в течение многих лет не оставляются попытки создать противомалярийную вакцину, но они пока безуспешны.

Лилия Шукаева: Таблетки, эффективно и безболезненно помогающие похудеть, уже несколько десятилетий остаются несбыточной мечтой толстяков. Но, несмотря на острый интерес со стороны публики - ведь только в США 60 миллионов человек страдают от ожирения - несмотря на отчаянные усилия работников фармацевтических компаний, все старания разработать лекарства, способствующие потере веса, пока практически безрезультатны. Человеческий организм ревниво хранит свои жировые запасы, и все попытки его перехитрить либо просто не удаются, либо вызывают энергичный отпор и приводят к опасным побочным эффектам.

Сейчас в Америке разрешены три лекарства для похудения, продающиеся по врачебным рецептам: фентермин, меридия и ксеникал. Эти лекарства не чудодейственны: специалисты по ожирению считают их среднеэффективными препаратами. Все они сопровождаются побочными эффектами и лучше всего действуют в сочетании с низкокалорийной диетой. Но даже и в этом случае большинство людей, принимающих меридию, сбрасывают не больше 5-6 килограммов за шесть месяцев, а принимающие ксеникал даже чуть меньше. Фентермин разрешен только для кратковременного использования - в течение нескольких недель, а не месяцев, и большинство больных теряют даже меньше, чем полкилограмма в неделю. Причем часто стоит только прекратить прием лекарства, как вес снова подскакивает. Выхода из положения пока не видно: в ближайшее время не ожидается появления новых препаратов.

"Я ничего не ожидаю в обозримом будущем, - говорит доктор Кишор Гадде, руководящий клиническими испытаниями средств по борьбе с ожирением в университете Дюка. - Хотя многие компании работают над новыми лекарствами, я не вижу среди них многообещающих препаратов".

Но вот недавно поиски таких препаратов приняли весьма необычный оборот, когда исследователи, занимающиеся борьбой с ожирением, стали изучать, как теряют вес больные, принимающие два уже имеющихся лекарства, причем лекарства, одобренные для совершенно другой цели, а именно для лечения эпилепсии. Оба эти лекарства - зонегран и топамакс - также применяются для предотвращения мигрени.

Неожиданный, так сказать, "противоожеренческий" потенциал обеих лекарств был открыт почти что случайно, когда больные, лечившиеся от эпилепсии и от мигрени, заметили, что без каких-либо стараний со своей стороны они начали терять вес.

Медикам до сих пор непонятен конкретный механизм действия зонеграна и топамакса. Видимо, они действуют на мозговые цепочки, контролирующие чувство голода и насыщения. Пациенты говорят, что у них действительно пропадает голод, они быстрее наедаются и теряют желание лакомиться пирожными, шоколадом и мороженым. При проведении клинических испытаний люди, принимавшие упомянутые лекарства, теряли в среднем от 6 до 10% своего веса. Это весьма приличный результат для любого средства от ожирения.

И фармацевтические компании, и врачи относятся к таким фактам чрезвычайно осторожно, как бы опасаясь о них говорить. Дело в том, что компании боятся конфликта с могущественным Федеральным управлением по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств, FDA, а врачи боятся стать невольными виновниками каких-нибудь непредвиденных осложнений, если будут прописывать эти лекарства, недостаточно испытанные в своей необычной роли.

Ни зонегран, ни топамакс не одобрены пока для борьбы с ожирением, и поэтому фармацевтическим компаниям не разрешено их рекламировать для таких применений. Более того, другие лекарства для похудения не оправдали возлагавшихся на них надежд и тем самым как бы бросили тень на всю эту область. Фен-фен, например, подавал сначала большие надежды и стал чрезвычайно популярным, но был потом быстро заброшен, когда выяснилось, что он вызывает повреждения сердечных клапанов.

Топамакс также дает серьезные побочные эффекты, ухудшая память, внимание и способность к концентрации. Некоторые врачи поэтому шутливо называют его "допамакс" и говорят, что он делает пациентов "худощавыми и глуповатыми". Диетолог Карла Вольпер из исследовательского центра по борьбе с ожирением при нью-йоркской больнице Сант-Люкс Рузвельт, занимавшаяся экспериментами с топамаксом, говорит, что лекарство явно отражалось на умственных способностях пациентов. Журналист признавался ей, что проверка текста, обычно занимавшая у него час, стала занимать три часа, пианист не мог запомнить мелодии, а аспиранту приходилось перечитывать одну и ту же страницу по несколько раз.

Тем не менее, все эти люди не сразу признавались в появлении подобных проблем. Они так были рады потере веса, что предпочитали некоторое время мириться с неприятными последствиями приема лекарства и опасались, что им снизят прописанные дозы.

Представитель фармацевтической компании "Джонсон и Джонсон", выпускающей топамакс, отказался обсуждать все эти побочные эффекты, но признал, что исследования по использованию лекарства для снижения веса были приостановлены год назад, чтобы несколько изменить состав препарата и сделать его эффективнее при сниженных дозах. Компания планирует провести испытания новой версии лекарства на людях, страдающих от ожирения и от диабета.

Между тем, некоторые врачи уже и сейчас прописывают своим больным топамакс для потери веса. Дело в том, что отважные толстяки часто отчаянно жаждут похудеть, а врачи по американским правилам имеют право выписывать лекарства, имеющиеся в продаже, по своему усмотрению.

Что касается другого препарата, зонеграна, то изучение его только началось. В небольшом исследовании, опубликованном в Журнале американской медицинской ассоциации", группа доктора Гадде показала, что препарат обеспечивает страдающим от ожирения и принимавшим это лекарство в течение 8 месяцев потерю примерно 9 килограммов. Это соответствует примерно 10% общего веса. По сравнению с этим члены контрольной группы, принимавшие плацебо, потеряли только по 1,5 килограммов. Единственным побочным эффектом, который пока заметили исследователи, была повышенная усталость.

"Мы не ожидали таких результатов, - говорит доктор Гадде. -Если лекарство обеспечивает за год потерю 10% веса без неприятных последствий, то это замечательный препарат". Тем не менее доктор Гадде считает, что рекомендовать препарат еще рано. Нужно провести исследования в нескольких медицинских центрах на большем числе пациентов.

Однако, руководитель научного отдела "Элана" - фирмы-изготовителя зонеграна - Айван Либербург сказал, что компания собирается обратиться в FDA с просьбой об официальном одобрении применения лекарства для потери веса.

48-летняя Эдна Паркер принимает зонегран в течение 8 месяцев и сбросила уже более 20 килограммов. Она весит теперь 92 килограмма и надеется опуститься до 80. "Когда встаешь на весы, так приятно видеть, что цифры уменьшаются, - говорит она, - а раньше они только ползли вверх".

Тем не менее, Эдна Паркер собирается скоро прекратить прием лекарства. Она не почувствовала каких-либо побочных явлений, кроме снижения аппетита и надеется в будущем поддерживать свой сниженный вес без пилюль.

Другая пациентка, пожелавшая остаться неизвестной, сбросила за 8 месяцев 30 килограммов, но, перестав принимать лекарство, опять почувствовала непреодолимую тягу к пирожным и к мороженому и снова набрала 11 килограммов. Теперь она старается умерить свою тягу к сладкому, но не возвращается к зонеграну, так как собирается забеременеть.

Специалист по борьбе с ожирением из Корнеллского медицинского центра в Нью-Йорке доктор Луис Аронн, прописывающий иногда своим пациентам и топамакс, и зонегран, тем не менее, не считает их универсальной панацеей. По его мнению, они помогают не всем пациентам и просто являются еще одним из многих методов, используемых медиками и больными для борьбы с ожирением.

Евгений Муслин: И в заключение нашей передачи сообщение о влиянии диабета на умственные способности детей.

Исследователи, изучавшие практику лечения детского диабета, обнаружили, что резко пониженный уровень сахара в крови у детей не мешает им хорошо учиться. Такое состояние - гипогликемия - возникает у детей, подвергающихся интенсивному лечению. Гипогликемия может вызывать дрожь, дезориентацию и приводить к потере сознания. Все это вызывало опасения, что из-за этого могут возникнуть долговременные проблемы, связанные с обучением и памятью.

Однако, исследователи-педиатры из детской клиники в Джексонвилле, Флорида, и Вашингтонского университета в Сант-Луисе не нашли никаких подтверждений этим опасениям. Исследователи проделали множество тестов по оценке "коэффициента интеллектуальности" больных детей, их способности концентрировать внимание и так далее, но не заметили у них никаких отклонений по сравнению с относительно здоровыми детьми.

Влияет ли беременность на способность концентрировать внимание и на память? Сами беременные отвечают на этот вопрос утвердительно. Однако специальные объективные тесты, проведенные недавно в Великобритании, не подтверждают таких опасений.

Д-р Рос Кроули из Сандерлендского ун-та, руководившая специальнным исследованием, опубликованным в журнале ПСИХОЛОГИЯ и ПСИХОТЕРАПИЯ, говорит, что представления о рассеянности беременных и об их других временных умственных недостатках действительно широко распространены. Но тесты, которые ее группа проводила с 15 беременными и с 14 женщинами контрольной группы в течение двух лет, ничего такого не подтвердили, хотя сами беременные были уверены в обратном.

Д-р Кроули предлагает две теории, объясняющие очевидные противоречия между действительным положением и мнением беременных женщин. Либо влияние беременности на умственные способности весьма незначительно и может быть легко преодолено при проведении тестов, либо никакого влияния вообще нет, а мнения беременных объясняются лишь привычным культурным стереотипом.

Если бы американские врачи полностью следовали всем правительственным рекомендациям по предотвращению болезней и травм, им требовалось бы на это больше семи часов в день и у них совсем не оставалось бы времени на реальное лечение больных. К такому выводу пришли д-р Ллойд Миченер и д-р Кимберли Ярналл, исследователи из ун-та Дюка.

В статье, опубликованной в журнале АМЕРИКАНСКОЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЕ, они пишут, что из-за появления все новых видов обследований положение постоянно усложняется. Правительственными органами выпущены сотни профилактических рекомендаций, которые врачи должны предлагать пациентам. Исследователи, однако, ограничились рассмотрением только 30 рекомендаций, выдвинутых Федеральной комиссией по профилактической медицине.

Среди этих рекомендаций тесты на рак молочной железы и рак толстой кишки, проверка на повышенное кровяное давление и на содержание холестерина в крови, собеседования о вреде курения и алкоголя, о необходимости пользоваться привязными ремнями в автомобилях и т.д. и т.п.

Предыдущие исследования такого рода показывали, что врачи не следовали многим официальным рекомендациям, не вызывавшим интереса у пациентов. Но исследование, о котором идет речь, свидетельствует о более фундаментальных причинах - о нехватке времени. Причем исследователи пользовались самыми консервативными оценками затрат времени на консультации и тесты. На некоторые тесты они отводили всего две-три минуты. Но, как говорит д-р Миченер, минуты, умножаемые на десятки и сотни пациентов, складываются в часы.

Вывод, сделанный исследователями, таков: большую часть тестов и консультаций следует возложить на медсестер, диетологов, социальных работников и других сотрудников клиник, незанятых непосредственно лечением пациентов.

Борьба с коррозией обходится американской армии в 10 млрд. долларов в год. Удаление старой краски и перекрашивание металлических поверхностей не только дорого, но и требует использования вредных хлорсодержащих растворителей. Нью-джерсийский Технологический ин-тут по заказу Министерства обороны США работает сейчас над покрытием, которое не только предотвращает коррозию, но и практически устраняет необходимость вообще перекрашивать танки. Такая "разумная краска" будет сама обнаруживать возникающие в покрытии трещинки и автоматически их устранять. Мало того, цвет нового покрытия можно будет менять нажатием кнопки.

Обычные краски, как правило, состоят из двух основных компонентов: из частичек пигмента, дающих цвет, и из полимера, не дающего пигментным частицам слипаться, и служащего как бы клеем. Когда водяные капельки проникают под краску, они вызывают ржавление металла. Но под новые краски вода проникнуть не сможет. Для этой цели планируется использовать несколько стратегий. Одна из наиболее перспективных заключается во введении в полимер микроскопических углеродных трубочек, делающих его электропроводным. В полимер будут также вводить микрокапсулы микронного диаметра, наполненные краской. При возникновении в покрытии трещинок его электрические свойства будут меняться. Встроенные датчики просигнализируют о возникновении проблемы, и микрокапсулы автоматически раскроются, пуская в щель краску, предохраняющие поверхность от дальнейшего повреждения.

Чтобы иметь возможность менять цвет покрытия, химики введут в состав "разумной краски" специально спроектированные молекулы, чувствительные к электрическим сигналам. Стоит послать определенный сигнал, и эти молекулы вспыхнут, накладывая на основной, скажем, коричневый цвет, зеленый или красный оттенок.

Перечисленные новшества не так далеки, как кажется, говорит руководитель исследовательского проекта Дан Ваттс. Большинство нужных инградиентов для покрытий нового типа уже готовы. Труднее всего будет сделать работоспособный гибрид из углеродных микро-, вернее, нано-трубок и полимера. К тому же килограмм нано-трубок обходится сейчас в 2 млн. долларов. Тем не менее исследователи надеются испытать покрытие нового типа уже в 2005г.

XS
SM
MD
LG