Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Инфекционная природа. Плюсы и минусы гормональной терапии


Темы передачи: инфекционная природа мигрени, плюсы и минусы гормональной терапии, а также короткие медицинские новости.

Евгений Муслин: В последние годы все большее количество заболеваний, происхождение которых никогда не связывалось с инфекционными процессами, оказываются обусловленными деятельностью тех или иных микробов. Так произошло с язвенной болезнью желудка, некоторыми формами злокачественных новообразований, а вот теперь даже с такой, казалось бы, далекой от заразительности болезнью как: мигрень. Мы попросили рассказать об этой сенсации профессора Даниила Голубева.

Даниил Голубев: Появились данные о том, что до 18 процентов случаев хронической мигрени вызываются микробами Хеликобактер Пилори, обитающими в желудке, и что эти случаи могут успешно лечиться антибиотиками. С таким сообщением выступили сотрудники Миланского университета, работающие под руководством доктора Марии Гисмондо, заведующей микробиологической лабораторией.

Евгений Муслин: Скажите, пожалуйста, это тот вид микроорганизмов, который оказался ответственным за возникновение язвенной болезни желудка?

Даниил Голубев: Именно так. Микробы Хеликобактер Пилори являются постоянными обитателями желудка, своего рода сопрофитами, которые в течение длительного времени могут существовать совершенно скрыто, не проявляя никаких патогенных свойств. Первое сообщение австралийских исследователей о том, что эти бактерии причастны к возникновению язвы желудка, были встречены не только с недоверием, но даже с насмешками, и прошло немало лет, пока с этими данными пришлось согласиться. В настоящее время с активностью Хеликобактер Пилори связывают не только язву желудка, но и некоторые формы рака этого органа, а также целый ряд других заболеваний, включая поражения сердца, кожи и даже возникновение аутоиммунных состояний. Данные о связи этого микроорганизма с мигренью прозвучали впервые.

Евгений Муслин: Что, собственно, было представлено миланскими исследователями? Каковы конкретные результаты их наблюдений?

Даниил Голубев: Под наблюдением миланских врачей находились 130 больных мигренью, в организме которых было обнаружено присутствие микроорганизмов Хеликобактер Пилори. Эти больные были разделены на две примерно равные группы, одна из которых в течение 3-х недель получала курс антибиотиков, а другая - и антибиотики, и культуру лактобацилл, полученную из йогурта или других кисло-молочных продуктов. Лактобациллы находятся с микроорганизмами Хеликобактер Пилори в сложных "конкурентно-дружеских" взаимоотношениях. Больные, входящие в эту вторую группу, в течение 3-х месяцев получали ежедневно по три дозы лактобацилл, а затем еще в течение 9 месяцев - по одной дозе этих микроорганизмов в день. В течение первого месяца от начала лечения обе группы не отличались друг от друга по проявлениям мигрени и степени инфицированности микробами (об этом судили по степени колонизации культур микроорганизма в лабораторных тестах). Однако через год после начала лечения между двумя группами были выявлены существенные различия. Практически полное исчезновение проявлений мигрени и признаков инфицированности организма микробами Хеликобактер Пилори было обнаружено в группе пациентов, получавших и антибиотики, и лактобациллы. Рецидивы мигрени в этой группе были чрезвычайно редки, в то время как у тех, больных, которые не получали лактобациллы, а лечились одними антибиотиками - они встречались намного чаще. В целом, через год половина тех больных, которые лечились одними антибиотиками, продолжали по-прежнему страдать от мигрени, в то время как среди получавших и антибиотик, и культуру лактобацилл - таковых оказалось лишь 20 процентов. Все проявления тяжелой и коварной мигрени у людей, получавших микроб, связанный с Хеликобактер Пилори весьма своеобразными "дружественно- антагонистическими" отношениями, были намного более слабыми и, если так можно выразиться, "более мягкими".

Это же касалось и степени инфицированности организмов микробами Хеликобактер Пилори. Через год после начала лечения показатели этой инфицированности уменьшились на 40 процентов в первой группе пациентов (получавших только антибиотики) и на 70 процентов - во второй группе, когда больные получали ещё и культуру лактобацилл.

Евгений Муслин: Каково отношение других специалистов к результатам миланских исследователей, судя по всему совершенно новым и достаточно неожиданным?

Даниил Голубев: Совершенно верно, дело обстоит именно так. Отношение других специалистов к данным итальянских исследователей пока более чем сдержанное. Вот характерный пример. "То, что токсин микроба Хеликобактер Пилори может вызывать головные боли, не является для меня чем-то совершенно невероятным, - говорит доктор Питер Годсби - профессор неврологии Лондонского Института нервных болезней и нейрохирургии. - Но это положение должно быть строго доказано, и тогда можно будет делать определенные выводы. А вот что касается лечения, то в данных итальянских исследователей отсутствует важный контроль - таблетки плацебо, имитирующие антибиотики и лактобациллы. Опыт показывает, что "эффект плацебо" может достигать 30 процентов, особенно при таком заболевании, как мигрень, где всё базируется на самоощущениях и самооценках. Так что результаты лечения, представленные доктором Гисмондо, кажутся мне мало доказательными".

Евгений Муслин: Какой же общий вывод, с вашей точки зрения, можно сделать?

Даниил Голубев: Мигрень известна человечеству с древних времен. Описание ее проявлений есть даже у Гиппократа. Ее старинное название - "гемикрания", что по-гречески означает "боль в половине головы", и сохранилась легенда, что от нее тяжко страдал римский прокуратор Древней Иудеи Понтий Пилат. Но за все время ее изучения никто и никогда не говорил об ее инфекционной природе. Доктор Мария Гисмондо и ее коллеги из Миланского университета впервые привлекли внимание к этой стороне дела, и в этом их несомненная заслуга. Если представления об инфекционной природе этого тяжелого заболевания подтвердятся, то и в его лечении наступят совершенно новые времена. На сегодня хроническая мигрень практически неизлечима.

Лилия Шукаева: Пациентке В. исполнилось 60, и она уже в течение 20 лет охотно принимала эстрогеновые гормоны с тех самых пор, когда у нее удалили матку и яичники. Теперь она хотела бы прекратить эту терапию. Но это оказалось чрезвычайно трудным. У нее начинаются горячие приливы, которые чуть ли не каждые полчаса заставляют ее обливаться потом, и с каждым днем ее самочувствие ухудшается. Так что, как бы ей ни хотелось избавиться от приема гормонов, дело всегда кончается тем, что она сдается и вновь просит своего врача: "Доктор, поставьте меня опять на гормоны".

Жаркие приливы - не просто неприятная штука. Они выбивают больную из колеи: существенно нарушают сон, вызывают хроническую усталость, ведущую к депрессии и забывчивости. А лучшее средство от приливов, по мнению большинства врачей - это эстрогены. Так почему же больная так хочет от них избавиться?

Дело в том, что миссис В. беспокоит риск, связанный с долговременными эффектами гормонотерапии. Больше всего ее пугает рак груди, потому что он был у ее сестры и у бабушки, да и у нее самой находили несколько раз кисты в молочной железе. И хотя нет данных об увеличении опасности рака груди при продолжительности гормонотерапии меньше 5 лет, более длительное лечение увеличивает риск на 30-60%.

Для женщин, у которых, как у миссис В., удалена матка, гормонозаместительная терапия сводится к приему только эстрогенов. У других же пациенток это может вызвать маточный рак, так что им дают еще и другие гормоны - прогестины.

Рак груди - не единственная опасность, подстерегающая женщин, принимающих гормоны. Профессор-эпидемиолог из Калифорнийского университета в Сан-Франциско Дебора Грэди описывает и другие неприятные побочные эффекты, начиная с относительно безобидных маточных кровотечений и болезненных ощущений в сосках и кончая более серьезными вещами: утроением риска образования кровяных тромбов или 40-процентным повышением риска болезни желчного пузыря. От такой болезни страдают 10% американцев. Риск возрастает с возрастом, причем у женщин он вдвое больше, чем у мужчин.

Тромбообразование, правда, происходит намного реже - в среднем всего у одной-двух женщин на 10 тысяч, так что даже утроение риска - это не так уж много. Но этот риск еще выше у женщин, уже имеющих болезнь коронарных артерий. Эстрогены повышают риск, заставляя печень синтезировать больше веществ, в нормальной ситуации способствующих свертыванию крови.

Рискованность гормонотерапии известна давно, но до последнего времени и врачи, и больные считали, что эта опасность более чем окупается снижением риска сердечных приступов, инсультов, костных переломов, недержания мочи, острых депрессий и болезни Альцгеймера. Однако тщательные исследования, проведенные в последние годы, подвергают сомнению некоторые из перечисленных эффектов, которые многие женщины и их врачи считали бесспорными. Большинство этих исследований проводились с эстрогеном, содержащимся в ПРЕМАРИНЕ - самом распространенном в США гормонотерапевтическом лекарстве. Этот эстроген выделяют из мочи беременных лошадей.

Международная комиссия экспертов, оценивавшая эффективность гормонотерапии, опубликовала свои результаты в марте этого года. Ученые пишут, что клинические испытания не выявили положительного влияния терапии ни на недержание мочи, ни на лечение депрессий, ни на потерю памяти при болезни Альцгеймера. И хотя эстроген явно способствует сохранению костной ткани, в какой степени это уменьшает число переломов, пока неясно. Так что для лечения остеопороза и предотвращения переломов лучше использовать другие лекарства: РАЛОКСИФЕН и ФОССАМАКС, эффективность которых вызывает меньше сомнений.

Что касается сердечно-сосудистых заболеваний, то три исследования показали, что гормонозаместительная терапия не только не защищает женщин от инфарктов или инсультов, но даже повышает их риск в течение первых нескольких лет. Женщинам, уже имеющим сердечные болезни или относящимся к группам повышенного риска, например, страдающим от гипертонии или с повышенным содержанием холестерина, специалисты теперь советуют воздержаться от лечения гормонами и вместо этого принимать лекарства специально для понижения кровяного давления или снижения уровня холестерина.

Впрочем, сейчас еще продолжается одно большое исследование по поводу риска сердечных болезней в связи с гормонотерапией, и проводятся соответствующие клинические испытания с участием 27 тысяч женщин. Так что, как говорит заведующая кардиологическим отделением больницы "Грэди Мемориал" Атланте доктор Наннет Венгер, последнее слово в этой области еще не сказано. Итоги этого исследования будут опубликованы в ближайшие два-три месяца Национальным институтом здоровья и итальянским частным медицинским фондом Джиованни Лоренцини.

Между тем, женщинам медицинские советы нужны немедленно. Многие врачи считают, что, учитывая известный риск, связанный с гормонотерапией, и отсутствие научно подтвержденных положительных эффектов, они могут рекомендовать это лечение только женщинам, мучительно страдающим от жарких приливов, от вагинальной сухости или от серьезного понижения плотности костей, при условии, что эти женщины не относятся к группам повышенного кардиологического риска, обусловленного сердечно-сосудистыми болезнями, инсультами и кровяными тромбами. Но и в таком случае, говорят медики, оптимальной стратегией, видимо, будет лечение гормонами в течение лишь нескольких лет, так сказать, в остром периоде, а затем постепенное свертывание такого лечения.

"У некоторых женщин симптомы, связанные с нехваткой гормонов, столь мучительны, - говорит доктор Грэди, - что они разрушают их профессиональную и половую жизнь. И в этом заключается главная проблема. В принципе гормональная терапия - это вполне обоснованное лечение. Но она отнюдь не должна продолжаться до конца жизни".

Эстрогеновая гормонотерапия применяется медиками уже примерно 50 лет, и маятник веры в нее качался то в одну, то в другую сторону уже несколько раз. В конце 60-х и в начале 70-х годов лечение гормонами считалось "фонтаном юности". Затем медики обвинили гормонотерапию в том, что она вызывает рак матки, и оправдали ее, когда оказалось, что добавка прогестерона резко снижает этот риск. Исследования 80-х и начала 90-х годов, проводившиеся на женщинах, лечившихся гормонами, показали, что гормоны вроде бы снижают кардиологический риск. Но тогда же стала очевидной повышенная опасность рака молочной железы, а самые последние исследования не подтвердили какой-либо сердечно-сосудистой пользы от гормонотерапии.

Доктор Айзик Шифф, возглавляющий акушерско-гинекологическое отделение в Массачусетском генеральном госпитале, считает, что "данные о гормонотерапии действительно содержат много противоречий и что по обе стороны баррикады имеется множество авторитетных и порядочных исследователей, защищающих свою точку зрения с самыми лучшими намерениями. Достойно сожаления, что дело касается препаратов, применяющихся уже в течение многих лет, а мы о них так относительно мало знаем. Фактически их применение не основано на строго научном знании. Так что мы учимся параллельно с лечебным процессом"

Как и доктор Грэди, доктор Шифф считает самым важным показанием для проведения гормонозаместительной терапии наличие симптомов, которые больные просто не в состоянии переносить. Жаркие приливы через 3-6 месяцев часто ослабевают, а через несколько лет исчезают совсем. Правда, у некоторых женщин они продолжаются очень долго. Доктор Шифф рассказал, что он проводил исследование, показавшее, что температура кожи на женских лицах во время приливов повышалась на 1-1,5, а иногда и на 2,5 градуса Цельсия. Одна из его пациенток была женщиной, занимавшей высокий пост в промышленной корпорации. На деловых совещаниях, на которых она председательствовала, она часто оказывалась единственной женщиной. Во время жарких приливов она

XS
SM
MD
LG