Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"По следам Эскулапа"


Евгений Муслин:

Несмотря на исключительные усилия правительств, общественных организаций, ученых и врачей фактически всего мира, СПИД продолжает свое мрачное шествие по планете. Наряду с попытками создать новые лечебные и профилактические препараты против этой зловещей инфекции, не прекращаются работы по изучению природы этого заболевания и, в первую очередь, по проблеме происхождения самого возбудителя - вируса иммунодефицита человека - (ВИЧ). В связи с этим иногда предлагаются спорные теории. Мы попросили рассказать об одной из таких профессора Даниила Голубева.

Даниил Голубев:

Во-первых, я хочу повторить то, что вы сказали о продолжающемся росте заболеваемости СПИДом в мире. В текущем, еще не окончившемся году от этой инфекции погибло уже 2,6 миллиона человек - наибольшее количество за все годы с начала эпидемии в 1981-м году. Зарегистрировано 5,6 миллионов вновь инфицированных ВИЧ, а общее их количество в мире в настоящее время, по данным экспертов ВОЗ, приближается к 34 миллионам, а в целом с1981-го года этим возбудителем были поражены более 50 миллионов человек. Весьма мрачны прогнозы специалистов в отношении СПИДа на новое тысячелетие, поскольку радикальных средств лечения и профилактики этого заболевания пока не создано.

Откуда же взялся возбудитель СПИДа и не существует ли путей его продолжающегося поступления в человеческую популяцию из какого-либо источника? По мнению одних ученых, этому вирусу нет еще и 20 лет, так как первые больные СПИДом как таковым были зарегистрированы в 1981-м году, а по мнению других, этому агенту сотни миллионов лет, и от него вымерли на земле динозавры. Такого рода споры гласят достаточно академический характер и никак, по крайней мере, пока, не влияют на текущую практику. Но среди высказываний, мнений и гипотез, которые никак не повлияли на проблему СПИДа, есть и такие, которые могут принести немалый вред в других, не менее важных, направлениях медицинской практики.

Евгений Муслин:

Что именно вы имеете в виду?

Даниил Голубев:

Я имею в виду гипотезу британского научного журналиста Эдмунда Хупера о том, что вирус иммунодефицита, поражающий обезьян-шимпанзе, "перепрыгнул" видовой барьер и адаптировался к организму человека в 50-е годы, когда в Африке на миллионе человек испытывали полиомиелитную вакцину, приготавливаемую на обезьяньих клетках. Если признать эту гипотезу правильной, то и сегодня есть опасность заражения детей вирусом иммунодефицита при иммунизации против полиомиелита, поскольку и сегодня приготовление этих вакцин часто связано с использованием клеток обезьян. А уж те, кто уже привит этой вакциной, а это многие сотни миллионов человек, получивших ее в детстве, а сейчас имеющие возраст от года до 45-50 лет должны рассматриваться как потенциально пораженные этими агентами. Кто же после этого захочет вакцинировать своих детей от полиомиелита?

Впервые эту гипотезу Хупер высказал 7 лет тому назад, но тогда на нее никто не обратил серьезного внимания, но вот недавно он опубликовал целую книгу под названием "Река", где настаивает на своей версии. Книга цитируется, реферируется в научных и популярных изданиях, и ее нельзя просто замолчать, поскольку она, мягко говоря, "смущает" воображение каждого, кто знакомится с гипотезой автора.

Евгений Муслин:

А что неправильно в этой гипотезе?

Даниил Голубев:

Все. От начала и до конца. Но позвольте по порядку, чтобы не быть голословным.

Хупер исходит из того, что люди заразились первым вариантом вируса иммунодефицита (так называемым ВИЧ-1) от человекообразных шимпанзе. Предполагается, что африканские охотники "подхватили" вирус иммунодефицита, когда разделывали убитых ими шимпанзе. В этой гипотезе является очевидным только то, что у шимпанзе действительно есть свой обезьяний вирус иммунодефицита, но совершенно неизвестно, когда, и где именно мог произойти его переход на человека, и произошло ли это событие на самом деле.

Хупер указывает на 1959-й год, когда, якобы, был зарегистрирован в Африке самый первый случай СПИДа. Опять гипотеза. Случай, о котором идет речь, может теперь, по прошествии многих лет, рассматриваться только как похожий на СПИД, поскольку нет никакой возможности осуществить специфическую диагностику заболевания этого давно умершего человека. Но даже ели это и произошло в 1959-м году, то почему эпидемия СПИДа началась в США только в 1981-м году. А как быть с гипотезой о том, что вирусу СПИДа сотни миллионов лет, и что от него вымерли динозавры? Эта гипотеза нисколько не хуже "обезьяньей", у нее есть свои аргументы и свои авторы. Кроме того, надо учесть, что ВИЧ-1 не идентичен вирусам иммунодефицита шимпанзе, а только похож на них. Даже если и предположить, что этот обезьяний вирус перескочил с шимпанзе на человека, то из этого вовсе не вытекает, что он был должен трансформироваться в другой вирус - ВИЧ-1. Вирус коровьей оспы давно "перескочил" на человека, еще в 18-м веке, но от этого он не стал вирусом человеческой оспы, он остался самим собой, то есть вирусом оспы коров, к счастью оказавшимся вакциной для людей, которая позволила избавить человечество от натуральной, "черной" оспы. Наконец, еще есть ВИЧ-2. А он откуда взялся?

Евгений Муслин:

Но ведь действительно, в Африке в 50-е годы испытывали полиомиелитную вакцину, которую готовят на обезьяньих клетках?

Даниил Голубев:

Да, гипотеза Хупера включает в себя оба этих тезиса, но оба они представляют собой такую полуправду, которая хуже всякой лжи.

Вакцина против полиомиелита действительно делалась и тогда, и в целом ряде лабораторий мира делается и сейчас на обезьяньих клетках, которые высоко чувствительны к вирусу полиомиелита и обусловливают его активное накопление, необходимое для получения качественной вакцины. Но дело в том, что для этой цели ни тогда, ни сейчас не использовались и не используются клетки человекообразных шимпанзе, а только клетки низших приматов - зеленых мартышек. Рассуждения Хупера о том, что в пробирки с тканью почек зеленых мартышек могли "случайно" попасть клетки почек шимпанзе, выглядит просто анекдотично. Чтобы получить культуру почечной такни обезьяны, ее нужно убить, почку вырезать и подвергнуть специальной обработке, так называемой "триписинизации". О каком случайном попадании клеток почек обезьян другого вида в пробирки с культурами ткани почек зеленых мартышек может идти речь?

Но не это самое главное! Дело в том, что существуют два разных вида полиомиелитной вакцины: так называемая "убитая", созданная Джонасом Солком и "живая", автором которой является другой выдающийся американский вирусолог - Альберт Сэбин. Вакцина Солка представляет собой взвесь частиц вируса полиомиелита, накопленных в культуре ткани зеленых мартышек и обработанных формалином. Эта обработка делается уже для того, чтобы "убить" вирулентные вирусы полиомиелита, после чего они уже неспособны инфицировать, но при введении ребенку индуцируют образование противовирусных антител, что делает его невосприимчивым - иммунным к полиомиелиту. Естественно, что при этой обработке полностью инактивируется биологическая активность всех компонентов этого препарат, то есть не только вируса полиомиелита, но и всех других вирусов, которые там могли бы находиться. Следовательно, такого рода препарат в принципе не может вызвать какой-либо инфекционный процесс - ни полиомиелитный, ни никакой другой. Потенциальная (повторяю, потенциальная !) опасность такого рода может касаться только препаратов живых вакцин, содержащих живые, но так называемые аттенуированные, то есть ослабленные штаммы вируса полиомиелита. Это - "живая" вакцина Сэбина, и она тоже готовится на культуре ткани почек зеленых мартышек, но, естественно, без всякого формалина. В препаратах таких вакцин наряду с вирусами полиомиелита - в принципе! - могут содержаться какие-то еще другие, конечно же неизвестные вирусы. Повторяю: в принципе! И это немногое, что в гипотезе Хупера имеет хоть какую-то связь с реальностью!

Евгений Муслин:

А какую вакцину применяли в Африке в 50-е годы?

Даниил Голубев:

В том-то и дело, что убитую, о есть вакцину Солка, которая, как я уже говорил, вообще неспособна вызывать какой-то инфекционный процесс. Вакцина Сэбина тогда еще как препарат не существовала, были лишь вакцинные штаммы Сэбина, которые только начали проверяться. Первым, кто осуществил крупномасштабное испытание этих штаммов уже как живой вакцины, был академик медицины Анатолий Александрович Смородинцев, работавший в Ленинграде, в Институте экспериментальной медицины Академии Медицинских наук. Он провел такое испытание на миллионе детей в прибалтийских республиках бывшего СССР, и при этом были получены беспрецедентные по своей убедительности данные, свидетельствующие и об абсолютной безвредности, и о высочайшей эффективности этого препарата. Заболеваемость полиомиелитом сразу стала резко уменьшаться, и никаких вредных последствий при этом не наблюдалось. Затем к этой работе присоединился в Москве академик Михаил Петрович Чумаков, директор Института полиомиелита, и этот институт, наряду с убитой вакциной Солка, начал производить живую вакцину Сэбина, которую с тех пор, то есть со второй половины 60-х годов, активно применяют во всем мире. Если бы в гипотезе Хупера была хоть капля истины, то эпидемия СПИДа должна была бы начаться не в Африке, где применялась безвредная убитая вакцина, а в Прибалтике, где миллион детей получил препараты живых вирусов, выращенных на обезьяньей ткани.

Евгений Муслин:

Каково же ваше общее заключение?

Даниил Голубев:

Как вирусолог, я лично признаю, что мы сегодня не знаем, откуда взялся вирус иммунодефицита человека, какова его природа и происхождение. Печально, но это факт, как и отсутствие эффективных препаратов для лечения и профилактики СПИДа. Предстоит огромная работа для преодоления всего этого дефицита знаний и возможностей. Но...при чем здесь вакцины против полиомиелита, которые буквально оклеветаны рассматриваемой системой предположений, допущений и прямых домыслов. Вакцины, наряду с антибиотиками и даже в большей степени, чем они, знаменуют собой решающий вклад медицинской науки в спасение жизни и сохранение здоровья миллионов людей во всем мире в течение целого ряда поколений. Без вакцин немыслима современная цивилизация!

18-й век подарил человечеству вакцину против оспы, 19-й - против бешенства, 20-й целую серию высокоэффективных препаратов для профилактики большого количества инфекционных заболеваний. В их ряду вакцины против полиомиелита занимают одно из самых первых мест. Там, где вакцинация проводится качественно, и в должном объеме, полиомиелит - этот страшнейший враг жизни и здоровья людей, в первую очередь, детей, буквально стирается с лица земли. Родители должны с полным доверием относится к этой апробированной и высокоэффективной процедуре, и с благодарностью. Помнить об ученых, спасших своим трудом их детей от тяжелейшего, калечащего и нередко смертельного заболевания.

Лилия Шукаева:

В сегодняшней медицинской периодике США и Англии - в "Анналах терапии", "Ланцете", "Британском медицинском журнале", - часто вспоминают двух выдающихся врачей прошлого столетия - Земмельвейса и Листера. И вспоминают неспроста.

В первой половине ХIХ-го века в Европе свирепствовала родильная горячка (послеродовой сепсис). В акушерских клиниках погибала треть рожениц. Молодой венгерский врач Игнац Земмельвейс догадался, отчего они погибают: после вскрытий врачи не отмывают рук и переносят трупные частицы здоровым женщинам. В своей клинике Земмельвейс заставил врачей и сестер дезинфицировать руки хлорной водой, и не только после операции, но и перед операцией. Смертность прекратилась. Кажется, что тут доказывать. Но целых 13 лет Земмельвейс доказывал всем своим коллегам, что причина родильной горячки кроется не в организме рожениц, а в трупных частицах, и что есть простое и верное средство против нее. Его отказывались слушать: у его метода не было теоретического обоснования. Он написал книгу, кее не пожелали читать. Он писал открытые письма упорствующим профессорам, обвиняя их в гибели пациенток. Тщетно! Он умер в психиатрической больнице. В ХХ-м веке его назвали спасителем матерей.

Через некоторое время история повторилась, хотя и не столь драматично. Английский хирург Джозеф Листер, впоследствии президент Лондонского королевского общества, исходя из тех же соображений, что и Земмельвейс, велел у себя в отделении мыть руки перед всякой операцией и получил от больничного начальства выговор за перерасход мыла. Позднее он опубликовал статью "Об антисептическом принципе в практической медицине". В ней уже было теоретическое обоснование - ссылка на Патсера. Тем не менее, крупнейший шотландский хирург Джеймс Симпсон, изобретатель способа остановки кровотечений и хлороформного наркоза, выступил против антисептики. Пока в Англии шла дискуссия, венские врачи, противники Земмельвейса, уже потихоньку вводили у тебя антисептику, а уменьшение смертности в своих больницах объясняли усовершенствованием системы вентиляции.

Но какое это все имеет отношение к сегодняшней медицине? Самое прямое! История с мытьем рук повторяется снова, со всеми, конечно, особенностями, свойственными нынешнему времени.

По данным Американских центров контроля за болезнями,

ежегодно 5 процентов госпитализируемых, то есть около 1,8 миллиона человек, подхватывает в больнице какую-нибудь инфекцию. 20 тысяч из них от нее умирают. От СПИДа умирает меньше. Инфекция действует не только прямо, но и косвенно, ослабляя и изматывая организм, лишая его сил противостоять основной болезни. И в этом смысле она повинна еще в 70 тысячах смертей. Борьба же с инфекцией обходится ежегодно в 4,5 миллиарда долларов.

С каждым годом положение ухудшается. Несмотря на то, что пребывание в больнице стало короче, чем 20 лет назад, и "средний" пациент попадает туда реже, все пациенты стали более восприимчивы к больничной инфекции, более болезненны, если можно так выразиться, и количество инфекций возросло за 20 лет на 36 процентов. И все это главным образом от того, что разнообразные патогенные микробы научились сопротивляться антибиотикам.

"Нет ничего в больнице опаснее рук", - это изречение, восходящее к эпохе Земмельвейса и Листера, не устает повторять Роберт Вейнстайн, директор отдела инфекционных болезней в одном из бюро чикагской службы здоровья. Не плохо вымытых рук, заметьте, а вообще рук, хотя, если вдуматься, это в данном случае одно и тоже.

За последние 10 лет в больницах, клиниках, врачебных кабинетах, расплодилось огромное количество бактерий-мутантов. В том числе и с непредсказуемым и не поддающимся контролю поведением. Все они умеют быстро приспосабливаться к антибиотикам и сопротивляются им с необыкновенной хитростью и упорством. Человек же, чья иммунная система избалована теми же антибиотиками, сопротивляется этим агрессорам-невидимкам с трудом. "Но никакой проблемы не было бы, если бы работники системы здравоохранения почаще мыли руки и мыли как полагается", - говорит Элайн Ларсон, профессор Школы медсестер при Колумбийском университете. - Антибиотикам мутанты сопротивляются, а мылу при всем желании не могут. Мыльная вода увлекает их в канализацию и все".

К сожалению, не существует общенационального предписания, как часто и каким образом следует мыть руки в медицинских учреждениях. Есть только отдельные рекомендации. Например, Ассоциация работников инфекционного контроля советует тщательно мыть их с мылом от 10 до 15 секунд перед любым возможным контактом с выделениями, слизистой оболочкой и кровью пациента, и сразу же после такого контакта. Уильям Джарвис, один из руководителей программы по изучению больничных инфекций при американских центрах контроля за болезнями, смотрит на дело иначе. Он считает, что мыть руки необходимо перед любым контактом с пациентом и после него. "Даже если у пациента нет никаких внешних признаков инфекции, -говорит Джарвис, -он всегда может быть носителем микробов, устойчивым по отношению к антибиотикам".

Но если следовать этим рекомендациям, медицинскому персоналу придется мыть руки не меньше ста раз в день.

Безвыходное положение? Заколдованный круг? Ничего подобного - считает профессор Элайн Ларсон из Школы медсестер Колумбийского университета. Спасение она видит во внедрении простого устройства для протирания рук специальным составом на основе спирта. Работает это устройство, широко применяемое в больницах Европы, приблизительно так же, как всем известные накопители для жидкого мыла, нависающие над умывальниками в общественных уборных. Руки можно продезинфицировать быстро, кожа не испытает никакого раздражения.

Евгений Муслин:

И в заключение нашей передачи сообщение о новом применении генетики в фармакологии.

Почему одно и то же лекарство от депрессии у одного человека поднимает настроение, а другого лишает сна и повергает в еще худшее состояние духа? Или, например, почему определенное средство от астмы, открывающее дыхательные пути у одного ребенка, не приносит никакого облегчения другому? Причина, оказывается, заключается в генетических различиях между людьми. Точно так же, как они определяют цвет наших глаз, унаследованные нами гены влияют в некоторой степени и на реакцию нашего организма на те или иные медикаменты. Поэтому, хотя исследователи еще работают над полной расшифровкой человеческого генома, фармацевтические компании уже начинают использовать эту особенность для подгонки лекарств к генетическим особенностям каждого больного.

Так, американская биотехнологическая компания "ДЖИНЕССАНС", находящаяся в Нью-Хейвене, поблизости от Йельского университета, получила патент США #5,972,614 на наиболее эффективный способ использования генетических данных для индивидуального подбора медикаментов. В конечном итоге этот способ будет использоваться самими врачами при лечении конкретных больных. Пока же он будет помогать фармацевтическим компаниям в процессе клинических испытаний новых лекарств. Разработанный компанией "ДЖИНЕССАНС" способ поможет врачам выявлять людей у которых то или иное лекарство может вызывать неприятные побочные эффекты, и, наоборот, людей, для которых то или иное лекарство окажется наиболее эффективным.

XS
SM
MD
LG