Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Неудачное выступление российских гимнастов. Экскурс в историю олимпиад нового времени


Валерий Винокуров: Вы уже знаете о крайне неудачном выступлении российских гимнастов на чемпионате Европы в Любляне. По нашей просьбе мнение о причинах этой неудачи высказывает олимпийская чемпионка Лидия Иванова.

Лидия Иванова: Четвертое место в командном первенстве - плохо. И очень плохо! Можно объяснить или как бы оправдаться слегка тем, что впервые выступали по новому положению о командном соревновании, что три гимнаста выступают, и все три оценки - это вообще-то жестокое условие - идут в зачет. Но в таких же условиях были и наши конкуренты. Значит, мы, располагая большим пакетом, огромнейшими традициями гимнастическими (потому что мы были многие десятилетия впереди планеты всей), законодателями моды: конечно, четвертое для нас место - это чистое поражение.

Кстати, это еще совсем большая клякса в связи с тем, что это последнее международное представление перед выходом на самую главную арену - на Олимпийские игры. И выходить уже туда какими-то побитыми, серыми - безусловно, это будет дополнительная трудность для решения задач, поставленных перед сборной командой России.

Еще самое, мне кажется, печальное: в общем-то, мы ведь с вами видели там замечательного Алексея Немова, замечательного Николая Крюкова - это такие уважаемые спортсмены, такие достойные всего-всего самого лучшего, но все-таки они уже к третьей Олимпиаде готовятся! Гимнастика считается довольно молодым видом спорта, где частая смена поколений происходит. Пора бы, пора бы за этот уже период подготовить новых ребят, которые составили бы серьезную конкуренцию прежде всего нашим лучшим гимнастам в лице Алексея Немова и того же Николая Крюкова. Что-то не получается.

Больно все это видеть и наблюдать. И, честно говоря, я вижу некоторые причины в том, что та стройная система подготовки лучшего спортсмена, которая была создана десятилетиями в Советском Союзе (потом эту эстафету мы, естественно, передали в российскую гимнастику) как бы нарушена. Уехала масса прекрасных тренеров. Конечно, это общая материальная наша основа, этим все объясняют, но все-таки не хлебом единым... И есть у нас и фанаты, и блестящие тренеры. Мне думается, какое-то серьезное нарушение в подготовке гимнастов высшего класса есть на сегодняшний период. Это, может быть, печальное известие, потому что мы знаем, что по-прежнему руководит сборной командой российской гимнастики Леонид Яковлевич Аркаев, опыта которому не занимать, и, собственно, он знает все и вся про гимнастику, но либо что-то просмотрел, недосмотрел: Я считаю, это действительно позорное выступление российских гимнастов.

В индивидуальном Николай Крюков - 15-ый и единственный - это еще более страшная ситуация. У нас просто некому тогда, значит, выходить и бороться за главную медаль на Олимпийских играх. Безусловно, я знаю, что Алексей Немов, конечно, ошибся на перекладине - это нечаянно, потому что перекладина - его вид, и он, естественно, претендовал здесь на завоевание золотой медали. Но либо он еще не в той абсолютно форме... Срыв его, конечно, повлиял на результат команды, а самое страшное - и на собственный результат. И он оказался вне финала на этом любимом снаряде - на перекладине.

Все это звенья одной цепи. Пора бы подготовить такой резерв, который бы очень сильно напрягал того же Лешу Немова, того же Николая Крюкова. Они сделали так много, они сказали такое большое свое слово в спорте! Но спорт силен конкуренцией, суперзвездой вечно оставаться невозможно, на то он и спорт. Спорт видит смену бесконечную, при сегодняшней смене чемпионов мы не успеваем выучивать имена. А здесь прямо такая заметная долгая задержка. Я очень уважаю, еще раз говорю, и Немова, и Крюкова, но в силу просто совершенно естественной смены необходимо было им подготовить достойных конкурентов.

Олег Винокуров: Наш постоянный автор, историк и социолог спорта Юрий Теппер, продолжает цикл экскурсов в историю олимпиад нового времени и возвращается к началу прошлого века с целью проследить, как менялось отношение к играм советского руководства.

Юрий Теппер: В бравурной истории советского спорта штурм олимпийских высот представлен героически. Мужественные и настойчивые спортсмены умножили славу воинов-победителей. Пять лет целенаправленной подготовки. Вступление в МОК. Олимпийский дебют в Хельсинки. Дерзкая борьба с фаворитами - атлетами США. Ничья в неофициальном командном зачете, воспринятая как высокий успех...

На самом деле выходу советского спорта на олимпийскую арену предшествовали сложные переплетения политических интриг. И начались он еще в годы пролетарской революции. После революции положение российского НОКа было плачевным. Как буржуазная общественная организация он не мог существовать. Но в правлении МОК еще числились два россиянина. После революции предпочел остаться подальше от большевиков князь Леон Урусов (дальний родственник генерала, под рукой которого некогда служил офицер Лев Толстой). Другой же член МОК для России - журналист и теоретик спорта Георгий Дюперрон - решил служить сотрясаемому бурями отечеству.

Сначала послереволюционный спорт не был всецело подчинен целям военной подготовки (Всевобучу). В стране еще существовала какая-то спортивная самодеятельность. Прошли Всероссийские легкоатлетические соревнования в Москве и Петрограде, в марте 1918 года состоялся первый чемпионат страны по тяжелой атлетике. Вот и предложил Дюперрон создать при Управлении Всевобуча Олимпийский комитет и - чем черт не шутит - начать подготовку к участию в Амстердамской Олимпиаде. Так называемые "предолимпиады" состоялись в пяти регионах России. Летом 1920 года они завершились финалом в Москве. Увы, им было суждено так остаться "предолимпиадами".

Ленин уже поставил перед Подвойским, руководителем Всевобуча, задачу "очистить ряды всевобучистов-физкультурников от враждебных и чуждых элементов". Дореволюционные клубные спортсмены в лучшем случае относились ко второй категории. Кто мог гарантировать ведомству Дзержинского, что, оказавшись за рубежом, чуждый элемент не попадет в объятия белогвардейцев?

А тут еще с неожиданным предложением выступил потомок генерала. Пьер де Кубертэн вспоминает: "Наш коллега князь Леон Урусов, бывший дипломат, сообщил, что его соотечественники разделены на две группы, и попросил предоставить равные права на участие в Парижских Играх и советским командам, и спортивным клубам эмигрантов. Я всегда сожалел о том, как принималось и было отклонено по "административным" причинам его предложение... Я полагал, что МОК только выиграл бы, если бы отнесся к предложению иначе и направил его в подходящий момент французскому правительству".

Политическая интрига получила неожиданное продолжение. В январе 1924 года журнал "Вестник физической культуры" сообщил, что Высший совет физической культуры при ЦИК РСФСР при посредничестве Французского рабочего спортивно-гимнастического союза получил приглашение Оргкомитета Парижской Олимпиады. Ситуация...

Советские политики уже стремились к международному признанию. Но одновременно руководители пролетарского спорта в соответствии с целями Красного спортивного интернационала вплотную занимались подготовкой мировой революции. Выкрутились блестяще: отказались участвовать в Олимпиаде, протестуя против дискриминации спортсменов Германии (оштрафованных за агрессию немцев в Первой мировой войне).

Спортивно-политические игры вскоре возобновились. Мировой экономический кризис создал Оргкомитету Игр в Лос-Анджелесе сложную ситуацию. Спортивным организациям многих стран не хватало средств на командировку атлетов за океан. Американцы всеми возможными способами стремились повысить интерес к Играм. Одной из неожиданных инициатив стали переговоры с Москвой о приезде советских спортсменов на Олимпиаду. Снова ситуация... Контакты с американцами - дело нужное. Но Красный спортинтерн презирает соглашательство с буржуазным спортом.

Участвовать в переговорах Дюперрона не пригласили, к этому времени он уже попал в число буржуазных теоретиков физкультуры и спорта. На коллегии внешних сношений Высшего совета физкультуры выступил воспитанник боевого Комсомола, председатель Совета Иван Жолдак. Председатель сообщил американцам, что советские спортсмены не прочь участвовать в Олимпиаде. Да вот беда, между СССР и США не установлены дипломатические отношения.

Но, как говорится, свой "навар" советские политики имели. Ряд американских газет, освещавших подготовку к Олимпиаде, выступил с призывом признать СССР. Для советского руководства, заинтересованного в приобретении американских технологий, начало дипломатических контактов было позарез необходимым.

Валерий Винокуров: В своем традиционном телеобозрении Аркадий Ратнер обращает внимание на практически полное отсутствие аналитических передач на российских каналах.

Аркадий Ратнер: Не раз уже говорил об этом и не перестаю удивляться, почему возросшее количество телевизионных спортивных трансляций не приводит к улучшению качества газетных отчетов. Почему с такой скрупулезностью описываются фрагменты футбольного, хоккейного матча, который накануне болельщики видели на экране? Игры начинаются сейчас не очень поздно, а потому у дорожащего своей репутацией газетного репортера есть время пусть в нескольких фразах, но проанализировать игру, дать личные, субъективные оценки того, что было показано по телевизору. Нет, вершина мастерства - два-три замечания тренеров на пресс-конференции или ничего не значащие слова, брошенные мимоходом, по пути от раздевалки до автобуса кем-то из игроков. Возможно, анализом считаются оценки, выставляемые рядом с фамилией спортсмена, которые иногда комментируются таким примерно образом: "Вратарь имярек - оценка его такова. Надежно руководил обороной, в пропущенных голах не виноват".

К работе коллег, публикующихся в печати, я обратился не случайно. Потому что те же беды характерны и для телевизионных журналистов. У них-то возможностей гораздо больше. Время в эфире всегда есть, людей, умеющих серьезно порассуждать о спорте, еще можно отыскать, темы для обсуждения - футбольные, хоккейные, теннисные - буквально стучатся в двери телевизионных студий. Но нет, лучшее, чем сегодняшние журналисты искренне гордятся, - это ответы на телефонные звонки в перерывах игры или короткий разбор со своим коллегой какой-то ситуации (незабитого гола, судейской ошибки) в те же 8-10 минут между таймами.

Могу отметить - но это только на НТВ-Плюс - препарирование с помощью разных спецэффектов какого-то момента, что действительно часто помогает по-иному оценить случившееся. Рассуждения же в кадре примитивны и интересны только тем, с какой профессорской многозначительностью они произносятся. Когда же к анализу привлечены настоящие знатоки: Борис Майоров, Владимир Маслаченко, Александр Метревели - рядом с ними у микрофона обязательно появляется представитель молодой журналистской поросли, который настойчиво пытается вести разговор на равных. А старшие товарищи из корпоративной солидарности не решаются отмести даже самые абсурдные суждения.

Я говорил пока только о разборе отдельного эпизода, матча, тура, но ведь должны же быть передачи, скажем так, глобальные по содержанию. Не могу припомнить даже на уважаемом НТВ-Плюс серьезных, обстоятельных, честных дискуссий о проблемах того или иного вида спорта. Как бы сейчас было к месту подробно и не в одной, а в нескольких передачах оценить приближающийся хоккейный чемпионат мира, первенство Европы по футболу, летние Олимпийские игры. Пригласить специалистов, способных на глубокие рассуждения, готовить зрителя к восприятию предстоящих соревнований, рассказать об истинных возможностях российских команд, без патриотического стремления спрогнозировать их высокие шансы на победу.

Все время имею в виду только НТВ-Плюс, которое стремилось к подобным передачам, но так до их создания и не дошло. Что же касается каналов "Спорт" и 7ТВ - там, по-моему, понятие "аналитическая передача" просто незнакомо. На будущей неделе в программной сетке "Спорта" вновь большие пробелы. Вот бы и заполнить их серьезными передачами. Но нет, возвращение к еще не забытому, испытанному средству - бесконечному повторению программ, показанных неоднократно.

XS
SM
MD
LG