Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как бывший дзюдоист помогает бывшему хоккеисту подчинить российский спорт. Разучились ли режиссеры второго телеканала показывать футбол?


Валерий Винокуров: При президенте России будет образован Совет по физической культуре и спорту. Указ об этом подписал Владимир Путин в минувший четверг и решил, что новый совет сам и возглавит.

Глава Госкомспорта России Вячеслав Фетисов стал заместителем председателя Совета. Фетисову поручено в двухнедельный срок представить предложения по составу Совета. О чиновничьих командах экс-капитана ЦСКА и сборной СССР по хоккею рассказывает обозреватель газеты "Новые Известия" Гагик Карапетян.

Гагак Карапетян: В тот же день Фетисов сообщил, что в упомянутый Совет при президенте Путине войдут более 30 человек. "Это будут политики и бизнесмены, руководители ряда федеральных министерств и ведомств, известные спортсмены, тренеры, ученые". Причем Фетисов намерен представить на утверждение председателя Совета его состав раньше отведенного для этого срока в две недели. Безграничное доверие бывшего дзюдоиста бывшему хоккеисту, вероятно, поможет Фетисову осуществить свой план, с которым он и возвращался в Россию из-за океана: подчинить себе все спортивные организации страны, включая непокорный пока Олимпийский комитет.

Тем временем президент ОКР Тягачев ратует за то, чтобы данный общественный совет был немногочисленным. "Если туда войдет 50-60 человек, то он практически будет нерабочим. Во всем мире принято, что для того, чтобы орган был эффективным и мобильным, в него должны входить не более 15 человек". Не называя фамилий, Тягачев высказал мнение, что в совет должны войти: представитель правительства, администрации президента Путина, кто-то из руководителей региона, заслуженный известный педагог, представитель средств массовой информации, а также именитые российские спортсмены. В свою очередь первый вице-президент ОКР Васин сказал, что у него не вызывает сомнений кандидатура борца Карелина и гимнастки Хоркиной.

Недавно Фетисов отметил принципиальный рубеж - сто дней своей работы в Госкомспорте. Своим главным достижением он назвал свою ныне практически сформированную новую команду. Его первым заместителем трудится предшественник на этом посту - Рожков. Хотя согласно моим сведениям, примерно месяц назад премьер-министр Касьянов лично и настоятельно уговаривал Рожкова не уходить в отставку. После чего в коридорах офиса Госкомспорта на улице Казакова заметно меньше стали расхаживать неизвестные люди с огромными амбициями. В частности, там перестал появляться некий господин Потемкин, настолько отличившийся в скандально известном Национальном фонде спорта, что ныне покойный Федоров лично подписывал распоряжение о его увольнении из НФС. Впрочем, в кадровых вопросах, как и в остальных, Фетисов активно пользуется подсказками экс-министра спорта, члена МОК Тарпищева.

Согласно новому штатному расписанию, в Госкомспорте у Фетисова должны работать пять заместителей. Кроме Рожкова утвержден в подобной должности президент федерации легкой атлетики страны Балахничев, начальник одного из управлений - Виноградов. В комитете также работают бывшие коллеги Фетисова по клубу ЦСКА и сборной: Макаров и Крутов. Первый пока не имеет конкретного поручения от своего капитана, а второй назначен директором Государственного центра по детско-юношескому спорту. И все. Хотя Фетисов утверждает, что в его Госкомспорте уже сложилась команда единомышленников, квалифицированных и ответственных работников. Именно их-то и не видно на улице Казакова. Более того, Фетисов приглашает под свое крыло весьма странных персон из своего дружеского окружения. В частности, на ответственных переговорах за рубежом Госкомспорт будет представлять некто господин Михайлин, бывший гитарист музыкальной группы звезды российской попсы Ларисы Долиной, а с недавних пор ее супруг.

Поэтому я могу смело утверждать: действительно, первые два месяца работы Фетисов не вылезал из Госкомспорта, пытаясь вникнуть в его дела. Но команды как таковой не было, так и нет до сих пор. Поэтому все больше публичных выступлений и меньше конкретных дел, если не считать создания пропрезидентского общественно-политического движения Спортивная Россия.

Зато Фетисов вновь стал играть в теннис и хоккей. Между прочим, у председателя Госкомспорта уже есть своя мини-футбольная команда, с которой он добился неплохих успехов выступая на любительских турнирах. Но когда же Фетисов начнет работать на уровне профессионалов?

Алексей Кузнецов: В мировом спортивном календаре часто бывают любопытные совпадения. 13-й этап чемпионата мира по автогонкам в классе "Формула-1" - Гран-при Венгрии - был предварен заявлением одного из московских чиновников. Евгений Пантелеев, глава Департамента науки и промышленной политики мэрии Москвы рассказал о том, что в Нагатинской пойме будут снесены промышленные сооружения, а затем там начнется строительство жилого комплекса. В общем потоке информации такое рядовое заявление особо и не выделялось бы. Но, вспомнив грандиозные планы московского мэра Юрия Лужкова о строительстве в Нагатинской пойме автодрома для проведения гонок Формулы-1, болельщики и специалисты изобразили знаменитую немую сцену из бессмертного "Ревизора".

В самом деле: сколько было сказано всего красивого про московский формулический этап. И даже позорный провал соглашения с хозяином "Формулы" Берни Экклстоуном признан таковым не был. В мэрии говорили о технических проблемах, о небольшой отсрочке и т.п. И вот теперь, явно не желая "терять лицо", московское руководство делегировало одного из "средних" аппаратчиков для того, чтобы фактически признать этот провал. Неприглядность ситуации усугубляется тем, что под большим сомнением после этого оказываются прочие планы Москвы и России: от чемпионата Европы по футболу 2008 года до Олимпиады-2012. Репутация российской столицы вновь оказалась подмоченной. И хотя недавно было заявлено о новом проекте формулической трассы, спроектированной возле Санкт-Петербурга, пожалуй, теперь о Гран-при России можно только мечтать.

По контрасту с этими мечтаниями более чем реалистичными оказались действия "Газпрома". Прямо в Венгрии было подписано трехлетнее спонсорское соглашение этой российской компании с командой "Минарди". Это означает начало фактического присутствия России на мировом формулическом рынке. Очень важной частью соглашения является отбор и тестирование на базе "Минарди" перспективных гонщиков из России. С перспективой появления одного из них в числе действующих пилотов "Формулы". Об этом заявил и руководитель команды "Минарди" Пол Стоддарт: "Наш опыт и наши возможности будут полностью в распоряжении "Газпрома". Наше трехлетнее соглашение - это превосходный фундамент для появления российских гонщиков в "Формуле-1".

Ну а при чем же здесь Гран-при Венгрии? Да при том, что до сих пор автодром "Хунгароринг" остается единственной трассой в Восточной Европе, где проводятся этапы "Формулы-1". Однако венгерская трасса с самого начала считалась далеко не самой качественной, и разговоры о выводе ее из календаря ведутся едва ли не с самого ее рождения. Так что не исключено, что Гран-при Венгрии в нынешнем сезоне проводился в последний раз. Кандидатов много: Китай, Египет, Бахрейн, Турция. Вот только Россия, пожалуй, из этого списка выбыла.

Недостатки "Хунгароринга" общеизвестны: это одна из самых жарких, самых грязных и самых медленных трасс. Здесь, как и в Монако, обгоны практически невозможны, поэтому положение гонщика на стартовой решетке чрезвычайно важно. Именно поэтому победа в квалификации второго пилота "Феррари" Рубенса Баррикелло и второе место его товарища по команде, 5-кратного чемпиона мира Михаэля Шумахера, фактически предопределили исход гонки. Единственная серьезная интрига, сохранившаяся в чемпионате до сих пор, - борьба за 2-е место, в которой Баррикелло уступал обоим пилотам "Уильямса". Но в гонке обе "Феррари" были великолепны: оторвавшись со старта, они быстро довели преимущество над остальными конкурентами до безопасного, и более никто в победе Рубенса не сомневался, поскольку Шумахер-старший ни разу даже не попытался обогнать товарища по команде. "Феррари" шли по трассе явно не на пределе своих возможностей, и все же никто даже не попытался что-либо им противопоставить. После победного дубля "Скудерия" формально обеспечила себе второй главный приз сезона - Кубок Конструкторов.

Из остальных событий уик-энда стоит отметить лишь два: провал в квалификации обоих "Макларенов", занявших соответственно 10-е и 11-е места, и крайне неудачное выступление Хуана-Пабло Монтойи, который не смог набрать ни одного очка и отстал от третьего призера, своего напарника по "Уильямсу" Ральфа Шумахера, более чем на круг. И если пилот "Макларена" Кими Райкконен и Дэвид Култхард все же смогли в Венгрии завоевать очки, то неудача Монтойи выглядит более чем удручающей. Неудивительно, в конце концов, что "Феррари" выигрывает без особого напряжения. А что ей остается делать, если конкуренты проваливаются гонку за гонкой и практически в борьбу не вступают?

Валерий Винокуров: 1 марта 2003 года исполняется ровно 50 лет со дня первого выхода в эфир Радио Свобода. Но, конечно, работа над новым вещанием началась годом раньше - в 1952-м году, так что весь нынешний 2002-й год мы уже считаем, так сказать, подготовительно-юбилейным. А в воскресенье, 18 августа - еще одна памятная дата для Радио Свобода: день рождения одного из самых ярких его авторов, писателя Анатолия Кузнецова. Анатолий Васильевич начал работать в лондонской студии Свободы в 1970-м году, вскоре после эмиграции из Советского Союза. А последняя его программа вышла в эфир незадолго до внезапной смерти писателя в мае 1979-го. Авторский цикл бесед Анатолия Кузнецова с радиослушателями по праву входит в золотой фонд "Свободы".

Олег Винокуров: В архивах нам удалось обнаружить текст одной из таких бесед. В ней Анатолий Кузнецов размышляет о спорте и его месте в современном обществе. Конечно, слово "современное" здесь весьма условно, ведь текст этот прозвучал в эфире "Свободы" вскоре после окончания Монреальской Олимпиады, 13 августа 1976 года, то есть 26 лет назад! И тем не менее точка зрения Анатолия Кузнецова сегодня кажется во многом современной, хотя некоторая парадоксальность и резкость суждений писателя могут, конечно, не всем оказаться по душе. Словом, мы посчитали необходимым включить в "Прессинг" этот текст Анатолия Кузнецова.

Валерий Винокуров: К сожалению, в наших архивах не сохранилось аудиозаписи той программы 1976 года - есть лишь ее распечатка. Этот текст прочтет для вас сын Анатолия Кузнецова, наш друг и коллега - Алексей Кузнецов.

Алексей Кузнецов: Вот я смотрел Олимпийские игры по телевизору, в Лондоне, по первой программе Би-би-си, показ был, конечно, безукоризненный, передачи затягивались, кончались, бывало, в 4 часа утра. Все хорошо. Рекорды, медали, овации. Но вот я смотрел, смотрел, смотрел - и вдруг начал ощущать, что на экране происходит что-то трагическое. Люди хмуро работают. Нет, не работают, не то слово. Часто напряжение в борьбе за рекорд такое, что кажется, это граничит с самоубийством. На поле стадиона почти не бывает улыбок. Лица напряженные, недобрые, мрачные, это считается - "сосредоточенные". И только вырвав секунду или десятую долю секунды у других в нечеловеческой борьбе, победитель ликует. На него направлены все камеры, а на заднем плане убитые, мрачные неудачники. Это было для меня именно мрачное зрелище. Не праздник здоровья, силы, бодрости и т.д., что непременно должно по-хрестоматийному сопровождать спорт, а какие-то древнеримские соревнования гладиаторов не на жизнь, а на смерть. Перед, я бы сказал, прямо-таки римской, ошалелой, жадной, неблагодарной толпой на трибунах и у телевизоров по всему миру.

Мне трудно отделаться от впечатления, что что-то не то, что неблагополучно в современном спорте, но уже именно, как я сказал, трагично. Нет, я это не утверждаю уверенно, но говорю, что у меня возникает такое впечатление. Во-первых, аксиома, что спорт способствует здоровью, что здоровье - его цель, перестает быть действительной. Спортивные федерации разных стран думают о рекордах, а не о здоровье. Малопочетное первенство в этом ведут страны коммунистического лагеря, пропаганде которых рекорды нужны, чтобы доказать: Вон мы какие! Вон, мол, у нас какая счастливая жизнь, раз у нас такие спортсмены. Массово создаются профессионалы чистой воды, но официально именующиеся любителями - справку с места работы или учебы всегда можно устроить. А профессионализм в спорте - это уже не здоровье, как известно, это работа на износ, современное гладиаторство.

Да, мы видим победителей после нечеловеческих усилий, едва не падая с разрывающимся сердцем, выдавливающих улыбку торжества. Тех, кто износился, кто вышел в расход - нам их не показывают. Да мы и сами не хотим видеть. А я видел в жизни одну такую человеческую единицу - жертву спорта. Соседка у нас была. Ходила, едва передвигая ноги. По лестнице на 5 ступеней не могла подняться. Хорошую квартиру поменяла на плохую, лишь бы на первом этаже. Она была велосипедисткой, но из тех, кто не вышел в чемпионы. Один из адских заездов кончился для нее больницей и угробленным сердцем на всю жизнь.

Но такие нас, зрителей, не интересуют, и тем более не интересуют тех, кто спортом - о нет, сам не занимается! - кто спортом руководит. Им - "Давай!". На грань смертельных перегрузок приведи мускулы, нервы, кости, сосуды. Добеги, доплыви на одну четверть, на одну седьмую долю секунды быстрее и вырви медаль для них, то есть они говорят: "для Отечества". Есть еще так называемая спортивная медицина. Но, по существу, врачи при спортивных командах-участниках таких международных соревнований как эта последняя олимпиада, лишь наблюдатели и соучастники того, как люди на глазах у них гробят себя. Врачи ничего. Им платят. Да и что бы они могли изменить? Нет, иногда пишут. В Советском Союзе мало, осторожно или завуалировано, на Западе больше. Пишут, что спорт больших состязаний, спорт профессиональный, - для здоровья вреден. Что где-то проходит граница между спортом обычным, массовым, действительно любительским и спортом исключительно ради рекордов, медалей, званий, пропаганды. Причем, как правило, там, где этот последний расцветает пышным цветом, спорт для масс отнюдь не цветет таким же цветом.

Кажется, никогда еще в применении к спорту не выглядела так беспомощно как сегодня популярная формула: "в здоровом теле здоровый дух". И кстати, хотя все ее знают, но далеко не все знают - не то что ее автора, но вообще, что это лишь кусок целой мысли, мысли обрубленной и потому почти перевернутой. Во всяком случае, античный мыслитель и сатирик Ювенал, который произнес эти слова, отнюдь не имел в виду такого вздора, что здоровое тело - залог здорового духа. Наблюдая современных ему спортсменов, способных ворочать глыбы и бегать как лошади, но тупых и глупых непроходимо, Ювенал сказал: "Было бы желательно, кабы в здоровом теле да был еще и здоровый дух". Желательно. С тех пор за тысячи лет, к сожалению, мало что изменилось.

Валерий Винокуров: Алексей Кузнецов познакомил вас с текстом своего отца, известного писателя, автора знаменитого романа "Бабий Яр" Анатолия Кузнецова, которому 18 августа исполнилось бы 73 года. Эта программа из цикла "Беседы Анатолия Кузнецова" впервые прозвучала в эфире Радио Свобода 13 августа 1976 года.

Олег Кузнецов: Четверть века прошла с тех пор, как высказал на волнах Радио Свобода свои соображения об Олимпийских играх Анатолий Кузнецов. С тех пор олимпийское движение не замедлилось, напротив, даже ускорилось. Многое изменилось, и, как всегда бывает, перемены воспринимаются неоднозначно. Кто-то считает их к лучшему, кто-то - наоборот. В чем и насколько изменился мировой спорт за 106 лет новой олимпийской эры? Об этом размышляет историк и социолог Юрий Теппер.

Юрий Теппер: Один из парадоксов, преподнесенных античной логикой, называется "корабль". Обновляют одну доску в обшивке судна. Корабль остается тем же. Продолжают обновление, заменяют вторую доску, третью, всю палубу, мачты. Заменяют все. Корабль тот же или нет?

За сто лет беспокойного плавания в олимпийском корабле постепенно обновили структуры, многократно сменились команды, принципы организации, стратегии. Однако общественное сознание инертно. Корабль принципиально считается тем же, только плывет как-то не так. Отклоняясь от курса олимпизма.

Хорошо бы знать, что такое "олимпизм"? С далеким прошлым разобраться несложно. В священной роще Алфея лучшие сыны Греции вступали в мир богов олимпийских. Богов ублажали и чествовали. Атлетов-победителей чтили и обожествляли, нарушителей правил наказывали на месте. Священнодействовали элладоники, жрецы олимпийского культа. Словом, олимпизм греков - дело не только спортивное, но и в первую очередь духовное.

Идеальный мир Пьера де Кубертена так же безупречен. Идеологическое ядро олимпийского проекта - принцип "фэер плэй", "честная игра", джентльменский спорт. Нечто вроде договора благородных друзей. Строго соблюдать правила, отдать должное сильному, уважать слабого, отказаться от незаслуженно присужденной победы. Важна не победа, а участие, как возможность обрести мир высокой этики.

За джентльменским договором стоят религиозные принципы - архетипы. Действующий по правилам "честной игры" должен возлюбить не только ближнего, но и соперника своего, избежать грехопадения в гордыню, зависть, уныние.

Создавая олимпизм как религию спорта и особый ритуал спортивного братства, Кубертен жреческие функции возложил на аристократов. Происхождение обязывает. Благородный МОК отвечал за чистоту судейства. К играм не допускались профессионалы. Там где царит принцип "спрос-предложение" религиозная этика бессильна. Кубертеновский МОК допускал только символические награды победителям.

Но одно дело идеология мира горнего и проблемы духовного спорта, совсем другое - действие социальности. Профессиональное усложнение деятельности и могучие финансовые стимулы. Все иное. Потогонный спорт высоких достижений несовместим с утопией торжества джентльменского духа. А руководство многомиллиардными проектами бескорыстным аристократам голубой крови не доверишь. Требуется управленческий профессионализм. Спортсменам же в борьбе за победу приходится действовать яростно, снося претендентов, лишь видимо не приступая грань фола. А призы "фэер плэй" - экзотика. Правда, после десятка лет упорного труда, получив сотни и тысячи спонсорских, - перечеркнуть все благородным жестом. Правда, недавно в олимпийской клятве спортсменов появилось обещание действовать "отбрасывая допинг в честь честной игры". Комиссия МОК намерена посчитать допингами даже пищевые протеиновые продукты. Тогда во имя "честной игры" после парада открытия, придется дисквалифицировать всех участников Игр.

Блистательны или позорны трансформации олимпизма? Повременим с оценочными суждениями. Каков он на деле, новый корабль, какие течения и штормы его подстерегают? Стоит поразмышлять.

Валерий Винокуров: В своем традиционном телеобозрении Аркадий Ратнер откровенно признается в том, что его надежды не сбылись. Какие? Сейчас вы узнаете.

Аркадий Ратнер: Во время футбольного чемпионата мира в одном из выпусков "Прессинга" я сделал неосторожный прогноз: утверждал, что под влиянием трансляций из Японии и Кореи произойдут положительные изменения как в российском футболе, так и в российском телевидении. Каюсь: ошибся!

Я предполагал: сидящие на скамейке запасных престанут курить, что категорически запрещалось на чемпионате мира. Нет, курят и с еще большим энтузиазмом. Надеялся: тренеры позаимствуют выдержку и спокойствие у своих зарубежных коллег, не будут поминутно выбегать к кромке поля и во весь голос давать советы своим подопечным. И здесь ошибся. В одном из первых же матчей после перерыва Валерий Газзаев и Юрий Семин продемонстрировали такое мастерство пантомимы, которому мог бы позавидовать Марсель Марсо. Казалось мне: прибавится уважения футболистов друг к другу. Не будут они с остервенением, не жалея соперника, вступать в жестокую борьбу или с перекошенным от злобы лицами хватать за грудки судью и его помощников. Нет, ничего подобного не случилось.

Это о футболе. Теперь о телевидении. Уже во время чемпионата я обращал внимание слушателей на высокую культуру взаимодействия телережиссера с оператором. Не было частых переключений с одной камеры на другую, так мешающих восприятию игры сидящему у экрана. Было очевидно, что каждый оператор имел четкий план показа, у некоторых совершенно отстраненный от событий на футбольном поле. Потому молниеносно - "живьем" или в записи - мы могли увидеть любые нюансы в поведении обоих тренеров. Потому, в случае успеха, к примеру, бразильцев, мы тут же видели на трибунах именно бразильский флаг или болельщиков, облаченных в форму своей команды. Крайне редко замедленный повтор перекрывал события, происходящие на поле. И когда забивался гол, режиссер не спешил демонстрировать всему миру, сколько телекамер зафиксировали этот момент, а давал два повтора, чтобы не опоздать к возобновлению игры. А затем в ближайшей паузе замедленно демонстрировал забитый гол еще с двух-трех точек. И очень часто какой-то острый эпизод тоже держал в "электронной памяти", чтобы показать его в какое-то удобное время, не отрывая болельщика от хода игры.

Сравнивать техническую оснащенность зарубежных телекомпаний и российских было бы наивно.

Два других крупных турнира: чемпионаты Европы по плаванию и легкой атлетике эту разницу еще более подчеркнули. Сколько камер работало на каждом турнире, затрудняюсь сказать, но возможности их не могли не запомниться. Камера под крышей бассейна, и не просто фиксирующая определенный фрагмент заплыва, а движущаяся, сопровождала пловцов от одного бортика до другого. Камеры на дне бассейна. А про легкую атлетику даже не приходится говорить. Где-то прочел, что в Мюнхене работало 200 камер. В это верится с трудом, но планы атлетов, показанные сверху, снизу, в фас, в профиль, в движении - все это, действительно, символизирует "телевидение XXI века".

К сожалению, я делаю поправку на оснащенность российских телекомпаний, даже то, что, возможно, плохо устраивается московскими режиссерами. Говорю "московскими", потому что на периферии до сих пор работают передвижные телевизионные станции, изготовленные к Московской Олимпиаде, то есть празднующие сейчас начало третьего десятка своего существования.

А вот московские режиссеры, не знаю уж по какой причине, умеющие неплохо показывать футбол, почему-то сдали свои позиции. Правда, относится это, прежде всего, ко второму каналу: ведь только здесь массовый зритель может сейчас наблюдать футбольные матчи. Бесчисленные повторы к месту и не к месту перекрывающие игру. Повторы голов с четырех точек, столь долгие, что за это время острый момент уже возникает у других ворот, и режиссер, забыв о "повторах", лихорадочно включает "живую" картинку. Почему те же повторы не отбиваются от основной картинки какими-то спецэффектами? Порой создается впечатление, что это просто переключение с одной камеры на другую.

Так что надежды на прогресс и самой игры, и ее показа, пока совершенно не оправдываются.

XS
SM
MD
LG