Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Организованная преступность как угроза национальной безопасности США


Владимир Абаринов:

В октябре 95 года президент Клинтон подписал директиву, в которой впервые было сказано, что Соединенные Штаты рассматривают деятельность международных криминальных организаций как прямую и непосредственную угрозу своей национальной безопасности. Руководствуясь этой президентской директивой, эксперты таких федеральных ведомств, как Министерство юстиции, Министерство финансов и Государственный департамент приступили к работе над концепцией американской стратегии борьбы с организованной преступностью. Эта работа была завершена в мае 98 года. Следующим шагом стал комплексный анализ угрозы, которую несет с собой организованная преступность, анализ ее происхождения, масштабов и перспектив. Межведомственный доклад на эту тему увидел свет в декабре прошлого года. В составлении документа приняли участие специалисты как правоохранительных, так и разведывательных органов и ведомств Соединенных Штатов. О том, к каким заключениям пришли авторы доклада, говорит Фред Роса - он возглавляет группу по международной преступности в Совете Национальной Безопасности США:

Фред Роса:

Фундаментальный вывод этого документа состоит в том, что угроза международной преступности сегодня - это комплексный, растущий и тяжелый кризис, с которым сталкиваются не только Соединенные Штаты и наше общество, но и все международное сообщество. Что, в сущности, произошло? Феномен международной преступности не нов - ему тысячи лет. Но после окончания «холодной войны» международная преступность не только распространилась шире, но и изменилась, прошла определенную эволюцию. Ее активность заметно возросла. По этой причине Соединенные Штаты и - во все возрастающей степени - правительства других стран определяют теперь международную преступность, в целом или в отдельных ее проявлениях, как угрозу национальной безопасности. И, разумеется, этот феномен - это следствие тех же самых процессов глобализации, которые привели к многим позитивным тенденциям в мире. Более открытые границы, изумительный прогресс средств связи и транспортных технологий, открытие мировых рынков - все это имеет своего рода мрачную сторону. Все это создало новые возможности и снабдило новыми технологиями международный преступные группы.

Владимир Абаринов:

Не все виды транснациональных преступлений опасны в равной мере. Соединенные Штаты определили собственные приоритеты и степень опасности каждого из них.

Фред Роса:

Я хотел бы быть уверенным, что мы понимаем друг друга, когда употребляем выражение «международная преступность», что мы говорим об одном и том же. Так что позволю себе перечислить те виды преступной деятельности, которые мы обычно заносим в эту категорию. Возможно, чаще всего в этом смысле говорят о наркобизнесе. Сомнительные лавры с ним делит терроризм. Другие виды международной криминальной активности, которые входят в нашу стратегическую концепцию и которые мы относим к категории угроз, - это отмывание денег, нелегальный ввоз иммигрантов, контрабанда людей, хищение интеллектуальной собственности, различные виды финансового мошенничества. Я еще не назвал контрабанду оружия - она, безусловно, составная часть понятия «международная преступность».

Владимир Абаринов:

Фред Роса считает, что американская общественность достаточно хорошо знакома с такими проблемами, как наркобизнес и международный терроризм, и понимает их опасность. Но существуют и другие виды международной преступности, о которых американцам, да и не только им, стоит знать больше.

Фред Роса:

Однако американское общество пока не осознало в полной мере, что предметом серьезного и растущего беспокойства Соединенных Штатов стали преступления в области интеллектуальной собственности. Если посмотреть на глобальную экономику с позиции США, то видно, что наш главный экспортный товар - продукция, защищенная авторским правом. По нашим оценкам, в 1998-м году Соединенные Штаты понесли убытки на сумму примерно 12 миллиардов 400 миллионов долларов. Вот в такую сумму выливаются убытки от пиратского использования интеллектуальной собственности.

Владимир Абаринов:

Возможно, еще более впечатляющей будет другая цифра из доклада: каждый третий продающийся в мире компакт-диск выпущен пиратским способом, а ежегодный оборот пиратов от звукозаписи составил в 99 году не менее 4 миллиардов долларов. В Восточной Европе крупнейшим похитителем интеллектуальной собственности стала Украина. Не далее как полмесяца назад Международный союз интеллектуальной собственности направил администрации Джорджа Буша специальное обращение по этому поводу. По оценке союза, производство и экспорт Украиной нелегальных компакт-дисков, дисководов и ДВД-дисков наносит ежегодный ущерб звукозаписывающей индустрии США на сумму 200 миллионов долларов. Международный союз интеллектуальной собственности просит американское правительство присвоить Украине статус приоритетного иностранного государства согласно Закону США о торговле. Несмотря на то, что этот титул звучит заманчиво, ничего хорошего Украине он не несет. После того, как страна становится приоритетным торговым партнером Соединенных Штатов, торговое представительство США начинает расследование, в достаточной ли мере она защищает права интеллектуальной собственности. А если жалобы торгового представителя останутся без внимания, если по ним не будут приняты меры, то это может повлечь за собой введение торговых санкций. Так работает американский закон.

Однако вернемся к видам международной преступности, которые Соединенные Штаты считают наиболее опасными для себя. Фред Роса, сотрудник Совета национальной безопасности США, глава группы по международной преступности.

Фред Роса:

Другая сфера, о которой известно меньше - это контрабанда людей и связанная с ней проблема нелегального ввоза с целью последующей эксплуатации. Несмотря на стремительный рост числа и масштабов таких преступлений, им не уделяется должного внимания ни в Соединенных Штатах, ни в других странах мира.

Владимир Абаринов:

Возможно, в России, которая сталкивается с этой проблемой в гораздо меньших масштабах, оба преступления проходят по одной графе. Для американских же правоохранительных ведомств это разные виды криминальной деятельности, хотя зачастую и связанные между собой.

Фред Роса:

Когда мы говорим о контрабанде людей, мы имеем в виду преступление, в котором участвует преступная организация, занимающаяся транспортировкой через национальные границы людей, не имеющих на то законных оснований. Другой вид незаконного ввоза иностранцев в страну - это ввоз с целью дальнейшей эксплуатации, чаще всего сексуальной. Этот вид преступной деятельности может быть ограничен географическими рамками отдельных стран или включать в себя международный аспект, то есть пересечение международных границ. Позвольте мне привести некоторые статические оценки, дабы показать масштаб проблемы. Мы оцениваем число лиц, задержанных при попытке назаконно вьехать на территорию Соединенных Штатов, в 2 миллиона человек в год. Большинству из них, хотя и не всем, оказывают содействие преступные сообщества, большие или малые. Приблизительно пятистам тысячам нелегальных иммигрантов в год удается въехать в страну. Что касается контрабанды с целью эксплуатации, то наша оценка объемов этого бизнеса, - по меньшей мере, 700 тысяч (а по другим оценкам, до двух миллионов человек) главным образом женщин и детей было перевезено из страны в страну в 97 году. Чаще всего их используют в сфере сексуальных услуг, а также в качестве дешевой рабочей силы. Из этого числа в Соединенные Штаты ежегодно ввозится от 45 до 50 тысяч таких нелегальных иммигрантов, преимущественно опять-таки женщин и детей.

Владимир Абаринов:

Говорил Фред Роса, сотрудник Совета национальной безопасности США, глава группы по международной преступности. Вполне очевидно, что успех в борьбе с транснациональной преступностью невозможен без сотрудничества с другими странами. Об этом аспекте рассказывает помощник министра юстиции США Брюс Шварц:

Брюс Шварц:

Министерство юстиции Соединенных Штатов понимает, что единственный путь, на котором можно добиться успеха в борьбе с угрозой международной организованной и неорганизованной преступности, - это сотрудничество, сотрудничество как американских федеральных ведомств друг с другом, так и правительства Соединенных Штатов с нашими партнерами за рубежом. Это сотрудничество охватывает три сферы.

Министерство юстиции играет ведущую роль в уголовном преследовании за преступления, подлежащие юрисдикции федеральных судов. Однако эти федеральные преступления все чаще выходят за пределы территорий отдельных штатов и даже Соединенных Штатов в целом. Расследуя и наказывая за подобные преступления, мы должны тесно взаимодействовать не только с американскими ведомствами соответствующего профиля, включая министерство финансов и госдепартамент, но и все чаще - с иностранными правоохранительными органами. Мы снова и снова убеждаемся, насколько важно создать атмосферу сотрудничества, таких отношений, которые позволили бы нам работать сообща над конкретными проблемами преступности.

На межгосударственном уровне ответом министерства юстиции на вызов, который бросает безопасности страны организованная преступность, стало создание системы международных соглашений - опять-таки в сотрудничестве с госдепартаментом - с тем, чтобы урегулировать проблемы взаимной правовой помощи и экстрадиции. За последние 10 лет мы предприняли все возможное, чтобы лишить преступников «безопасных гаваней». Причем сотрудничество ведется не только в таких областях, как поимка преступника. Например, страны могут делиться информацией о преступлении, вплоть до предоставления другому государству собранных улик на конкретного подозреваемого. Мы достигли этого путем заключения соглашений, которые превращают обмен доказательствами в общепринятую практику. Это значительно упрощает процедуры, характерные для эпохи, когда средства связи отличались куда меньшей оперативностью. В тех случаях, когда экстрадиция невозможна, мы стараемся действовать через международные организации, такие как Большая Восьмерка. Эти организации помогают принять общий набор принципов, с помощью которых легче привлечь к ответственности лица, которых нельзя подвергнуть экстрадиции.

И, наконец, третий путь, по которому идет вместе с другими федеральными ведомствами министерство юстиции США, отвечая на вызов международной преступности, - это сотрудничество в области укрепления законности, правопорядка, это программы подготовки специалистов и технического содействия. И вновь стоит подчеркнуть: в этой сфере, как и в двух других, о которых я говорил, сотрудничество - это улица с двусторонним движением.

Владимир Абаринов:

Именно результатом взаимодействия двух стран на основе американо-швейцарского договора об экстрадиции стал арест в январе этого года в международном аэропорту Нью-Йорка госсекретаря российско-белорусского союза Павла Бородина. По чистой случайности дело Бородина совпало с другим сюжетом - о президентских помилованиях. Помилованный Биллом Клинтоном коммерсант Марк Рич, который обвиняется американской прокуратурой в уклонении от уплаты налогов на рекордную сумму - 48 миллионов долларов, уже 17 лет живет в Швейцарии, ни от кого не скрываясь. Почему же в этом случае не сработал договор об экстрадиции? В чем разница с точки зрения американского закона?

Брюс Шварц:

Вопрос не в американских законах, а в договоре об экстрадиции. Эти договоры иногда различают уклонение от налогов и другие финансовые преступления. В данном случае американо-швейцарский договор об экстрадиции, во всяком случае, в то время, к которому относятся вменяемые господину Ричу преступления, не включал, в отличие от других финансовых махинаций, уклонение от налогов в качестве преступления.

Владимир Абаринов:

Еще один вид международных преступлений, которому в США уделяется все большее внимание - отмывание нелегальных доходов. Еще в президентской директиве 95 года борьба с отмыванием денег была названа в числе приоритетных стратегических направлений. Логика состоит в том, что, лишая криминальные синдикаты возможности легализовать свои преступные доходы, мировое сообщество обессмысливает их существование. Однако реальная картина далека от идеала. В очередной раз об этом напомнил недавно сенатор Карл Левин, который руководил специальным сенатским расследованием. Расследование, продолжавшееся около года, показало, что банки США стали одним из важнейших каналов легализации преступных доходов. По мнению авторов доклада, главную проблему представляют собой корреспондентские счета. Их открывают в американских банках иностранные банки, не имеющие лицензии на операции в Соединенных Штатах.

На пресс-конференции по случаю завершения работы сенатор Левин перечислил три разновидности банков, которые он называет «высоко рискованными». Это, прежде всего виртуальные банки, не имеющие офиса ни в одной стране мира; банки, зарегистрированные в оффшорных зонах, которым не разрешена банковская деятельность в странах регистрации; а также банки тех стран, законодательство которых не предусматривает действенных мер по борьбе с отмыванием денег.

Во всех этих случаях, утверждает Карл Левин, вероятность того, что придется иметь дело с грязными доходами, весьма велика. Сенатская группа обследовала 10 таких подозрительных банков, и подозрения полностью подтвердились. Что собой представляют оффшорные зоны, можно судить по данным статистики. Население острова Науру - чуть более 10 тысяч человек. На 25 жителей острова - один банк. По данным российского центробанка, за один только 98-й год из России в Науру было вывезено 70 миллиардов долларов. Центробанк, правда, утверждает, что это - не преступные деньги, это легальные деньги, вывезенные, чтобы уклониться от уплаты налогов.

Но не только оффшорные, американские банки тоже несут свою долю ответственности за слабый контроль за происхождением средств и за упорное сопротивление более жестким мерам. Левин изучил положение дел в 20 крупнейших американских банках и убедился в том, что их система проверки оставляет желать много лучшего. В подозрительных связях уличены Чейз Манхэттан, Бэнк оф Америка, Фёрст Юнион и Ситибэнк. «Наши банки проявляют куда бОльшую осторожность и осмотрительность, когда их собственные деньги могут подвергнуться риску при кредитовании иностранного банка,» - отметил Левин.

Ежегодно в мире отмывается от 500 миллиардов до одного триллиона грязных долларов. Эксперты полагают, что примерно половина этой суммы проходит через американские банки. В марте сенатор Левин намерен устроить в Сенате слушания об отмывании денег, а после этого внести законопроект на эту тему. Он предлагает, в частности, запретить американским банкам открывать корреспондентские счета виртуальных банков, ввести более тщательную систему проверки оффшорных банков и облегчить правоохранительным органам доступ к подозрительным счетам.

В категорию внушающих подозрение, по исследованию сенатора Левина, попали и российские банки - на том основании, что законодательство России не предусматривает мер противодействия отмыванию денег. В профессиональной среде такие страны получили наименование «не сотрудничающие». Говорит помощник государственного секретаря США Рэнд Бирс.

Рэнд Бирс:

Недавно - если быть точным, то в июне прошлого года - Группа действий по борьбе с финансовыми преступлениями, которой исполнилось уже 10 лет, завершила всестороннее исследование банковского законодательства ряда стран мира и, основываясь на 25 критериях, пришла к некоторым выводам относительно 18 государств. Эти страны объединены в общую категорию «не сотрудничающих». Это исследование и классификация стран в зависимости от их банковского законодательства - это попытка создать в глобальном масштабе условия, при которых преступные организации лишатся «безопасных гаваней» для отмывания незаконных доходов или средств сомнительного происхождения. Этот процесс будет продолжаться. В июне будет опубликован новый список стран, и мы увидим некоторые успешные результаты, которых достигли отдельные страны, числившиеся в категории «не сотрудничающих», а затем постаравшиеся привести свое законодательство в соответствие с рекомендациями Группы действий.

Владимир Абаринов:

Группа действий по борьбе с финансовыми преступлениями была создана решением саммита «большой семерки» в 89 году. В группу стран, при работе с банками которых рекомендуется проявлять осторожность, помимо России, вошли Багамы, Каймановы острова, Острова Кука, Доминика, Израиль, Ливан, Лихтенштейн, Маршалловы острова, Науру, Ниуэ, Панама, Филиппины, Сент-Китс и Нэвис и Сент-Винсент и Гренадины. С тех пор некоторые из этих стран - например, Лихтенштейн - предприняли усилия к приведению своего банковского законодательства в соответствие с современными стандартами. Не желает оставаться в «черном списке» и Россия. Президент Путин недавно внес в Думу законопроект о мерах по борьбе с отмыванием грязных денег. Поможет ли это России укрепить ее репутацию в глазах международного финансового сообщества?

Рэнд Бирс:

Насколько я понимаю, правительство России предпринимает шаги к принятию закона об отмывании денег, который ранее застрял - полагаю, это наилучшее слово в данном случае. Кстати, Россия поставила в известность о своих усилиях Группу действий по борьбе с финансовыми преступлениями. Группа действий находится сейчас в процессе изучения вопроса. Она обсудит с правительством России, какой прогресс достигнут и что еще необходимо сделать. Однако я не могу сказать, будет ли Россия или какая-либо другая страна вычеркнута из списка «не сотрудничающих» стран. Список планируется опубликовать в июне, и вот к этому сроку и будет принято решение.

Владимир Абаринов:

Авторы межведомственного доклада полагают, что российские криминальные группы вносят значительный вклад в усугубление проблем российской экономики. Российское правительство оценивает бегство капиталов из страны в 1 миллиард долларов в месяц. По самой скромной оценке, объем нелегальных доходов составляет четверть этой суммы. Таким образом, в год преступные сообщества России отмывают за рубежом не менее трех миллиардов долларов. Но негативный эффект состоит не только в том, что криминальное сообщество обескровливает экономику. Укоренившись во всех высокоприбыльных секторах экономики, коррумпируя все ветви власти, организованная преступность препятствует становлению демократии и институтов гражданского общества и обостряет социальные проблемы страны, считают авторы доклада.

В настоящее время американские эксперты не видят в российских криминальных группировках столь же серьезной угрозы для США, какую они видят в итальянской Коза Ностра и некоторых других преступных сообществах, сформированных по этническому признаку. Вместе с тем они обращают внимание на потенциал «русской мафии» с ее сложной структурой, международными связями и уровнем образования. Структура преступного бизнеса российских группировок в США говорит о том, что они преуспели именно там, где требуется интеллект - в финансовых мошенничествах и отмывании денег.

Теперь, когда доклад о международной преступности готов, администрация США намерена использовать его в определении наилучших путей защиты от глобальной угрозы. Говорит Фред Роса, сотрудник Совета национальной безопасности США, глава группы по международной преступности:

Фред Роса:

Для нас это был системный и пристальный взгляд, который позволил нам гораздо лучше понять проблему. Теперь мы смогли понять ее природу, ее размах и ее влияние на интересы граждан США и на интересы нашей национальной безопасности. Сейчас мы используем этот анализ для того, чтобы внимательно переосмыслить нашу стратегию, а затем посмотреть на многосторонние и двухсторонние программы, в которых участвует правительство США: дают ли они адекватный ответ на эту угрозу.

XS
SM
MD
LG