Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Американо-российские договоры по ограничению вооружений. Судьба стратегических ракет и противоракетной обороны


Часть вторая. (Часть первая)

Евгений Новиков:

В своё время члены российской делегации на переговорах по СНВ-2 полагали, что к две тысячи седьмому году Россия по деньгам сможет иметь не более одной-полутора тысяч ракет при записанном в договоре уровне в три тысячи. Поэтому они предупредили представителей комитета по обороне американского Конгресса, который возглавлял будущий министр обороны Лес Эспин, что условием ратификации СНВ-2, предполагающим уровень в три тысячи боеголовок, будут фактические договоренности и об СНВ-3 с уровнем не более тысячи боеголовок. Заинтересована ли американская сторона пойти на такое сокращение и не вынуждать Россию держать три тысячи ракет, чтобы сохранять паритет с Америкой? Говорит Ури Раанан, директор бостонского Института по изучению конфликтов, идеологии и политики:

Ури Раанан:

Когда я слышу разговоры о соглашениях СНВ-2 и СНВ-3, я не могу понять, почему Запад вообще, и администрация Клинтона, в частности, проявили такой энтузиазм по поводу ратификации Думой соглашения СНВ-2 и условия начать переговоры об СНВ-3. Ведь все предельно просто. У России просто нет такого количества ракет, которое позволено ей иметь по соглашению СНВ-2, то есть 3500 единиц, и даже по условиям будущего соглашения СНВ-3 - 2500 единиц, или меньше, чего хотят русские. Россия не может достичь уровня минимального потолка, допускаемого этими соглашениями. Сейчас у нее есть порядка 800-900 ракет типа СС-18, которые совсем устарели, и порядка 800 ракет типа СС-19, которые почти что устарели. Плюс к этому небольшое количество ракет типа СС-25.

То есть, всего у России на вооружении стоит порядка 2200 межконтинентальных баллистических ракет, то есть меньше потолка, который разрешен соглашением СНВ-2, и который будет допустим по соглашению СНВ-3. Поэтому когда США подталкивают Думу к ратификации этих соглашений, они действуют себе во вред и берут на себя обязательства сокращать свои ракетные арсеналы, в то время как русским просто нечего сокращать. Всё, к чему приведет выполнение соглашений СНВ-2 и СНВ-3 - это уничтожение устаревших российских ракет СС-18, за что, к тому же, придется платить американским налогоплательщикам. Сокращение освободит место в шахтах для новых российских ракет "Тополь-М". Сегодня Россия ежегодно производит только 10 ракет типа "Тополь-М". Значит, через 10 лет у нее будет только 100, максимум - 200 ракет типа "Тополь-М", которые и поместят в свободные шахты.

Кстати, те дополнения к соглашению СНВ-2, которые были согласованы в 1997 году, предусматривают, что Россия произведет сокращение своих арсеналов до согласованного потолка только в 2007 году. И мне не понятно, почему Дума вообще так долго тянула с ратификацией этого соглашения. Тем более, что российские военные с самого начала понимали, что это в их интересах.

Евгений Новиков:

Депутат Госдумы Александр Пискунов, который в начале 90-х годов в звании генерал-майора принимал участие в разработке договора СНВ-2, считает, что создать эффективную систему противоракетной обороны невозможно в принципе, поскольку есть много асимметричных мер, на порядок более дешевых и сводящих на нет любые попытки защиты. Ведь производство ракет стоит намного дешевле, чем создание противоракетных систем. Так что, ответ на систему противоракетной обороны противника может состоять в том, чтобы просто произвести такое количество ракет, с которым эта система не справится. "Согласны ли вы с этим мнением российских экспертов"? - спросил я своих собеседников. Говорит бывший заместитель министра обороны США Алвин Бернштейн:

Алвин Бернштейн:

Эти рассуждения отражают типичное российское мышление. Я могу в какой-то мере представить себе определенное несоответствие между стоимостью и эффективностью системы вооружений. Но думаю, что в таких рассуждениях они исходят из собственного опыта времён "холодной войны", и эта точка зрения, на мой взгляд, ошибочна по ряду причин. Во-первых, они не правы хотя бы по одной причине: они не учитывают, что у нас есть деньги. По предварительным оценкам, создание такой системы обойдется в 60 миллиардов долларов. Оборонный бюджет США - 300 миллиардов. Если сумму в 60 миллиардов распределить на 5-10 лет, то это вполне нам по силам. Это для нас - не большие деньги. Во-вторых, трудно представить, какая ещё страна на свете сможет иметь такие огромные экономические возможности, какие имеют Соединенные Штаты.

Что касается вопроса об асимметричном ответе или других методах создания ядерной угрозы для США... Можно, конечно, сказать, что национальная система ПРО не спасает нас полностью от угрозы ядерного нападения. Кстати, так же рассуждали и некоторые военные руководители США, в частности, бывший министр обороны Пэрри и заместитель министра обороны Ашин Картер, которые выступали против идеи создания национальной системы ПРО. Но эти аргументы не выдерживают критики. Если есть два способа создания угрозы ядерного нападения на США, то должно быть и два способа отражения этой угрозы. Я считаю, что национальная система ПРО должна выполнить свою задачу отражения одного вида ядерной атаки. Если появится какой-то другой вид ядерной угрозы, то это заставит нас задуматься о том, как отразить этот новый вид угрозы. Для этого нужно будет применить другие технологии. И я откровенно могу сказать, что разработка таких новых технологий уже ведется. И когда мы начнем применять новейшие технологии, занести ядерное оружие на территорию США будет крайне трудно.

Евгений Новиков:

Это был Алвин Бернштейн. А вот мнение профессора Гарвардского университета Ричарда Пайпса:

Ричард Пайпс:

Некоторые политики в этой стране придерживаются страшно противоречивых мнений по этому вопросу. С одной стороны они говорят, что это невозможно, с другой - что это очень опасно. Но и то, и другое вместе быть не может. Если это невозможно, значит это не опасно. Это опасно только в том случае, если это возможно. Думаю, что тот страх, который испытывают в Москве перед этой системой, свидетельствует о том, что её создание возможно.

Евгений Новиков:

Я спросил своих собеседников, как они оценивают идею о создании совместной с Россией системы защиты от ракетного нападения. Допустим, что система создана, и возникает такая гипотетическая ситуация: российское командование получает от американцев информацию, что со стороны Индийского океана на Россию летят ракеты. Что делать? Кому отвечать? Китаю? Пакистану? А может, это американская лодка в Индийском океане выпустила ракеты? Депутат Государственной Думы Александр Пискунов, на высказывания которого я уже ссылался, считает, что система сдерживания эффективна лишь при личной, персональной ответственности, а коллективная оборона не годится. Говорит

Алвин Бернштейн:



Алвин Бернштейн:

Коллективная оборона возможна. Я вспоминаю, что в последний год "холодной войны" - во времена администрации Рейгана - с советской стороны было сделано такое предложение. Не помню, было ли это предложение официальным, но оно было сделано. Москва соглашалась на то, чтобы США создали свою систему ПРО при условии, что американцы поделятся с ней технологическими секретами этой системы. Так или иначе, подобный подход представляется разумным, и он может создать условия для компромисса. Не знаю, в состоянии ли сегодня Россия пойти на такие расходы. Но рациональное зерно этого предложения состоит в том, что система ПРО, как планируется, будет направлена против государств-агрессоров, которые в будущем могут представлять угрозу как для США, так и для России. Поэтому совместное использование технологий или совместное участие в обороне, куда мы намерены вовлечь всех наших союзников, создает возможности для компромиссов. И на месте российских политиков, я бы задумался о такой возможности. Ведь по сути дела, в ряде случаев для того, чтобы атаковать территорию России, вовсе не нужно иметь межконтинентальные баллистические ракеты. Достаточно просто баллистических ракет. И чтобы это предотвратить, надо, во-первых, вовремя выявить такую угрозу, и во-вторых, попытаться использовать возможности уже созданных технологий для защиты от подобной угрозы.

Евгений Новиков:

Это был бывший заместитель министра обороны США Алвин Бернштейн. Ричард Пайпс, профессор Гарвардского университета, также считает идею о создании совместной с Россией системы защиты от ракетного нападения вполне разумной:

Ричард Пайпс:

Можно вспомнить, что президент Рейган в 1983 году предложил создать национальную систему ПРО и согласился поделиться технологией её создания с Россией. Почему бы так и не сделать. Я не понимаю, почему этот проект отвергается Россией как, якобы, опасный для неё. Думаю, Россия стоит согласиться на ограниченное развертывание системы, направленной на ПРО от "государств-изгоев" с условием взаимообмена информацией: они будут делиться информацией с нами, а мы - с ними.

Евгений Новиков:

Ури Раанан, директор бостонского Института по изучению конфликтов, идеологии и политики не согласен с остальными участниками беседы:

Ури Раанан:

Это не серьёзно. Ведь технология создания средств доставки была поставлена наиболее опасному "государству-изгою" - Ирану. И сделала это сама Россия. И хотя Москва делает вид, что технологии передавались отдельными частными лицами и не государством, а США время от времени делают вид, что верят этому, на самом деле даже ребёнок может понять, что ракетная технология передавалась и передаётся Ирану с полного согласия российского правительства. Заявления о том, что это делается частными лицами, звучат как насмешка. Как можно вести речь о совместном российско-американском проекте, направленном на защиту от "государств-изгоев", когда одно из этих государств - Иран, получает информацию о ракетных технологиях от самой России. Складывается абсурдная ситуация: Россия оказывает помощь в защите от ракет, которые она сама помогает производить! И эти российские ракеты не менее опасны, чем северокорейские.

Евгений Новиков:

Бывший вице-канцлер и одновременно в течение семнадцати лет министр иностранных дел ФРГ Ганс-Дитрих Геншер считает, что создание американской национальной системы противоракетной обороны, - когда один партнер по НАТО имел бы особую защиту, а другие нет, - означало бы отход от фундаментального принципа этого союза: не допускать возникновения зон неодинаковой безопасности. Этот вопрос уже поднимался в дискуссиях восьмидесятых годов о стратегической оборонной инициативе Рейгана. Тогда планы СОИ не приняли многие союзники Соединенных Штатов. Правда, теперь Вашингтон через НАТО предлагает так называемую программу расширенной ПВО. Речь идет о "Medium Extendent Air Defensе System" ("Миэдс"). Франция и Англия отказались от участия, полагаясь на собственное ядерное оружие. Большинство других союзников тоже уклонилось по финансовым и иным соображениям. Так что среди участников проекта, помимо США, сегодня только Германия и Италия. Я спросил своих собеседников, как США планируют убедить своих европейских союзников и мировую общественность в том, что от Договора по ПРО 1972-го года надо отказаться? Говорит

Алвин Бернштейн:



Алвин Бернштейн:

Прежде всего, надо понять, что речь идет о безопасности и способности выживания нашей страны. Ведь мы ведем речь не об оружии, которое дает вам преимущество на поле битвы, а о системе, которая позволяет сохранить в безопасности большинство населения. Вопрос в том, хотите ли вы достичь этого при помощи договора или используя какие-то технические возможности. Я считаю, что лучше это сделать за счет второго. Это будет лучше не только для США, но и для их союзников и других членов ООН. Это, вообще, сделает мир более безопасным местом. Я понимаю, что у европейцев есть разные причины высказывать недовольство по поводу наших планов создать национальную систему ПРО. Прежде всего, и главным образом, их беспокоит реакция России, которая может последовать в ответ на нарушение договора по ПРО 1972-го года. Кстати, этот договор с технической точки зрения абсолютно устарел.

Европейцев также может волновать тот факт, что США обеспечивают безопасность для себя и оставляют их менее защищенными. Отчасти эти опасения можно сгладить за счёт создания мобильных систем перехвата в море или в воздушном пространстве. Кроме того, когда эта система развернется в полную мощь, она уже не будет исключительно национальной системой. Это будет система морского, воздушного и наземного базирования. Думаю, что США, с учетом политической необходимости, должны будут взять на себя обязательства применять эту систему для защиты тех государств, которые будут помогать в её создании и размещении.

В конце концов, все относительно мирные государства захотят быть защищенными от ракет "государств-изгоев". А если "государства-изгои" и впредь будут представлять собой стратегический фактор в мире, и будут и впредь угрожать слабым государствам, то сама логика событий заставит расширить возможности этой американской системы ПРО. Думаю, что европейцы, которые сегодня настроены весьма скептически в отношении национальной системы ПРО США, и в отношении того, продолжают ли средства сдерживания агрессора играть такую же роль, как в прошлом, в конце концов, изменят своё мнение. Не трудно представить сценарии событий, которые заставят их это сделать.

Соединенные Штаты и их европейские союзники могут стать объектом серьёзной угрозы ядерного нападения. И если вы беззащитны перед такой угрозой, то свобода ваших политических действий будет ограничена. А если такая угроза осуществится, то это вообще будет иметь катастрофические последствия. Представим себе вторую войну в Персидском заливе и гипотетическую ситуацию, когда западные союзники решают не останавливаться на окраинах Багдада, а покончить с этим режимом раз и навсегда. И если загнанный в угол Саддам Хусейн будет иметь возможность нанести ядерный удар и сочтет, что ему всё равно терять нечего, то он непременно воспользуется ядерным оружием, Особенно если никто его ракеты во время запуска уничтожить не сможет. Думаю, что позиция европейцев несколько близорука. Ведь распространение оружия массового уничтожения будет продолжаться. Ракетные технологии проникнут в коммерческий сектор. Любая страна, которая будет иметь возможность запустить метеорологический спутник, сможет запустить и баллистическую ракету. У неё будет возможность выбора. Но мирные демократические государства не должны стать жертвой ядерного шантажа.

Евгений Новиков:

Говорил бывший заместитель министра обороны США Алвин Бернштейн. На этот же вопрос отвечает профессор Гарвардского университета Ричард Пайпс

Ричард Пайпс:

Конечно, было бы хорошо иметь поддержку европейцев и ООН по этому вопросу. Но речь идет о национальной безопасности нашей страны. И если нам надо укрепить эту безопасность, то мы должны взять обязательство перед нашей страной, а не перед международным сообществом, дожидаясь одобрения этого шага. Не думаю, что такая поддержка крайне необходима. Она желательна, но без неё можно обойтись.

XS
SM
MD
LG