Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Американские эксперты о проблемах борьбы с международным терроризмом


Американские эксперты о проблемах борьбы с международным терроризмом

Во времена "холодной войны" акты международного терроризма носили явно идеологический характер, что давало возможность международным террористам объявлять себя идейными борцами за национальное и социальное освобождение и получать поддержку от СССР и других социалистических стран. После окончания "холодной войны" идеологически мотивированный терроризм пошел на спад. Но на смену идейным террористам, использовавшим политические и идеологические противоречия расколотого "холодной войной" мира, пришли террористы- индивидуалы. Пользуясь возросшей после окончания "холодной войны" открытостью демократических стран, они выбирают для атак менее защищенные гражданские объекты, не заботясь о том, что их жертвами становятся сотни ни в чем не повинных людей. Раньше правительства США и других западных государств были заняты глобальной проблемой предотвращения мировой войны и предпочитали не сосредотачивать свое внимание на актах международного терроризма. Сегодня, похоже, такой терпимости пришел конец. Недавние выступление Клинтона и, в частности, его речь на сессии Генеральной Ассамблеи ООН, дают основание предполагать, что борьба с Международным терроризмом становится одним из приоритетов стратегии национальной безопасности США. Я попросил видного американского эксперта по терроризму, директора Центра переподготовки военного руководства при Национальном Оборонном университете США Дага Минарчика высказать свое мнение по этому вопросу.

Даг Минарчик:

Международный терроризм всегда представлял определенную опасность для национальной безопасности Соединенных Штатов. Начиная с 1967-го года, эта опасность стала увеличиваться. Действия террористов стали еще более активными в 70-х и 80-х годах. Сегодня же, когда некоторые государства и негосударственные институты получили доступ к оружию массового уничтожения и когда террористические группы получили технические возможности убивать большие количества людей, борьба с терроризмом стала одним из главных приоритетов стратегии национальной безопасности США. После окончания "холодной войны" появилось больше возможностей и сил, которые можно направить на борьбу с терроризмом. Многие американцы становятся жертвами террористов. Международный терроризм ставит под угрозу национальные интересы США как за рубежом, так и внутри страны. Поэтому концентрирование наших усилий на борьбе с терроризмом вполне логично.

Евгений Новиков:

Бывший куратор проблем международного терроризма госдепартамента США посол Роберт Оклей придерживается несколько иного мнения.

Роберт Оклей:

Я думаю, что борьба с терроризмом еще не стала основным приоритетом стратегии США. Эта проблема, конечно, вызывает беспокойство, особенно в связи с взрывами в двух американских посольствах в Африке. Но мы должны уделять этой проблеме больше внимания. России тоже приходится сталкиваться с проблемами терроризма в различных регионах. Террористические акции привлекают внимание общественности и требуют соответствующей реакции правительства. Но это вовсе не самая большая проблема.

Евгений Новиков:

Могут профессиональные военные, работники разведслужб и представители других силовых структур, которые в значительной мере остались не у дел после "холодной войны", искать себе врага и находить его в лице террористов?

Роберт Оклей:

На эту проблему можно посмотреть с другой стороны. После исчезновения угрозы глобального конфликта с применением ядерных баллистических ракет между силами НАТО и Варшавского Договора мировое сообщество стало больше заботиться о гуманитарных проблемах Африки, Азии, Балканских стран. Одновременно люди стали больше беспокоиться в связи с той опасностью, которая исходит от международного терроризма. Так всегда бывает, что более мелкие проблемы начинают привлекать внимание, когда большие проблемы исчезают.

Евгений Новиков:

Директор Центра переподготовки военного руководства при Национальном Оборонном университете полковник в отставке Даг Минарчик, который неоднократно сам принимал непосредственное участие в антитеррористических операциях, смотрит на эту проблему под другим углом зрения:

Даг Минарчик:

Представители государственного аппарата и, в частности, служащие силовых структур, могут своими действиями стимулировать террористическую деятельность. Это относится к аппарату недемократических государств, которые проводят репрессивную политику в отношении национальных меньшинств, которые отвечают на политические или национальные движения насилием, зачастую принимающим форму терроризма. Но, по моему мнению, терроризм преступен по своей природе и не признает правил ведения войны. Он идет на поругание общечеловеческой морали, взаимоотношений между людьми. И как абсолютно беззаконное явление терроризм не может рассматриваться в качестве средства для достижения каких-либо государственных целей.

Евгений Новиков:

Раньше Советский Союз помогал террористам из идеологических соображений, рассматривая их как союзника в борьбе с мировым империализмом. США ради ослабления советской военной мощи помогали афганским моджахедам, некоторые из которых пополнили ряды современных террористов. Но какие мотивы руководят сегодня теми государствами, которые опекают террористов? Могут ли такие страны, как Ливия, Иран или Афганистан, которые оказывают поддержку международному терроризму, получить от этого какие-то выгоды для себя?

Даг Минарчик:

Да. Могут. Некоторые страны поддерживают международный терроризм, и такая поддержка является составной частью их внешней политики. Терроризм - очень дешевое орудие государственной международной политики. Те страны, которые обвиняются Соединенными Штатами в поддержке международного терроризма, как раз и зачислили это орудие в арсенал своей внешней политики и считают его весьма эффективным для достижения своих национальных целей. Мы оказываем давление на эти государства для того, чтобы они признали, что использовать терроризм в качестве инструмента государственной политики неприемлемо. И я считаю, что необходимо мобилизовать усилия всего международного сообщества для того, чтобы покончить с такой формой терроризма, как государственный терроризм.

Евгений Новиков:

Среди специалистов существует мнение, что в последние годы лицо терроризма и сам характер террористических организаций претерпели изменения. Террористы не стремятся себя идентифицировать, как это было раньше. Они считают себя участниками войны и как таковые, ставят для себя цели нанести как можно поражения объектам противника. Поэтому стремление террористов нового поколения завладеть оружием массового поражения и использовать его против США или других своих противников - вполне реальная угроза.

Даг Минарчик:

По моему мнению, характер и лицо терроризма претерпевают определенные изменения. Во-первых, резко сократилось число государств, которые оказывают помощь террористическим организациям. Но угроза со стороны отдельных террористических групп и даже отдельных личностей значительно возросла. Это объясняется, прежде всего, тем, что у них расширились возможности для коммуникаций, свободного передвижения по всему миру и причинения ущерба намеченными ими целям. Так, например, они получили возможность производить грандиозные разрушения зданий, принадлежащих правительству США и других государств. И это - реальная угроза. Индивидуализация терроризма делает его менее уязвимым. Действия таких террористов, которые не имеют, порой, определенного гражданства, нелегко проследить. За ними сложно установить полицейский надзор. Такой надзор становится еще более проблематичным в условиях открытого общества, к которому принадлежат большинство западных демократий.

Евгений Новиков:

Джеральд Пост, бывший глава центра ЦРУ по изучению индивидуальности и политического поведения в терроризме и автор вышедшей в 1997 книги "Политическая Паранойя: Психополитика Терроризма" пишет, что многие из активных фигур в межнациональном терроризме, имеют за своими плечами Афганистан, и что международный террорист бен Ладен во время советской агрессии в Афганистан прошел обучение и получал помощь со стороны американских спецслужб. Так ли это?

Даг Минарчик:

Я считаю такие предположения абсолютно неправильными. США оказывали моральную, политическую и финансовую поддержку ряду группировок в Афганистане. Но американцы не принимали участия в их военной подготовке, особенно в подготовке такого рода. Бен Ладен по своей природе террорист до мозга костей. И в прошлом он никогда не получал поддержки со стороны США.

Евгений Новиков:

Бывший куратор проблем международного терроризма госдепартамента США посол Роберт Оклей так ответил на мой вопрос.

Роберт Оклей:

Это абсолютно невозможно. То, что происходило в Афганистане во время войны с советской армией, похоже на ситуацию в Испании во время гражданской войны, когда коммунисты и социалисты со всего света съехались в эту страну для того, чтобы бороться с фашизмом. В Афганистане собрались мусульмане со всего света, чтобы бороться с советской агрессией. Такие, например состоятельные мусульмане, как бен Ладен, приехали в Афганистан в погоне за острыми ощущениями. Они сами не принимали участия в боевых операциях, но зато предоставляли афганцам материальную помощь. То же самое делали правительства США, Саудовской Аравии и некоторых других стран. После окончания войны многие из приехавших в Афганистан мусульман остались там. Им некуда было возвращаться. Чаще всего у себя на родине у них были проблемы со своими властями. Афганистан был удобным местом хотя бы потому, что афганское правительство и органы власти были достаточно слабы. То же самое происходило в Ливане в конце 80-х годов. Там был большой простор для террористической деятельности, поскольку в течение долгого времени в Ливане практически не было законного правительства. Там собрались террористы из Японии, Турции, Германии. Вместе с ними орудовали и палестинские террористы.

Евгений Новиков:

Участники современных национальных и этнических конфликтов - люди сугубо гражданские. Но в силу обстоятельств или личного желания они взялись за оружие. Многие ґполюбилиµ держать в руках автомат или винтовку, презирать законы мирного времени и выступать в роли национального героя. Могут ли такие любители острых ощущений пополнять ряды сегодняшних террористов? В какой степени региональные конфликты способствуют активизации международного терроризма? Бывший куратор проблем международного терроризма госдепартамента США посол Роберт Оклей так ответил на мой вопрос:

Роберт Оклей:

Бесспорно так и есть. Отчаявшиеся люди, те, кто не знает, что делать со своею жизнью, люди без работы и без будущего, как и те, кто жаждет известности, являются потенциальным резервом для международного терроризма. Террористы вербуются в таких странах, как Египет или Алжир, где огромное население и большая армия безработных. В Египте положение улучшается, чего нельзя сказать об Алжире, который стал резервной базой терроризма.

Евгений Новиков:

У Дага Минарчика свое видение проблемы взаимоотношения между терроризмом и лидерами националистических движений и групп:

Даг Минарчик:

Есть исторические примеры того, как отдельные деятели, которые начинали свою политическую карьеру с поддержки терроризма и актов насилия в отношении законных правительств, впоследствии становились национальными героями и даже президентами государств. Среди них - Менахем Бегин, который в свое время возглавлял группировку, которую можно назвать террористической. Ясир Арафат также был лидером террористической организации. Оба стали национальными героями и защитниками интересов своих народов. Они смогли избавиться от террористического менталитета и стать политическими деятелями, которые руководствуются нормами международного права. Но некоторые националистические лидеры не способны на такое перевоплощение. И это будет проблемой в будущем. Они могут выйти на политическую авансцену в своих странах. И остальным государствам нужно будет решать, как к ним относиться.

Евгений Новиков:

Мне приходилось слышать мнение одного израильского профессора, который считал, что вся современная армия демократического государства должна быть реорганизована с таким расчетом, чтобы она была способной решать задачу борьбы с терроризмом. Но это, конечно, преувеличение. И все-таки, кто должен бороться с террористами? Армия? Полиция? Спец войска? Говорит Даг Минарчик:

Даг Минарчик:

По моему мнению, терроризм представляет собой криминальное занятие по самой своей сути. И пресекать деятельность этих преступников нужно при помощи сил полиции. Но когда террористы начинают представлять внешнеполитическую угрозу, угрозу безопасности государства, - в этих случаях вооруженные силы могут и должны применяться в рамках соответствующих международных институтов и договоренностей. К сожалению, нормы международного права для подобной антитеррористической деятельности разработаны не полностью. И это порой вызывает замешательство и неуверенность в действиях, направленных на пресечение террора. Но в будущем можно ожидать, что координация действий армий дружественных государств против угрозы международного терроризма мировому сообществу будет расширяться.

Евгений Новиков:

Бывший куратор проблем международного терроризма госдепартамента США посол Роберт Оклей так ответил на мои вопросы:

Роберт Оклей:

Я не думаю, что использование армии в борьбе с терроризмом - это тот путь, по которому нужно идти. Прошлый опыт свидетельствует о том, что войсковые операции могут использоваться в отдельных случаях. Но основными методами борьбы с терроризмом должны быть незаметные операции по выявлению сети террористических организаций и их членов; коммуникаций и баз снабжения - пресечение их операций в зародыше. Это очень кропотливая работа. Посмотрите, например, на то, как достигли успеха антитеррористические действия англичан в Северной Ирландии. Служащие антитеррористических подразделений внедрились в систему террористических организаций и в конце концов добились успеха. Но этот подход к истокам проблемы занял много лет. Одновременно они и выявляли симптомы этой проблемы, и преследовали ИРА и различные радикальные группы внутри ИРА.

Евгений Новиков:

Вполне очевидно, что международный терроризм нельзя победить силами какого-то одного государства, даже такого мощного как США. Нужны совместные действия всего международного сообщества в борьбе с этим злом. Как далеко продвинулось сотрудничество государств в борьбе с терроризмом? Кто участвует в совместных действиях против террористов? Наблюдается ли сотрудничество между Россией и США в этом деле?

Роберт Оклей:

Они уже начали это сотрудничество после окончания "холодной войны". Во время "холодной войны" Советский Союз поддерживал отдельные террористические группы, пока те не стали взрывать гражданские самолеты. Это не понравилось самому советскому правительству. И после окончания "холодной войны" они прекратили поддерживать такие группировки. У России достаточно причин для того, чтобы принять участие в международных акциях по борьбе с терроризмом. Их самих беспокоит рост мусульманского терроризма на Кавказе, в Центральной Азии и в самой центральной России. Поэтому им нужно понять необходимость совместных усилий для решения этой проблемы. Это - не грандиозная проблема, но тем не менее проблема серьезная. И относиться к ней нужно серьезно.

Евгений Новиков:

А вот как оценивает международные усилия по борьбе с терроризмом Даг Минарчик.

Даг Минарчик:

В настоящее время можно наблюдать большую активность на дипломатическом фронте, направленную на координацию действий демократических государств. Но такое сотрудничество находится в самом начале своего пути. Предстоит перейти от дипломатической координации к совместным экономическим санкциям против государств, поддерживающих терроризм. Здесь придется встретиться с определенными трудностями, поскольку экономические интересы некоторых государств могут вступить в противоречие с их политическими целями. Но совместные консультации на различных уровнях продолжаются. Происходит интенсивный обмен мнениями на различных международных форумах. В этом обмене мнениями принимает участие и Россия. И здесь есть много возможностей для сотрудничества с российским правительством.

XS
SM
MD
LG