Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Политические анализы и политика на телевидении - беседа с Евгением Киселевым


Анна Качкаева: Общественно-политические и информационно аналитические программы снова в эфире после череды новогодних рождественских праздников. На экране затеплилась политическая жизнь, которую хоть как-то можно перевести на визуальный язык. Познера, Брилева, Максимовскую, Парфенова, Пушкова, Герасимова, Толстого, Караулова, Сорокину, Соловьева и Шустера сравнивать трудно. Разные каналы, разные задачи, разные жанры. Объединяет этих ведущих и их программы одно. Все они про политику или около политики. Об анализе и политике на телевидении наш сегодняшний разговор. Со мной в студии один из родоначальников жанра политических телевизионных итогов на постсоветском телевидении, а ныне главный редактор еженедельника "Московские Новости" Евгений Киселев. По телевидению скучаете?

Евгений Киселев: Абсолютно не скучаю.

Анна Качкаева: Вот мне сказали, что на этот вопрос вы так и ответите, и слукавите.

Евгений Киселев: Нет, я не слукавлю. Поверьте, я прекрасно себя чувствую без этого террариума единомышленников.

Анна Качкаева: Ну что же, вот мы все-таки о нем все равно вынуждены разговаривать.

Евгений Киселев: Да, но я боюсь, что я вам нанесу удар зубодробительный. Из всех перечисленных программ в минувшие выходные я не смотрел ни одной.

Анна Качкаева: Ну, это вовсе не зубодробительный удар, вы знаете персонажей. А слушатели у нас, как правило, все телевизор смотрят. А вам уважаемые слушатели и зрители вопрос: какие политические программы вы смотрите, и почему? А чего же вы все-таки не смотрели, Женя? До такой степени все осточертело и опротивело, или просто неинтересно?

Евгений Киселев: Вы знаете, комбинация причин, хотелось отдохнуть, отключиться...

Анна Качкаева: Отдыхали-то сколько - аж три недели, все праздники.

Евгений Киселев: Я говорю о последних выходных, потому что на праздники, насколько я понимаю, так называемые информационно-аналитические программы не выходили.

Анна Качкаева: Ничего не выходило. Вчера в субботу-воскресенье они в первый раз вышли в эфир.

Евгений Киселев: Они дебютировали в эти выходные. Я, честно говоря, даже и не подумал о том, что эти выходные - время дебюта итоговых еженедельных программ на разных каналах, и что стоит что-то посмотреть. Я, правда, вру, смотрел. Все-таки смотрел "Шпигель", начало программы Леонида Парфенова.

Анна Качкаева: Все-таки в "Намедни" заглянули?

Евгений Киселев: Мы с женой шли ужинать, поэтому шли уже в ресторан...

Анна Качкаева: А привычки ставить их на запись у вас нет...

Евгений Киселев: Поэтому я посмотрел буквально первые несколько минут. Понял, что нет никаких грандиозных сенсаций. Наверное, были крепкие журналистские работы, потому что, скажем, как правило, когда Павел Лобков что-то делает, это всегда интересно.

Анна Качкаева: Да, так и было. Тем не менее, у ваших "Итогов" было много поклонников, и многие программу вашу не любили, по разным причинам. Я не буду сейчас вдаваться в подробности. Но "Итоги" всегда были программой влияния. Опять же, кто как это оценивал, тем не менее, есть такое понятие - "программа влияния".

Евгений Киселев: Смотря что вкладывать в это словосочетание, потому что может быть программа влияния, которая используется авторами, либо руководством канала, чтобы добиться тех или иных целей, или владельцами канала, чтобы добиться тех или иных целей, а может быть программа влиятельна просто в силу своего качества.

Анна Качкаева: Дело в том, что одно иногда не исключает другое.

Евгений Киселев: Да, одно не исключает другое.

Анна Качкаева: Хорошо, давайте мы не будем сейчас вдаваться в подробности и выяснение того, что же такое программа влияния, хотя это тема для разговора действительно. Сегодня вы не смотрели нынешние субботние-воскресние программы, но все-таки вы, наверное, следите за телевизионным пейзажем.

Евгений Киселев: В значительно меньшей степени, чем раньше.

Анна Качкаева: Понятно. Все равно из очень разных политических программ, я сознательно даже не акцентирую ваше внимание на итоговых, возможно, и других политических программ...

Евгений Киселев: Я перебиваю, чтобы было понятно. Раньше я очень много смотрел телевизор, потому что занимая разные руководящие должности на разных каналах, и я должен был представлять себе рынок, весь телевизионный пейзаж, я должен был смотреть, во-первых, что показывают на собственном канале, что показывают конкуренты, какие есть новые телевизионные продукты на рынке, развлекательные, сериалы, ток-шоу, и так далее. Сейчас я, в общем, смотрю...

Анна Качкаева: То есть, вы перестали быть телезрителем?

Евгений Киселев: Я перестал быть профессиональным телезрителем, то есть телезрителем, который тратит огромное количество времени на просмотр всякой продукции, в том числе и полной лабуды, чтобы просто понимать, что происходит на рынке. Сейчас у меня модель просмотра телевидения - это профессиональный интерес пишущего газетного журналиста, который смотрит программы.

Анна Качкаева: А разве газетному журналисту и руководителю такого издания не нужно смотреть эти программы? Или вы считаете, что это бессмысленно?

Евгений Киселев: Мне уже не нужно смотреть, предположим, ток-шоу и выяснять, какие форматы, что придумали нового люди, делающие ток-шоу. Мне не нужно смотреть телевизор, чтобы понять, какие развлекательные форматы успешны, а какие не очень, какие новые игры появились, какие ведущие, где, скажем, многообещающие корреспонденты на каналах небольших дециметровых, которых можно было бы, предположим, пригласить работать на большой метровый канал. Этих проблем я сейчас не решаю. Я просто смотрю профессионально, как журналист, но как газетный журналист, чтобы иметь информационную картину дня или недели.

Анна Качкаева: Понятно, но все-таки для вас есть предпочтительная программа, которую бы вы прировняли к влиятельной программе?

Евгений Киселев: Я, может, вас удивлю, но наиболее адекватно задачам такого просмотра, чтобы получить информационную картину недели, если говорить о программах, которые выходят в конце недели, отвечают две программы: программа Герасимова "Личный вклад", название, на мой взгляд, неудачное, но я оцениваю с точки зрения аналитической картины, и программа Максимовской. Безусловно, предваряя все вопросы, с точки зрения владения словом программа "Намедни" выше качеством, чем названные мной программы, но понимаете, там красота ради красоты.

Анна Качкаева: "Поздравляю Евгения Киселева с приходом в редакцию "Московских Новостей", которые я выписываю второй десяток лет. Газета стала значительно интереснее, и это именно его место", - ваше Женя место, главного редактора, пишет нам Олег Борисович.

Евгений Киселев: А может быть Олегу Борисовичу кажется, что она стала лучше потому, что он симпатизирует лично мне? Нет ли здесь аберрации зрения?

Анна Качкаева: Возможно, потому что следующий наш слушатель пишет? "Разве может Киселеву понравиться что-нибудь, - вы правда опровергли это только что, - кроме его работ в свое время. Понравилось только частично то, что была критика Путина, другое он не приемлет. А, между прочим, в эту субботу была замечательная программа Пушкова". Женя ее не видел. Тем не менее, вот по поводу критики Путина...

Евгений Киселев: Вы знаете, программа Пушкова, это стопроцентный пример авторской программы, которая имеет право на существование, потому что Алексей Пушков придерживается определенной системы взглядов, он эволюционировал, как журналист и политолог, эволюционировал в совершенно определенном направлении. Он придерживается экстремистских, на мой взгляд, антизападных, антилиберальных, экстремистских взглядов.

Анна Качкаева: Но у него есть система аргументации.

Евгений Киселев: У него есть система аргументации. Это такая вот программа с очень субъективным мнением ее автора, где и все материалы, все, что там есть, подбирается, чтобы аргументировать конкретную точку зрения. Так можно доказать в принципе все, что угодно. Вот история про фильм, блестящий пример того, как можно аргументировать некую гипотезу или точку зрения - помните, был такой фильм "Воспоминание о будущем", где автор, это был какой-то известный в то время немецкий документалист, блестяще манипулируя фактами, аргументами, эффектными киноматериалами, внушал зрителю, что на Землю много раз прилетали инопланетяне, и что многие вещи и явления, предметы материальной цивилизации, на самом деле, дело рук инопланетных пришельцев.

Анна Качкаева: У Пушкова, кстати, тоже такие вещи бывают. В последний раз у него был сюжет про Марс, а была история, которую в свою время очень критиковал один из наших слушателей, он физик по образованию, объяснял, что такое эффект потепления, и почему нельзя так беспардонно и довольно уверенно сообщать об околонаучной информации.

Евгений Киселев: Да, а был такой популяризатор науки, может, многие помнят, Шкловский, Виктор Шкловский.

Анна Качкаева: Литературовед в том числе.

Евгений Киселев: Нет-нет, это не тот. Это однофамилец литературоведа, который писал книги, доказывая, что человеческая цивилизация, хотя такая точка зрения существует и в науке, но он очень аргументированно и достаточно предвзято говорил о том, что мы во Вселенной одни.

Анна Качкаева: У нас в эфире слушатель, добрый день представьтесь пожалуйста.

Марина: Добрый день, меня зовут Марина. Евгений, очень рада вас слышать и позвольте с вами не согласиться по поводу Парфенова. Это необыкновенно талантливый журналист. А по поводу Герасимова хочу сказать, что очень его уважаю, на "РЕН ТВ" все время старалась его слушать, очень тактичный, мягкий, обаятельный человек, интеллигентный, но если бы он не конкурировал с Парфеновым, а занялся, как раньше, на старом "НТВ", он вел, у него был анализ прессы, по-моему, по пятницам, вот если бы он этим занялся, было бы, конечно, намного лучше.

Евгений Киселев: Марина, вы знаете, вы меня, наверное, неправильно поняли. Я отнюдь не подвергаю сомнению безусловные литературные, телевизионные и прочие таланты Леонида Парфенова. Я как раз сказал, что, безусловно, с точки зрения формы, с точки зрения владения словом, и сам Парфенов, и так называемые "парфенята" - журналисты, которые им воспитаны, научены работать в той очень своеобразной, только ему присущей стилистике, которые даже копируют его неповторимые, казалось бы, интонации, они в известной мере занимаются, на мой взгляд, тем, что демонстрируют блеск владения формой, как фигурист, который может прыгнуть прыжок в три оборота, и больше от него не и требуется, чтобы победить на соревнованиях в обязательной программе, а он прыгает три с половиной или четыре, чтобы продемонстрировать владение техникой.

Марина: Нет, я по поводу Парфенова не согласна, он очень талантлив... Я хотела просто прокомментировать еще программу Савика Шустера. И с вашего позволения, если он не слушает, просто передать пожелание Савику Шустеру, я посмотрела эту программу в пятницу...

Анна Качкаева: По поводу начала работы Думы.

Марина: Да. И меня охватывает такое чувство непонятное совершенно: ее смотришь и видишь, насколько больно наше общество. Когда Жириновский всех хочет повесить, и так далее, и все улыбаются, и хлопают, когда Жуков, которого я считала довольно демократичным человеком, так это спокойно спел, "все хорошо, прекрасная маркиза", а потом обратился к Черепкову и сказал, что не хотел бы иметь таких Черепковых много. Я хотела бы сказать, чтобы Савик побольше приглашал в студию и к микрофону представителей творческой интеллигенции, чтобы они говорили, а не Жириновский

Анна Качкаева: Так и творческая интеллигенция у него в эфире бывает. Я понимаю отчасти, почему Марина так возбуждена этой программой - потому что она была на редкость, не могу сказать, скучной, но пресной, но я думаю, что не потому, что не подготовили ее редакторы и ведущие, а потому, что персонажи были такие. Вот эта серогалстучная Дума, некогда появившаяся в вашей, Женя, студии, теперь в "Свободе слова", она удивительным образом не дала драматургии, и единственный чувствующий, актерствующий Жириновский, конечно, в очередной раз опять всех переплюнул.

Евгений Киселев: Оказался ярче всех.

Анна Качкаева: Ну, разумеется. А по поводу того, кого звать, вообще это проблема, кого звать в такие программы, как их искать, этих людей.

Евгений Киселев: Это проблема. Потому что звать "острых" людей, я думаю, Савик, при всем моем уважении к нему, не всегда решается, думаю, что просто элементарно боится, а могут ему и запретить. Я знаю, во всяком случае, по его рассказам в личном общении, есть проблема иногда позвать "острого" человека, который способен публично выступить с оппозиционной точкой зрения, а так это же такой всеобщий "одобрямс", который расползается

Анна Качкаева: Вот еще Валентина Петровна нам пишет, что, "лучший ведущий на телевидении по культуре и умению себя вести - Савик Шустер, низкий ему поклон", и у нас в эфире слушатель, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Александр Северов: Добрый день, Александр Северов из Москвы. После ухода из эфира трех подряд каналов Евгения Алексеевича Киселева, по правде говоря, я жду только одной передачи - передачи Млечина "Особая папка". Это первое. Второе: я бы хотел поблагодарить Евгения Алексеевича за все эти годы на "НТВ", "ТВ-6" и "ТВС". Мы теперь знаем, что такое планка. Это абсолютно точно. Кроме того, я совершенно согласен с мнением о Пушкове - это второй Караулов, который приглашает только людей, которые созвучны его взглядам. Он действительно экстремист и антизападник, и это смотреть скучно, чего никогда не было в "Итогах" Киселева. Были более удачные передачи и менее удачные, но их всегда ждали, я во всяком случае, с большущим интересом.

Евгений Киселев: Александр, я просто вам хотел бы сказать, что на самом деле, я уверен, огромное количество людей ждет программу Пушкова. Потому что вот эти радикальные антизападные, антилиберальные настроения, которые декларирует автор и ведущий программы созвучны настроениям очень многих людей. Тех, кто голосовал за блок "Родина", тех, кто голосовал за Жириновского, и отчасти тех, кто голосовал за "Единую Россию", потому что и у "Единой России" этой державной, антизападной риторики хватало.

Анна Качкаева: Кстати, из Самары Олег Соколов нам пишет: "С уходом Киселева с "Итогами" телевидение, конечно, стало скучнее. Что касается других программ. то неплохие на ТВЦ, это программы, кстати, Пушкова, Млечина и Караулова, где хоть как-то можно узнать, то, чего не услышишь по официальным каналам". Это существенно, то есть, можно их оценивать иначе, но это по официальным каналам не услышишь. Кстати, один из наших слушателей, Александр из Санкт-Петербурга, просит вас оценить программу Караулова.

Евгений Киселев: Вы знаете, я вообще не очень люблю раздавать своим коллегам сугубо негативные оценки.

Анна Качкаева: Но вы же теперь вроде газетный редактор.

Евгений Киселев: Я вам так скажу. Вот была программа у Караулова "Момент истины", которая затем, немножечко изменив формат, не в нынешнем формате "Момента истины", а когда это была программа в жанре интервью один на один, которая затем сменилась программой "Русский век", если я не путаю, она шла на "НТВ". Андрей Караулов производил ее как независимый производитель, и продавал ее каналу "НТВ". Поначалу все было замечательно, потому что в программе появлялись интервью с действительно крупными русскими деятелями ХХ века. Потом вдруг среди этих деятелей культуры в программе "Русский век" стали возникать крупные бизнесмены. Я ничего не хочу сказать, но их появление было настолько необъяснимым, что объяснение могло быть только одно: некий коммерческий интерес. Я полагаю, что наличие такого своеобразного интереса объясняет появление очень многих сюжетов в программах Андрея Караулова.

Анна Качкаева: И вы на этом ограничитесь, и, наверное, будете правы. "Уважаемый Евгений Алексеевич, очередное спасибо за газету и за воспитанную в гнезде киселевском Марианну Максимовскую. Успехов вам". Марина Евгеньевна и еще несколько наших слушателей присоединяются к этому мнению. Вы довольны Марианной, как отчасти воспитанницей?

Евгений Киселев: Я ее ругаю, но она действительно отчасти моя воспитанница, я помню время, когда Марианна была стажером еще на "Первом канале", было такое время, когда "Итоги" выходили на "Первом канале", еще до "НТВ", и Марианна, совсем молоденькая девочка, только что после журфака, или еще доучивалась, диплом даже не защитила, она буквально самовольно отправилась в какую-то немыслимую командировку в Приднестровье, где шла тогда война, и привезла оттуда, оплатив из собственного кармана командировку, заплатив какому-то оператору, свободному художнику, привезла совершенно роскошный сюжет. С этого началась ее громкая телевизионная карьера. В свое время, думая о том, что рано или поздно, наверное, нужно будет оставить программу "Итоги" и передать ее кому-то еще, я думал о Марианне.

Анна Качкаева: У нас в эфире слушатель, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Александр: Добрый день, меня зовут Александр, я из города Москвы, я смотрю по возможности все передачи такого рода, и у меня такой вопрос: не кажется ли вам. что в настоящее время информационно-аналитические программы стали по большей частью информационными? Аналитика сопровождается некою боязнью и осторожностью, именно поэтому мне не хватает передачи Евгения Алексеевича, потому что там всегда была определенная точка зрения, анализ событий. Вот, например, передача Пушкова - у меня в памяти очень прочно остается эта фраза, "с одной стороны, но с другой стороны", - некая игра и боязнь

Анна Качкаева: Александр, разве анализ не предусматривает, что и с одной стороны, и с другой, иногда и с третьей?

Александр: Да, но какая-то же точка зрения должна быть высказана, определенная.

Евгений Киселев: Очень интересно. Мне кажется, как раз даже если в программе Пушкова есть, "с одной стороны, но с другой"...

Анна Качкаева: То это хорошо?

Евгений Киселев: Это хорошо, но все равно ощущение остается, что позиция там как раз очень внятная. И обращение к одной или другой стороне совершенно ясно, четко и недвусмысленно прочитывается. Я совершенно согласен с Александром, что действительно серьезная аналитика всегда предполагает сомнение, как минимум, в том, что власть, Кремль, правительство, Дума, какие-то другие органы власти принимают неправильные, или не совсем правильные решения. Если мы обсуждаем события минувшей недели, мы неизбежно обсуждаем, в том числе и политику, а серьезный разговор о политике всегда предполагает знак вопроса - а правду ли говорит премьер, президент, спикер Государственной Думы? Вот принято такое решение - правильное оно, или нет. Сейчас, когда все каналы в большей или меньшей степени, во всяком случае, государственные каналы, прежде всего, состязаются в том, кто лояльнее, кто вернее, кто подобострастнее по отношению к правительству, правительству в широком смысле, включая и Белый Дом, и Кремль, и Думу - о каком серьезном разговоре со знаком вопроса может идти речь? Поэтому такие программы.

Анна Качкаева: Они скорее информационные, и наш слушатель прав, потому что, например, темы минувшей недели...

Евгений Киселев: Да, это касается и воскресной программы "Время" о ней вообще, по-моему... Программа Познера "Времена" - это, строго говоря, авторская программа Познера.

Анна Качкаева: О политике.

Евгений Киселев: О политике, но Познера я бы вообще вывел за скобки, потому что, как бы ни относиться к Владимиру Владимировичу, он - профессионал экстра-класса, и если он чего-то и не говорит, он иногда так смотрит, что все ясно.

Анна Качкаева: Вдруг к месту вспоминает про 1937-й год, или кому-то кажется, что не к месту, но вспоминает.

Евгений Киселев: Владимир Владимирович, как бы к нему ни относиться, а думаю, что у многих людей к нему много вопросов, и у меня в том числе, он все-таки - человек, у которого есть система внутренних личных взглядов и убеждений. Другое дело, что он очень осторожно этими взглядами делится и очень часто засовывает их глубоко в карман, но в принципе он - профессионал экстра-класса. Я бы вообще про него говорил отдельно. А все эти Ревенки, Брилевы, и так далее - это несерьезно.

Анна Качкаева: Темы минувшей недели, три основные темы, и эти темы есть везде. в том числе и на государственных каналах: замерзшие солдаты - это, в основном. информационная подача, родственники, что понятно, единоначалие в Думе и борьба с коррупцией. Три темы. Одна, первая, очень эмоциональная, тяжелая и беспроигрышная, потому что она про людей и информационно работает. Вторая очевидно с многообразными возможностями подкола, иронии, сравнений, что блестяще продемонстрировал Лобков, достаточно жестко, иронично, и так далее. Третья - очень тяжелая тема, коррупция, потому что она бестелесная, нетелевизионная, и в смысле исполнения, и в смысле перевода на язык телевидения. Трудная для массового изложения, к тому же идеологичная, потому что президент осенил ее своим разговором. Но я смотрела все эти программы, по подходу к темам - одно и то же. Анализа действительно нет. Может, просто качество телевизионного анализа не предусматривает анализ, как таковой, потому что про все про это нужно серьезно говорить, и в том числе расследовать некоторые вещи

Евгений Киселев: Совершенно верно. И телевизионная аналитика вообще очень часто ограничена рамками телевизионных форм выражения. Есть вещи, которые, как телевизионщики говорили раньше, нельзя окартинить. Есть темы и журналистские тексты, которые могут существовать только в газете, только на радио. На телевидении если нет картинки, хотя бы какой-то схемы, графика, то нет сюжета. Возможно, это относится, скажем, к теме коррупции.

Анна Качкаева: Но у Познера вчера была фантастическая цифра: 86 процентов сидевших в студии не смогли пообещать, что они не дадут или не возьмут взятки. И, на самом деле, об этом надо было разговаривать с людьми. Просто у Познера другая конструкция программа.

Евгений Киселев: Понимаете, я об этом написал в последнем номере еженедельника, что коррупция - это не когда взятки дают. Президент в этом смысле прав. Коррупция - это когда есть федеральный министр, я не буду называть фамилию, она всем известна, когда этот федеральный министр пришел из бизнеса, фактически в этом бизнесе остается, все понимают, что никуда он из бизнеса не ушел, формально он отдал свои акции в траст, вышел из состава совета директоров или ушел с поста генерального директора какой-то компании, но эта компания остается лидером в том же секторе рынка, который этот министр регулирует.

Анна Качкаева: На профильного министра намекаете, судя по всему.

Евгений Киселев: Нет, ну что вы, причем здесь профильный министр. О профильном министре - или хорошо, или ничего.

Анна Качкаева: У нас в эфире слушатель, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Марина: Добрый день, Анна Качкаева и Евгений Киселев. Звонит Марина-2.

Евгений Киселев: Марина-2 потому, что у нас уже была одна Марина, значит, вы программу слушаете почти с начала.

Марина: Я всегда слушаю. Я хотела сказать о сюжете в "Намедни", о Потанине там был сюжет, и что меня поразило, так это чаевые в 500 евро.

Анна Качкаева: Да, рассказали о том, что некоторые российские граждане тратят 20 тысяч в день в Куршевеле на курортах.

Марина: Да эта цифра мне запомнилась, и еще у меня дальше пошла такая мысль, что нашей элите, их детям внукам, хватит нашего газа и нефти. Я совсем не завидую богатым, но призываю их работать, как-то работать, отдавать хоть что-то стране.

Анна Качкаева: Но программа вам помогла понять что-то про них, кроме того, что они тратят 20 тысяч евро?

Евгений Киселев: Потанин сказал, что он дает 500 евро?

Марина: Потанин тоже сидел у Познера и задумывался над жизнью народа, я видела его задумчивые очи, но все-таки мне это неприятно.

Евгений Киселев: Я вам скажу, что, конечно, меня шокирует, когда человек уровня Владимира Потанина, если это правда... Владимир Олегович - человек, который много путешествовал по миру, и много общался с сильными мира сего из других стран, и не думаю, чтобы все-таки Потанин разбрасывался взятками, простите, не взятками, это я уже как бы по Фрейду, чтобы он разбрасывался чаевыми. На самом деле, на Западе, в том числе и во Франции, это считается неприличным.

Анна Качкаева: Потанин, видимо, не фигурировал, но уровень чаевых и цен - это правда. "Коммерсантъ" писал, что сутки 20 тысяч стоят.

Евгений Киселев: Сколько стоят сутки - это другой вопрос, гостиницы экстра-класса на таких дорогих курортах действительно могут очень дорого стоить, особенно, если вы снимаете президентский люкс со многими комнатами и несколькими санузлами. Если вы имеете такой уровень доходов, и эти доходы легальные, то вы имеете и право - почему бы вам их не потратить в соответствии с вашим представлением о прекрасном. Но я четко знаю, что сорить деньгами в виде чаевых считается неумным и не очень приличным фанфаронством в любой стране Запада, ну, кроме Америки, где особое отношение к чаевым, потому что там в сфере публичного сервиса, как мы говорим бытового обслуживания, огромное количество людей, которые работают на небольших должностях в гостиницах и ресторанах, вообще, по сути дела, не имеют заработной платы, а живут за счет чаевых. Поэтому в американском ресторане, если вы не дали чаевые, вы, по сути дела, наказали официанта, оставили его без зарплаты, и это считается в Америке страшным жлобством.

Анна Качкаева: Евгений, давайте все-таки вернемся к телевидению.

Евгений Киселев: Но Потанин, заметьте, при всем при том, он может тратить огромные деньги в Куршевеле, но у него есть благотворительный фонд, и он дает немалые деньги на всякого рода благотворительность, и слава Богу.

Анна Качкаева: Это правда. "Евгению Киселеву: действительно Алексея Пушкова ждут с большим нетерпением на телевидении, он уравновешенный, спокойный, с природным чувством юмора. А вам, Евгений Алексеевич, признавая ваши таланты, все-таки скажу: когда вы о нем плохо отзываетесь, в вас говорит личная неприязнь", - пишет Лариса.

Евгений Киселев: Да Господь с вам,и Лариса. На самом деле, у нас прекрасные отношения с Алексеем Пушковым, мы давно знакомы, часто встречаемся на светских тусовках, раутах, как правило, приемах в иностранных посольствах, я просто говорю то, что я думаю. Мне кажется, что его программа очень ярко окрашена его гражданской позицией, как политолога, его системой взглядов на жизнь, мир, политику

Анна Качкаева: Но вы не считаете, что это плохо?

Евгений Киселев: Я не считаю, что это плохо, нет, я просто считаю, что эта программа... У Жириновского, в конце концов, тоже есть своя система взглядов, у Путина есть своя система взглядов.

Анна Качкаева: Евгения Киселева Игорь Денисович спрашивает из Москвы: "Что хорошего в прозападничестве и плохого в антизападничестве, и как объяснить, почему народ поддержал антизападную "Родину"? К вам уже как к аналитику обращаются.

Евгений Киселев: Вы знаете, хорошо люди живут только на Западе.

Анна Качкаева: Это спорно.

Евгений Киселев: Нет, это не спорно. Где хорошо живут люди? Даже в Японии, простите меня, очень низкий уровень жизни. Несмотря на то, что там огромные цены, там небольшие зарплаты. Почему японцы путешествуют по миру такими стайками - потому что индивидуальный зарубежный туризм для японца - несбыточная мечта. Большинство японцев имеют возможность тратиться только на такие коллективные туры. И при этом я подчеркиваю, все равно Япония - это страна, которая восприняла, в принципе, западную модель развития рынка и политического устройства, которую просто насильно, по сути дела, навязали американские оккупационные власти после того, как Япония потерпела поражение во Второй мировой войне. Японцы это восприняли и, между прочим, счастливы.

Анна Качкаева: То есть, прозападное - хорошо, а антизападное плохо.

Евгений Киселев: Потому что это ведет в никуда.

Анна Качкаева: Так как объяснить, почему народ поддержал антизападную "Родину"?

Евгений Киселев: Народ у нас такой. Другого народа у меня для вас нет.

Анна Качкаева: "Евгений Алексеевич, большое спасибо за вашу программу на протяжении всех 90-х годов. А вопрос такой: почему ваша газета не продается в розницу в нашем городе? Сергей Аркадьевич из Самары".

Евгений Киселев: Вы знаете, у нас есть объективно немало трудностей с распространением газеты в регионах. Я надеюсь, что, в том числе и в Самаре, мы сможем наладить нормальное распространение, но пока у нас много проблем такого рода. Не скрою, что в некоторых городах газета распространяется в основном только по подписке и с большим опознанием.

Анна Качкаева: "Хотелось бы знать, смотрите ли вы какие-то региональные негосударственные телекомпании, в частности, в Самаре на телевизионном канале "НТВ" вещает местная компания "Терра, которая гораздо более оппозиционная, чем само "НТВ", и там неплохие, профессиональные ведущие, аналитики, что вы об этом скажете?"

Евгений Киселев: Для этого мне, как минимум, приехать в Самару и посмотреть там телевизор.

Анна Качкаева: То есть, у вас нет возможности?

Евгений Киселев: Вы лучше меня знаете, есть ли техническая возможность смотреть программы самарского телевидения в Москве.

Анна Качкаева: Нет, только если я вам на кассетах буду показывать.

Евгений Киселев: Хорошо, я готов посмотреть кассеты с программами в записи, а в Самару, может, когда-нибудь приеду, и с удовольствием выступлю там в этой программе, если меня туда пригласят.

Анна Качкаева: "Аналитические программы все примитивные и зависимые, пишет один наш слушатель, вернее, сообщает. - Киселев - как организатор хороший, как исполнитель не очень, - не очень понимаю, что имеется в виду, - возможно, это мое субъективное мнение, - пишет нам Ирина, - но Познера гораздо интереснее слушать на "Радио Семь", чем во "Временах", там и гости интересные, и очень легко дозвониться и подискутировать". Ну, просто это другая форма, и радио вообще не телевидение. Вы сюда можете звонить и дискутировать.

Евгений Киселев: Я напомню, между прочим, что у Владимира Владимировича Познера колоссальный опыт работы на радио.

Анна Качкаева: Он радио очень любит.

Евгений Киселев: Да, и как журналист он состоялся на иновещании московского радио, знаю это не понаслышке, потому что он работал в главной редакции вещания на США и Англию, которую, в свое время, возглавлял покойный тесть мой, отец моей жены Гелий Шахов, который собственно в каком-то смысле и дал очень мощный импульс карьере Познера.

Анна Качкаева: У нас в эфире слушатель

Мария: Мария, я хочу сказать о великолепной аналитической программе по "Культуре" - "Что делать" Виталия Третьякова, вот это по-настоящему хорошая передача, и весь канал замечательный.

Анна Качкаева: Видите, я не упомянула Третьякова.

Евгений Киселев: Да, есть и такая передача, и такой ведущий.

Анна Качкаева: "Благодарение Евгению Алексеевичу за все что он сделал. Очень жалею, что его нет теперь на телевидении и нет хороших политических комментаторов. Как он относится к самовыдвижению Хакамады в президенты?" Ну, мы не могли избежать этого вопроса. Евгений Алексеевич вас спрашивает из Санкт-Петербурга.

Евгений Киселев: В принципе - положительно, хотя поначалу новость о том, что Ирина Муцуовна решила выдвинуться в президенты, как сейчас принято говорить, меня немного напрягла. Но потом, я подумал, проанализировал ситуацию и понял, что она, в общем, права. Для меня очень важно было поговорить с некоторыми моими друзьями из такого профессионального ученого мира, которые понимают, как устроено общественное мнение, общественная психология, и, в общем, не испытывали никаких сомнений насчет перспективности лозунга - не ходить на выборы или голосовать "против всех". Я не профессионал в этой области, и мне очень сложно воспроизвести эту стройную систему аргументов, но смысл того, что мне сказали люди профессиональные, всю жизнь занимающиеся изучением общественного мнения и общественной психологии - что лозунг со знаком минус очень сложно использовать для мобилизации значительного числа избирателей в тех или иных целях. Проще призвать идти голосовать. В природе человека заложено - это как построить здание, или разрушить. Разрушительные лозунги, со знаком минус, очень сложно мобилизуют общественное мнение, массы избирателей. Точно так же голосовать "против всех" - это тоже со знаком минус. И главное: Ирина Хакамада, если она действительно будет оппозиционным кандидатом, который будет строить свою предвыборную кампанию на существенной, содержательной критике того режима, который построен в нашей стране за 4 года, если она, конечно, сумеет собрать подписи, и если ее Центризбирком зарегистрирует как кандидата, она все-таки будет иметь уникальную возможность выступить с этой содержательной критикой на всех основных каналах.

Анна Качкаева: Во всяком случае, заявить о себе

Евгений Киселев: Заявить о себе, заявить об этой точке зрения. И с точки зрения прагматической, если были люди, которые собирались голосовать "против всех", то будем считать, что Ирина Хакамада и есть кандидат "против всех".

Анна Качкаева: "Киселеву: насколько спокойнее и рассудительнее вы выступаете на Радио Свобода, приятно. Спокойнее, чем на "Эхе Москвы", видимо, вас возбуждает Бутман". Думаю, что не Бунтман, а слушатели.

Евгений Киселев: Меня возбуждают слушатели. Дело в том, что, вы знаете, я вам честно скажу, дело в том, что неожиданным образом появилось некоторое количество радиослушателей, которые, как правило, не звонят, а шлют на пейджер, или по Интернету, такие хамские, провокационные вопросы, и я уже от многих людей слышал, что есть специально обученные ребята...

Анна Качкаева: Вы про "Эхо", или про "Свободу"?

Евгений Киселев: Про "Эхо". На "Свободе" я чего-то таких не вижу. А пейджер и интернет-сайт "Эха" бомбят какие-то специально обученные ребята, мальчики и девочки, которые существуют в виртуальном кирберпространстве, которые работают, видимо, в каких-то специальных организациях, где им это вменяется по службе, это их основная обязанность, за это они деньги получают

Анна Качкаева: Ну, этого мы не знаем.

Евгений Киселев: Я знаю, простите, таких людей. Мне уже один мой коллега рассказывал, ему такой человек и позвонил и сказал: "Знаешь, я вообще очень люблю вашу радиостанцию, меня зовут, условно говоря, Александр, и вот, когда я посылаю какой-то осмысленный, хороший вопрос, я подписываюсь "Александр", а когда я подписываюсь "Николай" - знай, это я по службе. Это я перед начальством должен отчитываться, что посылаю вопросы типа "Киселев - враг народа", или "Венедиктов - враг народа", "Ганопольского надо повесить, расстрелять публично на площади". Дело в том, что у спецслужб есть три направления деятельности: агентурная работа, вербовка работы и получение от них информации - одно направление. Второе - анализ, обобщение этой информации, подготовка всякого рода справочных, информационных материалов. Третье направление - так называемые активные мероприятия. Вот это в чистом виде активные мероприятия.

Анна Качкаева: Очень хорошо вы осведомленный человек, Евгений Алексеевич.

Евгений Киселев: Это во всех учебниках написано, и во всех популярных книжках про советские, российские и прочие спецслужбы.

Анна Качкаева: У нас в эфире слушатель.

Вадим Иванович: Вадим Иванович из Москвы. Евгений Алексеевич, если можно прокомментируйте принципы двух ваших бывших сотрудников - Соловьева и Сорокиной, которые так быстро обустроились на других каналах?

Евгений Киселев: Вы знаете, со Светланой Сорокиной я знаком с конца 1990-го года. Мы познакомились, когда Светлана приехала из Питера, тогда это еще был Ленинград, она приехала стажироваться на "Первый канал" в главную редакцию информации, была такая альтернативная программа новостей, первый опыт альтернативного телевидения - программа "ТСН". Она работала в "600 секундах", у нее категорически не складывались отношения с Невзоровым и другими руководителями той программы, и она и искала себе какую-то работу в Москве. В конце концов, это привело ее в программу "Вести" на российское телевидение. Мы с ней много работали вместе. Потом жизнь нас развела. Потом она пришла на "НТВ", мы много лет работаем вместе на "НТВ", мы продолжаем общаться, дружить, я был у нее на дне рождения в минувшую пятницу. Я считаю, что, во-первых, она - настоящая телезвезда, таких на нашем телевизионном пространстве раз два и обчелся. Она - блестящая журналистка, она красивая и умная женщина, но, понимаете, я в свое время сказал, что Светлана - ну она звезда такого масштаба, что она должна петь в Большом театре. Она должна работать на большом федеральном канале. Тут возникает противоречие. Ну да, она работала на канале "Россия". Ей там стало неуютно, потому что она не сработалась с Колей Сванидзе, когда тот на короткий период стал руководителем этого канала и почему-то решил ее из эфира выжить. Пришла она на "НТВ", потому что "НТВ" тогда был страшно модный канал, растущий, престижный. Но это вот, как звезда, у которой не сложились отношения с новым главным дирижером или художественным руководителем Большого театра, уходит в какой-нибудь театр "Геликон-Опера", а потом возвращается...

Анна Качкаева: "Евгений Алексеевич, вы любите, как и я, Светлану, - наш слушатель пишет, - Евгений Алексеевич, ну, не верит ей большинство, нервозная, многословная, лицемерная". Это слушатель пишет, я-то так не думаю.

Евгений Киселев: Я тоже так не думаю, но он имеет право на такое восприятие. Я могу сказать одно: да, у Светланы есть проблема. Она пришла обратно в этот телевизионный Большой театр, но правила, по которым работает этот театр, очень жесткие. Я знаю, что очень часто она работает в записи, что очень часто ей, по сути, навязывают темы, навязывают гостей, наоборот, отказывают в том, чтобы она сама выбирала "острые" сюжеты, приглашала людей...

Анна Качкаева: Евгений Алексеевич, мы вынуждены прерваться, очень коротко, то ли это тот самый Олег, или Николай, спрашивает довольно бесцеремонно: "Как вы, бывший сотрудник КГБ, пусть не отнекивается, - ну эту тему мы сейчас освещать не будем, потому что вы неоднократно по этому поводу отвечали и говорили, - относится к созданию крикливого национального комитета "Выборы-2008" и участию в нем?"

Евгений Киселев: Ну, что я могу сказать - я не бывший сотрудник КГБ, потому что никогда им не был, был просто преподавателем по вольному найму, что называется, преподавал язык. Почему комитет крикливый, я тоже не очень не понимаю, до сих пор никто из его руководителей ни слова не сказал публично. Пресс-конференция будет только завтра.

XS
SM
MD
LG