Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Беседа с Николаем Сенкевичем


Опять про "НТВ", увольнение Леонида Парфенова с "НТВ" -самая громкая, самая эмоциональная, самая обсуждаемая тема минувшей недели. Закрытие "Намедни" даже раскололо профессиональное сообщество. Парфенова называли гением и провокатором, защищали, оправдывали, обсуждали, сокрушались по поводу негласной государственно й цензуры и самоцензуры, спорили о том, что первично, гражданская или профессиональная позиция журналиста, обсуждали границы корпоративной этики, говорили о непрофессионализме менеджмента "НТВ", или, напротив, соглашались решением Николая Сенкевича. Обо всем этом, и о том, что же представляет собой канал "НТВ", сегодня мы с моими коллегами, обозревателем газеты "Коммерсантъ" Ариной Бородиной и ведущей программы "Телехранитель" на радио "Эхо Москвы" Еленой Афанасьевым разговариваем с генеральным директором "НТВ" Николаем Сенкевичем. Николай короткий вопрос, вы как-то сказали, что больше всего не любите вранья. так?

Николай Сенкевич: Да.

Анна Качкаева: Тогда я рассчитываю на честный ответ - если бы не вы уволили Парфенова, уволили бы вас?

Николай Сенкевич: Нет, так вопрос не стоял, честно.

Анна Качкаева: Итак, в воскресенье, в 21 час, на "НТВ" не вышла программа "Намедни", приносившая доход в миллионы долларов, одна из самых рейтинговых. Сергей Брилев в финале "Вестей недели" сообщил об увольнении конкурента Леонида Парфенова и язвительно подчеркнул, что на "Втором канале" сетка не меняется. Во "Временах", куда был приглашен Парфенов, не только прозвучали слова Катар и вдова Яндарбиева, но и была изложена суть интервью этой женщины программы "Намедни". Видимо, рекомендации спецслужб не комментировать дело российских граждан в Катаре не касаются "Первого канала", или его руководитель Константин Эрнст решил, что лучше упомянуть о Яндарбиевой, чем не рассказывать о скандале вокруг Парфенова. Солидарность с коллегой "Первый канал" проявил и в 21 час: в итоговой программе "Время" с комментарием по поводу увольнения Парфенова выступил генеральный директор "НТВ" Николай Сенкевич, и очень эмоционально к зрителям обратился и сам бывший ведущий бывших "Намедни". Николай, как вы оцениваете все, что случилось, большой политики не вышло, солидарность с коллегами проявлена, не кажется ли вам, что, настояв на своем праве руководителя, вы все-таки морально проиграли?

Николай Сенкевич: Ну, если говорить о том, как я оцениваю данные события сейчас, спустя 5 дней, наверное, так же. Поступил бы абсолютно точно так же. Вопрос, на самом деле, когда принималось решение, не стоял о том, чтобы сделать большую политику, какой-то пиар, вообще такие вопросы в моей голове даже не рассматривалось. Вопрос стоял о понятных, на мой взгляд, очевидных вещах. Есть поведение, которое никак не укладывается в корпоративные процедуры, они неоднократно нарушались, и или молчать дальше, и делать вид, что ничего не происходит, или принимать решение - никакого иного решения я на тот момент принять не мог, и сейчас считаю, что поступил абсолютно правильно.

Арина Бородина: Николай, вы все время говорите о корпоративных процедурах, дисциплине, а мне хотелось бы понять адекватность замены "Намедни" в эфире, она может быть найдена? Чем вы собираетесь заполнять вакуум, который образовался в эфирной сетке воскресного прайм-тайма.

Николай Сенкевич: Арина, я вам уже лично отвечал на этот вопрос, что в моем ежедневнике не стояло "20.00, вторник, увольнение Леонида Геннадьевича", мы сейчас думаем над тем, что будет на следующий сезон, так или иначе, мы планировали уходить в отпуск на лето, у нас определенные заранее подготовленные решения, в том числе и показ "Российской империи" Леонида Геннадьевича, мы не собираемся это менять. Что касается образовавшейся дырки в воскресенье, на следующий сезон, то уже есть определенные мысли, потому что, во-первых, программа делалась не одним Леонидом Геннадьевичем, а большим коллективом одаренных, талантливых, молодых корреспондентов, у них у самих некоторых есть определенные предложения. Думаю, в ближайшие дни мы сядем, мы уже договорились с Александром Анатольевичем, с Татьяной Ростиславовной, мы сядем и начнем спокойно обсуждать, готовиться к новому сезону. Рабочие моменты...

Арина Бородина: Альтернативу этой программе без этого ведущего?

Николай Сенкевич: Я не стал бы говорить, что это будет альтернатива программы "Намедни" потому что еще раз говорю, наверное, "Намедни" без Леонида Геннадьевича не "Намедни", но то, что на "Намедни" не заканчиваются возможности эфира - очевидно,

Елена Афанасьева: Николай, почти полтора года назад, когда вас пригласили работать в качестве генерального директора "НТВ," как перед вами формулировали задачи? Вам говорили, что это должен быть успешный бизнес, или это подготовка компании к продаже, о которой тогда много говорили, или какой-то политический ресурс? Какое основное задание для вас было сформулировано Газпромом?

Николай Сенкевич: Основные все пожелания акционеров сводились, естественно, к успешному бизнесу.

Арина Бородина: А как вы объяснили своим основным акционерам изъятие из эфира очень успешной с точки зрения бизнеса программы, и даже, может, не столько конкретных рейтинговых и соответственно рекламных поступлений, сколько имиджа, насколько я знаю, именно к этой программе стягивались очень серьезные рекламодатели?

Николай Сенкевич: Не могу с вами не согласиться, что программа "Намедни" была одной из самых высокорейтинговых и рекламоемких

Анна Качкаева: Кстати, уточните 20 миллионов, или 90 миллионов?

Николай Сенкевич: Я не буду уточнять конкретные цифры, потому что единственное, что могу сказать: последние расчеты, тем не менее, показали, что это отчасти миф, рентабельность программы стремилась к нулю, сколько тратилось на ее производство, учитывая все понесенные каналом расходы, приблизительно столько же и возвращалось обратно. Поэтому отчасти это потеря не столько экономическая для канала, сколько имиджевая. Имиджевые потери просчитать в цифрах бывает достаточно сложно, но хотел бы подчеркнуть: канал НТВ - канал, который делается не отдельными журналистами, а всей командой, и капитализация компании, и бренда НТВ, определяется работой всего коллектива, а не одного журналиста. Основа любого бизнеса, это вам подтвердит любой человек, который им, так или иначе, занимается, является именно корпоративная управляемость компании, без которой невозможно что-либо построить.

Елена Афанасьева: Вы сами произнесли слово капитализация, и все, кто занимается бизнесом телевидения, не каким-то другим, как они любят говорить, маленьким свечным заводиком, а именно телевидением, понимают: в понятие капитализации входят отдельными составляющими именно звезды каналов. И в разговорах о телевидении как бизнесе не говорили в последние дни, что может конкретных поступлений рекламных денег канал столько не потеряет, специалисты знают, как наверстать эти схемы, но именно в капитализации канал теряет?

Николай Сенкевич: Еще раз хочу сказать, что есть бренд Леонида Геннадьевича, который существовал самостоятельно,как бренд, вопрос его капитализации не был затронут, он как был высококапитализированным, так и остается, и я убежден, что все будет хорошо у Леонида Геннадьевича, но возникли определенные процессы, связанные со взаимоотношениями с конкретным сотрудником, с одной стороны. А с другой стороны могу сказать, что под тенью Леонида Геннадьевича существовало огромное количество очень талантливых журналистов, которым войти в полноценную капитализацию компании как раз мешала эта тень.



Арина Бородина: Я слушаю Николая, и у меня сразу рой мыслей возникает, но я хотела бы сосредоточиться вот на чем. Понятно, что вы изо всех сил сейчас стараетесь приводить различные аргументы и доказать аудитории, коллегам, сообществу, что на самом деле ничего не произошло, что место Парфенова займет какая-нибудь другая программа, что с точки зрения рекламы, она, в общем, была и не такая рентабельная, и найдем место, и реклама получится. Это все понятно, но вы отдаете себе отчет, что все, что за полтора года, практически, что вы руководите каналом, из всех ваших шагов, и это мой вопрос, в памяти всплывают несколько вещей. Первое: после фактически вашего прихода появляется внутри НТВ директива, что должен появиться институт сменных редакторов, один редактор курирует другого, что само по себе маразм для информационной службы, это только усложняет процесс. Второе - невыход сюжета о книге Елены Трегубовой "Байки кремлевского диггера" по вашему устному указанию, которое тоже стало известно общественности, и третье - вы увольняете одного из самых ярких телевизионных журналистов Леонида Парфенова. Поэтому я хочу вас спросить, может, вы со мной не согласны, но что себе лично вы за период, что руководите "НТВ", ставите в заслугу?

Николай Сенкевич: В вашем вопросе, Арина, несколько вопросов. Как-то наше общение всегда сводится к вопросам, "вы отдаете себе отчет". Я отдаю себе полностью отчет, иначе я бы, наверное, находился на лечении в Кащенко, обо всех своих действиях я отдаю отчет и ни одном из них не жалею. Что касается того, что я ставлю себе в заслугу, а что нет, поверьте, я вообще такой мыслью не одержим, давайте, поработаю и поставлю себе в заслугу нечто, я считаю, заслуга всего коллектива, в том числе и нового менеджмента, в том, что канал работает прибыльный, тем не менее, остается одним из ключевых федеральных каналов. Я считаю, это наша главная заслуга. Мы работаем, и это самое главное.



Арина Бородина: Я хочу тогда подчеркнуть, Николай, капитализация и позиция канала во многом обеспечены предыдущей командой канала. Безусловно, и у вашей команды уже были какие-то наработки, поэтому я хочу, чтобы вы почетче могли сформулировать, чем конкретно из программных решений, бизнес-решений вы гордитесь, как руководитель федерального канала за текущий год? Может, в борьбе со своими конкурентами?

Николай Сенкевич: Еще раз хочу сказать, постараюсь уточнить, мне меньше всего хотелось бы ставить что-либо себе в заслугу. У меня характер такой. Это первое. Второе: тем не менее, за эти полтора года компания прошлый год впервые окончила с прибылью, без внешнего финансирования, раз, впервые за всю историю компании, 10 лет, был принят бюджет. Мы - единственная телевизионная компания, которая работает с нормальным, принятым Советом Директоров, бюджетом. Этот бюджет на 2004-й год также является прибыльным, и мы работаем с соблюдением всех бюджетных процедур, тем самым восстановлены, созданы заново достаточно жесткие и вменяемые бизнес-процессы, которые на канале отсутствовали, с момента его появления, что закладывает весьма прочный фундамент для работы всего коллектива, компания работает, зная, что у нее есть бюджет, финансовый регламент, и если она будет его соблюдать, то будет продолжать развиваться, никаких катаклизмов, случайных, неожиданных, в компании быть не может.

Елена Афанасьева: Николай, и вы, и Александр Герасимов, который собственно подписал распоряжение о запрещении выхода в эфир на европейскую часть сюжета с вдовой Яндарбиева, говорили, что это было сделано ради того, чтобы не навредить процессу, который идет в Катере. Вам не кажется, что тот скандал, который это вызвало, постоянное обсуждение этого в прессе, не только в российской, но и зарубежной, публикация расшифровок этого интервью, сегодня, по-моему, в "Коммерсантъ-Власти" полная публикация исходников интервью вызвала гораздо больший резонанс, и, соответственно, может повредить больше, чем если бы сюжет прошел на европейскую часть?

Николай Сенкевич: Нет, не кажется, по той простой причине, что публикация расшифровок - это, что называется, прерогатива изданий, которые их публикуют. Что касается моей позиции и вообще позиции информационной дирекции - она была известна всем сотрудникам телекомпании задолго до появления вопроса о данном интервью, мы говорили, все участники информационного процесса соглашались, что пока процесс идет, мы комментируем исключительно по факту, более того, по данному конкретному сюжету уже за две недели до этого и каждую неделю возникали разговоры с руководителем программы, там все условия принимались.

Елена Афанасьева: А зачем компания вообще посылала туда съемочную группу, это не самое дешевое удовольствие, если не планировалось ставить сюжет?

Николай Сенкевич: Съемочная группа была послана не для съемки сюжета с вдовой Яндарбиева, а для освещения процесса.

Елена Афанасьева: Насколько сегодня я считала в "Коммерсантъ-Власти" интервью девушки Елены Самойловой, она говорила, что ездили для интервью Яндарбиевой, что это была главная цель, а процесс отслеживала другая ваша группа

Николай Сенкевич: Группы посылаются, чтобы делать тот или иной материал, это раз, во-вторых, вопрос выдачи материала в том или ином временном промежутке в эфир...

Елена Афанасьева: Собственно, вы знали, что съемочная группа отправилась в Катар брать интервью у вдовы Яндарбиева?

Николай Сенкевич: Я знал, что съемочная группа "Намедни" выехала в Катар.

Елена Афанасьева: И что они пытаются получить интервью у вдовы Яндарбиева?

Николай Сенкевич: Об этом я узнал чуть позже

Елена Афанасьева: Но вы не запретили, не приказали свернуть работу?

Николай Сенкевич: Пожалуйста, я сказал, конечно, мы покажем интервью после процесса, не вопрос, более того, его эксклюзивность никуда не исчезнет

Анна Качкаева: Я хочу прочесть несколько мнений наших слушателей. Валентина Петровна из Москвы: "Не слишком ли вы возвышаете Парфенова, слишком в его команде участвует много талантливых журналистов и продюсеров. Парфенов уже свой ресурс выработал, честно говоря, смотреть уже было неинтересно, новая программа, я убеждена, будет не хуже, согласна с директором НТВ во всем". Другая наша слушательница, наоборот, говорит, что "с каналом НТВ все закончено, позор был два года назад, Сенкевич не может руководить каналом, но Парфенова мне не жалко, можно быть талантливым и одновременно подлым". "Прекрасная программа Личный вклад с Герасимовым", - вполне это устраивает нашу слушательницу Литвинову. "Сенкевичу: создатели НТВ войдут в учебники, впервые пытались создать систему разделения властей, а значит, сделать богатыми не только себя, но и остальных, а вы войдете в историю лишь позором на имя отца". Хотела бы попросить слушателей аккуратнее высказываться о личном.



Арина Бородина: Николай, вы сказали, что были в курсе, что группа работает в Катаре и пытается взять интервью у Яндарбиевой, но вы и ваш заместитель Александр Герасимов, и Леонид Парфенов, кстати, тоже, старательно при этом избегаете говорить о том, что были чьи-то просьбы и указания. Герасимов говорит расплывчато, некие просьбы неких спецслужб, Парфенов говорит, что он точно не знает, но вы-то генеральный директор канала, и вы подчеркнули, что в вашем кабинете есть АТС-2, у Йордана ее не было, и что вам раздаются звонки из Кремля. То есть, вы сейчас в эфире можете сказать, все-таки были указания из Кремля, были звонки от пресс-секретаря президента Алексея Громова с просьбой отложить сюжет, не показывать его?

Анна Качкаева: Арина, жаль, что вы не видите, Николай так улыбается.



Арина Бородина: Я просто думаю, какой должен пройти срок давности, чтобы кто-то из руководителей, вы, в частности, сказал, бывают, или не бывают звонки из Кремля, в данном случае они были, или нет?

Николай Сенкевич: Арина, у вас не совсем точная информация, АТС-2 мне досталась по наследству от Бориса Алексеевича Йордана, и мы еще очень долго в свое время обсуждали, какова степень беспокойства этого аппарата в кабинете, какую степень неудобства он доставляет что правда. Это первое. Второе: я могу сказать следующее, звонки бывают, причем самые различные, АТС-2 - это не одна тысяча номеров. Справочник по ней есть у всех ее владельцев, поэтому позвонить по ней может любой человек, по тем или иным причинам

Анна Качкаева: Облеченный властью, имеющий аппарат.

Елена Афанасьева: Насколько я знаю, вообще АТС-2 берут секретарши, это не сама высшая форма власти в телефонном мире.

Николай Сенкевич: Совершенно верно. АТС-1 у меня нет. Поэтому звонки бывают самые различные, кто-то ругается, кто-то просит, это могут быть депутаты, могут быть чиновники

Анна Качкаева: Ну вот, в этом случае...

Николай Сенкевич: Поэтому это нормальный процесс, который порой доставляет массу неудобств. Что касается конкретного случая, могу сказать, что редакционная позиция была сформулирована задолго заранее по этому вопросу. Это тот редкий случай, когда внутренняя информационная позиция совпадает с позицией того или иного просящего человека.

Анна Качкаева: Вы упорно не хотите отвечать на вопрос. Хорошо, вам лично не звонили, господин Герасимов говорит, что его попросили по звонку об этой услуге. Вам он, как начальнику, не мог об этом не сообщить. Кто эти спецслужбы, или Кремль?

Николай Сенкевич: Повторяю еще раз, это тот самый редкий случай, когда внутренняя информационная позиция совпадает с звонящими.

Анна Качкаева: Не сдаем своих, это называется. Кстати, слушатели вот говорят, что слушали интервью с вдовой Яндарбиева, в нашем субботнем эфире его полностью дали, "звук более невинного текста я не знаю" - Ирина, Москва. Это к разговору о том, чего же вы, так солидаризировавшись с позицией Кремля и спецслужб, испугалась?

Николай Сенкевич: Это два совершенно разных вопроса. Были определенные договоренности, которые были нарушены. Более того, внутрикорпоративные документы были вынесены на всеобщее обсуждение, это и послужило причиной для решения, связанного с увольнением Леонида Геннадьевича. Если мы будем с вами обсуждать содержание этого интервью, и то, как он могло не могло повлиять на процесс в Катаре, это второй вопрос, который я не буду обсуждать здесь, хотя бы потому, что процесс еще не закончен.

Анна Качкаева: Правда, это не помешало вашим коллегам на "Первом канале" вчера об этом упомянуть и изложить суть того, что сказал господин Яндарбиев.



Арина Бородина: Я хочу немножко вернуться назад. Вопрос, который возник не сразу, когда говорили об увольнении Парфенова и всей это корпоративной этике, мы сами, все из присутствующих в студии, работаем в довольно больших корпорациях медийных, и знаем, что может быть за разглашение внутренних документов. Тем не менее, со своей стороны могу сказать, все-таки у всех журналистов разный уровень. Профессиональный уровень Парфенова достаточно высок. Скажите, все-таки насколько адекватна была эта мера увольнения, решенная в течение одной минуты? Могла же быть избрана иная мера пресечения - штраф в размере оклада, публичный приказ...

Анна Качкаева: Ирина, из Москвы, видимо, зная особенность Трудового кодекса, пишет, "положено сначала предупредить сотрудника или отстранить его на какое-то время от работы, переведя на другую должность, но ведь так сразу уволить, или на НТВ другой трудовой кодекс?"

Николай Сенкевич: Нет, не другой. Согласно трудовому договору, подписанному Леонидом Геннадьевичем, данное нарушение рассматривается как грубое нарушение трудовых отношений, что может повлечь за собой увольнение. Я, отвечая на ваш, Арина, вопрос относительно возможности другого решения, могу сказать, что из всех возможных решений, вынесение выговора и тому подобное, никакого другого решения в этой ситуации, на самом деле по-моему, быть не могло. Потому что это было бы таким смешным шагом, который бы повлек за собой долгие разбирательства, и все равно закончилось бы тем же самым. Это первое. Второе: мне кажется, в вашем вопросе прозвучал, не совсем, на мой взгляд правильный посыл, что вот да, ладно, мы всякие работаем, а вот такого большого человека. Не будем заниматься самоуничижением, все люди которые работают, порой, многие, наверное, не могут сказать о себе, или другие люди не могут сказать о них, что они достаточно талантливы, именно в силу природной скромности человека.

Анна Качкаева: Нам слушатели напоминают, во-первых, про то, как со "Свободы" увольняли Савика Шустера, во-вторых, то, что Леонид Геннадьевич действительно уже не такой непорочный. Это все разговоры всех пяти дней. А нам с вами, Арина и Елена, напоминают, что нехорошо трем дамам мучить славного мальчика. Не обессудьте, Николай...

Николай Сенкевич: Это по обоюдному согласию.

Анна Качкаева: У нас в эфире слушатель.

Лариса: Я звоню из Петербурга, Лариса. Мы смотрели "Намедни" в семье, по нашему мнению эта замена готовилась давно, господин Герасимов подготовил почву и заступил со своей передачей, смотрится все это жалко и убого, в частности, передача господина Герасимова, это какое-то жалкое подобие с копированием того же Парфенова. Каков бы он ни был ,но он талант, и это всем ясно. Господин Сенкевич - серая мышка, которая договорилась заранее с высшими инстанциями. Вопрос, насколько заранее это готовилось? И передача Герасимова неинтересная....

Анна Качкаева: Видите, Лариса, вам неинтересно, а рейтинги у этой программы растут, как ни странно, поэтому тут сколько людей, столько и мнений, с телевидением. Вот новый сериал запущен на НТВ, совсем не нтвшный, про всех мужчин с нехорошим словом, дальше можно, видимо, продолжить, что и все бабы такие же, тем не менее, аудитория НТВ смотрит его с величайшим удовольствием, или какая-то другая аудитория...

Николай Сенкевич: Во-первых, история создания программы Александра Герасимова "Личный вклад" не покрыта облаком тайны, все знают , почему она создавалась, ради чего, и при каких условиях. Тогда Леонид Геннадьевич Парфенов ушел в отпуск, было еще неясно, что он вернется, было понятно, что канал не может остаться без аналитической программы, была постановлена задача перед Александром Анатольевичем - создать аналитическую программу. Я считаю, что с этой задачей он справился, находясь в очень трудной позиции, думаю, любой более менее знающий телевизионную специфику человек скажет, что суббота-вечер - очень сложная позиция для аналитической программы, для ее раскрутки, и так далее, тем не менее, программа себя абсолютно оправдала, хотя порой были и минуты отчаяния, Александр Анатольевич собирался ее закрывать, тем не менее, мы держались, программа стала раскручиваться, подниматься, завоевала своего зрителя, продолжает развиваться, меня многие упрекали, зачем вам две аналитические программы, но это было оправданно, и поэтому я еще раз хочу сказать, что мы не планировали увольнения Леонида Геннадьевича.

Анна Качкаева: Но в этом ведь и задача менеджмента. Хорошо, сначала не планировали, так получилось, потом случилось так, что две программы, даже вы говорите, вполне вас устраивавшие, но они очень похожие, и, наверное, задача менеджмента что-то с этом делать, как-то их разводить, или решить, наконец, что непосредственный начальник Леонида Геннадьевича Александр Герасимов -это ведь всегда сложно, когда непосредственный начальник еще ведет эфир. Это вас никогда не смущала?

Николай Сенкевич: Что касается похожести - не могу согласиться, я считаю, программы не похожи.

Анна Качкаева: Сейчас в меньшей степени, это правда.

Николай Сенкевич: Более того, я считаю, они начали расходиться по похожести уже значительно раньше, много месяцев назад. Второе: еще раз хочу сказать, мы доказали, что две аналитические программы вполне могут существовать на канале, и в определенный момент это становится даже плюсом для бизнеса. И третье - меньше всего хотелось бы сейчас обсуждать какие-то так называемы противоречия Леонида Геннадьевича с Александром Анатольевичем, потому что были у Леонида Геннадьевича противоречия с его непосредственным начальником Киселевым, потом появились с Герасимовым, слушайте, сколько можно...



Арина Бородина: Николай, у меня, наверное, отчасти эмоциональная ремарка, но она по существу. Я не говорю, что Парфенов идеален и единственнен в своем роде, но ни одного журналиста пресса и политики не обсуждают с таким жаром после воскресного эфира. И программа "Личный вклад" по количеству ссылок не сравнима с программой "Намедни". А что касается конкретных перебираний сюжетов - не надо далеко ходить. В издательском доме "Коммерсантъ" выходит уже второй проект вместе с НТВ. Первый назывался "Кому принадлежит Россия", он выходил в программе "Намедни", теперь уже вторую неделю, выходит проект "Кому теперь принадлежит Россия" - из программы "Личный вклад". Вставлено слово "теперь". Это ли не свидетельство того, что программа "Личный вклад" просто передирает рубрику из программы "Намедни!".

Николай Сенкевич: На мой взгляд, это свидетельство того, что издательский дом "Коммерсантъ" очень заинтересован в сотрудничестве с "НТВ".

Елена Афанасьева: Николай, а вас не волнует та ситуация, что не просто убрали с канала очень сильную программу и сильного ведущего, но и своими руками породили конкурента? Нет сомнений, что с сентября Леонид Парфенов на каком-то канале, вероятно, не самом маленьком, будет отбирать себе аудиторию, которая была на НТВ?

Николай Сенкевич: Я абсолютно отдаю себе отчет в том, что со своими, безусловно, большими способностями Леонид Геннадьевич не останется на улице, могу пожелать своим коллегам, руководителям других каналов удачи.

Анна Качкаева: У нас вал сообщений на пейджер. Я хочу сказать слушателям, что не очень понимаю, что вы имеете в виду, когда пишете, что в советском обществе оглашать конфиденциальные обращения не принято. А если мы называем Николая Николаем - мы с ним ровесники, он на это согласился. А если вы имеете в виду какие-то ваши сообщения, зачем вы их пишете? Дальше вопрос Василия: "Сюжет на Восток был показан, реакции никакой, по-вашему, там одним медведи живут? Что же боятся показывать его для Москвы и европейской части? Или кто-то нам голову в очередной раз дурит?"

Николай Сенкевич: Никакого дурения головы, нет процесс телевизионный таков, что сначала мы выходим на орбиты, на Дальний Восток, а потом на центральную часть. Учитывая то, что данная позиция по данному сюжету была оглашена заранее, более того, за неделю до этого подобный разговор между Герасимовым и Парфеновым состоялся, и вопрос был принят к сведению, и выполнен спокойно, ни у кого из руководства каналов не возникало вопросов, что и на этой неделе все будет так же, как и на прошлой, вроде договоренности все сохраняются в силе. При этом хочу, может, кого-то расстроить, но никто из руководства не сидит с кабелем в зубах, чтобы перегрызть и не дать выйти в эфир тому или иному сюжету. Просто, исходя из банальной человеческой логики, если ты с человеком договорился, что мы работаем в таком ключе, по такому вопросу, значит, это так будет до тех пор, пока не будет поставлена точка в этом вопросе. Вот и все.

Елена Афанасьева: НТВ - организм живучий это стало ясно три года назад, когда ушла основообразующая команда старого НТВ, оно выжило, потом ушел второй менеджмент, оно выжило, вот сейчас ушла еще одна крупная, вами была убрана, крупная составляющая, НТВ осталось. Что будет на ваш взгляд основным составляющим НТВ в ближайшем будущем, на что вы ставите, если нет программы, которая в прошлом сезоне составляла львиную долю имиджа?

Николай Сенкевич: Насчет львиной доли вы погорячились. Большую долю. Хочу сказать сразу, так или иначе обсуждаются давно разные предположения, связанные с тем, что НТВ перестанет быть информационным каналом и станет развлекательным - могу сказать, что это не так. Более того, нами разработана новая сетка на новый сезон, которая как раз подтверждает новый статус НТВ, как информационного, или общественно-публицистического канала. Причем эта сетка принималась еще задолго до известных событий, которые на сегодня собрали, канал работает именно в этом ключе, на следующий сезон, будет готовиться целый ряд весьма, на наш взгляд, спорных противоречивых, но, тем не менее, проектов, которые лежат все-таки в плоскости НТВ, все очень просто, есть информация на НТВ, которая, так или иначе, формирует определенную аудиторию, сама информация, поэтому все. что мы должны делать, все остальное мы должны делать форматы, на любые форматы, но обеспечение интересов, в первую очередь, именно этой аудитории, которая смотрит наши новости, НТВ остается информационным каналом.

Анна Качкаева: Пейджерных сообщений очень много они сегодня чрезвычайно агрессивные, не понимаю, что происходит с уважаемыми слушателями, вероятно, мы взяли такой тон, или вы, может, так кажется, обвиняете нас в неинтеллигентности ,это ваше право считать нас, журналистов, неинтеллигентными тетками, хотя, мне кажется, об этом не стоит писать но не стоит говорить, о том, что мы специально стараемся уколоть господина Сенкевича, прочитав любое гадкое сообщение. Потому что вы позволяете себе сейчас писать такое и о Николае, и памяти его отца, если бы я это читала, думаю, вам всем было бы чрезвычайно неприятно... У нас в эфире слушатель.

Слушатель: Во-первых, Николаю: вы уверены в том, что позиция, занятая вами, продиктована исключительно интересами подсудимых? Исходя из этого, позиция совершено верная. Другое дело, что была допущена оплошность, когда показали на Дальний Восток эту часть программу. Но если это так, как выглядит программа Парфенова и нынешних двух дам. Выходит, они занимают другую позицию. Я бы хотел провести аналогию с США, там, по-моему, слова гимна звучат так, "мы всегда с тобой Америка, права ты, или нет".

Николай Сенкевич: Замечание состоит из двух частей: первое - уверен ли я в том, что сюжет может, так или иначе, повредить нашим ребятам там в Катаре. Я, так или иначе, на этот вопрос уже ответил, я не ставил перед собой этот вопрос, была редакционная политика, что мы все сенсации, всю аналитику по этому вопросу откладываем до окончания процесса. Вопрос очень сложный, свадьба их сложная, мы работаем исключительно по факту, фиксируем информационные события все остальные рассуждения, сенсации после процесса. Что касается того, что, как к этому относятся в данной студии, могу сказать, это лишний раз доказывает, что мы все-таки работаем в свободной стране, и никакой цензуры у нас нет.

Анна Качкаева: Хочу сказать Галине Николаевне, потому что Арина сейчас не рядом, а на связи по телефону, что да, она слишком защищает "Намедни". Ну да, любит она "Намедни" и ценит, наверное, очень скорбит по поводу того, что нет теперь Парфенова в эфире. Да, других журналистов изгоняют, они более талантливые, вот это вопрос. И о них никто не говорит. Я не знаю, кого вы имеете в виду, Галина Николаевна

Николай Сенкевич: Там прозвучала мысль, я хочу сказать, что никто, в том числе и я, внутри компании не испытывает радости или злорадства по поводу случившегося. Это действительно очень сложная проблема, это безусловная потеря, мы не радуемся этому, наоборот, мы сокрушаемся, то есть. никакой радости нет.

Анна Качкаева: И еще по поводу двойных стандартов: как-то слушатели не очень нас понимают, Венедиктов у нас в эфире был в минувший понедельник, и действительно сказал, еще не зная, что Леонид Геннадьевич будет уволен, что если бы в его корпорации это случилось, он бы действительно уволил такого сотрудника.

Елена Афанасьева: Не стоит нас упрекать в какой-то агрессивности по отношению к Николаю. В курилке мы можем очень мило поговорить, но в данном случае мы исполняем свою работу, задаем вопросы, которые, что называется, висят в воздухе, и которые задают разные зрители. Ведь здесь Николай присутствует не в качестве милого человека Николая Юрьевича Сенкевича, а в качестве генерального директора компании. Соглашаясь на эту должность, он знал на что шел, в том числе и на публичные проявления, и вынужденную необходимость отвечать на вопросы журналистов. Николай, последний вопрос: как обстоит дело с возможной или невозможной ныне продажей компании, о которой в свое время много говорили, потом она была отнесена куда-то на президентские выборы, и все как-то затихло. Какова ситуация сейчас?

Николай Сенкевич: Ну, вопрос, как это может быть, ни странно, тем не менее, не ко мне, потому что всеми этими вопросами занимаются акционеры, совет директоров холдинга, задача менеджмента в обеспечении текущей деятельности компании, могу только сказать, что, исходя из тех задач, которые так или иначе менеджментом ставятся, речь идет о планомерной работе компании, и ни о какой продаже в ближайшее время речи нет.

Анна Качкаева: Как генеральный директор соблюдает корпоративную этику...

Николай Сенкевич: Просто я не торгую компанией...



Арина Бородина: У меня вот какой вопрос: конечно, новый сезон покажет, насколько было адекватно решение об увольнении Парфенова и замене программы, и насколько вы сможете возместить вакуум но вопрос - вы сами какие программы на канале сейчас считаете наиболее удачными и, как сейчас принять говорить, имиджеобразующими?

Николай Сенкевич: Если говорить об имиджеобразующих программах, считаю, что это программа "Личный вклад", программа "К барьеру" с Владимиром Соловьевым, отчасти программа "Апельсиновый сок", остается весьма сильная как имиджеобразующая программа "Страна и мир", которую придумал Леонид Геннадьевич, за что ему большое человеческое спасибо.

Анна Качкаева: Вы не упоминаете "Свободу слова", уж не следующий ли Шустер?

Николай Сенкевич: Конечно же, это "Свобода слова"с Савиком Шустером. Более того, мы готовы его защищать от нападок, которые были недавно...

Анна Качкаева: Мэра Москвы, мы слышали об этом.

Николай Сенкевич: С визой у Савика все в порядке. У нас с этим проблем нет, более того, могу сказать, что из тех проектов, которые мы планируем на следующий сезон, пара, может, будет столь же сильных, по нашему мнению, имиджеобразующих, как и названные ранее

Анна Качкаева: У нас в эфире слушатель.

Александр: Александр, Петербург. Николай, скажите пожалуйста, правильно ли я понял, что если бы вам не позвонили спецслужбы, вы все равно бы уволили Парфенова? И с такими телефонами можно называться независимыми?

Николай Сенкевич: Я все равно бы уволил Леонида Геннадьевича, не зависимо от того, звонили, или нет, была нарушена общередакционная политика.

Анна Качкаева: Мы уже близимся к финалу, такой личный вопрос, вы ему помнили ваш приход?

Николай Сенкевич: Могу сказать, что это вещь незабываемая, но ничего личного в этой истории точно нет.

Анна Качкаева: Коллеги, по последнему вопросу.



Арина Бородина: Николай, и все-таки, если бы вы знали, во что это превратится, вы до сих пор не жалеете о том, что совершили и что сказали Парфенову, когда он вошел в кабинет? Сейчас вы бы переиграли эту ситуацию? Переформулировали бы свой вопрос?

Николай Сенкевич: Арина, я уже нахожусь в том возрасте, что четко себе представляю последствия того или иного шага. Ничего необычного или неожиданного за эти дни не произошло. Вся реакция, все мнения, суждения, все абсолютно просчитывалось и было известно заранее.

Анна Качкаева: Думаю, Арина имеет в виду, и говорят об этом, что в разговорах с сотрудниками канала вы чаще всего общаетесь с помощью, извините, ненормативной лексики. Иначе не выходит, иначе они вас не понимают?

Николай Сенкевич: Нет, отчего же, понимают.

Анна Качкаева: Но иногда приходится?

Николай Сенкевич: Но это нормально, простите, мы живем в России.

Елена Афанасьева: Насколько я знаю, прежний менеджмент успел зарегистрировать "Намедни", как фирменный бренд НТВ, вы готовы к переговорам, если он потребуется Леониду Геннадьевичу? Или вы сохраните его для себя и попытаетесь использовать? Или пусть будет?

Николай Сенкевич: Давайте, будет день, будет пища. Действительно, практически все бренды, это наша политика, мы регистрируем на компанию, нам же принадлежит бренд "Итоги".

Елена Афанасьева: Это я готова спорить, это был единственный бренд, зарегистрированный Киселевым 10 лет назад, еще до НТВ, когда он уходил, то говорил, что все зарегистрировано на НТВ, кроме "Итогов".

Николай Сенкевич: Бренд "Итоги" принадлежит НТВ.

Анна Качкаева: Я надеюсь, что Николай, хотя и первый раз в нашей студии, но не последний. Слушатели говорят, с одной стороны, что он все равно плохой менеджер, а с другой, что молодец, хорошо держался и, безусловно, не посрамил память отца. Видимо, вы тоже восприняли, уважаемые слушатели, что не надо все время ругаться, даже в сообщениях на пейджеры.

XS
SM
MD
LG