Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Революция и телевидение


Гости - Александр Роднянский, генеральный директор СТС и совладелец украинского канала "1+1", Арина Бородина, обозреватель газеты "КоммерсантЪ".

Анна Качкаева: Революцию на постсоветском пространстве невозможно представить без телевидения. С трибун и митингов люди обычно обращаются к войскам, к милиции и журналистам. Информационная блокада, как и телевизионные перевороты, нередко меняет соотношение противоборствующих сил. Хроника журналистских демаршей на Украине.

Диктор: На Украине, как и в России, три ведущих канала. Еще неделю назад информационная и редакционная политика частных национальных каналов - "Интер", "1+1", и государственного "Первого" канала контролировалась администрацией президента, которую возглавляет Виктор Медведчук. Дециметровые каналы - "Новый", СТБ и ICTV - контролирует бизнесмен и зять президента Кучмы Виктор Пинчук. Именно поэтому до последнего времени в украинском эфире доминировала точка зрения действующей власти, хотя оппозиционеры выступали на некоторых радиостанциях и в эфире "Пятого" канала. У оппозиционного "Пятого" канала, созданного не деньги соратника Ющенко, депутата и "шоколадного барона" Петра Порошенко, слабый охват, но его программы, к примеру, могут видеть жители Харькова.

Никакого особого сопротивления подвластной редакционной политике в рядах украинских телевизионщиков не наблюдалось с прошлых выборов, вплоть до октября 2004 года. Накануне первого тура, 28 октября 7 журналистов канала "1+1" заявили, что больше не могут врать своим гражданам и уволились. 19 ноября этот же канал покинул журналист утренней программы, которого отстранили от работы после сюжета о митинге сумских студентов в поддержку Ющенко. После 21 ноября начался повсеместный журналистский бунт. В минувший понедельник из эфира "Один плюс один" "Новости" исчезли вовсе. Журналисты отказались работать по инструкциям-темникам. Со словами "На Украине легче быть революционером, чем журналистом" стали увольняться сотрудники канала "Интер". 24 ноября 14 журналистов "Первого" канала объявили забастовку. А в выпуске "Новостей", который читала диктор, сурдопереводчица не стала переводить официальную информацию. Она показала глухонемым зрителям, что результаты ЦИКа сфальсифицированы, и она сожалеет о том, что ей приходилось пересказывать ложь. В конце революционной недели киевская молодежь в знак протеста высыпала на крыльцо канала "Интер" символическую лапшу. У дверей канала ICTV, где информацией руководит российский журналист Дмитрий Киселев, пикетчики развернули плакаты "Киселева - на кисель!".

25 ноября в информационном противостоянии произошел знаковый перелом - "Новости" "Один плюс один" вернулись в эфир. Перед выпуском на экране появился совладелец канала Александр Роднянский в окружении своих сотрудников. Он официально признал, что канал распространял предвзятую информацию под давлением политических сил, сообщил, что отныне за содержание будут отвечать только менеджеры и коллектив студии "1+1", пообещал, что принципы полноты информации и равных возможностей для высказывания позиций будут соблюдаться до тех пор, пока канал существует в эфире.

Оппозиция восприняла возвращение сбалансированных "Новостей" на национальном канале как прорыв информационной блокады. В восточных областях, наоборот, заговорили об информационном вакууме.

Анна Качкаева: "Революция и телевидение" - тема нашей сегодняшней программы. Как показывают свою революцию украинские каналы, как показывают революцию чужую телевидение России и телевидение Евросоюза, на кого работает телевидение во время революций, и можно ли в освещении революционных событий сохранить баланс - обо всем об этом мы вместе с моей коллегой из газеты "КоммерсантЪ" Ариной Бородиной будем говорить с генеральным директором СТС и одним из руководителей украинского канала "1+1" Александром Роднянским.

Арина, как вам показалось, российское телевидение справлялось с революцией украинской?

Арина Бородина: Вы знаете, очень коротко на этот вопрос ответить сложно, но я постараюсь сделать это более-менее компактно. Тем более что уже больше двух недель, даже уже почти месяц, если учесть с первого тура и то, что было до первого тура президентских выборов на Украине, я очень пристально смотрю за освещением этой темы на нашем телевидении. Больше того, у нас основная тема вышедшего журнала "Власть" посвящена этой теме. Будем говорить о событиях последних, которые ближе всего к нам.

Анна Качкаева: Конечно.

Арина Бородина: Это собственно сам второй тур и последующие события...

Анна Качкаева: Ну, собственно, когда мы увидели, как выплеснулась народная энергия на улицы.

Арина Бородина: Вы сказали о том, что действительно без телевидения освещать революцию невозможно. Но ту картинку, которую увидели российские зрители, она на всех основных трех федеральных каналах (я говорю про крупнейшие каналы - "Первый", "Россия" и НТВ), она была очень разной. Даже у государственных каналов, что бывает редко, она тоже была очень разной. Более лобовой, более пропагандистской позиции, чем у "Первого" канала, мне кажется, представить уже было трудно. Хотя мы за последние годы привыкли, что государственное телевидение, в общем, не балует нас альтернативной точкой зрения. Но то, что творилось, и творится до сих пор в эфире "Первого" канала, на мой взгляд, находится за гранью профессии. Как сказала сегодня мне одна моя коллега, вчерашний итоговый выпуск информационно-аналитической программы "Время" - это просто черносотенный выпуск. Потому что все сюжеты об Украине, они представляли только один взгляд на происходящее - это, скажем так, сторонники Виктора Януковича. Но дело даже уже не в сторонниках Виктора Януковича, а просто в лобовом, однобоком взгляде. Если коротко говорить. Ну, можно долго и подробно разбирать комментарии Леонтьева, программы "Время", корреспондентов молодых и уже более опытных, таких как Верницкий и Семенов.

Что касается государственного канала "Россия", то здесь позиция после первого тура резко изменилась, надо это отметить. И как говорят руководители государственного канала, они предпочитают свою позицию определять словом "зеркалим", то есть " даем зеркальную картинку". В целом она действительно стала заметно сбалансированней, представлена и та, и другая сторона: мы видим митинги, мы видим живую, яркую картинку с включений, их много. Много спецвыпусков, мы видим многомиллионные, тысячные толпы людей с разных сторон. Хотя, конечно, все равно превалирует точка зрения, скажем так, "бело - голубых". Она, безусловно, обращает на себя внимание. Более того, как мне показалось, в выходные дни Россия прибавила градус в сторону Януковича, но, тем не менее, позиция все-таки у них сбалансирована. Больше того, что для меня было неожиданно, они представляли точку зрения и критическую. То есть мы слышали позицию международных организаций, мы видели Колина Пауэлла, который не признал выборы на Украине состоявшимися. Но больше всего меня поразило различие между "Первым" и "Вторым" каналом в том, что "Россия" не стала акцентировать внимание на том, что Путин дважды официально поздравил Януковича с победой. Это подчеркивал только "Первый" канал. На "России", более того, в выпуске в 23 часа перечислили всех президентов стран СНГ, которые послали Януковичу поздравления. Но не назвали Владимира Путина.

Анна Качкаева: Не говоря уже о том, что впервые в "Вестях недели", по-моему, было сказано, что, может быть, Ющенко для России не так уж и плох. Это удивительная была ремарка.

Арина Бородина: Да, я согласна. Ну и, конечно, в общем, по традиции (я считаю, что это все-таки отрадно), несмотря на произошедшие перемены, НТВ оставался среди федеральных каналов наиболее сбалансированным каналом, в котором чередовалась информация и с той, и с другой стороны. На что не решились на НТВ, потому что плюсы НТВ понятны, исходя из минусов информационной политики первых двух каналов, на что не решились на НТВ - так это на критику Владимира Путина. Как неофициально рассказывают коллеги с НТВ, Владимир Кулистиков попросил корреспондентов не давать синхрон Владимира Путина, который признался, что первый раз поздравил Януковича с победой на основании данных экзитпулов. Просто я думаю, что, действительно, для такой большой европейской страны, как Россия, довольно стыдно, когда глава государства так делает выводы ... Такого я не помню в практике...

Анна Качкаева: Знаете, анекдот в народе ходит: поздравил условно-досрочно.

Арина Бородина: Довольно неловко просто. Я, конечно, не знаю историю дипломатии, но я не припомню таких случаев, чтобы на основании предварительных данных поздравляли с победой на президентских выборах.

Вот так, это если коротко говорить.

Анна Качкаева: Наконец у нас на связи Александр Роднянский. Как там, в Киеве? Я так понимаю, вы где-то около прямого эфира, и, наблюдаете за тем...

Александр Роднянский: Я в прямом эфире и нахожусь.

Анна Качкаева: У нас -то, это понятно. А у себя в телевизионной аппаратной прямого эфира вы видите, что происходит в суде?

Александр Роднянский: Да. В данную секунду как раз Верховный суд Украины, который идет в прямом эфире, как раз на канале "1+1", делает перерыв в заседании. Первый в моей практике случай, когда заседание Верховного суда идет в прямом эфире. И его смотрят, наверняка, миллионы людей.

Анна Качкаева: Да, это правда. Смотрят статичную картинку. Вы уж тогда нам сообщите, если что-то там будет происходить.

Александр Роднянский: Да-да.

Анна Качкаева: А пока можем разговаривать спокойно. Александр, мы уже хронику журналистского демарша на Украине изложили. А у меня к вам такой вопрос. Вы в уникальной ситуации, на самом деле: основная работа - в России, Родина - Украина, в обоих ваших бизнесах - и в СТС, и в "1+1" - американские совладельцы. То есть вы, в прямом и в переносном смысле, слуга даже не двух, а трех господ. И вы, как опытный менеджер, наверняка просчитывали, стоит ли "светиться" в этой ситуации, делать заявления. Может быть, лучше отсидеться пока не ясно, что будет происходить, - слишком высоки ставки. Почему вы пошли на публичное заявление?

Александр Роднянский: Для того чтобы ясен был ответ на мой вопрос, нужно отдавать себе отчет в том, чем является "1+1", а что из себя представляет то, что мы называем брендом "1+1" для украинских зрителей. Это очень важное обстоятельство, которое делает сразу рамку моего ответа значительно более широкой, нежели вопросы просчета, рационального понимания ситуации или обстоятельств того, что вы называли "пребывание в позиции слуги двух, трех или большего количества господ". Это совершенно другая реальность.

Дело в том, что "1+1" - это такая (позволю себе нескромно заявить) неотъемлемая, пусть очень малая, но, тем не менее, часть истории новой Украины и нового государства. Это первая попытка альтернативного, именно украинского, не провинциального телевидения, способного совершенно современным образом ответить на потребности зрителей, на потребности украинского нового общества в новое время. В 1995 году появилось телевидение, в котором впервые появились "Новости" для украинских зрителей, адекватно информирующие с точки зрения современных контекстов, впервые появились ток-шоу, в которых новые персонажи смогли высказаться, впервые появились дискуссионные, дебатные программы. И они продолжались на протяжении фактически уже 10 лет в эфире. И поэтому для "1+1", привычного к статусу лидера эфира в стране с 50-миллионным населением, привычного к уважению и доверию зрителей, была нетерпима в последнее время, честно говоря, брутально-болезненная, извините за такое сложное словосочетание, чудовищно болезненная ситуация отсутствия доверия . И, я бы даже сказал, уважения, которое складывалось на протяжении последних нескольких месяцев, когда "1+1" был вынужден абсолютно односторонним образом в пользу кандидата от власти освещать события.

Поэтому, вне всяких рациональных или прочих соображений, просто для спасения канала, как бренда, как системы взаимоотношений со своей аудиторией, для спасения совершенно замечательного и уникального для Украины коллектива профессионалов, который складывался не один день, а многие эти годы, и молодые, и более опытные коллеги, все вместе мы объединились. Собрались, и, как это принято в "1+1", который известен, я бы сказал, такой семейной системой внутренних взаимоотношений, приняли решение, которое и было озвучено в виде этого заявления мною, как человеком, который, в общем, с самого начала, создавал с нуля этого канал. Понимаете? Он же сделан руками...

Анна Качкаева: Александр, но все-таки согласитесь, это лукавство. Четыре года, в общем, ничего для изменений не делали, терпели, а сейчас решили о неправоте заявить, когда что-то куда-то качнулось.

Александр Роднянский: Ну, во-первых, не четыре года и не что-то куда-то качнулось - и заявили совершенно другое. Еще в 2001 году у нас была широко известная, я бы так сказал, знаменитая информационная кампания с участием "1+1", который был известен не работой либо на власть, либо против нее, а попыткой всегда освещать события сбалансировано. Это еще 2001 год. Извините, это меньше трех лет тому назад. То есть это во время так называемого "кассетного скандала", или того, что принято называть "кучмагейтом". Затем произошло и резкое закручивание гаек, в результате которого и "1+1" оказался в том же положении, обращаю ваше внимание, что и все без исключения остальные телевизионные каналы Украины.

А сейчас, откровенно говоря, нас никто не заставлял, и мы спокойно могли бы дождаться победителя - и прожить бы дальше. Проблема не в этом. Проблема в том, что мы не перешли на сторону победителя, который еще, кстати сказать, не стал победителем, и, возможно, им не станет. В этом же никто не уверен, и мы сегодня не уверены. Мы, на самом деле, заявили очень простую вещь: мы не делаем это для Ющенко и для тех, кто поддерживает его, и не делаем это вопреки Януковичу и его лагерю сторонников. Мы делаем это для себя и для зрителей - вот в чем принципиальное наше отличие от оппозиционных каналов, вполне односторонних, помогающих Ющенко, и от властных каналов, каковым мы были на протяжении, скажем, последнего года в значительной степени.

Анна Качкаева: То есть, Александр, я так понимаю, что оппозиция уже истолковала ваше заявление как вашу лояльность? Наверное, вам кто-то звонил?

Александр Роднянский: Они звонили с самого начала, восприняв это заявление, как знак с нашей стороны, это очевидно. И тут же начали предлагать некие свои рекомендации, решения и предложения по поводу освещения тем или иным образом тех или иных событий. Таким же образом, честно говоря, как это происходило буквально неделей-другой ранее с противной стороны. Но вот именно этого-то и не хочется! И мы таким же образом, как и от взаимоотношений с властью, отказались и от такого рода отношений с оппозицией. И сегодня очень легко это видеть в эфире. И это выглядит вполне сбалансированным и нормальным, как, я полагаю.

Арина Бородина: Александр, то, что у вас на Украине после принятого вами решения могут быть проблемы, как в бизнесе, так и в повседневной жизни, дай Бог, чтобы, конечно, этого не случилось, это понятно, это очевидно. Потому что для менеджера такого уровня подобные заявления будут иметь тревожные последствия. Но меня интересует другое. Ожидаете ли вы сложностей в вашем бизнесе в России? Я поясню. Несмотря на то, что канал СТС, который вы возглавляете, не политический и вне политики, но, тем не менее, ваша позиция как создателя, совладельца канала "1+1" на Украине, когда Россия занимает довольно жесткую позицию по Украине, она не может не сказаться и на вашем будущем здесь. Вы ожидаете каких-то последствий для себя в Москве? Тем более что ваш товарищ и коллега Константин Эрнст, который возглавляет "Первый" канал, о котором мы уже говорили, занял однозначно лобовую позицию по освещению ситуации на Украине.

Александр Роднянский: Вы знаете, достаточно сложно... Я, во всяком случае, проинформировал своих акционеров, которых считал возможным и нужным проинформировать о своем шаге. Я понимают, что если, скажем, это влечет за собой определенные проблемы в России, они должны понимать, что я не буду ни коим образом чинить препятствия по дальнейшему нахождению во главе компании СТС - Медиа и СТС - телевизионного канала. То есть, иными словами, я принял для себя решение, которое связано, извините, с тем , к чему я имею непосредственное отношение - к судьбе канала "1+1". Вот это было принципиально. И к стране, в которой я родился, и гражданином которой я являюсь. В данном случае это было тоже принципиально.

Я ни коим образом не хочу показаться революционером. Мы, на самом деле, мечтаем только об одном, чтобы было понятно с точки зрения "1+1", - иметь право оказаться критическим каналом по отношению к победившей стороне, кто бы это ни был - Ющенко или Янукович. Критическим, потому что... поверьте, ни я, никто из основных менеджеров или журналистов "1+1" не собираются на полном серьезе разделять или не разделять точки зрения победителя. Больше того, мы мечтаем о том, чтобы жестко критиковать, и, поверьте, есть за что, обе стороны. Только в одном случае, о котором я сейчас говорю, это будет возможно, а в другом случае - скорее всего, нет.

Отвечаю на ваш вопрос. Я просто взвесил обстоятельства, которые для меня были, или оказались, значительно более важными. То, что связано с "1+1", для меня более важно. А то, что будет в России, я надеюсь, что это не повлияет. Потому что, если откровенно, я возглавляю канал СТС по приглашению его акционеров, делаю это в рамках, обозначенных ими очень давно, задолго до моего прихода. Еще во времена относительно свободного информационного пространства в России СТС не имел "Новостей", и то, что он не имеет их сегодня, не является методом сознательного ухода от действительности. Это просто такой бренд. И я его стараюсь делать его как можно лучше.

Арина Бородина: Простите, что я вас перебиваю. Скажите, пожалуйста, я с уважением очень отношусь к вашей позиции по "1+1", но вот вы обмолвились об акционерах, а я хотела бы уточнить. А все-таки были так называемые "messages" от ваших российских акционеров, от "Альфа - Групп" - Петра Авена, Михаила Фридмана или от кого-то еще - по поводу занятой вами позиции в отношении "1+1" и освещения украинских президентских выборов?

Александр Роднянский: Нет, у меня не было от них никаких комментариев по этому поводу. Принципиальных никаких комментариев не было.

Арина Бородина: Трудно поверить, что они вам не звонили и не говорили, "ты там по - аккуратнее", или наоборот.

Анна Качкаева: Арина, а может быть, сам Александр все-таки съездил и пообщался с акционерами? Вы такого не предполагаете?

Арина Бородина: Я предполагаю. Просто я не верю в то, что не было никакой реакции, в принципе.

Александр Роднянский: Не было никакой жесткой и никакой, я бы так сказал, имеющей значение или необходимость упоминания, реакции не было. В смысле, я необычайно лоялен акционерам, и полагаю правильным в этом случае прислушиваться к их точке зрения. У меня есть только лишь право в случае, если их точка зрения, которая влияет на судьбу компании СТС, не согласуется с моей, в данном случае вполне принципиальной позицией, я могу взять на себя ответственность, ну, не продолжать, скажем, сотрудничать с СТС, это возможно. Но до такого разговора у нас даже не доходило.

Анна Качкаева: Понятно. Тем не менее, мне совершенно случайно один высокопоставленный человек сказал, что "черную метку" вы все-таки получили. Не от акционеров, конечно. Потому что мы давно знаем, что Парфенова увольняют не потому, что он сделал сюжет про Яндарбиеву, а потому, что попал на заметку...

Арина Бородина: Ровно об этом я как раз и хотела сказать.

Анна Качкаева: ... я думаю, что вы как раз к такой реакции должны готовиться, а не к тому, что акционеры вас не поймут. Акционеры-то, может быть, и поймут.

Александр Роднянский: Ну, я повторяю, я дорожу отношениями с акционерами, и меньше всего думаю о прочих обстоятельствах. Поскольку у меня есть обязательства по отношению к людям, перед которыми я их взял. Я не полагаю разумным думать о том, что не является, скажем, принципиально относящимися условиями моего существования внутри компании СТС, ее судьбы, успеха и так далее.

Анна Качкаева: Итак, украинская революция плещется в российском эфире. Она ему подарила цветовую сигнальную систему. Ольга Романова в "Новостях" РЕН-ТВ в оранжевой кофточке. Раньше бы не обратили внимания, а теперь - почти вызов. Владимир Познер во "Временах" в оранжевом галстуке и сине-белой рубашке. Эпатаж? Баланс? Или проверка на сдвинутость мозгов? Наверное, и то, и другое и третье. Типичный Познер. Наконец, Светлана Сорокина с не высказанной, но угадываемой мыслью о мираже победы. В "Апельсиновом соке" без смущения вечный Павловский.

Одно из значений слова "оранжевый" - "жаркий". Российским каналам жарко от украинской революции. Почти каждый час пульсируют спецвыпуски, все публицистические программы об Украине. "Новости" НТВ, РЕН-ТВ, ТВЦ практически нейтральны. Государственная "Россия" старается не перестараться. Сдержанные "Вести", взвешенный Брилев, относительно аккуратный Мамонтов. На "Первом" полутонов нет, о чем уже сегодня говорила Арина Бородина. Если окружение Ющенко, то "политические авантюристы", если акции его сторонников, то "народные гулянья", если "оранжевые", то "толпа", если информационная блокада Януковича, то только на Востоке, если информационная поддержка, то только на деньги Сороса. Даже "правила дорожного движения оппозиции не писаны" - это цитата из репортажа. Оголтелые, антизападные, привычные. После очередного пропагандистского сюжета во "Временах" об этом, не стесняясь, говорят даже у Познера. А в программе "Время" все повторяется. И жирную точку в однотонной картине мира с ненавистью к своим оппонентам ставит Михаил Леонтьев.

Самое удивительное - это картинка репортажей "Первого" канала. В кадр почти не попадает больше двух десятков "оранжевых", ограниченный общий план и нет планов сверху, будто бы на других российских каналах не показывают плотно заполненную тысячами людей, ярко освещенную площадь киевского майдана.

Анна Качкаева: Александр, как вам кажется, как с темой вашей революции справилось российское телевидение?

Александр Роднянский: Ох, хо-хо! (пауза). Потому что сложно... Вы понимаете, я привычно, как и участник российского телевизионного процесса, стараюсь быть необычайно корректен по отношению к коллегам.

Анна Качкаева: Да вам вообще тяжело. Я ведь действительно сосчитала, вы действительно слуга не двух, а трех господ: американцевЮ, русских, украинцев.

Александр Роднянский: Да я, в общем, не слуга. Я, на самом деле, действую в рамках того, что я считаю правильным и нужным, и совершенно не руководствуюсь... я понимаю, что это как бы не более чем фигура речи, но тем не менее:

Анна Качкаева: Ну так попробуйте оценить.

Александр Роднянский: Конечно же, освещение украинской ситуации - это продолжение очень длительной кампании, связанной с освещением Украины и украинских событий в российском телевидении на протяжении очень многих лет. И сегодня, когда совершенно очевидно, что умолчать или избежать упоминания о том, что происходит в Украине, невозможно, то, естественно, все проявляются все в рамках той системы координат, в которой существуют телекомпании и предлагают диалог аудитории. Иными словами, очень мало описывается глазами тех людей, которые знают, что на самом деле происходит в Киеве, и видят это ежедневно, да и не только в Киеве, а, собственно, во всей стране. Конечно же, российские каналы значительно более сдержаны. То, что вы говорили о "Первом" канале, это очевидно, это односторонняя позиция, в каковой, кстати сказать, можно убедиться и в Украине, или можно было убедиться в Украине недельку-другую назад, посмотрев на основных участников собственно украинского телевизионного процесса - точно так же освещали. Ну, может быть, не с такой революционной риторикой, не называя авантюристами и прочими замечательными словосочетаниями участников "оранжевого движения", но это было так же односторонне.

В целом российское телевидение, в лучшем случае, конечно, сбалансировано, если речь идет о РЕН-ТВ, и очень часто - об НТВ. И, собственно говоря, я бы сказал самое главное, что мне представляется, характер освещения по российскому телевидению необычайно болезненный для украинцев. И вот тот демон, которого все время вспоминали или призывали, тот дьявол на протяжении всех этих десятков лет, подозревая в Украине и в украинцах антироссийские настроения, вот характером этого освещения (я ужасно этого боюсь) может быть вызван к жизни. Потому что сегодня характер освещения, очевидно, односторонен. Без учета настроений как минимум половины страны, если не больше, и уж точно всей столицы, и уж точно всех без исключения участников элиты, и художественной, и научной, и какой вы хотите, конечно, вызывает явно выраженные антироссийские настроения, развития которых я как бы, откровенно вам скажу, повторюсь, боюсь. И для меня это совершенно очевидно, что все это связано именно с телевизионными российскими каналами, потому что они сегодня находятся в свободном доступе. В кабельном телевидении, во всяком случае, в больших городах, очень многие могут смотреть и "Первый" канал, и "Россию", и НТВ.

Анна Качкаева: Хорошо. Александр, а как вы тогда относитесь к "EuroNews"? Элиту и граждан другой части Украины, которая не в "оранжевом движении", не может раздражать, например, сделанная очевидная ставка на эксклюзивное интервью с господином Ющенко? Да, "Новости" в "EuroNews" очень сбалансированные. Но три дня к ряду, в том числе и в русской версии, крутили интервью именно господина Ющенко. Это означает, что и очень сбалансированное европейское телевидение, "EuroNews" тоже, в общем, подчинилось политическому давлению.

Александр Роднянский: Вы знаете, на самом деле можно усмотреть, в принципе, везде нарушение баланса. Единственное, что есть обстоятельства абсолютно практические. Например, Янукович выступил публично только на шестой день после выборов. Реально он выступил перед своими сторонниками на площади у центрального вокзала на шестой день. Ющенко же, как вы знаете, практически каждый день приезжает на майдан Незалежности для того, чтобы выступать и произносить какие-то очень важные для него слова и тезисы своих дальнейших действий, информируя своих сторонников, собственно говоря, о своих планах и стратегии. Фактически каждый день, что намного легче, извините, в освещении любому телевизионному каналу. Конечно же, намного более доступна для журналистов оппозиция. Традиционно там значительно больше спикеров и значительно больше информационных поводов. И это как бы не более чем практическое, если хотите, технологическое преимущество...

Арина Бородина: Я тоже соглашусь с Александром. На ремарку Анны хотела бы заметить по поводу "EuroNews", что, конечно, для любого телевизионщика картинка многотысячной народной массы людей в центре такого огромного, крупного европейского города, как Киев, первостепенна. Грех не взять ее и не поставить в рубрику "No comment", тем более при относительном затишье на всем европейском пространстве. Таких событий не было давно. А что касается интервью Ющенко каналу "EuroNews", которое было в эфире, насколько я знаю, я просто специально поинтересовалась у коллег с "EuroNews", такие же вопросы были отправлены и господину Януковичу. Но в силу каких-то технических моментов, когда было готово интервью с Ющенко, штаб Януковича не сработал...Это то, о чем говорил господин Роднянский, с точки зрения организации понимания, как надо работать с прессой, в том числе и с западной, а не только со своей, с ручной - будем называть вещи своими именами - это тоже специальный талант и специальных людей надо иметь. Не надо скрывать, что, безусловно, люди, работающие в штабе Ющенко, начиная с цвета, выбранного цветом своей партии - оранжевого, они, конечно, дают сто очков вперед штабу Януковича. И я согласна с господином Роднянским, когда в среду начались сюжеты на Российском канале, на "Первом" канале об организованной отправке шахтеров и казаков из Донецка и Луганска в Москву, они появились только в среду. А, собственно, кто мешал даже такие сюжеты делать уже в понедельник... Они вообще должны были, по логике людей из штаба Януковича, должны были быть уже готовы. И поэтому, конечно, западное телевидение... я говорю о "EuroNews", поскольку имею возможность смотреть его ночью и утром, показывали "оранжевых". А в "Новостях" они действительно старались все-таки быть сбалансированными, а что касается рубрики "No comment", там, безусловно, преобладали сторонники Ющенко.

Анна Качкаева: Наталья нам пишет: "Почему вы высмеиваете позицию "Первого" канала...". Ну, во-первых, мы ее не высмеиваем, а констатируем, к сожалению большому, Наталья. "...и не высмеиваете Радио Свобода...". Ну, нам кажется, что если у вас есть основания, тогда вы можете об этом нам написать. "...которое тоже имеет одностороннюю позицию, только другую точку зрения".

Арина Бородина: Наталья, хочу вам заметить, что в среду мне специально предоставили мониторинг выпусков "Новостей" "Первого" канала, и я с большим бы удовольствием выбрала примеры о сбалансированной позиции этой телекомпании, но, к сожалению, таких примеров нет.

Анна, воспользуюсь вашим эфиром, такая позиция в освещении не удивляет. Но особенную горечь вызывает, вы знаете, уже даже не поведение ведущих - Жанны Агалаковой, Петра Марченко, - которые, такое ощущение, просто вырываются из кадра и в восторге сообщают нам...

Анна Качкаева: Там корреспонденты молодые.

Арина Бородина: Корреспонденты молодые, совершенно верно, которые раньше не были в эфире. Более того, я вижу лица, которые вообще впервые появляются в эфире. Я не говорю про Верницкого и Семенова, которые сейчас в Киев, как тяжелая артиллерия, направлены. Очень жаль, что эти молодые корреспонденты, к сожалению, начинают свою работу вот с такой не сбалансированной, предвзятой позиции. При начале журналистской карьеры, к сожалению, мы сами с вами понимаем, это очень грустный факт.

Анна Качкаева: Увы.

Арина Бородина: И еще хочу сказать, что очень жаль мне, как ни странно, моего коллегу Кирилла Клейменова, который возглавил сейчас Дирекцию информационных программ "Первого" канала. Не случайно он избегает, я думаю, комментариев публичных, потому что ситуация с освещением выборов на Украине стала проверкой для него теперь. И ему, я думаю, будет сложно говорить. Мы понимаем, что, конечно, основную работу по идеологическому наполнению ведет генеральный директор компании, но он, как руководитель Дирекции информационных программ, не сможет снять с себя ту долю ответственности, которая ему в силу его должности отпущена. Очень жаль.

Анна Качкаева: Вот господин Архипов нам пишет, что "даже из картинок "Первого" канала здравый человек увидит, что столько людей не выйдет на мороз ни за какие деньги. Так стоять может только тот, кто захотел стать не быдлом, а человеком. Гордимся украинским народом".

Владимир Иванович из Самары, мы вас слушаем. Сегодня мы вам задаем вопрос: какой из российских каналов, на ваш взгляд, дает наиболее достоверную информацию о происходящем на Украине? Пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. Прежде чем ответить на ваш вопрос, я хочу вот что сказать. То, что происходит на "Первом" канале, это такая вакханалия одностороннего освещения не только украинских, но и вообще других событий в мире. Это настолько антизападная, антиамериканская пропаганда в духе сталинской еще пропаганды, рупором которой является Леонтьев, который, буквально брызжа слюной, орет с экрана, неистовствует, прямо шабаш устраивает. Я даже выключаю телевизор, когда его выступление идет, потому что я боюсь, что его слюна с экрана попадет мне в лицо.

Анна Качкаева: Ну а все-таки какой-то канал вас удовлетворяет?

Слушатель: Наиболее объективны - это где-то НТВ, ТВЦ и РЕН-ТВ. Но по РЕН-ТВ очень редко "Новости" идут, крайне редко. ТВЦ не особенно видят. Подавляющее большинство населения, особенно в провинции, эти каналы не смотрит. Так же как мало слушают и "Эхо Москвы", которое объективно освещает, не говоря уже о вашей радиостанции. Поэтому большинство обывателей, большинство населения, которое составляет, как раньше говорили, в недалеком прошлом, агрессивно послушное большинство, вот они все эти каналы, к сожалению, не смотрят, которые более-менее объективно освещают.

Анна Качкаева: Владимир Иванович, благодарю вас.

Александр, все-таки не часто случаются события, когда менеджеры, журналисты, объединившись, выходят и говорят, что "нам надоело лгать, мы будем честными перед вами и ответственными - и это есть наша миссия и наша ответственность". Вы полагаете, что только революция может заставить журналистов чувствовать эту ответственность перед людьми?

Александр Роднянский: Критический момент, конечно, ставит очень острый выбор. Я бы не называл то, что происходит, пока революцией, потому что революция все же отличается от кризиса использованием очень жестких, зачастую насильственных действий. Пока все, что происходит в Киеве, необычайно мирно, и в Украине в целом. Но это очень острый вопрос, в общем. О судьбе страны, общества, в котором ты находишься, живешь и, в конечном счете, профессии, которой ты занимаешься. Если хотите, о типе цивилизации, характере жизни, которую ты хочешь вести, в которой ты хочешь существовать. Конечно, вопрос был и раньше. Получается, что, с одной стороны, желание стабильности, определенного рода привычка, договоренности, нежелание конфликтовать, нежелание неприятностей, оно заставляет, в общем, как бы смириться с определенными правилами игры. И это намного легче делать в стабильные периоды времени. Но, с другой стороны, когда возникает критическая ситуация, она резко обостряет все те внутренние сомнения, которые, так или иначе, присутствуют. А я уверен, что они присутствуют в подавляющем большинстве людей, занимающихся телевидением. Все-таки большинство из них приходят на телевидение заниматься реальной работой и реальным информированием, реальными, полноценными... созданием полноценных информационных картинок дня, недели, месяца, вообще процессов как таковых. И, конечно же, когда вдруг оказывается, что такой мощнейший процесс, который, я полагаю, судя по реакции российского телевидения, в той же степени, ну, может быть, не в такой же, но очень важен и для российского зрителя, оказывается освещенным не полностью или односторонне, ну, конечно, это обостряет вопросы. И у российских журналистов, а для украинских - это само собой. Это вопрос выживания.

Анна Качкаева: Я хочу вам дать послушать маленький комментарий, который я сегодня попросила у главного редактора киевского интернет-издания "Телекритика". Это знакомая вам Наталья Лигачева. Вот как она комментирует ситуацию в украинском журналистском сообществе.

Наталья Лигачева: Я уверена, что огромная доля ответственности за то, что сейчас происходит в Украине, за этот политический кризис, который чреват расколом страны и инспирирован двумя политиками, по сути, в Украине - Кучмой и Медведчуком - при поддержке, увы, Кремля российского, так вот за этот штучный кризис несут ответственность не только эти политики. Но и украинские журналисты, и топ-менеджеры, и медиа-собственники. И этот груз ответственности, я думаю, в моральном плане. Конечно, никто, я уверена, при победе демократических сил в Украине не будет заниматься охотой на ведьм, но в моральном, нравственном плане он будет еще долго ощущаться порядочными телевизионщиками, а их много среди украинских журналистов и топ-менеджеров. И этот урок состоит в главном. Украинские журналисты, топ - менеджеры и собственники должны понимать, что любые игры с властью чреваты вот тем самым - коготок увяз... Журналистам - проще. Они должны понимать, что любое наступление на объективную информацию должно вызывать реальный, солидарный корпоративный протест. Топ - менеджерам всегда в этом смысле тяжелее. Но они должны понимать, что они всегда должны быть на стороне, прежде всего, журналистов. Собственники должны понимать, в свою очередь, что... и это показывает опыт нашего Александра Роднянского, и российского Владимира Гусинского, что создавать бизнес на играх с властью, на непрозрачности, на связях очень и очень опасно. Это всегда чревато тем, что ты будешь втянут в политические игры, и в итоге, вынужден будешь изменять самому себе.

Анна Качкаева: Александр, вы соглашаетесь с Натальей?

Александр Роднянский: Ну, в главном я абсолютно согласен. Наталья права как бы в главном, что груз моральной ответственности, конечно, будет ощущаться и потом при всех обстоятельствах. И я согласен, что не будет никаких охот на ведьм. Не в этом дело. Если, конечно, победит история... или даже в любом случае, победят - не победят, кто бы ни победил, это будет сказываться на людях, которые в состоянии испытывать, конечно, груз моральной ответственности. Это очевидно.

Что касается того, как обустраивать свои взаимоотношения с властью, ну, понятно, что это азбучная истина. Здесь трудно не соглашаться. Вот как это делать практически... Как реально журналистам отказываться от выполнения редакционных заданий? Как реально топ - менеджерам присоединяться к журналистам, даже солидарно протестующим против того или иного характера редакционной политики? Как собственникам мириться с обстоятельствами возможной потери огромных, перспективных и очень непросто построенных бизнесов? Вот эти многочисленные "как", как с ними справляться, извините меня, это вопрос индивидуальный, и уж точно переживаемый каждым по-своему. Потому что легко работать, извините меня, на оппозиционном телевизионном канале, в украинском случае - "Пятом", который финансируется и принадлежит одному из основных соратников Ющенко Петру Порошенко. Легко и приятно работать на интернетовском сайте "Телекритика", где ты можешь писать все что угодно, грантовском и отличном, наверное, по содержанию. Честное слово, работать на огромном, что называется, в России федеральном канале...

Арина Бородина: Александр, по-моему, вас задело?

Александр Роднянский: ... другой уровень ответственности. Вот где сложность.

Арина Бородина: По-моему, вас задело все-таки то, что сказала Наталья...

Александр Роднянский: Нет. Я согласен абсолютно.

Анна Качкаева: Александр, мне вот слушатель написал: "Анне Качкаевой. Вам, конечно, легко быть такой смелой, работая на Радио Свобода, критиковать все остальные российские каналы. Хотел бы я вас послушать, если бы вы работали хотя бы на одном российском канале. Наверняка, вы такой бы смелой не были". Нашему слушателю, который, к сожалению, не подписывается, я читаю просто для того, чтобы вам ответить, господин аноним. Я работаю там, где работаю. Это мой выбор. Это всегда выбор каждого человека. Кто-то работает на большом канале, а кто-то работает на Радио Свобода. Александр из Петербурга, мы вас слушаем.

Слушатель: Добрый день. Вот в продолжение вашего спича, не знаю, сознательно, бессознательно, для меня позиция господина Караулова, не очень жалуемого Радио Свобода, была наиболее оптимальной. "Пора вернуться домой", - как пел Гребенщиков. Он рассказывал о бедах России, ни словом не упоминая об Украине. Вот эта имперская паранойя: нам до всего есть дело во всем мире, - а внутри все разваливается, все гниет. Вот эта позиция... я не знаю, Караулов сознательно или бессознательно, но, тем не менее, это прозвучало как бы совершенно оппозиционно и в пику нашим придворным каналам.

Анна Качкаева: Понятно. Александр, а все-таки украинская-то тематика вас на каком-нибудь канале заинтересовала? Или вам Украина безразлична?

Слушатель: Мне ближе позиция западная... Америка может учить, хотя у меня есть претензии к Америке...

Анна Качкаева: Ну и хорошо, есть и есть.

Слушатель: ... Президент Трумэн - в числе шести любимых президентов Америки, то есть избрали человека, который сбросил атомную бомбу на Хиросиму и Нагасаки. У меня есть претензии к Америке, но, тем не менее, Америка своим опытом может учить. Чему учит Россия? Извините, у нас своих проблем полон рот. Вот эта позиция как бы: давайте с нами, мы братья-славяне...

Анна Качкаева: Александр, я понимаю ваше праведное возмущение. У вас есть представление о том, какой канал все-таки ничему не учит, а более-менее сообщает объективную информацию?

Слушатель: Я не знаю, может быть, но позиция Караулова - единственная позиция...

Анна Качкаева: Понятно. Я благодарю вас, Александр. Вы, видимо, большой поклонник господина Караулова. Конечно, хорошо, что у него есть поклонники. Александр, что там у нас в Киеве с судом-то? Вы смотрите на картинку?

Александр Роднянский: Он продолжается. Я смотрю, конечно...

Анна Качкаева: То есть все пока тихо...

Александр Роднянский: Ну, они обсуждают. Это длительный процесс. Все подробно зачитывается, каждый документ. Очень любопытно.

Арина Бородина: Я хотела спросить вас, Александр. Я обмолвилась в самом начале. А на прошедшей недели с Константином Эрнстом вам довелось общаться?

Александр Роднянский: Да, мы все время разговариваем.

Арина Бородина: А у вас не заходил разговор об освещении "Первым" каналом событий на Украине?

Александр Роднянский: Естественно, мы обсуждаем ситуацию и в Украине тоже. Но наша дружба и взаимное уважение построены на том, во всяком случае между нами так всегда было, что мы в случаях, когда даже очень далеко расходятся наши взгляды, мы...

Арина Бородина: Уважаете точку зрения каждого.

Александр Роднянский: Конечно.

Арина Бородина: Да, мне тоже приходилось об этом слышать. Кстати, Константин Эрнст действительно часто говорит, что это искренняя позиция в эфире "Первого" канала.

Александр Роднянский: Да, это я могу подтвердить. И вообще в чем уж точно нельзя упрекнуть Константина Львовича, так это...

Анна Качкаева: В неискренности.

Арина Бородина: Да, он это подчеркивает.

Анна Качкаева: Александр, давайте вернемся все-таки к вашим журналистам, которые покинули ваш канал в конце октября. Я знаю, что после вашего заявления журналистское сообщество выпустило тоже заявление, которое подписали очень многие журналисты. И там, так сказать, сформулировано требование, чтобы журналисты, ушедшие с каналов, были возвращены на работу. Вы к этому готовы?

Александр Роднянский: Ну, это же индивидуальный процесс. К разговору с кем-то из них, конечно, и к договоренности, очевидно. А какая-то часть из них просто сделала определенные шаги, скорее всего, не создающие платформу для договоренностей. И уж точно меньше всего в вопросе, извините меня, касающемся кадровой политики частной компании, нас интересуют требования со стороны каких-то людей со стороны. Это, в общем, в состоянии решать всегда компания. В общем, это принципиально.

Анна Качкаева: Ох! Не любите вы тоже сообщество? Менеджеры очень не любят журналистов.

Александр Роднянский: Почему? Это не сообщество. Там несколько человек, которые сделали... я обращаю ваше внимание, несколько молодых людей, не случайно ушедших за два дня до выборов и честно работавших все эти месяцы, несмотря на сложности освещения, они же не ушли четыре-пять-шесть месяцев тому назад, они работали на "Пятом" канале, а ушли именно за два дня. И пытались сделать из этого совершенно очевидную как бы политическую акцию, вместо того, чтобы объединиться со своими коллегами и дождаться или выстроить так отношения с менеджментом компании, чтобы привести ее туда, куда она в результате и пришла. Обращаю ваше внимание, что ушло 7 человек, а осталось боле 100 только в информационных и журналистских программах, которые сегодня имеют возможность на собственном канале полноценно заниматься этим делом. А для них это оказалось невозможным. Вот, собственно говоря, это принципиальный момент.

Анна Качкаева: Я благодарю вас, Александр. Может журналисты, и менеджеры все-таки сумеют договориться на пользу своим зрителям и собственной стране, которая все-таки, будем надеяться, не развалится.

XS
SM
MD
LG