Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Летняя телевизионная гостиная. Леонид Парфенов и Александр Роднянский

  • Арина Бородина

Обозреватель газеты "Коммерсантъ" Арина Бородина беседует с ведущим программы "Намедни" на "НТВ" Леонидом Парфеновым и с генеральным директором телеканала "СТС" Александром Роднянским.

Арина Бородина: В прямом эфире программа "Летняя телевизионная гостиная". В этой программе мы встречаемся с людьми, которые делают телевидение. Сегодняшний гость - автор и ведущий программы "Намедни", руководитель проекта "Страна и мир" на канале "НТВ" Леонид Парфенов. Леонид, мы в прошлом эфире буквально напророчили, у нас в эфире был ведущий программы "Страна и мир" Алексей Пивоваров, и я спрашивала о том, что ходят слухи, что программу могут закрыть, или что она вообще исчезнет из сетки "НТВ", на что он сказал, что это слухи, это то, что говорят, руководство канала заверило его, что программа останется и в новом сезоне и будет выходить, как и прежде. И вот, поздно вечером в четверге в Интернете, а затем в прессе, в пятницу, появились публикации о том, что, в общем, нет дыма без огня, и программа "Страна и мир" действительно должна была уйти в вынужденный отпуск, и инициатором этого решения был заместитель гендиректора канала по общественно-политическому вещанию Александр Герасимов, и очень забавно было в пятницу смотреть ленты информационных агентств, когда рано утром появилось сообщение одного из представителей, как я понимаю, пиарструктур "НТВ", который подтвердил, что программа "Страна и мир" уходит в отпуск, но это плановый отпуск, а спустя час с небольшим уже пресс-секретарь Николая Сенкевича, гендиректора "НТВ", Ирина Ган заявила, что ничего не изменится, программа, как выходила, так и будет выходить. Что все-таки произошло? Программа "Страна и мир" действительно должна была покинуть эфирную сетку канала "НТВ"? И что произошло за эти полтора часа - вы ходили к Сенкевичу, вам удалось как-то переломить ход событий, поскольку вы - руководитель этого проекта?

Леонид Парфенов: Да, я не знаю, нужно ли говорить о внеэфирных вещах, главное - то, что программа выходит и сегодня будет очередной ее выпуск, в 22 часа. Ну... Ну да, всякое бывает. Никакого письменного решения не было, так что, мне кажется, что теперь не стоит...

Арина Бородина: Хорошо, я понимаю, что вам действительно не хочется обсуждать внутренние вопросы, но есть момент, который действительно сложно обойти, он, с одной стороны, внутренний, касается эфира "НТВ", но в то же время он уже очевиден и для зрителей: в эфире канала, как этого нет ни на одном другом канале, существуют две программы, они разного формата, разного телевизионного стиля, но они являются итоговыми. В субботу выходит в 9 часов "Личный вклад" Александра Герасимова, в воскресенье выходит "Намедни". Как вы считаете, вот сейчас уже прошло несколько месяцев, как эти две программы выходят, насколько это соседство, существование оправданно?

Леонид Парфенов: Видите, я не занимаю никакого поста на канале, не я принимал такое решение, не мне давать оценку, насколько оно правильное, или неправильное. Бывает так, бывает по-другому. Кроме того, на "России" выходит Сванидзе и выходят "Вести недели", так что мы не совсем все-таки, чтобы больше ничего такого не было.

Арина Бородина: Но тут все-таки итоговая программа, там разные форматы, там 20-минутная программа "Вести недели" и полуторачасовая программа, а у вас практически форматы - они разные, но все-таки это итоговые программы.

Леонид Парфенов: Еще раз повторяю: не я принимал решение о том, что так должно быть, можно по-разному относиться. Я предпочитаю заниматься тем, чем я занимаюсь. Вот, мое дело - делать "Намедни", вот я делаю "Намедни". Я часто оказываюсь в ситуации, когда нужно просто сосредоточиться на том деле, на котором ты занят непосредственно. Поэтому для меня ничего такого сверхъестественного, странного, неприятного в этом положении нет. Я вот занят своей грядкой, и за нее и отвечаю.

Арина Бородина: Я понимаю, что тема такая действительно деликатная, вам не хочется сравнивать программы, это понятно, но единственный момент, который мне бы хотелось уточнить. Вот, скажем, то, что касается этих двух программ эфирной политики - это тоже очень бросается в глаза в эфире, и на программе "Личный вклад", и "Намедни", до той поры, пока она не ушла в летний отпуск, работают сейчас уже одни и те же корреспонденты, многие из которых ассоциируются у зрителя с вашей программой, в первую очередь, и невольно, это абсолютно понятно, бывает пересечение тем, потому что по-другому не получается. Вы как-то вообще пытаетесь координировать с господином Герасимовым набор тем, или в силу уже сложившихся отношений это невозможно?

Леонид Парфенов: Нет, Александр Анатольевич, получает список тем "Намедни". По-моему, в пятницу, или даже в четверг, в предварительном виде. Но так, чтобы как-то обсуждать, или координировать между собой - нет, такого нету завода.

Арина Бородина: Еще один момент, который мы также обсуждали с вашим коллегой Алексеем Пивоваровым, но теперь это касалось вас и вашей работы в эфире, пожалуй, что мало кто, если не сказать, что никто из телевизионных ведущих сейчас, не может похвастаться тем. что он еще и законодатель телевизионной моды. Сейчас принято говорить, некоторые мои коллеги окрестили это течение "парфенизмом", или как Анна Качкаева называет тех, кто старается подражать вашему телевизионному стилю - "парфенята". Как вы относитесь - это иногда даже очень комично смотреть, когда не только на центральных каналах, но и на региональном телевидении, а мы ездили по стране с конкурсом, это очень заметно, многие, так же, как вы стараются подражать, также ходить в кадре, слава Богу, предметы в студию пока еще никто не приносит, но подражать вам пытаются, и это очень заметно. Скажите, а вот вас такое подражание радует, или огорчает?

Леонид Парфенов: Да нет, я не думаю, что это вообще описывается в каких-то категориях - радовать, огорчать. Я знаю, многие как-то смеются, говорят, "голимая парфеновщина", "голимая намедниевщина", но, в принципе, в самом по себе в этом ничего плохого нет, поэтому что мое глубокое убеждение, что телевидение - штука вообще модная, в смысле, что она потребляема именно в это время, то есть, она несет, стилистика должна нести ощущение этого времени, вот так сегодня принято, такой драйв, такой темп, такой монтаж, такая отдача, такой напор при обращении к публике, и так далее.

Арина Бородина: Получается, что вы первопроходец во многих этих вещах?

Леонид Парфенов: Я не знаю. Я не ставлю перед собой этих пионерских задач, я работаю и работаю. У меня просто, может быть, острее ощущение того, что эта модность - она необходима, и что телевидение должно меняться, и сезон не похож на сезон. Я надеюсь, что это было последнее лето, в котором так обильно показывались предыдущие проекты, сделанные нашей группой, потому что вещи, снятые в 1997-98-м годах, сейчас стилистически уже не подходят. Даже "Живой Пушкин", который 99-го года, лично для меня уже вот понятно, что не так, я не могу сам смотреть.

Арина Бородина: Я соглашусь с вами, но это тоже мое частное мнение, в отношении "Живого Пушкина", но, напротив, проект "Российская империя", который повторяли, и три заключительные серии, которые снимали вот почти в конце этого телевизионного сезона, напротив, показал, насколько актуален этот проект при повторе.

Леонид Парфенов: Нет, там были вот эти серии. Они были, во-первых, и делались-то они в 2000-2001-м-2002-м годах, а последние серии доделывались только сейчас, и, конечно, это было другое ощущение, но при этом стилистика, в которой сделан "Петр Первый", и стилистика, в которой сделаны "Александр Третий" и "Николай Второй", уже немножко разные, потому что нельзя так долго делать. Но тут в силу всех этих революционных потрясений на канале все это так затянулось, но, в принципе, проект оказался не равен самому себе в начале и в конце.

Арина Бородина: У нас есть вопрос от радиослушателя, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Слушатель: Вопрос элементарно простой: почему практически отсутствует русская культура у вас на телевидении? Пригласить хотя бы поэтессу номер один Карташову, современную. Отсутствует абсолютно глубина, вот что творится в Рязанской области?

Леонид Парфенов: Что касается поэтов и поэтесс, во-первых, есть целый канал "Культура", так что у нас на телевидении что творится с культурой - я этого упрека принять не могу. Что касается рязанской глубинки, то, может, не рязанской, но всякой другой глубинки, мы в "Намедни" снимаем очень много, мне кажется, у нас огромное количество материалов из командировок по России. И что творится - нет никакой среднестатистической рязанской глубинки, в которой чего-то творится. В каждой избушке свои игрушки, и в разных материалах по-разному бывает. Был там репортаж Хрекова, в последнем выпуске из деревни в Омской области, где такой пуп земли для разных религий. Или Бог его знает что... Люди живут очень разной жизнью. Из-под Астрахани вот лягушек поставляют во французские рестораны. Бог знает, чем заняты в рязанской именно глубинке. Нет, мне не кажется, что на телевидении, я не скажу за всю Одессу, что называется, но вот что касается нас, то мы в нашем телееженедельнике стараемся жизнь России освещать достаточно плотно и занятно.

Арина Бородина: У нас есть еще один вопрос от слушателя, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Леонид: Добрый день, Леонид, я, во-первых, хочу вас поприветствовать, это раз. И спасибо вам за ту работу, которую вы делаете.

Леонид Парфенов: Спасибо за внимание, а вопрос-то есть?

Леонид: Нет, вопроса нет. Я просто вам хотел пожелать доброго здоровья и спокойствия, делайте, то, что считаете нужным делать.

Леонид Парфенов: Спасибо, так и пытаемся.

Леонид: А вот на всех остальных, знаете...

Леонид Парфенов: Ну, не надо про всех остальных, остановимся на том, что будем работать над чем считаем нужным.

Арина Бородина: Вы уже по ходу нашего разговора несколько раз говорили, что делаете тележурнал, у вас есть свой участок, эта ваша мысль периодически звучит в ряде ваших интервью, и вот в интервью журналу "Коммерсантъ Власть" вы говорили о том, что возможность реализации либералистского во всех смыслах этого слова телеканала в российских условиях крайне проблематична. Вполне возможно, что ответ и вовсе отрицательный, сказали вы тогда, и, продолжая свою мысль, добавили, что коль это невозможно, то вы постараетесь делать в рамках своей программы "Намедни" такой еженедельный тележурнал либералистский, по возможности целый. Сейчас в новом сезоне начинается предвыборная кампания. Во вчерашней своей программе, где вы повторяли лучшие репортажи прошедшего сезона, вы говорили об ограничениях в средствах массовой информации, и была у вас такая цитата, я не дословно ее привожу, что вот, в новом сезоне мы будем свидетелями того и смотреть, наблюдать за тем, где кончается информация, и где начинается пропаганда. Вот насколько тяжело будет в предвыборный период делать "Намедни" - такой либералистский еженедельник?

Леонид Парфенов: Бог его знает. Вот он наступит этот период - у нас все непредсказуемо, какие там будут стандарты допустимого и недопустимого, как остро, болезненно будут реагировать, какие будут трактовки. Понимаете, что у нас говорилось про журналистские репортажи в конце осени, про журналистов, освещающих тему терроризма - это не пожелать и врагу. Собственно, тогда мы про это и делали материал, поскольку действительно, это была пословица, которую приписывают, кажется, отцу Казакова, известному советскому писателю, Михаилу Эммануиловичу Казакову, что всякое упоминание ведет к переизданию. Так вот, всякое упоминание, оно же ведет и к переизбранию. Мы пытались это отыграть. И действительно, довольно трудно провести границу между пропагандой и информацией. И те вот поправки, которые были, например, к закону о борьбе с терроризмом и закону о СМИ после Дубровки - там было совершенно очевидно, что можно трактовать так, что всякое упоминание есть пропаганда, поскольку вы говорите, что совершен теракт,вы тем самым, можно легко доказать, провоцируете следующие теракты, потому что исполнители этого теракта видят, каков резонанс, что вообще стоящее это дело, грохнешь где-нибудь, а шума в прессе будет много.

Арина Бородина: У нас вопрос от радиослушателя. Добрый день вы в эфире.

Слушатель: У меня как раз на то, что вы упомянули, и вопрос. Вот состоялся съезд "Либеральной России", потом трагическое событие - убийство его лидера, и потом Виктор Похмелкин выступает, и, если говорить на языке тела, очень выступает испуганно и лживо, потому что он скашивает глаза в сторону, закусывает губы, смотрит вниз, и все такое прочее. На следующий день он уже бодро говорит, что это все провокация спецслужб. Есть ли у вас аналитики какие-то, которые это смотрят, которые видят вот такое сильное логическое противоречие, потом дают ему оценку? Спасибо.

Леонид Парфенов: А мне не кажется, что нужно этому давать оценку. Вы же тоже видите, и видите логическое противоречие, и кусание губ, и кошение глаз, слава Богу картинка что-то передает. Мне вообще не очень кажется необходимой аналитика, вот это все.

Арина Бородина: Подчеркнуть иногда хочется.

Леонид Парфенов: Да, можно подчеркнуть, можно что, но есть там 150 способов, не вынося этому оценку, не говоря о том, что это так, а это сяк, это вот мы вспоминали, у меня был начальник политуправления, который у меня принимал газету, которую я выпускал в армии, он всегда отмечал одно: кого мы отмечаем в положительные - плюсы, кого в отрицательные - минусы. Вовсе необязательно по принципу политработы...

Арина Бородина: Я хочу продолжить отчасти мысль звонившего радиослушателя. Программа "Намедни" ушла в летний отпуск тогда, когда началась атака на "ЮКОС", вся эта история, а перед этим была история с оборотнями в погонах. Алексей Пивоваров в своем сюжете, который был в "Намедни", вполне определенно высказался, как вы сказали, нашел средства, как показать это, и было вполне очевидно из материала, что это оборотни в погонах, все это напрямую было связано с предвыборной кампанией партии "Единство". А вот когда началась история с ЮКОСом, очень как-то не хватало в эфире "Намедни" и какого-то вашего мнения, ваших корреспондентов, вашего личного, может, комментария на всю эту историю. Вот как бы вы могли оценить всю эту кампанию, в том числе в эфире? Какими средствами, например? Вы наверняка себе это прокручивали, даже уйдя в отпуск...

Леонид Парфенов: Нет, ну так, чтобы специально прокручивать - нет, конечно, это все очевидно, что это очень богатая история, и очень российская история, и она неоднозначна, мягко говоря. С одной стороны, нельзя не сознаться и нужно смотреть, что было в 1994-м году, и сколько мы будем этот 1994-й понимать, и что такое вот эти 10 лет - у нас срок давности по экономическим преступлениям, то есть, когда мы вздохнем окончательно свободно и перестанем копать, ну и потом, конечно, очень хочется посмотреть, с чего начинали Вандербильд, Дюпон, Рокфеллеры-старшие, Генри Форд-старший. Это все были веселые ребята. Можно взять, конечно, брошюру, которую посылал Остап Бендер Корейко, отчеркнув красным карандашом первую строчку: "Все современные крупные состояния нажиты нечестным путем". Масса есть способов, потому что это действительно из очень многого состоит.

Арина Бородина: Честно говоря, не хватало программы "Намедни".

Леонид Парфенов: Огромное количество современников резонно задаются вопросом, почему мы все советские люди но некоторые из нас 10 лет назад, оказывается, стали миллиардерами.

Арина Бородина: У нас есть еще вопрос от радиослушателя. Добрый день, мы вас слушаем.

Георгий Николаевич: Здравствуйте, Георгий Николаевич, Подмосковье. Хочу вопрос Леониду задать: согласен ли он с Виктором Пелевиным, что основная антропологическая трагедия современности, что человек из гомо сапиенс превращается все больше и ныне в России в гомо заппинг - человек щелкающий, не мыслящий, а щелкающий, и который цепляется, как нынешние "нексты" говорят, только за то, что яркое и шоковое?

Леонид Парфенов: Нет, "нексты" говорят, я думаю, "прикольное".

Георгий Николаевич: Восприятие, человек садится на шок-иглу, и христианский мир вырождается.

Леонид Парфенов: Я не думаю. Во-первых, нет никакой общей тенденции для всего мира, для всего поколения "некст", для всей России, для всего российского народа. Главная тенденция - это то, что все живут довольно-таки по-разному. Кто-то щелкающий, кто-то не щелкающий. Что касается шокового восприятия - ну, собственно говоря, там весь ХХ век, кинематограф, все что угодно, все время увеличивали градус. С другой стороны, какие-нибудь ведьмянские пляски XV века не думаю, что были такими уж не шоковыми зрелищами, или какие-нибудь трубадуры, менестрели, тоже по-своему производили впечатление. Нет, мне не кажется. И так есть, и сяк есть, и христианство от этого не вырождалось и, думаю, не выродится.





Арина Бородина: У нас в студии генеральный директор телеканала "СТС" Александр Роднянский. Я хотела начать наш разговор с подведения итогов телевизионного сезона, это так принято говорить, есть такое расхожее выражение у людей, которые пишут о телевидении людей, которые телевидением занимаются. Этот сезон для вас был первым на "СТС", когда вы возглавили канал, понятно, что многое пришлось делать на ходу, на коленке, поскольку вы пришли на канал, когда заканчивался предыдущий сезон еще. Но за это сезон телевизионный итоги "СТС", в общем, весьма впечатляющие для специалистов телевизионного рынка. Вы были пятым каналом до выключения "ТВС" по Москве, и четвертым по России, идя вплотную за так называемой большой тройкой - "Первый", "Россия" и "НТВ". То есть, это очень неплохой результат и для канала, и, я думаю, для ваших акционеров. Но мне хочется спросить: а чем вы остались недовольны в минувшем телесезоне, от чего вы избавляетесь в эфире вашего канала, от каких, может, проектов?

Александр Роднянский: На самом деле, если понимать под успехом "СТС" цифры выросшие, то есть, рейтинги, долю аудитории то этот сезон оказался самым успешным и в истории телевизионного канала, или сети, и, собственно говоря, и в целом по стране в сезоне 2002-03-го года. Это самый быстро растущий национальный канал. С точки зрения же телевидения не как бизнеса, не как успешно развивающегося предприятия, мне представляется, что СТС еще очень многому нужно учиться и очень многое нужно менять, потому что проблема, связанная с позиционированием, если хотите, телевизионного канала, она не связана с успехом или неуспехом, на мой взгляд, или не столь напрямую связана с успехом или неуспехом той или иной программы в эфире конкретными цифрами. Я очень верю в то, что телевидение вступает в определенные отношения с аудиторией. Эти отношения требуют, прежде всего, доверия, и каналу "СТС" следует заработать некое доверие у аудитории, которая будет понимать, что этот канал несколько отличается от конкурентов что он бесспорно занимает определенную нишу. Да, он не политический. Да, он развлекательный. Да, он в большой степени ориентирован на молодую аудиторию. Тем не менее, это канал, которому можно доверять, и в смысле качества программ, и в смысле стиля, облика, и всего того, над чем нам и приходится работать.

Арина Бородина: Чем вы недовольны?

Александр Роднянский: На самом деле перед нами год назад стояла та проблема, которая, вероятно, стоит и сегодня, может, в меньшей степени, но это проблема изменения социального статуса канала. То есть, изменения того стереотипа, который в российском телевидении существовал, и по отношению к сетевым каналам, как таковым, то есть. комплекса второсортности. Это совершенно не второсортное телевидение. Это телевидение способное, и вот это очень важно выработать в сознании аудитории, конкурировать, и в качестве, и в уровне производимых программ, и демонстрируемых программ с каналами - привычными лидерами, это, во-первых. Во-вторых, это, прежде всего, стереотип телевидения развлекательного, как, по меньшей мере, не гнушающегося, то есть, лишенного критериев вкуса, и всей той системы жесткой системы селекции, отбора программ, которые позволяют и позволяли раньше проникать в эфир программам, может быть, вызывающим, по меньшей мере, противоречивые, полемичные оценки и дискуссии, но, тем не менее, приносящих хорошие результаты. Вот над этим, мне кажется, прежде всего и следует работать каналу "СТС".

Арина Бородина: То есть, в будущем сезоне вы хотите, чтобы в вашей сетке были программы, которые отвечали имиджу канала?

Александр Роднянский: Иными словами, мы хотим успешный, развлекательный, очень ясный в концепции телевизионный канал еще превратить и в респектабельный. Я абсолютно убежден в том, что в предстоящем сезоне, то есть, говоря более конкретно, с 1 сентября 2003-го года, в эфире канала "СТС" не останется программ, за которые как бы становится неловко или стыдно.

Арина Бородина: А за какие программы вам неловко или стыдно в вашем эфире?

Александр Роднянский: Вы знаете, многое было...

Арина Бородина: Не назовете?

Александр Роднянский: Нет, ну зачем же обижать авторов. Это, в общем, очевидно что есть ряд программ, от которых мы отказываемся, несмотря на достаточно высокие показатели, которые эти программы демонстрируют. На данном этапе мы отказались от программы "Девичьи слезы".

Арина Бородина: Валерия Комиссарова проект, да?

Александр Роднянский: Да, это проект Валерия Комиссарова, человека, на мой взгляд, необычайно талантливого и понимающего...

Арина Бородина: Очень плодовитого...

Александр Роднянский: Более чем плодовитого и понимающего что-то во вкусах определенной части аудитории, этим пользующегося, но, на наш взгляд, просто не соответствующего тому облику "СТС", о котором мы мечтаем и которого хотим добиться.

Арина Бородина: Нам звонят наши слушатели. Добрый день вы в эфире, представьтесь пожалуйста:

Михаил: Здравствуйте, это Михаил из Москвы. Вот почему "СТС" так молится на телерейтинги, которые основаны на мнении тысячи человек, имеющих специальные приставки? Вот, к примеру, жертвой этого телерейтинга стал сериал "Стар Трек, следующее поколение", культовый во всем мире. А канал, основываясь на этом рейтинге, прервал его на самом интересном моменте. Вы бы видели, какой отклик имел в Интернете этот сериал.

Александр Роднянский: Спасибо за вопрос. Я видел, как раз вот любопытно, что 18 августа "Стар Трек" начинается, возобновляется, вероятно, в эфире канала "СТС", может, не на том самом интересном месте, на котором был прерван два года назад...

Арина Бородина: Не вами.

Александр Роднянский: Не мной, конечно. Я тоже считаю, что "СТС" уникальный совершенно телевизионный канал для России, благодаря тому, что именно на "СТС" могут стать на ноги те знаменитые западные бренды, которые завоевали аудиторию во всем мире, и которым почему-то очень не везет в силу множества обстоятельств, в которые мы не будем сейчас погружаться, не везет на российском телевидении. Вот, "Стар Трек", естественно, один из этих брендов, из самых знаменитых, он появится в эфире, однако, не "СТС" молится на рейтинги, так или иначе, все каналы существуют в системе экономических координат, которую, я считаю, честно говоря, очень неудачной и, может, даже далеко не всегда, я бы так сказал, необходимой для позитивного развития телевидения и системы координат, однако, единственно рыночной и, может быть, в силу этого даже и более демократической, чем любая другая. Потому что любая другая, не рейтинговая, система координат как раз и будет основываться на мнении группы лицу, одного, трех, или даже 20, которые в том или ином случае будут выбраны менеджментом того или того канала, или в целом сообществом, для того, чтобы собственно оценивать, какой канал лучше, а какой хуже. Рейтинги - это, кроме всего прочего, коммерческий инструмент.

Арина Бородина: У нас не все каналы просто руководствуются коммерческими инструментами.

Александр Роднянский: Конечно.

Арина Бородина: "СТС" в этом смысле - да?

Александр Роднянский: Да, "СТС" абсолютно прозрачный в смысле бизнеса телевизионный канал, который ориентирован на успех аудитории, на успех у рекламодателя, для которого успех аудитории является естественным и неотъемлемым условием успеха у рекламодателей. То есть, иными словами "СТС" в значительной большей степени телевизионный канал сегодняшней России, чем все остальные, которые так или иначе стоят в большей степени на традиции, плохой или хорошей, не будем обсуждать, но советского телевидения.

Арина Бородина: У нас есть вопрос от радиослушателя, добрый день.

Степан: Здравствуйте, это Степан. Будьте любезны, скажите пожалуйста, вот вы сейчас говорили об обязательности и прозрачности вашего телеканала. Вот я насчет того, что называется реклама вашей программы Федора Бондарчука "Кресло", которую он ведет. Почему такие необязательные ваши устроители этого шоу, когда в большинстве программ выпуски идут, где, в основном, выступают только звезды. Вот я, как рядовой зритель участвовал в ней, и Федор, так громогласно объявлял, чего хозяином, обладателем становишься, а, на самом деле, это все туфта, и как говорится, остался с носом, даже программа-то не вышла в эфир, не говоря уж о выигрыше, объясните пожалуйста.

Александр Роднянский: Объясню с удовольствием, спасибо за вопрос. Несколько программ, снятых в конце прошлого сезона, обязательно выйдут в начале нового в эфир. Среди них есть и очень успешные программы с известными людьми, как сказал уважаемый зритель, со звездами, так и с рядовыми телезрителями, опять же цитирую. Они появятся в начале сезона, просто мы сберегли их на лето. И, естественно, и выигрыши, и все прочее - ничего не пропадет. У меня в гостях был недавно "Квартет И", не будем забегать вперед, но скажем общо, необычайно выступивший в программе "Кресла", они сказали, что не отступятся никогда и будут ждать своего выигрыша, естественно, это в начале сезона появится.

Арина Бородина: Спасибо вам за ответ. Александр, а вот сама тенденция того, что на рынке появляются специализированные каналы и несколько форматов существует развлекательных каналов, они разные, там, "Дарьял-ТВ", "МТВ", "ТНТ", "СТС", но, тем не менее, в основе этих каналов все-таки развлекательные программы, развлекательные блоки, здесь нет общественно-политических программ, нет новостей. Вот сама тенденция не опасна для медиа-рынка, тем более что после закрытия канала "ТВС" среди общенациональных каналов практически не осталось независимых общественно-политических информационных, а вот развлекательных - их много - такая тенденция не опасна?

Александр Роднянский: Давайте, во-первых, скажем себе честно, что и "Первый канал", и "НТВ" в известном смысле, и даже "Россия", даже, потому, что это совсем уже государственный - в не меньшей степени развлекательные каналы, чем вами упомянутые. Может быть, разница в качестве и уровне программ, тем не менее, в концепции я большой разницы не наблюдаю.

Арина Бородина: Тогда тем более - не опасна такая тенденция?

Александр Роднянский: Да, здесь существует определенного рода опасность, но как бы объяснима эта ситуация, как вещами субъективными, связанными непосредственно с ситуацией на российском рынке, так и с вещами значительно более объективными, в конечном счете, природой телевидения как такового. В силу того, что на мой взгляд изменилась погода на дворе. Изменилось отношение зрительской аудитории к телевидению, и зрительские предпочтения изменились. И в силу того, что последние 10 лет в российском телевидении, как и в телевидении всех стран бывшего СССР, доминировала общественно-политическая концепция, если хотите, такая информационная телевизионная концепция, которая была рассчитана, прежде всего, на участие телевидения в общественно-политических процессах, на ту роль, которую телевидение, собственно говоря, и играло и разыгрывало, я очень часто люблю повторять, извините, если слышали, разыгрывало это самую мыльную оперу, в случае российского телевидения - великую мыльную оперу российской политики, которая была так интересна аудитории. В силу того, что от персонажей этой мыльной оперы, их взаимоотношений, разрешения конфликтов и перипетий, которые происходили на экране, зависела жизнь конкретных людей, граждан, и всей страны в целом, то, соответственно, это телевидение и было востребовано.

Арина Бородина: Сейчас жизнь-то не изменилась.

Александр Роднянский: Изменилась во многом, и изменилась общественно-политическая ситуация.

Арина Бородина: Ее же формирует телевидение.

Александр Роднянский: Нет, я не верю в то что телевидение формирует.

Арина Бородина: Во многом.

Александр Роднянский: Оно влияет, но оно, на мой взгляд, в значительно большей степени рефлектирует, то есть, отражает. И если телевидение - вы же посмотрите, что произошло с телеканалом "ТВС", о котором вы упомянули: при чьем качестве программ, а я был зрителем этого телевизионного канала и бесспорным поклонником ряда программ, которые шли в его эфире, но с точки зрения, прежде всего, телевизионных показателей это был проваленный проект с самого начала, вне зависимости от политических и прочих факторов, он с точки зрения зрительских предпочтений, отношения аудитории - проиграл в самом начале. Мне кажется, это было связано прежде всего с тем, что изменился характер телевизионного смотрения, и в этом смысле не все так плохо.

Арина Бородина: То есть, не опасно?

Александр Роднянский: Мне кажется, что это, во-первых, естественно, это естественный этап, такая, если хотите, передышка. Телевидение, по-моему, во всех странах развивается попеременно, выводя как бы на периферию зрительских интересов то информационные каналы, то большие развлекательные проекты. Естественно, в этом смысле идеальной схемой является возможность выбора для зрителей, то есть, наличие, как общественных каналов, и информационно-ориентированных, так и развлекательных, но не забывайте я, прежде всего, об этом упомянул, попытавшись в нескольких словах охватить достаточно сложный вопрос. Не забывайте, что в самой природе телевидения заложен ответ на этот вопрос. Телевидение - необычайно массовый инструмент, средство массовой информации, ориентированное, прежде всего, на миллионы людей.

Арина Бородина: У нас есть вопрос от слушателя.

Слушатель: У меня такой вопрос - в принципе, о рекламе. У меня очень многие знакомые отказались от телевидения вообще из-за рекламы. Сейчас телевидение невозможно стало смотреть из-за этой назойливой рекламы. Мне кажется, ее нужно просто как-то упорядочить, какой-то блок пускать, но через каждые 15 минут прерывать рекламой, не захочешь смотреть никакой клип, никакие программы.

Арина Бородина: Но я так понимаю, что без рекламы канал просто не может выжить.

Александр Роднянский: Ответ собственно и есть: единственный способ выживания, развития и обеспечения какой-то перспективы любого телевизионного канала, кроме ориентированного на политические цели и, соответственно, финансируемого политическими группами, или государством, является источник рекламных поступлений. Поэтому, как это ни неприятно, а реклама всегда будет присутствовать в эфире. Другое дело: совершенно согласен с уважаемым слушателем, что ее следовало бы упорядочить, и это будет происходить, просто в силу развития рынка.

Арина Бородина: Я хотела бы продолжить отчасти вопрос по поводу рекламы и рекламных поступлений, но в другом контексте: предстоящий сезон - год выборов. Год выборов в Думу, а затем год выборов президента. На "Первом канале", на телеканале "Россия" и телеканале "НТВ", безусловно, будут, пройдут большие рекламные кампании объединений, которые будут баллотироваться, партий, и так далее. То есть, там будут сосредоточены очень большие рекламные потоки. На канале "СТС" нет общественно-политического вещания, нет новостей. В этом смысле вы как бы завидуете своим конкурентам, или это вообще никак, вот избирательная кампания никак не отразится на ваших экономических показателях, вот эти бюджеты, которые будут?

Александр Роднянский: Я, прежде всего, не завидую. Это как бы не лучший период для телевизионных каналов в силу нервозности, которая всегда сопутствует предвыборным кампаниям. Но самое главное состоит в другом: что реклама, связанная с политическими партиями группами, объединениями, или отдельными лицами, она никоим образом не связывается, сегодня все уже достаточно опытные в предвыборных кампаниях не связывается непосредственно с общественно-политическим вещанием и новостями. Те, кто смотрит новости и интересуется политикой, количество которых, на самом деле, не превышает 15 процентов от общего количества телезрителей, они свой выбор сделают. Они, так или иначе, делают его сознательно. Размещают рекламу для той аудитории, которая, как правило, политикой не интересуется. Вот здесь я боюсь, что канал "СТС" - необычайно эффективный рекламный носитель, во всяком случае, для тех партий, которые заинтересованы в активном, молодом и энергичном электорате. Я убежден, что у нас будет большое количество, да, собственно, и уже в эфире в блоках, я смотрю, есть и "СПС", и все те, кто ориентируется и претендует на голоса избирателей молодых, или, скажем, до 45 лет. В этом смысле мы более чем эффективны, и боюсь, что будет такая же очередь, как и на все остальные каналы, вами упомянутые.

Арина Бородина: У нас вопрос от слушателя, добрый день представьтесь пожалуйста:

Николай: Добрый день, Николай, Москва. Вы знаете, я принадлежу к тем телезрителям, которым, в общем, смотреть по телевидению нечего, кроме передач типа "В мире животных", к разряду которых я отношу и политические новости. Единственное, что вот на "НТВ" недавно появилась передача Гордона, обновленное "Очевидное-вероятное". Вы не собираетесь что-то такое завести? И второй вопрос: вы лично сами можете смотреть прогнозы погоды на своем канале? Меня лично от них тошнит.

Александр Роднянский: Давайте поочередно. Первое: мы очень всерьез думаем о научно-популярном вещании, которое само по себе сумело бы в необходимой для канала "СТС" очень характерной, энергичной, я бы сказал, такой современной форме говорить о достаточно сложных вещах, связанных с миром современной науки и технологий, прежде всего, технологий, потому что наша аудитория, в конечном счете, интересуется продуктами этой технологии. А второе, все, что связано с погодой - я вполне солидарен с физиологической реакцией нашего слушателя, и это одно из тех изменений, которые ждут нас в этом сезоне.

Арина Бородина: То есть, в новом сезоне будет по-другому?

Александр Роднянский: Либо будет по-другому, либо не будет никак.

Арина Бородина: У нас заканчивается время. У меня к вам такой вопрос, который я очень хотела задать, когда я приглашала вас в эфир. Вас, как человека, давно работающего на телевидении, профессионально им занимающегося, вообще не беспокоит тенденция того, что роль государства на телевизионном рынке усиливается, и количество каналов, связанных с государством. с каждым разом растет? Сейчас говорят еще о новых проектах, которые могут появиться. Вы - частный канал, "Телеком" действительно идеальная модель частного канала - вас такая тенденция не беспокоит?

Александр Роднянский: Беспокоит. Мы заинтересованы в том, чтобы телевидение скорее разгосударствливалось, чем наоборот. Эта тенденция, на самом деле, на мой взгляд, небезопасна и способна быть использованной скорее во вред, нежели во благо. Это мое глубокое убеждение. Более того, я скажу, что недавно я смотрел некое исследование достаточно серьезной группы, которая постоянно проводит имиджевые опросы среди телезрителей, и если в прошлом году 4 телевизионных канала ассоциировались с эпитетом, прилагательным, "негосударственное", то только один в этом году - "СТС", и это, конечно же ,повод для беспокойства.

Арина Бородина: Я очень хотела слышать от вас ответ на этот вопрос.

XS
SM
MD
LG